15:14
  • Страница 19 из 19
  • «
  • 1
  • 2
  • 17
  • 18
  • 19
Модератор форума: Тень, Кэтрин_Беккет  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Звёздные Врата:Анагас (действие происходит через год после событий 5-го сезона ЗВА)
Звёздные Врата:Анагас
Desreny Дата: Четверг, 07 Февраля 2019, 14:14 | Сообщение # 271
По ту сторону врат
Группа: Пользователи
Сообщений: 399
Репутация: 3
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Решил прочитать средненько написано на мои взгляд
Награды: 0  
Аэгнор Дата: Вторник, 12 Февраля 2019, 10:35 | Сообщение # 272
Участник экспедиции
Группа: Пользователи
Сообщений: 109
Репутация: 60
Замечания: 0%
Статус: где-то там
– В’голор объявились буквально через две с небольшим недели после визита торговцев. Родные Грега ощутили и их присутствие, и то, что они находились во власти стайзового дурмана, сразу, как только те прошли через Врата. Хотя Гил-Грейн и остальные ен могли проникнуть в сознание в’голор, они услышали мысли двоих предателей, которых те вели с собой, и поняли, что наёмники идут именно за ними. В’голор прибыли на тарках, – быстроходных звездолётах средних габаритов с возможностью трансформации корпуса, например, для прохода через те же Врата, – и семья Грега не успевала укрыться в любом случае. Понимая это, Гил-Грейн и остальные сделали единственно, что был в их силах. Послав ментальное предупреждение о прибытии в’голор другим англорианцам, они спрятали Грега и Эн’риди, его младшую сестрёнку, в подвале, а после постарались заманить наёмников в глубину леса, как можно дальше от дома.
Поскольку, как я уже говорил флора и фауна на Англориане отличается ярым неприятием любой технологий, какое-то время Гил-Грейну и остальным везло. Где-то с помощью своих способностей, а где-то благодаря ополчившимся на пришельцев силам природы, им удалось уничтожить два или три звездолёта в’голор и вывести из строя биометрические датчики на остальных, – чем возможно и спасли прочих англорианцев, – но потом их всё-таки схватили. Осознав, к чему идёт дело, двое мальчишек предателей пожалели о своём поступке, и попытались помешать ирйенским прихвостням осуществить их кровавый замысел, но изменить ничего не смогли. В’голор вывели семью Гил-Грейна из леса и убили прямо перед их же домом. Убили медленно и жестоко, – по лицу рейфа прошла судорога, и он вкратце рассказал о том, как именно наёмники разделались с семьёй Грега.
За свою жизнь, тем более карьеру военного, Джону доводилось видеть немало ужасов, жестокостей и откровенных зверств, которые одни люди творили с другими. Бывший подполковник ВВС США, он уже давно не думал, что что-то ещё из этого способно его «поразить», но теперь понял, что ошибался. От картин, созданных его воображением со слов Селдора, Шеппарду сделалось откровенно дурно.
Резким движением отодвинув от себя тарелку с недоеденным обедом, Джон вскочил и распахнув настежь полу прикрытое окно, высунулся наружу, отчаянно подавляя рвотные позывы и безуспешно стараясь успокоить заполошно колотившееся сердце.
– И Грег с Эн’риди всё это видели? – спросил землянин, когда к нему стало понемногу возвращаться самообладание.
– Видели, – хрипло отозвался рейф. – В подвале, где они скрывались, была отдушина, не заметная снаружи, но дававшая хороший обзор изнутри. Однако, хуже всего было то, что они всё это чувствовали, – добавил целитель, которому судя по предательски срывающемуся голосу, этот экскурс в прошлое тоже дался нелегко. Шеппард искренне устыдился того, что заставил наклаварца заново пережить столь трагические события и хотел извиниться за свою неосмотрительность, но Селдор продолжал говорить.
– Наша телепатия, в разы усиливает ту духовную и эмоциональную связь, которая существует между двумя индивидами, объединёнными кровным родством, дружбой или просто привязанностью, – особенно ярко выражена эта связь между маленькими детьми и их родителями. Поэтому Грег и Эн’риди пережили предсмертную агонию родителей, как свою собственную.
Шеппарда снова передёрнуло.
–Ужасно, – выдохнул он.
– Да, – горько согласился Селдор. – Причём настолько ужасно, что Эн’риди не вынесла этого и умерла от шока. Грег выжил, но…
– Повредился умом, – догадался Джон.
– Можно и так сказать, – отозвался страж. – Когда же в’голор прикончили последнего, как они думали, обитателя хутора, они расстреляли дом из корабельных орудий и подожгли лес, устроив сильнейший пожар, а потом отправились громить другие усадьбы. Но поскольку остальные англорианцы были предупреждены и успели скрыться, в тот день в’голор больше никого не убили. Тем более все звери и растения планеты, распалённые присутствием звездолётов и крайне агрессивным ментальным фоном их владельцев, просто взбесились, и, в конце концов, вынудили наёмников убраться восвояси. Когда на помощь англорианским стражам прибыл наш боевой корабль, на котором получили их ментальный призыв о помощи, наёмники уже скрылись в гиперпространстве.
Я тоже был в экипаже того звёздолёта, – немного помолчав, сказал Селдор. – Спустившись на планету, мы с огромным трудом потушили пожар и немедленно приступили к поискам выживших.
Когда мы нашли Грега, он бродил по пепелищу, оставшемуся от его дома, среди обугленных костей родных, и продолжал прижимать к себе мёртвую сестрёнку, которую во время нападения держал на руках. Несмотря на то, что Грег побывал в самом эпицентре пожара, физически он был абсолютно невредим. Он уцелел благодаря новой способности, которая пробудилась у него в тот день вследствие тяжелейшей психико-ментальной травмы, и пришла на смену силе целителя. Этой способностью владеет до сих пор. Однако тот шок, который он испытал, пережив предсмертную агонию родных и жестокое, извращённое удовольствие их убийц, безвозвратно искалечил его разум и душу.
После нападения он лишился дара речи, так и не обретя его вновь, и два года прожил в состоянии глубокой прострации, полностью утратив связь с внешним миром. Когда же Грег, наконец, очнулся, он уже не был прежним. От общительного жизнерадостного мальчишки не осталось и следа. Он сделался закрытым, отчуждённым, холодным и обозлённым, – Селдор вздохнул и ненадолго умолк. – Не сознательно, но подспудно он боялся сближаться, с кем бы то ни было, опасаясь, что установившаяся связь оборвётся так же внезапно и болезненно, как с его родителями, и отталкивал от себя всех, кто пытался наладить с ним хоть какой-то контакт.
Поэтому всё его общение с окружающими в ту пору сводилось к кулачным дракам, – продолжил старый целитель после короткой паузы. – Друзей он понятное дело не заводил, учиться чему бы то ни было, отказывался, и большую часть времени предпочитал проводить в одиночестве, забравшись в лес и тренируясь управлять своей новой способностью.
Какую именно силу он обрёл, я не говорю, потому что рассказывать кому-нибудь подобное или нет, – личное дело каждого стража, – пояснил врач, прочтя немой вопрос, навязчиво бившийся в голове Джона. – Он сам тебе расскажет, если сочтёт нужным.
Шеппард поднял брови и понимающе кивнул.
– В общем, мне стоило не малых усилий пробиться сквозь его панцирь отчужденности и враждебности, и заново научить его воспринимать окружающий мир более или менее адекватно, – закончил рейф свою мысль. – Став постарше, примерно лет в одиннадцать, Грег обзавёлся идеей-фикс: выследить и убить торговцев, предавших его семью, а если повезёт, то и в’голор, расправившихся с ней. Он начал сбегать из дома, проходя через Врата в миры, заселённые людьми. Правда после нескольких таких эскапад он всё-таки сообразил, что найти обидчиков на просторах галактики, да ещё спустя шесть лет, не проще чем отыскать молекулу кислорода в вакууме космоса, и оставил свою затею. Однако, он жаждал риска и мести, кипя ненавистью и обидой на всех представителей человеческой расы, поголовно видевшихся ему какими-то монстрами. Потому Грег продолжил свои экспедиции в миры людей, задавшись банальной для озлобленного подростка целью, – насолить как можно большему количеству людей.
Он дрался, воровал, устраивал погромы, а пару раз с помощью своей силы даже сбивал людские звездолёты, шедшие на взлёт: счастье, что тогда никто не погиб. Конечно, я пытался его урезонить, но тот период жизни Грега не пронимали ни убеждения, ни уговоры, ни угрозы, ни запреты, ни посулы, н рукоприкладство, ни домашний арест. Что бы я не предпринимал он снова удирал и влипал в неприятности.
Селдор на минуту умолк и, судя по горечи во взгляди, погрузился в воспоминания о тех нелёгких днях, но потом вздохнул и продолжил.
– В общем, это прекратилось только тогда, когда в очередной раз дав волю своему гневу и своей силе, Грег чуть не убил невинного парня, просто оказавшегося не втом месте и не в то время. По счастью, Грег испугался того, что натворил и, вовремя спохватившись, вызвал меня и Нирду, где это произошло, так что паренёк остался жив. Только после этого случая мне удалось довести до его сознания мысль, что выплёскивая свою ярость на тех, кто перед ним ничем не виноват, он поступает с этими людьми так же жестоко и не справедливо, как в’голор с его семьёй.
На убийц родных ни внешне, ни внутренне Грег становиться похожим не хотел, а потому со временем изменил своё отношение к людям. Научился обуздывать свою ярость и, до определённой степени, страх перед ними, который её порождал.
– В чём я лично и имел возможность троекратно убедиться, – усмехнувшись, подытожил Джон.
За их не столь продолжительно знакомство Грег, действительно, успел спасти Шеппарду жизнь три раза: вытащив его из трясины, не позволив фантому поглотить его во время атаки, и после неё, отказавшись подчиниться воле сверхтелепата, побуждавшей немого стража прикончить человека.
– Вообще-то, четырехкратно, – едва заметно улыбнулся Селдор. – Ведь это именно Грег нашёл тебя на той пустынной планете, куда ты попал из Пегаса.
Отряд Мака тогда угодил под тяжёлую бомбардировку ирйен при отходе к Вратам и разделился. Грег, волею случая, оказался один. Он тащил тебя на себе, поддерживая в тебе жизнь доступными ему средствами, несколько километров прежде, чем воссоединился с остальными.
– Вот как, – удивился Джон. – Рейла об этом не упоминала, – заметил он, с интересом обдумывая эту новую подробность.
– Не упоминала, учитывая общеизвестную любовь Грега к людям и собственной популярности.
Шеппард понимающе кивнул и надолго умолк.
Ёщё до эмпатического контакта с Грегом Джон, хотя и боялся его, начал понимать, что немой рейф, несмотря на все выходки и причуды, отнюдь не такая сволочь, какой пытается казаться. Соприкоснувшись с душой Грега и увидев, насколько она добра и… искалечена, Джон испытал к нему искреннее сострадание. Теперь землянин не столько жалел, сколько уважал своего нелюдимого знакомца. Его история, рассказанная Селдором, ещё больше расположила землянина к немому стражу, усилив его желание видеть Грега своим другом.
– Селдор, скажи, – вспомнив ещё кое-что, вновь проговорил землянин после продолжительной паузы, – в семье Грега были арлекины,… те, у кого разноцветные глаза.
Старый наклаварец, казалось глубоко ушедший в свои мысли, откликнулся тем не менее быстро:
– Гил-Грейн, его дед. У него один глаз был тёмно-серым, а другой – голубым, как весеннее небо. Небольшая генетическая аномалия. А с чего заинтересовался? – Селдор вопросительно поднял бровь, и Шеппард рассказал о другом сне, который привиделся ему после нападения Грега: пожар в подвале и разноцветные глаза, смотрящие на него сквозь пламя.
– Это воспоминание Грега, – уверенно проговорил страж. – Гил-Грейн, хотя и смертельно раненый был ещё жив, когда в’голор учинили пожар, и до последнего ментально поддерживал внуков, стараясь оградить их сознание от ужаса происходящего, – Селдор запнулся, его лицо вновь исказила гримаса застарелой боли, потревоженной воспоминанием. Однако, в следующее мгновение он уже полностью взял себя в руки. – Это странно, что ты смог увидеть воспоминание Грега после эмпатического контакта с ним, – заметил он спокойно, с ноткой удивления. – По тому, как ты описал свой сон, я бы сказал, что он похож на так называемый телепатический след. Однако, такой мог бы остаться в твоём сознании, только если бы Грег проник в твой разум, при том глубоко.
– Ну, вообще-то он и проник, – признался Джон и поведал наклаварцу о том, как позволили немому стражу, провести глубокое сканирование своей памяти.
– Я просто хотел, что он увидел, что я за человек и перестал меня бояться, – произнёс землянин, заканчивая свой рассказ. – И… Что? – сопросил он, заметив странное выражение, застывшее на лице собеседника.
В чертах рейфа причудливым образом смешались изумление, благодарность и радость.
– Ты удивительный человек, Джон Шеппард, – проговорил наклаварец сиплым полушёпотом. – Узнав, с кем тебе выпало делить убежище в бурю, я предполагал, что, тем или иным образом, ты сумеешь найти с Грегом общий язык. Но такое…, – он многозначительно покачал головой. – Совсем недавно мы, рейфы Анагаса, были для тебя монстрами, а теперь ты добровольно открываешь одному из нас самые сокровенные уголки своего сознания, – то, что некоторые считаю святая святых своего «я», – чтобы помочь ему сохранить рассудок. Ни один человек Анагаса не сделал бы этого для стража.
Шеппард невольно смутился от той искренней благодарности, которой лучилась каждая чёрточка лица Селдора.
– Я не из Анагаса и, пожалуй, уже не совсем человек, – усмехнулся он, вспоминая о произошедших с ним метаморфозах. – К тому же, как однажды сказал мой приятель, я всего лишь вернул долг, – добавил с иронией, подразумевая под приятелем Тодда. – А в моём случае только часть, учитывая, сколько раз он меня спас.
– Если и так, думаю, надолго обязанным ему ты не останешься, – улыбнулся в ответ Селдор.
– Ты знаешь, где его можно найти? – немного помолчав спросил Шеппард. – Я так понимаю, в селе Грег не объявляется, а мне, после всего услышанного, хотелось бы сказать ему «пару ласковых».
Селдор усмехнулся.
– Да, в селе Грег почти не бывает. Насколько, я знаю, когда он не забирается в глушь, вроде той, где вы встретились, то обретается на озере. Оно находится на юго-западе, в паре часов ходьбы от посёлка. Вы должны были проходить это место, когда возвращались.
– Точно, – Джон действительно вспомнил, как на подходе к поселению стражей, невдалеке от них с Грегом в просвете ветвей, раз или два блеснула водная гладь.
– Но я бы посоветовал тебе сегодня не искать Грега: он в ближайшие недели с Наклавара никуда не денется, – сказал рейф, чувствуя желание Шеппарда поскорее вновь увидеться с немым стражем, – Лучше сходи сейчас в Лазарет и попрощайся с Джейком.
– Джейк?! – воскликнул Джон, немедленно отрываясь от круговерти своих мыслей. – Попрощаться? Он что у..?
– Нет, – быстро перебил его рейф. – Джейк не умирает, по крайней мере пока. Он улетает. Возвращается на свой корабль. Незадолго до полуночи за ним должен прилететь катер.
– Возвращается на боевой звёздолёт? В его-то состоянии? – изумился землянин. – Или ему стало лучше?
– Нет, Джон, лучше ему не стало. Мы сделали для него всё, что могли, – печально произнес врач. – Сейчас его состояние стабильно на столько, насколько это вообще возможно, учитывая повреждения его мозга. Джейк знает, что, скорее всего не доживёт до конца года, но хочет провести свои последние дни, не валяясь по лазаретам, а работая в кругу друзей и возможно спасая чьи-то жизни.
– Ясно, – потупился Шеппард. – Это похоже на него.
Тогда, я пойду прямо сейчас, – сказал он и поднялся на ноги.
Уже выходя из комнаты с горой грязной посуды на подносе, Джон обернулся и сказал:
– Кстати, забыл спросить, не знаешь, где сейчас Мак?
– В соседнем поселении вместе с Рейлой и Даном. Вернутся через пару дней. А что?
Шеппард объяснил, что обдумал предложение Селдора и хотел бы попроситься в отряд Маку. Рейф встретил его заявление с крайним одобрением.
– Уверен, Мак согласится, – подбодрил его страж, улыбнувшись. Джон благодарно кивнул и, махнув на прощание рукой, скрылся за дверью.


[img]http://savepic.ru/4011767.jpg[/img]
Награды: 3  
Desreny Дата: Суббота, 16 Февраля 2019, 10:03 | Сообщение # 273
По ту сторону врат
Группа: Пользователи
Сообщений: 399
Репутация: 3
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Написано хорошо в этот раз!
Награды: 0  
Аэгнор Дата: Среда, 20 Февраля 2019, 09:47 | Сообщение # 274
Участник экспедиции
Группа: Пользователи
Сообщений: 109
Репутация: 60
Замечания: 0%
Статус: где-то там
2
Прощальный подарок


Шеппард тронулся в путь быстрой рысью, ставшей привычным способом передвижения за время путешествия с Грегом, и очень скоро миновал посёлок. Ступив под своды Лазарета, он узнал у первого же попавшегося ему знакомого медика, что Джейк по-прежнему живёт в их старой палате, и поспешил туда. Поднявшись по лестнице на сорок пятый этаж, – транспортёром ему пользоваться не захотелось, – Джон отыскал нужную дверь и, лёгким хлопком по кнопке на стене заставив её втянуться в боковой косяк, вошёл в знакомую комнату.
Джейк ковылял по палате, поглощённый сборами. Звук открывающейся двери заставил рейфа вскинуться, оторвавшись от своего занятия.
– Джон! – радостно воскликнул он, увидев землянина и, раскачиваясь из стороны в сторону на предательски непослушных ногах, похромал навстречу другу.
– Привет, Джейк, – шагнув к киборгу Шеппард, сжал его трясущуюся ладонь в крепком пожатии, одновременно поддерживая его и помогая сохранить равновесие.
– Прости, что я пропал…
– Селдор рассказал, почему ты ушёл, – прервал Джейк его объяснения. – Мне жаль, что с твоим другом в Пегасе случилось такое, но я верю, – с ним всё будет хорошо, – искренне проговорил он.
– Спасибо, приятель, – сказал Шеппард, заливаясь краской стыда.
Похоже, что в течение всего отсутствия землянина Джейк всей душой переживал за него, а он практически не вспоминал о киборгизированном страже с самого своего бегства из посёлка.
– Я рад, что успел застать тебя, – вновь заговорил Шеппард. – Слышал, ты сегодня улетаешь.
– Ага, – лицо молодого рейфа просветлело, и он в двух словах описал, какая миссия ожидает звездолет, с экипажем которого он отправляется в путь.
– Расскажи, что с тобой приключилось за этот месяц, – потребовал страж, закончив свои объяснения. – Судя по тому, что я слышал от Селдора и ещё кое-кого, у тебя он был гораздо интереснее, чем у меня.
– Ну, можно и так сказать, – расхохотался Шеппард.
За разговорами Джон помогал Джейку собираться. Вещей у рейфа было немного: в основном всевозможные приборы, различные инструменты и…. медикаменты, – но непослушные руки не позволяли ему быстро и оптимально расположить всё это во вместительном вещмешке.
Закончив, наконец, с пожитками стража, друзья устроились на широком подоконнике и проговорили до позднего вечера. Когда же солнце полностью скрылось за горизонтом, и на небе высыпали первые звёзды, человек и рейф поднялись на крышу Лазарета, где размещалась посадочная площадка для маломерных космических кораблей. Некоторое время оба молчали, наблюдая за последними отсветами гаснущего заката, и океаном мерно вздыхавшим далеко внизу. Потом взгляд Шеппарда привлекла маленькая жёлтая звёздочка, которая в отличие от своих сестёр почему-то двигалась и росла. Только через несколько секунд землянин догадался, что это не звезда, а катер, входящий в атмосферу. Ещё через пару минут он смог убедиться в своей правоте. Жёлтая точка превратилась в узкую продолговатую тень с яркими огнями по контуру, а потом в изящный остроносый космолёт. Приземлившись на удивление бесшумно, корабль выпустил посадочные упоры и открыл люк, выдвинув металлический язык трапа.
– Это за мной, – сказал Джейк, наблюдая за движениями катера.
Настала пора прощаться.
«Прощаться с очередным другом. Прощаться навсегда», – вдруг понял Джон с необычайной ясностью, и от этого осознания у него защемило сердце.
Он повернулся к Джейку, собираясь напоследок сказать что-нибудь бодрое и беззаботное, скрыв грусть, омрачившую ему душу, но наткнулся на проницательный взгляд серебристых глаз, и понял, что рейф разгадал его чувства.
– Не надо. Не скорби обо мне, – сказал Джейк, то уловив отзвуки мыслей Шеппарда, то ли почувствовав его настроение. – Я принёс достаточно горя в этот мир, – проговорил он, намекая на печальное происшествие с его изобретением для закрытия искусственных межгалактических мостов ирйен, – и не хочу, чтобы хоть ещё одна живая душа скорбела из-за меня.
Не сожалей о том, что тебе не дано изменить или сохранить. Жизнь слишком коротка, чтобы растрачивать её на подобные горести. Радуйся, Джон. Радуйся и благодари Бога за каждый новый день, за каждый вдох, за каждую удачу и неприятность. За тех, кого обрёл, и за тех, кого потерял, но имел счастье знать и любить.
Я рад называть тебя другом, Джон Шеппард, и благодарен Богу за то, что Он позволили нашим дорогам пересечься.
– Я тоже считаю тебя другом, Джейк, – только и смог выдавить в ответ землянин, которого слова киборга, как всегда тронули в самое сердце. – Конечно, Джейк, я буду радоваться, что знал тебя. Пусть и очень недолго.
Джейк тепло улыбнулся в ответ. Он сделал пару шагов в сторону катера, махнув рукой палариму, показавшемуся на трапе, но, неожиданно, остановился и вновь обернулся к Джону.
– Совсем забыл, – произнёс он. – У меня же есть кое-что для тебя.
Сбросив с плеча объёмистую сумку, рейф извлёк из неё продолговатый футляр, отливавший тёмным глянцем полированного дерева, и протянул его другу. Приняв и открыв блестящую, приятную на ощупь коробку, Джон присвистнул от удивления и восхищения. Содержимое футляра составляло изящное энергетическое оружие, – по форме отдалённо напоминавшее пушку Ронона, – со светлой рукоятью и грозно поблескивавшим голубоватым металлом стволом; рядом с ним в специальных выемках уплотнителя покоилось восемь тонких квадратных пластинок.
– Когда Селдор рассказал, что предложил тебе присоединиться к отряду разведчиков, я подумал, – ты, скорее всего, согласишься, и тебе понадобится оружие.
Это старзласт, – рейф указал на пушку. – Компактное, лёгкое и достаточно мощное энергетическое оружие. Вообще-то у нас оно считается стандартом, но эту модель я сам собрал для тебя с некоторыми усовершенствованиями. А это, – он ткнул дрожащим пальцем в полупрозрачные пластинки, – блоки питания к нему. Их я тоже немного переделал, так что этого запаса тебе должно хватить лет на восемьдесят, если конечно не будешь делать из них бомбы.
– Спасибо, Джейк, – с чувством поблагодарил Шеппард. – Спасибо огромное, – добавил он, не зная в каких ещё словах выразить значимость для него такого подарка.
Рейф кивнул, а затем неверной рукой вытащил из-за пазухи широкий гибкий браслет, отливавший металлом, с тонким ромбовидным кристаллом посередине, и тоже протянул его человеку.
– Это тоже тебе, – как-то сконфужено произнёс он.
Шеппард принял браслет и одел на руку. Тот свободно скользнул по кисти, а потом сам собой затянулся, удобно сев на запястье.
– Что это за штука? – поинтересовался Джон, с любопытством разглядывая чудну́ю вещицу.
Джейк некоторое время молчал, растерянно почёсывая круглый шрам на виске, а потом признался:
– Я не помню.
Джон непонимающе взглянул на него, а потом оба расхохотались.
– Провалы в памяти, – с горечью проговорил рейф, отсмеявшись. – Я помню, что долго работал над этим прибором, и что сделать его было очень важно, но для чего он нужен, как действует, и почему это было важно, забыл напрочь.
– Не страшно, – отозвался Шеппард.
Джейк снова помолчал, а потом неожиданно попросил:
– Не забывай меня, Джон Шеппард. Даже если так и не поймёшь, для чего он нужен, – страж кивнул на браслет, – пусть эта безделица послужит тебе памятью обо мне.
– Не забуду, – глядя ему в глаза, пообещал Джон, понимая, как сильно пугает и гнетёт рейфа его беспамятство. – Уж кого-кого, а только не тебя, – добавил он полушутливо, но его глаза при этом остались серьёзными. – А если нам суждено будет ещё встретиться, и ты меня не признаешь, о себе я как-нибудь напомню.
Сказав это, Джон крепко обнял рейфа; мельком отметив про себя, что ещё три месяца назад и не подумал бы сделать что-нибудь подобное.
– Прощай, Звёздный Странник, – произнёс страж, разомкнув ответные объятия и чуть отстранившись. – Ты не знал, что многие давно за глаза величают тебя этим прозванием? – поинтересовался рейф, хитро прищурившись в ответ на озадаченную мину Шеппарда.
Тот отрицательно покачал головой.
– Я думал, – в этой галактике все странствуют среди звёзд, – заметил он.
– Да, но не среди таких далёких, с каких пришёл ты.
– Ладно. Значит, пусть величают дальше, – рассмеялся Шеппард и, помолчав, добавил:
– Прощай, Джейк. С Богом, – он хлопнул стража по плечу.
Тот улыбнулся в последний раз и, повернувшись к Шеппарду спиной, нетвёрдым шагом направился к катеру. На полпути к нему подбежал встречающий паларим и, дав на себя опереться, помог искалеченному учёному взойти на корабль. Когда оба стража исчезли в его недрах, трап втянулся, и люк плавно закрылся. Остроносый космолёт убрал посадочные упоры и, неслышно оторвавшись от платформы, стремительно взмыл в ночное небо.
Джон провожал глазами катер Джейка до тех пор, пока тот не скрылся из виду, а потом вздохнул и направился к транспортёру. Уходить ему не хотелось, но время близилось к полуночи, и он, памятуя о предупреждении Нирды, поторопился спуститься вниз.


[img]http://savepic.ru/4011767.jpg[/img]
Награды: 3  
home12d Дата: Четверг, 21 Февраля 2019, 21:20 | Сообщение # 275
Гражданское лицо
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Репутация: 0
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Здравствуйте,Аэгнор!Спасибо за долгожданное продолжение,пожалуйста не пропадайте так на долго(уже начала волноваться).Благодарю за такую большую вселенную,за глубокий внутренний мир Анагаса и конечно большое спасибо за новые и будущие приключения Джона! Очень надеюсь на захватывающие истории и на возвращение домой.
Вдохновения Вам,творческого полёта,лёгкого пера и всего самого,самого лучшего!Спасибо:)
P.S:прошу и требую,пишите и радуйте нас по чаще,не исчезайте так на долго:)
Награды: 0  
Kitten Дата: Пятница, 22 Февраля 2019, 18:30 | Сообщение # 276
Дух Атлантиса
Группа: Свои
Сообщений: 7841
Репутация: 2074
Замечания: 0%
Статус: где-то там
История в целом могла бы быть в разы лучше, если бы автор с самого начала обращал внимание и прислушивался к замечаниям и советам читателей. 1tooth
А потому история напоминает винегрет, в котором намешано все, что автор либо когда-то смотрел или читал по-ходу (так что под час создается впечатление, что автор сам не ведает, о чем пишет порой вопреки логике и обосную).
Как-то оно так...
Сообщение отредактировал Kitten - Пятница, 22 Февраля 2019, 20:47


Мир велик и тесен (с)
ШОК - это по-нашему (с)
Награды: 99  
Аэгнор Дата: Вторник, 26 Февраля 2019, 10:48 | Сообщение # 277
Участник экспедиции
Группа: Пользователи
Сообщений: 109
Репутация: 60
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Спсибо всем на добром слове) Надеюсь, что в будущем пропадать буду реже. А сейчас продолжение!

Добавлено (26 Февраля 2019, 10:49)
---------------------------------------------

3
Тоорон

Выйдя из Лазарета, Шеппард направился не в посёлок к дому Селдора, а в лес. Стояла чудесная тихая ночь, и ему не хотелось так скоро вновь возвращаться в четыре стены, особенно после месячного заточения в дупле. Джон снял сапоги и продолжил путь босиком, загребая пальцами ног длинные шелковистые космы лесной травы. Какое-то время он просто брел, наслаждаясь ночью, а потом, незаметно для себя, начал прислушиваться к эмоциям леса. Радостное умиротворение, исходившее от невидимых в темноте животных, деревьев, кустов подлеска, трав и даже от самой земли, тут же заполнило собой сознание землянина, из его души исчезли последние отголоски сегодняшних тревог и печалей.
Шеппард гулял по лесу не меньше часа, то любуясь ночной красотой наклаварской природы, то растворяясь в переживаниях окружавших его живых существ. Лишь почувствовав усталость, впервые столь откровенно накатившую на него с того дня, как они с Грегом покинули дупло в марроне, он свернул на знакомую тропинку, ведущую к посёлку. Ещё минут через сорок неспешной ходьбы Джон, наконец, добрался до жилища Селдора.
Бесшумно войдя в непривычно тихий и тёмный дом, Джон прошлёпал босыми ногами по деревянному полу в гостиную, где растопил камин и повесил над огнём чайник. Затем он плюхнулся в кресло, нарочно придвинутое поближе к очагу, и с наслаждением протянул к нему ноги, дожидаясь, пока закипит вода.
Нет, разумеется, у стражей существовали технологии, позволявшие готовить пищу без подобной экзотики. Шеппард мог бы запросто вскипятить воду, активировав тонкую, – не толще листка писчей бумаги, – сенсорную панель, встроенную в стол, тянувшейся по всей длине одной из кухонных стен, и уже через минуту потягивать горячий чай. Однако, стражи обычно предпочитали пользоваться огнём вместо всяческих электромагнитных волн, – хотя по какому принципу на самом деле работала кухонная панель, землянин так и не уразумел, – прибегая к высоким технологиям лишь в случаях крайней спешки. А поскольку теперь Джону спешить было никуда не надо, он решил последовать примеру стражей.
Он сидел, прислушиваясь к убаюкивающему потрескиванию поленьев в камине, а его мысли тем временем вновь обращались к событиям минувшего дня. Расставание с Грегом, – трудно было поверить, что это произошло только сегодня утром, – долгая, пугающая, но крайне познавательная беседа с Селдором, прощание с Джейком.
Джейк.
Вспомнив прощальное напутствие киборга, Шеппард улыбнулся, задумчиво поглаживая пальцем загадочный браслет на левом запястье. Ещё через мгновение он стряхнул с себя сковавшее его оцепенение и, открыв футляр, который до этого машинально пристроил у себя на коленях, погрузился в изучение сразласта.
Он осмотрел оружие со всех сторон и уже минут пять копался в голографической инструкции, предусмотрительно приложенной к оружию Джейком и переведённой им на английский язык, когда в глухой тишине спящего дома громко хлопнула входная дверь. От неожиданности Шеппард вздрогнул и уронил футляр с разложенной на нём проекционной панелью на пол. Голографическое трёхмерное изображение сразласта со всевозможными подсказками и поясняющими ссылками тут же погасло. В это время в прихожей прошаркали чьи-то неверные шаги, вслед за которыми раздался грохот, словно от падения чего-то, – или кого-то, – большого и тяжёлого.
Шеппард быстро убрал старзласт с проекционной панелью и, схватив стоявший поблизости фонарь: централизованного освещения в доме не было, – поспешил на шум. Выбежав из гостиной, Джон споткнулся обо что-то, лежавшее посреди прихожей.
Джон выругался, с трудом устояв на ногах, и, опустив фонарь, принялся рассматривать неожиданное препятствие, коим оказался… рейф. Высокий, в запылённом камзоле из грубой кожи, запятнанной кровью, с длинным мечом в потёртых ножнах на одном боку, и старзластом – на другом. Он лежал лицом вниз и не шевелился.
«Судя по всему раненый солдат из недавнего боя», – подумал Шепард, опустившись на колени рядом с незнакомцем.
Прощупав пульс стража и прислушавшись к его хриплому, но ровному дыханию, Джон решил, что сиюминутно умирать тот не собирается. Джон снял с него походную сумку и тяжёлый пояс с оружием, и перетащил его в гостиную, устроив на диване. Там он обследовал рейфа медицинским сканером, которым Мак и остальные в своё время учили его пользоваться. Это был маленький приборчик, крепившийся на запястье пациента в виде небольшого наруча и выводивший информацию о состоянии организма в виде трёхмерной голограммы его тела со всеми повреждениями и сводкой медицинских данных.
Никаких критически тревожных показаний прибор не выдал, и Шеппард, убедившись в правильности своих наблюдений, принялся оказывать первую помощь пострадавшему.
Обрабатывая его раны: многочисленные и глубокие порезы, ссадины и кровоподтёки, – Джон понял, что рейф был не только ранен, но и не милосердно избит.
Закончив с врачеванием, землянин отнёс бинты, сканер и медикаменты обратно в просторную комнату, где Селдор хранил весь свой медицинский инвентарь.
«Хорошо снимать комнату в доме у медика», – с довольной усмешкой подумал Джон, закрывая комнату.
Вернувшись в гостиную, он вновь уселся в кресло, придвинувшись поближе к дивану, с намерением следить за состоянием стража, если не до тех пор, пока тот не очнётся, то хотя бы до утра, когда к нему можно будет позвать Селдора: тормошить измотанного болезнью старика среди ночи, Шеппарду ужасно не хотелось.
Однако, ждать землянину пришлось не так долго, как он предполагал. Меньше, чем через час ночной гость слабо пошевелился, открыл глаза. Жёлтые глаза с вертикальным зрачком.
«Титанец или оттурианин», – отметил про себя Шеппард, внимательно наблюдая за стражем. Из давнего разговора с Селдором, он знал, что в ходе перерождения элдоранов только эти два народа обзавелись «звериными» глазами.
С трудом сфокусировав на Шеппарде всё ещё затуманенный взгляд, рейф попросил воды. Джон сходил на кухню и принёс кувшин со стаканом. Утолив жажду, страж отставил стакан и снова взглянул Шеппарда, уже более осмысленно.
– Спасибо, – глухо выдохнул он, кивнув на опустевший стакан и бинты, закрывавшие его раны, и обессилено откинулся на подушку, устало смежив веки.
– Ты ведь Шеппард? Пришелец из Пегаса? – спросил он немного погодя.
– Да, – ответил Джон в некотором замешательстве. – Мы знакомы? – удивлённо поинтересовался он.
– В каком-то смысле, – открыв глаза, слабо усмехнулся страж. – Зоран Реш, – представился рейф, протянув землянину руку. – Я из отряда Мака Коннара, который нашёл тебя в пустыне и принёс на Наклавар.
– Вот оно что, – проговорил Шеппард, сердечно отвечая на рукопожатие рейфа, а внутренне радуясь встрече с ещё одним потенциальным боевым товарищем. – Что ж, рад познакомиться. Ещё раз.
– Взаимно, – измождённое, побитое ссадинами и синяками, – правда уже заметно поджившими, – лицо стража вновь осветила приветливая улыбка.
– Как ты себя чувствуешь? – помолчав, спросил Джон, возвращаясь к насущным заботам.
– Учитывая ситуацию, отлично, – отозвался рейф.
– Рад слышать, – сказал Шеппард.
– Кстати я с Титана. И, поверь, с оттурианами мой народ перепутать очень сложно, – неожиданно добавил страж, видимо услышав размышления Джона, предшествовавшие их беседе.
После пары чашек чая и небольшой закуски, собранной Шеппардом, Зоран окончательно пришёл в себя, и они разговорились.
После стольких дней, проведенных в обществе замкнутого и пароноидального нелюдима Грега, Зоран показался Шеппарду слишком разговорчивым, несколько чересчур откровенным и доверчивым, а в чём то даже наивным. Однако, по ходу беседы землянин, в конце концов, пришёл к выводу, что простаком и тем более дураком нового знакомца назвать никак нельзя. В его жёлтых, но совершенно не хищных глазах, светился проницательный ум, спокойствие и доброта, а в словах чувствовалась рассудительность и жизненная мудрость. Простоватая, но искренняя манера Зорана держаться, сразу располагала к нему, а потому беседовать с ним было легко и приятно.
Переговорили они о многом. Зоран с любопытством расспрашивал Шеппарда о Земле и жизни на Атлантиде, и Шеппард, к собственному удивлению, в числе прочих вещей рассказывал ему о таком, о чём прежде мог говорить только с Селдором или с Джейком. Зоран в свою очередь тоже поведал ни мало интересного, отвечая на вопросы землянина. Так, например, Джон выяснил, чем именно отличаются титанцы от оттуриан и согласился с собеседником, что перепутать два эти народа фактически невозможно, особенно по внешности. Кроме всего прочего Зоран рассказал, что у стражей совершеннолетие наступает в десять тысяч лет. Молодёжь, не достигшую этого возраста, считаю подростками или, вернее «переростками». Физически стражи формируются быстро, – заметно быстрее людей, – но в эмоциональном, психическом и психико-ментальном плане, окончательно взрослеют лишь по истечении ста веков своей жизни.
В отряде Мака за исключением троих его членов, с которыми Шеппард ещё не был знаком, все были «переростками».
– А всё-таки кто тебя так отделал, Зоран? – сочувственно поинтересовался Шеппард, наливая им с рейфом ещё чая и заметив, как страж морщится от боли при любом резком движении.
– Частично ирйен, частично люди, – ответил титанец.
– Как это? – не понял Джон, и страж объяснил.
Одна из тех разведывательных миссий, в которые Мак разослал членов своего отряда, привела Зорана и его напарника аркасьянца Зефа на планету людей, где ирйен тайно устроили базу и готовили нападение на большой город неподалёку. Собрав информацию, Зоран и Зеф уничтожили базу, но многим ирйен удалось выбраться с неё до того. В ходе завязавшегося сражения Зеф, захватил один из малых космолётов, которые ирйен держали вне базы, и увёл половину выживших хамелеонов за собой, выйдя на орбиту и прыгнув в гиперпространство. Зоран разобрался с теми, кто остался на планете, но и сам получил тяжёлые раны. Возвращаясь к Вратам, титанец решил срезать путь через город, нападение на который они предотвратили, поскольку дорого в обход заняла бы раза в три больше времени, а силы стража таяли поминутно. Зоран надеялся пройти через город незамеченным, но от непомерной усталости в какой-то момент утратил бдительность, и его засекли. Поняв кто он и что он, люди напали на него и сильно избили. Когда рейф потерял сознание, его вероятнее всего посчитали мёртвым и выбросили из города, по счастью с той его стороны, которая была ближе к Вратам.
– Что? – Шеппард не верил своим ушам. – То есть почему?! Почему они это сделали?! – вопросил он в удивлении и негодовании.
Зоран невесело улыбнулся.
Основная часть людей Анагаса не против того, что стражи защищают их дома от ирйен, фантомов и прочих напастей, но в то же время в большинстве случаев они не терпят, когда мы появляемся на их территории. Если люди застают кого-то из нас поблизости от своих жилищ, то… ведут себя крайне бесцеремонно и агрессивно.
«Так люди благодарят нас за нашу помощь», – всплыли в памяти Шеппарда слова Грега, сказанные ему немым стражем в тот день, когда у рейфа под влиянием фантома вскрылись шрамы на спине, а землянин впервые установил с ним эмпатический контакт.
– Хочешь сказать такие нападения со стороны людей в порядке вещей? – спросил Джон с возмущением.
– Да, – спокойно ответил Зоран.
– Но почему вы терпите такое отношение к себе, особенно с учётом того, что делаете для всех жителей галактики? – возмутился Джон. – Неужели со всеми вашими способностями вы не можете это пресечь?
– Нет, Джон, – Зоран покачал головой. – Не можем. Во-первых, законы Ордена запрещают применение «всех наших способностей» и физической силы против людей при подобных нападениях; разве, что по минимуму и в самых критических случаях. Во-вторых, даже, несмотря на законы никто из стражей по собственной воле не решится на такие меры без крайней необходимости.
– Но почему?! – недоумение Шеппарда возрастало с каждой минутой. – Неужели ваши законы и моральные принципы возбраняют вам защищать свою жизнь доступными средствами от тех, кого вы защищаете от ирйен.
– В какой-то степени, возможно, – кивнул Зоран. – НО! Мы стремимся сохранять и поддерживать мир между народами Анагаса, а, отвечая насилием на насилие, этого не добьёшься, Джон, – проговорил рейф, глядя в глаза землянину. – Когда человеческая раса начала проявлять свою неприязнь к нашим предкам подобным образом, – выдержав небольшую паузу продолжил Зоран, – разумеется, многие стражи пытались отражать атаки людей с помощью своих способностей. Только заканчивалось это равно плохо и для тех, и для других.
Понятное дело, что люди в основном нападали на стражей, ослабленных усталостью, ранами или болезнью, – когда мы здоровы и сильны мы редко попадаемся им на глаза, – а в подобном состоянии нам труднее контролировать свои способности. Иногда настолько труднее, что мы полностью утрачиваем над ними контроль. Теряя власть над своими силами, наши предки по роковой случайности учиняли огромные разрушения, калеча и убивая не только нападавших, но и тех, кто в этот момент просто находился поблизости. А такой исход в свою очередь влёк ещё большую агрессию со стороны людей.
Для пущей наглядности Зоран привёл в пример два наиболее показательных случая. В первом, один аркасьянец, на мгновение утратив контроль над телекинезом, случайно убил маленького мальчика, выбежавшего на шум и оказавшегося сыном одного из нападавших. Страж спасся, но обозлённый отец, погибшего ребёнка взбаламутил весь свой народ и повёл его настоящей войной на Орден Четырёх Рас. Лидерам стражей в тот раз с великим трудом удалось остановить кровопролитие, грозившее вылиться в галактическую войну. Во втором – разрушение города группой стражей, возвращавшихся из боя с ирйен и подвергшихся нападению людей, вызвало в последних одуряющую волну ярости. Почуяв этот взрыв «тёмных чувств», на планету, где всё происходило, явился фантом, который уничтожил и людей, и стражей.
– В то же время, – сделав ещё глоток чая, продолжал Зоран, – усиленные естественным металлическим волокном кости и высокая степень регенерации тканей, позволяют нам выходить из подобных стычек с людьми практически невредимыми.
Согласен, по мне не скажешь, что я легко отделался, – кивнул титанец, заметив ироничную усмешку, скривившую губы Шеппарда в горькой гримасе. – Однако, несмотря на то что, лупили меня долго и с чувством к утру я встану на ноги, а ещё через день-два оправлюсь окончательно, при том не загубив ни одной человеческой жизни. Если бы я решился защищаться, то и для меня и, в первую очередь, для напавших на меня людей, всё могло закончиться гораздо плачевнее.
Особенно, учитывая то, какой силой я обладаю, – помолчав, едва слышно добавил рейф.
– И какой же? – разобрав последние слова стража, спросил Шеппард, не сдержав любопытства. Впрочем, он тут же осёкся, вспомнив утренний разговор с Селдором. – Если, конечно, не секрет, – поспешно добавил он.
– Я не Грег, так что не секрет, – от души рассмеялся Зоран, и в этот момент Шеппард увидел, что многие кровоподтеки и ссадины исчезли с его лица.
– Я тоо́рон, – загадочно произнес рейф.
– И что это значит? – Шеппард озадаченно вскинул брови.
Рейф усмехнулся уголками губ и протянул руку в сторону камина. В ту же секунду от языков пламени, неторопливо поглощавших догорающие поленья, отделился небольшой рыже-алый огненный шар и вылетел из очага. Миновав расстояние разделявшее камин и диван, трепещущий комочек тепловой энергии аккуратно приземлился на раскрытую ладонь титанца.
– Это значит «Повелитель Пламени», – ответил рейф Шеппарду, наблюдавшему за происходящим с огорошенным видом.
– Ясно, – поговорил Джон, заворожено глядя на золотистый кусочек пламени, ярко и ровно горевший на ладони стража и, при этом, не обжигавший её.
Огонёк тем временем, будто ожив, принялся ползать по руке рейфа, то скользя у него между пальцами золотистой гривастой ленточкой, то обвиваясь спиралью вокруг предплечья. Затем, разгоревшись ярче, сгусток пламени поднялся над диваном и поплыл по комнате, принимая самые разнообразные формы. Сначала он вытянулся в высокое дерево с широкой кроной, усыпанной диковинными цветами; потом рассыпался в стаю гигантских птиц, которые мчались над бушующим морем, задевая когтистыми крыльями лохматые барашки волн. После огонь растёкся по комнате пылающим покрывалом, обволакивая мебель и стены хищными сполохами, однако,… ничего не поджигая. Обойдя всю комнату по периметру, но нигде не оставив следов своего пребывания, огонь вновь собрался в шар и послушным зверьком прыгнул обратно в ладонь к рейфу. В следующее мгновение Зоран погасил его, сомкнув пальцы.
– Это было круто, – произнёс Шеппард немного погодя со смешанным чувством восхищения и ужаса.
– На самом деле, нет, – печально возразил Зоран, и Джон мысленно с ним согласился.
Хотя о пирокинезе землянину было известно, лишь то, что в своё время он почерпнул из комиксов, фантастических книг и фильмов, ему не составляло труда представить, какие разрушения Зоран мог бы учинить с его помощью, если бы захотел.
«Или если бы утратил над ним контроль в неподходящий момент, – мрачно подумал Шеппард. – Скажем, обороняясь от идиотов -людей».
Только тут Джон заметил, что рейф внимательно наблюдает за ним и, – сомневаться в этом не приходилось, – прислушивается к его мыслям.
– Думаю, теперь ты понимаешь, почему за большее благо мы почитаем терпеть побои и унижения от людей, чем отвечать им тем же.
– Понимаю, – глухо ответил Шеппард, кивнув.
После того, что Зоран ему показал и рассказал, Шеппард не мог не согласиться со справедливостью позиции стражей, но, принять такой расклад вещей, ему пока было тяжело. Впрочем, терпение, милосердие и стойкость, которые являл Народ Четырёх Рас, продолжая защищать людей, после всех их пакостей и издевательств, не могли не вызывать уважения и даже восхищения.
Они проговорили ещё с час, пока Зоран, вконец сморённый усталостью, не начал поминутно задрёмывать. Тогда Шеппард, ещё раз проверив с помощью сканера, что состояние стража не ухудшилось и, убедившись, что он устроен со всеми возможными удобствами, решил оставить его в покое и подняться к себе.
– Я очень рад, что мы будем сражаться в одном отряде, Джон Шеппард, – неожиданно сказал Зоран, когда землянин, пожелав ему доброй ночи, направился к выходу из гостиной.
Уже поставив ногу на первую ступеньку лестницы, ведущей на второй этаж, Джон обернулся, недоумённо уставившись на собеседника. Он хотел было удивиться, откуда титанцу известно о его намерении присоединиться к отряду Мака, но потом напомнил себе, что живя в галактике телепатов, пора бы перестать удивляться подобным вещам.
Потому вместо очередного вопроса он сказал только:
– Спасибо, Зоран. Твои слова много для меня значат.
В ответ рейф кивнул, слегка улыбнувшись, а затем откинулся на подушку и смежил веки.
Вскарабкавшись на второй этаж, Джон вошёл в отведённую ему комнату, за месяц его отсутствия не утратившую ни уюта, ни обжитого вида, и с наслаждением повалился на кровать. Он погасил фонарь и долго лежал, прислушиваясь к голосам леса за окном. Когда же бурление мыслей и чувств, вызванное событиями дня, наконец, улеглось, Шеппард незаметно для себя соскользнул в спокойный сон.

Добавлено (05 Марта 2019, 10:34)
---------------------------------------------

4
Раннар


На следующее утро Джон проснулся поздно и Зорана уже не застал. По словам Селдора тот быстро оправился от своих ран, – как и говорил, – и с рассветом ушёл бродить по лес: ведь для стражей не было лучшего отдыха, чем единение с природой. Сам наклаварец тоже выглядел заметно лучше. Рагкситагрин делал своё дело, и, хотя к старику ещё не вернулись силы, изнурительные приступы кашля больше его не донимали.
Как и предполагал Селдор, Мак, Рейла и Дан объявились ещё через два дня.
Узнав о желании Шеппарда присоединиться к отряду, Мак ответил ему согласием, н с оговоркой, что всё, то время, которое отряд проведёт на Наклаваре до отправления на следующее задание, он будешь учиться.
– Чему? – озадачился Шеппард, выслушав условие рейфа.
– Всему, что поможет тебе уцелеть в нашей галактике, раз уж ты собрался жить в ней с нами, а значит путешествовать по самым опасным её уголкам, – лукаво прищурившись, ответил Мак со зловещей ноткой.
Джон и не подумал возражать, и со следующего дня началось его образование.
По большей части с ним занимались Мак, Рейла и Селдор.
Целитель продолжал развивать эмпатические способности землянина. Каждое утро он уводил человека в лес и заставлял его подолгу медитировать, открывая и закрывая свой разум для считывания определённых эмоций или абстрагирования от них. Также наклаварец установил в его сознании ментальные барьеры, о которых рассказывал, и показал, как с их помощью защитить свой разум от не прошенных гостей. Через пару недель упорных тренировок Шеппард уже мог выдерживать достаточно длительный внешний ментальный напор, не пуская противника в свои мысли.
Во второй половине дня под чутким руководством Селдора Джон постигал историю, тонкости обычаев и языков народов Анагаса. Необходимость в последнем была вызвана тем, что хотя в Анагасе и существовал некий общий диалект, на котором сообщались расы различных планет, далеко не все народы им пользовались и жутко оскорблялись, если к ним обращались не на их родном наречии.
Языки никогда не были сильной стороной Шеппарда, и сейчас эта наука давалась ему крайне тяжело, иногда доводя до полного исступления. Селдор нашёл выход из затруднительного положения, предложив обучать его ментально, по сути, просто загружая необходимые знания прямо в мозг посредством телепатии. Шеппард согласился и уже через неделю мог свободно общаться на десяти языках Анагаса, хотя произношение ещё требовало от него некоторой практики.
Молодые стражи тем временем учили бывшего подполковника ВВС США обращению с технологиями своего народа: вооружением, транспортом, средствами лечения и защиты, – а так же много рассказывали ему о флоре, фауне, экологии и народах разных планет Анагаса, подкрепляя свои слова красочными голографическими записями.
Так, например, Джон узнал, что в силу некоторых особенностей, – как то специфический состав атмосферы или опасные электромагнитные явления, – на определённых планетах Анагаса было невозможно пользоваться энергетическим или огнестрельным оружием. В одних случаях, оно просто не работало, в других – взрывалось при выстреле. Потому в Анагасе холодное оружие зачастую пользовалось гораздо большей популярностью, чем его энергетические или огнестрельные аналоги.
Много нового землянин узнал и об ирйен: о масштабах их способностей, их политике, психологии, тактике космического и наземного боя, уровне технологического развития.
«Жаль, что в Пегасе, у нас не было подобной информации, – с невольной горечью подумал Шеппард, отсмотрев очередной информационный ролик о расе хамелеонов. – И тем паче, таких союзников как стражи».
Поначалу Мак и Рейла проводили свои «семинары» в доме целителя, но потом, когда кризис с больными с Гронгори разрешился, и в Лазарете, наконец, был снят карантин, – переместились в тренировочный комплекс, занимавший пять этажей в северо-восточном крыле больницы. А вскоре они начали посвящать землянина в тайны боевых искусств своего народа, причём, делали это весьма неординарным способом. Технике рукопашной схватки и даже боя на мечах молодые стражи обучали его через танец.
– Мы воины в сотых поколениях и начинаем постигать боевые искусства с полутора лет. Эта наука настолько плотно сплелась с нашим народом, что нашла своё отражения во всех аспектах его жизни и культуры.
Для нас танец не только развлечение и удовольствие, но и своеобразный способ тренировки. Он позволяет нам поддерживать физическую форму, развивать реакцию и координацию, а также отрабатывать боевые приёмы, не напоминая о реальных сражениях и не провоцируя той агрессии, которую вызывает непосредственный поединок.
Именно поэтому, начиная обучать наших детей техникам рукопашного боя, сначала мы учим их танцевать, чтобы раньше времен не развить в них склонности к насилию и убийству.
Так объяснила ему Рейла, когда в первый день тренировок Джон высказал удивление и сомнение по поводу того, чем они собирались заниматься. Впрочем, вскоре он убедился, что его скепсис совершенно не обоснован. Танцы стражей представляли собой некое смешение балета, стрит Данса и акробатической гимнастики, изобиловавшее неимоверным количеством прыжков, пируэтов, воздушных кувырков и разворотов. Каждый урок, длившийся не менее четырёх часов, Мак и Рейла завершали небольшим поединком, и тогда танцевальные элементы волшебным образом преображались в несокрушимые блоки, изящные и молниеносные смены позиций, стремительные удары и подсечки. Сначала Мак и Рейла боролись друг с другом, показывая как можно использовать элементы танца в бою, а потом – с Шеппардом по очереди.
Конечно, Джон не надеялся достичь того уровня мастерства, каким владели стражи: несмотря на весь его прошлый боевой опыт и произошедшие с ним метаморфозы, – они всё равно значительно превосходили его по силе и быстроте реакции. Однако, со временем у него появилась надежда, что к тому времени, как отряд покинет Наклавар он станет сносным соперником для ирйен.
Через некоторое время Мак так же посоветовал Шеппарду присовокупить к своим занятиям освоение боевой гимнастики стражей, обозначив её уже знакомым землянину непроизносимым названием. Тогда-то Джон и вспомнил о Греге, к которому так и не смог выбраться после возвращения в посёлок: сначала опасаясь оставить одного больного Селдора, потом – погрязнув в тренировках. Узнав о том, как и когда, он начал изучать куруюм, Мака и Рейла пришли в крайнее изумление. Их поразило и то, что Грег, известный своим замкнутым, резким и упрямым характером, взялся кого-то чему-то учить, и то, что Джон смог у него учиться. Однако, оба советовали Джону заниматься гимнастикой именно с Грегом, поскольку по этой части в отряде ему не был равных.
На следующий день после состоявшегося разговора Джон разыскал Грега. Как и говорил Селдор, немой рейф обретался на уединённом озере, располагавшемся в двух часах ходьбы от Лазарета. Увидев стража, занятого завтраком у костерка на берегу, Джон не без удивления, осознал, что соскучился по нему. Несмотря на то, что Грег встретил его в своей излюбленной манере: крайне холодно и нелюбезно, Джон, прислушивавшийся к эмоциям стража, почувствовал, что в глубине души тот тоже рад его приходу. Когда землянин поинтересовался, не согласится страж продолжить обучать его куруюму, Грег закатил глаза и, всем своим видом выражая возмущённое недовольство, спросил:
«А если я скажу, нет, ты разве отвяжешься?»
– Нет, – ответил Шеппард как само собой разумеющееся.
«Так я и думал», – хмыкнул страж, криво усмехнувшись.
После первой двухчасовой тренировки, которую Грег решил провести в тот же день, сопровождая её регулярными подколками, едкими замечаниями и звонкими подзатыльниками, – привычными издержками своего преподавательского настроения, оба залезли в воду. В лесу стояла паркая жара, а упражнения куруюма требовали немалых усилий. Вволю наплававшись, оба устроились обсохнуть на берегу в тени деревьев. Шеппард стряхнул с волос воду и плюхнулся на песок рядом с Грегом. Немного помолчав, он, наконец, признался:
– Я пришёл не только, чтобы возобновить занятия гимнастикой.
Рейф, в этот момент отстранённо наблюдавший за рябью морщившей зеленоватую поверхность озера, подозрительно скосил на него глаза.
– Я хотел поблагодарить тебя за то, что ты спас мне жизнь, – продолжил Джон.
«Ты уже благодарил, – ворчливо отозвался страж. – Или с последнего раза ты успел заработать ещё парочку сотрясений, и тебе совсем отшибло память?» – поинтересовался он с ехидцей.
– Нет, не отшибло, – в тон ему ответил Шеппард. – Но тогда я имел в виду лишь то, что ты спас меня из трясины. Я ещё не знал, что именно ты нашёл меня на планете, куда меня забросил Мост; как и того, что ты защищал меня от фантома во время и после его ментальной атаки на Наклавар.
Шеппард выдержал небольшую паузу, пытаясь поймать взгляд рейфа, который слушал его, плотно сжав губы и стиснув руки в кулаки.
– Я знаю, что тебе сделали люди, – тихо продолжил землянин. Только тут Грег поднял на него взгляд, и его глаза опасно блеснули. – Я не представляю, чего тебе стоило не только сопротивляться тем желаниям, которые внушал тебе фантом, будя твои воспоминания, но даже находиться со мной в одном дупле.
В общем, – заключил он, – я просто хотел сказать, что знаю, что ты для меня сделал. Я обязан тебе за это жизнью, и буду рад по возможности вернуть тебе этот долг.
Джон умолк.
Рейф тоже долго ничего не говорил, а потом глухо спросил:
«Это всё тебе Селдор рассказал?»
– Да. Хотя кое о чём я начал догадываться ещё в дупле.
«Паршивый старик иногда слишком много болтает!» – зло прорычал Грег, оскалившись, и отвернулся от Шеппарда, вперив взгляд в озёрную гладь.
Вновь повисло напряжённое молчание.
«Приходи завтра в это же время, – наконец, вымолвил страж, по-прежнему не встречаясь взглядом с человеком. – Опоздаешь, уйду».
– Уяснил, – спокойно отозвался Джон, хотя хрипловатый голос, выдал его волнение.
«И больше не лезь в мою личную жизнь, – рейф ожёг землянина взглядом, наконец, взглянув на него. – Иначе, я удовлетворю твоё любопытство, на тебе же продемонстрировав свою способность, которую обрёл в том пожаре», – проговорил Грег холодным вкрадчивым, голосом, жёстким и острым, как лезвие бритвы.
– Уяснил, – коротко повторил Шеппард, мысленно обругав себя.
Похоже, несмотря на все его старания думать «тише», Грег всё равно услышал то, о чём в числе прочего Джон так сильно хотел его расспросить.
Сердито обшипев его напоследок, Грег вновь бросился в озеро, уйдя под воду с головой. Джон проводил рейфа грустным взглядом, а потом вытер выступивший на лбу пот. Флюиды агрессии, исходившие от Грега прямо-таки ледяными волнами, до сих пор щекотали Шеппарду нервы и во время разговора, заставляли держаться со стражем настороже. Однако, прислушиваясь к эмоциям Грега, Джон понял, что на самом деле ни на него, ни на Селдора он не злится. За показным негодованием Шеппард отчётливо улавливал смущение и неловкость. Даже без эмпатии ему было ясно, что Грег не привык получать благодарность от людей и не умел её принимать.
Поднявшись на ноги, Шеппард расправил плечи, чувствуя неприятное покалывание мурашек между лопатками, и подумал, что наладить отношения с самыми чудаковатыми и неадекватными членами отряда Мака, было проще, чем пережить один единственный откровенный разговор с Грегом.


[img]http://savepic.ru/4011767.jpg[/img]
Награды: 3  
Desreny Дата: Четверг, 07 Марта 2019, 16:12 | Сообщение # 278
По ту сторону врат
Группа: Пользователи
Сообщений: 399
Репутация: 3
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Средненько написана держи смайл applause
Награды: 0  
Аэгнор Дата: Суббота, 16 Марта 2019, 11:14 | Сообщение # 279
Участник экспедиции
Группа: Пользователи
Сообщений: 109
Репутация: 60
Замечания: 0%
Статус: где-то там
К слову сказать, к этому времени большинство его будущих «сослуживцев» уже прибыло на Наклавар.
Так в первую неделю тренировок Джон познакомился с напарником Зорана, высоким улыбчивым аркасьянцем по имени Зеф Лангрель, а также их младшими братьями, Эйрафом и Горлом. Эта четвёрка являла собой весёлую и исключительную приятную в общении компанию, сплоченную веками дружбы. Как оказалось и Реши, и Лангрели выросли в одной деревне на Титане, – исконно элдоранской планете, на которую после одного из давних нашествий фантом перебрались и некоторые аркасьянцы. Все четверо отличались открытым простодушием, искромётным юмором и таким неиссякаемым запасом жизнерадостности, что разговаривая с одним из Решей или Лангрелей, Шеппард не раз ловил себя на том, что начинает улыбаться. Такие черты, как мстительность, подозрительность или скрытность, были в корне чужды их натуре, так что в первые же дни знакомства с ними помимо всего прочего Джон узнал и о способностях всех четверых. Эйраф был тоороном, как и его старший брат, а Зеф и Горл – светочами. Иначе говоря, если Зорану и Эйрафу было дано управлять огнём, то Зеф и Горл властвовали над светом, обладая возможностью преломлять и перенаправлять потоки фотонов, либо излучать их собственным телом.
После титанцев Джон познакомился с Нарой. Эта девушка рейфийка была родом с Ландо́роли, небольшой планеты фактически лишённой суши, зато изобиловавшей регулярными ураганами, торнадо, землетрясениями и цунами высотой с небоскрёб. Нара выросла в одном из городов, которые ландоролийцы строили на отмелях, прямо посреди безбрежной морской глади, и как большинство жителей её мира была ноктросфом, то есть обладала способностью управлять водой. Шеппард на земной манер окрестил её аквокинетиком.
Ни внешностью, ни нравом Нара не походила на пегасовских Королев Ульев, с которыми Шеппард мысленно сравнил её в силу неотвязной привычки в первые дни их знакомства. Если бы ни алебастрово-бледная кожа и перламутрово-белые волосы Нара выглядела бы, как самая обычная человеческая девушка и притом очень красивая. Сходство усиливалось ещё и тем, что на руках Нары отсутствовали когти. Впрочем, Шеппарду уже было известно, что у рейфийских женщин Анагаса когти так же имелись, однако, в отличие от рейфов мужчин они могли втягивать их в пальцы подобно кошкам, оставляя снаружи лишь маленькие кончики, которые издалека вполне могли сойти за обычные человеческие ногти.
Нара была приятным собеседником и характером обладала решительным, но ровным и печальным. Во время разговоров с ней, Шеппарду нередко казалось, что всё существо девушки пронизано неизъяснимой грустью.
– Это оттого, что она не на своём месте, –сказал о Наре Зоран, когда Шеппард поведал титанцу, какое впечатление она произвела на него. – Стражи с таким складом ума и характера, как у Нары не созданы для войны и редко становятся солдатами. Их удел усмирять стихии, поддерживать гармонию и баланс в природе, восстанавливать разрушенное и лечить искалеченное, – возрождать жизнь, а не отнимать её.
В общем-то, этим Нара и занималась до тех пор, пока обстоятельства не вынудили её провести какое-то время в отрядах разведчиков на Дальнем Рубеже. Там её аквакинез, – как ты это назвал, – и умение приводить в баланс разные формы жизни спасли многих людей и стражей. После увиденного и пережитого в Тёмных Мирах, она поняла, что принесёт больше пользы не сидя на какой-то одной планете, а странствуя по галактике в числе разведчиков.
Нара примкнула к нашему отряду, и за те десятилетия, что мы путешествуем по Анагасу, не раз показывала себя прекрасным бойцом и незаменимым товарищем, но сердце её по-прежнему жаждет другого удела, и оттого она часто бывает печальной.
Последними и, пожалуй, самыми чудны́ми, членами отряда с которыми познакомился Шеппард стали Кэш, Эш и Агира.
Кэш был рейфом титанцем, огромный роста, могучего телосложения и довольно-таки устрашающего вида, который вкупе с габаритами ему придавали спутанная грива густых белых волос вкупе с резкими словно высеченными в скале чертами лица: низкий лоб, пересеченный вертикальной сердитой складкой между мохнатыми бровями, глубоко посаженные глаза, мощные квадратные челюсти.
Эш, низенький, крепко сколоченный аркасьянец с прищуром на правый глаз, рядом с рейфом гигантом, напротив, выглядел вертлявым пронырой.
Агиру, статную высокую алара́нку с пышной каштановой шевелюрой, карими глазами и маленькой горбинкой на носу, можно было сравнить только с дикой лесной кошкой, одновременно воплощавшей в себе изящество и силу.
Из числа прочих бойцов Мака эти трое выделялись тем, что единственные из всего отряда не считались переростками: их возраст варьировался от ста сорока одной до ста сорока пяти тысяч лет, – и тем, что они были киборгами. Как Рейла позже объяснила Шеппарду, мозговые повреждения у этой компании были не такими фатальными, как у Джейка. В отличие от аутичного друга Джона Кэш, Эш и Агира физически были совершенно здоровы, а после того, как их восстановили медики и целители, их показатели силы и быстроты заметно возросли в сравнении с теми, что были у них до киборгизации. В целом они вели вполне нормальную жизнь и даже участвовали в сражениях. Однако, в моральном и умственном плане перенесённая травма отбросила троих друзей фактически на уровень детей. В общении они были светлыми, дружелюбными, – иногда даже через чур, – непоседливыми и неизменно весёлыми, но во многих бытовых, межличностных и научных аспектах, напротив, являли моральную незрелость, некоторую расторможенность и откровенную тупость. К примеру, Кэш и Эш обожали устраивать перестрелки едой за столом, втягивать как друг друга, так и окружающих в нелепые пари на удар поленом или на прыжок в океан нагишом с ––––высоченного уступа. Обычно эти споры заканчивались одной из перечисленных глупостей или шумной потасовкой. Впрочем, драки они устраивали и без таковых поводов. Ещё у этой парочки была одна излюбленная игра. Они устанавливали по всему дому растяжки, – причём искусно их маскируя, – которые, срабатывая, опрокидывали на голову, угодившей в них жертве ведро с мукой, помоями или специально изготовленной для этого вонючей смесью. Кэш и Эш в это время наблюдали за происходящим из засады, а потом удирали с хохотом и воплями притворного ужаса от разгневанной добычи.
Агира, как наиболее вменяемая из всех троих, в подобных ребячествах не участвовала, однако, странности у неё тоже были. Она не всегда корректно интерпретировала смысл обращённых к ней фраз, особенно метафорических, и реагировала на них бурно, как взбалмошный тинэйджер. С той лишь разницей, что она не ударялась в истерики, а пускала в ход кулаки.
В остальном же трое киборгов, были совершенно замечательной компанией, и у Шеппарда быстро установились с ними приятельские отношения.

Поскольку Кэш, Эш и Агира были последними членами отряда Мака, вернувшимися из разведки, именно с их появления на Наклаваре начался отсчёт времени до отправления на новое задание. Оставшийся месяц, который Мак отвёл на отдых для своих бойцов, пролетел для Шеппарда быстро и без особых приключений. Пожалуй, больше всего из этого отрезка времени Шеппарду запомнился день, когда Селдор подарил ему свой меч.
Это произошло недели через две после появления на Наклаваре Кэша, Эша и Агиры.
Как вечером, когда они закончили урок, посвящённый изучению очередного языка, и Шеппард уже собирался на тренировку с Грегом, Селдор неожиданно попросил землянина задержаться, объявив:
– У меня для тебя небольшой подарок.
С этими словами целитель жестом фокусника извлёк из неприметного угла длинный узкий меч в потёртых ножнах и с хитроватой улыбкой протянул его Шеппарду.
Вообще-то, Мак и Рейла давно советовали ему озаботиться подбором снаряжения, но со всеми тренировками о мече, – одной из главных составляющих амуниции стражей, – Джон напрочь забыл. Когда же у него, наконец, дошли до этого руки, вылезла новая проблема. Ни один из мечей, имевшихся в арсенале, ему кардинально не подходил, а делать новый под конкретный заказ у немногочисленных оружейников на тот момент уже не осталось времени: все были заняты ремонтом оружия тех стражей, что должны были отбыть с Наклавара в ближайшие дни.
Высвободив из ножен клинок, отданный ему Селдор, Джон изумлённо присвистнул: так удобно легла в ладонь гладкая рукоять, и так легко могучее оружие повиновалось каждому его движению.
– Идеально! – восхитился он. – А я уже отчаялся себе, что-то подобрать. Где ты его откопал? – полюбопытствовал землянин, пробуя маневренность и удобство меча в упражнениях, которым его научили Мак и Рейла.
– Это мой старый меч, – отозвался наклаварец. – Я давно не брался за него и не думаю, что уже возьмусь. Я даже не сразу про него вспомнил, а когда вспомнил, то понял, что если его слегка укоротить, он прекрасно подойдёт для твоей комплекции.
– Спасибо, – с чувством поблагодарил целителя Шеппард. – Это очень щедрый подарок.
Когда, наконец, землянин собрался идти к Грегу, с неохотой отложив замечательное оружие, Селдор спросил:
– Кстати, давно хотел узнать: ты уже выбрал себя прозвище?
Как Джон выяснил совсем недавно, стражи, путешествуя по разным планетам Анагаса, практически никому и нигде не представлялись под своими настоящими именами.
«Эта причуда, – объяснил ему Мак, – началась у нас в тот период, когда ииирйен стали активно собирать досье на определённых стражей, что в конечном счёте позволяло им легко выслеживать и уничтожать наших врачей, учёных, военных лидеров и политических деятелей. А множество прозвищ, – в идеале на разных планетах, лучше каждый раз называться по новому, – заметно осложнило эту задачу. Потому называя кому-то своё настоящее имя, ты оказываешь, ему высшую степень доверия».
– Да, ответил Шеппард наклаварцу. – Думаю, для начала я назовусь Ранна́ром.
– Отличная идея, – одобрил рейф. – Тебе подходит.
Собственно идея принадлежала не Шеппарду, а Джейку.
«Раннар» в переводе с алькатеранского означало «Звёздный Странник». Именно так молодой киборг в шутку окрестил землянина при их расставании. Так что это имя Шеппард выбрал скорее, как память о Джейке, нежели по какой-то другой причине.

Добавлено (06 Апреля 2019, 11:08)
---------------------------------------------
Наконец, наступил день отправления, которого в последний отрезок отпуска отряда Джон ждал со смешанным чувством предвкушения, нетерпения, грусти и некоторой долей страха. Ему нравилось на Наклаваре, и расставание с этой тихой красивой планетой лесов печалило его. Однако, деятельная натура и, чего греха таить, страсть к приключениям, брали своё, требуя действия, движения, битвы. Общий сбор был назначен только на семь утра, так что накануне вечером, все члены отряда разбрелись кто куда: одни напоследок навещали друзей и знакомых, другие добирали что-то из снаряжения, а третьи просто гуляли, прощаясь с покоем и мирной красотой наклаварской природы.
Джон тоже немного прошёлся перед сном, в последний раз навещая ручейки, тропинки, полянки и рощицы, ставшие за месяцы, прожитые им на Наклаваре, такими родными и близкими. Без Кэша и Эша в доме было непривычно тихо, но, улёгшись спать, Джон всё равно полночи не мог сомкнуть глаз, гадая, что же ждёт его впереди.
Спал тревожно и проснулся очень рано, опередив даже Селдора, который обычно поднимался ни свет, ни заря. Не зная, чем себя занять и чувствуя, что больше ни минуты не может оставаться в постели, Джон встал, полностью оделся и, по быстрому сообразив себе завтрак, вышел в туманную прохладу утреннего леса.
Землянин неспешно поглощал воздушную булочку с тёплым чаем, устроившись на корявом корне огромного дерева, когда внезапно испытал знакомое ощущение незримого присутствия.
– Привет, Гриди, – не оборачиваясь, - он всё равно ничего не увидел, – негромко окликнул землянин. – Ты сегодня рано.
В тот же миг буквально из воздуха перед ним материализовался рейф подросток, с ещё по-детски короткими волосами и льдистыми синими глазами.
– Привет, Шеппард, – хмуро поздоровался он и уселся рядом с человеком.
Гриди было шестнадцать лет, и он, был «призраком»: мог становиться невидимым и проходить сквозь любую твёрдую материю. С ним и его подружкой Велой, четырнадцатилетней девочкой-паларимкой, обладавшей теми же способностями и цветом глаз, Джон познакомился вскоре после выхода из Лазарета, хотя друзьями они стали сравнительно недавно.
Родители Гриди и Велы погибли от рук людей, потому, несмотря на любопытство и вроде бы приязнь, которую вызывал в них Шеппард, долгое время они держались с ним настороже, предпочитая невидимыми наблюдать за землянином. Однако, когда дети узнали, что Шеппард был лётчиком-истребителем, лёд недоверия и опасливости был разбит. Гриди и Вела с раннего детства бредили боевыми звездолётами, скоростными манёврами в вакууме и атмосфере, и мечтали однажды вступить в Звёздную Эскадрилью: элитное подразделение пилотов-истребителей.
Пообщавшись с Гриди и Велой некоторое время, Шеппард не без удивления обнаружил, что ребята уже достаточно уверенно управляются с несколькими видами летальных аппаратов, удивительно много, – для своего возраста, – знают о технике полётов, тактике космического и атмосферного боя, а так же об устройстве и функционировании разного рода истребителей. Впрочем, – напомнил себе землянин, – на самом деле удивляться тут нечему. Как он уже знал, стражи обладают фактически запредельными для человека способностями к обучению, особенно в тех областях, к которым у них есть природные склонности; а в физическом и интеллектуальном плане развиваются гораздо быстрее людей.
– Что невесёлый, Гриди, – поинтересовался у паренька Шеппард, заметив, что тот выглядит мрачнее обычного. – Опять поругался с Родсом?
Джон протянул приятелю половину аппетитной булочки.
Родс и Идира, рейфы наклаварцы, были приёмными родителями Гриди Велы. За время общения с малолетними призраками, Джон узнал, что с Идирой у детей сложились вполне доверительные отношения, тогда как с Родсом у них постоянно возникали трения, особенно по поводу желания Гриди и Велы стать боевыми пилотами. Родс был категорически против вступления воспитанников в космический флот стражей, и по только ему очевидным причинам, прочил им будущее в десанте.
– Да, – угрюмо подтвердил рейфёнок, с благодарным кивком принимая из пальцев Шеппарда, предложенный им хлеб. – На следующей неделе начинается набор в Лётную академию на другой планете. С нашим уровнем подготовки мы с Велой легко могли бы туда поступить, а Родс… это Родс, – Гриди досадливо махнул рукой, и Шеппард понял, что очередная попытка паренька обсудить с приёмным отцом волнующую его тему, закончилась для него очередной выволочкой.
– Мне очень жаль, – со вздохом проговорил Шеппард, чувствуя, как внутри у него всё начинает закипать от застарелого чувства негодования и обиды. Ох, как хорошо он знал, каково иметь дело с упрямым деспотичным отцом, до мелочей расписавшим будущую жизнь сына, совершенно не посчитавшись с желаниями и мнением последнего.
– Знаешь, Гриди, – проговорил землянин, – после продолжительной паузы, – я тоже не могу представить вас с Велой десантниками. Я видел, как вы летаете: у вас на лицо все задатки отличных пилотов. И лично я считаю, что вы не должны идти в пехотное училище, если действительно не хотите.
– Не хочу! И Вела не хочет! – отозвался Гриди. – Туда идут только те, кому мышцы совсем задавили мозги! – в сердцах добавил он. – Но, – мальчишка неуверенно сбавил тон, – он же мой отец, я не должен ему перечить.
– Что не гарантирует во всём его правоту и не даёт ему права распоряжаться твоей судьбой, – перебил его Шеппард с резкостью, какую юному призраку прежде не приходилось наблюдать со стороны своего друга. – За свою жизнь, Гриди, – продолжал землянин уже спокойнее, – я уяснил простую истину: родители и начальство тоже люди, а людям, сколь бы опытны они ни были, свойственно ошибаться.
Не нужно беспрекословно повиноваться всему, что тебе говорят те, кто старше тебя по возрасту или по чину, особенно, если ты понимаешь, что их слова толкают тебя на неверный путь. Ведь за выбор, сделанный по чьей-то указке, будешь расплачиваться именно ты, Гриди, потому что это твоя жизнь.
И, к слову сказать, я считаю вас с Велой уже достаточно зрелыми, чтобы самостоятельно принять верное решение относительно своего жизненного пути.
Поступай в академию, Гриди, а когда вас с Велой примут, просто поставь Родса перед уже свершившимся фактом. А если, он по-прежнему будет упираться, забирай сестру и уходи из дома: как я понял, жить вы всё равно будете при учебке.
Поверь мне, Гриди, если ты не воспротивишься Родсу сейчас, ты будешь сожалеть об это всю оставшуюся жизнь.
Несколько секунд Гриди смотрел на собеседника широко открытыми глазами, удивлённый его столь неожиданной и пламенной речью. Потом его обычно строгое, даже сумрачное лицо озарилось светом радостной, мечтательной улыбки.
– Спасибо, Джон, – наконец, поговорил юный рейф, а потом сделал то, чего Шеппард никак не мог ожидать от Гриди: личности во многих отношениях такой же замкнутой и нелюдимой, как Грег, – он крепко обнял его.
«Ох, уж эта подростковая закомплексованность, – подумал про себя Джон. – Толика одобрения и поддержки, и парень расцвёл на глазах».
После этого они ещё немного поболтали о пустяках, а потом, Джон заметил компанию Решей и Лангрелей, возвращающуюся из леса, и понял, что пора собираться.
– Хотелось бы мне ещё хоть раз увидеьтся с тобой, – вновь погрустнев, проговорил Гриди, когда они с Шеппардом поднялись на крыльцо.
– Обязательно увидимся, – отозвался Джон.
Ему тоже было жаль расставаться с умным, добрым пареньком, к которому он успел сильно привязаться.
– Ты не можешь этого знать, – совсем не детским тоном заявил Гриди.
– Но могу надеяться, – возразил ему Джон, а потом, повинуясь внезапному порыву, снял с себя старые армейские жетоны, с которыми попал в Анагас, и протянул их Гриди. – Возьми. Вернёшь при встрече. Если мы больше не свидимся, храни, как память.
Гриди бережно принял подарок с сияющими глазами. На том они и расстались.

К семи часам, когда отряд в полном составе закончил к посёлку прибыл небольшой флаер, который должен был переправить разведчиков к Вратам: из соображений безопасности Лазарет и поселение стражей находились на значительном расстоянии от межпланетного портала.
На выходе из дома Шеппард очень тепло попрощался с Селдором и Нирдой, провожавшими отряд.
– Береги себя, малыш, – сказал Селдор, сердечно пожимая землянину руку на прощание.
– Нам будет тебя очень не хватать. Так, что заглядывай почаще в гости, – добавила Нирда, обнимая его.
– Я буду скучать по вам обоим, ответил Джон, чувствуя, как у него щемит сердце при мысли о расставании с такими замечательными друзьями. – Спасибо за всё, что вы для меня сделали.
Уже садясь во флаер, Шеппард с удивлением обнаружил, что в числе отправляющихся не достаёт Грега.
– Не беспокойся, он предпочитает пешие прогулки, – беспечно отозвался Кэш, на встревоженный вопрос землянина. – Он встретит нас у Врат.
Полёт прошёл в непринужденной, почти весёлой обстановке. Стражи беззаботно болтали, временами перекидываясь шутками и остротами, будто отправлялись на пикник, а не смертельно-опасное задание. Для всех кроме Шеппарда, это была обыденная процедура; так что он один из всего отряда оставался задумчивым и напряжённым. Через час неторопливого полёта по густому лесу, они сошли у Звёздных Врат. Шеппарду уже доводилось их видеть пару раз во время продолжительных вылазок с Рейлой, Маком и Даном, но несмотря на это, Врата стражей по-прежнему производили на него впечатление. Они походили на Врата Пегаса отсутствием подвижного внутреннего кольца и фиксирующих шевроны зажимов, но на этом сходство заканчивалось. Врата Анагаса, построенные предками современных стражей, были гораздо массивнее, больше в диаметре и имели на своей поверхности не 36, – как в Пегасе, – и даже не 39, – как в Млечном Пути, – а целых 57 символов. Наборное устройство тоже было другим. Оно имело треугольную, а не круглую, – привычную для Шеппарда, – форму с ромбовидным кристаллом глубокого светло-зелёного цвета посередине.
Когда флаер скрылся из виду, Мак без лишних предисловий: все были проинструктированы, всё было давно оговорено, – начал набирать адрес планеты адрес планеты, на которую им предстояло отправиться. В эту самую минуту откуда-то из лесного сумрака бесшумной тенью выскользнул Грег.
«Всё-таки не передумал идти с нами?» – неприязненно осведомился он у Шеппарда, встав рядом с ним.
– Нет, – тихо отозвался землянин. – А ты до последнего наделся, не увидеть меня в составе отряда? – едко поинтересовался он.
«Да», – без обиняков ответил рейф.
В этот момент Мак закончил набор, и Врата, выбросив первичную воронку, похожую на столб воды, сформировали гиппертунель. Коннар махнул рукой, и члены отряда один за другим стали пересекать горизонт событий.
«Ты пожалеешь о своём решении», – сказал Грег, фыркнув как раздражённая кошка, и неспешно направился к Вратам.
– С чего бы это? – в тон ему ответил Джон.
«С того, что жизнь стража – это жизнь изгоя и беглеца, – отозвался рейф. – Уверен, что ты для неё годишься, Раннар?»
С этими словами он скрылся в горизонте событий.
– Вот скоро и узнаем, – пробормотал Шеппард ему в след.
Обернувшись назад, землянин окинул последним взглядом наклаварский лес, ставший за эти месяцы таким привычным и родным. Потом вновь обратил свой взор на голубоватую рябь горизонта событий и, помедлив секунду, шагнул во Врата.



[img]http://savepic.ru/4011767.jpg[/img]
Награды: 3  
Desreny Дата: Среда, 17 Апреля 2019, 10:49 | Сообщение # 280
По ту сторону врат
Группа: Пользователи
Сообщений: 399
Репутация: 3
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Хорошо написано держи смайл applause
Награды: 0  
Томас Дата: Четверг, 18 Апреля 2019, 18:27 | Сообщение # 281
Гражданское лицо
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Репутация: 0
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Хорошо, продолжай. Ждемс продолжения.
Награды: 0  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Звёздные Врата:Анагас (действие происходит через год после событий 5-го сезона ЗВА)
  • Страница 19 из 19
  • «
  • 1
  • 2
  • 17
  • 18
  • 19
Поиск:
Форма входа

МИНИ-ЧАТ:)