00:39
  • Страница 41 из 41
  • «
  • 1
  • 2
  • 39
  • 40
  • 41
Модератор форума: Тень, Кэтрин_Беккет  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
Star Gate Commander: Земли без времени
Комкор Дата: Воскресенье, 02 Июня 2019, 11:59 | Сообщение # 601
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 452
Репутация: 384
Замечания: 0%
Статус: где-то там
***
Расположение бывшей базы отдыха «Светлое»
Дислокация НВФ «Братья Смерти»
Бывший актовый зал
Старший Капеллан секты


«…и полная луна как будто заблудилась в тучах… кого-то кто-то мучил… а, может быть, и ссучил… и колокол пробил в темноте двенадцать раз… и только звук потусторонний вдруг доносится до нас…».

Большим поклонником «Сектора Газа» бывший капитан-оперативник не был, но строки ему показались весьма уместными. Близилась полночь, и, пусть до полнолуния было, как до Китая на карачках, но полумесяц отчётливо виднелся на небосводе. Люди, свободные от дел, уже собрались в актовом зале, а те, кто ещё имел какие-то задачи, спешно доделывали их и присоединялись к толпе фанатиков.

Две сотни человек… почти две сотни. При должном наставлении – та ещё лютая сила. И эта сила в руках Капеллана. Эта ночь должна ещё больше укоренить её в них. От того, как Старший проведёт мессу, будет зависеть многое. В том числе и настроение фанатиков, и их отношение к предводителю. То есть, к нему.

Хоть и начало августа, а ночи уже ни разу не тёплые. Нет-нет, да и поднимался ветер, не добавлявший комфорта от слова «совсем». Безусловно, совсем уж бездарем бывший офицер не был: все члены секты снабжены не только обычной, повседневной одеждой, он и тёплой, на случай заморозков. Что-то награбили из близлежащих магазинов, что-то – из полузаброшенных близлежащих дачных участков.

При очередном порыве ветра, заставившем Капеллана поёжиться от ночной прохлады, бывший оперативник мысленно воздал себе хвалу за предусмотрительность: страдать от холода этой зимой бойцы секты не будут.

Если бы он знал, насколько точной и буквальной окажется эта мысль…

На часах близится полночь. Старший Капеллан, стоя в тишине у чёрного входа в актовый зал, неспешно выкуривал последнюю оставшуюся у него в загашнике сигарету и прогонял в уме последовательность действий.

Начало мессы более или менее торжественно: один помощник в первых рядах собравшихся начинает вознесение молитвы. Что характерно, обязательно – на латыни. Вот что-что, а с этим в культе было строго. Всё молитвословие – строго на ныне мёртвом языке. В очередной раз Капеллан подумал: насколько же хорошо, что ему, не знающему язык, надо сказать вслух всего несколько фраз. Всю основную галиматью придётся зачехлять чтецам.

Спустя какое-то время к главному чтецу присоединяются его двое помощников: творить молитвы (или, что точнее – заклинания) они начинают нарочито нестройным хором.

Спустя ещё время – ещё трое чтецов вступают в игру. Спустя ещё время – ещё четверо, и так далее. Всего их полсотни человек, и расставляются по залу относительно равномерно.

Основная задача – выставить так, будто бы речь заклинателей льётся отовсюду, не из одного места. Создание общего фона – раз, и имитация всеобщего моления – два. Латынь знают не все, но достаточно выучить несколько простейших предложений, и монотонно повторять от раза к разу всей толпой. После долгих месяцев тренировок это стало получаться даже у тех, кто начисто лишён способностей к языкам, чувству ритма и единства.

С музыкальным сопровождением туго. Органа под рукой нет, и заменить его нечем. Старое пианино, что стояло в зале, давно уже лишилось всех струн: ушли на растяжки. Нет и колоколов. Пытались заменить их бронепластинами из боевых жилетов, но звук от них выходил глухой, и не слышен дальше пяти метров от слова «абсолютно».

Единственное, что откопали – барабаны. Один – старый-старый, ещё советский: пионерский. И ещё два здоровых, в половину человеческого роста диаметром. Хоть что-то для нагнетания соответствующей атмосферы. Барабанщики будут вступать в ход трижды: когда впервые явится собравшимся Старший Капеллан, когда в ходе служения будет приведена жертва, и когда жертва будет умерщвлена в подаянии. Кисло, негусто, но лучше, чем в полной тишине смотреть немое кино: так решил Капеллан.

Жертва… с ней хуже… во избежание непредвиденных последствий её накачали сильнодействующими седативными препаратами из разграбленных аптек, но не учти дозировку и возраст. Она – девочка лет десяти-тринадцати на вид, довольно субтильного телосложения. Её и похитить-то не составило труда: в процессе захвата было видно, что она пыталась сопротивляться, но её скрутил в одиночку не самой крепкой конституции боец. Сейчас препараты почти отключили её: ей, конечно, вкололи стимуляторы, чтобы во время мессы она была в сознании. Но, кажется, сделали только хуже. Из просто заторможенного состояния жертва провалилась в полузабытье.

Пленный инопланетянин, выбранный на роль объекта поклонения… Вот, с ним действительно худо. Эта тварь преисподней настолько сильна, что в одиночку противостоит в рукопашной трём крепким дуболомам, способным сломать быку рога голыми руками. Его пришлось наглухо заковать в цепь, снятую с трактора в гараже. В процессе захвата он убил десятерых фанатиков, хоть и был ранен сам, и убил бы больше, если б ему не прострелили ноги. Но это было несколько дней назад. Сейчас же конечности пришельца зажили настолько, что он может не только стоять, но и ходить. Эту тварь надо держать под прицелом… на роль объекта поклонения – то, что доктор прописал. Но если она вырвется из-под контроля – придётся уничтожить на месте.

Кульминация, апогей мессы – подаяние. Четверо дюжих бойцов должны будут свести палача и жертву. Проблема в том, что девочка не стоит на ногах: её придётся или приковать к чему-нибудь, или тащить кому-нибудь. И зверь явно не будет вести себя степенно: стоит дать ему слабину – и он учинит бойню похлеще, чем устроили те наёмные боевики в Нагое.

Проблема в том, что делать с тварью после мессы… По хорошему, её надо будет прикончить сразу же: она представляет слишком большую опасность. Запереть обратно под замок? Можно, но не слишком продуктивно. Придётся расходовать силы людей на охрану этого чудовища. Но если прикончить того, кому сам же назначил поклоняться – другие этого не поймут. В лучшем случае станут косо смотреть, в худшем – свалят сами, или завалят самого. Значит, надо будет сделать это аккуратно, без лишних глаз.

А потом будет самое трудное. Удержать неистовствующих бойцов-фанатиков от мертвецкого пьянства. Уже сейчас многие нажрались в стельку (и ученица Капеллана не исключение), а что будет после мессы? Будет страшно представить.

Из холодного мрака ночи возле Старшего объявился брат Дмитрий. Появляться тихо он умел.

– Капеллан, – произнёс он. – Время.

Бывший оперативник протяжно затянулся сигаретным дымом и задержал дыхание, выбросив сигарету под ноги.

– Пора, – выдохнул он. – Всё готово?

– Надо поторопиться, – доложил брат Дмитрий. – Девчонка хилая попалась. В любой момент может помереть. Тогда вся месса не имеет смысла.

– Так и не очнулась? – переспросил Капеллан.

– Бредит. Глаза открывает, но ненадолго. Вряд ли понимает, что происходит.

Бывший офицер затоптал тлеющий окурок мыском ботинка.

– Возможно, так даже лучше, – спокойно произнёс он. – А ученица?

Дмитрий отрицательно покачал в ответ.

– До сих пор валяется под душем. Пьяна, как мертвец. Хоть и жива до сих пор.

Старший грустно вздохнул.

– Значит, придётся без неё… жаль. Шикарная была бы возможность. Ну, что? Пошли?

Старший в ячейке фанатиков и его заместитель растворились во мраке, зайдя в здание, где уже разместилась вся братия.

***
Неподалёку от «Светлого»


Если бы человек умел видеть в иных диапазонах, кроме оптического, эта история пошла бы совсем по другому пути.

Но, как известно, история не терпит сослагательного наклонения. Если бы у бабки был хер – она была бы дедкой.

Тем не менее, подобная способность весьма пригодилась бы часовым «Братьев Смерти», благоразумно выставленным Старшим Капелланом в дозор на время мессы. Согласно штатному расписанию боевых дежурств, по одному человеку на каждый из проходов, что вели к «Светлому», и две группы по два человека, что двигались в противоположных направлениях вокруг расположения, патрулируя периметр.

Точнее, патрулировали. Сейчас обе группы лежали на холодной сырой земле, медленно, но уверенно остывая, бездыханные.

Ни один из патрульных даже не понял, что произошло. Ни с того, ни с сего, абсолютно безо всякой видимой причины, у всех четверых по очереди остановилось сердце и разрушился головной мозг. При этом на телах не осталось никаких видимых повреждений, кроме налитых кровью глазных яблок и кровотечений из ушей и носоглоток.

А тот, кому патрульные «Братьев Смерти» обязаны своим состоянием, уже озаботился сокрытием следов своих деяний. Аккуратно оттащил тела за ближайший кустарник подлеска и шустро обыскал на предмет полезных трофеев.

«Негусто», – без удовольствия подумал он. «У одного старый двухствольный «Иж», у другого не менее старый двухствольный «ТОЗ», у третьего какая-то безымянная «помпа» по типу «Аттар Каратай», а третий вообще с «лупарой»*.

* «Лупара» – короткий обрезной дробовик на базе более длинноствольной модификации. Использовался, в основном, для вооружения конных экипажей и кучеров для защиты от полевых налётчиков, поскольку давал несравнимо больший разброс дроби и картечи, важный при беглом огне на поражение групповых целей и движении.

«А ты чего хотел?», – осведомился живущий внутри него симбионт. – «Арсенал для вооружения армии обороны планеты?».

«Всё же, не зря взял «Бизона»…», – поморщился «Шаман». – «Можно было бы, конечно, и на месте разжиться оружием, но теперь вижу, что не зря взял».

«У тебя какое-то нездоровое влечение к бесконтрольному увеличению огневой мощи», – мрачно пробормотал Нергал. – «Тебе твоя самка ничего не говорила по поводу комплекса у самцов?».

«Моя самка довольна, как удав», – хмыкнул носитель. – «А большего мне и не надо».

«Больше и некуда…».

Препираться эти двое любили. Чего-чего, а этого у них не отнять. Обоим не чужда самокритика, обоим интересны перепалки. У обоих чувство юмора развито сверх меры. Пусть и работает оно не всегда. Но препираться они любили.

Правда, делу время – а потехе час.

Все более или менее ценные пожитки, что удалось добыть с ликвидированных патрульных, «Шаман» сложил на плащ, стянутый с одного из убитых, и накрыл сверху вторым, снятым с другого трупа. Составлять опись не было времени, но, кроме четырёх ружей, удалось добыть четыре неплохих ножа, три сотовых телефона весьма пожёванного вида, мятую наличность и радиостанцию.

Наличные средства разведчика-штурмовика не интересовали: сумма была не та, да и его зарплата на несколько порядков выше. Интерес был проявлен к оружию, но лишь академический: при себе имелся экземпляр с куда более высокой огневой мощью. А вот радиостанцию боец присвоил незамедлительно. Наличие связи означало ведение радиопередач. А из них можно почерпнуть оперативную информацию. Если, конечно, местные боевики не настолько умны, чтобы периодически менять частоты и каналы. В любом случае, несколько часов в запасе точно есть: а это значит, что можно действовать без особой спешки.

«Неплохая, кстати, перчатка», – заметил «Шаман». – «Ты не говорил, что ею можно разрывать внутренние органы».

«Говорил», – возразил Нергал. – «Тебе необходимо быть внимательней. Так же я говорил, что подобное устройство может быть генератором щита, пусть и с небольшим энерговооружением. Помни об этом».

«А насколько этого наруча хватит?», – демонстративно опустил напоминание носитель. – «Четверых человек осилила. А десятерых сможет?».

«Тебе говорили, что ты чудовище?», – переспросил Ток`Ра. – «Ты хоть представляешь, что чувствует существо, которого умерщвляют подобным образом?».

«Ну…», – почесал на ходу нос хозяин. – «Ему, определённо, не сладко».

«Ты же воин», – буркнул симбионт. – «Не забывай: на месте этих патрульных мог оказаться и ты. Сегодня ты победил их – а завтра кто-то победит тебя. Негоже привносить излишнюю жестокость на поле брани. Умерщвляй быстро и безболезненно. Тогда, возможно, и к тебе проявят сострадание».

«Смотрите, как мы запели…», – поморщился «Шаман». – «Скольких ты там замочил? Миллионов сто? За свою жизнь?».

«Сто девяносто. Но к сути дела это не относится. И лишь доказывает мою правоту».

«Из чего я делаю вывод, что против групповых целей наруч неэффективен», – заключил сталкер. – «Я прав?».

«Как никогда ранее».


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Воскресенье, 02 Июня 2019, 19:21 | Сообщение # 602
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 243
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Читается хорошо, особенно после такого большого перерыва


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Понедельник, 03 Июня 2019, 07:55 | Сообщение # 603
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 452
Репутация: 384
Замечания: 0%
Статус: где-то там
шаман, спасибо. Стараемся, как можем. Будем надеяться, хоть я закончу свою работу...

Добавлено (04 Июня 2019, 20:03)
---------------------------------------------
***
Подземное расположение объекта «Город»
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
Между 23:15 и 23:30.


Дегтярёв задумался.

Крепко задумался.

Настолько крепко, как никогда раньше.

Так крепко он не думал даже тогда, когда на его долю выпала нелёгкая участь встать у руля обороны Земли. Сейчас Александр Сергеевич был одним из немногих, от кого ДЕЙСТВИТЕЛЬНО зависел не только исход войны, но и само выживание человечества.

А подумать и впрямь было, над чем. Такой упоротой наркомании полковник ещё не видывал, а узнаваемый почерк с головой выдавал автора идеи. Тут ошибиться было невозможно. Это и впрямь ЕГО план.

Со слов (с недавних пор – капитана) Косорукова полковник ознакомился с самым отчаянным, дерзким и донельзя рискованным планом, который ставил чуть ли не всё на «зеро».

Учитывая значительную численность следующей к Земле армады рейфов и крайне незначительные силы, пригодные к отражению атаки, этот чокнутый с сорванными тормозами и с напрочь протёкшей крышей предлагал дерзкую, наглую атаку на караван кораблей рейфов, не дожидаясь их прибытия в Солнечную систему.

Перехватить рейфов во время межзвёздного броска – задача, в общем-то, нетривиальная. Их корабли не способны к сколь бы то ни было длительному переходу в гиперпространстве. Если у земных космолётов все возможности упираются в запас энергоёмкости щитов и энерговооружённость двигателей, то у рейфов – в органическое строение судов, чрезвычайно страдающее от радиации гиперпространства, пульсаров и квазаров. А уж если неподалёку Сверхновая взорвалась… тяжелейшие радиационные поражения органическим кораблям просто гарантированы.

Это заставляет рейфов периодически выходить в обычное пространство и заниматься восстановительными работами по судам, заживляя поражённые бортовые системы. И, попутно, кормясь, пользуясь случаем.

Стоянки эти непродолжительны: чаще всего, от суток до нескольких недель. Учитывая, что к этому времени рейфы гарантированно вторглись в пределы Млечного Пути, у них будет как минимум шесть или десять остановок на пути к Земле. Где именно – рассчитать нетрудно, зная скорость кораблей, их курс и максимальное время, которое они могут проводить в гиперпространстве.

И вот на этих самых остановках и предлагается напасть на армаду. И, если не уничтожить её, то, хотя бы, существенно потрепать основные силы. В своё время «Шаман» точно подметил: те же баржи снабжения, например, не комбатанты, на них можно особо не зацикливаться. «Стрелы» – куда более существенная угроза, их, как истребители-штурмовики, необходимо сбить в едва ли не в первую очередь. Они тупо давят числом.

Крейсеры – вот сущая проблема. Относительно некрупные, маневренные, скоростные, вооружены похлеще, чем большинство земных кораблей. Единственные, кто может составить им конкуренцию – суда класса «Александр Невский», спешно введённый в строй после диверсионной атаки, «Москва», да пара кораблей сходного проекта, тот же «Курск». Из союзников – пожалуй, только крейсер «Сонодзаки». Все остальные – или сделаны с упором на какую-то из составляющих, что автоматически выводит суда из класса крейсеров, или вовсе: экспериментальные.

«Ульи»… а вот это – натуральная головная боль… Огромные, тяжело вооружённые, донельзя бронированные исполины. Авианесущее ядро армады. На каждом – десятки, сотни истребителей-штурмовиков бортового базирования. На каждом – до двух десятков плазменных орудий особо крупного калибра, и десять метров для них – это не длина стволов, а их диаметр. С такой огневой мощью нельзя не считаться… Их много. Они опасны. Они защищены. Это – ключевая цель. Без «ульев» крейсеры долго не продержатся: вся их тактика заточена под защиту своих флагманов эскадр. Если убить «ульи», у крейсеров уйдёт время на перегруппировку. Или они вовсе отступят, постаравшись перегруппироваться за пределами поля боя. Сражаться в одиночку при численном превосходстве – это не конёк рейфов.

А «Шаман» всего лишь на всего предлагал устроить засаду малыми силами на стократно превосходящего противника.

В качестве тактики настоятельно рекомендовалось взять несколько «прыгунов»: столько, сколько вообще возможно. Каждый из таких корабликов «с завода» оборудован системой оптического и радиоэлектронного камуфляжа, непроницаемой для радаров рейфов. Это позволяет беспрепятственно подобраться вплотную и, при необходимости, даже взять «улей» на абордаж.

К каждому «прыгуну» предполагалось прикомандировать по десантно-штурмовой группе, которая, скрытно проникнув на борт, установила бы тактический ядерный заряд где-нибудь в ангаре «стрел», настроив взрыватели на классический «будильник». Это позволит группе отойти за зону поражения, каким бы мощным ни был фугас.

На случай, если этот план не удастся, по каким бы то ни было причинам, в дело предлагалось пустить сами «прыгуны»: боезапаса одного такого кораблика с лихвой хватит, чтобы сбить любой из крейсеров рейфов, а в случае с «ульем» – полностью уничтожить двигатели. Как досветовые, так и гиперпривод.

Это позволило бы существенно замедлить интервентов, подарив Земле спасительные дни для наращивания обороноспособности и укрепления рубежей защиты.

На бумаге-то план выглядел, пусть и бесбашенным, но рабочим. Виною ли тому положение утопающих, при котором приходилось цепляться за каждую спасительную соломинку, но план был полностью бесшабашным. В русском стиле: дерзко, нагло, не размениваясь на мелочи.

Но тут вставали сразу несколько рядов проблем.

Во-первых, «прыгуны» – чрезвычайно важная боевая единица. Терять их – тактически и стратегически недопустимо. На них построен последний рубеж обороны планеты: если произойдёт прорыв и десант, всё же, будет выброшен на поверхность, именно этим корабликам придётся исполнить роль средства доставки и развёртывания ядерного оружия на орбите. Последним вздохом человечество попытается забрать своего врага с собой в могилу. С другой стороны, раз им и без того уготована участь «атомовоза», то, быть может, сыграть на упреждение? Почему бы и да?

Во-вторых, пилоты… У Земли просто нет столько подготовленных лётчиков-космонавтов, чтобы вот так вот запросто, на диверсионном вылете, пилотировать «прыгуны». Да, безусловно: управление – смешнее не придумаешь. Разберётся даже школьник (и, ведь, таки-разобрался, чертяка!). Но малейшая ошибка, хотя бы микроскопическая неточность – и на тот свет уйдёт целая машина вместе со своим полнокровным экипажем. Космос не прощает ошибок.

В-третьих, ядерное оружие… Это тебе не автоматы. Чтобы получить разрешение на его использование, необходимо дойти до верха. До самого верха. До Самого Верха. Отдать приказ о развёртывании ядерного оружия в открытом космосе может только Верховный Главнокомандующий. Если он (в силу собственных разумений, или поддавшись на уговоры своих советников) откажет в развитии этого плана, то придётся уповать только на огневую мощь «прыгунов». Кораблики, конечно, сумеют нанести некоторый ущерб армаде даже без ядерных боеголовок… но с последними, всё-таки, было бы предпочтительней.

В-четвёртых, способ доставки. Безусловно, можно, конечно, и через звёздные врата отправить. Благо, что габариты «прыгунов» именно на это и рассчитаны. Немаловажным аспектом довлеет тот факт, что система жизнеобеспечения сверхмалого кораблики чрезвычайно незначительна. Она помогла бы продержаться несколько дней нескольким людям из экипажа, но полнокровная десантно-штурмовая группа… Если задержка составит хотя бы несколько лишних часов, люди просто задохнутся. Да что там, часы… даже минуты прикончат их, случить какая заминка в пути. Конечно, можно укомплектовать бойцов аппаратами дыхания с запасом сжатого или сжиженного воздуха… или отправить «прыгуны» на борту какого-нибудь корабля. Того же крейсера, например. В случай форс-мажора крупное судно способно будет обеспечить прикрытие спешно отступающей эскадрилье «прыгунов». Если, конечно, будет, кому отступать…

А, ведь, это ещё не всё. Дегтярёв даже не упомянул такие малозначительные (нет) пункты, как синхронизация выброски группы с прибытием в предполагаемую зону армады рейфов. И, даже, если всё пойдёт по плану, то как быть с оставшимися, уцелевшими? Если они в панике или под мудрым стратегическим командованием старших разбегутся в разные стороны, разрывая дистанцию? Ловить их потом по всей Галактике? Увольте… Буквально только-только закончили войну с гоа`улдами, так теперь ещё и рейфов из нор выкуривать? Как будто у Тау`ри больше дел других нету…

Но, кто бы что ни говорил, а план годный. Как есть, годный. С кучей недочётов, просчётов и ошибок, но общий-то посыл верный! Да, эта акция больше направлена на устрашение. И пусть со стороны она выглядит, как попытка приставленного к стенке увернуться от выпущенной в затылок пули. Но это – Тау`ри. Это – Люди. Это – русские. Если их загонишь в угол – сам из него будешь свои зубы собирать. С этим в связи…

– Это он сам придумал? – ехидно переспросил Дегтярёв.

Косоруков ухмыльнулся.

– Со слов "Лилит" – да, сам. Но, как ты понимаешь, я в это слабо верю. На него это мало похоже.

– Точно, – хмыкнул полковник. – Будь план действительно его – он бы на одних сбитых «ульях» не остановился бы. Гвоздил квадрат до тех пор, пока там не осталось бы ни одного целого корабля и живого рейфа.

– Но его почерк я узнаю, – улыбка сошла с лица капитана. – Однозначно, его рук дело. И, ты знаешь?... мне нравится этот план.

– Мне тоже, – усмехнулся Александр Сергеевич. – Осталось только, чтобы этот план понравился в Штабе.

– Так давай устроим это, – глаза Косорукова нехорошо блеснули.

– Предлагаешь…?

– Ага.

– А не…?

– Да ладно.

– Точно?

– Спрашиваешь… слушай.

***
Территория «Светлого».
Южное КПП-1.
POV «Шаман».


Нет, ну, скажите мне, люди добрые, люди честные… ну, кто так ставит лагерь, ну, ёкарный же ж бабай! Два часовых – и те в зюзю нахрюкались. Один-то ещё пытался делать вид, что всенощно бдит, а другой улёгся в «дежурку» на контрольно-пропускном пункте, и даже калитку не запер! Ну, что за жёваный карась?!

Первый часовой – как часовой, к его устранению мы с Нергалом подошли со всей ответственностью. Как и на захваченной станции водоснабжения, аккуратно, чтобы не шуметь, тихо подошли незамеченными (ага, под покровом противофазной маскировки, ага), и без лишней жестокости сняли бойца резким ударом в шею сбоку. Такой манёвр был позволителен, потому как оружие постового – трофейный, видимо, АКСУ – висел у него на ремне через плечо, а руки покоились на крышке ствольной коробке автомата, отдыхая. Стало быть, даже, если от боли сработает мышечный рефлекс, часовой не спустит курок, высадив в глухую ночь весь магазин очередью до отсечки. Да, способ не самый быстрый: несколько секунд, и шок от кровопотери (Нергал проявил свою педантичность и попал клинком аккурат в сонную артерию). Можно было бы и сломать бойцу шею, благо, что сила симбионта позволяла это сделать… но я не был уверен, что смогу исполнить манёвр быстро, а в завязавшейся борьбе наверняка бы себя раскрыл.

Второй часовой – даже не часовой вовсе. Так, улитка на блюдечке. Блаженно развалился на столе в помещении дежурного и убыл в приёмную к Морфею, разя перегаром на весь КПП. Его, собственно, постигла та же судьба: мы с симбионтом решили не мудрствовать лукаво, и просто перебили сонному бойцу горло. Тихо, и почти чисто. По паре литров крови с каждого «жмурика» не в счёт.

Кстати, наблюдение: оба одеты одинаково, как те патрульные. Видать, и вправду, секта какая-то… впрочем, подобные балахоны характерны для монахов аббатства где-то на рубеже средних веков и нового времени… Может, зря я так, сразу с ножа их? Может, и впрямь безобидные ребята?

«Безобидные ребята не блуждают в ночи с автоматами», – буркнул из глубины сознания Нергал. – «Будь уверен: этот те сепаратисты, о которых говорил твой воевода».

«Сепаратисты…», – поморщился я. – «Какие же это, к хренам собачьим, сепаратисты? Это ж вытрезвитель на прогулке. Ладно, хоть от патрульных перегаром не несло. От этого же пьянчуги даже мыши под полом хороводы хороводят».

Второй снятый часовой на оружие был беден. При нём вообще ничего не оказалось, кроме такого же балахона из довольно грубой, плотной материи тёмного цвета, накинутого поверх обыкновенных джинсов и толстовки.

Подкрученная Нергалом никталопия позволила бегло осмотреть помещение КПП в полумраке, не прибегая к включению основного света. Кое-какая часть оного пробивалась через стёкла, пользуясь безоблачным ночным небом и месяцем. Этого нам хватило.

Стол… стул… шконка… тумбочка… На столе – выключенная лампа на гибкой ножке, на тумбочке – воткнутый в розетку электрический чайник. Мало того, что холодный, так ещё и пустой.

В тумбочке оказалось несильно лучше: кое-какой канцелярский шмурдяк, типа связанных банковской резиновой перетяжкой пачки пишущих ручек, карандашей и пачки писчей бумаги.

На шконке, что стояла у противоположной от входа стены, всё же интересней. Под её подушкой обнаружился – ни много и ни мало – целый АПС. Да-да, тот самый, мать его, автоматический пистолет Стечкина. Тут я запоздало обрадовался тому, что не умею свистеть: по инерции чуть не присвистнул в голос от находки.

«Было бы, чему радоваться…», – пробормотал Нергал. – «Тяжёлый, габаритный, предназначен для ближнего боя… По сравнению с этим куском железа даже зет`н`кел эффективнее».

«Не говори «гоп» пока не «гоп»!», - хмыкнул я про себя, тихо извлекая магазин.

Полный! Магазин на двадцать мест до отказа забит старыми-добрыми патронами 9х18 миллиметров. Причём, судя по году выпуска, выбитому на донце гильзы, далеко не самые новые.

Пока магазин отстёгнут, аккуратно оттягиваю затворную раму назад, пытаясь разглядеть патронник. Он, ожидаемо, пустой.

Тихо засаживаю магазин в рукоятку и, встретив ожидаемое сопротивление в конце хода, чуть с силой дожимаю на пятку магазина. Защёлка сухо клацнула, заперев ёмкость с патронами в оружии.

«Что я там говорил про нездоровое влечение к бесконтрольному увеличению огневой мощи?», – поинтересовался Нергал.

«Катись лесом», – усмехнулся я.

Моё. Трофей. Не отдам.

Но, смех смехом, а время-то тикает. Надо и о деле не забывать. А дела ещё – конь не валялся. Я ж, по сути, только инфильтрацию на территорию противника провёл, едва-едва приступил к разведке боем.

Кстати, о разведке. Надо бы того «жмурика» затащить в «дежурку». КПП и его территория не освещаются, но хрен его знает, что да как? Мало ли, кто на труп набредёт? Ещё шухер из-за меня поднимут… точнее, из-за него, м-да.

Выполнить намеченное оказалось не очень тягостно. Снятый часовой принадлежал к весовой категории, на голову превосходящую баранью. Особо напрягаться не пришлось. Естественно, что его АКСУ я нагло реквизировал.

«Нет, у тебя точно какие-то комплексы», – не успокаивался симбионт. – «Куда тебе столько оружия? Ты собрался с Древними воевать?».

«Столько» – это сколько? На мне всего-то, что и нож, трофейный «Бизон» из аномальной лощины, трофейный АКСУ и трофейный АПС. Гладкоствольный шмурдяк ликвидированного патруля я оставил при трупах: на обратной дороге заберу, если позволит возможность.

А, ну, ещё «зет`н`кел» гоа`улдов. Болтается на поясе в утилитарном подсумке. Так что, никакого «столько».

А, ну, ещё боевой наруч гоа`улдов. Так что, никакого «столько».

Если бы Нергал умел делать фейс-палм, он бы не преминул воспользоваться этой возможностью. Ныне же симбионт Ток`Ра с тяжёлым вздохом сожаления забурился вглубь моего сознания.

КПП остался позади. Теперь оперативный курс – вон на то сборище строений. Издалека, кстати, смахивает по планировке на «Изумрудное», где мы закреплялись на ночёвку. Если тут такая же система и расположение строений (хотя бы, приблизительно), то всё ещё лучше, чем могло бы быть…

Погнали.



Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
Desreny Дата: Среда, 05 Июня 2019, 19:32 | Сообщение # 604
По ту сторону врат
Группа: Пользователи
Сообщений: 408
Репутация: 3
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Чудесно написано держи смайл agent
Награды: 0  
Комкор Дата: Понедельник, 10 Июня 2019, 13:10 | Сообщение # 605
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 452
Репутация: 384
Замечания: 0%
Статус: где-то там
***
То же время.
Расположение бывшей базы отдыха «Светлое»
Дислокация НВФ «Братья Смерти»
Бывший актовый зал
Старший Капеллан секты


Тянуть время больше нельзя. Актовый зал, рассчитанный на полторы сотни сидячих мест, ныне забит до отказа: и это при том, что все сидушки демонтировали и вынесли к дьяволу. Всё же, две сотни бойцов при оружии – это две сотни бойцов при оружии. Компактно такая орда разместиться не может при всём своём желании.

Только, если в ящиках и по частям.

Время близится к полуночи. Фанатики возбуждены до предела.

Некоторые до сих пор стоят с недоверчивой миной: так и не верят, что сейчас действительно свершится человеческое жертвоприношение.

Некоторые нервничают: они ещё помнят, как их гоняли и местные жители, и представители власти. Безнаказанно такие акты не проходят. Даже, казалось бы, убийство бессловесных тварей в ритуальных целях зачастую оборачивалось для фанатиков уголовным делом по факту жестокого обращения с животными.

А некоторые уже нажрались спиртного настолько, что стоят безучастными столбами, бессмысленными глазами взирая на собравшихся собратьев.

Старший Капеллан бегло пробежался глазами по своим подчинённым из-за завесы сцены, где, по плану, должно было проходить служение.

Следить за своими собратьями он не собирался от слова «абсолютно». Пришли – и хорошо. Не пришли – ну… тоже, в общем-то, не страшно. Кто и в каком состоянии явился – уже без разницы.

Сию минуту в планы бывшего офицера-оперативника входило исключительно ознакомиться с ходом приготовления: все ли приборы готовы, вся ли утварь на местах.

Так, к примеру, по центру сцены стоял простой обеденный стол, ныне застеленный чёрной тканью, содранной с занавесок проекторной в этом же актовом зале. На столе виднелся вычурного вида графин, до горла заполненный водой: простая мера предосторожности, на случай, если при служении крови окажется неожиданно много. Рядом с графином на аккуратно, ровно сложенном отрезке ткани, лежал крупный, непропорционально для человеческой руки длинный, ритуальный нож. Сколько лет этому клинку? Никто точно не скажет. Столько сколов, царапин, обломов… На металле даже раковины появились. Сколько раз его вытравливали и восстанавливали от ржавчины? Столько не живут… Кроме графина и ножа на столе покоился последний довод: прикрытый рукописным талмудом Чёрной Библии пистолет. На тот случай, если что-то пойдёт ну совсем уж не по плану. И ритуальная доска, покрытая чёрным лаком, с куском белого мела на ней. Куда же без этого?

С противоположной стороны сцены, за кулисами напротив, брат Дмитрий уже подготовил жертву: девочку, что захватили в соседнем СНТ. Пленница так и не отошла от медикаментов: глаза, вроде бы, открывает, но не владеет телом, и, кажется, даже не понимает, что происходит. Самой стоять ей не удастся: очевидно. Ну, хотя бы, не бессознательным кулем валяется на полу: уже хорошо. Брат Дмитрий прикатил из лазарета инвалидное кресло и откинул ему спинку: сейчас в нём и она лежала.

Пленного же рейфа должны привести позже: мера предосторожности, чтобы тварь не поубивала всех к бесам. Условным сигналом будет начало мессы: специальный посыльный уже готов сорваться к подвалу, где держат инопланетянина.

В толпе собравшихся промелькнуло несколько фигур в балахонах с накинутыми на головы капюшонами: это чтецы начали занимать свои места. Значит, и Старшему пора…

Накинув и свой капюшон, Капеллан шагнул к скрытой за сцене блочной системе управления завесой. Потянул на себя один из канатов, и занавес начал расходиться в стороны, отворяя на обозрение фанатиков место действа.

Начиналась последняя пьеса…

***
То же место.
То же время.
POV «Шаман».


Ого, как время-то, оказывается, летит. Уже почти полночь.

И это подозрительно. На всей прилегающей территории я не встретил никого живого. Кроме четверых человек из патруля, двоих дозорных на южном КПП, и двоих на обходе.

Казалось бы: вечер, почти ночь, когда сошла дневная жара, и опустилась сумеречная прохлада. Это же не армия, где ровно в 22:00 звучит зычная команда дурным голосом дневального «Рота, отбой!», и вся казарма мгновенно проваливается в мертвецкую тишину. Да и те гаврики, однозначно, были поддатыми. Значит, где-то неподалёку какое-то празднество… или они просто на голову больные, раз бухими заступили на пост.

А тут… тишина. Ни одного встречного, ни одного поперечного. В помещениях корпусов, что виднелись в ночи, ни одного освещённого окна. Соблюдают светомаскировку? Не исключается. То, что на посту пьяные дозорные, ещё не означает, что все в лагере сплошные дуболомы. Может, и впрямь задрапировали все окна и законопатили щели?

Если соблюдают свето-, значит, блюдут и звукомаскировку. Поэтому, наверное, никого не слышно. А если нет? Ну, тогда всё крайне неоднозначно.

Кромешная тишина в лагере невоенизированной вооружённой незаконной группировки может быть лишь в нескольких случаях.

А). Никого нет дома;
Б). Все мертвецки пьяны и дрыхнут, как скоты;
В). Все забили на охранение территории и прикрытие, и дрыхнут, как скоты;
Г). Блюдут маскировку и стараются сидеть тише травы и ниже воды;
Д). Все мертвы.

Насчёт первого и последнего я сильно сомневаюсь. И Нергал со мной согласен. Буде так – те ликвидированные боевики не шароёжились бы по территории и вокруг неё. Значит, явно не этот пункт.

Про маскировку – в принципе, объяснимо. Остаётся проверить методом разведки (собственно, для этого я тут и нахожусь, разве нет?).

Попутно с разработкой версии, можно параллельно проверить и остальные. Если все нажрались и где-то бухают/отсыпаются, то или я найду всех в разнообразных местах, куда и не каждый трезвый залезет, или все окажутся в одном месте. Чего гадать-то?

Эти мысли роились у меня в мозгу, когда я самым тихим и бесшумным шагом, на какой только способен, шёл по единственной дороге от КПП вглубь территории «Светлого».

Дорога не освещённая: фонарные столбы вдоль неё стояли, огороженные от асфальта высоким, в половину длины приклада автомата высотой, бордюром, но света не давали.

Единственное, что давало свет – месяц на небе, звёзды, и отражённый от редких-редких облаков свет соседних населённых пунктов, которые «соседними» были чисто географически: до ближайшего более или менее крупного посёлка – километров пять по прямой, через лес и бурелом.

И никталопия, доставшаяся мне от сожительства с Нергалом, тоже помогала.

Дорога не была широкой. Максимум – два автобуса разойдутся во встречных направлениях. Но была ухоженной. Ни трещин, ни выбоин: или укладывали недавно, или ремонтировали…

За бордюром, окаймлявшим дорогу, помимо фонарных столбов стояли и щиты: один пожарный, ядовито-красный, с вёдрами, баграми, лопатами и топорами, остальные агитационные. На них, как в старых пионер-лагерях, виднелись плакаты современного исполнения, стилизованные по советские. Отдых, спорт, физическая подготовка, рукоделие, мастерство… Ничего нового. Каждый, кто хоть раз бывал в каком бы то ни было лагере или доме отдыха, поймёт. А мне оно, почему-то, напомнило войсковую часть. Хоть на щитах и виднелись плакаты спортивно-оздоровительного направления, мне, почему-то, виделись на них наставления по строевой подготовке, проверке внешнего вида военнослужащих, правила ношения форменной одежды… Переклинило меня, по ходу. Отдыхать уже пора…

А размышления касательно творящегося на территории «Светлого» шкварочного абандона застали меня аккурат в том месте, где дорога упиралась в обитаемый массив: жилые дома, административный комбинат, складские строения и прочее из разряда жизнеобеспечения. Ну, точно: почти, как в «Изумрудном». Вон, даже, труба котельной виднеется на фоне неба, более светлого, чем окаймлявший территорию лес.

Обернулся, огляделся по сторонам в поисках движения. Понадеявшись на продвинутое сумеречное зрение «made by Nergal», я не взял с собой ПНВ: так что, надежда только на свои глаза.

И на детектор признаков жизни.

Устройство перекочевало из подсумка в мою ладонь. Сразу запускаем сканирование…

«…[цензура]…», – подумал я, глядя на показания прибора.

Которые меня не порадовали от слова «совсем».

Пока ошивался за пределами «Светлого», снимал патруль и часовых, детектор молчал: кроме четвёрки патрульных и дежурных на КПП устройство «не видело» никого живого. Когда ступил на территорию, сразу просканировать местность не счёл необходимым: за что уже выдал самому себе радикально строгий выговор с занесением.

Сейчас же, когда достаточно продвинулся вглубь объекта, чтобы радиус действия детектора охватил все строения, до меня дошло, как сильно я лопухнулся.

На экране устройства виднелась далеко не самая радужная цифра «215». Это – численность сигналов, опознанных прибором, как живые существа относительно крупных биологических видов: именно на них сейчас настроен детектор.

На моё счастье (или несчастье?) все они, за исключением одного-единственного сигнала, сгруппировались в одном месте: самом большом строении на территории «Светлого». Учитывая назначение этого (в широком смысле слова) объекта в целом, рискну предположить, что собрались в чём-то наподобие актового или кинозала. Слишком уж до хрена: две с хреном сотни человек единовременно… Даже столовая столько бы в себя не вместила. Во всяком случае, без ущерба для комфорта пребывания.

Так что, план действий назрел тут же: проверить сначала скопление сигналов, а потом наведаться к тому, одиночному. Почему? Элементарно. Большое скопление народу означает какое-то относительно значимое, весомое событие. Возможно, сопряжённое с вовлечением этих самых народов. Значит – это динамика, имеющая свойство рано или поздно кончаться. Соответственно, покуда митинг не рассосался – надобно разведать, что да как. Одиночка же по определению не может столько нахеровертить («Ну да, конечно, как же…», – пробормотал на это Нергал), поэтому он, как правило, статика. А она гораздо менее скоротечна. Правда, не всегда.

Но это неточно (с).

Поэтому, первым делом – большая толпа.

Что ж… инфильтрация на территорию противника прошла более, чем успешно. Теперь важно оставаться скрытным и развить успех…

***
Интерлюдия
Медсанчасть подземного расположения объекта «Город»
POV Шарапова Лера, «Андромеда»


Очнувшись, Лера не сразу поняла, что пришла в себя. Терзавшие пошатнувшееся сознание кошмары были настолько реальными, что до Шараповой не сразу дошло: это был бред. Усталость, истерика, медикаменты – всё наслоилось на «Андромеду» трёхслойным пирогом. Причём, пирог был настолько ужасающе правдоподобен, что аппетит отбивал напрочь.

Да и препараты – не рубильник на электрощите. Так просто, моментально, действовать не прекращают. Ещё какое-то время за девушкой будет наблюдаться заторможенность реакций и вялотекущее мышление. К счастью, долго такая картина не продлится: у веществ, которыми по самые гланды накачали девушку, относительно короткий период полувыведения.

– Очухалась? – раздался справа донельзя знакомый голос.

«Не он…», – с разочарованием пронеслось в уме у Леры, внешне не поменявшейся в лице.

Этот голос кардинально отличался от того, что властными командирскими приказами раздавался у неё в мозгу всё это время. Отличался, но чужим не был.

«Васильев».

Первым, кого увидела рядом с собой пришедшая в себя после бреда Лера – её комэск, Димка.

– Как ты себя чувствуешь?

Дурацкий вопрос. Настолько, что глупее придумать трудно. Как себя может чувствовать человек, только что очнувшийся после сильнодействующих психотропных препаратов?

– Как пёсий х8й.

Васильев аж подобрался.

Подобный стиль речи ни разу не вязался с всегда обходительной, милой, иногда застенчивой девушкой. Да, она позволяла себе яростные выходки. Да, иногда распускала руки, не чураясь отвесить своему де-юро командиру пару оплеух или подзатыльников (ну, так она и девушка: ей простительно, в каком-то роде). Но изъясняться матом… на неё это ни разу не похоже.

– Лера? – осторожно поинтересовался Димка. – Это ты?

– Нет, млять, – ответ парня не порадовал. – Сумрачное приведение, Призрак-3,14здец.

Вообще ни разу не похоже…

Шарапова лежала на койке на спине, устремив в потолок безучастный взгляд. Голос её был монотонен, как гудок локомотива, и отдавал непривычной хрипотцой. Кажется, за минувшие часы, что «Андромеда» провела под препаратами, она из обаятельной девушки превратилась в зачерствелого сапожника. Впрочем, Димке ли её винить?

– Ты как? – спросил он как можно мягче. – Чего-нибудь хочешь?

Шарапова скосила на друга взгляд, от которого «Штепселю» ни разу не сделалось приятно. Его как будто полоснули острыми скальпелями, которые, вдобавок, ещё и ходили ходуном, кромсая всё, до чего дотронутся, в лапшу.

– Где он? – хрипло спросила Лера.

– Кто? – не понял Васильев.

«Андромеда» молча смотрела несколько секунд на своего комэска, который немного не въезжал в ситуацию (и таки-имел на это полное право, учитывая постановку вопроса и подачу информации!).

– «Шаман».

Хотя, он мог бы и догадаться… тем паче, что где-то на задворках его разума подобная ассоциация промелькнула тенью ассасина, тут же, впрочем, растворившись в небытие: «Штепсель» просто не успел за неё ухватиться.

– Не знаю, – честно признался Дима. – С тех пор, как он в приказном порядке отправил весь взвод в медсанчасть, я его больше не видел. И не слышал.

Шарапова вернула безучастный взгляд к потолку и опять превратилась в куклу без эмоций, будто каменную маску надела.

– Найди мне его.

Голос Леры прозвучал так же холодно и отстранённо, будто бы и не её вовсе. Будто бы другой человек сейчас лежал на койке. Васильев в упор не узнавал девушку.

– Постараюсь, – тихо произнёс он, о чём тут же пожалел.

Взгляд, которым «Андромеда» полоснула своего командира, заставил того вздрогнуть. Он даже на минуту забыл, что сам числится командиром: ему только что дали приказание, не выполнить которое у него нет права.

– Я сделаю, – поспешил оправдаться он.

Ладонь парня легла на руку девушки.

«Холодная!», – с ужасом пронеслась мысль в его мозгу. – «Рука холодная!».

Если раньше Лера хотя бы изредка принимала от него редкие знаки внимания (в похожей ситуации, например, не отказалась бы взять его за руку), то сейчас она осталась неподвижна, будто бы не почувствовала касания.

– Я сделаю, – повторил Васильев, и поспешил покинуть лазарет, хотя и сам должен в нём оставаться.

Поведение Леры на пугало его похлеще, чем творившийся на борту линкора ад. Даже, когда он зачищал штольни рудника под Сиракавой, и то ему не было так страшно…

***
То же время.
Расположение бывшей базы отдыха «Светлое»
Дислокация НВФ «Братья Смерти»
Полночь
POV «Шаман»

«…А инфильтрация идёт, идёт по плану… и вся грязь превратилась в голый лёд, и всё идёт по плану…».
Особо весёлым настроением я не располагал, и в приподнятом состоянии духа не пребывал. Но порадоваться маленькой радости – а именно проникнуть на территорию противника, остаться незамеченным, и устранить представляющих угрозу лиц – стоит. Их и так у нас нынче немного.

Я приближался к строению кинозала, совмещённого с актовым залом, а потому Нергал не преминул возможностью погрызть мне остатки моего мозга, в очередной раз напомнив:

«Мы приближаемся к скопищу врага. Не теряй бдительность. В экстренной ситуации я помогу: перехвачу контроль над телом. Но и ты не считай звёзды».

«Почему-то, мне кажется, что контроль ты и так перехватишь», – поделился я нехорошим предчувствием. – «Какое-то неочевидное дерьмо витает вокруг… и мы идём целенаправленно, чтобы в него вляпаться».

«Наблюдение тонко», – согласился симбионт. – «И я ощущаю выходящее из ряда вон потрясение. Хоть у меня в избытке уверенности в тебе, как в носителе, но ты всё ещё молод и импульсивен. Не теряй контроль и самообладание».

«Держусь в рамках на данном дьяволом задании», – поморщился я, процитировав одну из песен. – «Ещё раз, поясни, пожалуйста, для «особо одарённых»: с какой эффективностью можно использовать наруч в борьбе с групповыми целями?».

«Это волновое оружие», – мрачно произнёс Ток`Ра. Видимо, ему неприятно просто само упоминание этого устройства. – «Ему не нужна перезарядка в привычном вам понимании смысла этого слова, но и бесконечным его энерговооружение не назовёшь. Устройство способно выделить достаточно волновой энергии, чтобы прервать жизнь одного существа вашего вида: в подобном режиме работы оно обладает достаточной скорострельностью, сопоставимой с вашими пистолетами. Но чем больше выходная мощностью – тем дольше накапливается и преобразуется заряд. Попытавшись ликвидировать сразу десятки целей, ты рискуешь остаться без руки: при недостаточном контроле выходной мощности использование прибора чревато тепловым взрывом».

«Весело, однако…».

«Не пытайся сделать невозможного. Если уж дойдёт до применения наруча – старайся не брать на прицел больше пяти-шести целей. Это и утомит, и убьёт тебя».

В очередной раз убедился, что оружия много не бывает. Если что-то пойдёт не так – в запасе трофейные огнестрелы, от АПС до «Бизона» включительно.

Вот, кстати, и здание: высокое, одноэтажное, но по габаритам сравнимо с трёхэтажными сооружениями. Все окна, ожидаемо, распахнуты настежь: ещё бы, поди, подержи в одном помещении две сотни человек… дышать будет нечем уже через четверть часа. Но, что характерно, света я изнутри не вижу.

Точнее, вижу, но далеко не электрический. А какой-то тепловой… будто бы свечами парафиновыми освещали, или фонарями по типу «керосинок».

Зайти с чёрного или пожарного хода? Классика. А классика бессмертна. С другой стороны, классика имеет свойство приедаться. Войти в окно? Я что, похож на ветерана «Альфы»? Искать подземные коммуникации – долго, хоть и интересно: можно попробовать пробраться под землёй. С крыши, через служебный ход, предназначенный для обслуживания антенного оборудования и вентиляции? Технически, можно, но не целесообразно. Для этого надо заблокировать все выходы и окна, и, желательно, оцепить территорию. Меня одного для этого слишком мало. Значит, остаётся парадный вход. Кажется, сейчас будет мясо…

«Не спеши врываться», – предупредил симбионт. – «Действуй тихо, осторожно.

Когда-то давно я слышал от одного знакомого интересную присказку. «Для мужчины есть три неприемлемые вещи», – говорил он. – «Медленная езда, тихий секс и незаметное появление на публике». Мол, мужчина должен заявить о себе, появляясь. Но тут пришлось согласиться с Нергалом: во всяком случае, в последней части высказывания наставлениями знакомого пришлось пренебречь…

То же время.
Расположение бывшей базы отдыха «Светлое»
Дислокация НВФ «Братья Смерти»
Полночь
Старший Капеллан секты


«Какое счастье», – подумал бывший оперативник. – «Эти олухи почти всё сделают за меня сами…».
Большим артистизмом предводитель фанатиков не обладал. Массовые мероприятия с адептами секты проводил постольку, поскольку: не испытывая при этом каких-то внеземных ощущений или умиротворённости. Просто рутинная работа, без которой никак нельзя обойтись.

По сути, вся роль Капеллана в этой мессе сведётся к тому, что надо будет изобразить активную деятельность. К счастью, сделать это будет нетрудно: большинство бойцов пьяны или подвыпивши, а в зале освещения не так много. Только свечи в руках чтецов, да лунный свет через не зашторенные окна.

– Do-ri me! – как по расписанию, раздался призывный клич первого чтеца. – In-te-ri-mo a-da-pa-re do-ri me!

Тут же его подхватили ещё двое чтецов, вещавших уже в три горла:

– A-me-no, a-me-no, la-ti-re! La-ti-re-mo, do-ri me!

Уже на этом месте Старший поморщился, благо, что со спины его выражения не видно. Это ж надо… вместо каноничной латыни использовать псевдо-криптовый язык, не имеющий ничего общего с древним и мёртвым, написанный на коленке ради какой-то песни какими-то клоунами! К счастью, Капеллана этот факт мало беспокоил: в конце концов, пусть хоть «…тi ж мене пiдманула…» на украинском зачитывают, лишь бы изображали то, что должны.

Ещё четверо чтецов включились в общий поток мало связных слов, со стороны для непосвящённого человека по созвучию похожих на латынь.

– Ameno! Omenare imperavi ameno! Dimere, dimere matiro! Matiremo аmeno!

В этот момент стоявший перед алтарём Капеллан под монотонное заунывное вещание псевдо-клириков взял с доски мел и начал делать вид, что чертит пентаграмму. Для опытного служащего, бывшего оперативника, привыкшего подмечать самые мельчайшие детали, запомнить и выучить последовательность нанесения символов не составило никакого труда: этот злосчастный образ Старший знал так же хорошо, как и свой Устав, который ему больше никогда не пригодится. Но это – тот случай, когда можно посачковать. Благо, что доску за его спиной не видно никому, кроме него самого, и можно творить любую ахинею: хоть мужской детородный орган с крылышками нарисовать. Но – роль надо сыграть. Поэтому, как обычно, два вписанных друг в друга круга, желательно, ровных; перевёрнутая пятиконечная звезда во внутреннем круге, символизирующая череп козла, а между кругов – символы енохианского языка, «уставного» для большей части всех сатанинских культов. На счастье Капеллана, знали этот язык только несколько человек из его секты: и уж они-то точно не будут экзаменовать своего Старшего на предмет орфографии и каллиграфии. Поэтому, можно чертить абсолютно любые закорючки, лишь бы издалека было похоже.

Процесс начертания сопровождался уже не читающими, но громко и в голос освещающими действия служителя чтецами:

– Omenare imperavi emulari, аmeno, оmenare imperavi emulari, аmeno…!

Эту-то фразу знают все… Подразумевается, что она означает нечто вроде «…повторяй тайные знаки, разгадай их, повторяй…». Минуты три эти слова повторяли все собравшиеся, учинив невообразимый гул в зале. К счастью, повторяли в один голос, потому по ушам било не так сильно. Но всё равно громко.

Три минуты – самый минимум, за которую можно начертить пентаграмму вменяемого, адекватного качества, а не поделки дошкольной группы детского сада. Если Капеллан уложился бы раньше – точно пошли бы обвинения в отлынивании и искажении хода мессы. Так что, поневоле, Старшему пришлось ревностно изображать из себя чертилу: чертил и чертил, чертил и чертил.

Активация пентаграммы – отдельный этап. По канонам, на это необходима кровь: желательно, настоящая. Раньше с этим делом разбирались, поливая символы кровью жертвенных животных… но раз сейчас добрались до Высшей Жертвы, то почему бы не активировать печать её кровью?

Видимо, об этом подумали все. Ибо зал заметно оживился, когда на сцену выкатили инвалидную коляску с пленницей.

– Ameno! Ameno dore! Ameno dori me! – скандировал разошедшийся зал собравшихся.

Голоса чтецов потерялись в возбуждённом гомоне фанатиков.

– Ameno dom! Dori me reo! Ameno dori me! Ameno dori me! Dori me am!

Строго говоря, последнюю фразу, по легенде, обозначавшую «возьми меня», должна говорить или сама жертва, возлегая на алтаре, или, на худой конец, Капеллан, проводящий мессу. Но сектанты так разошлись, что регламента придерживались постольку-поскольку. Да и из жертвы сейчас ничего не вытянешь, даже щипцами: девочка так и не пришла в чистое сознание, балансируя на грани бреда и помешательства. Переборщили с химией, переборщили…

Капеллан подтянул со стола жертвенный кинжал и схватился за ворот тонкой накидки, наспех сооружённой для акта из простыни. Взмах ножа – и единственное облачение, прикрывающее юное тельце, уже изодрано и отброшено, как более не нужное.

Чувствовал ли что-то бывший оперативник, занося нож над ребёнком? Очевидно, да. Это то самое, давно забытое со службы чувство опасности, нависающее над ним, когда непонятно, что и откуда ждать. Оно означало только одно: конец неизбежен, и бежать уже некуда.

Понять это Капеллан так и не успел. Внезапно сердце прихватило с такой силой, что в глазах Старшего резко погас свет. Создалось такое ощущение, будто бы жизненно важный орган сжали кулаком до размера спичечной коробки. Острая, резкая, пронзающая боль в груди – всё, что успел осознать бывший офицер.

В следующую секунду тело Капеллана будто бы взорвалось изнутри, моментально забрызгав половину сцены кровью, и раскидав ошмётки внутренних органов по всему залу.

Осоловевшие от предвкушения празднества фанатики далеко не сразу сообразили, что что-то пошло не по плану, и кровь их предводителя, обильно окропившая начерченную им же пентаграмму – сигнал очень и очень большой опасности…

***

«…уничтожить… ликвидировать… не дать уйти… всех на месте… до последнего…».

Мы с Нергалом были единодушны во мнении. Сколько бы симбионт Ток`Ра не призывал меня к милосердным умерщвлениям супостатов и разумным действиям, но сейчас даже он едва сдержался, чтобы не похоронить всех собравшихся в зале под обломками, обрушив крышу актового зала.

Рука ощутимо заныла: Нергал забыл, кто его носитель, и не обратил внимания на выходную мощность наруча, посчитав, что мой организм справится с такой нагрузкой. Как итог – справился, но рука заныла тупой болью, будто бы отлежал. По мягким тканям прошёлся ощутимый дар, как от баротравмы: будто бы петарда в руке взорвалась.

Предводитель, орудовавший на сцене, разлетелся на мелкие ошмётки: волновой ненаправленный выброс энергии сначала сжал его потроха, насколько возможно, а потом будто бы воздушный шарик надули компрессором сверхвысокого давления. Чудом уцелевший череп отлетел куда-то в зал.

«…задержать… уничтожить… ликвидировать…».

Были ли мы в бешенстве? О, да. Помнится, последний раз я так выходил из себя, когда чуть не прикончил «Тень» на борту «Александра Невского». Были мы в помешательстве? О, нет. Напротив. Мысли – чисты и прозрачны. Самосознание – абсолютно пусто. Разум – абсолютно светел. Мы не просто отдавали себе отчёт в происходящем: мы сами планировали и творили происходящее.

После уничтожения первой цели (местный старший, надо полагать) прошло не больше секунды: Нергал, частично перехватывая управление телом, навёл наруч на середину толпы. И если предыдущий залп был произведён максимально точно, максимально прицельно, то в этот раз Ток`Ра выкрутил настройки прибора на максимальное рассеивание по фронту.

«…выстрел…»

Руку засаднило ещё больше, но и я был солидарен с симбионтом: переживу.

Зато ближайшие пятнадцать человек тут же отправились вслед за своим предшественником: взмах рукой – и от нашей точки будто бы оторвалась лопатка лопасти турбины, вращавшейся на предельных оборотах. Дюжине фанатиков тела разрубило пополам, оставшиеся трое, видимо, зацепленные «на излёте», просто замертво рухнули, не успев понять, что происходит.

Это – ещё одна секунда.

«С тебя достаточно», – буркнул Ток`Ра, видимо, устыдившись содеянного. – «Пожалей свою руку. Она тебе ещё нужна».

«В базе "Лилит" пожалеет!», – осклабился я. – «И не только мою руку!».

Третья секунда – и перенос огня не понадобился. Я решил прорубить коридор. Ещё один взмах, очередной «выстрел» – и ещё десяток человек превратились в форменный фаршмак.

Для тех, кто, внезапно, упустил нить повествования, напомню, что мы до сих пор скрыты противофазной маскировкой. Взаимодействовать с окружающей обстановкой мы можем, но увидит нас только тепловизор.

А теперь представьте себе картину маслом: секта проводит мессу, собирается принести жертву силам тьмы, и тут вдруг начинается хтоническая мясорубка, и силы тьмы, незримые и неосязаемые, сами начинают жать всех собравшихся фанатиков, будто бы забирая себе. Круто? Очень, ёрш твою меть!

Вот только, рука моя иного мнения. Онемение в ней достигло той точки, что я уже не чувствовал пальцев. К счастью, остальная ладонь функционировала, пусть и не в полную силу.

Вот и пригодились трофеи…

Четвёртый «выстрел» заставил беснующихся от восторга сатанистов приутихнуть: очередная «коса смерти» забрала жизни ещё семерых бойцов. И, вроде бы, со стороны выглядело результативно: нечистая сила откликнулась на призыв и начала пожинать собравшихся, благоразумно приняв их за своё жертвенное подношение (меня-то видно не было!). Но – вот незадача! – культисты были охочи до жертвоприношений, но, почему-то, сами под жертвенный нож ложиться не желали. Поэтому, когда по их души пришла бледная с косой, сначала впали в ступор (пятый «выстрел»: ещё минус пятеро), а потом и вовсе, завопив дурным голосом покойника, бросились в рассыпную.

Ага, счаз прям! Десять раз по двести грамм! Двери-то я заблокировал! Ну, держитесь, твари, я вам устрою аудиенцию с повелителем смерти… потому что он уже перед вами!

Седьмой залп – и я смог задеть только троих. Одного, правда, уполовинил на почти равные семядоли, но двух других только задел: те рухнули на пол, но были живы.

«Остановись», – Нергал перехватил управление устройством и заблокировал наруч. – «Ты так можешь руку потерять. Ты не контролируешь оружие!».

«Тогда контролируй его ты!», – огрызнулся я, и буквально за шкирку вытащил симбионта из руин сознания, усадив его за рычаги.

Ток`Ра подчинился. Дело пошло гораздо эффективней.

Очередной залп – и прошедшая от нас волна поделила на не совсем равные части ещё два десятка фанатиков. Конечно, можно было бы вставить пару страниц лирического отступления. Как высокохудожественно разлетались по залу органы разной степени фрагментации, и как кровь лилась рекой, и как мы с Нергалом учинили поистине дьявольскую свистопляску смерти, будучи по уши забрызганные кровью (что, в общем-то, ни разу не расходилось с действительностью!)… Но, чую, подобные подробности вызовут некоторые… разногласия с пищеварительной системой читателей. Скажу лишь только, что «аромат» выпотрошенных внутренностей и крови стоял незабываемый. Такой смрад чувствовался только в штольнях рудника под Сиракавой, где мы «прибирались» за нашими «чистильщиками».

Крики оглушали не хуже взрывов гранат. Когда в помещении размером с актовый зал орут матом сразу две сотни человек (…185…174…163…152…), в башке такой винегрет, будто все цвета видимого спектра залили в бетономешалку.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Вторник, 11 Июня 2019, 07:09 | Сообщение # 606
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 243
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
Но, чую, подобные подробности вызовут некоторые… разногласия с пищеварительной системой читателей.

Очень точное замечание


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Четверг, 04 Июля 2019, 14:05 | Сообщение # 607
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 452
Репутация: 384
Замечания: 0%
Статус: где-то там
***
Первый час ночи.
Подземное расположение объекта «Город».
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
01:15 ночи.


Вот и очередное продолжение затянувшейся до поздней ночи сцены. На часах – далеко за полночь, но действующих лиц в отсеке только прибавилось.

Полковник Дегтярёв, как хозяин местных пенатов, председательствовал за столом.

По правую его руку неразлучной тенью соглядатая восседал капитан Косоруков.

По левую руку нарисовалась Юля, малозаметной мышкой, но без ложной и напускной осторожности присутствовавшая за компанию.

Но напротив Дегтярёва сидела та, кто и был нужен ему: "Лилит".

Долго офицер юлить не стал: спросил девушку в лоб.

– Этот план – точно его идея?

Собравшиеся четверо – одни из самых осведомлённых людей на этой планете, в части, касающейся творящегося на ней бедлама. Мало того, что понимали друг друга с полуслова, так ещё и владели наиболее полным раскладом дел. Им нет необходимости использовать уточнения или наводки: вполне обезличенными фразами они вполне способны изъясняться в беседе без потери смысловой нагрузки. Друг для друга, разумеется.

Потому ни для кого из присутствовавших не было тайной за семью печатями, что под «планом» Дегтярёв имел в виду засады и партизанские атаки на «ульи» рейфов, а под «ним» подразумевался их товарищ: гвардии младший лейтенант «Шаман».

"Лилит" кивнула.

– Да.

– Почему он сам не сообщил нам о нём?

Девушка поморщилась.

– Не играй в «гестапо», Кэп. Тебе это не идёт. Ты и сам знаешь, какой банутый график у нас был. Тебе ли спрашивать, почему он сам не явился пред твои не очень ясные очи?

– Не юродствуй, – нахмурился полковник. – На этого демона не похоже. Тактика не та. Он никогда не применял методы засад: ему больше по душе обходные манёвры и атаки с тыла в угон целям. Партизанские методы? Это не его почерк.

– Ты настолько хорошо его знаешь? – холодно переспросила "Лилит". – Тогда ты и ответь на этот вопрос. Почему в мозгу вчерашнего девятиклассника начинают плодиться и размножаться идеи, взятые из «Тридцати шести стратагем»?

– Мам, – подала голос Юля. – Дядя Саша прав: это на папу не похоже. У него слишком… ну… характер… ты поняла.

"Лилит" скосила взгляд на девочку, отчего та вдруг поёжилась.

– Поняла что? – повторила она. – По-твоему, твой отец такой долбоё%, что не может ферзя от пешки отличить?

– Я этого не говорила!... – попыталась было возразить дочь.

– Для вас так важно, кто придумал план? – молодая мать вернула взор на офицера. – Важнее, чем выживание всего вида и цивилизации?

Косоруков вовремя заметил, как у Дегтярёва начал закипать чайник. Пока беседа не скатилась в выяснение отношений, капитан резко вклинился в разговор:

– Ты и сама должна это понимать: уже не маленькая девочка, – пояснил он. – Неважно, чей это план. Если он озвучен, то к тебе, как репатрианту из будущего, появляется вопрос: была ли подобная тактика применена в прошлые повторы и, если да, что помешало Земле отбиться.

"Лилит" метнула на Косорукова уничижительный зырк. Другого бы на месте офицера прошиб холодный пот, но капитан уже работал с этими ребятами: его такими фокусами не пронять.

– Поэтому кончай метать стрелки, – посоветовал ей он. – Мы и так задержались по самое не могу: вы на завтра относительно свободные, а мне ещё на развод ползти. И, с твоего позволения, хотел бы прикорнуть перед этим часа на четыре. Так что, если предъявы кончились, то ответь уже на поставленный вопрос.

– Я уже сказала, – зло процедила "Лилит". – Это – идея «Шамана». Что-то не нравится – желаю поэтичной смерти от лап рейфов.

В другой ситуации, при беседе с другим оппонентом, Дегтярёв мигом поставил бы на место потерявшего связь с землёй оратора. Военнослужащему хватило самообладания не лишиться контроля: перед ним – молодая девушка, готовящаяся стать матерью. За бортом – глубокая ночь, а её спутник сейчас занимается непонятно чем на боевой задаче. Нервозность и некоторую стервозность "Лилит" понять можно. Главное – чтобы палку не перегибала.

– В прошлые разы эта тактика применялась? – спросил он вместо гневной отповеди.

– Нет. – кажется, до девушки тоже начало доходить, что негоже кипятиться лишний раз: это не самым должным образом сказывается на продуктивности работы.

– Почему? – спросил Косоруков.

– По кочану, – огрызнулась она. – «Шаман» – тот ещё кладезь упоротости и наркомании. Ни один из его планов не похож на предыдущий. По сравнению с его больной фантазией «Стратагемы» нервно курят в сторонке: каждый раз он придумывал что-то новое. Но до идеи с засадой «прыгунов» догадался только сейчас.

– А ты? – спросил в лоб Дегтярёв. – Ты летала на «прыгунах» больше, чем я носил фуражку. Почему ты не додумалась до этого?

– Потому что «гладиолусы»! – зло оскалилась "Лилит". – Я сейчас на допросе, что ли?!

– Мама! – взмолилась Юля. – Ну, хватит! Дядя Саша ни в чём тебя не обвиняет!

«Хоть у кого-то хватает мозгов вкурить ситуацию», – с облегчением подумал Косоруков.

– В его плане много недочётов, – полковник старался не терять самообладания и простил не ко времени вспылившей девушке её выходку. – Такое впечатление, что план на коленке придумывали, а то и вовсе во сне.

– А ты как хотел?! – неподдельно изумилась "Лилит". – По-твоему, у нас там целый аналитический отдел на нашу кодлу работает? Он же с задач у тебя не вылезает! Я даже не помню, когда в последний раз спала с ним!

Косоруков сделал вид, что у него внезапно запершило в горле и с чувством прокашлялся, впрочем, не переигрывая. Не относящиеся к делу интимные подробности в контексте данной беседы были не слишком уместны.

Юля посмотрела на Дегтярёва.

– Но ведь любой план можно исправить. Исключений не бывает. Если что-то не устраивает – это можно изменить.

– Если есть, что менять, – буркнул полковник. – В некоторых случаях количество правок столь велико, что уже получается не редакция, а абсолютно другой план. Офицер достал из ящика тумбы сложенную в семь крат карту и развернул её на столешнице, попутно поразив Юлю её размером и детализацией. Ни "Лилит", ни Косоруков удивления не выказали: они и не с такими материалами работали.

– Но не в этот раз.

Дегтярёв сразу перешёл к делу.

– Вот тут, – он ткнул пальцем в квадрат, отмеченный ярким алым маркером. – Согласно этим запискам сумасшедшего, предлагается устроить первую засаду. Это – окрестности звезды Минбар*.

*В переводе с арабского – «трибуна, подиум».

– У неё крайне паршивая светимость, потому и на звёздном небе невооружённым глазом почти не видна. К тому же, окружена ощутимо протяжённым поясом астероидов, видимо, остатками каких-то планет.

– «Планет»? – переспросила Юля. – Не планеты?

– Планет, – согласился с полковником Косоруков. – Обломки слишком велики и чрезмерно многочисленны. Одна такая планета была бы размером с Юпитер.

Девушка тихо присвистнула в удивлении. Она в свои годы успела познакомиться с астрономией, да и память Нергала частично передалась ей от отца. Далеко не поверхностное представление девушка имела и о строении звёздных систем, и о массово-габаритных характеристиках планет. Так что, это сравнение для неё – не пустой звук.

– Если то, что мы знаем о рейфах – истина, – продолжал Дегтярёв. – То стоянку предпочтут сделать в радиусе досягаемости от местной звезды: они используют их, как маяки. Кроме того, постараются оказаться внутри астероидного поля, или, хотя бы, пройдут около него: постараются прикрыться им от возможных атак вышедших из гиперпространства кораблей. Согласно плану, мы якобы разместим на пути следования несколько «прыгунов», в режиме маскировки посадив их на несколько астероидов. Как только рейфы подойдут на дистанцию пуска, мы запустим все ядерные боезаряды в параллельном режиме и собьём столько судов, сколько сможем. Это – версия «один точка ноль».

Тон, каким Дегтярёв излагал сильно урезанную вариацию пересказа плана, ни Юле, ни "Лилит" не понравился. Как будто бы пятилетнюю войну Советского Союза с фашистской Германией свели в вольном изложении к единомоментному броску немцев до Москвы, потом русских до Берлина.

– В любое другое время я бы назвал это планом, – Дегтярёв выпрямился над столом. – Но сейчас нас заставляют мыслить иными категориями. Это – не план. Это – концепция.

– Контрацепция, блин, – буркнула себе под нос "Лилит", передразнив полковника.

Офицер сделал вид, будто не расслышал.

– В таком виде этот бред передавать в Штаб нельзя, – Александр Сергеевич расстегнул воротник форменной рубашки и рукава, стал их закатывать до локтя. – Они тут же завернут этот бред полоумного и задач ещё подкинут: мол, раз есть время фантазмы фантазировать, то делом займитесь. Наша задача – сделать так, чтобы в Штабе не просто оценили план, но и описались от счастья.

Видя недовольство на лице "Лилит", Косоруков пояснил недосказанное другом:

– Этот план сильно полагается на «маскировку» «прыгунов», – разъяснил он. – Случись что – их некому будет подобрать. Чтобы корабль, доставивший их на место акции, сумел их принять на борт по завершении, необходимо, чтобы он был в зоне досягаемости их досветовых двигателей. Он не может разместиться сразу у точки встречи: если идея «взлетит», кораблю достанется от импульса ядерных взрывов. И далеко его уводить нельзя: иначе он не успеет подобрать отстрелявшихся.

– В гиперпространстве его тоже не скрыть, – полковник откинулся на спинку своего кресла. – В этом случае его обнаружат радары рейфов. Как мы уже убедились, наши суда они обнаруживают с потрясающей эффективностью.

– Ну, так и дайте им это!

Фраза, брошенная "Лилит", ввергла в шок и искреннее недоумение обоих военнослужащих, но только на секунду. Через мгновение оба поняли, что имела в виду девушка.

– Принимается, как вариант, – кивнул Кэп. – Возьмём один из кораблей, спишем с него экипаж. Допустим… ну, пусть это будет «Курск». Он будет дрейфовать возле Минбара, изображая из себя дозорный форпост. Если рейфы… то есть, когда рейфы его обнаружат, то сразу попытаются задавить, чтоб не дать ему сообщить об их продвижениях.

– Или попытаются отвернуть с курса, чтоб пройти за границей зоны гарантированного обнаружения, – с сомнением в голосе ввернула Юля. – Рейфы не дураки.

– У наших технологий для радаров примерно одинаковый радиус действия, – отрезала "Лилит". – Если одни заметят других, то и другие заметят первых. Пока они сообразят, что на радаре новая цель, оба будут десять раз обнаружены, опознаны и промаркированы.

– Разведка докладывает, что они забили на авангард, – добавил Косоруков. – У их армады нет впередиидущих, они следуют за своим флагманом. Значит, вся гоп-компания появится в точке примерно в одно и то же время.

– Не примерно. Рейфы не суицидники, чтобы выходить из гиперпространства возле звезды такой ордой сразу. Они будут появляться по очереди, чтобы успеть убрать суда из оговоренной зоны прибытия. Несколько десятков крупных «ульев» и столько же крейсеров не могут выйти красивым строем в духе «Стрижей» или «Русских витязей».

– Тогда, ожидание затянется…

– А разве мы куда-то торопимся?

– Все там будем.

– Тоже правильно…

– Значит, дожидаемся выхода из гиперпространства последнего «гостя», и распределяем между «прыгунами» цели. Задача – скрытно проникнуть в причальные створы, пока экипажи будет занят разборками с «Курском», и разместить в ангарах «стрел» ядерный боезаряд на таймере. Для надёжности мы запросим оснастить их механическим вариантом, во избежание всяких неприятных неожиданностей.

– Как только боезаряды будут выгружены и запустятся таймеры, прыгунам будет дано максимум четверть часа, чтоб отлететь как можно дальше от эпицентров взрывов.

– Сразу после рассеивания взрывов вся эскадрилья разворачивается и возвращается к месту стоянки кораблей рейфов. Ожидается, что «ульи» будут к тому времени уничтожены, но оставшиеся крейсеры и транспортники запустят свои «стрелы» в режим «поиска и уничтожения».

– «Стрелы» игнорировать. Всем «прыгунам» сосредоточиться на выживших крейсерах.

– Не стоит. Лучше не уничтожать крейсеры, а сосредоточиться на гипердвигателях всех оставшихся судов, включая баржи. Необходимо не дать кораблям разбежаться, как стаду ежей.

– Ну, а как сомнут?

– Не сомнут. Рейфы не видят «прыгуны» под маскировкой.

– А если снабдить этой технологией «Курск»? Пусть укроется за астероидом и будет ждать. А когда рейфы отсосут по самые гланды – выйдет из-за укрытия и накидает им по щам.

– Засветка от взрывов. Даже, если крейсер укроется за астероидом, его сенсоры будут ослеплены радиационной засветкой. Радар будет бесполезен.

– Выключить радар до момента подрыва?

– Уйдёт время на прогрев заглушенной системы и её загрузку: это не то, что можно вернуть в работу щелчком тумблера на панели. И корабль будет слеп: если на него полетит какая-то каменюга, никто этого не увидит. Есть риск потерять судно.

– Значит, остаётся только дистанция. Отвести «Курск» на, скажем, километров тысячу от точки, и дождаться, пока не случится большой «бара-бум».

– На тысяче километров радарам будет ничуть не лучше, чем на тысяче метров. Слишком чувствительная аппаратура.

– То есть, сенсоры способны отсечь помехи от радиационных полей звёзд, но ослепнут от ядерного взрыва?

– Не факт. Но КБ-разработчик настоятельно не рекомендовал действовать судами этого класса в радиусе ста тысяч километров от эпицентра ядерного взрыва любой мощности. Будь то тонна, килотонна или мегатонна.

– То есть, это ещё бабушка надвое сказала?

– Я только что именно так и выразился…

Споры продолжались ещё несколько часов.

То же время.
Расположение бывшей базы отдыха «Светлое»
Дислокация уничтоженного НВФ «Братья Смерти»
1:30-2:00 ночи
«Шаман»/Нергал


– [цензура].

Я позволил себе такую слабость, как выругаться вслух. Признаться честно, не то, чтобы случилось что-то такое невероятное или напрочь лишающее рассудка… просто моя форма, как выяснилось, целиком и полностью уходит под замену. Отстираться от такого количества крови крайне проблематично.

– Только новый плащ получил… – сокрушился я, с сожалением оглядывая самый живой мой предмет обмундирования. – Попробовать замочить его, что ли, пока кровь не свернулась?

«О плаще он думает», – буркнул из-под подсознания Нергал. – «О себе бы лучше подумал. Ты чуть руку не потерял, неразумное дитя. Неужели твоего интеллекта не хватило, чтобы понять это? Волновое оружие – это тебе, как ты любишь выражаться, не penis canina. А мне тебя теперь лечить?».

– Для этого ты и живёшь во мне, – хмыкнул я. – Вот и отрабатывай квартплату.

В отсутствие хоть сколь бы то ни было значимой угрозы можно позволить себе некоторые вольности. В том числе, к примеру, препирания с симбионтом Ток`Ра. В то самое время как его голос вещал у меня в мозгу, я имел возможность отвечать ему голосом.

Во всём здании осталось только два живых существа, не считая меня и Нергала.

Первый пеленговался на сцене: его сигнатуры принадлежали спасённой буквально в последний момент жертве. К ней, без видимых признаков сознания лежащей на инвалидке, мы и подошли, на ходу пытаясь привести себя в более или менее божеский вид. Мясник на бойне и то выглядит более цивильно.

Второй сигнал – ещё живой рейф, уполовиненный точным выстрелом Нергала на две почти равные семядоли. Верхняя из оных, представлявшая собой торс с верхними манипуляционными конечностями (руками) и черепной коробкой, подавала признаки жизни, что неудивительно. Рейфы вообще живучие твари, их довольно тяжко укокошить.

Нас с Нергалом спасало то, что руки инопланетянина остались скованы тяжёлыми конвойными наручниками из кованого металла. Такие и перепилить-то проблемно, не говоря уж о простом разрыве. Хотя… от этих сосунов всего можно ожидать.

Вторая часть рейфа, представленная его опорными конечностями (ногами) валялась где-то в глубине сцены и, кажется, даже пыталась жить своей жизнью. Что у них творится с нервной системой, если даже ампутированные конечности продолжают жизнедеятельность, для нас с Нергалом оставалось загадкой.

Прежде, чем заниматься спасённой, требовалось полностью устранить всякую возможную угрозу. Каким бы подбитым не был рейф, он в первую очередь рейф. Он – угроза. А угроза имеет наивысший приоритет.

Уже не имеет… Прибегать к волновому оружию наруча мы с Ток`Ра не стали: я уже почти не чувствовал руку. Казалось, если произведу ещё хоть один залп, она просто взорвётся изнутри, как тело предводителя фанатиков полчаса тому назад. Кстати, эпично разлетелся. Я бы даже сказал, феерично. Поэтому инопланетного сосуна умертвили просто и без изысков: очередью из трофейного АПС.

Как оказалось, «Стечкин», относительно вменяемо ведущий себя при стрельбе одиночными выстрелами, даже в темпе, крайне склонен к дьявольской свистопляске при стрельбе очередями с удержанием одной рукой. Если бы не симбионт, на время перехвативший управление телом и придавший мышцам руки необходимые физические силы, ствол отдачей задрало бы на Луну.

А ещё он на удивление громкий для пистолета. Особенно – в огромном пустом помещении.

Трофейный пистолет был споро помещён в объёмный карман изгвазданного в крови плаща, ещё живой рейф отправлен к своим праотцам, а контроль телом на время полностью передан Нергалу. Ему, знакомому с практикой жертвоприношений, виднее, что делать дальше.

И опасения Ток`Ра подтвердились тут же.

Пусть в помещении не было очень светло: единственный свет – от полумесяца на небе – едва ли мог помочь узреть убранство актового зала. Но ведь на то Нергал и симбионт? Сейчас мои глаза в темноте видят лучше, чем у любого другого, даже самого зоркого человека. И то, что мои глаза видят, ни разу меня не радует.

Нергал подошёл к девочке и взялся за её правую руку, развернув локтевым сгибом к себе. В районе сгиба зияла знатная гематома от неумело поставленного укола. Что, кстати, вполне ожидаемо. Чем бы жертву не обкололи, вряд ли инъекцию делал опытный медик. Да и сама жертва, очевидно, сопротивлялась: кожа в нескольких местах пробита иглой в попытке попасть в вену. Последняя проступала довольно чётко: зажав её под кожей пальцами, можно без труда ввести иглу. Но не когда пациент сопротивляется из последних сил.

«Есть подозрения, чем её накачали?», – спросил я симбионта.

Перед ответом Нергал коснулся моими пальцами закрытого глаза девочки и приоткрыл веки. Глазное яблоко было подвижным, пусть и не в очень широком диапазоне. Ток`Ра поднёс руку с унитарным наручем к её лицу и подал небольшое количество энергии на рабочий кристалл устройство, вызвав довольно чёткое его свечение. В ответ на источник раздражения зрачок сузился, пусть и не очень резко.

«Что-то седативное», – мрачно произнёс симбионт. – «Очень большая дозировка».

Рука с наручем легла на голову девочки: наруч чуть потеплел, вступая в работу. Много времени многоопытному Нергалу не потребовалось: диагноз он поставил почти сразу же.

«Она без сознания», – констатировал Ток`Ра. – «Необходимо как можно быстрее вывести из её организма токсин. Почки могут не справиться с нагрузкой, а сердце остановится в любой час. У неё очень низкое давление крови».

«Твоё устройство и это умеет определять?», – поинтересовался я.

«Ты хочешь пройти курс углубленного изучения технологий?», – вопросом на вопрос ответил Нергал. – «Или предпочитаешь заняться спасением этой молодой самки тау`ри?».

«Тогда, чего ты ждёшь?», – спросил симбионта уже я. – «Действуй! Пока она не двинула кони. Мне ещё детской крови на руках не хватало».

А у самого перед глазами вспыхнула картина с берега Припяти, когда на руках у меня истекала кровью «Гайка» с прострелянной грудью.

«Сказал тот, кто только что уничтожил две сотни сородичей особо жестоким способом», – пробормотал Нергал.

Что-что, а препираться нам обоим нравилось.

Ток`Ра не стал медлить.

Пусть рука, носившая наруч, уже не была способна вести активные боевые действия. Но на элементарные медицинские операции она ещё была способна.

Мы отложили рядом с собой наше оружие, чтобы не быть стеснёнными в ответственный момент, но иметь возможность быстро принять необходимые меры на случай форс-мажора, и принялись за дело.

«Мне придётся существенно ускорить метаболизм её организма», – предупредил симбионт. – «Через органы очистки крови пройдёт больше жидкости за единицу времени. Возрастёт нагрузка на организм. Возможен отказ внутренних органов».

«Без этого она всё равно мертва», – я и сам удивился, с каким фатализмом отозвался в ответ. – «Если будет ощутимая угроза её жизни, можешь провернуть тот фокус, что ты сотворил с Юлькой на борту линкора».

«Твоё тело этого не перенесёт без последствий», – напомнил Ток`Ра. – «Это не переливание крови, которая восстановится в скором времени. И твои дни сократятся».

«Тогда, сделай всё так, чтобы к этому не пришлось прибегать. Но будь готов исполнить».

Нергал молча достал из подсумка «медицину» гоа`улдов и надел устройство на вторую руку. Операция, в общем-то, не очень затяжная, но никто не говорил, что она закончится быстро и легко. Придётся постараться всем троим.

***
Третий час ночи.
Подземное расположение объекта «Город».
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
02:15 ночи.


Молодая Юля не выдержала бессонной ночи и уже минут пятнадцать дремала в полусне, разложившись за столом. По сути своей, самое активное участие в разработке стратегии осуществляли капитан Косоруков, полковник Дегтярёв и "Лилит".

Александр Сергеевич устало откинулся в кресле и с чувством выполненного долга тяжело вздохнул.

– Ну, это уже, худо-бедно, похоже на конечный план…

Дебаты затянулись до поздней ночи. Казалось бы, простое дело: усовершенствовать концепцию операции, доведя её до ума, чтобы не стыдно было представить вышестоящему руководству. На деле оказалось не всё так просто.

Любое решение, принимаемое по той или иной проблеме в этом плане, упиралось в вилку из ещё двух проблем, вытекавших из предыдущего ответа. Как только решалась одна беда – оказывалось, что рядом с нею образовалась другая. «Аналитический отдел»? То, что специалисты по тактике и стратегии прорабатывали бы целый день, эти трое порешили за несколько часов.

– Это не «конечный», а «конченый» план, – устало растянулся на столе Косоруков. – Если Штаб его «завернёт», я их лично сожгу. На распечатках этого самого плана.

– Инквизиция одобряет, – кровожадно ухмыльнулась "Лилит".

Итоговый вариант вышел чуть более забористым, чем задумывалось изначально. Забористость заключалась в том, что вся операция состояла из на голову отбитых частей, на первый взгляд малосвязанных между собой. Так сказать, для подстраховки.

Основой плана станет тяжёлый ракетный крейсер «Курск». С него предполагалось списать подавляющее большинство личного состава экипажа, оставив вместо них роботизированный персонал с искусственным интеллектом: как раз тех самых гуманоидных репликаторов, что будут созданы с помощью технологической базы «Гипербореи». Единожды они уже доказали свою надёжность в подобного рода задачах.

«Курску» надлежало загодя прибыть в район Минбара, где крейсер должен изображать дозорный форпост. Для правдоподобности никакого усиления или прикрытия кораблю не предписывалось. Одиночная цель, ведущая разведку на дальних подступах к своим территориям.

Пока «Курск» ожидает прибытия рейфов, из чрева корабля вылетают все «прыгуны», которые удастся задействовать и снабдить теми же пилотами-репликаторами во избежание человеческих жертв. Пользуясь окружающей обстановкой, маленькие вёрткие кораблики рассредоточиваются вокруг своего корабля и занимают позиции на относительно крупных астероидах местного пояса, замаскировавшись в особо удобных для этого местах. Одновременно с этим должен быть запущен командный спутник с радио-модулем, соединённый по радио-каналам со всеми тактическими зарядами авиагруппы.

Прибывшие на место стоянки для отдыха и регенерации корабли рейфов в течение нескольких минут должны вступить в бой: попытавшись уничтожить «Курск», чтобы не дать ему сообщить «своим» о появлении армады, или же захватить, чтобы подкрепиться его экипажем. На тот случай, если рейфы догадаются просканировать крейсер на предмет обнаружения признаков жизни, на борт корабля предписывалось погрузить живых существ из расчёта одной твари на одно штатное место члена экипажа. Для этой роли предлагалось использовать свиней, быков, и прочий крупный скот. Во избежание непредвиденных последствий каждую тварь необходимо запереть в отдельном отсеке, и, по возможности, ограничить в свободе действий.

В любом случае, «Курск» должен будет имитировать неисправность гипердвигателя, активно передавать по всем доступным ему каналам связи о прибытии рейфов, и не менее активно шевелить вёслами, чтобы на субсветовых двигателях попытаться оторваться.

Чем бы ни руководствовались рейфы, но с «Курском» можно попрощаться. Даже "стрелы", запущенные на перехват или уничтожение крейсера с авианесущих кораблей противника, при таком численном перевесе способны помножить его на «ноль». А если в дело вступят крупные суда, типа крейсеров или «ульев»? Долго судно не протянет.

Пока «Курск» отвлекает на себя внимание рейфов, замаскированным «прыгунам» надлежало разобрать всю армаду на цели и приступить к минированию приоритетных: «ульев». На каждом «улье» необходимо установить спецбоеприпас с термоядерной или водородной боевой частью: в зависимости от того, что удастся выцарапать из службы снабжения. Заряд разместить в полости ангара «стрел», используя открытый причальный створ в момент запуска или возвращения истребителей-перехватчиков. Лучше, конечно, запуска.

На случай, если уйти тихо не представится возможным, «прыгунам» разрешено пробить себе путь к отступлению с боем. Тем паче, что под маскировкой суда не видны для рейфов ни в оптическом, ни в любом другом диапазоне. Возможную погоню в расчёт можно не брать: к тому моменту «ульи» уже должны быть заминированы.

Как только «прыгуны» уберутся из гарантированной зоны поражения, должен произойти подрыв. Крайне желательно, чтобы все спецбоеприпасы сработали единовременно: это важно как с тактической, так и со стратегической точки зрения. Если же нет – не страшно, хоть и не так радужно. Для этой цели предлагалось использовать два механизма подрыва: основной и резервный. Первый – радио – должен сработать от командного спутника, который отдаст команду на подрыв, когда получит от каждого из «прыгунов» сигнал об удалении на безопасное расстояние. Второй – старый-добрый надёжный электромеханический, на часах – должен сработать на случай постановки радио-помех, уничтожения командного спутника, попытке вскрыть, обезвредить или переместить спецбоеприпас, а также при попытке заминированного корабля уйти в гиперпространство.

Сразу после подрыва, не дожидаясь, пока рейфы поймут, что произошло, «прыгуны» разворачиваются и начинают методично подрубать ноги пришельцам: снарядами бортового боезапаса бьют по гипердвигателям крейсеров, стараясь вызвать вторичные взрывы внутри кораблей. На уничтожение требуется слишком много снарядов и времени, а вот лишить их хода – запросто. Это, как минимум, сильно замедлит армаду. В лучшем случае, корабли без хода потеряют свою скорость и в относительно обозримом будущем окажутся притянутыми гравитацией Минбара. Борта просто упадут на звезду и сгорят в её короне.

По завершению операции уцелевшие «прыгуны» рекомендовано забрать: для этого отрядить несколько кораблей, чтобы те смогли добить выживших и прикрыть маленькие кораблики.

Поскольку репликаторам не нужен воздух, пища и вода, торопиться к конкретному часу не обязательно. Главное – забрать «прыгуны», так как они потом пригодятся в обороне Земли.

Просчитать все возможные варианты развития событий на той или другой стадии операции оказалось непросто: как бы качественно ни варили мозги у всех собравшихся, но они начали закипать. Тем не менее, задача оказалась выполнена: переставший быть концепцией план можно передавать «наверх» в виде рационализаторского предложения.

Косоруков с плывущим взглядом поднялся из-за стола.

– Ладно, мальчики-девочки. Хорошо сегодня поработали мозгами. Всегда бы так… Я – спать. Иначе на разводе буду изображать пугало Страшилу.

– Отбивайся, – разрешил Дегтярёв. – Я сейчас тоже на часок прилягу. Это чудовище должно вернуться где-то к рассвету или чуть позже.

Знать он не мог, а потому и не знал, что «чудовище» в этот момент знатно и качественно чихнуло на весь район своих действий.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
Desreny Дата: Пятница, 05 Июля 2019, 18:17 | Сообщение # 608
По ту сторону врат
Группа: Пользователи
Сообщений: 408
Репутация: 3
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Здорово написано держи смайл applause
Награды: 0  
шаман Дата: Суббота, 06 Июля 2019, 17:33 | Сообщение # 609
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 243
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Прекрасно написано) Фраза про чих отлично подошла)


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 06 Июля 2019, 18:42 | Сообщение # 610
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 452
Репутация: 384
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Спасибо всем за поддержку и читательскую преданность произведению. Видят Древние: я старался).

Добавлено (22 Июля 2019, 12:19)
---------------------------------------------
***
Расположение бывшей базы отдыха «Светлое»
Дислокация уничтоженного НВФ «Братья Смерти»
3 часа утра
«Шаман»/Нергал


«Кел`но`рин…», – мечтательно протянул симбионт. «Половину изведанной Вселенной за простой кел`но`рин…».

«Отдых…», – мечтательно протянул я. – «Половину изведанной Вселенной за простой сон… и вторую половину – за отдых с "Лилит"…».

«Кто о чём – а «альфа» о самках», – устало хмыкнул Нергал.

«Не мы плохие: жизнь такая».

Кризис миновал. Мы с симбионтом потратили достаточно сил и времени, чтобы отвести угрозу от девочки: по словам Ток`Ра, удалось минимизировать нагрузку на почки и печень, разложив токсины в крови на безобидные, по сути своей, составляющие. С частью препаратов организм справился сам: медикаменты находились в теле далеко не первый час. Остальное доделала технология гоа`улдов и наша педантичность.

Которая окупилась сторицей. Девочка была слаба, а потому пришла в сознание лишь на несколько мгновений. Мы и не ожидали, что ей будет по силам марш-бросок до соседнего гарнизона. Нергал погрузил её в лёгкий поверхностный сон: ей надо набираться сил.

А нам надо убираться отсюда к дьяволу. Мало того, что операцию пришлось проводить прямо в актовом зале, на месте бойни, так ещё и аромат крови далеко не способствовал настроению на отдых.

У нас, кстати, ещё одна отметка на сканере: надо её проверить.

Оставить ребёнка лежать тут – не самая светлая мысль. Не говоря уже о том, что отдых в окружении пары сотен трупов – верх идиотизма, так ещё и хрен знает, кто и с какими намерениями сюда наведаться может в наше отсутствие. Поэтому, тут наши действия очевидны: взять её с собой. Тем паче, что под противофазной маскировкой она не будет видна стороннему наблюдателю, хоть и существенно замедлит нас.

Быстро скинул с себя плащ: кровь на нём уже свернулась, и не представляла какого-то из ряда вон выходящего зрелища. Просто смотрелась как грязь. Кое-как облачил в него девочку, застегнув молнию с полы до воротника. Теперь, хотя бы, не будет зябнуть. Пусть и погружена в сон, но ночной предрассветный холод никуда не делся.

А вот теперь можно и последнюю отметку проверить. Надеюсь, никаким боком оно мне не выйдет…

***
2 августа 2011 года.
Подземное расположение объекта «Город».
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
«Шаман»/Нергал


Сказать, что меня встретили с помпой и салютом – означает ничего не сказать.

Правда, стоит сделать особую оговорку, уточняющую, что помпа была наотмашь, а салюты – прямой наводкой прямо в моё не выспавшееся, заплывшее от усталости хлебало.

К счастью, бил помпой и стрелял салюты Дегтярёв единолично, в противном случае групповой экзекуции я бы не перенёс. И симбиоз с Нергалом бы не помог: лишь продлил бы муки.

К слову сказать, полковник и сам был не в лучшей форме: такой же помятый, не выспавшийся, если не сказать «пожёванный». Китель даже не висел на спинке кресла, а лежал на ней, сложенный абы как. Форменная офицерская рубашка с закатанными рукавами и расстёгнутым воротом ни коим образом не выдавала в нём офицера: узри его кто в таком непотребном виде – отправили бы в вытрезвитель. Я застал его ровно в тот момент времени, когда полковник откладывал на стол чайную ложку, которой монотонно, будто бы колдун в чане, помешивал свой кофе, как поганый вунш-пунш, и собирался отведать бодрящего напитка.

Но, узрев меня, офицер так и замер с поднесённой ко рту полуторалитровой (!!!) кружкой кофе. Узрел, замер, пару секунд потупил, поставил кружку на стол и чуть не заплакал. Признаться, такого выражения лица пребывающего в чувствах военнослужащего я ещё не видел…

Впрочем, его можно понять. Уходил на разведку, а вернулся весь в крови и с каким-то ребёнком на руках, облачённом в свой собственный плащ, на котором крови больше, чем звёзд на небе.

Не говоря ни слова, я молча перешагнул порог командирской вотчины и, поддев ногой дверь, закрыл её за собой. Мирно посапывающую на моих руках девочку, под офонаревший взгляд готового расплакаться офицера уложил на его дежурный диван, что стоял в кабинете: она даже не проснулась. Только, почуяв под собой мягкую привычную опору, перевернулась на бок и сквозь сон плотнее укуталась в мой пропахший пороховой гарью плащ.

В иной ситуации дядя Саша разошёлся бы благим трёхэтажным шестнадцатидюймовым матом в стиле малого боцманского загиба, но в этот раз его хватило лишь на преисполненный грусти, тоски и печали взгляд с немым вопросом: «Ну, на этот-то раз что?».

Прежде, чем сделать доклад на имя полковника, я позволил себе такую вольность, как выложить на стол весь огнестрельный и «холодный» скарб, который мешал мне до конца почувствовать себя дома, не забывая, что в гостях. Трофейный АПС с глухим стуком улёгся на столешницу, лязгнуший антабками на прикладе трофейный «Бизон» составил ему компанию. Трофейный же АКСУ приземлился аккуратнее: звук смягчила «подушка» из штатного брезентового ремня атомата. «Подарочный» зет`н`кел гоа`улдов и их же «медицину» пришлось отложить в сторонку: слишком дорогая техника, чтобы сваливать в одну кучу. Довершил картину выгрузки НР-40, водружённый вишенкой на торте. Под неописуемую прострацию во взгляде офицера и неистовый же гомерический хохот катающегося в моём подсознании Нергала.

Я устало грохнулся за стол перед полковником и посмотрел ему в глаза.

– Ты кофе-то пей, пей, – порекомендовал ему елико возможно елейным голосом, на который только был способен. Получилось, правда, так себе. – Много интересного придётся выслушать.

Я ж не только зачистил «Светлое»: но и доразведку на нём провёл. И, признаться, далеко не зря. А теперь предстоит придумать, как доложить об этом командиру. Чтобы если не медаль получить, то, хотя бы, на орехи в дыню не заработать. А то, зная Дегтярёва, он бы мне устроил прокачку по самые лампасы, зарядив «с вертушки» «лося» «в душу».

Дядя Саша перевёл взгляд с меня на девочку, с девочки на оружие, с оружия на кофе, с кофе на меня. Воздел взор, преисполненный вселенской печали, горести и немой мольбы к небесам, будто бы испрошая их, за какие такие прегрешения ему ниспосланы такие кары. Не отрывая взгляда от потолка, пригубил кофе из полуторалитровой (!!!) кружки, ещё немного потупил ввысь. Наконец, соблаговолил одарить меня скорбящим выражением своих изрядно подёрнутых бессонницей очей.

– Скажи мне честно, – уронив голову скулой на кулак, попросил офицер тихим голосом, видимо, стараясь не разбудить девочку. – Ты дурак?

– И у меня есть справка, – согласился я.

– Я куда тебя посылал?

– Далеко, – хмыкнул в ответ. – И надолго.

– Я тебе что сказал сделать?

– Заняться фанатиками-сектантами.

– Я тебе как сказал заняться?

– Без мясорубки.

– Так какого фаллоса ты вернулся весь в крови, демон?

Я пожал в ответ плечами.

– Ну… так исторически сложилось?

Дегтярёв обречённо вздохнул и с неподдельной скорбью отставил кружку с кофе.

– Скажи ещё, что так сложились звёзды… рассказывай, мясник.

Ну, я и понёсся рассказывать. Как он любит: наиподробнейше, со всеми особливо важными и щекотливыми моментами. Уже предвосхищая, какой арматурный прут размером с выхлопную трубу КамАЗа мне загонят глубоко в душу без вазелина за ту мясорубку, что мы с Нергалом учинили в «Светлом».

Про то, как обнаружил и снял и обшмонал дозорный патруль.

Про то, как обошёл, снял и обшмонал бакланов на КПП.

Про то, как нашёл сборище фанатиков.

Про то, как обнаружил, чем эти пидорги занимались.

Я попытался было соскочить с темы, преподнеся доклад в техническом ключе: где точки обстрела, где находились часовые, сколько людей в бандформировании…

Эта попытка прокатила бы с кем угодно: но только не с Кэпом. Поэтому, скрипя зубами симбионта, пришлось подчиниться, когда полковник протянул ко мне руку, сказав:

– Показывай.

Закреплённая на моей груди ещё перед началом операции камера-видеорегистратор перекочевала в руки офицера. Дегтярёв убедился, что устройство больше не ведёт запись, вытащил из неё карту памяти, вставил в свой дежурный компьютер и около минуты молчал, ожидая завершения копирования файлов. Мне не оставалось ничего другого, кроме как ожидать завершения показа премьеры «Ночная мясорубка в «Светлом»: кровавый фонтан» и её логического продолжения «Демон милосердия».

Первые пару часов Кэп просто промотал: там ничего интересного не было. Разве что, задержался на тех моментах, когда я снимал часовых в патруле и на КПП.

А вот с момента, когда вошёл в здание, сняв двоих часовых возле главного входа снаружи и ещё двоих – внутри, Дегтярёв принялся внимательно внимать, и разве что попкорном не запасся. С того самого момента, когда из динамиков компьютера послышался распевный мотив «…Ameno…» на псевдо-латыни, от которой скривился, будто от ящика лимонов, Нергал, я понял, что жить мне осталось недолго: в моральном плане меня просто сожрут с потрохами. А, может, и Нергала за компанию.

Дегтярёв никак не менялся в лице в момент появления на сцене главных действующих лиц. Не дрогнул даже мускул в момент начала действа и распевных молитвословий фанатиков. Никак не проявил себя в моменте, когда на сцену выкатили инвалидку с лежащей на ней без сознания девочкой.

Но когда главный действующий ушлёпок на видео занёс над ребёнком клинок и содрал с неё единственную накидку… то, что это последнее, сделанное им в жизни, полковник понял ещё до того, как мы с Нергалом начали действовать. Понял и помрачнел. Ещё больше он помрачнел, когда тёмный разлетелся на запчасти по всему актовому залу, приведя толпу фанатиков в неистовую радость. Многие так и не поняли, что что-то пошло не по плану. Кровь? Кровь. Как и заказывали. Танцуем дальше.

Но когда, судя по звукам из динамиков, началось Тотальное Искоренение Нечисти, Дегтярёв сделался мрачнее тучи. Таким угрюмым я не видел его даже, когда меня чуть не расстреляли за то, что протащил на объект «Рысь».

Полчаса мацуширного ада, сопровождающиеся неистовыми криками, руганью, матом и проклятиями, для Кэпа, казалось, было увлекательнейшим зрелищем. Но тут я понимал, что ознакомиться с этими материалами для него жизненно необходимо в любом случае: если возникнут неудобные вопросы о превышении служебных полномочий, Кэп должен знать, от чего и как отбрёхиваться. Хотя, ему ничто не мешает выпустить меня на арену к Особому Отделу, на съедение инспекторам комиссии.

Только, когда на экране затих в конвульсиях последний фанатик, очередь из АПС умертвила рейфа, а мы с Нергалом подошли к так и не пришедшей в себя девочке, офицер остановил запись.

И перевёл взгляд на спящую, что я устроил на дежурном диване.

Полковник молчал недолго.

– Кто это был? – спросил он негромко.

Тут не надо было иметь семи пядей во лбу, чтобы понять, какой смысл вложил в вопрос командир.

– Начал я. – пришлось пойти на чистосердечное. Подставлять Нергала, валя всё на Ток`Ра, не хотелось от слова совсем. Да и вряд ли бы это что-то изменило. – Первые несколько залпов – мои. Сказался навык контроля выходной мощности наруча: накосячил сильно, начал терять эффективность. Потом подключился Нергал.

Полковник посмотрел на меня.

– Их старшего ты «взорвал»?

– Я.

Чистосердечное признание облегчает понимание.

– В себя быстро пришёл?

То, каким отеческим, буквально отцовским тоном, отчётливо отдающим добротой и заботой спросил меня об этом командир, в недалёком прошлом чуть не пустивший мне пулю в лоб, почти выбил меня из колеи.

– Когда девчонкой занялись, – честно признался я. – При зачистке даже забыл, на какой по счёту от Солнца планете живу. Только об одном думал: никому не дать уйти, не упустить ни одну суку.

Дядя Саша молча полез в сейф и безо всяких разговоров достал оттуда неприметную металлическую флягу солдатского образца. Строго говоря, к нормам материального снабжения офицеров она не полагалась, но она и не для соблюдения табеля была нужна. Кэп передал её мне.

– Глотни, сколько надо, – тепло предложил он. – После такого и у взрослых часто крыша едет.

Отказываться не стал. Если прямой командир советует – значит, имеет смысл прислушаться к рекомендации.

Во фляге оказался спирт. Даже не водка. Ядрёный, атомный, буквально фонтанирующий энергией испарения этиленов и распада ядер, спирт. Причём, это я понял только тогда, когда залпом осушил половину фляги за несколько глотков: по характерному жжению в пересохшем от усталости рту, гортани и пищеводе.

И только потом сообразил, что зря я сразу поллитра спирта всосал: мне, вообще-то, сейчас на следующую задачу отправляться.

«За токсины не беспокойся», – заверил Нергал. – «Я смогу нейтрализовать воздействие этиленов на клетки головного мозга. В каком-то проценте».

Фляга с закрученной крышкой легла на стол, а Дегтярёв уже заботливо протягивал мне кусок непонятно откуда взявшейся копчёной колбасы. Не иначе, кроме как из сейфа рядом со столом: однозначно.

– Это ещё не всё, – сипло выдохнул я, проглотив закуску. – На обратном пути нашли последнего из фанатиков. В отдельном душевом блоке на территории «Светлого», валялась под душем, бухая, как грёбаный алконавт.

– «Бухая»? – повёл бровью полковник. – Опять баба, что ли?

– Девка, – уточнил я, переводя дух (ядрёный оказался спирт: на бронебойных патронах настоен, что ли?). – По виду – студентка. По ходу дела, нажралась в стельку, как последняя свинья, её туда под душ и положили, чтоб в себя привести, да и забыли. Когда я её нашёл, на ней вся одежда была мокрая насквозь. Она там несколько часов пролежала. Пытались привести в сознание, но куда там…

– Только не говори, что ты и её растерзал на атомы, – нахмурился Дегтярёв.

– Сдал комендатуре. Сейчас должна находиться на гауптвахте или где-то неподалёку от неё. Мы с Нергалом подумали, что один лишний «язык» лишним не будет.

Офицер выдохнул (вроде бы, даже, с облегчением).

– Чем ещё порадуешь?

– Спать хочу, – честно признался я. – Нергалу кровь из носу нужен кел`но`рин, а я спать хочу.

– Будет тебе спать, – кивнул командир. – И Нергалу кел`но`рин будет. Сейчас идёшь к себе в каптёрку, закапываешься там с ушами, и отсыпаешься в своё удовольствие. Вообще-то, тебя сегодня утром хотели отправить к Эпсилону Эридана, чтобы ты оттуда пригнал хотя бы один хат`так, но, думаю, не сыграет особой разницы, если ты отправишься не в шесть утра, а в двенадцать дня.

– Спасибо, Кэп…

– Поговори мне ещё, – шутливо пригрозил полковник. – А спасёныша своего тут оставь. В себя придёт – я с ней поговорю. Ей же медпомощь не требуется?

– Нергал сделал всё, что мог, – пожал я плечами. – Говорит, угроза жизни миновала, но медикам я бы всё равно показал. Её чуть не прирезали в ритуальных целях: может, кукухой поехала? Хотя, вряд ли. Без сознания была.

– Ладно, – согласился Кэп. – Покажем. Я так понимаю, опрос пострадавшей не проводил? Хрен с ним. Потом рапорт настрочишь.

– Разреши валить? – я поднялся из-за стола.

Командир жестом остановил меня.

– Последний на сейчас вопрос, – полковник посмотрел мне в глаза. – Как считаешь: командование ударной эскадрильей «прыгунов» осилишь?

Он про мой план с засадой на армаду рейфов? Странный вопрос. Он как никто другой знает, что крупными авиационными соединениями я не командовал, и даже не учился. В принципе, общая система такая же, как в командовании малыми наземными соединениями уровня отделение-взвод, но есть своя специфика. Скорее всего, нет. Безусловно, если приспичит и прижмёт, то и Нергал поможет, и я скрытые резервы подтяну. Но чтоб сразу в бой…

– Предпочёл бы избежать, – честно признался я. – Летать на одном «прыгуне» самому или со штурманом, высадить десантно-штурмовую группу – это одно. Но командовать целым соединением… Лучше не рисковать.

Дядя Саша кивнул.

– Мы внесли кое-какие коррективы в твой план. Сейчас он на утверждении в верхах, так что к твоему подъёму должно быть решение: да или нет. Поэтому, сейчас смело отбивайся и отдыхай.

Я молча собрал со стола оружие, распихав его везде, где только смог, и уже направился было к двери, мимоходом по привычке проверив пульс у спящей на диване девочки. Ровный, хоть и не очень ощутимый. Зато стабильный. Спит.

– И ещё кое-что, – окликнул меня командир, когда я уже почти переступил порог его вотчины.

Чем заставил обернуться.

– Найди "Лилит", – посоветовал он мне. – Она мне уже всю плешь проела.

– Это чем же? – поинтересовался я.

– Тем, что ты у меня «с задач не вылезаешь», – горько усмехнулся Кэп. – И она «уже не помнит, когда последний раз с тобой спала».

Ха. Вот это номер… надеюсь, мне сейчас не закатят сцену ревности? Что-нибудь из разряда «для тебя работа важней меня». Впрочем, "Лилит" – девушка с мозгами. Вряд ли опустится до подобного.

– Спасибо за предупреждение, – кивнул я, и вскинул на прощание руку в шутливом воинском приветствии. – Честь имею.

***

Мне даже не дали войти в каптёрку и перевести дух. Стоило мне только зайти и закрыть за собой дверь, как "Лилит" набросилась на меня голодной кошкой.

Оружие безо всякого трепета оказалось с лязгом опущено на пол. Китель выдран из заправки и, взвизгнув молнией, слетел с плеч. Содранная рывком через голову футболка улетела куда-то к дьяволу, и я даже примерно не хотел знать, куда. Понимая, что уже ничего не понимаю, оставаться в долгу не собирался: тот куцый махровый халатик, что был на "Лилит", отправился в полумрак каптёрки, искать соседства с моей футболкой.

Глубокое, тяжёлое дыхание. Жадные поцелуи. Обжигающие объятия. Крепкие, цепкие, будто бы в последний раз видимся. Едва сдерживаемый стон девушки, чуть не срывающийся в сдавленный крик: стоило лишь моим поцелуям опуститься ниже её шеи. Резко лязгнула пряжка ремня: будто оповестила всех, кто слышал и не слышал «Не тревожить, мы заняты». Впрочем, так оно, почти, и было: на руках – карт-бланш от Дегтярёва отсыпаться впрок. Значит, во сколько бы завтра не встал, я «не опоздаю».

Сбросив обувь и брюки, хотел было уложить "Лилит" в постель… «Уложить»? Ха! «Ха», «ха» и ещё раз «ха» три раза! С непонятно откуда взявшейся силой девушка, вообще-то, стройнее и компактней меня почти в полтора раза, хрипло прорычав что-то нечленораздельное, с такой силой рванула меня на себя, что мне пришлось тормозить об разложенный диван обеими руками и коленями: иначе б точно раздавил напарницу. Но той как будто было решительно параллельно: схватила меня за шею обеими руками и так резко притянула к себе, что, кажется, хрустнуло где-то в районе моей ключицы. Но это неточно.

Я провалился в обжигающие до испепеления объятия девушки, Нергал тактично растворился на задворках сознания, сделав вид, будто оставил нас наедине. Тоже мне, дипломат межвидовой ориентации… Прячься – не прячься, а симбионту всё равно доступна вся информация, поступающая от носителя: начиная от тактильных ощущений и заканчивая зрительной и слуховой.

Что-то непорядок. С какой-то бухты-барахты "Лилит" «взяла поводья в руки» и начала рулить процессом. Нет, мне-то, в общем-то, параллельно: если нравится «вести» – то пусть. Но как-то чересчур бескомпромиссно она это делает. Надо бы её осадить, показав, кто её кормит и… гм…

«Показательное» осаждение затянулось надолго. На поверхности давно уже пробрезжил рассвет и взошло солнце, а мы всё так же не давали друг другу передышки. В очередной раз я порадовался звуконепроницаемым дверям и переборкам в «Городе»: мой удовлетворённый рык и громкие вскрики "Лилит" гарантированно вызвали бы нездоровый интерес роты караула, решившей проверить, кто и кого с таким зверским аппетитом пожирает.

***
2 августа 2011 года.
Подземное расположение объекта «Город».
Каптёрка.
«Шаман»/Нергал.


Когда я проснулся, было далеко за утро. Если честно, не так уж важно было, что там на часах, какое сегодня число, и сколько килограмм весит ёжик, если асфальту 24 года. Я просто «улетел».

Засыпая в обнимку с тяжело дышавшей "Лилит", я и подумать не мог, что проснусь таким бодрым и отдохнувшим. Да только "Лилит", как оказалось, проснулась раньше меня.

По пробуждении девушка обнаружилась лежащей на мне, крепко обнимающей меня руками и ногами. Стоит ли говорить, что мои руки сами потянулись к ней, проведя по спине? Напарница рефлекторно изогнулась в спине, как кошка и чуть отстранилась, глядя на меня донельзя грустными и печальными глазами.

– Ну? – тихо спросил я. – Что за печальная мина? Веселее! Я же вернулся.

Вместо ответа "Лилит" с каким-то странным звуком, похожим на всхлип, выдохнула, и резко прижалась ко мне всем телом, плотнее сжимая объятия.

– Не пропадай больше… – дрожащим голосом выдавила она. – Пожалуйста… Не пропадай… Не оставляй меня одну…

«Всё-таки, хреновый из меня утешитель страждущих», – подумалось мне.

Я горячо прошептал на ухо девушке:

– Никуда я больше не денусь. Уже немного осталось. Потерпи. Победим – заберу тебя туда, где нас никто не найдёт. Только ты и я. Забудем обо всём на некоторое время. Держись.

Напарница, всё-таки, всхлипнула.

– А сырость не разводить, – пригрозил я шутливо, пытаясь разрядить атмосферу.

– Ты пропал почти на месяц, – почти шёпотом проронила соратница. – Без связи… без информации… без шансов на возвращение… я думала, что потеряла тебя…

– Не дождёшься, – нарочито уверенно хмыкнул я, поглаживая девушку по спине и бедру. – Не раньше, чем рейф на горе свистнет.

Вместо ответа "Лилит" крепче прижалась грудью и задвигала тазом, устраиваясь на мне поудобней. Вот же ж, ненасытная кошка… истосковалась-то как, а? Хотя, не скажу, что испытываю от этого какие-то лишения и ущемления. Что я, «против», что ли? Да, ни хрена: только «за».

И чуть подыграл напарнице, подстраиваясь под девушку.

– Мне Дегтярёв вчера сказал, – сообщил я. – Говорит, план по засаде передали «наверх». Мол, сегодня стоит ожидать решения по нему.

– Я знаю, – "Лилит" села на мне, скинув с голых плеч лёгкое одеяло, и утёрла глаза тыльной стороной ладони. – Мы ночью прорабатывали его, пока ты на задаче был.

Шмыгая носом и изредка всхлипывая, напарница пересказала итоговую редакцию плана.

Признаться честно, от исходного там остались только «прыгуны», рейфы и атомные боеголовки. Всё остальное переиначено так, что моим планом это назвать можно только с очень и очень большой натяжкой. Но, чего нельзя не отметить, новая версия на голову, а то и на две превосходит мою: как в плане технического исполнения, так и в плане тактической проводки.

– Юля тоже помогала, пока не отключилась, – закончила "Лилит" уже твёрдым, лишённым былых ноток грудных ревербераций, голосом. – Если план одобрят, наши шансы существенно возрастут. На всякий случай, подготовку уже начали.

Награды: 7  
шаман Дата: Понедельник, 29 Июля 2019, 06:40 | Сообщение # 611
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 243
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Отличная прода, лови +)))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Понедельник, 12 Августа 2019, 18:53 | Сообщение # 612
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 452
Репутация: 384
Замечания: 0%
Статус: где-то там
шаман, спасибо. Рад стараться. Хорошо, что нравится: столь долгосрочная читательская верность произведению наилучшее тому доказательство.

Добавлено (12 Августа 2019, 19:07)
---------------------------------------------
***
2 августа 2011 года.
Подземное расположение объекта «Город».
Центр Управления «Городом»
Зал врат.
«Шаман»/Нергал.


В последний раз перепроверить всё снаряжение, что взял с собой по совету "Лилит", Нергала, Дегтярёва и собственной интуиции. Что-то подсказывало нам: межзвёздный перегон кораблей класса «хат`так» – это ни разу не фунт изюма. Надо быть подальновидней.

Конечно, львиную долю оборудования притащили на места ещё наши парни из ВКО, убывшие по адресам базирования кораблей сразу же, как только наша кодла исчезла из этого измерения вместе с аномальным линкором. Но это не означает, что можно в абсолютно расслабленном состоянии являться туда в плавках и с шезлонгом.

Форма… её я так и не поменял. В каптёрке не нашлось лишнего запасного комплекта моего роста-размера. Замочить и постирать тоже времени не было: а жаль. Хотя, если так подумать, мне же не под венец в рейдовом комбинезоне идти? Я думаю, переживу несколько дней так. В крайнем случае – что-нибудь на месте придумаю.

Брюки, китель, плащ. Всё грязное, основательно потёртое. За два полных месяца износ – как за целый год ежедневной носки. Что, в общем-то, не удивительно, учитывая наши передряги. Даже постирать форму – уже достижение, хоть и являлось обязательным мероприятием с периодичностью раз в неделю. Да только откуда у нас свободное время?

Берцы… ботинки в чуть лучшем состоянии, чем одежда. Но несильно. Шнурки – не сегодня, так завтра порвутся. Подошва стёрта от усталой ходьбы, волоча за собой ноги. Подкладка уже стёрлась вдрызг… Месяцок, я думаю, ещё отбегают, но на большее их не хватит.

Кожаный солдатский ремень с крепкой литой советской бляхой – самый целый предмет обмундирования. Хоть и пришлось ему потягать на себе и подсумки, и штык, и фляги, но он, на удивление, цел. Да и что ему будет-то?

Плащ… вот плащ реально жалко. Буквально недавно получил – а он уже весь забрызган кровью. На рукавах, на груди, на полах, даже на капюшон как-то умудрилось попасть. Хорошо хоть, ткань плаща с завода была пропитана какой-то водоотталкивающей эмульсией: кровь въелась, но не вся и неглубоко. Есть шанс отбить её.

Рюкзак – единственный не пострадал от всей этой дьявольской свистопляски. Уж чего-чего, а на его долю что только не выпадало. Тем не менее, ни царапинки, ни потёртости. Только грязный весь. Но это, я думаю, переживу.

Автомат. Ставший уже родным АК-120. Подвёл всего один раз: и то, я думаю, это была вина патрона. Слишком уж часто и много мы стреляли, а за оружием ухаживали. Может, капсюль в гильзе слишком глубоко сел, и капсюль был бракованным, или порох косячный. В общем и в целом, оружием доволен, как своей возлюбленной. Без изъяна: что одна, что другое.

К автомату боекомплект: восемь магазинов на себе, а больше мне и не надо. И без того двойную норму тяну. Я же не на штурм лезу, а на инженерную, по сути своей, транспортно-логистическую задачу.

В рюкзаке навалена куча всего, что могло понадобиться в длительном отрыве. Хрен его знает, сколько мы пробудем в космосе? Планеты раскиданы в радиусе трёх суток хода: а если задержки в пути?

Еда, вода, медикаменты, связь, кое-что из личных вещей… Надеюсь, надолго не зависну.

Я в последний раз проверял разгрузку и подсумки на предмет забытого, когда в Центре Управления нарисовались "Лилит", Юля и, на удивление, "Раптория".

– А вы трое что тут забыли? – с некоторой долей изумления поинтересовался я.

Ибо на всех троих красовались одинаковые комплекты рейдового снаряжения: полевые ботинки, наша рабочая «чернота» из брюк и кителя, рюкзаки и АК-120.

– Не строй из себя недоумка, – усмехнулась "Раптория". – У тебя это плохо получается. Компанию тебе составлять пришли! Вместе пиратствовать веселее, хе-хе.

Я перекинул взгляд на Юльку: та только безучастно пожала плечами, разведя руками, хотя в изумрудно-зелёных глазках и промелькнул какой-то нехороший огонёк безумного веселья.

– Ну? – улыбнулась тепло "Лилит". – Чего застыл? Пора отправляться.

– Эм… – попытался было я воззвать к голосу разума. – А Дегтярёв? Он же тебя в лазарет положил. Да и тебя тоже, кстати, – последнее адресовал уже своей ксерокопии.

– Дегтярёв обломится, – неприкрыто фыркнула Юля. – Дядя Саша – мировой мужик, но порой несёт ахинею.

Мне оставалось только бессильно развести руками.

– Ну, коли так, тогда ноги в зубы – и пошли. Постарайтесь не разбегаться, как стадо ежей.

"Раптория" с неподдельной оторопью воззрилась на меня.

– Ты, часом, черепушкой не стукнулся? – удивлённо спросила она. – А отговаривать нас кто будет? Иван Фёдорович Крузенштерн? Человек и пароход?

Теперь настала пора удивиться уже мне.

– Мне больше делать нечего? – вернул я монету соратнице. – Буду я ещё в детский сад тут играть. Раз вызвались добровольцами – так не включайте заднюю скорость. Нечего мне тут. Давайте, раз проверили всё снаряжение: по одному в колонну за мной, шагом – марш!

2 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Первая планета из списка координат.
Окрестности Эпсилон Эридана.


В своё время далеко не праздно интересуясь астрономией, я всерьёз полагал (и небезосновательно), что звезда Эпсилон Эридана имеет только одну планету в своей системе: газовый гигант класса Юпитера, превосходящий его в объёме и массе процентов на десять. С момента подселения ко мне симбионта Ток`Ра и доступом к его памяти для меня не стало неожиданностью наличие возле звезды землеподобной планеты, пусть и отличающейся от Земли по своим характеристикам.

На картах гоа`улдов она значилась, как Хут`Ка`Птах, и имела далеко не последнее значение в жизни всей павшей цивилизации этих змеёнышей. Конкретно на этой планете когда-то обосновался системный лорд Птах, довольно фаталистически относившийся к братско-междоусобной войне других своих сородичей, а потому в относительной тиши просуществовавший в своём гнезде до тех пор, пока восстание джаффа не докатилось и досюда.

Что стало с системным лордом Птахом в этой реальности – осталось неизвестным. Информации ни у КЗВ, ни у местных Ток`Ра не было. В реальности же, откуда прибыли Нергал и "Раптория", он взял некоторое количество до гробовой доски верных ему джаффа, свой флагман и скрылся в неизвестном направлении, бешено вращая глазами. Как оказалось позже, у наших реальностей донельзя мизерный коэффициент отстояния: соответственно, различия минимальны.

По прибытии на Хут`Ка`Птах нас уже встречали.

Наша четвёрка (пятёрка, если считать Нергала) едва вышла из горизонта событий звёздных врат, как нас чуть было не взяли под белы рученьки.

На планете назначения врата обитали в некоем подобие древнего сооружения, похожего на то, что мы видели на Новой Швабии. Тот же длинный саркофаг-укрытие, те же колонны и подпирающие своды пилоны. Даже расположение наборного устройства полностью идентично. С той только разницей, что вместо заброшенного, древнего во всех смыслах слова сооружения мы встретили относительно живой храм.

Вместо трухлявых, истлевших ящиков с надписями на немецком и фашистской символикой – небольшое количество экспедиционных ящиков с обозначениями индексов ГРАУ, какими-то аббревиатурами и соответствующими пометками. Имущество ограниченного контингента экспедиционного инженерного корпуса.

Вместо полумрака, который в прошлый раз пришлось разгонять светом подствольных фонарей, из-под потолка лился ровный свет, по характеру и спектру которого симбионт признал источники освещения гоа`улдов. Ещё работают, стало быть. Вместо обитых, обшарпанных и поросших мхом каменных стен – хорошо сохранившееся убранство храма с обшивкой, покрытой мелкими письменами на языке гоа`улдов.

Сохранились даже ритуальные жаровни, а некоторое число (трофейных, по-видимому) боевых энергетических посохов джаффа, по-хозяйски упакованные в связки по пять штук, стояли возле колонн, прислонившись к ним боевыми частями. Из некоторых ниш на стенах инженеры экспедиционного корпуса уже обнаружили и достали какие-то системы и панели, заботливо спрятанные конструкторами и строителями этого места. Как подсказывала память симбионта Ток`Ра – вероятно, контрольные панели систем безопасности и комплексов связи, в том числе шифрования.

Перед парапетом врат, с которого спускалась наша оглядывающаяся по сторонам группа, нас встретил молодой специалист в полевой форме без опознавательных знаков различия. Стало быть, не из военных.

– Помощник дежурного по гарнизону, – представился он, протягивая мне руку. – Иван Фёдорович Крузенштерн.

"Раптория" с матом чуть было не растянулась под парапетом, споткнувшись на ровном месте. Такой литературной коллизии судьба нам ещё не подкидывала!

– Первая отдельная досмотрово-штурмовая бригада, – представился я, пожимая протянутую руку. – Младший лейтенант «Шаман». А это – прикомандированные специалисты, "Раптория", "Лилит" и… "Эра".

На ходу пришлось придумать для Юльки «радиопозывной»: светить её имя я счёл не самой лучшей идеей, а наличие «пустого» бойца без «радио» могло вызвать ряд нездоровых вопросов.

Крузенштерн был одет по-простому: берцы, брюки, ремень, китель, кепка. Всё, как полагается: не больше и не меньше. Разве что, за спиной висел автомат, по дульному устройству и общей длине которого угадывался старый АКСУ-5,45х39. Не самое удачное оружие для инопланетных операций, прямо скажем. С другой стороны, ему же не в штурмы на крепости гоа`улдов ходить? Для самообороны хватит.

– Вот как? – заинтересованно переспросил Фёдорович, пробежавшись глазами по моим спутницам. – Меня предупреждали только об одном человеке.

– Планы изменились, – лениво отмахнулся я. – В последний момент решили внести правки для повышения наших шансов. Экипаж из одного пилота для хат`така – это не самая продуктивная идея.

– Разумно, – кивнул помдеж. – Пройдёмся, отведу вас к кораблям.

Стоянка кораблей класса «хат`так»
«Шаман»/Нергал


Оглядывая взором творящийся абзац, симбионт ощутимо поник.

«Совокуплять тебя в анальное отверстие…», – подумал он.

Поправлять Ток`Ра и науськивать, как звучит это выражение в исконно отечественной, привычной человеческому слуху интерпретации, не стал.

А взгрустнуть и впрямь было, отчего.

Крузенштерн привёл нас на один из самых уцелевших кораблей: пожалуй, единственный, который мог совершить межзвёздный перелёт, пусть и протяжённостью в десять-одиннадцать световых лет, и при этом остаться одним кусочком. Потеря незначительных комплектующих, вроде систем связи, жизнеобеспечения или, допустим, навигации, считалась некритичной, и не влияющей на общую боеготовность судна.

А конкретно, нас завели в машинный зал, где мы имели несчастье лицезреть законченную печаль.

«Нарисованная Кэпом задача перестаёт казаться такой уж лёгкой», – подумалось мне.

Начнём с того, что машзал – если называть вещи привычными нам именами – являлся средоточием косяков и залётов, капитально выводивших этот борт из разряда условно боеготовых единиц. Едва только мы зашли в помещение, а Нергал уже «срисовал» полностью погоревший распределительный коллектор, отвечавший за подачу энергии ко всем ключевым потребителям, разведённым по отсекам на инженерной палубе: начиная от стартовых, разгонных и маршевых субсветовых двигателей и заканчивая генераторами гиперполя, щитов и комплексом подпространственной связи.

Продолжим тем, что распределительный коллектор – это елдическая будка размером с гараж для грузовика, куда с лёгкостью поместится химера на постоянную прописку, и ещё место для выводка останется в запасе. Хрен бы с ними, с размерами: разобрать и вырезать из сети погоревшие элементы можно, пусть и со свистоплясками и танцами с бубном. Но стоило Нергалу чуть приоткрыть свою память и явить мне принципиальные схемы коллектора… я остался в здравом уме исключительно благодаря отлично развитому пофигизму на грани фатализма. Да тут работы бригаде инженеров недели на три!

Закончим тем, что почти весь коллектор был разобран: из него изъяли всё, что имело хоть какие-то повреждения и освободили место для работ по замене модульных агрегатов. С одной стороны, это хорошо: меньше работы. С другой стороны, это плохо: отсутствуют хоть какие-то визуальные и тактильные подсказки. Ну, да ничего: прорвёмся.

– М-да…, – только и протянула "Раптория", глядя на потроха изувеченного коллектора. – Это вам не это…

Девушка какое-то время была носителем Нергала, и, стало быть, переняла кое-какие его воспоминания. Значит, с техникой гоа`улдов знакома: хотя бы в теории. И, похоже, понимает, что тут к чему.

– Несладко, – согласилась с ней "Лилит". – Но и с такими «сюрпризами» жить можно.

– Корабль не взлетит без живого распределительного коллектора, – посмотрела на неё Юля. – Ты же понимаешь. Тут нужны стабильные каналы питания, жёсткая система стабилизации, выпрямители, усилители… А тут оставили только остов и немного малозначительных потрохов.

– Значит, сделаем из них многозначительные потроха, – флегматично пожала плечами соратница. – В первый раз, что ли?

– В первый раз – не Гондурас, – усмехнулась "Раптория".

Помдеж внёс некоторую ясность:

– Мы кое-что уже сделали по корабельным системам с тех пор, как прибыли сюда. Полностью перелопатили бортовую систему на предмет сбоев и ошибок: программная часть полностью исправна, за исключением навигационной программы. Она слетела к херам, вместе с операционной системой навигационных компьютеров. Нам так и не удалось заставить её адекватно работать.

Нергал позволил себе вклиниться в беседу, заняв управление телом:

– Вам бы и не удалось, – гортанным рыком рёк он. – Операционные системы гоа`улдов издревле славились своей чрезвычайно неуравновешанной логикой. Многие из их компонентов с трудом поддавались дешифровке: трудно поддерживать в адекватном состоянии чужие программы, переработанные на свой язык, который, к тому же, насчитывает сотни диалектов.

– М-м… – протянул Крузенштерн, поморщив лоб, будто что-то вспоминал. – А ты, кажется, Нергал, да? Из Ток`Ра?

– Он самый, – согласился симбионт. – Приношу свои извинения, что не представился сам с самого начала. Мы не слишком тщательно следуем традициям, принятым у наших носителей.

– Пустое, – отмахнулся Фёдорович. – Скажи тогда, Нергал. Если у тебя будет доступ к корабельным системам, смог бы ты восстановить навигацию?

– Исключено, – отрезал Ток`Ра. – Это работа для целого отдела, занимающегося этим согласно своему профилю. Стороннему разработчику ни за что на свете не вернуть навигацию в первозданный вид. Тем более, за столь короткий срок.

– Ну, и хрен ли толку, что я чутка понимаю в технике гоа`улдов? – спросила вникуда "Раптория". – Даже, если мы все вместе навалимся на это… как я понимаю, система навигации не просто повреждена, а уничтожена?

– Как вид, – подтвердил помдеж. – Мы отвели под её нужды отдельный компьютер, который сняли с более пострадавшего хат`така, но и это не решает проблему: операционные системы навигации и общекорабельные завязаны друг на друга. Оказалось нельзя снять компьютер с одного корабля и поставить на другой. Оно не работает.

– И не будет, – подтвердил Нергал. – Благодарю, что озаботились материальной базой для навигационных систем. Нам меньше работы.

– Вы успеете? – спросил в лоб Крузенштерн. – Времени не очень много. Вы сумеете поднять этот корабль в небо?

– Это задача для коллектива, – произнёс наставительно Ток`Ра. – Бросьте все свои силы на распределительный коллектор и двигатели. Навигацию предоставьте нам. Системы вооружения исправны?

– В полном порядке.

– Не будем терять времени.

***
«Шаман»/Нергал

«…нестабильность топливных масс гипедвигателя…»

«…нерасчётное отклонение в работе генераторов безмассового поля…»

«…ошибка контроля: неисправности генераторов гиперполя…»

Долбанный перевод… мало того, что письменность гоа`улды взяли себе иероглифическую, так ещё и не удосужились нам сообщить о технике словообразования! Уж на что Нергал шарил в технологиях этих змеёнышей, но и то, бывало, пропадал в прострации, пытаясь догнать смысл сугубо технической фразы в регистрационном журнале бортового компьютера. Которая, к слову, была написана явно в спешке, да ещё и с ошибками. Неудивительно, что корабль потерпел бедствие и был вынужденно оставлен своим экипажем. Удивляюсь, как его вообще удалось посадить на планету, не разбив о поверхность. Атмосфера этого небесного тела оказалась богата на сюрпризы и погодные коллизии.

«Тухлый номер», – заметил я. – «Если у хат`така повреждён привод гипердвигателя, то мы бессильны. Нам не оторвать его от планеты».

Нергал хмыкнул в ответ:

«У вашего вида есть меткая присказка о допущениях, размножениях грибов, мутациях и метаморфозах. Не спеши с выводами».

«И что нам, в итоге, всё это даст?», – спросил я симбионта. – «Даже, если корабль взлетит и покинет атмосферу планеты… без гипердвигателя он будет добираться до Земли даже не месяцами и не годами, а веками».

Ток`Ра снисходительно улыбнулся.

«Ты ещё слишком юн по меркам своего вида. Стремясь к цели, порою не обращаешь внимания на сопутствующие факторы. Взгляни».

Симбионт моими руками вывел на головной голографический экран мостика диаграмму состояния общекорабельных систем хат`така. Отдельной когортой виднелись графики состояния ключевых систем корабля. Вооружение, двигатели, энергосеть, навигация, жизнеобеспечение…

«Корабль повреждён», – сказал то, что вижу. – «Но не в бою. Похоже на диверсию».

«Это и была диверсия», – согласился Нергал. – «Ты же видишь: нет ни одного транспорта в причальном створе. Уходя, экипаж забрал с собой всё, что могло летать».

«Поражён только привод гипердвигателя», – подумалось мне. – «Но не тронуты другие системы, что могли бы сказаться на живучести корабля».

«Кто бы не вывел хат`так из строя, он действовал лаконично», – симбионт моими глазами глядел на творящийся в системе упорядоченный бедлам.

«Ты думаешь, это был Демиург?».

«Больше некому», – коротко рыкнул Ток`Ра. – «Система безопасности корабля не зафиксировала несанкционированного доступа. Однако привод неработоспособен: такое проблематично заполучить в бою или из-за технического упущения. Могу заложить свои жабры: это дело рук Демиурга».

«Сдались мне твои жабры», – хмыкнул я. – «Но ты прав. Поразить самое сердце хат`така в обход всех систем и протоколов безопасности, да ещё и так, чтобы экипаж не смог устранить неисправность… на простое совпадение и саботаж не похоже».

«Сумеем запустить судно – значит, это точно сделал Демиург», – заявил Нергал. – «Больше некому».

«Будем надеяться, контрольные системы и средства собственной безопасности остались нетронутыми», – пробормотал уже сам для себя. – «В противном случае, этот борт останется не у дел, а мы зря потратим время. Его у нас и так не слишком много».

«Разберёмся», – совсем по-нашему отозвался Ток`Ра. – «Главное – не дрейфить».

«Главное – не есть жёлтый снег (с)».

Копаться в потрохах, конечно, увлекательно, но лишь в том случае, если в этих самых потрохах можно что-то понять. По сравнению с технологиями гоа`улдов, которые те без зазрения совести (за отсутствием таковой) скоммуниздили у Древних, самый технологически совершенный реактор на быстрых нейтронах или адронный коллайдер начинают казаться безобидной игрушкой на батарейке. Конечно, благодаря открытой мне памяти Нергала, я кое-что знаю. Поэтому симбионт не разменивается на моё обучение, а, завладев телом, сам выполняет регламентные ремонтные работы во ускорение процесса. Мне же остаётся наблюдать за действиями Ток`Ра, и, созерцая, не забывать запоминать и учиться. Кто знает, может, когда-нибудь мне всё это пригодится?

А копаться пришлось вдоволь. Хотя бы потому, что система диагностики выявила ряд проблемных участков, характерных исключительно механическими неисправностями аппаратной части.

Так, главный магистральный контур системы энергопитания оказался вне игры. Ему скачком напряжения в бортовой сети сожгло весь блок предохранителей. Казалось бы, мелочь, но не на фоне полностью обугленного блока защиты. Не имею ни малейшего понятия, какой силы был скачок, но кристаллы-проводники оказались натуральным образом расплавлены в однородную многоцветную субстанцию, залившую собой весь узел. Кристаллы-накопители взорвались, да с такой силой, что с блока защиты сорвало тяжёлую крышку, вырвав её с креплениями, а прочные стенки раздуло изнутри.

Увидев это мясо, нет нужды иметь разряд по технологии и учёную степень, чтобы понять: песенка конкретно этого агрегата уже спета. ТУТ ремонтировать больше нечего. Поможет только замена уничтоженного узла в сборе.

Блок-то поменять относительно быстро: подключение не составляет труда. Всего лишь и надо, что вырезать старый аппарат из силовой цепи и включить в неё новый (или, по меньшей мере, заведомо исправный), и подключить контакты, не забыв обрезать оплавленные проводники.

Но на деле оказалось, что не всё так просто, как на словах. Хотя бы, потому, что блок предохранителей на главном магистральном контуре привода гипердвигателя у хат`така – это ящик размером с кузов автобуса типа ПАЗика. А кристаллов в нём понатыкано – что иголок на ёлке, и далеко не все они одинаковы.

Большие, средние, маленькие. Длинные, короткие. Толстые, тонкие. Круглые, треугольные, квадратные, прямоугольные, пентаугольные, октаугольные. Главные, силовые, контрольные, повышающие, понижающие, компенсирующие, аварийные, резервные, дублирующие…

Сказать, что я чуть не рехнулся – значит ничего не сказать. Кажется, теперь до скончания своих дней на сон грядущий вместо овец и баранов буду считать управляющие кристаллы. Если бы не шарящий в этом многообразии Нергал, сноровисто собиравший этот грёбанный конструктор, мы бы куковали с ними до Второго Пришествия.

Матрицы, гнёзда, кристаллы, проводники, накопители, конденсаторы,… от всей этой мишуры уже натурально рябило в глазах. Три часа чистого времени, не считая вырезки и врезки самой будки блока предохранителей и защиты – и контрольная подача энергии. Так сказать, для закрепления успеха на практике.

Что-то где-то, конечно, коротнуло, проскочила пара-тройка высокоэнергетических дуговых разрядов, до предела насытив воздух в отсеке озоновым ароматом, но, ведь, заработало же ведь? По крайней мере, пока. «На холодную». Давать гипердвигателю «горячий» старт в атмосфере планеты не стали: самоубийц и имбецилов нет.

Как будто этого было мало. Разобрались с подачей энергии к гипердвигателю – так оказалось, что все четыре генератора гиперполя на борту полностью рассинхронизированы. С аппаратной частью, слава Богу, всё нормально или почти нормально. «Почти» – потому, что из всей аппаратуры из строя вышел один-единственный кристалл памяти. Но, по злому року и иронии судьбы, именно тот, на котором должны были быть записаны программные инструкции для компьютера, управляющего приводом. Заменить кристалл – дело нескольких секунд, если знаешь, где он находится. А вот написать программы для него – такое и Эйнштейну не снилось. Даже с доступом к необходимым ресурсам и базам данных Нергал не рассчитывал управиться быстрее, чем за несколько месяцев. А ведь астрофизиком Ток`Ра не был…

Положение спасли резервные копии и точки восстановления системы: операционки у гоа`улдов крайне мудрёные, но не лишены необходимых рабочих инструментов. Другое дело, что с записью на кристалл тоже пришлось, в известном смысле, повозиться, но это оказалось несравнимо легче выполнить, чем с ноля написать программное обеспечение для гипердвигателя. На это ушло ещё часа три.

Думаете, это всё? Хрен бы там! Ещё синхронизация четырёх генераторов гиперполя. Тут Нергал безапелляционно заявил, что мы имеем дело с диверсией. По словам Ток`Ра выходило, что на корабле класса «хат`так» могло пострадать и выйти из строя абсолютно что угодно, но только не синхронизация генераторов гиперполя. Хотя бы, по той лишь одной простой причине, что эти агрегаты закрыты тремя уровнями защиты, не имеют возможности внесения сторонней информации и к обслуживанию не предполагаются. Во всяком случае, в полёте. А, значит, случайно «сбить настройки» невозможно: необходимо задаться целью уничтожить саму возможность использования гипердвигателя.

С этим пришлось повозиться подольше. Прежде всего, сооружали кустарную систему ввода команд, сопряжённую с контрольно-измерительной системой диагностики. Из чего – не спрашивайте. Хрестоматийный ответ «из говна и палок» не годится, за отсутствием в нашем распоряжении говна и палок. Остаётся не менее расхожий ответ «…из того, что было…» и далее по тексту, но и он, увы, не канает по ряду причин.

Когда же с криками, матюками, соплями и на синей изоленте приводу гипердвигателя дали просраться, радости нашей не было предела. Ещё бы… половина суток ушло на запуск этой крошки, пока инженеры из экспедиционного корпуса корпели над распределительным коллектором на инженерной палубе.

И абсолютно монопениссуально, что «крошка» на деле имела полкилометра в высоту и километр вширь.

***

Подача энергии в систему – медленно, осторожно, постепенно повышая мощность. Долбанём сразу номинальные значения – и возникшей в момент запуска краткосрочной волной индуцированного сверхвысокого напряжения может повышибать всё к такой-то матери. Сжечь, может, и не сожжёт, но вот вырубить может вполне. То, что в лёгкую выдерживает штатная система, рассчитанная на перегрузки, в состоянии уничтожить самопальную сборку, сотканную на коленке, как угодно левой пятке.

Вроде бы, пока пашет, и сгорать ничего не собирается. Даже, если всё пройдёт нормально и нигде не «бахнет», лучше подавать энергию ступенно. В этом случае относительно слабый выброс в случае пробоя пришибёт лишь «самое слабое звено», не задев остальные, смежные узлы и агрегаты. Дадим полный номинал сразу – и, кроме потенциально слабого участка силовой цепи, в тартар полетят ещё как минимум несколько соседних.

10 процентов… 25… 30… 50…75… Вроде бы, держится. «Большой барабум» не намечается. Ну-с, ладно. Помолясь, приступим. Острожно поднимаем планку до 80, 90 и дожимаем до 100.

Итак, что мы имеем? А имеем мы большой и бескрайний звездец во всё наше широко разинутое зевало. Ну, хотя бы, завёлся гипердвигатель…

Прокладка генерального курса – самое лёгкое, с чем за считанные минуты справился Нергал. Координаты Таури слишком хорошо известны гоа`улдам: расположение Земли на рукаве Ориона Млечного Пути разве что на лбу пилотов не писались. В навигационных картах, чудом уцелевших на запасном кристалле банка данных корабля, точка была отмечена как обособленная цель, да и Нергал знал расположение планеты назубок. А вместе с ним и я.

Сначала хотели идти напрямик: от Эпсилона Эридана до Земли – буквально рукой подать. Чем раньше вернёмся, тем целее будем. Нам тут на пятки, видите ли, рейфы наступают…

Но потом решили сделать маленький (по меркам Млечного Пути) крюк: поскольку следующая цель – Тау Кита, то туда и проложили оперативный курс, предварительно посовещавшись сами с собой. Зачем гонять моторесурс техники и людей, если следующая цель – соседняя с нами точка?

Это вам не Процион с Барнардом, что лежат на диаметрально противоположных от Солнца направлениях.

За просчётами генерального и оперативного курсов нас и застал – кто бы вы думали? – Косоруков, етить его протезы. Что свежеиспечённый капитан забыл в десятке световых лет от своего гарнизона – вопрос остался открытым. Рискну предположить, что его прикомандировали вслед за мной, но лезть с расспросами не стал. И без того башка другим забита. Надо будет – сам расскажет.

– Ну, что? – спросил капитан, заходя на мостик бывшего корабля гоа`улдов. – Как оно?

Довольно-таки незамысловатый вопрос, в меру своих сил и возможностей позволяющий завязать практически любой разговор.

– Без происшествий, – флегматично пожал плечами я. – Сейчас закончим считать курс, прогоним предстартовую подготовку, и можно сматывать удочки: выходим в рейс.

Капитан подошёл ближе к моему пульту навигационного компьютера и с интересом воззрился на голографический экран, беспристрастно отображавший результат наших с Нергалом манипуляций и свистоплясок. Сумрачный гений двух разумов творил поистине ужасающие вещи.

– Решили через Тау Кита идти? – поинтересовался военнослужащий. – Нам ресурсов-то хватит?

– Как раз это и выясняем.



Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Вторник, 13 Августа 2019, 06:40 | Сообщение # 613
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 243
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Спасибо Комкор Вам за то, что продолжаете писать несмотря ни на какие преграды))
Награды: 2  
Комкор Дата: Среда, 18 Сентября 2019, 12:30 | Сообщение # 614
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 452
Репутация: 384
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Выяснить необходимо в наипервейшую очередь. Толку от полностью исправного (нет) двигателя, если не работает или накроется в пути система жизнеобеспечения? На фига нам будет нужна система освещения, если не будет работать система регенерации воздушной смеси? На кой ляд будут нужны орудия, если из-за самопальной конструкции распределительной системы в дороге накроется гипердвигатель?

Но сначала – закончим считать курс. Казалось бы, всё просто: вот точка отправления, а вот – точка назначения. Кратчайшее расстояние между ними – и есть курс.

А вот хрен бы там плавал.

Десяток световых лет – внушительное расстояние даже на досветовой скорости. А нам, извините, придётся лететь в гиперпространстве.

На субсветовых «оборотах» ещё можно ограничиться примерной прикидкой направления движения корабля, направления движения планеты/звезды назначения (они же не висят на месте, мать их за ногу дери!), возможным пересечением с метеоритными потоками или скоплением звёздной пыли. На худой конец, просто убедиться, что ни во что не врежешься, имея запас по бортам для экстренного манёвра уклонения.

В гиперпространстве это не работает. Да, там скорости не в пример выше: например, для хат`така, как мне подсказывает память Нергала, максимально возможная скорость перемещения в гипертоннеле в 168 раз превышает скорость света в обычном пространстве. Это означает, что на максимальной скорости мы бы преодолели тот же десяток световых лет за двадцать-двадцать пять суток, плюс-минус километр. На практике это означает, что между Эпсилон Эридана и Тау Кита расстояние не превышает 5,45 световых лет, значит, можно уложиться дней в десять.

Помня об отсутствии в запасе достаточного количества времени для путешествий на крейсерской скорости, Нергал захотел внести конструктивные изменения в привод гипердвигателя, и кое-какие правки в прошивку с программным обеспечением, чтобы выжать из него максимум дури. Жалеть его нет смысла: корабль после переброски попадёт в адское пекло, где от него потребуется костьми лечь. Даже, если привод «сдохнет», свою задачу он выполнит всецело: лишь бы довёл до Земли.

Как раз параллельно с просчётом курса Нергал и выяснял, сможет ли привод гипердвигателя выдержать такое изнасилование. Сначала с Эпсилон Эридана до Тау Кита, потом с Тау Кита до Земли, и некоторый запас по времени и мощности, если экстренно возникнет необходимость заглянуть ещё к кому-нибудь в гости.

Косоруков несколько минут молча изучал оставшиеся на экране выкладки симбионта, пока мы, разложившись за складным столом с ноутбуком, пытались скормить нашей операционке пакеты данных для расчётов.

Наконец, офицер произнёс:

– Это рисковое предприятие.

А то мы, блин, не знаем.

– На твоём месте, я бы отослал корабль к Земле. Чем раньше он прибудет к нам, тем быстрее его начнут готовить к бою.

Ты не на моём месте, капитан.

– Задержка корабля в пути на несколько дней – это минус время на подготовку борта к боям. Это может негативно сказаться на обороноспособности.

Спасибо за ликбез. Я это прекрасно понимаю.

– Всё же, хочешь лететь через Тау Кита?

– Это будет рациональнее, – отозвался за меня Нергал, не отвлекаясь от работы.

Косоруков слегка поморщился, будто мимолётом зажевал кислинку.

– Могу я поинтересоваться, чем аргументирован такой постулат?

Симбионт Ток`Ра не слишком любил, когда его отвлекают от работы, но он посчитал возможным потратить несколько минут на объяснение своей позиции, хоть и не был обязан отчитываться. Лучше сейчас сделать это, чем потом постоянно отвлекаться на неуместные расспросы.

– Мы не знаем, что нас ждёт дальше, – гортанно отозвался он. – Придя к Тау Кита с пустыми руками, с ними же мы можем и уйти, или не уйти оттуда вовсе. Иметь при себе способный к межзвёздным перелётам корабль технически целесообразно. В случае крайней необходимости он может послужить донором запасных частей и агрегатов для более пострадавшего собрата по классу. Не говоря уже о том, что заявляться в малознакомый мир с тяжёлым хат`таком надёжней, чем пешком с ручным оружием.

Капитан тихо цокнул языком.

– Логично, блин. Не поспоришь.

Чрезвычайно содержательный (нет) диалог прервало появление "Раптории": девушка где-то скинула китель, оставшись в одном топе, и со сноровистым видом бывалого техника помогала нашим ребятам из ВКО.

– Мальчики, мы всё! – довольная, как кошка, соратница ввалилась на мостик хат`така. – Распределительный коллектор собран, протестирован и включён в работу!

Ничто не бывает так гладко. Согласно канонам жанра, где-то обязан быть какой-то фикус-пикус. Видимо, об этом же подумал и Косоруков, переглянувшись со мной на пол-секунды.

– Но…? – предположил он, намекая, чтоб девушка выложила всю картину целиком.

– Но собран на коленке, – согласилась она. – Многие из управляющих кристаллов повреждены настолько, что использовать их – самоубийство: взорвёмся в гиперпространстве к такой-то бабушке. Половину цепей питания, в том числе дублирующие, пришлось убрать: их даже ставить некуда, всё выжжено к дьяволу. Наши парни кое-что сварили из того, что принесли с собой, но до заводской госприёмки – как до Китая на карачках.

– Работать будет? – уточнил офицер.

– Уже работает, – уточнила "Раптория". – Вот только гарантий никаких. То, что взлетим с планеты и не взорвёмся в атмосфере – зуб даю. А вот дальше…

Девушка картинно развела руками.

– А у вас что? – добавила она, с интересом осматривая голографический экран на мостике. – Ого! А вы тут не балду пинали… стоп. Вы чего, через Тау Кита решили идти?

Если мне будут давать по рублю каждый раз, когда я буду слышать этот вопрос, к завтрашнему утру стану миллионером.

– Есть такое предложение, – не стал отнекиваться Косоруков. – Как думаешь, коллектор выдержит нагрузку? Пять световых лет отсюда.

– Пять с половиной, – уточнил Нергал.

– Да хоть шесть, – озабоченно пробормотала соратница, подходя ближе к экрану, на котором уже виднелся приблизительный курс с учётом смещения пункта назначения. – Это-то он выдержит. Мы-то его собирали из расчёта на «последний вздох». Что будет после выхода из гипера – хрен его знает. Может, со свистом и вазелином заведётся, и мы полетим домой. А, может, даже не стартанёт, потому что всё сдохнет на фиг.

– Этим и удостоверимся, – подытожил Нергал, завершая ввод пакета данных.

Система приняла информацию и начала итоговый просчёт курса следования, параллельно вводя астрономические поправки.

– Остальные чем занимаются? – спросил я, поднимаясь из-за стола.

Потянулся. В спине приятно хрустнуло где-то в районе поясницы.

– "Лилит" силовой установкой занимается, – "Раптория" посмотрела на меня. – Сказала, что хочет выжать из реакторов максимум.

Девушка перевела взгляд на экран.

– Она как будто знала, что вы решите гиперпривод насиловать.

– Ещё бы она не знала, – хмыкнул Косоруков. – Эти двое – два сапога пара, оба друг друга стоят.

– Это точно, – усмехнулась она. – Юлька где-то в навигационной рубке… ну, в отсеке, который отвели под самопальный навигационный центр. Считает что-то. Просила, кстати, как будет время, заглянуть к ней. У неё какая-то гениальная идея, от которой даже я в осадок выпала бы, если б знала, о чём идёт речь.

Вот теперь напрягся даже Нергал.

***

Как и сказала "Раптория", Юля нашлась неподалёку от мостика, в помещении общего назначения, которое отдали под нужды кустарно собранного навигационного компьютера. Его содрали с другого хат`така, не способного даже взлететь, не говоря уже о бое на орбите планеты, собрали на этом, но ещё не подключили к бортовым системам.

Когда я вошёл, девушка занималась тем, что с неподдельным интересом вчитывалась в распечатки, которыми руководствовались наши инженеры: переводы некоторых технических фрагментов текста с языка гоа`улдов на русский.

Она отложила материалы, как только я появился в отсеке.

– Как продвигается работа? – спросила она.

– Лучше, чем могло бы быть, – пожал плечами в ответ. – Слышал, ты что-то придумала?

– Ну, – замялась Юля. – «Придумала» – громко сказано… Точнее будет выразиться, что у меня появилась мысль.

Как оказалось, «придумала» – это даже тихо сказано. Буквально прошёптано мелким шрифтом. Идея просто бомба: даже Нергал воодушевился.

– На этом корабле полностью исправна система связи, – тихо начала девушка, будто бы стеснялась своего же плана. – И, как я уже посмотрела, установлено оборудование командного уровня. Это не флагман, но, определённо, лидер значительной эскадры. Его аппаратная часть позволяла вести управление крупным соединением с потрясающей эффективностью. И тут я подумала… А почему бы не использовать эту систему? Мы могли бы завязать несколько бортов к параллельному полёту: это как минимум. Тогда не пришлось бы разбивать экипаж по судам, и забить болт на системы жизнеобеспечения других кораблей. Ведь, что от них требуется? Только долететь до Земли. Для этого нужна только связь, навигация, двигатели, щиты. И орудия, которые понадобятся уже на Земле. Всё остальное можно подшаманить дома. Я так понимаю, ты, всё же, летишь через Тау Кита?

«Пора заводить копилочку для миллиона», – подумалось мне.

С другой стороны, если Юля – и впрямь моя дочь из будущего, то она, определённо, знает, чем закончилась наша история. Соответственно, для неё не секрет, как я поступлю в той или другой ситуации. Раз так, то она уже знает, что я ЛЕТЕЛ через Тау Кита.

– Да.

– Там ты нашёл ту технологию Древних… – враз поникла девушка. – Эту… машину времени…

– Тебя возможно отправить в своё время? – сразу спросил я в лоб.

С "Лилит", как я понял, этот фокус уже не пройдёт.

– Можно, – кивнула Юля. – Это уже не имеет значение: свою задачу я выполнила. Но ты должен знать, что у Тау Кита гоа`улды оставили незначительную часть одной из малых эскадр. Там должно быть около несколько хат`таков, чуть больше ал`кешей и одна транспортная баржа снабжения с материально-технической частью. Это соединение планировалось к экспедиционной отправке.

Она протянула мне руку и разжала кулачок. На ладони лежал кристалл-накопитель, который всё время с начала нашего диалога Юля нервно теребила в пальцах.

– На этом кристалле управляющая программа. Я скопировала её в своё время с одного из пригнанных тобой хат`таков, и дописала автозагрузку. Тебе достаточно загрузить кристалл в считывающую панель: дальше автоматика сделает своё сама. Необходимо будет настроить приём и отклик командного сигнала на подчинённых кораблях, но, уверена, Нергал справится с этим.

Маленький шестиугольный желтовато-зелёный кристалл перекочевал ко мне в руку.

– Неплохо для дочки наёмника, – улыбнулся я.

– Ну, – улыбнулась в ответ Юля. – Я вообще у тебя далеко не дурой получилась…

Идея была настолько отпадной, что Нергал едва удержался, чтоб не сорваться с места и не опробовать её на деле. Ведь, если всё пройдёт штатно, то такую вещь можно использовать и в бою: дистанционное управление кораблями в битве на орбите. Да, пострадает оперативность принятия решения. Зато сберегутся жизни экипажей. Беспилотный крейсер: да это же мечта завоевателя!

Но меня начал терзать червячок сомнений. Ведь, если я правильно понял, Юля скопировала эту программу в СВОЁМ времени. А сегодня, за пятнадцать лет до этого, программа даже не была написана. Не вызовет ли это каких-то пространственно-временных коллизий?

– Не боялась, что данные не переживут путешествия во времени? – спросил я. – Ведь, ещё даже ты не родилась, не говоря уже о написании кода программы.

Юля, закусив губу, отрицательно покачала головкой.

– Я проверила кристалл, прежде, чем отдать его тебе. Все данные на месте, итоговая сумма данных совпадает. Ничего не пропало при перемещении. Как – не спрашивай, технология записи гоа`улдов базируется на технике Древних, а там использован квантовый принцип… Хоть я и не дура, но этот раздел так и не поняла.

– Ты и не должна, – гортанно усмехнулся в ответ Нергал. – Для младого дитя ты знаешь и разумеешь чрезвычайно много.

Кристалл убрал в нагрудный карман плаща.

– Поможешь с настройкой программы? – спросил он девушку.

В уголках её глаз навернулись слёзы.

***
3 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Первая планета из списка координат.
Окрестности Эпсилон Эридана.
Хут`Ка`Птах


До позднего утра продолжалась дьявольская свистопляска над без пяти минут почившими в бозе системами корабля. Инженеры ваяли обходные схемы в обход оригинальных плат на инженерной палубе, мы с Нергалом, "Лилит", "Рапторией" и Юлькой делали всё возможное, что было в наших силах, чтобы хоть как-то зацепиться системой координат за навигационную сетку.

Сначала была мысль использовать родную для хат`така: от гоа`улдов. Потом пришло понимание, что мы понимаем их технологии, но не знаем досконально: ни "Лилит", ни, тем более, Нергал не в силах были сотворить невозможного. Пусть карты загружены в кристаллы, но это лишь часть дела: необходимо научить компьютер читать их. А, учитывая, что «залив» происходил через пень-колоду и самопальный шлейф подключения, не удивительно, что забыли по дороге пару-тройку макросов и не до конца записали центральное ядро программного массива. Навигационный компьютер видел необоснованный с его точки зрения набор бессмысленных символов, но не карту Млечного Пути.

«Мы теряем время», – заметил я мысленно.

Наша кодла оккупировала отсек, выделенный под навигационную рубку, и, рассосавшись по импровизированным местам с ноутбуками, пыталась свершить чудо.

Разместились кто где. Я на полу, как самый непривередливый. Юльку, чтоб сызмальства не портила себе осанку, "Лилит" усадила на рождённый в небывалых потугах складной стол. Сама же уместилась с компьютером на коленях на какой-то ящик, прислонившись спиной к переборке, а "Раптория" с планшетом скакала вокруг навигационного компьютера, втыкая шлейф то в один порт, то в другой. Терминал собирали на скорую руку, в ущерб надёжности, а потому иногда случался «отвал» того или другого порта: уж на что "Раптория" не самая вспыльчивая девушка, но порой с её стороны то и дело доносился не самый печатный слог, заставлявший густо чернеть даже Нергала во мне.

«Время – туман», – многозначительно ответил тот на моё замечание. – «Оно бесконечно».

«Только две точки, конец и начало», – согласился я. – «Но у нас нет на это ни времени, ни сил. У нас на исходе самый главный ресурс».

Нергал в сердцах «вздохнул», насколько это позволяла его физиология, и спросил:

«Твои предложения?».

Я ткнул симбионту в его же строки кода, которые он (о, Боже!) пытался писать на языке гоа`улдов.

«Ты же видишь, что система не принимает твой код. Она его не распознаёт. Значит, дело или в компиляции, или в загрузчике. А, может, и в том, и в том. Но я склонен предположить, что где-то мы допускаем ошибку, возможно, сами её не замечая».

«Операционные системы гоа`улдов нелогичны, но дружественны», – возразил Ток`Ра. – «Так или иначе, они базируются на операционных системах Древних, пусть и на другом языке. Они умеют восстанавливать массив в случае повреждения данных. Если бы была ошибка в коде – система на неё указала б».

«Что ты там говорил про поговорку о метаморфозах и размножении грибов?», – усмехнулся я. – «Ты уже третий раз переписываешь этот участок кода. За ночь, прошу заметить. И безрезультатно. Или дело не в нём, или дело не в нём. Третьего не дано».

«Что ты предлагаешь?», – повторил свой вопрос Нергал.

Действительно, а что?

У нас случилось разделение труда. Мы разбили код программы навигации на четыре части и попытались свести его с ресурсами аппаратных мощностей: в одно рыло мы бы пилили эту программу целую вечность. Но мы «за компом» уже часов двенадцать, и это не считая времени, убитого нами на первичную настройку. Кто-кто где-то допускает ошибки, с чем в связи компьютер не принимает код. Возможно, ошибаются все. Даже компьютер.

На ум пришла идея сократить программу навигации. Вычеркнуть из неё те участки кода, которые отвечают за локации Млечного Пути, куда мы не собираемся соваться. Нам, по сути, надо долететь от Эпсилона Эридана до Земли минуя Тау Кита. Зачем нам, скажем, координаты Альдебарана? Зачем орбита Дельты Лебедя? Они не будут задействованы в этом полёте. Точнее, будет рассчитано их гравитационное и радиационное влияние на гипертоннель, но не более того. А эти поправки можно внести «на глазок», тем паче, что воздействие это в силу расстояния крайне и крайне мизерное.

«Надо уменьшить код. Отсечь всё лишнее».

«Ты рехнулся?», – неподдельно ужаснулся Нергал, будто я покусился на святое. – «Этой программе сотни миллионов лет. Её писали Древние с расчётом на самовосстановление, закладывали астрономическое смещение сотен тысяч звёзд и миллиардов планет за миллионы лет развития галактики. Ты хочешь просто взять и сократить программу?».

«Иначе мы будем листать эти гребучие иероглифы до Второго Пришествия», – буркнул я. – «На хрена нам это восстановление, если корабль, вероятнее всего, не переживёт битвы? За каким лядом мы тут корпеем, если всё равно борт сгорит в ядерном пламени?».

Где-то на задворках сознания Нергала, в данный момент владеющего телом по причине работы с базами данных, промелькнул едва заметный укол справедливости: симбионт нашёл замечание логичным, но вмешательства в код Древних, без зазрения совести скоммунизженный гоа`улдами с целью безбожной резки казалась ему какой-то крамольной.

«Мы не сможем отсечь лишнее», – попытался съехать Ток`Ра. – «Это не блочная система, где каждый участок кода отвечает за позиционирование координаты. Это самостоятельная база, близкая к искусственному интеллекту, в реальном времени просчитывающая движения астрономических объектов и изменения их положений относительно друг друга, причём единовременно. Это тебе не ножницами взмахнуть».

«Хех… Спорим?!», – взял на понт симбионта я.

Главное, чтобы Нергал не вспомнил очередную русскую присказку про спорщиков и их ценность относительно продуктов жизнедеятельности человека…

3 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Первая планета из списка координат.
Окрестности Эпсилон Эридана.
Хут`Ка`Птах


"Раптория" со стоном, плавно перетекающим по тональности в надгробное рыдание творящих песнь, сползла спиной по навигационному терминалу и опустилась на пол, роняя из рук планшет.

Девушка вздохнула полной грудью и непечатно выругалась в голос:

– Да неужели, едрить твоих бобров, мы закончили…

– Ни разу, – осадил её Нергал. – Мы всего лишь не стали выполнять работу в полном объёме, ограничившись жёстко необходимым минимумом.

Инициатор «жёстко необходимого минимума» молча усмехнулся.

"Лилит", так и не покинувшая своего рабочего места, сладко зевнула и потянулась.

– Стоит признать, – выдохнула она. – Идея возымела свой плод. Пусть и коряво, но мы свели эти долбанные строки. Всратые иероглифы… Никогда бы не подумала, что они так плотно мне пригодятся. Надо было идти на египтолога…

Я перехватил управление телом:

– И когда бы у тебя было время заниматься ебиптологией? Ты ж во времени скачешь чаще, чем я перед разводом личного состава бреюсь.

Девушка усмехнулась в ответ.

Юлька опять вырубилась. Доводили сопряжение мы уже без неё: в один момент девочка просто уронила черепушку на руку и без долгих прощаний усвистала в царство Морфея на собеседование. В чём-то я её прекрасно понимаю: у самого примерно те же намерения.

"Раптория", сидя на полу, обвела нас взглядом.

– Ну, что? – спросила она. – По кофейку?

– Лучше чего-нибудь более бронебойного, – поморщилась "Лилит". – Нам в темпе контратаки корабль в небо поднимать, а мысли путаются, как шавки под ногами.

Воистину, "Раптория" и я – клон от оригинала. Мысли сошлись, как дважды два.

Мне хватило только бросить девушке вопросительный взгляд, как та сама обо всём догадалась.

– «Медведова» сивуха, – хмыкнул я. – От неё торкает, как от аккумуляторного электролита пополам с перчёным спиртом.

– А у тебя она есть? – озорно переспросила моя ксерокопия.

Мне не оставалось ничего другого, кроме как смерить её уничижительным взглядом.

– Это ты меня сейчас типа обидеть хотела, да?


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Воскресенье, 22 Сентября 2019, 07:35 | Сообщение # 615
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 243
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
А вот и продолжение))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
  • Страница 41 из 41
  • «
  • 1
  • 2
  • 39
  • 40
  • 41
Поиск:
Форма входа

МИНИ-ЧАТ:)