20:55
Модератор форума: Тень, Кэтрин_Беккет  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
Star Gate Commander: Земли без времени
шаман Дата: Среда, 11 Декабря 2019, 07:36 | Сообщение # 631
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
так ведь классика жанра)

А, ну да. О чем это я?))))))
Цитата Комкор ()
На днях ожидаются хорошие выходные: разгружу мозги да подтяну кусочек поинтересней.

ждем-с) Удачных выходных ;)


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Пятница, 13 Декабря 2019, 12:58 | Сообщение # 632
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
шаман, таки дождались) И спасибо за пожелания) Ловим и кидаем тапки при обнаружении косяков.

***
То же время
Станция на орбите f Tay Ceti
POV Лера «Андромеда» Шарапова


Гоа`улды были надменны. Спесивы. Недальновидны. Опрометчиво наглы. Но они не были дураками.

Строя станцию на орбите этой планеты, они прекрасно понимали всю важность своей затеи. Потому не поленились снабдить своё логовище для встреч не только стыковочными портами и причальными створами для кораблей всех форм и размеров, что были в их распоряжении, но и звёздными вратами, перетащив устройство с одной из неинтересных им неиспользуемой планеты на отшибе этого рукава галактики.

Именно они и послужили транспортным средством, позволив старшему сержанту Шараповой без промедления покинуть Землю и за считанные мгновения добраться до Тау Кита, едва только получив текущий приказ от гвардии полковника Дегтярёва.

– Активность врат! – громко доложил дежурный. – Входящий гипертоннель!

Врата располагались в глубине объекта, практически в самом её сердце: через пару толстостенных бронированных экранированных переборок – энергетический узел орбитальной станции. Объёмный зал свыше десяти метров в высоту, столько же в ширину и около полутора десятков в длину позволял держать в постоянной готовности не только роту бойцов для сдерживания незваных гостей. При необходимости, имелась возможность разместить и пару-тройку огневых точек с тяжёлым вооружением, типа крупнокалиберных пулемётов или энергетических орудий.

Уровнем выше расположился центральный пост местного розлива: этакий мостик корабля. Люди, за несколько дней в совершенстве овладевшие установленной на станции техникой, заняли свои посты: связь, радары, жизнеобеспечение, вооружение, энергосеть, инженерные узлы. Их работу и контролировал в тот момент гвардии майор Ослябя.

Услышав доклад вахтенного дежурного (и громкий, но такой привычный лязг адресного кольца звёздных врат, приведённый в движение командой набора адреса), офицер поспешил спуститься в зал врат. В конце концов, пока «Гиперборея» осталась на Земле, командир отдельного инженерно-экспедиционного корпуса – он, и старший на этой станции тоже он. Ни одно значимое событие не должно проходить без его ведома.

Хотя в вводных майора и значилось плановое прибытие: приблизительно в это время (с погрешностью плюс-минус с поправкой на дюжину световых лет) должно состояться соединение с Землёй, откуда ожидалось прибытие посыльного от полковника Дегтярёва.

Майор тормозом не был, но к моменту, когда он, оставив все дела на попечение старшего помощника, спустился к вратам, те уже завершили приём адреса и установили входящий гипертоннель.

– К оружию! – громко скомандовал Ослябя.

Взвод охранения, прикрывавший врата, подстёгивать не было нужды. Люди тут служили не абы какие, и прекрасно понимали не только получаемую от звёздных врат выгоду, но и исходящую от них угрозу. Три отделения ВКО, усиленные тяжёлыми пулемётами, рассредоточились по своим местам согласно установленного боевого расписания и взяли древний артефакт на прицел.

Впрочем, в этот раз тревога была ложной, пусть и не бессмысленной.

Вырвавшийся из плоскости устройства вихрь событий распался, сгладившись до горизонта, а из него в свою очередь появилась молодая девушка в форме с погонами старшего сержанта. При себе она имела только табельное оружие: автомат на ремне за спиной и пистолет в кобуре на поясе.

– Отставить! – отдал команду майор. – Вольно!

Пусть он и провёл с ней не так много времени, но «Андромеду» офицер признал.

За Лерой с характерным пустым звуком захлопнулся проход звёздных врат, а девушка с абсолютно фаталистичным выражением и безэмоциональным взглядом, так несвойственными ей в обычной жизни, подошла к офицеру и коротко рекомендовалась, вскинув руку в воинском приветствии:

– Старший сержант «Андромеда», прибыла согласно распоряжению гвардии полковника Дегтярёва. Младший лейтенант «Шаман» добрался?

Строго говоря, последний вопрос прозвучал абсолютно неуместно и за рамками воинской субординации. Если уж младший по званию и хотел получить информацию от вышестоящего по должности, то ему надлежало, хотя бы, произнести «Разрешите уточнить» или схожую по форме реплику, и только после этого интересоваться. В текущем же контексте вопрос прозвучал так, будто бы девушка требовала от офицера отчёта.

Не менее строго говоря, Борисычу на это было чихать. В вопросах взаимоотношений военнослужащих и соблюдения устава он и сам не большой дока, а в условиях боевой обстановки он и вовсе опускал многие требования, сам ими пренебрегая.

– Добрался, – кивнул Ослябя, отвечая девушке на приветствие. – Занимается… делами, согласно своему профилю. Тебе нужен именно он?

– Так точно, – сухо подтвердила Шарапова. – Имею распоряжение передать ему посылку «лично в зубы».

Борисыч весело усмехнулся.

– Только зубы ему не выбей. Они ему ещё пригодятся.

– Перебьётся, – фыркнула в ответ Лера. – Буду его кашкой с ложечки кормить.

По отсеку врат прошёлся лёгкий смешок: бойцы взвода прикрытия, кто слышал этот диалог, позволили себе слегка улыбнуться вслух.

– Пошли, – махнул рукой майор. – Чайку пока хлебнём. Наш звёздный вояка, боюсь, нескоро освободится.

– Он опять во что-то влип? – без видимого интереса поинтересовалась девушка.

– Ну, как сказать…, – замялся Ослябя. – Так-то оно, конечно, нет, но, чуют мои майорские седины, что да.

С учётом того, что седых волос у майора не было от слова «нисколько», воспринимать сказанное за чистую монету не стоит. Но Леру уже ничто не удивит. Во всяком случае, она так думала. До этого момента.

***
То же время
Станция на орбите f Tay Ceti
POV «Шаман»/Нергал


На то, чтобы успокоилась Сабрина, ушло немало времени. Как выяснилось, она была эмоциональной донельзя. Сожительствующая с ней Иштар пыталась хоть как-то воздействовать на бесконечно активную носительницу. Хозяйка симбионта периодически впадала из крайности в крайность и характеризовалась чрезмерно бурными эмоциями. Но пока Ток`Ра находилась под глубоким шоком, Сабрине выпала редкая возможность поистерить на весь тюремный отсек, покуда Иштар сводила дебет с кредитом.

Нергалу было тяжело общаться с собеседницами: Ток`Ра был морально подавлен и не находил себе места. Уж чего-чего, а этого я никак не ожидал от симбионта, чей возраст насчитывал далеко не дюжину веков.

Засим, роль парламентёра дипломатической ориентации пришлось взять на себя мне. Допросам меня никто не учил, да и, если честно, не хотелось бы применять эти знания сейчас (Нергал бы этого не одобрил), но выяснить, что на заброшенной станции делает Ток`Ра необходимо.

Наконец, Сабрина достаточно выплакалась на радостях, чтобы соображать трезво. В качестве аванса я освободил её скованные за спиной руки и дал снятую со своего ремня флягу. Допрос допросом, а вода нужна всем. Особенно в таком состоянии, как сейчас носительница Иштар.

Девушка залпом выпила всю воду (да и сколько её там было-то?) и, кажется, почти полностью успокоилась.

– Итак, начнём с самого начала.

Как бы я ни хотел растопить атмосферу в камере, но диалог больше походил на допрос, чем на беседу.

– Как вы оказались на станции и что вы тут делаете?

Сабрина с пониманием отнеслась к такому раскладу событий. Ведь, с нашей точки зрения, она – враг, напавший на наших людей. Теперь её задача – максимально обелить себя, и оправдаться за причинённые нашим бойцам травмы.

– Мы прятались, – возвращая мне флягу, отозвалась она. – У нас не было другого выбора.

– От кого прятались?

Враги, – призналась Сабрина. – Страшные. Непобедимые. Неизвестные.

«Кажется, я уже догадываюсь, о ком она», – подумалось мне, но перебивать не стал. Пусть сначала сама расскажет.

Девушка нервно сглотнула.

Они появились из гиперпространства. Их были многие тьмы. Их суда… я никогда таких не видела. Похожи на огромные метастазы… непохожие ни на что другое

«Ну, точно. Рейфы».

У нас был всего один хат`так… Мы же не шли в бой. Мы не готовились к битве… с тьмой…

Тут она права. Хат`так даже с полностью укомплектованным и хорошо обученным экипажем на многие головы уступает даже самому пожёванному «улью» рейфов. Он ещё может на равных потягаться с крейсером без поддержки последнего авиакрылом, но даже с двумя он уже не справится. А тут… «многие тьмы»? По ходу дела, она говорит про первую армаду.

Мы даже не успели запустить глайдеры. Нас обстреляли так быстро, что едва удалось поставить вовремя щит. Такая плотность огня… я жива только благодаря владыке… его навыкам пилотирования… он маневрировал как мог, пытался оторваться, но тщетно.

Тут всё сходится. Если эта история действительно имела место быть, то действия Нергала в этом случае – максимально быстрый разрыв дистанции и отход, прикрытый манёврами уклонения. Ввязываться в бой при многократном перевесе в пользу противника – не в правилах Ток`Ра. Они не тупые камиказе-смертники. Если есть возможность отступить, они так и сделают. Им не западло отойти на один шаг назад, чтобы совершить два шага вперёд.

Нас подбили. Генераторы щита не выдержали нагрузки… Они взорвались один за другим, нанося внутренним отсекам повреждения… Хат`так горел почти весь. Повелитель приказал мне взять глайдер и попытаться скрыться на ближайшей планете, если хватит топлива и воздуха. А сам приказал оставшимся прикрыть меня…

Вполне в духе Нергала. Тактически озвученные решения выглядят правильными. В особенности, если учесть, что принимались они явно на горячую и в пылу сражения, чей расклад выходил явно не в пользу Ток`Ра.

Глайдеры прикрытия уничтожили… Хозяин… он развернул хат`так к врагу и на полном ходу протаранил флагман… а я осталась одна… во всём ближайшем космосе… меня или не заметили, или сочли недостойной мишенью… но мой глайдер не тронули.

Пока ещё гладко, но не особо. Если рейфы напали на одинокий хат`так без ал`кешей сопровождения, то они посчитали его дозорным кораблём и решили уничтожить, чтобы не дать ему возможности сообщить своим о прибытии новой, доселе неведомой силы. Тогда почему оставили один истребитель? Посчитали, что ему не хватит мощности, чтобы связаться со «своими»? Или, действительно, не заметили? Возможно, что и так. Они просто смели корабль Ток`Ра походя, они не готовили операцию по зачистке дозорного форпоста. В этом случае могли и не обнаружить глайдер. С другой стороны, глайдеры, как и хат`таки, объекты для рейфов новые. Их сенсоры могли не отличить боевой истребитель от обломка хат`така, в особенности, если последний протаранил флагман рейфов. Не уверен, какая там была сила взрыва: но, чувствую, что от столкновения полукилометровой пирамидки с пятикилометровым «ульем» ничего хорошего ждать не стоит. В особенности, если учесть материал, используемый в реакторе «пирамидки». Наквадах настолько взрывоопасен при нестабильном состоянии, что может устроить «барабум» отсюда и до Альдебарана. Так, где же истина? Надо выяснять постепенно.

Мне удалось долететь до ближайшей планеты с вратами… но идти было некуда. Без моего хозяина… без владыки моё существование потеряло всякий смысл. Мне незачем было скитаться, но Иштар… она заставила меня жить. Дала понять, что ещё не всё потеряно. Она… спасла меня.

В принципе, остальное понятно и так. Без корабля, без смысла к дальнейшему существованию, без того, кто даст ей этот смысл… она просто шла по пути, который давала ей симбионт Иштар. И они, видимо, решили укрыться в спокойном месте, чтобы тщательно всё взвесить и придумать план. В общем, и в целом, исповедь укладывается в реальность. Если учесть, что армада рейфов напала на Землю 20 июня, то есть, ровно полсотни дней назад. И это они прятались полтора месяца? Нет. Гораздо больше. Рейфам ещё надо было найти Землю. Значит, Нергал погиб ещё раньше, месяца два назад. Кстати, для двух месяцев космического странствия Сабрина ещё неплохо выглядит. Конечно, потрёпанная заметно, и тога её, бывшая когда-то белой, уже не является таковой, но бомжуй я по космосу два месяца, выглядел бы, как партизан после рейда.

Этой станцией не пользовались со времён падения империи гоа`улдов. Она находится слишком близко к Таури, а планеты этой системы не представляют для Ток`Ра большой ценности ввиду характеристик. Мы укрывались тут, пытаясь хоть как-то облегчить своё существование, и изредка посещая иные миры в поисках пищи.

Слушайте, ну, два месяца одиночества – уже достаточно, чтобы привыкшая к постоянному надзору и владычеству над собой психика начала сдавать позиции. Ещё недостаточно, чтобы кукукнуться кукушкой, но уже хватит, чтобы с перепугу принять наших парней за врага. Тем паче, что их на станцию, вообще-то, никто не звал.

Но осталась пара моментов, требующая разъяснения.

Какими силами располагал противник?

Если история правдива, Сабрина и Иштар должны подтвердить их деталями. За их отсутствием любая выкладка, будь то рапорт или анекдот, не более чем бессвязный набор звуков, не имеющий за собой ни малейшей ценности.

Значительными, – сглотнула девушка. – После боя приборы глайдера были ослеплены засветкой от взрыва, засим данные снять не было возможности, но глаза… глаза мои видели то, что не видели никогда до этого. Их были десятки огромных, и сотни малых…

«У страха глаза велики», – подумалось мне. – «Даже вторая волна столько не насчитывает. Но, если она была под психологической травмой, то удивительно, что вообще запомнила разницу в размере между «ульем» и крейсером».

Щиты подняли до обстрела?

Нет, – Сабрина резко мотнула головкой. – Огонь по нам открыли быстро. Несколько зарядов ударили в корпус и пробили его. Мигом позже щиты активировали, но урон уже был нанесён. Пожары и взрывы внутри сделали своё дело.

«Странно… пробит корпус хат`така, но не разгерметизирован отсек глайдеров? Насколько я знаю, причальный створ имеет силовые поля от декомпрессии только на шлюзе, откуда производится запуск истребителей. Остальные переборки, в том числе несущие, не закрыты подобным. Иначе, как они смогли запустить истребители?».

Внутри через силу обозначит себя Нергал.

«Мы не знаем, чей выстрел настиг их борт. От орудий крейсера или «улья». Не знаем и угол встречи снаряда с броневым элементами корпуса. Вполне возможно, что отсек глайдеров уцелел».

Как ты управляла глайдером? В твоём состоянии часто забываешь, на какой планете находишься.

Сабрина горько усмехнулась.

Ты прав. Я настолько потеряла себя, что не видела ни звёзд, ни приборов, и не понимала, где нахожусь. Глайдер вела Иштар. Она выждала, пока уйдёт засветка на радарах, и положила нас на курс до ближайшей звезды. Развили максимальную скорость, перевели двигатели в режим поддержания тяги, добрались до цели. Воздуха было гораздо меньше, чем топлива. Мне пришлось войти в глубокий кел`но`рин, чтобы уменьшить его расход.

Ну, хотя бы, совпадают основные моменты с теорией. Правда, пока я всё равно не могу доверять ни Сабрине, ни Иштар.

В сознании проявился Нергал:

«Есть один способ познать, говорят ли они истину. Но им он не понравится. Мне, если честно, тоже».

«Да такое никому не понравится», – подумалось мне.

Симбионт имел в виду унитарный наруч. Его возможности используются не только для управления техникой гоа`улдов, но и для допросов: устройство позволяет на небольшую глубину проникнуть в сознание жертвы. Это не чтение мыслей напрямую, и нельзя глубоко зондировать мозг и память (для этого есть другие технологии). Но узнать, правда ли или ложь высказывание, можно, и в данном случае даже нужно.

Я вздохнул.

Я тебя понял, Сабрина. Твоя история удовлетворила моё любопытство. Единственное, что я у тебя попрошу перед тем, как пойду к командиру просить о вашем освобождении: подтверди свои слова.

Девушка откровенно растерялась.

Как мне их подтвердить? Я не машина. Не оснащена устройствами регистрации. Каких доказательств ты от меня ждёшь?

Оказалось достаточным только продемонстрировать наруч, как Сабрина сама обо всём догадалась.

Носительница Ток`Ра побледнела так сильно, что её кожа стала светлей её же тоги.

Нет… – враз осипшим голосом выдавила она. – Только не это… умоляю, что угодно, только не это!

Другого выбора нет, – отозвался я, сам удивившись своему безразличному голосу. – Единственное, что могу тебе даровать: я не стану применять всю его мощь. Но мне необходимо знать, говоришь ли ты правду.

Ещё не высохла влага на заплаканном лице девушки, как на её глазах вновь навернулись слёзы.

Прошу… – даже не пытаясь их сдержать, взмолилась она. – Умоляю! Я согласна на любое, но только не это!

Боюсь, милая моя, что мольба твоя пропадёт втуне.

Я подошёл вплотную к сидевшей на ящике Сабрине и потянулся рукой к её голове. Ток`Ра было дёрнулась от меня прочь, но куда там: ноги скованы, а ошейник с цепью всё так же держит её за горло.

Надеюсь, ты простишь меня за это.

Да. Такое не понравится никому. Каким бы слабым импульсом не зондировал поверхность сознания наруч, но чудовищная мигрень обеспечена в любом случае. Разница лишь в том, что примени я его в целях пытки, и кровоизлияние в мозг жертвы было бы обеспечено.

Облачённая в металлическую перчатку наруча ладонь легла на голову Сабрины, а Ток`Ра болезненно сжалась передо мной, ожидая нестерпимую боль. Нергал порывался было скрыться в глубине моего сознания, не желая принимать в этом зверстве участие, но пересилил себя. В чести симбионта было отвечать за свои деяния, а не бегать от них.

«За свои», потому что я и Нергал – это одно целое. Во всяком случае, сейчас.

К счастью для Иштар и Сабрины, я не собирался пытать их, чтобы вытянуть информацию. Мне достаточно было просканировать поверхность сознания, чтобы узнать, не лгут ли они. А это много времени не заняло.

Мне, как незнакомому с этой технологией, тяжело сходу понять результат моих действий. С расшифровкой полученных от наруча данных мне помог Нергал.

«Они не лгут», – с облегчением, которое даже не озаботился скрыть, проронил симбионт. «Или безоговорочно верят в то, что говорят».

Мне этого достаточно. Если Нергал говорит, что угрозы нет, значит, так оно и есть. Не в привычках Ток`Ра подставлять самих себя. Он лишний раз перестрахуется.

***
Получасом позже
Орбита f Tay Ceti
Центральный пост орбитальной станции гоа`улдов

Мавр сделал своё дело, мавр может уходить.

Допрос закончился без применения особых спецсредств. Если не считать, конечно, таковым сканирование поверхностных слоёв сознания. За что Нергал уже мысленно наложил на себя епитимью и зарылся в глубины нашего сознания залечивать свои душевные раны.

Но задача выполнена. Удалось выяснить (а, выяснив, подтвердить) цели и задачи задержанной, автоматически лишённой статуса пленницы.

Условно, правда. Я позволил себе своеволие освободить Сабрину от кандалов и снял с неё тяжёлый литой ошейник, что приковал её к переборке. Впрочем, слов благодарности в ответ так и не услышал: носительница Иштар не преминула возможностью опять удариться в истерику на фоне применения к ней технологии сканирования. А потому пришлось оставить её в камере на время, беспощадно рыдающую и втихую всхлипывающую.

И вот сейчас я уже подходил к центральному посту, где, предположительно, должен был пребывать Борисыч, дабы поведать ему истину. И, по возможности, добиться освобождения Иштар и Сабрины. Держать их под замком я не видел смысла.

Центральный пост обнаружился сравнительно легко: над залом, где предусмотрительные строители этого места расположили звёздные врата. Удобно, кстати. Надо будет взять эту технику на вооружение.

Не менее легко нашёлся и ход в центральный пост.

И уж совсем легче лёгкого оказалось узреть в центральном не только операторов постов, но и Борисыча, запанибрата точащего лясы с, мать её, «Андромедой».

Первая мысль, когда я увидел девушку на мостике, «Странно: почему-то я не видел её на хат`таке. Да и зачем она там, если не умеет им управлять? А почему я не помню, как брал её с собой?».

Вторая мысль оказалась более трезвой: Лера могла прибыть и через врата. Ибо вряд ли, при наличии последних, для переброски Шараповой задействовали какой-то корабль. На нём сюда добираться не меньше недели.

А третья мысль заставила задуматься о самочувствии соратницы.

Она стояла полубоком ко входу, где появился я, а потому мне было отчётливо видно, как на висках у неё приумножилось седины. С осанкой, к счастью, проблем не возникло: фигуристая девушка выглядела всё так же по-боевому и подтянуто, и, как мне кажется, даже похорошела с нашей последней встречи (ещё бы: в медсанчасти на казённых-то харчах!). А вот взгляд… То, как она смотрела на майора при разговоре, иначе, кроме как отсутствующим взором не назовёшь. В нём не читалось ни жизни, ни интереса, даже напускного. Сказать, что Лера выглядела, как бревно или кукла, было бы слишком грубо по отношению к боевой подруге и бывшей однокласснице, но жизнерадостным её выражение глаз не назвать даже с очень большой натяжкой.

В довершение всего она стояла перед офицером, скрестив на груди руки. Вот уж чего-чего, а этого жеста в арсенале давней знакомой я никогда не замечал. Даже в моменты ссор и обид она никогда не закрывалась таким образом. Предпочитала пускать в ход кулаки или подручные средства, наподобие всегда носимых в кармане остро заточенных ножниц или канцелярского выдвижного ножа. Но руки на груди… Это точно Лера передо мной?

Ладно скроенный и идеально сидящий по фигуре китель, виднеющаяся из-под него форменная блузка, форменная же юбка, тупоносые туфли… Я настолько задумался, застряв в проходе, что не сразу понял, как соратница, заметившая меня боковым зрением, повернулась в мою сторону. Что бы она ни говорила в тот момент Борисычу, но следующая реплика была явно адресована мне.

– О. Явился, не запылился. Передовик проё8а.

В любой другой ситуации я бы донельзя и предельно удивился отпущенной Лерой фразе. На всей моей дырявой памяти самым скверным ругательством из уст девушки был хрен: да и то, упоминаемый исключительно в порывах неописуемого гнева и в контексте, не требующем разбирательств кулинарных изысканий. Но тут, видимо, она подцепила фразочку от Дегтярёва.

А не удивился я по той простой причине, что за эти неполные три месяца какого только дерьма не повидал. Хотите меня удивить? Придумайте что-нибудь покруче. Я и сам кого хочешь удивлю.

В ответ шутливо вскинул руку к виску на польский манер:

– Младший шаман Лейтенант по фаш прикас явитса.

«Андромеда» неприкрыто фыркнула в голос.

– Кончай уже, Рихтер. Тоже мне, «бамбарбия кердуду».

Ослябя повернулся ко мне, удивлённо нахмурился, и посмотрел на Шарапову.

– Что он только что сейчас сказал? – спросил он.

Лера поправила на темечке воображаемую папаху и с чрезмерно сильным, но донельзя к месту применимым акцентом эмоционально (нет) жестикулировала рукой:

– Что он вас сэйчас зарэжыт.

И всё это с абсолютно ничего не выражающим взором и безэмоциональным голосом.

Как я уже понял, ребята тут на своей волне. Этого же мнения придерживались и бойцы на дежурных постах центрального, периодически бросающие на нас мимолётные взгляды, полные веселья.

Но Ослябя не будь майором, если не вернёт разговор в конструктивное русло.

– Что там у тебя? Разобрался?

Тут не надо иметь мешок мозгов, чтобы понять, о чём говорит офицер. В конце концов, мне была нарезана только одна задача.

– Разобрался, – кивнул я. – Есть, где поговорить?

Борисыч махнул рукой.

– Пошли за мной, интендант-дознаватель. И ты, Лера, тоже с нами иди.

***
Пять минут спустя
Временный кабинет, отсек майора Осляби


С мебелью в отсеке, что отхватил себе под личный кабинет и место отдыха майор Ослябя, было туго. Тем не менее, нашлось место разместиться: Борисыч рухнул в кресло за свой рабочий письменный стол, Леру усадил на свою койку, где отдыхал в нечастые часы досуга, а я не гордый: упал на экспедиционные ящики, в изобилии составленные в углу отсека.

– Рассказывай, что там у тебя.

Майор решил не тянуть хвоста за кот, а сразу рубить коню на корню.

– Если вкратце, то всё в норме, – авансом подытожил я. – Если же детально… Блэт, даже не знаю, с чего начать…

И тут мне не пришлось кривить душой. У меня действительно не было ни малейшего понятия, какую информацию выдать Ослябе первой, и какая более важная.

Но Борисыч не первый день офицер. Он тут же ввернул парочку наводящих вопросов.

– Кто она такая?

– Сабрина, – тут же выпалил я, не подумав. А, чуть подумав, добавил. – Носительница Иштар, – и, чуть ещё подумав, добавил. – Ток`Ра.

– Ты её знаешь? – спросил в лоб майор.

– Нет. Но Нергал знает.

– Что они делали на станции?

– Прятались.

– От кого?

– От рейфов.

Тут уже меня подстёгивать необходимости не было. Спутанные допросом и чрезмерно активными эмоциями Нергала мысли начали упорядоченно выстраиваться в очередь.

– Они с Нергалом шли на своём хат`таке по каким-то своим Ток`Рашным делам, когда напоролись на вышедшую из гиперпространства армаду рейфов. Судя по датировке, инцидент совпал по времени с первой волной: приблизительно двадцатые числа июня. Может, чуть раньше: астрономическое время, сам понимаешь.

– Понимаю, – подтвердил майор. – Что случилось?

– Жопа, – обтекаемо доложил я. – Рейфы, видимо, приняли их хат`так за местный разведчик или дозорный пост, и походя уничтожили, чтобы не дать сообщить о себе «своим». Нергал пытался драться, но сам понимаешь: один хат`так против флота рейфов? Такой расклад нельзя назвать даже самоубийственным.

– Результат предсказуем, – кивнул Борисыч.

– Нергал протаранил флагман. Но, есть подозрение, что сам погиб при этом. Во всяком случае, Сабрина не нашла на месте взрыва ни спасательных капсул, ни уцелевших глайдеров.

– А эта его… Сабрина. Как она выжила?

– Нергал заставил её взять один истребитель и убираться к дьяволу. А оставшееся авиакрыло прикрывало её отход.

Борисыч даже как-то в лице переменился.

– У этого парня нереально стальные нервы и титановые яйца. Моё ему почтение.

Причём видно, что сказано это с большой долей уважения и без малейшего намёка на усмешку.

– Они с Иштар два месяца скитались, пока не нашли эту базу. А тут мы подоспели. Неудивительно, что девчонка Ток`Ра с перепугу приняла наших за супостатов.

– А они не врут? – на миг усомнился майор.

Я отрицательно покачал в ответ и продемонстрировал наруч.

– Крайне маловероятно. Или, если врут, то до предела уверены в том, что говорят. Мы просканировали верхние слои сознания после допроса: жестоко, конечно, что ни говори, но следов обмана не нашли. Так что, можешь выпускать их. Я взял на себя смелость снять с неё оковы: они явно лишние с самого начала.

Офицер горько усмехнулся.

– Лучше перебздеть, чем недобздеть. Особенно, когда имеешь дело с инопланетянами на инопланетных кораблях.

С этим утверждением трудно поспорить.

– Хорошо, – резюмировал он. – Как закончим сейчас – можешь сходить и выпустить их. Я передам роте охраны, чтоб не пристрелили их ненароком.

– А у вас что? – поинтересовался я и посмотрел на Леру, за весь разговор не проронившую ни слова. – Ты в гости зашла, или по делам?

Девушка полезла рукой за спину, где в подсумке держала какую-то вещь, и извлекла оную на свет Божий. Кинула её мне.

Поймав, я несколько заинтересовался. Метко брошенным в меня через весь отсек изделием оказался небольшой контейнер, опечатанный, прошнурованный и опломбированный по высшему разряду секретной и фельдегерской службы. Что внутри – даже страшно подумать. Особенно, на фоне того, что с этим грузом послали Шарапову, которая, вообще-то, была госпитализирована с признаками поехавшей крыши.

– Тебе посылка от Дегтярёва, – коротко пояснила «Андромеда». – И он же велел передать, чтоб готовил жопу и вазелин. Дома тебя будут драть, как сидорова козла.

В принципе, ожидаемо. Я даже не стал спрашивать, за что: и так всё очевидно, как нагая невеста в первую брачную ночь.

Чего не скажешь о Борисыче: майор явно был не в теме.

– А что он опять натворил? – поинтересовался у Шараповой майор.

– Накосячил, – совсем по-армейски ответила Лера в стиле «каков вопрос – таков ответ». – Залетел. Его Дегтярёв на задачу отправил, а с ним "Лилит" с "Рапторией" увязалась. Самовольное оставление части в период боевых действий и военного положения.

Ослябя изумлённо присвистнул, удивлённо вытянув морду лица.

– М-да… залёт, конечно, капитальный… лучше бы ещё кто-нибудь забеременела.

Тут я согласен с обоими. Но, что сделано – то сделано. А Лере – отдельное спасибо, что передала предупреждение. Постараемся пока не соваться на глаза Особому Отделу и комендатуре. Не то враг на пороге, а нас – на гауптвахту. Нет, спасибо. На фиг такой график.
Сообщение отредактировал Комкор - Воскресенье, 29 Декабря 2019, 14:01


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 14 Декабря 2019, 13:17 | Сообщение # 633
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Поймал.
Вроде, ошибок нет) Но и 5 по русскому не стоит в аттестате)


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Среда, 25 Декабря 2019, 22:27 | Сообщение # 634
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
10 августа 2011 года
Галактика Млечный Путь, рукав Стрельца.
Система Тау Кита.
Орбитальная станция гоа`улдов.
12:00.


Как выяснилось, Шарапова не только передачи передавать горазда.

Стоило майору Ослябе оставить нас двоих и убыть по своим офицерским делам, как «Андромеда» жестом поманила меня в сторону: мол, «Отойдём, тишком переговорим».

Вот уж чего-чего, а подобного никак нельзя было ожидать от девушки, шарахавшейся от меня хлеще, чем бес от ладана. Признаться, сей манёвр заинтриговал даже закручинившегося симбионта.

Прилюдно выспрашивать у соратницы, какого фаллоса ей взбрело на ум, я не стал по этическим причинам: если ищет уединения для разговора тет-а-тет, значит, есть на то основания. В конце концов, если у неё приказ по-тихому устранить меня или Нергала, то мы с симбионтом однозначно сильнее. Уж с одной-то бывшей одноклассницей я справлюсь, буде она захочет меня порешить.

С этой мыслью, преисполненный решимости при возникновении угрозы уйти в глухую оборону (наруч-то я так и не снял), направил свои стопы вслед за «Андромедой», выдвинувшейся куда-то в произвольном направлении.

«Произвольном» – потому, что едва ли она успела изучить архитектуру и планировку станции. Для неё тут всё в новинку. Да и видно по взгляду: беглый, сканирующий, будто бы девушка ищет чего-то, сама не зная, что.

Наконец, спустя пару минут блужданий по уровню, она нашла отсек, как ей показалось, достаточно изолированный ото всех.

Найти-то она его нашла, но вот незадача: «Андромеда», видать, слыхом не слыхивала про технологии гоа`улдов. Сладить с их замком она не в состоянии, и жестом указала мне на него: мол, «Открой, если не в падлу».

А мне и не в падлу.

Пара секунд манипуляций с универсальным ключом-кодом, и тяжёлая гермодверь, стилизованная под каменистый барельеф, сплошь исписанный иероглифами, отъехала в сторону, впуская нас внутрь.

«Раз ищет уединения, то неплохо бы и дверь закрыть», – подумал я без задней мысли, и воплотил задуманное в жизнь, пропустив вперёд себя соратницу и зайдя за ней в отсек сам.

Последний оказался – не много и не мало – а полноценным жилым модулем. Недурных размеров объём, назвать который кубриком или отсеком затруднительно ввиду размеров, мог похвастаться приличной кубатурой, переваливающей за полторы сотни кубических метров. При этом помещение, напрочь лишённое каких бы то ни было проёмов, иллюминаторов или запасных выходов, оказалось хорошо освещённым: источники света, качественно упрятанные за элементы обшивки переборок, заливали помещение достаточно даже для чтения мелкого шрифта.

Но, кто бы ни обитал тут ранее, отсек был рассчитан явно не на одного. Три крупных шкафа, намертво принайтованные к полу и переборкам, очевидно, предназначавшиеся для облачений. Судя по размеру, никак не меньше чем для боевых, о чём мне не замедлила сообщить память Нергала. Точнее, два из них: одно для личного оружия, второе для боевой экипировки. Третий, чуть поменьше, видимо, «гостевой».

Несколько тумб соседствовали с ними: как и всё на корабле, намертво прибитые к своим местам. Мало приятного, если в случае боя или нештатной ситуации обстановка будет броуновскими частицами летать по всему объёму, превращая всё живое в методичный фарш.

Но главным элементом интерьера являлся подиум, в котором даже без тканевых элементов обвеса угадывалась огромнейших размеров кровать. Даже не на двоих, а, как минимум, на троих. Это в чьи хоромы мы вломились, вашу мать? Какого-то из бывших царьков-божков?

Понятное дело, что ныне на ней не было ничего. Ни мягких подстилок, ни драпировок или балдахинов, чьи крепежи явственно просматривались на соответствующих элементах конструкции над местом отдыха. Но назначение угадывалось с невероятной чёткостью, да и Нергал с ходу признал назначение этого места. Это были чьи-то личные апартаменты.

Ключевое слово – «были».

– Итак, – подытожил я, закончив беглый осмотр помещения. – Чем же я искривил пространственно-временной континуум, что сподобился твоей аудиенции?

Лера хмыкнула в ответ.

– Не переигрывай. У тебя крайне дерьмово получается включать юродивого.

М-да. Что-то, однозначно, пошло не по плану. У Шараповой резко поменялся не только стиль речи, в чём я успел убедиться на мостике этой станции, но и манера поведения. Куда подевалась та перепуганная одноклассница, чуть было не бросившаяся наутёк при виде моей персоны? Куда дели ту немногословную соратницу, старавшуюся не вступать лишний раз в диалоги со мной, кроме случаев существенной необходимости? И откуда взялся такой твёрдый и непоколебимый голос? Я не могу назвать его командным или генеральским, но буквально неделю назад «Андромеда» была как будто другим человеком.

– А я учусь на ходу, – заявил я, технично отмазавшись от предъявления. – Так сказать, на своих ошибках.

Лера посмотрела мне в глаза.

– Только полный дурак учится на своих ошибках. Гении учатся на чужих.

О-хо-хо… так её теперь на цитаты потянуло? Кто это, интересно, сказал? По-моему, Рузвельт. И, если мне не изменяет память, в оригинале там было что-то вроде: «Дураки учатся на своих ошибках, а умные учатся на чужих».

Но мы с Нергалом не были бы собой, если б не любили поупражняться в острословии.

В ответ я пожал плечами.

¬– Большинство людей глупы, и всякий дурачится на свой лад.

А это у нас рёк Эразм Роттендамский.

«Андромеда» не осталась в долгу.

– Учёный дурак – величайшее бедствие для цивилизации.

Сильное заявление. Мне аж захотелось узнать, чем оно постулировано.

– Это с хрена ли, стесняюсь спросить?

– Элементарно, командир, – Шарапова, скрестив руки на груди, качнула бёдрами. – Ему хватает знаний, чтобы представить последствия своих дурошлёпств, но не хватает знаний, их устранить.

Хе-хе… А вот теперь пошли залпы эсэров по площадям. Пора доставать козыри из рукаков.

Настала пора усмехаться мне.

– В таких случаях я, обычно, стараюсь пользоваться помощью Нергала.

Как бы ни была умна Лера, но она в первую очередь эрудит. В школе она училась на круглые пятёрки, в свободное от учёбы время тоннами поглощала литературу, заглатывая книги под корень всей глоткой. В светлой (в парикмахерском смысле слова) головке Шараповой ютились знания из самых разных областей, начиная от физики, химии и биологии и заканчивая алгеброй, астрономией и историей. Что-что – а дурой «Андромеда» никогда не была. Блондинкой, крашеной, но не дурой.

– Чего, бл9ть?

Девушка вопросительно изломила бровь и посмотрела на меня взглядом санитара из бригады сдерживания.

– Ты сейчас, стесняюсь спросить, какого Нергала имеешь ввиду? Того самого?

По истории Древнего и Древнейшего миров у Лера имела круглую пятёрку. Наитвердейшую и наикруглейшую пятёрку. Историю древней Месопотамии она знала так же хорошо, как «Отче наш,…» и гимн России. А потому, за незнанием других Нергалов, ей на ум пришёл он: «тот самый».

Я фиглярски смахнул с ворота плаща несуществующую пылинку:

– Агась. А что?

Бывшая одноклассница чуть наклонила свою черепушку в знак вопроса:

– Ты больной? Или это… лицо религиозного исповедания архаического толка?

Ну, что, Нергал? Твой выход? Или ещё подготовим почву? Сам не думал, что твоё появление будет ТАКИМ… но, раз ты любишь театральщину, может, мне её ещё разогреть?

«Поступай согласно своему разумению», – предвкушая грядущий эффект, хищно облизнулся симбионт.

Я деланно удивился последнему предъявлению девушки:

– А при чём тут это? К чему тут вообще исповедание?

– А Нергала кто помянул? – переспросила «Андромеда». – Иван Фёдорович Крузенштерн? Человек и параход?

В этот момент сам дежурный по гарнизону на Эпсилоне Эридана Иван Фёдорович Крузенштерн чихнул с такой силой, что чуть не забыл, в какой звёздной системе сейчас находится.

– С этим какие-то проблемы? – старательно пряча улыбку, поинтересовался я.

Лера так же деланно задумалась.

– Ну, видишь ли… ма-а-аленькие такие, – девушка пальцами показала, насколько проблемы маленькие. – Этому имени, знаешь ли, двадцать шесть тысяч с копейками лет.

«Ну, всё, коллега», – подумал я. – «Ваш фрак, маэстро. Публика жаждет вашего появления».

И невозбранно отключился от управления телом.

На долю секунды, что требовалось для перехвата управления, мой забитый за эти три месяца мешок мяса и костей обмяк, но упасть на пол не успел: Нергал вовремя подключился и задействовал необходимые группы мышц с вестибулярным аппаратом.

И… вот он, момент триумфа!

Симбионт, ослепительно сверкнув глазами на полную катушку, предстал пред ясны очи нашей соратницы.

– Меня это никогда не останавливало, молодая воительница Таури.

Рёк он утробно, гортанно произнося слова.

То, как переменилась в лице Лера – достойнейшее из всех моих злодеяний в этом бренном мире. Я ещё помню перекошенное в изумлении хлебало Нергала, когда он впервые встретил моё Альтер-Эго в руинах моего сознания. Так вот: по сравнению с тем, как растерянно и удивлённо выглядела сейчас соратница, тот Нергал – просто восковая фигура музея мадам Тюссо. На секунду мне аж Шарапову жалко стало. Такой изумлённой я не видел её ещё ни разу, и вряд ли когда бы то ни было увижу ещё. Она не смотрела на меня такими глазами даже в тот момент, когда узнала, что я – отец ребёнка "Лилит". А потому надо запечатлеть этот момент в памяти.

Как я катался по руинам сознания в неудержимом приступе гомерического хохота – ведает один лишь только Нергал, и моё Альтер-Эго, с появлением симбионта занявшее выжидательную позицию и практически никак себя не проявлявшее.

Сожитель, видя, какой опустошающий по своим последствиям он произвёл эффект, перешёл в наступление.

– Дозволь же мне назвать своё имя, молодая воительница, – низко прорычал он. – Я из Ток`Ра, а имя мне Нергал. Симбионт, сожитель твоего соратника… и твоего прямого военачальника.

И всё это с нарочито удерживаемым светом из глаз. Не настолько ярким, как при появлении сознания «у рычагов», но, всё же, крайне не свойственным носителям вида homo sapience в обыденной жизни.

Я ржал, как ушибленький. Не удержавшись, со мной за компанию принялось кататься и моё Альтер-Эго. Нергал же держал морду кирпичом, будто бы всё так, как и было задумано.

В чём-то он даже прав.

Кристина вполне обыденно перенесла объявление Нергала. Не очень-то и удивился ему «Медвед». Крайне по-обывательски отнеслись и прочие члены конгломерации, знавшие о симбионте… но вот Шарапова… она словила когнитивный диссонанс. По всей видимости, винду ей переустанавливать рановато, но вот чипсет перепрошить было бы неплохо.
Наконец, она нашла в себе силы справиться:

– Эт чё ещё за блюхер-нахер?

Нергал сделал вид, что услышал абсолютно другое и с абсолютным покер-фейсом принялся играть шарманку:

– Велико множество наречий в изведанной со времён Древних Вселенной. Но ни в одном не найти тех слов, что описали бы моё удовлетворение от нашего знакомства, молодая воительница Таури.

По глазам Леры было видно, что её шестерёнки не совсем справляются с перевариванием поступающей информации. Кажется, центральный процессор девушки перегрелся, и система ушла в троттлинг, сбрасывая частоты до ноля.

Да не тупи ты, как блондинка на тракторе! Первый раз в армии, что ли? Как будто носителя с инопланетным симбионтом никогда не видела…

Гомерический хохот меня и Альтер-Эго начал плавно перерастать в истерический ржач.

В любой другой момент времени Нергал, отличавшийся своеобразным чувством юмора, не преминул бы возможностью поугарать с нами от чистого сердца, но в этот раз долго ржать нам он не дал. Симбионт едва заметно для стороннего наблюдателя пнул нас с Альтер-Эго и дал условный сигнал остепениться: не тот момент для праздного веселия.

– Ты искала уединения с моим носителем, – спокойно произнёс он, будто бы не сам являлся первопричиной шокового состояния моей соратницы. – Какова причина?

Наконец, ступор Шараповой чуть отошёл. «Андромеда» всё ещё пребывала в довольно расшатанном состоянии, но на удивление быстро приходила в себя.

– Причина-то банальна, – девушка с некой помесью академического интереса (читай – желанием препарировать исследуемый объект) и нездоровой тяги к познанию косо смерила нас взглядом. – А ты кто ещё за фрукт?

Очевидно, мой сожитель зря представлялся. По ходу дела, ввиду чрезмерно нестандартной ситуации Лера не до конца поняла уже слышанное ранее.

– Я – Ток`Ра, – повторил он. – Моё имя Нергал. Я принадлежу к той расе, что построила это место… – симбионт картинно обвёл рукой помещение, имея ввиду станцию. – И те корабли, за которыми вас послал ваш воевода.

Файловая подсистема «Андромеды» в сверхускоренном режиме начала дефрагментацию дисков, а сознание Леры включилось в рабочий режим.

– Нергал, – уточнила она. – Шумерский бог.

– Если тебе так будет проще, – согласился симбионт.

– Построил эту станцию, – уточнила Шарапова.

– Не сам, – уточнил Нергал. – А мои сородичи.

– Шумерский бог, – уточнила Лера.

– У тебя проблемы с восприятием информации? – уточнил Ток`Ра.

Мы с Альтер-Эго уже не гоготали: мы захлёбывались диким неописуемым ржачем, надрывая свои синопсисы. Ситуация безмерно веселила как меня, так и мою шизофрению.

Соратница с неподдельным сомнением окидывала перманентным взоров мою тушку, облачённую в лёгкий рейдовый комплект, с наручем гоа`улдов, выглядывающим из-под рукава плаща. То ли ей не давал покоя утробный голос, то ли свет из глаз. Но, хотя бы, за кобуру не хваталась: уже спасибо.

Но, как я уже сказал, дурой Лера не была. А была чрезвычайно эрудированной, умной и рассудительной, пусть и доселе не к месту эмоциональной.

Наконец, она сумела совладать с собой.

– Ладно, – выдохнула девушка. – Хрен с тобой, Нергал… или как ты там есть. Если правда то, что я сейчас перед собой вижу, ты – чужеродное сознание в теле… «Шамана»?

– Всё в точности так и есть, – согласился симбионт. – Твоя проницательность и хладнокровие делает тебе честь, молодая воительница.

Шарапова предприняла попытку улыбнуться. Увы, но в её исполнении жест, задуманный как снисходительная ухмылка, был похож на жалостливый и растерянный манёвр.

– Оставь этот высокопарный слог, прошу, – усмехнулась она. – На этом языке так сейчас не говорят.

– Ваш язык чужд для меня, – напомнил Нергал. – Зная многие тьмы наречий, трудно вникнуть в каждое из них полностью. Иного слога мне не ведомо.

Очередной манёвр «Андромеды», призванный показать истинного хозяина положения, с треском провалился. Надо спасать соратницу: Шарапова начала терять самообладание.

Я подвинул симбионта и вернулся за рычаги.

– Так, что ты там от меня хотела? – спросил, появляясь, будто бы ни в чём ни бывало.

Лера резко дёрнулась от столь разительной перемены (ещё бы: куда-то пропал свет из глаз, да и голос вернулся к норме). Поняв, что это опять я, «Андромеда» бросила в ответ:

– Да задолбал ты, вот и попёрлась за тобой в другую звёздную систему.

Вот и пойми потом этих девушек. Вроде бы, и в голосе отчётливо слышны нотки сарказма и юмора (пусть и немного неуместного), но сама фраза как-то двойственно прозвучала.

– Собственно, рискну репетовать вопрос, – повторил я. – Что же я такое натворил, что сподобился твоей аудиенции?

Говорят, что снаряд дважды в одну воронку не попадает (брехня: всё зависит от плотности огня). Но достоверно известно, что даже в случае непробития бронезащиты второй снаряд, попавший в ту же точку, что и первый, способен надломить бронеэлемент. Разумеется, с оглядкой на калибр и кинетическую энергию.

Лера поморщилась, видимо, подумав о том же самом.

– Переговорить с тобой тишком хотела. Без лишних ушей и глаз. А они у Осляби повсюду.

Это уж точно. Что майор не пренебрёг всем, что было в его арсенале – я уверен на все сто процентов. Наверняка первым делом оживил систему безопасности станции и посадил специально обученного специалиста мониторить внутреннее пространство (сиречь – «слухача»). Однако личные апартаменты, ввиду ряда обстоятельств, системой безопасности вряд ли прослушивались. Стало быть, это место идеально подходило для разговора тет-а-тет.

– Я тебя так и не поблагодарила, – Лера свела руки перед собой и по привычке сцепила ладони.

Помню эту её позу. Обычно, так она делала в моменты сильного смущения или стеснения… вот только ни того, ни другого в глазах Шараповой видно не было. Да и голос ни разу не выдавал, что соратница испытывает неудобство.

– Тогда, за ту ночь… Я все уши прожужжала следователям, будто бы ничего не помню, и не стала наводить их ищеек на тебя, но сама даже «спасибо» не сказала.

Ага. Ну, теперь, по крайней мере, девяносто целых и хрен десятых процентов картины встаёт на свои места. А я уж там себе понапридумывал… а оно, оказывается, вот что.

Я картинно развёл руками.

– Ну, собственно, не за что. Обращайся, если что. Для своих работаю без выходных и перерывов на обед.

– Это уж точно, – Лера смерила меня жёстким взглядом. – Ты когда хоть спал в последний раз? На тебя глянешь – прям узник концлагеря какой-то. Вот прям сейчас хочется взять, связать, чтоб не сопротивлялся, и накормить так, чтоб из ушей лезло. Ты где так одрищал, чтоб тебя леший дрючил?

М-да. В этом – вся «Андромеда». Переключается молниеносно: дай только повод в диалоге.

– Но-но-но! – заметил я. – Я бы попросил, на минуточку! Между прочим, таки-мужчина в полном расцвете сил!

– Да я заметила, – саркастически хмыкнула Шарапова. – Уж напарницу на пятой неделе беременности трудно не заметить.

Едрить твои жареные бигуди, Лера! Вот что за на хрен ты несёшь?! Не сыпь мне порох на рану! Я и без тебя знаю, что у меня беременная на передовой! Ну, давай ещё ты мне начни мозг выедать чайной ложечкой, а то Дегтярёв этим без тебя не занимается!

– Спасибо, я старался, – усмехнулся в ответ вместо гневной тирады.

– И у тебя хорошо получилось, – вернула мне монету соратница. – А потому, пойду-ка я от греха подальше, пока ей компанию не составила.

Ага. Сейчас прям. Разбежалась.

– Хрена с два, – усмехнулся я, и шагом в сторону закрыл Лере единственный путь из отсека.

В глазах Шараповой промелькнул не наигранный испуг. Кажется, она сама оказалась, не рада, что учинила собрание секретчиков штаба Ея Величества.

Хоть я не имел ввиду ничего конкретного, но, судя по всему, Шарапова подумала о чём-то своём. Ибо, поняв, что влипла, заметно побледнела, а затем ударилась в краску.

Но я не я, если не обломаю кого-нибудь в очередной раз.

– Рассказывай, – потребовал я. – Что там у Дегтярёва?

Испуг в глазах «Андромеды» сменился неподдельным облегчением.

– Да по уши в гумне твой Дегтярёв, – грубо бросила соратница. – Твои девчонки накосячили так, что теперь Особый Отдел будет весь гарнизон трясти. И появляться на Земле вам категорически не рекомендуется. С распростёртыми объятиями вас встретит только военная комендатура.

Я отмахнулся, как от назойливой мухи.

– Класть на комендатуру. Если бы им было, что мне предъявить, они бы за мной уже «воронок» с зондер-карателями послали. Я спрашиваю за положение дел. Если Кэп послал тебя, да ещё и сюда, то ты, как минимум, знаешь о последних планах обороны. Какие-то изменения есть?

– Знаю, – подтвердила Шарапова. – Изменений масса. Но тебя в них решили не посвящать. У тебя и без того работы по горло: потому меня Дегтярёв и прислал. Типа, у тебя, насколько поняла, некомплект с личным составом, а остальные в медсанчасти гасятся.

– Ты сама-то как?

В конце концов, «Андромеда» с нами шароёжилась по аномальному линкору. И дозу облучения получала вместе с нами.

– В пределах нормы. Во всяком случае, медики сказали так. Иначе бы не дали допуск к задачам.

В принципе, логично. Буде в состоянии здоровья военнослужащего какой-то весомый косяк – до участия в межпланетных задачах его бы точно не допустили. В самом лучшем случае – списали бы в невозвратные потери через расход по медицинским соображениям.

Я достал из кармана плаща небольшой коробок, что принесла с Земли Лера.

– А это что?

– В душе не ведаю, – с ошеломляющей даосской прямотой отозвалась та. – Мне было велено передать это тебе лично в зубы. Так что, думаю, тебе виднее.

Гладко, да не очень. Но, если посмотреть под текущим углом, то всё логично. Лера – всего лишь посыльный. Откуда ей знать, что за коробку ей всучили? Хоть чёрный ящик от самолёта, хоть коробку передач от «Шишиги». Сказано – отвези. Всё. Амба.

Печати и пломбы сорваны от отсутствием в них более необходимости. Символическая защёлка откинута, небольшой коробок раскрыт, а я горько усмехнулся.

В оцинкованном изнутри коробке лежали – не много и не мало – а целые нейроконтакты. Между прочим, те самые, в которых на непонятно каким образом сделанной фотографии с «Новой Швабии» засветилась Юлька. С той лишь только разницей, что с них сняли ту пушную отделку, на досуге прилаженную девушкой, отчего те походили на звериные ушки.

Ныне они представляли собой лёгкий несущий полуобруч из какого-то похожего на титановый сплав материала, а на нём разместились два небольших корпуса с высокотехнологичной аппаратурой, которую в своё время Юлька назвала нейростимуляторами.

Как я понял, данное устройство предназначено для кратковременного повышения быстродействия нейронов. Умнее от этого не станешь, но будешь ощутимо шустрее соображать и реагировать. Собственно, благодаря этому прибору Юлька смогла продержаться на «Новой Швабии» до нашего прибытия, хотя всё равно умудрилась поздороваться за руку с Костлявой. Опоздай мы тогда хоть на минуту, и…

Дальнейшее я предпочёл не домысливать.

Вот только накладочка заключалась в том, что, со слов Юльки, она а) потеряла прибор на линкоре; б) исчерпала заряд встроенного источника питания, а новый найти проблематично. По всей видимости, наши люди решили обе эти проблемы, ибо а) устройство вполне себе наличествовало предо мной в таре; б) навряд ли оказалось бы у меня, имей нерабочее состояние.

Я закрыл коробок и убрал его в карман плаща до лучший времён. Конкретно сейчас мне решительно не виделось необходимости надевать и активировать нейростимуляторы. Мне и без них пока хорошо.

Уже собрался было уходить за исчерпанием тем для диалога, как вдруг Лера окликнула меня, чуть потупив взор.

– «Шаман»…

Надо же. Столько времени друг друга знаем, а по оперативному позывному зовёт. Или забыла моё имя? Или же я для неё уже больше не друг, а командир?

– Я за него.

Шарапова (нервно?) сглотнула.

– Слушай… тогда… в ту ночь… это же был ты? Не Нергал?

Ну, мать твоя, Валерия Батьковна, безусловно, великолепная женщина! Ну, какого ляда ты копаешь там, куда ни один особист в здравом уме не полезет рыться?! Тебе делать больше нечего? Так я мигом для тебя работу найду! Едрить твои вкладыши бюстгальтера, «Андромеда»! Ну, что вообще творится в твоей башке?!

М-да. С другой стороны, я её понимаю. Если вспомнить события той ночи и последствия драки, на месте Леры любой провёл бы параллель в свете новообретённой информации о подселённом к одному персонажу инопланетном симбионте. Однако, что это даст Шараповой? Чего она хотела этим добиться? Надеялась, что не я разобрался с теми горе-гопниками? Или мечтала, чтоб это оказался я? Один хрен, это уже ничего не изменит.

– Нет. Не Нергал.

Я уже ожидал, что Шарапова, как минимум, вздрогнет, резко вскинув на меня широко распахнутые от испуга глаза, но… всё-таки, она изменилась. Чрезвычайно сильно изменилась. Будто другой человек.

Лера и впрямь подняла взор. Но не полный страха, нет. Он источал какие-то тёплые чувства, которые тяжело было разобрать с ходу. Но страха не было. Однозначно.

Девушка улыбнулась.

– Я знала, – тепло проронила она. – Поэтому, спасибо тебе ещё раз, командир. Надеюсь, ты и в следующий раз протянешь руку помощи.

– Надеюсь, следующего раза не будет, – уточнил я. – Но если у тебя войдёт в привычку влипать в неприятности – зови. Будем вместе выкручиваться.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Воскресенье, 29 Декабря 2019, 07:48 | Сообщение # 635
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
«Поступай согласно своему разумению», – предвкушая грядущий эффект, хищно облизнулся симбионт.

Очень эпичное представление Нергала публике))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Среда, 01 Января 2020, 01:31 | Сообщение # 636
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Хотел выложить в последние часы уходящего года, но решил перенести на первые часы наступившего.

С новым годом, Атлантида! С новым годом, КЗВ!

10 августа 2011 года
Земля
Подземное расположение объекта «Город»
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
15:00


Гвардии полковник Дегтярёв – он как Штирлиц. Его все ищут, но никто не может найти, потому что он одновременно нигде и везде. По роду деятельности вообще, и в условиях творящегося аврала в частности, офицер мотался из стороны в сторону, как броуновская частица, не задерживаясь подолгу на одном месте.

Из своего отсека – до кабинета генерала Белова. Из кабинета Белова – до кабинета генерала Прохорова. Из кабинета Прохорова – на склад РАВ. Со склада – на поверхность, к аэродрому, для встречи высокого командования.

А потому нет ничего удивительного в том, что уже который день подряд офицер пребывал в состоянии свободного радикала, мимоходом пролетая мимо всех важных для себя объектов, вроде кухонного стола.

Единственное, что давало военнослужащему сил не рухнуть на пол кабинета, едва переступив порог – заботливо сваренный племянницей кофе с привкусом чего-то до боли знакомого, но так и не опознанного. Надо будет её расспросить, с чем же она намешала привычный для военачальника напиток.

Так же и сейчас, вернувшись в свой отсек с кипой папок, прошнурованных и опечатанных в секретной части штаба, Дегтярёв меланхолично пробежался взглядом по рабочему столу, где его опять ждал горячий кофе в кем-то заботливо вымытой добела кружке, и стопка бутербродов разномастного сорта.

Полковник даже не удивился очередным изменениям в обстановке рабочего места, хотя отчётливо помнил: уходя, закрывал за собой гермодверь отсека. А она, извините, блокируется на электронный замок, от которого существует всего три ключа: один – у хозяина отсека, второй – у дежурного по объекту как резервный на случай пожара или другого ЧП, и третий – мастер-ключ у генерала Прохорова и Белова. Последний экземпляр кочует у последних из рук в руки при смене и позволяет открыть любую дверь на объекте, если её замок исправен.

Но вряд ли бы хоть кто-то из вышеперечисленных личностей сподобился посетить пенаты офицера в отсутствие оного и заботливо приготовил ему скорый на руку обед.

Впрочем, Александр Сергеевич не был раздосадован сим фактом. Скорее, напротив: он забегался настолько, что не успевал выкроить время даже приготовить себе поесть, а потому мысленно воздал хвалу неведомому добродетяелю.

Хотя, для самого гвардии полковника очень даже ведомому. Почти домашняя сервировка с головой выдавала хозяйственную руку племянницы. Возникал только один вопрос: как она попала в запертый на электронный замок отсек. Взяла резервный ключ у дежурного? Вряд ли. Там, конечно, заступали далеко не гении с IQ за двести, но никто в здравом уме не выдал бы ключ от кабинета полковника девушке-подростку, пусть и носящей форму и погоны.

Кипа документов из рук офицера без разбору рассыпалась по столешнице рабочего стола. За собой полковник прикрыл входную дверь, а сам, сбросив уже осатаневший китель на спинку кресла, с тяжёлым вздохом рухнул за стол. Рука автоматически потянулась за кружкой с кофе.

Первый же глоток дал понять: да, это дело рук Кристины. Опять тот же самый, знакомый, но неопределимый вкус постороннего включения в напитке. Но от этого даже лучше: уже скоро придёт ощутимое просветление в мозгу, а сил прибавится на порядок. Хотя, как подсказывала офицеру интуиция, лучше не злоупотреблять: аукнется, как минимум, на сердце, а полковнику, извините, далеко не восемнадцать лет.

Дядя Саша сам не заметил, как за несколько минут заточил все бутерброды на блюдце перед собой, и с удивлением обнаружил, что по инерции чуть не вгрызся в саму тарелку, на которой лежала трапеза.

Кофе последним глотком ушло по назначению, пустая посуда отставлена на стол, и вовремя: в дверь постучали для проформы, и, не дожидаясь разрешения, вошли.

Гостем оказался немолодой офицер в форме военной прокуратуры с погонами капитана юстиции, усталым взглядом окинувший отсек.

– Полковник Дегтярёв, как я понимаю? – справился он.

«Табличка на двери, видимо, для меня висит», – подумал офицер. – «Чтобы я свой кабинет с КХО не путал».

– Я за него, – дежурно откликнулся Александр Сергеевич. – А вы у нас…

Гость просочился в помещение полностью и машинально прикрыл за собой дверь.

Полковнику крайне не понравилась толстая кожаная папка в руках визитёра. Настолько не понравилась, что интуиция настоятельно рекомендовала офицеру пристрелить вошедшего визитёра: и то было бы меньше проблем.

– …капитан юстиции Калинин, Геннадий Павлович, – рекомендовался тот. – Полагаю, вам уже известна цель моего визита?

«Точно пристрелить надо было», – подумал Дегтярёв.

– Это вряд ли, – мрачно отозвался хозяин пенатов. – Иначе бы уже накрыл чай.

Калинин сдавленно рассмеялся.

– Спасибо за гостеприимство, товарищ полковник. Но, боюсь, я после войны лет десять на чай смотреть не смогу. Напился уже по самые брови…

Наличествовал определённого рода момент, не ускользнувший от внимания полковника. Калинин вёл себя несколько не по уставу, что, в общем-то, объяснялось спецификой введённого положения. Многое упрощалось и прощалось, пусть и не спускалось в анархию. Всякое «разрешите войти», «разрешите обратиться» и так далее было бы вполне в духе мирного времени, но не сейчас, в условиях военного положения. И с кем угодно, но только не с этим гостем.

Калинин – капитан юстиции. И пусть он младше полковника по званию, но не является его подчинённым, а потому никакие звания, награды, должности или титулы тут не рулят. Сейчас эти двое, как минимум, практически равны. А учитывая статус Калинина и его уровень допуска – ещё вопрос, кто правит балом.

Просто так военная прокуратура в гости не ходит. И если бы действительно был уместен чай, визави, как минимум, не интересовался б, знает ли полковник о цели его прибытия.

Потому хозяин отсека делал вид, что всё идёт по плану. Не поприветствовал вошедшего, встав (и не должен был: всё же, полковники при капитанах не встают); не сподобился накинуть китель, дабы соответствовать форме одежды (за её нарушение комендатура полковников не шпыняет); да и вообще всем своим видом показывал: «Скажи спасибо, что за дверь не выставил».

Однако Калинина таким было не пронять: он не первый день носит погоны, да и, похоже, порядком задержался в капитанах. Ему, как минимум, пора уже очередное звание присваивать. Так что, на подобные манеры поведения собеседников капитану было параллельно.

Гость без приглашения проследовал к столу полковника и с видимым усилием возложил на столешницу свой талмуд.

– Позволю себе украсть вашего времени, Александр Сергеевич, – сразу перешёл к делу он, присаживаясь напротив хозяина пенатов. – Хотел бы я, чтоб наше знакомство состоялось при менее профессиональных обстоятельствах, но, увы: в этот раз придётся говорить с позиции Фемиды.

Почему-то, в этот момент мысли полковника скакнули на одного не так давно произведённого в младшие лейтенанты подчинённого. «Ну, «Шаман»… ну, скотина… Держись у меня, Земля квадратная: в уголке встретимся». А в том, что речь пойдёт именно о нём, офицер не сомневался ни на йоту.

И, к сожалению, не прогадал.

Калинин раскрыл папку и передал Дегтярёву первый документ, что в нём лежал.

С больным на сердце чувством полковник узрел жирную разнесённую надпись в «шапке» документа: «П О С ТА Н О В Л Е Н И Е». Дальше читать не стал: тупо не было желания.

– С прискорбием сообщаю, – произнёс капитан. – Вашего бойца «взяли на карандаш». Младшему лейтенанту… как там его фамилия? Впрочем, неважно, в документе всё есть. Ему вменяется сразу несколько нарушений. Неподчинение приказам вышестоящего командования, самовольные действия в период военного времени, превышение должностных полномочий. Уже этого хватает на добрую дюжину лет тюремного заключения. А не так давно к этому добавились и неуставные взаимоотношения с его же сослуживицами противоположного пола, приведшие к беременности одной из них. Я думаю, вы понимаете, что маячит на горизонте.

Полковник безэмоционально смотрел на говорившего гостя, а сам думал: «Какая курва нас сдала? Не Белов и не Прохоров: это однозначно. Им от этого тоже достанется, они сами себя подставлять не стали б… Кто-то из личного состава настучал? Звёздочек на погон захотелось? Как вариант… или кто-то из «особистов»… этих тут как в сыре дырок. Кто-то что-то да вынюхал. Тогда, почему военная прокуратура? А не Особый Отдел?».

Что, как выразился Калинин, маячило на горизонте, Дегтярёв понимал, как никто другой. Устав военной службы он знал назубок, а потому не позавидовал участи «Шамана», если до него доберутся эти попугаи. То, что его, как минимум, в дисциплинарный батальон упекут – это к гадалке не ходи. Остаётся надеяться, что силами самого Дегтярёва, действовавшего с подачи Отдела по связям с общественностью, вокруг подразделения «Цикад» создан достаточный ореол и общественный интерес, чтобы не дать вытворять с ребятами всё, что заблагорассудится следствию. Если рассуждать согласно букве Фемиды, да: залетели они капитально. От такого залёта весь гарнизон будет отмываться под большим напором, с пенкой, наждачкой и абразивом. Но если судить по-человечески, не так уж сильно ребята и накосячили. К несчастью, капитан юстиции, в первую очередь, служитель Фемиды. А уж потом человек. Донести эту позицию до него не выйдет.

Калинин возложил руку на свою папку.

– Тут доказательная база на все правонарушения подследственного, – сообщил он. – Плюс, вся его биография со всеми характеристиками из всех мест и организаций, где он успел засветиться. Удивительно, но паренька характеризуют с исключительной стороны. Несмотря на некоторые… кхм… скажем так, несветлые пятна в его биографии, рекомендации в духе «Семнадцати мгновений весны». Чуть ли не «характер стойкий, нордический, в связях, порочащих его, замечен не был».

«Осталось добавить «Беспощаден к врагам Рейха»…», – подумалось Дегтярёву.

– Тем не менее, – продолжил собеседник. – Данных фактов по эпизодам хватило для возбуждения дела. И моя задача, как вы уже догадались, побеседовать с этим молодым человеком.

«Допросить», – мысленно поправил полковник, понимая, куда клонит его собеседник.

– Это маловероятно, – флегматично пожал плечами Дегтярёв. – По крайней мере, в ближайшую неделю.

– Я знаю, полковник, – улыбнулся Калинин. – Ваш подчинённый должен быть сейчас на задаче, и, насколько мне известно, занимается подготовкой организации оборонительной линии Земли. Если я правильно понимаю, его цель – привести к Земле как можно больше сторонних кораблей для защиты планеты.

«Ты, б***ь, кто такой, н***й?», – грязно выругался в мыслях полковник. – «Какая собака сутулая тебе уровень допуска присвоила, что ты даже об этом знаешь?».

Но вслух сказал другое.

– Позвольте справиться об уровне вашего допуска, – ровным голосом, не выражая недовольства, поинтересовался офицер.

– Высшей категории, полковник, – не избавляясь от улыбки, ответил собеседник. – К вашему сожалению, высшей категории. Мой уровень позволяет знать всё вплоть до «звёздных врат» и «рейфов» включительно, ещё немного сверху.

«А вот это реальное гумно», – уже менее взрывоопасно подумал Александр Сергеевич.

– С этим в связи, – вздохнул Калинин. – Мне бы хотелось, чтобы вы как можно быстрее организовали нашу встречу. В идеале, отправили меня к нему через врата. Ведь, как мне известно, он сейчас должен быть возле Тау Кита?

– Пожалуйста, – умыл руки офицер. – Первым же свободным временным коридором отправитесь на станцию. Можете пока разместиться, где удобно: вас известят об интервале времени.

Капитан начал переходить в наступление.

– Полковник, – со снисходительной ухмылкой хозяина положения произнёс он. – Вы, кажется, несколько не поняли. «Как можно быстрее» – это означает наивысший приоритет скорости. Отправьте меня на Тау Кита. Немедленно.

Только усталость и ещё не подействовавший кофе не дали офицеру осадить зарвавшегося гостя чем-нибудь потяжелее, чем парой крепких слов.

«Ты в себя поверил, что ли, кусок допросника без обложки?».

– Мы похожи на диспетчерскую такси? – обломал капитана полковник. – Звёздные врата – это не лифт. И уж тем более не служба извоза. Это устройство межзвёздного перемещения, и всё время, пока они подключены к галактической сети, расписан по минутам. У нас каждый час происходит по десятку подключений. Ждите, пока будет резервное окно: оно специально заложено в расчёт для экстренных случаев. Будем считать, это он и есть.

В глазах капитана появились льдинки.

– Полковник, – уже без ухмылок произнёс Калинин. – Вы не до конца понимаете положение подследственного и своё тоже. Хотите пойти вслед за ним за учинение препятствий следствию?

– Хотите расстрела за саботаж обороноспособности планеты? – лязгнул Дегтярёв.

С Калинина разом слетело всё напускное главенство.

– Вы на секретном объекте, между прочим, – холодно припечатал Александр Сергеевич. – И, к слову, на стратегическом. Вы не в том положении, чтобы диктовать свои условия и приказывать нам. Поэтому убирайтесь на хрен с глаз моих долой, и ждите, пока вас вызовут. Иначе мы сами определим вам место ожидания. Где-нибудь в карцере, по соседству с пленными рейфами. Вопросы?

До капитана юстиции быстро дошло, что с полковником Дегтярёвым не прокатит игра в сильного. Капитан – слабее, и Дегтярёву об этом известно. Если полковник захочет, он схарчит Калинина без соли. А потому лучше не лезть в то, в чём не разбираешься: вдруг график работы звёздных врат и впрямь настолько стратегически важен, что недопустимо изменение даже на минуту? Тогда по шапке схлопочет явно не Дегтярёв, а Калинин. И где окажется у него шапка – гадать не хочется.

– Благодарю за уделённое время, – стараясь не терять лица, отозвался капитан.

Он встал из-за стола и с пустыми руками направился к выходу.

– Вы правы. Посижу, пожалуй, в вашей столовой. А документы оставляю вам: ознакомьтесь пока. Там масса интересных материалов, между прочим. Честь имею.

Дегтярёв едва сдержался, чтобы не швырнуть папку Калинина вслед уходящему. И, наверное, очень жаль, что не сдержался.

Когда за визитёром закрылась дверь, полковник не поленился встать и запереть её на замок. Первейшим делом опытный военный распотрошил папку по листику и проверил, нет ли в ней чего постороннего, кроме бумаг. То же «жучка», например. По счастью, хранилище документов было «чисто». Проверил он и место, где сидел гость. Под столешницей, на кресле, на полу. Не «наследил» ли визави, оставив на прощание «прослушку».

Не найдя ничего подозрительного, офицер прошёл до сейфа и вытащил из него небольшой кейс размером с ноутбук.

По сути, это он и был. За исключением того незначительного факта, что по зашифрованной линии прибор подключался к подпространственному передатчику.

Шифрованию этого устройства позавидовали бы спецслужбы всего мира. Мало того, что все трансляции закрыты самоизменяющимся ключом, так ещё и перехват подпространственного сигнала земными средствами РЭБ просто невозможен. От слова «абсолютно».

Офицер нашёл в списке абонентов позывной майора Осляби и отправил тому короткое сообщение:

«Закрой форточку. Дует».

И отправил адресату.

Условный знак: на случай, если что-то пойдёт по звезде.

По мнению гвардии полковника Дегтярёва, как раз настал такой случай.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Среда, 01 Января 2020, 11:00 | Сообщение # 637
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Всех с Новым 2020 годом!!
Продолжение отличное, но этот капитан похож на крысу. Однако, время покажет.
Награды: 2  
Комкор Дата: Вторник, 14 Января 2020, 07:19 | Сообщение # 638
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Продолжение отличное, но этот капитан похож на крысу. Однако, время покажет.

Ну, так год крысы же:1tooth:

9 августа 2011 года
Галактика Млечный Путь, рукав Стрельца.
Система Тау Кита.
Орбитальная станция гоа`улдов.
18:00


Если в ближайшем обозримом будущем кто-то спросит меня, что такое «зашиваться», то я коротко отвечу общими определениями из последних месяцев своей жизни. Отвечу с чувством, эмоциями, красочно и нецензурно.

За текущие сутки мы чего только не натворили. И хат`так с Эпсилона Эридана пригнали, и корабль к станции гоа`улдов пристыковали, и пленного Ток`Ра допросили, и виртуальных люлей от Кэпа получили. Оставалось только надеяться, что этим всё и закончится. На очередную эпопею меня может не хватить, и Нергал с его внутренними резервами организма тут мало поможет.

Сейчас мы с ним, пользуясь минутной заминкой перед дальнейшим углублением в забой нашего фронта работы, наведались к камере, где нас, согласно нашему же обещанию, ожидали Иштар и Сабрина. Сказано – сделано. Мы с Нергалом добились их освобождения за неимением с их стороны хоть сколь бы то ни было значимой угрозы. Признаться, я удивлён, что Борисыч так легко на это согласился: неужто и впрямь так доверял словам Ток`Ра?

Я думал, что меня уже ничем не удивить? Наивный чукотский юноша. Да, мне довелось повидать некоторое дерьмо на своём веку. Удивляться каждой встречной-поперечной мелочи уже нет ни сил, ни желания. Можно даже сказать, что уже начал считать себя познавшим достаточно лютейшей дичи, чтобы перестать с изумлением реагировать на каждую непонятную непонятность. Тем не менее, практика показывала, что на каждую бляху найдётся своя муха. И, порой, не одна.

Вся эта лирическая графопись нужна исключительно для одного. Максимально литературным языком и без мата попытаться донести до читателя степень моего когнитивного диссонанса. Которая, между прочим, начинала принимать гротескные значения геометрической прогрессии.

Охрану от камеры, где содержали пленницу, уже убрали, согласно прямому распоряжению майора Осляби. Честь же вызволить оную из невольничьих чертогов Борисыч доверил мне, как носителю симбионта: всё равно, кроме него (и меня, соответственно), никто не сможет найти с гостьей, по умолчанию лишённой статуса военнопленной, общий язык. А так, хотя бы, Нергал может изъясняться с Иштар на одном наречии. Что, честно говоря, не может не радовать: перспектива диалога на уровне «моя твоя не понимать» не прельщала от слова совсем. Ну, правда. Нисколько.

Рука привычно (видимо, подключилась моторика из памяти Нергала) скользнула по панели управления замком тюремной камеры. Тяжёлая гермодверь с каменным лязгом отошла в сторону.

Машинально хотел окликнуть бывшую узницу, подколов какой-нибудь крылатой фразой, типа «Джин, выходи!» или «Леопольд, выходи, подлый трус!», но, как мне подсказал здравый смысл, вряд ли кто-то из Ток`Ра знаком с земным фольклором. Что Сабрина, что Иштар: обе не оценили бы шутку, да ещё и за дураков посчитали.

– Ваше освобождение было лишь вопросом времени, – я отошёл от дверного проёма, отворяя путь из узилища. – Моему военачальнику было внушено, что вы для нас неопасны. Вам дарована воля.

Всё-таки, тяжеловато даётся мне подгружаемый из памяти симбионта диалект. Сказывается отсутствие хоть какой бы то ни было практики: мой язык пытается не завязаться в плоский двойной морской узел, старательно произнося слова чужого для себя наречия. Я довольно сносно шпарю на нихоне, могу кое-как обматерить на латыни, а при наличии допросника кое-что умею на английском, но этот язык затыкает за пояс все известные мне группы языков. По-моему, фонетика германской группы и то более проста для начинающего.

Ещё в прошлый свой визит в камеру, при допросе задержанной, я снял с неё кандалы. Они были излишни с самого начала, и мне не виделось причин держать в них Сабрину. Пусть она и носитель симбионта: но даже если бы имела желание причинить урон станции или нашим людям, один человек против взвода охранения – не самый звёздный расклад. С цепями конвоиры явно перегнули палку.

Сабрина уверенным шагом вышла из узилища, будто бы знала, что этим рано или поздно всё закончится. В её манере держаться не заметно ни единой тени сомнения или настороженности. Она будто бы всецело доверялась происходящему с ней.

Или тому, кто это самое происходящее обеспечил. Нергалу, то бишь.

– Как тело носителя? – спросил я. – Увечья есть? Исцеление требуется?

Построение грамматических конструкций на чужих языках – не мой конёк. В словарном запасе Нергала, намешанном из десятка наречий и сотни диалектов, без ста грамм не разберёшься. Чтобы не тупить, как блондинка перед реактором, и не искать в памяти произношение слов «как ты себя чувствуешь», спросил первой же формулировкой, какая пришла на ум.

Видимо, поняв, что спрашиваю я, а не симбионт, ответила Сабрина:

– Премного благодарны за заботу и внимание, – носительница степенно поклонилась, держа сомкнутые руки перед собой. – Значительных поражений нет, Иштар позаботилась о многом.

«Где-то я уже видел такую позу», – мельком подумалось мне.

В какой-то из культур Земли я точно видел такой способ выражения ответа: применялся, в основном, в отношении ответчика к более высокопоставленному истцу. Но плывший от вымотанного перелёта мозг почти не соображал, а потому тогда так и не смог вспомнить, откуда пошла такая ассоциация.

Что ж. Раз с неотложным мы покончили, теперь надобно переходить к насущному. А именно, к хлебу. Война войной – а обед (точнее, ужин) по расписанию. Ведь, как я понял, пленницу никто не кормил, ограничившись только питьевой водой. Оно и правильно: никто не знал, сколько пребывала в недоедании носительница Ток`Ра. Резкий привал плотного хавчика может спровоцировать заворот кишок. И будь ты хоть трижды инопланетянином: даже союз с симбионтом не поможет.

– Как долго не было пищи? В состоянии принять её?

Это не тот случай, когда надо играть в армию спасения и насильно откармливать голодающих до поросячьей смерти. Сейчас необходимо утолить голод: не более. Наедаться на застольях можно будет и потом, благо, что поводов планируется предостаточно.

– Я не откажусь от пищи, что дарует мне владыка…

Сабрина отвесила очередной поклон.

«Едрить», – озадаченно подумалось мне. – «Это меня, что ли, владыкой обозвали, прости Господи?».

– Я не ваш повелитель, – напомнил я. – Им был Нергал.

Сабрина отключилась, а место её сознания заняла Иштар.

Симбионт коротко сверкнула глазами.

– Ты – носитель Нергала, – наставительно изрекла она. – Носитель нашего властелина. Мы повинуемся тебе, как же повинуемся и ему.

Так-с. Кажется, тут у нас очередные «этнокультурные особенности». А вникнуть во всё это я не успел, и теперь приходится постигать азы на ходу.

– Напоминаю, – уточнил я. – Ваш повелитель погиб. Нергал, предстоящий перед вами, не принадлежит этому миру. Он из параллельной реальности.

Ток`Ра в очередной раз дали понять, как мало мы разумеем в высоких материях этой вселенной. Иштар позволила себе лёгкую нотку снисходительности в отношении меня, как более мудрая к менее сведущему.

– Реальности не чтятся в отрыве от континуума, юный воин Таури. Одно существо из одной реальности есть то же существо из другой. Во всех мирах и пространствах владыка Нергал – наш повелитель, и так оно было, так есть и так будет.

Пока образовалась полусекундная пауза, в ходе которой я спешным порядком пытался сопоставить наше представление о параллельных вселенных и представленную точку зрения Иштар, мне удалось выцепить кое-что из своего сожителя.

«Нергал?».

«Они правы», – буркнул откуда-то из глубин нашего сознания симбионт. – «Ваши представления об этой главе мироздания несколько… заблудшие. Технически говоря, это та же Иштар, какую я возлюбил в своём мире… также, как и я – тот же Нергал, что властвовал в этом мире над ней».

«Тогда, выходит, что "Раптория", к примеру, это и есть я?».

«Вне всякого сомнения».

«А разные наборы хромосом?».

«К делу не относятся. С точки зрения континуума состояние физической оболочки для внутреннего разума не имеет значения».

Примерно плюс с минусом сошлись. Кажется, я начинаю понимать, как докатилось до такого, что меня, прости Господи, повелителем обзывают.

– Однако, – тяжело было удержаться, чтоб от удивления не прицокнуть языком. – Стало быть, разубедить в обратном у меня не выйдет?

Сабрина-Иштар улыбнулась.

– Попытка заведомо обречена пропасть втуне. Глупо отрицать, что вода мокрая, а лёд холодный.

«В обоих случаях можно до хрена оспорить», – подумалось мне. – «При определённых физических вводных и агрегатных состояниях тел».

Что ж. Раз уж мне тут изъявили чувства верноподданства, ломать комедию не стану. Что мне, лишний боец не нужен, что ли? Нам, извините, хат`так к Земле вести. А это ещё никак не меньше пяти-шести суток. Я, прошу пардон, спать хочу. А ещё Нергалу кел`но`рин нужен. Так что, лишний боец у штурвала корабля точно лишним не будет.

– Мне не составит труда удовлетворить твоё желание, – подытожил я. – Да будет так.

Сабрина опустилась передо мной на пол, преклонив колено и опустив взор в пол.

– Ожидаю приказов своего владыки.

Ох, едрить мои лейтенантские седины! Чую! Чую капец по мою душу, прознай об этом Дегтярёв! Борисыч-то человек простой, просто на смех подымет. Поржёт немного, окрестит каким-нибудь Тёмным Повелителем Дарт-Александером, и отпустит с миром на все четыре стороны, держась за пузо от гомерического хохота. А вот реакцию Дегтярёва на такую озвездочешуительную новость, как прибавление в полку посредством владычества над отдельно взятым Ток`Ра, даже представить трудно. Понятно уже сейчас, что она будет настолько нерядовой, что моё пескоструйное пропесочивание за беременность "Лилит" покажется нам всем осыпанием салютами. Правда, прямой наводкой и сразу в щи.

Надо будет ещё разобраться, к слову говоря, с манерами поведения Иштар-Сабрины. Ей же теперь нигде нельзя появляться среди наших без моего сопровождения: по-русски ни бельмеса, так ещё и очевидная инопланетянка. Кабы трудностей на местах не возникло.

– Следуй за мной, – вздохнул я. – ¬Война – война, но и о трапезе забывать негоже.

***

Вообще-то, в планах было перекусить в столовой, что люди Осляби развернули в чертогах местной трапезной, но этим планам не суждено было сбыться. Питаться пришлось уже на борту нашего хат`така, который к этому моменту уже на серьёзных щах и полных основаниях мог зваться флагманским.

Я, вёдший Сабрину по коридорам станции (чтоб случайно не пристрелили, как беглянку: сгоряча станется), едва успел подвести её к трапезной. Помещение последней уже виднелись в конце ходка, чьи гермодвери были гостеприимно распахнуты. Доносившиеся оттуда запахи и ароматы разогретых блюд манили со страшной силой, начисто отшибая всяческие желания заниматься чем бы то ни было, кроме еды. К слову, время клонилось к вечернему расходу дежурных сил по Земному времени, так что, можно сказать, мы заявились вовремя.

Тем обиднее был облом, навалившийся по наши души в лице майора Осляби.

Борисыч нарисовался перед дверями столовой так внезапно, что чуть не схлопотал от меня пламенный «привет» в виде энергетического залпа с перепугу: наруч-то я до сих пор снять не удосужился.

Но то, каким озабоченным выглядел офицер, сразу дало понять: дело пахнет даже не лигроином. Что-то намечается, и при том не самое приятное.

Майор сделал мне едва заметный жест и ускоренным шагом намылился прочь от столовой. В принципе, условными знаками мог бы и не размениваться: кроме нас троих в коридоре никого не было.

Но сам факт того, что военнослужащий применил столь нестандартный для обыденного диалога способ начать разговор, заставил напрячься не только меня, но и Сабрину: Ток`Ра за мной подобралась и явственно приготовилась к какой-то нехорошей нехорошести. Признаться, я не видел причин, почему бы мне не последовать её примеру.

Вместе с тем, мы последовали за Борисычем.

Майор не стал далеко убегать: лишь отошёл за пару поворотов и подождал нас.

Мне даже рта не дали раскрыть.

– За тобой особисты намылились, – коротко бросил Ослябя. – Тебе надо валить отсюда.

Совокуплять мои подсумки… началось в колхозе утро.

А я-то думал, что хоть на станции передохну. Надеялся отоспаться, кел`но`рин, все дела… ага, болт там военно-морской. Во-о-от такой вот, во всё широко разинутое хлебало.

– Откуда инфа? – поинтересовался я. – Ангел-Хранитель?

– Дегтярёв, – тихо произнёс майор. – Дал подпространственную ТЛГ на мой адрес. Он попытается задержать этих клоунов, насколько возможно, но у тебя есть час: не больше.

– У меня Юлька на борту, – напомнил офицеру. – Мне ещё с временной установкой разбираться, её отправлять в своё время.

– Это уже за тебя сделали, – отмахнулся Борисыч. – Установку разобрали на модули и погрузили на ваш хат`так. Сейчас твоя Юлька помогает её собрать и настроить… мозговитая у тебя девчонка, кстати. Далеко не дура.

– Полная дура, – хмыкнул я. – Раз додумалась с боем прорываться к установке и бежать в наше время.

Ослябя смерил меня таким строгим отцовским взглядом, что даже Нергалу стало не по себе.

– Можно подумать, на её месте ты не поступил бы так же.

М-да. Херню сморозил, если честно. Действительно, будь на руках у меня такой же расклад, что поимела Юлька, я б не только в прошлое отправился: вселенную в сингулярность бы свернул.

А Юлька прямо вся в мать пошла: такая же безбашенная и на голову отбитая, в хорошем смысле слова. Что одна, что другая: обе во времени уже путешествовали. Тоже мне, что ли, потренироваться на этом поприще? А то нехорошо получается: из нашей компашки я один такого опыта не имею.

Забить. Признать шуткой.

– Виноват, – выдавил я. – Ляпнул, не подумав.

– Оно и видно, – кивнул Борисыч. – Давай, забирай свою подружку.

Ослябя кивнул на Сабрину.

– Она мне на борту станции не нужна. Всё равно с ней никто язык найти не сможет. А толмача-переводчика с Земли ради этого вызывать влом. И валите отсюда, как можно быстрее. Все корабли, что сумели подготовить к перелёту, уже выводят на стартовые позиции. Вы их в параллель собираетесь включать, к синхронному полёту?

– Была такая мысль, – подтвердил я. – Правда, не у меня: у Юльки.

Ослябя горько усмехнулся.

– А говоришь – полная дура. До такого не каждый опытный пилот додумался бы. С технической реализацией как?

Я поступал пальцем по своему виску и указал на Сабрину.

– Нергал справится. В случае чего, ему поможет Иштар. Опытнее них пилотов для хат`таков у нас нет.

– Отдохнуть бы тебе, по-хорошему, – озабоченно произнёс Борисыч. – Ордер кораблей в гиперпространстве – это тебе не игрушечную машинку на верёвочке за собой тягать. Ошибёшься – и до Земли даже ваши обломки не долетят.

– У нас ещё пилоты есть, – напомнил я. – "Лилит", "Раптория", Косорукова заставим, на худой конец. В конце концов, теперь с нами Сабрина.

Майор пожал плечами.

– Ладно. Смотри сам. В любом случае, выбора у вас нет. Давай, валите отсюда. Я постараюсь имитировать неисправность звёздных врат. Но чем быстрее вы отсюда уберётесь, тем целее будет твоя задница. Да и, если честно, про твою новую подружку я ещё на Землю не сообщал.

Я пожал руку офицера.

– Спасибо, Борисыч. Прикрыл спину. Если до победы доживём оба – рассчитаемся.

– Замётано, – кивнул военный, отвечая на рукопожатие. – Давай, малой. Не подведи планету. У нас всех там семьи остались.

Вот этого мог и не говорить.

Почему-то, мне показалось, что сейчас прощаться не стоит: неправильно это. А потому вскинул руку в символическом воинском приветствии, и, не дожидаясь, покуда Ослябя ответит на него, махнул Сабрине: «За мной!».

На хат`так мы неслись так быстро, будто от этого зависят наши жизни.

Хотя, на самом деле, ничем серьёзнее, кроме свободы, я не рисковал.

***

На борт флагмана свежесформированного ордера мы влетели, как угарелые, напугав и дежурных по ангару станции гоа`улдов, и прикомандированных к нашему судну людей Косорукова.

К нашему счастью, они – техники. И пусть, по факту, Нергал, как самый опытный пилот на борту, правит балом, я не обязан отчитываться каждому встречному и поперечному, почему лечу, как в жопу ужаленный, и что за новый персонаж несётся за мной следом.

На мостике правила балом "Раптория": девушка оставалась старшей за меня, покуда я разруливал дела на станции, и исполняла обязанности старшего помощника. Не сказать, чтобы её кто-то назначал на эту должность: просто так сложилось.

Первой реакцией "Раптории" на наше появление было далеко не наигранное изумление: всё-таки, Сабрина – персонаж настолько свежий, что о нём знают всего лишь трое, и я с Нергалом – двое из них.

Вторая реакция – девушка подобралась, увидев, с каким выражением морды лица я вломился на мостик.

– Все люди на борту? – бросил я.

– Все на местах, – настороженно доложила напарница. – С корабля больше никто не уходил. А что?

– Особый Отдел. За нами эскорт. Ну, точнее, за мной.

"Раптория" враз поникла, как первоклашка после первой двойки.

– Это из-за нас, да? – жалобно спросила она.

– Без понятия.

Я подскочил к виртуальному штурвалу мостика, где в режиме наблюдения выводилась информация по подготовке судов к параллельному полёту. От того, насколько быстро эта процедура будет закончена, зависит, как шустро мы уберёмся от Тау Кита.

Всё выглядело не очень радужно. Кроме нашего, флагманского, нам нагрузили в довесок ещё шесть хат`таков. Казалось бы, не так много для корабля, чьё оборудование командного уровня позволяет держать под управлением целую эскадру одноклассников. Проблема в том, что никто из нас никогда таким не занимался, и даже Нергал всего лишь знает, как это можно провернуть. А у нас ещё, извините, на хвост особисты наседают. Терять время нам абсолютно не с руки.

– Свяжись с бортами, – указал на экран радара ближнего радиуса, где виднелись шесть отметок, и седьмая – станция рядом с нами. – Убедитесь, что на них не осталось людей. Ни наших, ни со станции. Как только корабли будут готовы, мы валим в гиперпространство.

"Раптория" нервно сглотнула.

– Тему погони Империи из «Звёздных войн» уже можно включать?

Видимо, я так посмотрел на соратницу, что той моментально сделалось дурно. Бывшая носительница Нергала опрометью бросилась прочь до центра связи, лишь подшипники сверкали.

Сабрина ни слова не понимала по-русски, но, видимо, моя интонация была достаточно красноречивой, чтобы носительница Ток`Ра поняла: никакими анекдотами на завалинке тут и не пахнет.

Как выяснилось, Иштар-Сабрина довольно сведуща в технологиях гоа`улдов. Не просто шарила, что называется, «потому что рядом стояла», а неплохо разбиралась, о чём мне подсказывала и открытая мне память Нергала, и личные наблюдения, совершённые над Ток`Ра.

Той хватило лишь нескольких секунд, чтобы, увидев творящийся на оперативном экране абзац, вынести заключение:

– Решение чревато, – с сомнением в голосе рекла Сабрина. – В моих силах свести риски к минимуму, если владыка дозволит мне ему помочь.

Мы с Нергалом ещё не включились в работу (хотя уже собирались), а потому номинальное управление телом всё ещё было в моих руках. Из нас двоих общую для обоих мысль озвучил я:

– Стоит задача обобщить системы связи кораблей в единую информационно-командную сеть. Необходимо синхронизировать работу систем навигации, связи, двигателей, генераторов гиперполя. Убедиться в стабильности работы систем энергоснабжения и защитных силовых полей. Ты справишься с этим?

Ток`Ра уверенно кивнула.

– Подобные процедуры просты, если знать, как и что делать. Мне нужны мощности головного терминала пел`така.

Ну, раз так уверена в своих силах – то пожалуйста. Мы не против. Времени в обрез, а у меня есть и параллельные дела.

Я отступился от пульта головного устройства и гостеприимно указал Сабрине на аппаратуру. Та отключилась сразу же, уступив место Иштар.

В дела Ток`Ра я больше не вмешивался, лишь следя за ними краем глаза. Сам отошёл в сторону и взялся за висевшую в подсумке радиостанцию.

– "Лилит", это я. Чем занимаешься?

Р/с отозвалась голосом напарницы привычно быстро: девушка никогда не тянула кота за причинные места в вопросах оперативной связи.

– Во втором ангаре. С Юлей помогаем монтировать эту сатанинскую машинерию.

– Помощь нужна?

– Обойдёмся. Тут два отделения первоклассных технарей. Управимся своими силами.

– Долго ещё?

– Думаю, где-то полчаса-час. Основные модули подключили, осталась настройка. Мне с переводом бы помощь не помешала.

– Сейчас "Рапторию" к тебе пришлю.

– Будем признательны.

Ввиду того, что радиостанции всех членов отряда настроены на одну длину волны, по идее, "Раптория" должна была всё слышать. Однако, я послал её в центр связи, а потому девушка вполне могла быть занята другими делами, и не услышать передачи. Поэтому переключил радейку на второй, «личный» канал, и вызвал её персонально.

– "Раптория". Всё слышала?

Р/с и тут не заставила себя долго ждать.

– Слышала, – судя по голосу и тяжёлому дыханию девушки, та отозвалась на бегу. – Сейчас закончу с первым приказом, и бегом в ангар.

– Будь ласка.

И вернул станцию на общий канал связи.

Одной проблемой меньше.

Что у нас там по пунктам?

"Раптория" сказала, что с корабля больше никто не уходил. Значит, все наши на борту. Никого не забудем на станции.

По идее, со станции к нам тоже никого не направляли: значит, никого не захватим по ошибке. Но уточнить стоит.

Подошёл к пульту связи и вызвал мостик станции гоа`улдов.

– Это флагманский хат`так. Майор Ослябя рядом?

Офицер отозвался ещё быстрее, чем "Лилит" и "Раптория" вместе взятые.

– Ты почему ещё тут? С ручника забыл сняться?

– На нашем борту никого из ваших нет? – разумно проигнорировать подстёбку Борисыча. Не то время и не то место.

– Я никого к вам не посылал, – бросил он. – Кто сам запёрся – тот сам дурак.

– Понял, отчаливаем.

Если мне правильно подсказывает память Нергала, то позади места оператора головного устройства (оно же, по совместительству, виртуальный штурвал) должен располагаться вспомогательный пульт управления. Ведь, как бы развита ни была технология, но только у Древних получилось свести управление всем кораблём такого размера к одному пилоту. У гоа`улдов требовался численный экипаж.

Я отошёл на несколько шагов за спину шаманящей над головным устройством Иштар, присел на корты и возложил руку с наручем на едва заметные две плитки размером метр на метр. Стык между ними настолько мал, что в зазор едва ли удалось просунуть лист бумаги.

Сенсоры почувствовали командный сигнал от наруча гоа`улдов. Плитки с холодным щелчком резко провалились на пару сантиметров в низ и стремительно разъехались в противоположные от себя стороны. Из ниши в полу за пару секунд вымахал запасной дублирующий терминал, предназначенный для распределения нагрузки на пилота хат`така путём снятия с последнего второстепенных для полёта или боя функций. Полным функционалом головного устройства он не обладал, но мне того и не надо было: всего лишь на всего доступ к общекорабельным системам.

Перед запасным терминалом вспыхнул голографический экран: визуально сходный с основным, но в размере поменьше. Что терминалы, что их экраны, оба отличались от своих ведущих копий габаритами: в полтора-два раза, приблизительно.

Сразу заходим в подсистему живучести и закрываем шлюз. Хат`так, пристыкованный к порту, разорвал объёмы переходных узлов. Теперь атмосферы станции и хат`така сами по себе, друг с другом больше не сообщаются.

Проверка герметичности причального створа. Для этого необходимо какое-то время: датчики сравнивают давление воздуха в пределах определённого времени и на основе разницы показаний делают вывод о стабильности атмосферного давления.

Пока идёт проверка, запуск предстартовой проверки.

Двигатели мы отключали на момент стыковки со станцией: зачем они, если эта дура и так летает по орбите планеты со скоростью, большей, чем у МКС? Значит, проверка отклика, прогрев маршевых, маневровых, разгонных и генератора гиперполя: всё одновременно, ибо цейтнот.

Несмотря на производительность бортовых компьютеров гоа`улдов и безотказность операционных систем, слизанных с программного обеспечения Древних, процедура ни разу не секундная. Тоже потребуется какое-то время. Пусть проверяются и прогреваются.

Реактор мы приглушили, когда стыковались. На кой ляд гонять холостые сотни ТерраВатт, когда из нагрузки – только потребители в виде жизнеобеспечения и общекорабельных систем? Двигатели, щиты, оружия, навигация, связь и тонна прорв других подсистем отключены или переведены в спящий режим. Нам, конечно, чужого не жалко (корабль вряд ли переживёт бой у Земли), но борт ещё до нашего дома должен долететь. Желательно, своим ходом.

Вывод на режим реактора. "Лилит" его раскочегарила, а потому особое внимание на системы безопасности. Если чуть что где какой пробой – гасим этого наквадахового ублюдка на хрен, и бегом с корабля на станцию. Хотя, не уверен, что поможет…

Разгон реактора силами встроенных средств операционной системы гоа`улдов – то ещё себе удовольствие, если честно. Помимо наблюдения за сотней параметров, начиная от температуры сердечника и заканчивая плотностью топливной смеси, необходим постоянный и неусыпный контроль над ещё одной сотней переменных у систем безопасности реактора. Конечно, о защите от дурака не забыли: если что-то пойдёт не так, система просто не даст накосячить, или предупредит громким надрывистым матом. Но нештатные ситуации на то и нештатные, что по штату их быть не должно. Предусмотреть всё на свете не могут ни одни инженеры ни одной расы. Даже у Древних, насколько я знаю, не всё всегда шло гладко.

И, да. Забыл напомнить. Всё это дело было завязано на иероглифической белиберде, периодически перемежаемой с клинописью. Хоть переводом значений надписей на экране и занимался Нергал, почти половину из того, что он делал и мысленно проговаривал про себя я так и не понял.

Но в этот раз большой барабум не намечался. Реактор вышел на разогнанные "Лилит" значения за несколько минут, начав перемалывать топливо со скоростью пароходной топки.

К этому времени дала заключение система диагностики: давление в шлюзах стабильное, утечек атмосферы нет, причин для паники не намечается.

Двигатели прогрелись: можно отваливать на хрен от станции и стартовать.

Всё упиралось в сопряжение выданных нам для перегона на Землю бортов. Завязать семь судов к параллельному перелёту в гиперпространстве – это вам не семечки почистить. Иштар необходимо больше времени.

Хотя, я даже со своего места вижу, что прогресс идёт. Она закончила с системой связи, настроив двухканальный обмен данными между всеми кораблями ордера. Если я правильно понимаю то, что вижу на её оперативном экране, каждый борт обменивается с шестью другими навигационными данными и корректирует своё местоположение, не допуская столкновений. По крайней мере, они держатся на почтительном удалении друг от друга и врезаться в соседей не собираются.

Жизнеобеспечение, двигатели, реакторы… Щиты.

Подпрограмма щита. Запуск прогрева генераторов щита. Синхронизация излучателей. Носовые, кормовые, бортовые, зенитные и надирные. Всё функционирует штатно или почти штатно. Есть просадки по частоте, но они в пределах нормы: всё-таки, генераторы холодные. Сейчас прогреются, разродятся, и зафурычат в полную силу. Во всяком случае, на перелёт до Земли должно хватить.

Связь и астронавигация на плечах Иштар. Мог бы и Нергал этим заняться, но мы с ним решили, что лезть двоим в одну систему незачем. Ещё накосячим, чего доброго. Раз уж Сабрина вызвалась заняться сопряжением – то и флаг ей в руки. Тем паче, что работа у неё спорится, и она уже начала писать полётное задание для бортовых компьютеров ведомых хат`таков.

В подсумке ожила р/с.

– Это "Раптория"! – доложила девушка. – Проверила, в том числе сканерами: на бортах никого. Во всяком случае, никого живого…

Если кто-то до сих пор сомневался, что она – моя ксерокопия, то в этот миг все сомнения развеялись по ветру. Она даже шутит так же, как я.

– Изумительно, – отозвался в ответ. – Бегом в ангар, помогай с настройкой.

– Бегу!

Хотя, уже этот приказ не является столь уж срочным. Как только мы отвалим от станции и уйдём в гипер, можно будет не спешить. От Тау Кита до Земли на разогнанных "Лилит" реакторе и двигателях лететь дней пять-семь, не меньше.

К слову, коль раз уж Иштар настроила связь и занята программой полётного задания, то мы можем ускорить процесс и вывести на режим реакторы хат`таков. Какая-никакая, а экономия времени.

Через систему связи заходим в командные терминалы ведомых кораблей и начинаем вручную разгонять их источники энергии. Конечно, жаль, что нет такой волшебной кнопочки, пусть даже виртуальной, когда «ВКЛ» – и готово. Но ничего. Мы не сахарные, не растаем. Можем и ручками пошаманить.

В конце концов, «Шаман» я, или где?!


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Воскресенье, 19 Января 2020, 17:22 | Сообщение # 639
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Отличное продолжение, надеюсь Особый отдел их не догонит.


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Понедельник, 20 Января 2020, 06:24 | Сообщение # 640
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
надеюсь Особый отдел их не догонит

шаман, ну, хз, хз. Я ещё не решил). Им так или иначе на Землю надо 1tooth


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Четверг, 23 Января 2020, 09:04 | Сообщение # 641
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
шаман, ну, хз, хз. Я ещё не решил). Им так или иначе на Землю надо

Вдруг они разминутся, как в море корабли)))))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Четверг, 23 Января 2020, 18:31 | Сообщение # 642
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Вдруг они разминутся, как в море корабли)))))

Не. Будет гораздо лучше и веселее, на мой взгляд).

9 августа 2011 года
Галактика Млечный Путь, рукав Стрельца.
Система Тау Кита.
Орбитальная станция гоа`улдов.
19:00
POV майор Ослябя А.Б.


Ещё не успел распасться след от воронки гиперпространственного перехода, как наборное кольцо звёздных врат на станции пришло в движение.

В расписании прибытия никаких входящих гипертоннелей не значилось, но майор Ослябя уже знал, что за персонаж ожидается к появлению.

Точнее будет сказать, он знал, к чему готовиться.

Едва только зазвучали первые ноты настроенного на автоматический запуск сигнала тревоги, а офицер в сопровождении взвода автоматчиков уже направлялся к залу прибытия.

В очередной раз профессиональная паранойя, рука об руку шедшая с разумной осторожностью, дала свои плоды: хорошо знавшие друг друга Дегтярёв и Ослябя получили свои плюсы от собственной идеи с аварийным каналом связи. Если бы не гвардии полковник, предупредивший о скором визите на Тау Кита представителя военной прокуратуры, всё могло бы закончиться куда плачевнее.

Однако в этот раз у майора был план. Опасный, но реалистичный. По головке за это точно не погладят (по крайней мере, если и да – то утюгом против шерсти), но, как минимум, под суд не отдадут. Во всяком случае, военнослужащий на это надеялся. Встретить день победы где-нибудь в подземельях Капустина Яра или на гауптвахте «Города» ему не улыбалось от слова «никак».

Взвод охранения бегом занял свои позиции согласно боевому расписанию. Несколькими мгновениями позже к ним присоединился и не особо спешивший майор. Ему бежать было незачем: он и так контролировал положение дел.

Даже кобуру с пистолетом не расстегнул, а автомат оставил в своём кабинете. Сейчас ему хватало и того, что с ним полнокровное подразделение в полной выкладке.

Наконец, входящий гипертоннель сформировался. Из проекции врат вылетел ставший уже привычный для всей вихрь событий, тотчас же сгладившийся до горизонта.

– Опустить оружие! – приказал Ослябя.

Теперь вступал в дело его план.

Бойцы подчинились донельзя нелогичному приказу. Кто-то из наиболее сообразительных уже догадался, что сейчас пойдёт чья-то многоходовочка, а остальные не стали спорить. На службу в космос на инопланетную станцию тупых и дуболомов не берут: если поступил приказ, то он, как минимум, на чём-то зиждется, и его необходимо исполнить. По возможности максимально в точности.

Несколько секунд спокойствия (надрывающийся «ревун» сигнализации где-то под сводами зала прибытия не в счёт), и из горизонта событий нарисовался тот, чьё присутствие на станции было желанно в наименьшей степени. Майор Ослябя лично возжелал бы присутствия кого-нибудь из предводителей рейфов, нежели этого гостя.

На последнем красовалась форма капитана юстиции, однако её носитель явно в этом звании задержался. Ему, как минимум, пора уже внеочередное присваивать.

Уставший, но фонтанирующий едва скрываемым желанием причинить кому-нибудь недоброе, гость окинул взглядом встречавших его, и тут же вычислил старшего. Майор был одет легче своих подчинённых, без «тяжёлого» снаряжения, и выглядел многим старше.

Капитан уверенным шагом, будто зашёл к себе домой (издержки должности, надо полагать) двинулся к нему.

– Я капитан юстиции… – начал было он, но даже не успел назваться.

– СТОЯТЬ!!! – гаркнул Ослябя.

Да так громко, что одновременно заткнулся ревун сигнализации и захлопнулся гипертоннель звёздных врат, а гость от неожиданности запнулся и замер, как вкопанный.

На самом деле, майор сыграл на время. Едва заметив, что тоннель, сыграв свою роль, начинает терять стабильность и закрываться, он, как мог громко приказал незваному гостю оставаться на своём месте. Театральный эффект не сказать, что ошеломительный, но от внезапности незваный капитан подавился матом.

При этом внешне Ослябя оставался абсолютно спокойным. Можно было даже сказать, невозмутимым, будто бы не приказ отдавал, а спрашивал «Который час?».

Капитан Калинин (а это был именно он), которого несколько часов мурыжили пустым ожиданием, уже к этому моменту находился на грани равновесия. Только профессиональная выдержка и опыт позволили ему сохранить некое подобие лица, не сорвавшись руганью на майора (ему-то, в отличие от визави, за это вряд ли что-то будет).

Ослябя окинул прибывшего наигранно ленивым (но, не переигрывая) взглядом и спокойным голосом поинтересовался:

– Кто такой? Воинское звание и цель прибытия.

Как боевой офицер, находящийся, практически, на передовой, ему было качественно плевать на служебную субординацию, тем более в отношении с младшими по званию. Какую бы должность не занимал капитан юстиции, он – всего лишь на всего капитан. И если на Земле он мог подключить свои ведомственные связи, чтобы быть на равных хотя бы с полковниками, то тут, за пределами Солнечной системы, этот юстициар целиком и полностью находится на нижних ступенях, без возможности чирикнуть не по делу.

Гость нехорошо сощурился на майоре.

– Я капитан юстиции Калинин. К несчастью для вас, майор, военная прокуратура. Вы что себе позволяете, тем более, при подчинённых?!

Тут Калинин прав как никогда и как никто. Устав прямо запрещает выяснять отношения офицерам при подчинённых, во избежание ущерба своей репутации.

Проблема для Калинина заключалась в том, что Устав Ослябе сегодня по боку. Вместо него майор руководствовался своим планом. И, если бы немолодой капитан об этом знал, то был бы более осторожен в своих шагах.

Майор и тут остался невозмутим.

– В моём расписании нет прибытий на это время, – коротко проинформировал он Калинина. – Откуда прибыл?

Как самый старший по должности на этой станции, Борисыч включил вахтёра. Оно и понятно: подотчётный объект, как-никак. Согласно процедуре переброски личного состава и материально-технических ценностей, в том числе вооружения и военной техники, о любом перемещении сообщается заблаговременно с документальным уведомлением. В отсутствие последнего любые движения с применением врат считаются несанкционированными.

Точнее, могут считаться.

Вот только гость об этом явно не знал.

А его, к слову, вопрос майора ввёл в ступор. «Откуда прибыл?». Как будто есть многие множества мест, откуда капитан мог заявиться на Тау Кита.

Естественно, ведь военная прокуратура между звёзд не скачет: Калинин даже Землю ни разу до этого не покидал.

– С Земли, – удивлённо сообщил он. – Откуда ещё я мог прийти?

– Документы к осмотру, – преспокойно запросил Ослябя.

Вообще-то, стандартная процедура безопасности для любого военного объекта, где встречен незнакомый человек, даже носящий военную форму.

Вот только Калинина эта процедура ни разу не устроила. Ему хватило и того, что ему несколько дней выписывали пропуск в «Город», и каждый встречный-поперечный требовал у него документы, даже сержанты-дневальные. Что, в общем-то, логично, ибо военное положение и тревогу никто не понижал, а офицер юстиции – морда лица абсолютно никому не знакомая. На фоне нападений на «Город» и творящегося в округе хаоса меры безопасности полностью объяснимы.

– Вы что себе позволяете?! – начал закипать он. – Какие ещё документы к осмотру?!

– Личные, – любезно пояснил майор. – Удостоверяющие личность. Ты кто ещё за конь в пальто?

Подобный тон хозяина положения выводил Калинина из себя.

– Что за цирк вы тут устраиваете?! – зло прохрипел он. – Чините препятствие следствию?!

– Тебя сюда никто не звал, – уже более резким тоном осадил его Ослябя. – Ты кто ещё за птиц? Документы к осмотру!

Почему-то, гость решил, что если с полковником Дегтярёвым он общался почти на равных, то майор Ослябя ему будет по зубам.

– Рекомендую не зарываться, майор, – сквозь зубы процедил он. – Пока ты ещё носишь погоны и не сидишь на нарах.

– ВЗВОД, К ОРУЖИЮ!!! – рявкнул Борисыч.

Любезничать майор не собирался. И тратить время на пустую болтовню – тоже. В любой другой ситуации офицер с удовольствием потрепался бы запанибрата, и, возможно, даже коньячку с колбаской навернул, но не сегодня и не сейчас. Точить лясы с, фактически, нарушителем настроения не имелось.

Строго говоря, все карты на руках у Осляби. Прибыл неизвестный персонаж, не значащийся ни в одной вводной, на секретный объект. Отказался представить удостоверяющие личность документы. В таких случаях полагается задержать нарушителя режима до выяснения личности, и препроводить в изолятор временного содержания, а при оказании сопротивления задержанию – принять меры к уничтожению. Что с превеликим удовольствием собирался сделать Ослябя.

С ещё большим удовольствием приказ последнего исполнили бойцы взвода охранения. Угроза оружием офицеру? Ни хрена. Исполнение требований режима безопасности при нарушении периметра неустановленным лицом без подтверждения личности. Тут не грех и сразу мордой в пол положить, пустив пулю в затылок, и путь погоны нарушителя будут хоть офицерские, хоть генеральские, хоть маршальские.

В ключе такого поворота капитан Калинин ненатурально побелел. Чтобы у кого-то хватило стали в яйцах не только оказывать сопротивление представителю военной прокуратуры, но ещё и на мушку брать? Такого в карьере юстициара ещё не было.

– Ты хоть понимаешь, что натворил, дебил? – просевшим голосом спросил он майора. – Тебя ж теперь расстреляют, придурок!

Пустую (в прямом смысле слова) угрозу Ослябя пропустил мимо себя.

– Бойченко! Ермолов! Рогатин! Под стражу это привидение, и в камеру его!

– Расстрельную? – шутя, уточнил Бойченко.

– В пыточную! – уточнил майор. – До выяснения личности.

Калинин даже не пытался сопротивляться. Когда ты один, а вокруг три десятка вооружённых автоматчиков, держащих тебя на мушке, ни одно звание и должность не спасёт.

А Борисыч, провожая взглядом уводимого в камеру незадачливого визитёра, подумал: «Минимум 48 часов у нас есть. Вообще-то, парню столько не надо: он уже давно свинтил отсюда. Но душу отвести я хочу. Ну, а где 48 часов, там и 72… пойду, Саню обрадую. Вот он поржёт от души…».

***
Где-то в гиперпространстве
Перегон между Тау Кита и Землёй
Мостик хат`така
POV «Шаман»/Нергал


Удалось выдохнуть только в тот миг, когда за последним из наших кораблей сомкнулась воронка гиперпространственного перехода, заперев за нами тоннель.

Хоть я прекрасно понимал, что нам достаточно просто оказаться на нашем корабле и закрыть шлюзы, чтоб до нас уже не сумели добраться никакие особисты, но подсознательно хотелось свинтить как можно дальше и как можно быстрее. С этим помогла Иштар/Сабрина, за что обеим нелитературное «Спасибо!», крепко, в дёсны и взасос.

Семь бортов.

Семь кораблей класса хат`так завязаны к параллельному полёту и ныне следуют нашим курсом, держа почтительную дистанцию под управлением своих бортовых компьютеров. Даже Нергал воздал должно гоа`улдам за то, что те сподобились внедрить в свои операционные системы такой функционал. Безусловно, с ведомым кораблём на автопилоте не повоюешь: ведомого сразу можно списывать в утиль. А вот перегоны на мало-мальские значительные расстояния полностью раскрывают «потанцевал» данной технологии.

От конкретного недосыпа я начал клевать носом почти сразу же, как только мы вошли в гиперпространство. Да и нехватка времени не позволяла мне должным образом исполнить кел`но`рин, отчего уже Нергал пребывал в состоянии «ни рыба, ни мясо». Если так пойдёт и дальше, то уже к концу перелёта от нас будет толку, как от козла молока. Надо бы всхрапнуть.

Позади всех постов и терминалов, у дальней переборки мостика стояло водружённое на пьедестал предыдущими хозяевами судна место, описать которое терминами привычных мне языков можно как «трон», «престол», или, на худой конец, «кресло». С той лишь только оговоркой, что «кресло» было выполнено в стилистике интерьера хат`така, и мало чем выделялось из него.

Но нам-то с Нергалом какая разница? Нам золотой звезды колпак и не нужен. Достаточно и того, что есть, где приземлиться. Этим мы и не преминули воспользоваться.

Отойдя от вспомогательного терминала, с которого контролировал общекорабельные системы, я рухнул в жёсткое, твёрдое (кажется, даже металлическое) кресло, и с чувством выговорился на дикой помеси русского, японского, латыни и гоа`улдского. Выговорился с чувством, эмоционально, нелитературно и очень информативно.

Что не осталось незамеченным Сабриной.

Хоть отвлекаться от управления судном (а тем паче – семью единовременно) в гиперпространстве настоятельно не рекомендуется во избежание преждевременного светопреставления самого себя и ближайших окружающих, носительница Ток`Ра обратилась ко мне, не отрывая взора от оперативного экрана:

– Ты юн, как носитель. Но я слышу в твоих речах следы многих диалектов. Как велики твои познания в иных наречиях?

Заметил, что Сабрина питает меньше пиетета ко мне и Нергалу, нежели Иштар. Если первая, на самый первый взгляд, относится к нам с явным почтением, то вторая едва ли не боготворит моего симбионта. Видимо, поэтому со мной общается, в основном, Сабрина, а с Нергалом – Иштар.

– Признать незначительным, – отозвался я сквозь накатывающую полудрёму. – Мне известны многие диалекты, но лишь единицы доступны в объёме регулярного общения. Во многих языках мои знания поверхностны. Ваш же язык доступен мне от памяти симбионта. Сам я на нём не говорил до момента слияния.

Не сказать, чтобы я испытывал от этого факта какие-то ущемления или неудобства. С другими языками по жизни я не сталкивался от слова «почти никак»: разумеется, до этого самого лета. А вот тут уже понеслась душа в Рай… кабы мне к концу войны полиглотом не заделаться. Вот была бы забавность.

– Нергал великомудр, – согласилась Сабрина. – Он ведает многие тьмы наречий, и в любой части Галактики найдётся ему достойный собеседник.

«Опять едрить-совокуплять», – буркнул во мне «великомудр Нергал», переняв из русского языка какую-то дикую помесь конструктов. – «Достойный собеседник? Где его взять? Для меня самым достойным собеседником была Иштар…».

– Как ты стал носителем? – спросила Ток`Ра. – Наши симбионты не попадаются на каждой планете. Тем паче, их нет на Таури.

– Забрал симбионта у соратницы, – буркнул я, намереваясь провалиться в сон. – Она пришла с Нергалом из параллельного мира, где Земля не выстояла против врага.

– Они не ужились? – предположила девушка.

– Не совсем. По словам Нергала, он не мог дольше оставаться в теле соратницы: связано с биохимией наших тел при вступлении в репродуктивный возраст. Прожди он ещё немного – и их стало б невозможно разлучить без вреда для здоровья носительницы. Особи мужского пола нашего вида, в большинстве своём, лишены этой особенности. Засим, мы с Нергалом даровали соратнице шанс прожить ту жизнь, о которой она мечтала.

Вдаваться в подробности и детали не стал. Достаточно того, что обрисовал картину вкратце, сугубо по основным моментам.

Даже с моего места полуприкрытым глазом было видно, как поёжилась Сабрина.

– Слияние редко проходит безболезненно без проведения надлежащего ритуала. Надеюсь, вы всё сделали правильно.

– Мы находились на передовой линии, в соприкосновении с противником, – выдохнул я. – У нас не было времени на ритуалы.

Ток`Ра настолько ошалела, что мигом забыла об управлении и с широко распахнутыми глазами резко обернулась на нас. В них читалось неподдельное изумление пополам с непониманием.

– Это же…

Нергал, в отличие от меня, соображал куда более светло.

– Приборы! – зарычал он, резко подключившись к управлению телом и сверкнув глазами. – Ты не глайдер ведёшь, а семь хат`таков!

Сабрина с непостижимой прытью вернулась к задачам рулевого и сделала вид, что так всё и было.

Нергал в сердцах, но с отчётливо слышимыми нотками заботы выругался в адрес девушки.

«Хоть под ментальный контроль бери», – буркнул он беззлобно. – «Никогда не может запомнить: встала за штурвал – забудь, как тебя зовут. Не должно волновать ничто, кроме корабля».

Но реакция Ток`Ра была более чем понятной. В самом деле, воспоминания о слиянии, мягко говоря, не слишком приятны: ощущения далеки от пика наслаждения. Знал бы, во что это выльется, дважды подумал бы, стоит ли подписываться. И хотя "Лилит" предупреждала меня, прошлого уже не воротишь.

Жалею ли, что ввязался в это? Абсолютно нет. Как уже сказал Нергал, только его стараниями я до сих пор жив (и это сущая правда).

– Нергал вырубил меня, как только вселился, – не намереваясь более продолжать разговор на эту тему, рёк я. – Смертельно больно было лишь в первый миг. После я провалился в пустоту.

М-да. Всё-таки, чрезвычайно эмоциональна Сабрина. Для меня, пользующегося памятью Нергала, это не стало неожиданностью. Но вызвало определённое недопонимание, когда Ток`Ра скосилась на меня от головного устройства мостика, послав в мою сторону преисполненный чистосердечного сострадания взгляд.

До которого мне, если честно, было до лампочки. Я уже отключался настолько, что готов был послать всё к дьяволу и улечься спать прямо на мостике, чего, понятное дело, делать не дозволялось категорически. И хоть командиром корабля меня никто не назначал, номинальное командование оказалось сосредоточено в руках Нергала (извините за каламбур: у симбионтов рук нет). А куда он – туда и я. Соответственно, в каждой бочке затычка.

За сон на посту боевого корабля в условиях морского похода в лучшем случае зарядят «лося» с «вертушки» «в душу», возможно, даже не раз. В худшем случае выкинут за борт, и скажут, что так оно и было (что вряд ли). Но если военнослужащий, ответственный, скажем, за плановый обход корабля и контролирующий его системы живучести вместо очередного обхода завалится в тряпки спать, его дальнейшей судьбе я бы не завидовал.

К счастью для меня, меня спасло провидение.

Я ещё не спал, упорно борясь со сном, но уже не услышал, как ко мне подошли, и не сразу почувствовал чью-то руку на плече.

Моим спасением оказалась "Лилит": бесшумно материализовавшаяся на мостике, казалось, из ниоткуда.

– Ну? – тепло справилась она. – Жив ещё, всенощно бдящий?

– Не дождёшься, – буркнул я, пытаясь прогнать сон.

Получалось, прямо скажем, не очень.

– Это хорошо… Здравствуй, Сабрина. И ты, Иштар.

Я открыл один глаз, мгновенно прозревший ото сна.

Строго говоря, если, конечно, не ошибаюсь (а ошибаться мне нет причин), то чина представления я ещё не производил. Соответственно, единственная, кто видела Сабрину на борту более или менее внятно – "Раптория", но даже ей не говорил имя девушки, и уж тем паче не сообщал о её принадлежности к Ток`Ра. Соответственно, даже о наличии у неё симбионта никто не должен знать, не говоря уж о его имени.

И второй глаз открылся оттого, что "Лилит" обратилась к Ток`Ра на языке гоа`улдов. Мне, безусловно, известно, что любимая шарит в их наречии, но почему она сходу выбрала именно его?

Ток`Ра на миг отвлеклась от управления и отвесила степенный поклон, после чего вернулась к задачам рулевого. Как будто для неё в порядке вещей, что её приветствует абсолютно незнакомый человек, да ещё и по имени, имени же которого она сама не ведает.

Но тут же пришло понимание творящегося абзаца. Если "Лилит" уже проходила эти круги Ада Древние пойми сколько раз, то она наверняка имела возможность пересекаться с Ток`Ра в прошлых временных петлях. Значит, может знать Сабрину и Иштар. Потому и не удивилась ей.

Понятное дело, что в этой реальности Сабрина не могла встречаться с "Лилит", а потому и знать её не имеет возможности.

Её имя "Лилит", – внезапно чистым, кристальным и твёрдым голосом, без сонливости, представил я. – Моя соратница, боевая напарница и… возлюбленная.

Мой взгляд перекочевал на девушку.

– С Сабриной, как понимаю, ты знакома. Другие временные петли?

"Лилит" кивнула моей догадке.

Судя по тому, что реакция напарницы далека от враждебной, угрозы от Ток`Ра ждать не стоит. Иначе бы она уже попыталась пристрелить Сабрину, или, хотя бы, указала мне на источник вреда.

– Как продвигается с установкой? – спросил я, имея ввиду трофейную машинерию.

"Лилит" пожала плечами.

– Парни из инженерного занимаются ею. Говорят, сборку скоро закончат. Брешут, конечно. Им дай Бог к утру разобраться с устройством. Поэтому, пока попросила "Рапторию" заняться переводом «инструкции»… ну, той иероглифической дури, что конструкторы догадались разместить на кожухах приборов.

Напарница достала из подсумка КПК и посмотрела на экран устройства.

– Зашибись, – с чувством припечатала она. – Ты хоть знаешь, сколько времени?

– Время одно, – буркнул я первое, что пришло на ум.

Девушка отвесила мне символический подзатыльник, хотя по ощущениям было больше похоже на ласковое поглаживание.

– Уже десятый час вечера по Москве, бессонный часовой ты мой. Тебе напомнить, сколько ты уже без нормального отдыха?

Я задумался.

Честно задумался.

И не менее честно попытался вспомнить, когда спал в последний раз хотя бы семь-восемь часов подряд.

– Дня три-четыре?

Любимая смерила меня одновременно ласковым и препарирующим взглядом.

– Неделю, – тоном, будто отчитывала злостного забулдыгу и непросыхающего пьяницу, произнесла она. – У тебя уже восьмые сутки сон урывками по несколько часов. И как ты столько времени без кел`но`рина нормально обходишься?

Я флегматично пожал плечами.

– Первый раз в армии, что ли? Хат`так вести с Эпсилона Эридана как-то надо было.

– Надо, – согласилась "Лилит". – И раз уж у нас теперь есть высококвалифицированный пилот, у нас прибавилось людей в штатном расписании. Поэтому, коль скоро она встала за штурвал, давай. Поднимай свою задницу со столь идущего тебе к лицу трона и вали жрать. Чтоб через час я пришла в наш отсек, и ты посапывал в две дырочки.

Даже уставший, я понимал, как права девушка. Она, я, "Раптория", Косоруков как крайний случай, а теперь ещё и Сабрина-Иштар. С такой командой провести корабль до Земли не так уж трудно, если меняться периодически. Так что, коль раз уж я носитель симбионта, то мне следует воспользоваться выкроенной паузой и исполнить кел`но`рин: Нергалу всё труднее поддерживать во мне силы без соответствующего ритуала. А потом и мне можно встать к штурвалу со светлым умом и в твёрдой памяти. В текущем состоянии я реверс от парсека не отличу.

С другой стороны, мы не корабль ведём в гипере, а целый ордер. Семь хат`таков, запараллеленные к полёту под управлением командного, головного корабля-лидера – это тебе не пирожеку вточить.

Ладно. Хрен с этим. Права "Лилит", как есть права. Теперь что, до конца войны вообще не спать? И не есть, пользуясь случаем.

Я вздохнул и поднялся с трона.

– Уговорила, валькирия ты моя ненаглядная. Пойду, приведу себя в порядок, пожру и завалюсь. Сначала кел`но`рин, потом спать.

– Давай, – кивнула напарница. – Я предупрежу Косорукова и вкратце обрисую ему ситуацию.

Отлично. Одной проблемой меньше.

Сабрина, – я позвал Ток`Ра. – Мне и Нергалу необходимо исполнить кел`но`рин. В наше отсутствие остаёшься на пел`таке и ведёшь ордер. Когда придёт время отдыха – тебя сменят.

Носительница Иштар на несколько секунд отвлеклась от созерцания приборной панели и, сложив перед собой руки, степенно отрядила поклон.

Повинуюсь своему владыке, – ответила она.

Тьфу ты, прости Господи. Ещё и владыкой обзывают…

Того же мнения придерживалась и "Лилит": по губам девушки пробежала вовремя сдержанная ухмылка.

– Иди, – прошептала мне напарница. – Я останусь тут ненадолго, и обрисую картину Косорукову и "Раптории".

Как добрался до отсека – не знаю. Как забурился в помещение – не помню. Последнее более или менее чёткое воспоминание за тот день – это стремительно приближающийся сонный одр и потеря сознания от удара об угол подушки.
Сообщение отредактировал Комкор - Суббота, 25 Января 2020, 17:35


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 25 Января 2020, 09:28 | Сообщение # 643
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
А Борисыч, провожая взглядом уводимого в камеру незадачливого визитёра, подумал: «Минимум 48 часов у нас есть. Вообще-то, парню столько не надо: он уже давно свинтил отсюда. Но душу отвести я хочу. Ну, а где 48 часов, там и 72… пойду, Саню обрадую. Вот он поржёшь от души…».

Жду не дождусь продолжения представления)) Что-то капитан зажрался в прокуратуре))) забыл про "военное время"


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 25 Января 2020, 17:38 | Сообщение # 644
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Жду не дождусь продолжения представления))

Долго ждать не пришлось).

10 августа 2011 года
9:00
Закрытый шифрованный канал подпространственной видеосвязи
М-р Ослябя А.Б./гв. п-к Дегтярёв А.С.


– Чем порадуешь? – потягивая аномально бодрящий кофе, спросил Александр Сергеевич.

– Между прочим, действительно порадую, – заметил Ослябя.

Хвала подпространственной передаче. И не меньшая хвала её криптотехнологиям шифрования, в принципе не позволяющим перехватывать её каналы земными средствами. И ещё большая хвала предусмотрительности гвардии полковника Дегтярёва, своевременно прикарманившего несколько передатчиков, предназначавшихся, в общем-то, исключительно для связи Верховного Командования войск с кораблями в дальних космических перелётах.

Последние слова собеседника вселили в душу полковника малую толику надежды. В крайнее время приятных новостей было действительно немного, и от радостных известий отказываться нет причин. Тем паче, что Дегтярёв застрял не просто на Земле, а в своём бункере «Города», лишь изредка вырываясь по служебным делам в столичный Главк. Так что, входящее сообщение от заправлявшего на станции у Тау Кита майора Осляби было встречено пусть и без бурных оваций с рукоплесканиями, но с далеко не беспочвенной надеждой на хорошее.

– Твой лейтенант-потрошитель успел свинтить со станции до появления этого попугая из прокуратуры, – сообщил Борисыч. – Мы его чуть ли не баграми от причального створа отталкивали, чтоб быстрей отваливал. Стартовал с места аж с пробуксовкой, только спойлеры сверкали.

– Уже хорошо, – без присущего военного сарказма выдохнул полковник. – Хоть одна хорошая новость за утро.

– Сейчас будет вторая, – зло усмехнулся Ослябя. – Я этого пингвина-капитана под замок в пыточную посадил.

Дегтярёв кровожадно хмыкнул.

– Попытался по прибытии установить власть реввоенсовета?

– Что-то типа того, – хохотнул собеседник. – Мало того, что об этой курице меня никто не предупреждал, так ещё и прибытия на это время запланировано не было. А этот петух даже документы не смог показать. Понятное дело, что я его в карцер посадил, до выяснения обстоятельств и личности.

Полковник заметно повеселел и хлебнул кофе.

– За мной должок, – доверительно сообщил он. – Спасибо, что прикрыл этого мелкого звезданутого засранца.

Борисыч отмахнулся.

– Забей. В одной лодке все сидим, так что лучше не чирикать. Если бы этот пудель тоскливый начал тут копать, он за каждым на станции нашёл бы пару скелетов в шкафу. Можно сказать, я и свою задницу тоже прикрывал.

– И тем не менее, – улыбнулся Дегтярёв. – Этот хитровыгнутый проныра где угодно себе беду найдёт. Такое ощущение, будто проблемы в него влюблены.

Майор Ослябя оставил юмор и перешёл в деловое русло.

– Кстати, о проблеме, – серьёзно произнёс он. – Я ещё не докладывал на Землю, и не думаю, что стоит это делать, но ты это знать должен.

Полковник привычно подобрался, предчувствуя нехорошее, но паника преждевременна. Ещё не всё так плохо.

– Когда мы пришли на станцию, – начал Борисыч. – То при прочёске нашли одно тело. Как позже выяснилось, она принадлежала к Ток`Ра, и была носителем симбионта. Допросить её, понятное дело, мы не смогли: никто у нас не шарит в языке гоа`улдов. Поэтому твой младлей оказал нам неоценимую услугу, развязав её на разговор.

– Этот живодёр её хоть не пытал? – буркнул Александр Сергеевич, чуя нехорошее.

– Нет. Ну, почти. Поверхностное сканирование разума считается?

Дегтярёв закатил глаза.

– Как оказалось, эту Ток`Ра звали Иштар, а носительницу Сабрина. Самый смак в том, что, как я понял, обе – подчинённые Нергала.

Если полковник думал, что его уже ничем нельзя удивить, то в этот раз уверенность офицера пошатнулась. Он почти удивился.

«Почти» – потому что для полноценного удивления почти не осталось сил, несмотря на галлонами испитый кофе.

– У нас опять скачки между реальностями? – флегматично поинтересовался военнослужащий, лениво потягивая напиток.

– Не в этот раз, – отрезал Борисыч. – Со слов Ток`Ра выходило, что хат`так под управлением Нергала и с Иштар на борту нарвался на вышедшую из гиперпространства армаду рейфов. Видимо, их приняли за дозорный форпост, и начисто вынесли, чтоб не дать сообщить о себе. Сабрина – единственная выжившая с корабля. Её Нергал заблаговременно пинками выгнал в глайдер и выбросил за борт, а сам пошёл в лобовую и протаранил флагман рейфов.

Полковник отставил пустую кружку на стол.

– Достойно. Уважаемо. Упокойся с миром.

– Мы нашли их, когда они прятались на станции, – добавил майор. – Я от греха подальше запер в карцере: хватит с нас уже горького опыта, на одни и те же грабли наступать.

– В принципе, логично.

– Но, как ты сам понимаешь, на борту она мне в печень не упёрлась. И без неё забот хватает. И, как ты сам догадался, твой пасынок Марии Терезы прихватил её с собой. Тем паче, что они спелись с Нергалом на тезоименной почве. Как я понял краем уха, Сабрина и Иштар признали твоего Плюшкина своим хозяином: за точность перевода не ручаюсь, я больше по Древнему, а не по гоа`улдам.

– Один хрен, – отмахнулся Дегтярёв. – Общую соль я уловил. Всё правильно сделали. Попади они к этому Калинину на глаза, были бы серьёзные вопросы.

– Теперь не будут, – усмехнулся Борисыч. – Я этого доморощенного холмса под стражу посадил. Минимум трое суток он у меня там прокукует, а там война план покажет. Так что, не удивляйся, если на связь выйдет хат`так, а с экрана терминала будет глядеть миловидная инопланетянка. К слову, она по-русски ни бельмеса.

– Могу себе представить, – не удивился полковник. – Было бы довольно странно, если б ещё один инопланетянин по-русски разглагольствовал.

– Как-то так, – обтекаемо закончил доклад майор. – В остальном без происшествий. Твоему коммивояжёру я придал шесть хат`таков: больше подготовить не успели. Приди он на три дня позже, может, ещё парочку докинули б, но он после Эпсилона Эридана сразу на Тау Кита заявился.

– Понял тебя, – подытожил Дегтярёв. – Ещё раз спасибо, что держишь в курсе. Как встретимся – с меня сто грамм и пончик.

10 августа 2011 года
Галактика Млечный Путь
Перегон между Тау Кита и Солнечной системой
Лидер ордера хат`таков
10:00
POV «Шаман»/Нергал


Если я скажу, что по пробуждению был преисполнен светочи разума, то серьёзно погрешу против истины. От качественного отдыха уже отвык настолько, что двенадцатичасовой сон уже казался мне кощунством.

Несмотря на такую долгую отключку, мне недоставало ощущения реальности. Продрав глаза, я не сразу понял, что проснулся, а потому ещё какое-то время лежал на спине и сверлил пустым взглядом в потолок отсека, пытаясь прийти в себя.

Но, по ходу дела, к обычной мирной жизни мне доведётся вернуться нескоро, если вообще судьба сподобится одарить меня такой неземной радостью. Поэтому вбитым в мозг за три месяца параграфом безопасности первым делом по пробуждению машинально попытался осмотреться на предмет отсутствия угрозы. Да, делал это нерегулярно и часто спускал, полагаясь на соратников. Но когда засыпаешь один, приходится делать некоторые усилия над собой и не забывать, кто ты и где находишься.

Засыпал-то я один. Это помню отчётливо. Правда, так и не сумел вспомнить, запирал ли за собой гермодверь отсека. А вот проснулся в компании.

Последнюю мне составляла "Лилит". Девушка забурилась под спальник, прижалась ко мне всем телом и обнимала крепкой хозяйской хваткой, будто бы опасалась, что я сбегу. А сам-то думаю, чего это мне так хорошо и уютно, будто на Земле в родной квартире заснул?

Мы с напарницей пересеклись взглядами. С той только разницей, что мой ещё был заплывшим ото сна, а её взор кристально чист, как будто бы и не засыпала вовсе. Интересно, она вообще не спала, что ли?

Соратница улыбнулась мне.

– С добрым утром, – тепло салютовала она. – Выспался?

Строго говоря, нет. Такое ощущение, будто вместо положенных восьми часов проспал всего шесть, хотя по наручным часам, куда я устремил свой взор (не удосужился снять перед сном), прошло все двенадцать. Но не признаваться же девушке, что я тряпка и рохля?

Хотя, признавайся ей или не признавайся, она знает меня лучше, чем я сам себя. Сколько раз она проходила эту временную петлю раз за разом? Какие стороны моей личности видела? Или, быть может, стоит спросить, есть ли стороны, которые она не видела?

– Боброе утро, – не совсем слушающимся спросонья языком прохрипел я. – Относительно. Скорее да, чем нет. Ты сама-то вообще не ложилась?

"Лилит" едва заметно качнула головой в знак отрицания.

– Я буквально недавно проснулась. Ещё даже не вставала.

– Видимо, всё хорошо, раз мы с тобой сейчас тут?

– Иштар отстояла часа четыре, – сообщила девушка. – Потом её сменила "Раптория", а потом и я заступила. Юлю спать отправила. После отлёта со станции она отдыхала.

– Всё правильно, – согласился я и вздохнул. – Пусть отсыпается. Нам её ещё назад в своё время отправлять.

И запоздало вспомнил сквозь растворяющуюся пелену сонного тумана, что "Лилит" вызвалась обрисовать нашим картину с Сабриной-Иштар.

– Про Ток`Ра рассказала? – поинтересовался я. – Как наши отреагировали?

– Косоруков умыл руки, – хмыкнула "Лилит". – Сказал, «сами разбирайтесь со своей шоблой-воблой». Ему нет дела до наших тёрок с личным составом. К сведению принял, но дальше лезть не стал. Да и, если честно, спасибо ему за это. А вот твоя бывшая одноклассница знатно выпала в осадок.

Могу себе представить.

Просто нарисовал у себя в мозгу картину, как "Лилит", на минуточку, беременная от меня, рассказывает моей бывшей однокласснице, с которой у нас в прошлом были очень тесные отношения, про Ток`Ра-носительницу, подчинённую Нергала, которая, к тому же, была его возлюбленной. Довершает рассказ тот факт, что один Нергал почил в вечном успении, а ему на смену нарисовался другой. Когнитивный диссонанс гарантирован. Видимо, любимая качественно вынесла мозг «Андромеде».

– Ну, Лера, всё-таки, не дура, – усмехнулся я. – Надеюсь, всё поняла.

Напарница фыркнула.

– Поняла. Только совсем не то, что требовалось. Видимо, она себе понапридумывала, будто у тебя штатный гарем в наличии, причём спросила это открытым текстом.

Чуть было не ляпнул спросонья «Я бы не отказался»: спасибо Нергалу. Дремавший во мне симбионт за мгновение переключился из спящего в активный режим, занял управление телом и своевременно заткнул меня. Правда, сделал это несколько грубовато, в результате чего я поперхнулся и зашёлся в удушающем кашле.

Впрочем, сегодня преставиться мне не суждено.

– А "Раптория" точно не дура, – "Лилит" сделала вид, что не заметила, как Нергал на долю секунды перехватил управление. – Поняла почти всё сама и даже проявила какое-то подобие тактичности. По ходу, Сабрина почувствовала, что она недавно была носителем симбионта, и тут же с ходу засвидетельствовала ей своё «здрасьте». В общем, жди тёплого разговора с Дегтярёвым на Земле. Он будет несказанно «рад» твоему «пополнению» личного состава.

– Опять расстреляет? – спросил я.

– Нет, – пожала плечами девушка. – Просто раскалённую арматуру загонит глубоко в душу.

– А я, как назло, без солидола.

10 августа 2011 года
Галактика Млечный Путь
Перегон между Тау Кита и Солнечной системой
Лидер ордера хат`таков
12:00
POV «Шаман»/Нергал


Пока мы с напарницей посоревновались, кто дольше не даст выбраться из койки другому, пока собрались, пока кел`но`рин, уже и полдень наступил. Конечно, нехорошо предаваться праздным игрищам, пока товарищи бдят на боевых постах, и я уже успел устыдиться своих деяний, но то, какой довольной и удовлетворённой "Лилит" покинула отсек, дало понять, что всё это было не зря.
Прежде, чем я заступлю на мостик и приму бразды правления у своих соратников, мне надлежит исполнить ряд задач, отлагательств которые не терпят. И для одной из них мне нужен капитан Косоруков.

Правда, этот неуловимый птиц оказался настолько прошаренным, что гасился где-то на инженерной палубе, убедительно делая вид, что руководит сборкой трофейного портального устройства гоа`улдов, которое расчленили для транспортировки на борт флагманского хат`така. Причём, гасился так прохаванно, что его не видел никто из встреченных мною по пути бойцов инженерного подразделения. Пришлось прочесать пирамиду корабля сверху донизу, чтоб найти офицера, ибо на запросы по радиостанции он не отвечал.

Можно было бы вызвать его и громкоговорящей связи, но это, всё-таки, прерогатива чрезвычайных и экстренных ситуаций. Для повседневной деятельности ГГС, обычно, не используется.

Военнослужащий нашёлся в грузовом ангаре, где искусно делал вид, будто контролирует процесс инженерной упоротости. Капитан восседал на ряде ящиков из-под оборудования с видом заправского системного лорда гоа`улдов, а под рукой у него лежал его же планшет с водружённым на нём лениво надгрызенным бутербродом.

В ангаре же творился форменный абзац. Наиболее точно определение происходящему – «пожар в борделе во время наводнения».

Человек тридцать (или около того: поголовно не считал) суетились вокруг раскиданных по всему ангару модулей, блоков и частей установки, сверяясь с принципиальными схемами и ориентируясь по иероглифическим-клинописным надписям на кожухах приборов, так любезно переведённых "Рапторией". Сама же девушка, скинув где-то китель, в брюках и топике рассекала по ангару, на ходу пытаясь успеть перевести всё и сразу, и попутно давая указания устно там, где не успевала письменно. Судя по тому, что соратница бегала туда-сюда вся в мыле и чуть ли не с языком на шее, лёгкой работёнка явно не была.

Апофеозом творящегося бедлама стояла здоровенная, в половину высоты ангара, конструкция, собранная из уже состыкованных блоков, к которой спешно подводили питание от резервного наквадах-реактора. Подключать незнакомую технологию к бортовой сети хат`така, по-видимому, не рискнули: и это правильно. Если где-то коротнёт, может, пронесёт. А, может, и вынесет. И рванём мы отсюда и до Альдебарана, да ещё и на атомарную пыль распадёмся.

На вершине этой башни, закатав рукава кителя, восседала Юлька, и с донельзя умным видом копалась в распределительных узлах, проверяя последовательность и целостность установленных управляющих кристаллов. Судя по более или менее свежему виду мелкой, она или недавно проснулась, или просто умела расходовать силы.

Косоруков заметил моё явление в ангаре и чуть заметно кивнул в знак приветствия. Я подошёл к нему.

– Как продвигается?

– А на что похоже? – вопросом на вопрос ответил офицер. – Будто зайцы курицу сношают. Упорно, усердно, но безрезультатно.

– "Лилит" сказала, что вряд ли к утру успеют. Уже обед. Видимо, и к вечеру не уложимся?

Капитан устало посмотрел на меня.

– Шутить изволишь? Дай Бог, чтоб к прибытию на Землю мы успели её хотя бы запустить.

– Больше людей требуюется?

– Бессмысленно, – Косоруков поморщился. – Мы и так тут друг другу начинаем мешаться. Ещё больше советчиков тут ни к звезде, ни к Красной Армии.

– Так дай людям отдохнуть, – предложил я. – Сколько они тут уже копаются? С самого утра?

– С завтрака, – подтвердил собеседник. – Сейчас обед начнётся, людей по очереди на перекус отправим, отдых, и опять за работу. Но ты же не советы раздавать пришёл? Чего хотел?

Не видя причин играть в стойкого оловянного солдатика, присел рядом с офицером на ящики.

– Тебе же "Лилит" довела по нашей гостье?

– Довела, – кивнул Косоруков. – Только мне от этой информации ни холодно, ни жарко. Если она не пытается взорвать нас, то мне решительно по фигу. Ты за неё впрягся – значит, тебе за неё и отвечать.

– Это естественно, – согласился я. – Других вариантов и не рассматривалось. Я лишь хотел убедиться, что ты в курсе деталей.

– Например? – заинтересовался офицер. – Которых из них?

– Про неё я ещё не докладывал Дегтярёву. Значит, и на Земле про неё не знают. А, когда узнают, будет безудержное веселие.

Капитан пожал плечами и вернулся к созерцанию творящейся на его глазах мизансцены.

– Сомневаюсь, что всё так просто. Инопланетянин-союзник – слишком важная информация, чтобы остаться тайной. Наверняка Ослябя уже звякнул Дегтярёву. Так что, ставлю очередное звание и свои премиальные: на Земле не просто в курсе, но же и подготовили «радушный» приём.

Сарказм в голосе собеседника не укрылся ни от меня, ни от Нергала. И если я воспринял его с армейской точки зрения, то симбионту он не понравился от слова «никак». Он ещё помнит, как его и "Рапторию" мурыжили особисты на грани морального изнасилования. Разумеется, ему не захотелось, чтоб через подобное прошли Сабрина и Иштар.

– Ты про контрразведку и Особый Отдел? – спросил я.

– Ну, не про девочек же в бикини, – хмыкнул офицер. – Посуди сам: эта твоя новоиспечённая подружка – даже не перебежчик из стана врага. Это ещё хуже. Хотя бы, потому, что о враге мы знаем хоть что-то. А кто эта твоя пассажирка?

– Ток`Ра, – не понял вопроса (хоть и риторического) я.

– Кто такая, чем дышит, – уточнил Косоруков. – Какие цели, задачи, зачем примкнула. Я-то со слов твоей ненаглядной понял, что к чему. Но люди, далёкие от политического устройства ближнего космоса и даже никогда не покидавшие Землю, вряд ли будут столь догадливы. Будь уверен: если не сыворотка правды и ошейник с электрошокером, то, как минимум, качественный допрос с применением особых спецсредств ей гарантирован.

Это понимал и Нергал. Ему хватило и того, что с Сабриной сделали мы. Мало того, что люди Осляби заковали её в кандалы по самые гланды, так ещё и мы чуть мозг не поджарили.

– Есть способ избежать этой живодёрни?

– А зачем? – пожал плечами собеседник. – Её же не расстреливать собираются. Просто побеседуют. Возможно, надавят пару-тройку раз. У нас же в контрразведке не дятлы сидят, «работать» с «пациентами» умеют.

Я вкратце рассказал Косорукову, через что пришлось пройти Ток`Ра, пока ей не даровали волю. Хоть и обрисовал максимально сухо, без лирических прикрас, но информация произвела на слушателя впечатление. Ещё бы: в силу должности и рода деятельности он и сам прекрасно знал, на что способен наруч гоа`улдов.

Офицер задумчиво почесал подбородок.

– М-да. Действительно. После такого грех отдавать твою красавицу на растерзание этим волкам… заставят признать, что это она августовский путч спровоцировала и Советский Союз развалила… Ладно, не переживай. Есть у меня одна идея… твоя, между прочим.

Хоть я и выспался почти впрок, и кел`но`рин прибавил яркости мышления, но за собой не смог вспомнить продуктивных идей, связанных с сохранением инкогнито отдельно взятого персонажа.

– Не просветишь? – поинтересовался я.

Капитан подмигнул мне.

– Первый раз в армии, что ли? Вспомни, как ты за ту хромую девчонку впрягся. Если бы не Дегтярёв, сомневаюсь, что вас спалили б.

Хех… а, ведь, точно. Достаточно выставить Сабрину в свете (вне)штатного бойца подразделения, и половина дела в шляпе. У нас ведь не ходят по всей планете с наквадах-детектором в поисках симбионтов. Одел её в нашу форму «Цикад», и готово.

Единственное, что может выдать нас – ни Сабрина, ни, тем более, Иштар, не в курсе нынешнего положения дел на Земле. Для них всё будет в новинку. Чуть косо-криво не туда посмотрят, и даже самый дурной догадается, что тут дело нечисто.

«Скажите, Штирлиц. Вы шпион?».

А если ещё учесть, что по-русски не понимает, ни одна, ни другая, то шерсть встала дыбом на загривке уже сейчас.

– Не парься, – Косоруков хлопнул меня по плечу. – И, Нергал: тоже не беспокойся. Наши коновалы, конечно, и мёртвому язык развяжут, но они же не фашисты.

Нергал подключился к управлению телом и обратился к собеседнику:

– Мне как никому другому известны методы интендантов и дознавателей вашего воинства. И хотя я полностью их разделяю, но не имею желания, чтобы Иштар прошла через то, через что пришлось пройти мне.

– Не сцы, – махнул рукой офицер. – Этого не будет. Тебя с носителем повязали там, где не должен был оказаться никто. Это и сыграло с вами злую шутку. В случае с Иштар она сама изъявила желание присоединиться к нам. Потому с ней наверняка обойдутся мягче. Это я тебе гарантирую.

– Хочется в это верить.

Уверенным шагом, но с усталым видом к нам подошла "Раптория" и без сил рухнула на ящик рядом со мной.

– Как продвигается? – спросил я, дав Нергалу время отключиться от управления.

– Как серпом по яйцам, – поморщилась соратница. – Иероглифы я ещё худо-бедно перевела, но с клинописью не знакома от слова «никак». Те обрывки воспоминаний, что остались во мне после Нергала, не помогают, а вносят путаницу. Поэтому работа и стоит.

«Стоит» – грубо сказано. Из того, что я вижу, закончено больше половины.

Но девушка и впрямь взмылена. Хоть в ангаре не было жарко, но носившаяся без кителя ксерокопия пропотела изрядно: топ сырой насквозь.

– Я сейчас пожру и заступаю на мостик, – проинформировал "Рапторию". – Сейчас сходи, помойся и переоденься в сухое. После обеда ложись отдыхать. Сменишь меня, как отдохнёшь.

– Спасибо, командир, – с чувством выдохнула она. – Никогда бы не подумала, что с переводом можно так вымотаться.

– Давай. И можете не спешить. У нас до Земли ещё дней пять или четыре ходу. И нет цели успеть отправить Юльку до прибытия.

Девушка благодарно коснулась ладонью моего плеча и поднялась с места.

– Пойду, ополоснусь, приведу себя в порядок, – доложила она. – Буду нужна – вызывай по «короткой». Рация при мне.

Я посмотрел на часы. 12:41. До расхода дежурных сил ещё 15-20 минут, но надо бы мне подкрепиться в индивидуальном порядке: необходимо сменить Сабрину на мостике.

***

Сказать, что меня поразило увиденное на мостике, означает прегрешить супротив реальности. Но, определённо, зрелище не рядовое.

Как и ожидалось, заправляла делами Сабрина: Ток`Ра стояла возле головного устройства и неусыпно бдела во все глаза. Взор девушки был устремлён на оперативный экран перед ней и никуда более.

Но вот составившая ей компанию Лера заставила непроизвольно повести бровью: что Шарапова, абсолютно ничего не понимавшая в технологиях гоа`улдов, делала на пел`таке хат`така, с первого взгляда необъяснимо.

А вот со второго взгляда очень даже. «Андромеда», вооружившись КПК, стояла за вспомогательным терминалом и периодически перебрасывала взгляд с экрана своего устройства на пульт общекорабельных систем, будто бы сверялась с чем-то.

– Салют трудящимся, – поприветствовал я Леру, и добавил Сабрине на её языке: – Я вернулся.

Шарапова подняла на меня взгляд и машинально махнула рукой в воинском приветствии. Ток`Ра же обернулась на мой голос, отвесила степенный поклон и вернулась к управлению ордером.

– Где тебя носило? – спросила «Андромеда». – Тебя пятнадцать часов нигде не было видно.

– Отсыпался. Немного переоценил свои силы. Перегон с Эпсилона Эридана до Тау Кита дался нелегко.

И это ещё спасибо Нергалу за поддержание внутренних резервов.

Девушка смерила меня заинтересованным, но в то же время безэмоциональным взглядом.

– Но ты же не один вёл корабль.

– Мы менялись по очереди, – согласился я. – Все устали. Вообще-то, был расчёт отдохнуть на станции хотя бы сутки.

– Что помешало? Мы так быстро отвалили, будто бы за нами погоня была.

– Так она и была, – хмыкнул в ответ, подходя к соратнице. – Особый Отдел намылился. По мою душу, надо полагать.

Когда я взглянул из-за плеча Леры на приборы, стало понятно, чем занималась Шарапова. На экране её КПК виднелся словарь-допросник с языка гоа`улдов на русский, и по нему «Андромеда» пыталась разобраться в операционной системе хат`така. Сильно, мощно, но бесполезно. Хотя бы потому, что допросник не содержит всех технических терминов, что используются в диалоговых таблицах систем. Тем не менее, судя по развёрнутому на экране, соратница умудрилась дойти до ветки системы навигации и даже вывела на экран относительное местоположение. Если верить тому, что я вижу на схеме, мы прошли примерно двадцать процентов пути или чуть меньше. Впереди ещё четверо суток хода.

– Неплохо, – похвалил я девушку. – Сходу разобралась в архитектуре и иерархии подчинения операционки? Да ты не дура.

– А ты сомневался? – с едва уловимым налётом кокетства поинтересовалась Лера. – Или уже забыл, как я тебе шпаргалки в школе готовила?

Что правда, то правда. Если бы не светлая головка Леры и её руку помощи на экзаменах, по многим предметам я бы даже тройки в году не увидел. Воистину, ей обязан своими итоговыми оценками.

– Шутишь? – переспросил я. – Мне, как никому другому известно, насколько у тебя котелок варит.

– Да и ты далеко не кретин, – Шарапова огляделась на мостике, на секунду задержав взор на Сабрине. – Звёздным капитаном заделался, как я погляжу.

– Звезданутым младшим лейтенантом, – поправил её. – Капитаном я на линкоре был. И то, только потому, что имел дурость сходу ввязаться в управление кораблём.

Лера обернулась и тепло посмотрела мне в глаза.

– Благодаря этому мы и живы, командир, – прошептала она. – Если не ты, кто знает, чем закончилась бы наша встреча с теми тварями.

«То есть, переход по изнанке мира тебя вообще не удивил? Только твари поразили?», – саркастически подумал я.

– Работа у меня такая, Лера. Работа.

– «Есть такая профессия: Родину защищать», – улыбнулась «Андромеда». – Ваше подразделение в этом преуспело.

Я усмехнулся в ответ.

– Не извольте конфузить, ваше высокопревосходительство. Ваш доблестный денщик-поручик изволит включать стесняшку.

Ладно. Смех смехом, но пора и рулевому дать отдохнуть.

Подошёл к Сабрине и коснулся её плеча.

Время отдыха. Я заступаю на пост.

Ток`Ра провела рукой по блокировке пульта и повернулась ко мне: негоже оставлять головное устройство без защиты, когда отступаешь от него. Мало ли, что случайно можно задеть? Тем более, в гиперпространстве.

Владыка волен не утруждать себя, в то время как властен над подчинёнными. – степенно поклонилась она.

Ох уж, эта грамматика диалекта. Мало того, что труднопроизносим язык сам по себе, так ещё и слова Сабрина ставит в абсолютно произвольном порядке. Зачастую их смысл меняется от местоположения в предложении, и только память Нергала не даёт мне свихнуться в этой мешанине чуждых для меня звуков.

Пусть и властен, – согласился я. – Но кроме меня лишь несколько человек на борту имеют навыки ведения судов такого класса. Я достаточно долго отсутствовал, чтобы остальные успели устать. Потому ступай, прими пищу и отдохни. Впереди минимум четверо… земных суток перелёта, а потому тебя приглашу, когда понадобишься.

Смиренно благодарю своего повелителя за щедроты и доброту.

Ток`Ра, поклонившись глубже обычного, покинула мостик, едва слышно шагая подбитыми чем-то ботинками по металлическому настилу пола.

«Интересно, что за слово она постоянно употребляет к нам?», – подумал я, провожая Сабрину взглядом. – «Я перевёл его, как «владыка», но оно же не только это значит?».

«Ты прав», – согласился симбионт. – «У этого слова великое множество значений в зависимости от диалекта. Во многих из них оно при одном звучании обозначает различные вещи. Но в частных случаях его употребляют в отношении более высокого по положению, кому обязаны тем или иным. В вашем языке нет достаточно близкого по сути равнозначного термина. Наиболее близкий по смыслу – «хозяин», «владыка», «властелин», «глава» или «господин». Ты волен переводить его в любой удобной для себя интерпретации. Существенного урона смыслу ты не нанесёшь».

Неожиданно раздумья прервала Лера.

– Ты довольно неплохо шпаришь на их языке, – произнесла Шарапова. – Я не заметила какого-то акцента по сравнению с речью твоей собеседницы. Давно выучился?

Я повернулся к пульту и разблокировал командное поле, приняв управление ордером. Первым же делом запросил бортовую сеть о состоянии всех семи бортов. Надо же знать, что принимаю? Это же не передача подводного крейсера при смене подвахтенных. Тут всё намного хуже.

– Не особо, – отозвался в ответ. – До этого лета я вообще не знал о существовании этого языка.

– Хорош заливать, – хмыкнула «Андромеда». – Ты с моими шпаргалками едва-едва английский на тройку вытянул. Ни одной четверки за всю школу по нему не получил, а тут за три месяца инопланетный говор вызубрил? Уж мне-то лапшу на бигуди не накручивай. Не кретин, конечно, но и не гений лингвистики.

Симбионт попросил меня подвинуться и сам занял управление телом.

– Способности моего носителя к языкам и впрямь оставляют желать лучшего, – согласился он. – На нашем наречии он способен говорить с момента слияния. Все знания ему доступны из той части моей памяти, что я открыл пред ним.

– Управление инопланетным кораблём в гиперпространстве входит в их число? – уточнила Лера.

– Точно.

Шарапова негромко хмыкнула за спиной.

– Недурно вы тут пуляете. Глядишь, и наивысшую учёную степень получит, если за голову возьмётся.

– Мы воины, но не мудрецы, – отказался Нергал. – Безусловно, знания нашей расы опережают ваши на многие столетия. Однако ни мне, ни моему носителю не интересны академические звания. Наше место на поле брани.

– Ну да, – согласилась уже «Андромеда». – Браниться твой носитель умеет… ты же в курсе произошедшего с нами… тогда?

– Память носителя открыта пред симбионтом. Равно как и симбионт читает память носителя. Мне ведомы ваши законы, и меня удручает практика судебных тяжб, когда существует само понятие превышения пределов необходимой самообороны. Я полностью разделяю действия своего носителя. Не так давно он повторил своё деяние.

«Может, не надо?», – поинтересовался я у Нергала. – «А то опять кукухой кукукнется. Вправлять ей обратно мозги сейчас нечем».

– Он опять кого-то вынес? – буднично поинтересовалась Лера, будто бы для меня это стандартная еженедельная практика.

Хотя, почему «будто бы»?

– Исполнил указание вашего воеводы, – кратко пояснил Ток`Ра. – Но в свойственной ему манере несколько… перестарался. Стан супостата о двух сотнях копий прекратил своё существование.

– М-да, что-то такое в новостях передавали, – задумчиво протянула Лера. – Мясорубка та ещё была…

Довольно буднично протянула. Будто не новость об искоренении двух сотен боевиков-фанатиков восприняла, а погодные сводки.

Что же с твоей психикой приключилось, Лера? И вообще, ты тот же человек, или уже другой?


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Воскресенье, 26 Января 2020, 08:05 | Сообщение # 645
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Оперативненько))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
Поиск:
Форма входа

МИНИ-ЧАТ:)