01:21
Модератор форума: Тень, Кэтрин_Беккет  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
Star Gate Commander: Земли без времени
Комкор Дата: Пятница, 25 Октября 2019, 16:37 | Сообщение # 616
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 460
Репутация: 388
Замечания: 0%
Статус: где-то там
***
3 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Окрестности Эпсилон Эридана.


Звёзды… Что мы знаем о них сейчас? Да почти ничего из того, что могли бы знать. С древних времён люди думали, что ночные светила во множестве своём – души усопших предков, смотрящих на них с небес. Думали, что Землю окружают трубчатые кольца-торы, такие гигантски пустые бублики, наполненные огнем. А звезды и планеты это просто дырки в бублике, через которые мы видим свет. Но сейчас мы знаем, что звёзды – всего лишь на всего излучающий свет массивный газовый шар, удерживаемый силами собственной гравитации и внутренним давлением, в недрах оного происходят реакции термоядерного синтеза. Знаем, что жизнь звезды сопровождается обильным выделением тепла, света, и радиации. Знаем, что жизнь звёзд не бесконечна, и рано или поздно все они подходят к своему закату. И даже знаем, что смерть звёзд, в отличие от их рождения, может таить в себе чудовищную опасность…

Как же безмятежно жили раньше люди, не осознававшие нависшего над их челом дамоклова меча. Они думали, что породившее их Солнце будет существовать вечно. Думали, что жизнь является константой, как и всё предвечное во Вселенной… но они даже не знали, что такое Вселенная.

Вселенная — это космическое пространство и все, что его заполняет: небесные тела, газ, пыль. Современные представления о строении Вселенной складывались постепенно. Долгое время её центром считалась Земля, пока столетия спустя эту ошибку не развеяли величайшие умы того времени.

Сейчас мы знаем, что Земля – всего лишь на всего крошечная планетка на отшибе одного из рукавов звёздной галактики Млечный Путь, в свою очередь являющейся спиральной галактикой с перемычкой. Однако, и это не предел человеческих знаний. Млечный Путь, вместе с Галактикой Андромеды, Галактикой Треугольника, и более 40 карликовыми галактиками-спутниками — своими и Андромеды — образуют Местную Группу галактик, оная входит в Местное Сверхскопление. А раньше…

А раньше люди не знали даже то, что воздух, окружающий их и всё живое рядом с ними, простирается не бесконечно, и заканчивается меньше, чем в ста километрах от поверхности планеты, а пригодный для дыхания – и того раньше. Люди не знали многое из того, что позже выучили другие поколения. Они жили в блаженном неведении. И, в каком-то роде, были счастливы.

Пока не пришёл Человек…

Человек – это звучит гордо. Человек имеет арсенал знаний, и умеет пользоваться им, предвосхищая подарки судьбы и поворачивая многое из того, что ему не по пути, в своё, выгодное ему русло. Человек – не царь природы, но её составное. Он – её часть, и на протяжении чрезвычайно долгого по его меркам срока жил с нею рука об руку. Пока не пришёл Человек…

На философские помыслы меня сподвигла наблюдаемая за лобовым обзорным бронещитом картина набегающей межзвёздной материи. Отправив ребят отдыхать, я с Нергалом нёс вахту на мостике хат`така и держал корабль по курсу, стараясь не допускать его самопроизвольного отклонения. Всё-таки, кустарные схемы давали о себе знать: двигатели работали далеко не в штатном режиме, навигация давала некоторую погрешность. Даже маневровые двигатели, предназначенные для коррекции ориентации в пространстве, работали через пень-колоду. Держать заданное направление помогал симбионт: без него я бы давно потерял управление, и сошёл с тоннеля гиперпространства.

Неудивительно, что мне тоже хотелось спать. Но отстоять вахту необходимо. Кроме меня на борту корабля лишь несколько человек могут управлять хат`таком: "Лилит", "Раптория" и Юлька. Даже Косоруков, по собственному признанию, всего лишь на всего разбирается в технологиях и некоторых узкоспециализированных моментах. Вставать за штурвал корабля он наотрез отказался.

– Ещё угроблю нас, чего доброго, – сказал он.

В итоге, вахты поделили таким образом, что первый час отстою я, потом меня сменит "Раптория", её подменит Юлька, последней заступит "Лилит". Офицер же пообещался держаться поблизости от мостика всё время, чтобы, не приведи Господь, оперативно оказать посильную помощь при возникновении чрезвычайной ситуации. Надеюсь, последнее нам не понадобится. Само по себе нападение армады рейфов – уже чрезвычайная, мать её, ситуация.

Уводя корабль в гиперпространство, я подумал, что это будет самая скучная вахта. Что может быть проще вести судно по заданному курсу, когда работает подруливающая автоматика, бортовая обсерватория исправно считывает звёзды, а лететь не больше нескольких дней? Наивный чукотский юноша…

Автоматика работала, как пьяный слесарь. То туда доведёт, то сюда не довернёт. То перелёт, то недолёт. Звёзды в гиперпространстве не видны от слова «абсолютно»: их в видимом спектре замещает межзвёздная материя. Да и света от них крайне и крайне мало: мы же не в центре галактики, а на отшибе рукава. Их тут по определению немного. Плюс, в связи с оптическим смещением и без того тусклый свет смещён в синюю часть спектра: за бортом почти кромешная тьма, перемежаемая редкими всполохами неустановленной природы.

«Природа проста», – в ответ на эту, по большей части, риторическую мысль, высказался симбионт. – «Это сгорают газы, оставшиеся от формирования звёзд и планет. Гиперпространство нестабильно: в нём бывают как жёсткие температуры под тысячу градусов, так и близкие к абсолютному нолю значения. В этой среде невозможно поддержание постоянного горения: но на периодические всполохи можно полюбоваться в пути».

«Спасибо за ликбез», – хмыкнул я. – «Хоть какое-то развлечение от скуки».

«Проводка корабля в гиперпространстве – это не скука и не развлечение», – пожурил меня Ток`Ра. – «Ты за штурвалом, и тут у тебя нет права на ошибку. Малейшая неточность или неправильно принятое решение – и от корабля не останется даже обломков: нас разнесёт в атомарную пыль».

«Будем иметь в виду», – принял к сведению. – «Вдвое утроим бдительность».

Нергал прав. Я ещё не до конца понимаю физику гиперпространственных перелётов, но уже то, что мне понятно, даёт неслабый стимул бдеть во все глаза.

Тоннель в гиперпространстве чем-то сходен с тоннелем метро. С той лишь только разницей, что стенки – не твёрдые. Плотные, но не твёрдые. Их можно преодолеть. С повреждениями, потерями, но корабль может сойти с «трассы», и покинуть пределы коридора. А вот вернуться обратно – задача на грани искусства. Нергал и сам не уверен, что смог бы вернуть хат`так на курс, потеряйся мы в гиперпространстве.

Плюс, необходимо следить за состоянием щитов. Коридор – очень нагруженная зона. Начиная от радиации гиперпространства и заканчивая невесть как попавшими сюда небольшими обломками размером с пулю, всё создаёт нагрузку на щит. Не говоря уже о том, что мы движемся, по сути, в облаках очень разреженного газа. Который, как ни странно, имеет свою массу и плотность, а, следовательно, создаёт сопротивление на щитах. Когда щит истощается, необходимо выйти из гиперпространства для перезарядки системы. Опустошить накопители-компенсаторы и вывести генераторы на режим. И пусть это время не одного часа и даже не одного дня. Но кто знает, с какой силой в нас ударит следующий ошмёток? На скоростях в 168 раз больше скорости света даже малейшая песчинка имеет кинетическую энергию фугасного снаряда от «Ямато», а то и выше.

Про кустарно собранную систему навигации и прочие потроха говорить не приходится. Пусть "Раптория" гарантировала нормальный запуск и включение в работу основных систем, но кустарная сборка – это, мать её кустарная сборка. Всё равно, что при пробитом бензобаке на трассе ехать, держа под капотом примотанную изолентой канистру с бензином и трубочкой к топливному насосу. Технически, всё должно работать. Но в какой момент времени пыхнет – не знает никто. Даже сам топливный насос.

В отсек ходового мостика шатающейся походной сомнамбулы вплыла "Лилит". Подошла ко мне, стоявшему за виртуальным штурвалом хат`така, и, обняв ослабевшими от усталости руками, повисла на мне.

– Реакторы на запределе, – тяжело вздохнула она. – Я выжала из них всё, что можно выжать без угрозы взорваться самим. Проверила двигатель и подсистему питания. Так что, можно поддать газу. Как минимум сутки пути я нам скостила.

Вообще-то, крайне чревато отвлекаться от управления транспортным средством. И не так уж важно, что это: велосипед, автомобиль, линкор или хат`так гоа`улдов. Но я позволил себе такую беспечную глупость, как на несколько секунд отвернуться от пульта виртуального штурвала, обнять напарницу и поцеловать её.

– Что бы я без тебя делал, – улыбнулся ей.

– Подох бы, – чёрно фыркнула "Лилит". – Без шансов на перерождение.

Взгляд девушки скользнул по голографическому экрану, куда Нергал выводил данные по полёту и состоянию судна. Много времени на создание картины бытия ей не понадобилось.

– Смотрю, пока всё работает штатно? – спросила она.

– Или почти штатно, – усмехнулся я. – Подруливающая автоматика пляшет, на бухой попугай. Двигатели заплетаются, как ноги моряка в шторм. Не поймёшь, какой двигатель куда тягу даёт. В целом, удержать корабль на курсе можно. Трудно, но можно.

– Расчётное время прибытия уточнял? – соратница посмотрела на меня.

– Десять с половиной суток, – пожал плечами. – Но это было до твоих модернизаций. Сейчас пересчитаем…

Во избежание эффекта кривых ручек, Нергал перехватил управление телом и самолично ввёл в систему управления новые переменные. Подбавил до предела мощность двигателей, выровнял скорость с максимально возможной, и выполнил перерасчёт.

Однако, приятно удивлены. И я, и симбионт Ток`Ра, и даже хат`так. "Лилит" умудрилась скостить нам не одни сутки пути.

– Семь суток, – улыбнулся я. – При условии, что не перегрузим щиты и не перегреем двигатель.

– Шалите?

Мы оба резко обернулись на звук. В дверном проёме виднелась голова профессора Доуэля (зачёркнуто) капитана Косорукова.

Спустя секунду приснопамятный офицер целиком и полностью показался на ходовом мостике.

– Как раз собирались, – пошутила "Лилит".

Косоруков выглядел помятым. Полевая форма, которую он надел взамен своей офицерской внестроевой, как будто из-под пресса извлечена. Пуговицы застёгнуты абы как, воротник далёк от уставного вида, заправка кителя в брюки – как сказал бы Дегтярёв, «как бык поссал». Зашнуровать берцы он даже не удосужился. Так, заправил шнурки в голенища, чтоб не мешались.

И опухшая от недосыпа морда лица.

– Ты хоть отдыхал? – участливо поинтересовалась у него девушка.

Капитан неопределённо покрутил рукой в воздухе.

– Ну, так. Убедил себя в том, что отдохнул.

Напарница цокнула язычком.

– Сильно. Мощно. Самоистязающе.

Косоруков отмахнулся.

– До Земли, надеюсь, не подохну. А там и не важно уже. У вас как? Без происшествий?

Я бросил беглый взгляд на оперативный экран под рукой возле виртуального штурвала.

– Более или менее. Подшаманили с реакторами, подбавили газу. Срезали около трёх суток пути, так что через неделю будем у Тау Кита.

– Пока всё работает и в ближайшем обозримом будущем отказывать не собирается, – вздохнула "Лилит". – Сейчас "Раптория" придёт, сменит «Шамана», и я, если он тебе не нужен, украду его на пару часиков.

– Вас решили не кантовать, – предупредил офицер. – Вы, как пилоты, всё время в первой-второй готовности, так что к вам никаких вопросов. Отдыхайте между своими вахтами, и приведите нас к точке назначения. Общекорабельными вопросами займёмся мы сами.

– Если что – зовите, – кивнул я. – Борьбу за живучесть хат`таков мы не отрабатывали, но в случае ахтунга все встанем в строй.

– Надеюсь, этого не потребуется, – вздохнул капитан.

Означенная выше "Раптория" не заставила себя долго ждать. Не прошло и пяти минут, в ходе которых "Лилит" с Косоруковым даже не успели перекинуться несколькими фразами, как на мостик взошла соратница, на ходу протирая полотенцем мордашку. Видать, умывалась спросонья, не иначе, кроме как.

– Ну, что, братцы-кролики? – бодро поинтересовалась девушка. – Как жизнь молодая? Мы ещё живы?

Косоруков усмехнулся.

– Стараниями твоих загребущих ручонок и парней из инженерного – да, мы ещё живы. Хапни мою благодарность.

"Раптория" с усмешкой скинула полотенце на плечи и вполсилы ткнула капитана кулаком в плечо.

– Сдалась мне твоя благодарность сто лет в обед!

Соратница пребывала в определённо боевом состоянии духа.

В этот раз она оделась по-человечески. Берцы, брюки, китель в заправку, волосы собраны в аккуратный расчёсанный хвостик, а на бедре в сумке через плечо висит изолирующий самоспасатель: многие по незнанию материально-технической части зовут его противогазом, что в корне неточно.

Косоруков не будь капитаном, если не позанудствует.

– Ты же понимаешь, что от декомпрессии самоспасатель не поможет? – офицер указал рукой на сумку.

"Раптория" отточенным (только непонятно, где) движением легко и незаметно для самой себя отвела её за спину.

– Нормальный обстрел даже танк не выдерживает, – уже без шуток парировала она. – Теперь что, вообще не предохраняться?

«Двусмысленная фраза», – хмыкнул где-то в глубине разума симбионт.

– От декомпрессии не спасёт, – согласился я. – А вот при пожаре, упаси Боже, жизнь может и сохранить.

"Раптория" не стала размениваться на праздные суетности, и сразу начала включаться в вахту.

– Без происшествий? – поинтересовалась она у меня.

– Без особых, – предупредил я. – Но пошаливает подруливающая автоматика. Корабль летит, но не совсем прямо. Приходится корректировать ход, чтобы оставаться в пределах гипертоннеля. "Лилит" подшаманила реакторы, и мы слегка нагрузили двигатели выше нормы.

– Насколько выше?

Как бывшая носительница Нергала, девушка воспринимала этот доклад не как пустой звук. Она действительно знала и понимала, что творится на борту хат`така.

– Около двадцати-пяти – тридцати процентов, – сообщила ей "Лилит". – Это максимум, что я могу выжать, не боясь сжечь корабль. Хотя до сих пор опасаюсь, не многовато ли для самопальных схем…

По глазам сменщицы видно, что соратница прогнала в уме пару-тройку прикидок.

– Маневровые двигатели тоже далеки от идеала, – предупредил я. – И на щит больше нагрузка за единицу времени, учитывая более высокую скорость. В остальном без эксцессов.

– Я поняла.

Руки девушки легли на виртуальный штурвал, а на голографическом экране появились несколько новых вводных: состояние реакторов и загруженность двигателей.

– Пост приняла. Можете отдыхать.

– Выспитесь хорошенько, – предупредил Косоруков. – Вам нескоро удастся расслабиться. С таким графиком «час через три» вы через неделю забудете, как на кровать ложиться.

– Если всё пойдёт нормально и не будет сбоев, – предложила "Раптория". – Можно будет увеличить продолжительность вахты. Сначала по два часа стоять будем, потом и по четыре. А, если совсем без происшествий, то и по восемь.

– Разберёмся, – махнула рукой "Лилит". – Всем приятно повеселиться. А я у вас «Шамана» украду.

«Это ещё кто кого украдёт», – злорадно подумал я, предвкушая безудержное веселие.

3 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Перегон между Эпсилоном Эридана и Тау Кита.


С обитаемым объёмом на хат`таке проблем не было. Рассчитанный на переброску армии джаффа гоа`улдов на небольшие (по космическим меркам) расстояния и пары батальонов на большие, корабль с лёгкостью принял нашу группу «Цикад» и инженерно-техническую роту экспедиционного корпуса. Ни с площадью для размещений, ни с воздухом для дыхания проблем нет, и в ближайшем обозримом будущем не предвидится.

Здравый смысл и требования устава настаивали, чтобы подвахтенные отдыхали неподалёку от мест несения вахты: применительно к нам, если не на мостике или рядом с ним, то, хотя бы, в радиусе быстрого прибытия в случае ахтунга. Хотя бы на той же самой палубе.

Но мы – не мы, если бы не вертели здравый смысл на одном валу с околорелятивистской скоростью. Совсем уж в маразм впадать не стали, и в ангар истребителей-штурмовиков не прятались, но забурились с "Лилит" в самый дальний отсек на палубе, который, как оказалось, хозяйственная девушка уже успела подготовить. И когда только умудрилась?!

Сухой щелчок клавиши управления гермодверью. Короткий сдавленный писк звукового сигнала подтверждения прохождения команды. Тяжёлый, каменный лязг: гермодверь с неслабым усилием уходит в стороны, отворяя нам вход.

Сильный, решительный толчок в спину: и откуда в девушке столько дури?

За нашими спинами затворяется единственный выход из отсека, наглухо разделяя нас от посторонних. Кромешная мгла рассеивается, едва только умная аппаратура жизнеобеспечения опознала наличие живых существ: зажигается тихий, тёплый, ламповый свет. Отчего-то, в треть силы.

«Однако», – присвистнули мы с симбионтом.

"Лилит" не страдала хернёй, и умудрилась за совсем крошечное время, выкроенное непонятно когда и как, превратить абсолютно пустой и вынесенный под ноль отсек в уютное уединённое гнёздышко.

Казалось, всего два основных момента нарушали абсолютную пустоту помещения: стол и спальное место. Но, блин, как нарушали!

На столе центром композиции стояли столовые приборы, окаймлённые по бокам мощными осветительными свечами из наших аварийных комплектов. Пусть мы и на космическом корабле, но позволить себе такое расточительство могли: система регенерации кислорода и не с такой нагрузкой может справиться. То ли дело, пожарная безопасность, но материалы отделки и переборок тут негорючие: мы проверяли.

Я не разбираюсь в сервировках столов от слова «абсолютно». Для меня любой вариант будет «по фен-шую», если только вся снедь не свалена в одно ведро. Тут же – на тебе. "Лилит" заботливо подготовила «наркомовские» сто грамм, рядышком на крышке от полевого котелка аккуратно нарезанная холодная закуска, а свечи уже занимаются ярким пламенем: пока я стоял у порога, оценивая обстановку, напарница уже затеплила их аварийной турбо-зажигалкой, извлечённой из бедренного кармана брюк.

Спальное место – проще не придумаешь. Два полевых теплоизолирующих коврика, сложенные один к другому. На них – два наших спальника, расстеленные рядом. По бокам – наши же рюкзаки с личными вещами, и наше же оружие.

Поскольку корабль заброшен очевидно давно и при реанимации прочёсан нами сверху донизу не по одному разу, мы посчитали возможным освободить себя от лишнего веса, и в полёте не таскали оружие с собой постоянно. Что, в общем-то, в корне неправильно. Отсутствие видимой угрозы не означает на корню её полное исключение. Хрен его знает, кто мог пробраться на корабль, пока мы насиловали свои мозги в попытке завести эту рухлядь.

Но такой аскетичный минимализм, как ни странно, манил чуть ли не сильнее, чем любые самые вычурные хоромы и апартаменты. Всё-таки, умеет девушка своей женственной рукой из ничего сотворить уют. Умеет.

Тихий шёпот пламени зажигалки смолк. "Лилит" отложила её на стол и под занимающийся огонёк свечей взяла со стола две железные эмалированные кружки, являющиеся общим обязательным вещевым довольствием военнослужащего в полевым выходе. В двадцать первый век многие подразделения ещё используют имущество, принятое к снабжению в конце века девятнадцатого. А что? Быстро, дёшево и сердито. Что ещё солдату надо?

Одна кружка оказалась у меня в руках, и "Лилит", открыто улыбаясь, глядя мне в глаза, легонько стукнула своей тарой по моей.

– За победу, – тихо, но отчётливо произнесла она.

А в глаза вспыхнули не искрой: пламенем.

– За нашу победу, – поправил её я. – Окончательную, полную и бесповоротную.

– За неё! – вознесла девушка, и пригубила.

Я последовал её примеру и… жёваный же свет… едрить твои карданы… на языке ощутил донельзя знакомый привкус варева своего соратника. «Медвед».

Запас, насколько знал, взял с собой только я. Ну, или "Лилит" свой прикарманила. Или, если уж на то пошло, чей-то ещё… но уж больно мой рюкзак разворочен. Значит, из моих запасов фляги…

Не то, чтобы я возражал, но, вроде бы, несколько часов назад же приняли пару глотков для поддержания внутренних резервов организма. Действительно, энергетик «Медвед» сварил недурственный. Ох, как недурственный.

Одним залпом осушенные кружки (не настолько уж энергетик и «дерётся», чтоб его малыми глотками употреблять) водружены на стол, извечная хрестоматийная колбаса и хлеб, заблаговременно порезанные в достаточном для двоих количестве, успешно пошли в роли лёгкой закуски. Скорее, даже, перекуса. Нормально поесть нам не удавалось, и, я так предчувствую, удастся нескоро.

Только сейчас мой взгляд, в полумраке следующий за тянущей со стола снедь рукой, зацепился за до боли знакомую кисть узнаваемой ягоды.

– Виноград? – изумлённо уточнил я, беря в руки веточку. – Ты его с собой, что ли, приволокла? С Земли?

– Зачем? – хитро поблёскивая глазками, переспросила "Лилит". – На Эридане он тоже растёт. Не совсем земной, правда. Отличается, но не особо.

В доказательство своих слов девушка поднырнула под мою руку, державшую ягоды на весу, прильнув ко мне, обняла, подтянулась к кисти и лёгким игривым движением оторвала зубками крупную, размером с пистолетный патрон, виноградинку.

«Неуместный продукт», – бегло подумалось мне. – «Согласно её позывному, тут обязано было быть яблоко. Или что там за плод был у древа познаний добра и зла…».

«Неуместный продукт» вернулся моей рукой на стол, а соратница прильнула ко мне всем телом.

– Времени мало, – горячо прошептала она. – Через два часа мне на вахту. Поэтому, хочешь ты того или нет, но…

Договорить я ей не дал. С силой, но осторожно опуская возлюбленную на наше спальное место, я заставил её умолкнуть. За последующие полтора часа она не издала ни одного членораздельного слова, но прежде, чем мы продолжили, симбионт Ток`Ра понимающе забурился в глубины нашего с ним сознания, оставив нас с "Лилит" наедине.

«Отдых обещается быть знатным», – подумалось мне.

Видимо, напарница была того же мнения.

3 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Земля.
Подземное расположение «Города».
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.


«Строевые записки», – удручающе подумал молодой, но уже убелённый ранней сединой комбриг. – «Опять эти грёбанные строевые записки… Двадцать первый век в армии, блин. А мы до сих пор бумагомарательством занимаемся».

Революцию в деле учёта наличия личного состава офицер продумывал уже давно. Или, на худой конец, если революцию, то восстание. Боевой офицер, занимающийся, без преувеличением, спасением мира, сидит под землёй на глубине сотни метров, как какой-то гребучий сыч, и сычует над оборванными листиками из блокнотов сержантов, переставляя строевые записки от командиров подразделений.

Но ритуал более чем необходимый. Сегодня, например, ещё семеро скончались в лазарете из-за полученных в ходе боевых действий ранений. Мощностей «Города» не хватает на всех раненых и выздоравливающих. Медицинская часть объекта загружена по самые гланды, и всё равно всех спасти не удаётся. Так что, уже минус семь. Один человек числится пропавшим без вести уже которые сутки: его так и не смогли найти, ни живым, ни мёртвым. От позорного клейма «дезертир» спасают свидетельства сослуживцев: в последний раз его видели, ведущим бой с наземными силами рейфов. Один человек числится погибшим при исполнении воиского долга: осатаневший фанатик с самодельным взрывным устройством пытался атаковать блок-пост. Недоумка положили замертво, но бомба сдетонировала.

Без этого ритуала никак. Надо вести учёт всех. И живых, и мёртвых. По другому никак. Абсолютно.

Строевая записка из медсанчасти. Ну, с этими традиционно всё нормально. Туда поступают в таком состоянии, что ни у кого тупо нет сил бегать оттуда. Да и некуда бегать, м-да.

Пробежавшись по листку с фамилиями беглым взглядом для очистки совести, Дегтярёв молча задержал взгляд на последней строке «Отсутствует». Там красовалась подпись, от которой противно засосало под ложечкой. «"Лилит"».

Не оставалось сил даже заматериться. Только этого ещё не хватало… Самовольные оставления частей на памяти Александра Сергеевича были. И не раз. Но не а) беременными; б) во время военного положения.

В мыслях молодой, но бывалый офицер уже потянулся запросить на складе остатки вазелина. Он понадобится. И ему, и "Лилит".

«Надо было её наручниками к койке приковать», – с горестью подумал полковник.
Сообщение отредактировал Комкор - Среда, 06 Ноября 2019, 11:18


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 26 Октября 2019, 13:40 | Сообщение # 617
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 249
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Хорошо написано.

Цитата Комкор ()
за бортом почти кромешная тьма, перемежаемая редкими всполохами неустановленной природы.

«Природа проста», – в ответ на эту, по большей части, риторическую мысль, высказался симбионт. – «Это сгорают газы, оставшиеся от формирования звёзд и планет. Гиперпространство нестабильно: в нём бывают как жёсткие температуры под тысячу градусов, так и близкие к абсолютному нолю значения. В этой среде невозможно поддержание постоянного горения: но на периодические всполохи можно полюбоваться в пути».

Кстати. за всё время просмотра ЗВ, всегда думал что отсветы на "экране" в гиперпространстве - это пролетающие мимо звезды.


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 26 Октября 2019, 14:06 | Сообщение # 618
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 460
Репутация: 388
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Кстати. за всё время просмотра ЗВ, всегда думал что отсветы на "экране" в гиперпространстве - это пролетающие мимо звезды.

Тоже думал, но маловероятно. Гипер отделён от нормального пространства. Соответственно, теория в корне ошибочна. Одно из другого не наблюдаемо, если не считать подпространственные технологии Древних. Но не в оптическом диапазоне. На сверхсветовой скорости, как у "Судьбы" - да. Но там скорости должны быть просто охренительные.
Цитата шаман ()
Хорошо написано.

Спасибя, я старалься))).


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 26 Октября 2019, 14:22 | Сообщение # 619
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 249
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
теория в корне ошибочна.

Полностью согласен, т.к. эта версия жила до ликбеза по гиперпространству)))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Воскресенье, 27 Октября 2019, 16:46 | Сообщение # 620
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 460
Репутация: 388
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Полностью согласен, т.к. эта версия жила до ликбеза по гиперпространству)))

"Ликбез" - громко сказано :D
Просто, в силу рода занятий, приходится чуточку шарить в астрономии, в том числе и теоретической (на сегодняшний, увы, день) ONeill-telescope


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
Desreny Дата: Суббота, 02 Ноября 2019, 11:29 | Сообщение # 621
По ту сторону врат
Группа: Пользователи
Сообщений: 413
Репутация: 3
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Комкор астроном это что новое?
Награды: 0  
Комкор Дата: Среда, 06 Ноября 2019, 11:16 | Сообщение # 622
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 460
Репутация: 388
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Desreny ()
Комкор астроном это что новое?

lurkmore.to/Любительская_астрономия

4 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Перегон между Эпсилоном Эридана и Тау Кита.


«Покой нам только снится», – думалось мне сквозь сон, когда меня остервенело теребили за плечо.

Сам же устал настолько, что лично я не проснулся бы ни за что. Мне снилась какая-то злостная наркомания: будто бы плыву на хат`таке по волнам Японского моря, стоя за штурвальным колесом вместо виртуального пульта, отстреливаемся от каких-то пиратов из огнестрельных (!) пушек, а покачивания на волнах резонансом отражаются с чьим-то яростным тормошением.

Спасибо Нергалу: симбионт поспособствовал оперативному пробуждению.

Продрав ото сна глаза, я не сразу понял, какого дьявола происходит. То, что меня, сквозь дрёму обнимавшего "Лилит", пыталась максимально бесшумно разбудить "Раптория", мне будет понятно немногим позже. В миг возвращения из канцелярии Морфея на секунду показалось, что один кадр сновидения сменился другим.

Благодаря Ток`Ра наваждение быстро пропало: разум просветлел за считанные секунды.

"Раптория", увидев, что мой взгляд, наконец, стал более или менее осмысленным, прекратила экзекуцию и сделала жест рукой: мол, на выход, подожду.

И скоротечно выпрыгнула из отсека, где мы с "Лилит" забурились на короткий отдых.

После наших игрищ обстановка существенных изменений не претерпела: напротив, укладываясь спать, мы сподобились даже уложить свою форму и оружие согласно некоторого разумения порядка. Это сэкономило мне время, пока я одевался: не пришлось собирать по всему отсеку китель, брюки, берцы, прочую экипировку.

Оделся быстро: конечно, не за время горения спички, но и не копался, аки книжный червь.

"Раптория", прислонившись спиной к переборке, ожидала меня за приоткрытой дверью отсека, скрестив на груди руки. Это как же я должен был провалиться в сон, чтоб не услышать, как с тяжёлым каменным грохотом открывался проход?

Соратница махнула черепушкой и побежала в сторону ходового мостика корабля. Мне не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ней, сквозь уходящие остатки сонливости понимая, что дело пахнет летучими горючими фракциями.

– Насколько всё хреново? – хриплым спросонья голосом поинтересовался я.

– Терпимо, – на бегу бросила напарница. – Но шикарным назвать трудно.

На мостик мы вбежали одновременно с Косоруковым: капитана тоже выдрали из койки, где он отсыпал свои положенные часы отдыха. На мой вопросительный взгляд он только покачал головой. Офицер сам не понимал, что творится.

За виртуальным штурвалом хат`така стояла Юля. Девочка слегка нервничала: что, в общем-то, ожидаемо, когда управляешь инопланетным кораблём, проводя его через гиперпространство. Нервничала, но не паниковала. Была собрана, и не поддавалась эмоциям.

– Что у тебя? – не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: тревогу поднял рулевой.

В данном случае – Юлька. Иначе бы нас всех не подняли.

– Не уверена, что проблема, – сглотнула она, не отрываясь от обзорного щита мостика. – Но на всякий случай подняла вас всех.

Девочка провела рукой по ряду органов управления и вывела на экран данные с радаров дальнего радиуса действия.

Картина на экране не понравилась всем нам. Особенно Нергалу.

– Чуть убавь ход, – приказал он, перехватив управление телом. – Держи дистанцию до цели. Не приближайся слишком близко.

– Поняла.

Крайне редко случается такое, что в гиперпространственном коридоре встречаются два крупных материальных объекта (читай – корабли). Космос не бескраен и не безграничен, но, определённо, велик. Шансы на пересечение курсов двух судов крайне минималистичны, а на столкновение – и того меньше. Даже в обычном пространстве, где перемещается подавляющее большинство объектов. В гиперпространстве же, куда попадает крайне незначительный процент судов, такие случаи настолько редки, что их можно пересчитать по пальцам одной руки за всю историю космоплавания.

На экране радара прямо по ходу движения, в нашем коридоре, по догонному курсу летел ещё один корабль… или то, что от него осталось. Нет-нет, да в наш щит и влетал один из его обломков, причиняя лишнее воздействие и передавая свою кинетическую энергию. По счастью, обломки не были велики: но это не так важно, когда скорости в полторы сотни раз опережают световую.

– Я не могу определить, что за корабль, – сообщила Юля. – Радары видят цель, но не опознают её.

– Это возможно, – согласился Нергал. – В гиперпространственных переходах случаются участки, где затруднена связь. В том числе и подпространственная.

– Мы быстро сближаемся, – прокомментировал Косоруков. – Наша скорость в несколько раз опережает тот корабль.

– Поэтому я и подняла вас всех, – нервно обронила Юля. – Мы не сможем обогнуть корабль и обогнать его в гиперпространстве: я не смогу провести судно между целью и границами коридора так, чтобы нас не выкинуло с трассы.

– Никто не сможет, – успокоил её Ток`Ра. – Это задача для пилотов наивысшей квалификации… и уж не для хат`така точно.

– Я начала торможение сразу, как увидела его, – девочка посмотрела на меня, обращаясь к симбионту. – Но даже так нет гарантий, что успеем сбросить скорость до того, как настигнем цель. Придётся выходить в обычное пространство.

– Чревато, – покачала головой "Раптория". – Я не уверена, что после этого сможем опять войти в гипер. Привод гипердвигателя и главный распределитель могут не выдержать очередного скачка нагрузки при включении.

– Это лучше, чем разбиться в гиперпространстве, – рыкнул в ответ Нергал, и обратился к Юле. – Ты сможешь подойти к цели и выкинуть её из коридора вместе с нами?

И без того нервничавшая девочка заметно побледнела и сглотнула.

– Н-не уверена… по крайней мере, не гарантирую, что при этом уцелеем.

Ток`Ра решительно, но мягко отстранил её от головного устройства виртуального штурвала и сам встал за органы управления. Однозначно, дело запахло лигроином.

– "Раптория", – коротко рыкнул он. – Беги на инженерную палубу. Собирай всех, кто может отличить нейтрон от нейрона. Возможно, придётся вручную корректировать работу гиперпривода.

– Поняла! – до девушки дошло быстро.

Буквально секунда – и её сдуло с мостика как ветром.

– Нам нужна связь с Таури, – симбионт обратился к Косорукову. – Необходимо передать наши координаты и вкратце описать угрозу. Ваши руководители должны знать, что на нас не стоит надеяться, если мы не вернёмся из перелёта.

– Я предупрежу их, – кивнул капитан. – Если связь позволит.

– Юля, – девочка встрепенулась от упоминания своего имени. – Ты приняла правильное решение.

А вот теперь всё лишнее – прочь. Расхождение в гиперпространстве двух кораблей – это тебе не с «КамАЗом» на встречке разминуться. Тут такая разводка потребуется, что высокоскоростная автотрасса с грузовиками под две сотни тонн на скоростях под две сотни километров в час покажется невинной игрой в песочнице.

Дистанция до цели – световая минута. Наша скорость близка к световой: опережает её буквально на несколько сотен тысяч километров в минуту, что можно считать за погрешность измерения. Но вот цель имеет гораздо меньшую: едва ли достигает световую. Пусть Юлька и включила двигатели на торможение, то нас всё равно несёт вперёд, как едрическое зубило о полукилометре в поперечнике. Времени крайне мало, и действовать необходимо оперативно.

Нергал отрубил всё, что могло мешать ему в этой ситуации. Все лишние системы снял с отображения на оперативном экране: отвлекаться сейчас категорически нельзя. Остались только навигационные данные, так необходимые в движении: без них невозможно вести корабль даже «на глазок». Точнее, можно, но в пределах межпланетных перелётов. Но никак не в гиперпространстве.

Щиты перешли с походного состояния в боевое: излучатели и генераторы запахали в полную силу, что, к сожалению, добавило нагрузки на разогнанные реакторы. "Лилит" их подкрутила, чем повысила выходную мощность, но надёжность от этого ни разу не выросла. Впрочем, если нам так или иначе хана, то лучше выбрать вариант с хоть каким-то шансом на успех, чем со стопроцентным провалом.

«Мы покойники?», – спросил я Нергала.

«Отнюдь», – отрезал он. – «Вероятность успеха – одна миллионная процента».

«Одна миллионная? Мы точно трупы».

«Да ладно тебе. Вероятность-то не ноль».

Расстояние до цели – 45 световых секунд. Скорость наша падает, но корабль впереди догоняем, и довольно уверенно. А ещё мы постоянно сталкиваемся с его обломками, которые летят за ним, будто сопровождающий комету рой метеоритов.

«Это не хат`так», – заметил бегло симбионт. – «Обломки принадлежат судну иного класса. Оно крупнее нас. И вряд ли принадлежит гоа`улдам».

«Нам без разницы, кому оно принадлежит, если мы с ним столкнёмся».

«Это мы ещё посмотрим».

Расстояние 30 световых секунд. К нашему великому счастью, всё, что могло отвалиться от корабля, уже отвалилось. В этот раз закон подлости не сработал: при приближении к цели от неё не отсовокупилась какая-нибудь особливо крупная семядоля, стремясь размазать нас на субатомную пыль.

25 световых секунд. Нергал полностью перевёл все двигатели в «самый полный назад». Даже с инерционными демпферами, включёнными на время полёта по умолчанию, нас ощутимо толкнуло вперёд. Ещё бы: околорелятивистские скорости, чтоб их в пень-колоду. Да ещё и в гиперпространстве. Даже на скорости в 5-10 километров в час резкая остановка автомобиля бросает пассажиров вперёд, что уж говорить о межзвёздной летающей пирамидке? «Чайный пакетик», – горько хмыкнул я, абсолютно не к месту сравнив хат`так с упаковкой небезызвестного чая.

20 световых секунд. Судно впереди уже виднеется невооружённым глазом. Пусть небольшой, сравнительно маленькой точкой, теряющейся среди однотипных таких же (обломков самого объекта), но стремительно увеличивающейся. Теперь можно не отвлекаться на радары, а довериться опытному глазу пилота.

15 световых секунд. Наши скорости более или менее сравнялись. Мы всё ещё сближаемся, но уже нет непосредственной угрозы столкновения. Всё ещё есть шанс аварийного сближения, но оно, хотя бы, относительно контролируемо.

10 световых секунд. Уже отсюда видно, как сильно пострадал впередиидущий корабль… и насколько он огромен. Если хат`так достигал полукилометра в поперечнике, то цель очевидно превышала километр в длину. Массметр колеблется в районе миллиарда метрических тонн, если переводить в привычные нам единицы измерения, в то самое время как хат`так на несколько порядков легче.

5 световых секунд. Скорости сравнялись настолько, что можно без вреда для безопасности разглядеть исполина перед нами, пусть и силами бортовой обсерватории. Вытянутый брусок, похожий на кирпич неровной формы, около тысячи с хреном метров в длину, порядка сотни в ширину и немногим более полусотни в высоту. Объект неправильно и резко расширялся в кормовой части, где, очевидно, должны были располагаться движители. Ныне же там зияли огромные пробоины: всё, что осталось от дюз, болталось на соплях и чьей-то там матери. Бронепалубные надстройки, узнаваемые в конструкции любой расы и технологии, разбросанные по верхней части корпуса, во множестве своём пострадали от столкновения с космическим мусором. Что творилось с передней частью – с нашей стороны видно не было, но чутьё подсказывало нам: ничем хорошим там не пахло.

3 световые секунды. Тёмный, почти чёрный корпус судна, зияя глубокими пробоинами в бортах, медленно сближался. Раз уж мы не можем разминуться с ним в сравнительно узком коридоре гипертоннеля, то обойдём его в обычном пространстве. Но даже в этом случае оставлять такую байду на трассе категорически нельзя. Если не мы же, то кто-нибудь после нас может напороться на эту дуру. А другой пилот может оказаться менее искусный, нежели Нергал.

1 световая секунда. Ток`Ра уже ввёл необходимые команды в головное устройство хат`така и приготовился к выходу из гипера. Предельно простой план – максимально сблизиться с объектом и вместе с ним выпасть в обычный космос, утянув за собой своей зоной перехода – предельно прост лишь в теории. На практике маневрирование подобным образом настолько опасно, что в иной другой ситуации Нергал предпочёл бы расстрелять преграду издалека. Единственное, что сдерживало его – незнакомая конструкция корабля. Кто знает, каковы его источники энергии и принципы работы двигателей? Взрыв достаточно технологического судна даже в обычном космосе порой сравним с разрушением крупного астероида или аэролита. Уничтожение летающей бомбы-тарана в тоннеле гипера симбионт счёл худшим из зол, что были доступны к выбору на данный момент.

Расстояние до цели изменялось уже не в астрономических, а в метрических единицах. Какие там световые секунды?! Это уже было не триста тысяч километров, не двести и даже не сто. Корабли начали сближаться с опасной и неконтролируемой скоростью: что-то начало вмешиваться в траекторию и нашего, и чужого судна. Семьдесят тысяч километров, пятьдесят, тридцать…

На десяти тысячах Нергал предпринял отчаянный шаг. Одновременно с запуском процедуры генерации зоны перехода Ток`Ра запустил маршевый субсветовой двигатель и заблаговременно вывел его в реверс. Теперь, как только два корабля окажутся в обычном космосе (если, конечно, переживут такой финт ушами), чужое судно по инерции полетит вперёд, а мы начнём стремительно отдаляться от него, используя разницу в скорости. Главное, чтоб щиты выдержали: хвост из обломков впередиидущего корабля никуда не делся, и продолжает бомбардировать защитное поле хат`така.

Пять тысяч километров, две тысячи, тысяча… напряжение на мостике ощущалось физически в воздухе, а у меня, кажется, вспотели даже зубы.

Пятьсот километров, двести, сто… Зона перехода начала формироваться, опасно притягивая чужой корабль к нам (или нас к нему: я уже, если честно, ни хрена не понимал, полностью отдав управление судном в «руки» Нергала).

Полсотни километров. Тридцать. Двадцать. Десять. Пять.

Исполин уже не просто виден невооружённым глазом. Облако обломков его кормовой части стало настолько плотным, что удары о щит сыпались один за другим нескончаемой пулемётной канонадой. Вот только размер таких «пуль» зачастую превышал габарит грузовика, а масса доходила до нескольких сотен тонн. От полного разрушения нас спасли выведенные в боевой режим щиты, и приблизительно одинаковая с чужим судном скорость. Иначе бы от нас не осталось даже мокрого места.

Четыре километра. Три. Два. Один. Кормовая часть чужого судна уже разве что не в бортовые надстройки нам упирается. Больше тянуть нельзя.

– Всем держаться! – прорычал Нергал, и хат`так провалился из гипертоннеля.

Секундная неразбериха при переходе – и вот он, обычный космос.

Сразу же Ток`Ра заложил крутой вираж влево, уходя из кильватера чужого корабля. Да только хрен ли толку? Обломки его корпуса были повсюду. Справа, слева, сверху, снизу, спереди, сзади… я думал только об одном: лишь бы выдержали щиты. Прорыв через облако таких «болванок» по кинетическому воздействию равносилен обстрелу прямой наводкой.

К счастью, план Нергала сработал. Пусть и лишённый управления, неопознанный корабль вывалился из гиперпространства, и понёсся по своим космическим делам. Наши же двигатели, резко ударив по реверсу, тормозили нас, как могли: для хат`така тормозной путь до полной остановки после выхода из зоны перехода что-то около полумиллиона километров, но нам столько и не надо. Нам бы только разорвать дистанцию и выйти из облака бомбящих нас ошмётков.

Параллельно с покиданием кильватера и разрывом дистанции мы с Нергалом осмотрелись на радарах: где же нас выбросило. Между Эпсилоном Эридана и Тау Кита по прямой никаких звёзд не лежит, что, в общем-то, не мешает находиться в этой зоне каким-нибудь астероидным потокам, кометам или, упаси Боже, тем же кораблям рейфов.

К счастью, пространство вокруг нас было чистым: самый близкий и угрожающий столкновением объект – чужой неопознанный борт – стремительно удалялся от нас, унося с собой эскорт из собственных запчастей.

Только, когда дистанция между нами выросла до миллиона километров, а последний из «эскорта» отбомбился по нашим щитам, Ток`Ра вздохнул с облегчением, насколько это позволяла его физиология. Я уже вздохнул с облегчением полной грудью: без всяких позволений.

В кромешной тишине мостика раздался тихий, но отчётливый голос Юли:

– Мы живы… Е8ать тебя в сраку, мы живы…

Не то, чтобы я поощрял крепкие словца в своём окружении (сам-то я ругаюсь исключительно в исключительных случаях, извиняюсь за тавтологию), но данный случай как нельзя более исключительный. Самый исключительный инцидент из всех исключительных происшествий. Так что, можно сказать, Юлька мягко выразилась.

– Мы живы, – выдохнул я, отслоняясь от виртуального штурвала. – Отдельное спасибо одному специально обученному Ток`Ра… и одному специально обученному носителю.

Юлька нервно икнула:

– Сам себя не похвалишь – никто не похвалит.

Косоруков, так и не покидавший мостик с самого момента своего появления, лишь пробормотал что-то нечленораздельное себе под нос, махнув рукой. Короткий смысл его чрезвычайно эмоциональной и донельзя нелитературной тирады – «ну её, на фиг, такую работу». И тут я с капитаном, в какой-то мере, даже согласен.

А сам я, притягивая к себе и обнимая икавшую от нервов, как заведённую, Юльку, подумал, что наших бортовых запасов «медведова» пойла с такой работёнкой до Земли не хватит. Нервы, чай, не казённые, а нам ещё, извините, бой у Земли принимать. В следующий раз надо будет попросить соратника, чтобы наварганил нам побольше. И покрепче.

4 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Перегон между Эпсилоном Эридана и Тау Кита.
Пел`так хат`така.


Коль раз уж меня разбудили, то надо принимать вахту. С такими происшествиями всё равно хрен уснёшь. "Раптория", уже отправившая Юлю отсыпаться, сдававшая нам наряд, согласилась подождать, покуда мы с Нергалом исполним кел`но`рин: как бывшая носительница симбионта, она прекрасно понимала важность этого ритуала. Для них он как сон у людей.

И уже после кел`но`рина мы с Нергалом, отдохнувшие и просветлевшие, телом и разумом, явились пред ясны очи нашей соратницы, дабы пинками под зад послать отсыпаться и её. Последние несколько дней выдались нам крайне бедными на отдых.

На мостике "Раптория" была одна: Юля уже спала, Косорукова тоже где-то носило, а "Лилит", как я понял, так и не просыпалась. Остальным же людям из технической роты делать на мостике просто нечего: они занимались общекорабельными системами на местах.

– С бобрым утром, – произнёс я, хрустнув шейными суставами, когда вошёл на мостик. – Больше происшествий не случалось?

В ожидании моей тушки "Раптория" устроилась под головным устройством виртуального штурвала: расселась под ним, прислонившись спиной к корпусу пульта. Не обязательно торчать, как стойкий оловянный солдатик, пялясь за обзорный щит, если мы висим в обычном космосе, а радары исправно держат марку, сообщая об отсутствии в радиусе опасного сближения посторонних объектов.

Девушка пожала плечами.

– Не считая этой херни с разбитым кораблём – нет. Но радоваться рано. Сначала запустим хат`так в гипер: тогда можно будет считать, что происшествий нет.

– Наши самопальные схемы диагностировали? – поинтересовался я.

– Проверили, – кивнула соратница. – Внешне всё ещё живо. Но надолго ли – одним Древним известно. Не гарантирую, что потроха переживут хотя бы один-два запуска. На свой страх и риск летим.

А когда у нас всё шло по плану? Если всё идёт гладко и без эксцессов – значит, в очень скором времени всё полетит к херам собачьим под хвост. Так что, наличие некоторого неустановленного дерьма в соразмеренном течении дел иногда даже полезно.

– То, что мертво, умереть не может, – хмыкнул я. – Нам бы главное – не застрять в гипере, как тот корабль. А остальное вторично… Так, ладно. Иди, наверное, отдыхай, а я пост принял.

Напарница поднялась с пола и по привычке отряхнула брюки на своих нижних девяносто. Чистота на космических кораблях поддерживалась почти стерильная, а сплав, из которого была выполнена обшивка внутренних помещений, почти не давал пыли. Так что, можно было обойтись и без этого.

– Давай сначала в гипер войдём, – предложила она. – Не хочу опять вылезать из постели, если придётся идти и заниматься потрохами привода.

Разумная мысль.

Коль раз уж пост принимаю у "Раптории" я, то и в гиперпространство хат`так вводить мне. В конце концов, я же заступаю на вахту. Значит, всё должно быть если не в шоколаде, то, хотя бы, максимально близко к нему.

Рука легла на виртуальный штурвал. Во избежание косорукой криворукости с моей стороны, Нергал благоразумно занял управление телом и инициировал процедуру запуска гипердвигателя. Термостатирование, прогон генераторов гиперполя. Щиты переведены с боевого режима на походный. На радарах чисто: в точке входа посторонних объектов нет, кроме совсем уж незначительных пылинок, которые даже не отражаются на экране.

Маршевый досветовой двигатель «взревел» своими зетаваттами, выводя тяжёлый корабль на скорость, достаточную для входа в окно гиперперехода. Стартовать с места в гипер – так себе затея. Техника гоа`улдов на это не способна.

Пока идёт «разбег» – прогнать на оперативном экране пару-тройку опросов и снять показания с системы диагностики. Существенных отклонений, если верить ей, в работах бортовых систем не выявлено… если, конечно, не считать того, что вся наша самопальная сборка из сами знаете чего – сплошное существенное отклонение. Но, ведь, работает же, зараза эдакая?

На скорости в треть от световой корабль получил ощутимый рывок вперёд: двигатели резко дали мощное ускорение, необходимое для преодоления гиперокна. Последнее огромным зияющим зевом распахнулось в нескольких тысячах километров от нас: правда, таким уж жутким это расстояние не выглядело. Судно пролетело его за несколько же секунд, тут же нырнув в тоннель.

"Раптория" дождалась, пока корабль ляжет на оперативный курс, и подошла к головному устройству.

– Ну, – резюмировала она. – Второе включение наши самопалки выдержали. Будем надеяться, выдержат и третье.

– Будем надеяться, выдержат не только самопалки, но и люди, – пробормотал я. – Нам лететь ещё до хрена и ещё чуть-чуть.

– Да ладно тебе, – фыркнула моя ксерокопия. – Скажешь, тоже… Ты привёл к Земле «Гиперборею» с другого края галактики, но тебя пугает перелёт между двумя соседними звёздами?

– Тремя, – поправил её. – Нам после Тау Кита ещё к Солнцу возвращаться.

– Хорошо, – согласилась соратница. – Тремя. Тебя пугает перелёт между тремя соседними звёздами?

– Скорее, настораживает.

Я заступил по-походному, уже не отвлекаясь на сторонние раздражители. Разговор с напарницей всё ещё поддерживал, но внимание моё уже целиком и полностью было обращено на обзорный щит и виртуальный экран.

– Это правильно, – тяжело вздохнула "Раптория". – Не боятся только мёртвые… и отпетые дебилы.

Справедливое утверждение. Даже, если захочется поспорить, не получится. Утверждение, что называется, не в бровь, а в глаз.

– Ладно, – я посчитал возможным отпустить сменщицу отдыхать. – Давай, отбивайся. Если не будет эксцессов, в этот раз подольше постою. Часа четыре. Поэтому, времени отоспаться будет предостаточно. Кто у нас там по кораблю без дела шароёжится, Косоруков? Предупреди его пока, чтоб "Лилит" не будил в ближайшее время. Пусть отдохнёт.

– Хорошо, – кивнула девушка. – Передам.

Оставаясь один на мостике и принимая бразды управления кораблём, я понимал: лёгким этот переход не был бы при любом раскладе. Так или иначе, но даже перегон «Гипербореи» до Земли показался нам разминкой в детской песочнице: и Нергал со мной согласен. Во многом это определялось задачей: скажем, ехать через всю Россию на новом и обслуженном, не бывшем в эксплуатации автомобиле лучше, чем на выкупленной с рук разбитой, разваливающейся на ходу машине, которая, к тому же, не держит направление.

А ещё я понимал, что если копейка рубль бережёт, то даже один лишний хат`так сбережёт несколько миллионов жизней. Несколько хат`таков – несколько миллиардов. Расклад абсолютно не в нашу пользу. Но мы будем использовать все, абсолютно все методы достижения победы. На кону стоит само существование человеческой расы и будущее Земли. Это – уже не просто борьба за жизнь. Это самая великая война за всю историю нашего вида. Поэтому, что бы ни случилось, но корабли должны добраться до Земли. Хоть один, хоть два, хоть пять. Но они должны добраться.

4 августа 2011 года.
Галактика «Млечный Путь», рукав Стрельца.
Перегон между Эпсилоном Эридана и Тау Кита.
Отсек дальней космической связи.


– Чем порадуешь?

Гвардии полковник Дегтярёв не выглядел на экране устройства видеосвязи чрезмерно бодрым и ретивым. Напротив, офицер устал настолько, что не видел перед собой объектива видеокамеры. Попадись он на улице первому встречному комендантскому патрулю – и военнослужащего непременно попросили бы «дыхнуть» в трубочку. Алкогольными бесчинствами и возлияниями Александр Сергеевич не злоупотреблял, тем паче, на службе, но выглядел как после хорошей попойки.

– Между прочим, действительно порадую, – заметил капитан Косоруков.

В отличие от своего визави, капитан выглядел чуть более презентабельно. «Чуть более» в данной ситуации означает, что взгляд его, хотя бы, был более осмысленный, а речь не настолько монотонная, как у вымотанного бессонницей полковника. Впрочем, что одного, что другого не пристало ставить в пример строевой выправки: оба были похожи на пугало. Камуфлированное.

– Твои зверёныши оправдывают возложенные на них ожидания, – не без гордости, будто бы за своих собственных, доложил Косоруков. – Не сказать, что затыкают за пояс инженеров, но недурно так подсобили при возвращении в строй этого корыта. Конечно, не без помощи Нергала, но вчетвером полностью вернули в строй навигацию и сейчас посменно ведут корабль в гипере.

– «Вчетвером»? – с отсутствующим взглядом переспросил Дегтярёв. – «Посменно»?

– Вчетвером, – согласился с ним капитан. – "Раптория", "Лилит", Юля и этот твой свежиспечённый гвардии младший шаман.

Собеседник на экране видеоустройства безэмоционально подпёр кулаком щёку и горестно вздохнул. Настолько, что взгрустнулось даже экрану видеоустройства.

– Твою мать… – выругался капитан, мгновенно понявший причину вселенской тоски своего приятеля.

– Вот именно, – мрачно процедил полковник. – К Юльке я приставил охрану, а "Раптория" с "Лилит" вообще из лазарета лыжи намылили. Причём, никто их даже не видел, кроме дежурной смены в зале врат. Я не я буду, если после войны не предложу им поступить в разведшколу. Эти злыдни проникнут даже в прямую кишку к Сатане, причём, он сам этого не заметит.

Косоруков злостно расхохотался на весь отсек, благо, что находился в нём один.

– Не смешно, – ещё более угрюмо констатировал Дегтярёв. – Нет, после войны им на Земле делать нечего. Если выживем – направлю их куда-нибудь за пределы Солнечной системы, раз уж так и так засветились в проекте. Пусть хоть там вред и радость приносят людям. В остальном без происшествий?

– Практически, – согласился капитан. – Насколько может проходить без происшествий полёт корабля возрастом в несколько сотен или тысяч лет. Одно хорошо: эту рухлядь не жалко в бою угробить. Лишь бы пользу принесла.

– Вот и увидим, – буркнул полковник. – Ладно, бывай здоров. Если что – держи в курсе.

– До связи.

– Отбой.

Конец шестой части.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Четверг, 07 Ноября 2019, 07:29 | Сообщение # 623
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 249
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Однако ювелирно разминулись с кораблем. В воображении всплыл корабль Олдеранцев (из Звездных войн, на таком принцесса Лея убегала от Империи)


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Вторник, 19 Ноября 2019, 01:08 | Сообщение # 624
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 460
Репутация: 388
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Однако ювелирно разминулись с кораблем. В воображении всплыл корабль Олдеранцев (из Звездных войн, на таком принцесса Лея убегала от Империи)

шаман, как-то не задумывался о внешнем виде корабля. Просто представил себя на месте Нергала и понял, что в такой ситуации внешний вид и расовая принадлежность будут меньше всего меня интересовать. Я как-то на "Волге" со стёртыми тормозами чуть под зад фуре на трассе не влетел: ощущения примерно те же, XD

STAR GATE COMMANDER

Земли без времени

Часть 7

Последний бой

9 августа 2011 года
Галактика Млечный Путь, рукав Стрельца.
Окрестности Тау Кита.
Пел`так хат`така.

Неделя перелёта прошла как неадекватный сон злостного забулдыги. Приснившийся мне в первую ночёвку бред про плавание на хат`таке по волнам Японского моря перешёл в реальность: от недосыпа я почти перестал различать сновидения и обычную жизнь.

Пока моё тело стояло за головным устройством мостика корабля, а разум витал где-то в преддверии приёмной Морфея, руки сами по инерции искали штурвальное колесо рулевой колонки с «Юрия Долгорукого», но имели перед собой лишь виртуальный штурвал хат`така.

Симбионт Ток`Ра оставил пустые попытки вернуть мне трезвый разум: понимая, что недостаток отдыха для меня и нехватка кел`но`рина для него так или иначе сказывается на продуктивности нашей работы, он стал соглашаться хотя бы на то, что я не пытаюсь угробить корабль, целенаправленно швыряя его на стенки коридора гиперпространства. Он выполнил своё обещание простимулировать организм по необходимости: периодически искусственно ограничивал выработку мелатонина эпифизом, что приуменьшало сонливость, и подкидывал в кровь адреналин, подстёгивая надпочечники. В тех дозировках, которыми манипулировал Нергал, угрозы здоровью не было, да и не такой уж симбионт придурок, чтобы пилить сук, на котором сидит. Что он, дурак, что ли, гробить тело, в котором живёт?

Корабль, на удивление, не подвёл. С последней перезарядки щитов прошло прилично времени, но приборы ни разу не зафиксировали критической нагрузки на силовое поле судна. Всё ещё шалили двигатели хат`така, как маршевые, так и маневровые, но, хотя бы, к этому мы приноровились. Что я с Нергалом, что "Лилит", что "Раптория" или Юлька. Это стало для нас мелким досадным неудобством, но не более того. В конце концов, всё возможно починить на Земле и вернуть в строй до генерального сражения (если, конечно, борт доберётся до нашего дома своим ходом).

Пожалуй, если не считать самого страшного происшествия – случая с неуправляемым чужим кораблём – то можно сказать, что перелёт прошёл без инцидентов.

Чего не скажешь о состоянии моей нервной системы. Отдельная благодарность Нергалу: Ток`Ра поддерживал внутренние резервы организма, не давая мне скатиться до состояния бухой амёбы. Но усилия и полномочия симбионта не бесконечны: обладателями безграничного запаса сил мы так и не стали. Спустя неделю полёта и посменного бодрствования, как сказал Косоруков, я уже забыл, с какой стороны к койке подходить и как на неё ложиться. Например, сдав последнюю вахту, я практически вырубился прямо на мостике: принявшая управление кораблём "Раптория" щедро вылила мне на морду воды из своей фляги, но и этого хватило, чтоб добраться до койки. Последний сон даже не помню: не уверен, что вообще спал, будто бы и не отходил от штурвала.

Только Нергал и не давал мне заснуть прямо на мостике, за виртуальным штурвалом головного устройства. А в сон клонило просто зверски: вырубало капитально. Чтобы привести судно хотя бы до Тау Кита (не говоря уже о Земле), я предпринял ход конём: отключил на мостике половину часть систем жизнеобеспечения (убрал отопление и подогрев фильтруемого воздуха). Уже в течение часа стало ощутимо прохладней, чего мы и добивались: ушла морящая теплота, организм самую малость охренел в ключе такого поворота, и мобилизовал свои резервы, дабы не околеть. Совсем уж космический холодильник я включать не стал, но вместо двадцати пяти градусов по Цельсию температура воздуха колебалась в районе двенадцати-четырнадцати.

Периодически наше с симбионтом скучающее состояние разбавлял своим присутствием капитан Косоруков. Как и положено старшему ответственному, офицер периодически ходил туда-сюда по кораблю и везде совал свой нос. Зачастую он приобщался к тишине и покою на мостике судна, где в нашей компании познавал дзен. Нергал не очень любит, когда его отвлекают от управления бортом. Но на тягу капитана к познанию и самосовершенствованию ответил на удивление охотным ликбезом по интересующим Косорукова вопросам, в коих сам был компетентен.

Так, за редкими, но регулярными визитами гостей проходила монотонная вахта. Что можно делать рулевому, стоя за штурвалом хат`така? Ровным счётом ничего.

Кроме постоянного и неусыпного контроля за общекорабельными системами, системой навигации (точнее, её кустарными ошмётками), системой жизнеобеспечения (той её частью, что посчитали необходимым запустить), системой питания (разогнанные реакторы на зашкале, пашут на запредельных режимах), системой управления двигателями (по-прежнему тяга идёт куда угодно, но только не туда, куда надо), и херовой тонной прочих сопутствующих подсистем.

До системы Тау Кита оставалось буквально несколько часов полёта.

Земля.
Подземное расположение объекта «Город».
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.


Дегтярёв устал. Он уже не выглядел овощем. Офицер просто отключился за рабочим столом, уснув сидя с открытыми глазами.

Что снилось полковнику? А хрен знает. Может, розовые пони, обгладывающие скелеты гоа`улдов. Может, рейфы, отплясывающие гопака. А, может, и его подопечный «Шаман», учиняющий очередную дьявольскую свистопляску смерти с тотальной и беспощадной вакханалией умерщвления очередных супостатов где-то на своём последнем задании. Хотя, кого там умерщвлять? Сейчас он должен вести хат`так сквозь бездну гиперпространства, а там, в общем-то, и воевать не с кем. Впрочем, молодого наёмника и его симбионта-Ток`Ра это вряд ли остановит.

А отключился полковник во время проработки очередного плана обороны планеты. Исходя из наличия сил и ресурсов, офицер пытался выстроить наиболее эффективную тактику защиты последнего рубежа. Получалось, честно говоря, не очень. При самом выгодном для Земли раскладе одержать условный выигрыш в сражении удастся лишь ценой пирровой победы: уничтожить рейфов, но при этом погибнуть самим почти в полном составе. Единственный шанс на выживание для расы людей как вида – отправка на запасную планету как можно большего числа носителей генома для возрождения цивилизации. Благо, что подготовка запасной секретной базы по ту сторону звёздных врат под кодовым обозначением «Эдем», что была заложена как раз на подобный случай ещё во времена первого открытия врат, завершена ещё вчера, и личный состав радировал о готовности принимать эвакуируемых беженцев.

В дверь кабинета полковника постучали. Сигнал остался без ответа. Офицер не только не понял стук, но даже не расслышал его: настолько глубоко в сон провалился Дегтярёв.

Просьба об ответе повторилась: на этот раз гость стучал громче и настойчивей. В ответ – тишина.

Входная гермодверь качнулась на своих петлях, и в отсек осторожно вошла «Рокада»: девушка не опасалась возможной гневной отповеди со стороны своего крёстного, если она вломится к нему без разрешения.

Кристина узрела своего дядю, восседающего в своём кресле за столом. Китель полковника валялся сложенным вдоль абы как на спинке кресла, офицерская рубашка хозяина отсека расстёгнута до середины груди, рукава закатаны хрен пойми как, а сам Дегтярёв, сложив у подбородка руки «домиком», находился без движения и невидящим немигающим взглядом смотрел куда-то в никуда.

– Дядь Саш!... – позвала его племянница. – Я войду?

В ответ – тишина. Полковник, как сидел, так и продолжал сидеть, находясь где-то за пределами своего сознания.

«Задумался, что ли?», – подумала Кристина.

Девушка скользнула в отсек и прикрыла за собой дверь.

– Крёстный…! – хотела было обратиться к нему «Рокада», но чуткий девичий слух расслышал едва уловимый хрип.

Крёстный спал с открытыми глазами, и чуть слышно похрапывал.

В любой другой ситуации племянница бы удивилась столь редкому навыку военнослужащего, свидетельствующему, безусловно, о высшей степени профессионального развития, но не сейчас. Девушка не первый год знает своего крёстного отца, и знает о его работе многое. Представление о нагрузке на военнослужащего для неё и без того далеко не примерное, а не так давно она сама познала на себе, что это такое. А потому удивление, вознамерившееся посетить её, резко развернулось и растворилось бесследно, так и не успев до конца заявить о себе.

Кристина полностью закрыла за собой дверь отсека и решительно шагнула вглубь кабинета, чьё устройство за последний месяц выучила, как свою собственную форму одежды.

Под мерный, едва уловимый гул системы вентиляции подземного объекта, перемежаемый не менее тихим похрапыванием хозяина отсека, девушка бесшумно, как это умела, скользнула к столу дяди.

На столешнице по левую руку от рабочего места горой лежали папки, листы рапортов, графики, таблицы и бланки отчётностей, сваленные в одну кучу как угодно пятке левой ноги без видимого зазрения совести. Посередине стоял поймавший нирвану от круглосуточной работы без перерыва ноутбук, ныне невозбранно ушедший в спящий режим: по всей видимости, полковник пребывает в царстве Морфея далеко не пять минут. По правую руку, рядом с опустевшей тарелкой от бутербродов, стояла не менее опустевшая кружка с дочерна потемневшая внутри от налёта. Последнее время Дегтярёв хлестал кофе галлонами, с чем в связи перестал воспринимать от него хоть какое-то полезное действие. Любое бодрствование после лишней кружки напитка для офицера сводилось к эффекту плацебо, но по привычке военнослужащий продолжал глушить его вёдрами.

Племянница тихо протянула руки к посуде, реквизировала кружку с тарелкой из-под носа дяди, всё так же беззвучно, будто приведение, скользнула вглубь отсека, где располагался рукомойник. Быстро вымыла посуду, налила воды в электрический чайник, где от объёма последовательно пройденной сквозь него жидкости уже выросли сталактиты и сталагмиты известнякового налёта.

Пока грелся чайник, пролезла в буфет, умело замаскированный под шкаф с документами, извлекла из него оперативно-стратегические запасы и за несколько минут набитой хозяйственной рукой настругала из них бутербродов.

«Рокада» уже представляла себе, сколько кофе выжрал её дядя (а иначе и не скажешь). А потому решила, что нет ничего криминального, если применит тяжёлую артиллерию.

Нож плясал в натренированной руке девушки, как резаки обкатанной машины шинковки. Хлеб, колбаса, сыр – всё это оказалось порезано быстро, но аккуратными, тонкими ломтиками.

В кружку насыпан сахар, засыпан кофе, и залит кипяток из закипевшего к тому времени чайника.

А теперь пришло время тяжёлой артиллерии.

Кристина пролезла во внутренний карман кителя на груди и достала из него маленькую плоскую металлическую фляжку. Споро раскрутила крышку и опорожнила содержимое в кружку с кофе. «Надеюсь, за это дядя не накинется на меня», – усмехнулась девушка сама себе.

Она воочию убедилась, на что способен энергетик, сотворённый её соратником. «Медвед» умудрился сварганить по-настоящему бронебойный напиток. Что точно и в каких пропорциях он туда добавлял – осталось тайной за семью печатями. Приблизительный состав парень, конечно же, огласил, но точную рецептуру выдавать отказался, сославшись на собственные разработки и намерение в будущем наладить производство напитка в промышленных масштабах.

Кофе и бутерброды любезно поданы к столу. Крышка ноутбука закрыта, сам компьютер отодвинут в сторону. Трапеза водружена хозяину отсека буквально под нос.

Предвкушая реакцию дяди, Кристина поправила на себе форменную юбку, одёрнула свой китель, беззвучно подошла к крёстному, и, обняв его за плечи, тихо зашептала ему на ухо:

– Проснитесь и пойте, полковник Дегтярёв. Проснитесь и пойте… (с)

Храп, и без того едва слышимый, обрубило так внезапно, будто бы офицера выключили тумблером.

А Кристина продолжала нашёптывать.

– Нет, я не хочу сказать, что вы спите на работе… никто не заслуживает отдыха больше вашего… и все усилия мира пропали бы даром… (с)

Полковник Дегтярёв как-то странно хрякнул в полудрёме, будто бы удивлённо всхрапнул.

– …скажем просто, что ваш час снова пробил… Так проснитесь, полковник Дегтярёв, вас снова ждут великие дела! (с)

Офицер, внезапно и резко проснувшись чуть менее, чем полностью, будто бы спросонья поперхнулся слюной и зашёлся в удушающем кашле, инстинктивно закрыв рот ладонью.

Кристина с улыбкой отстранилась от крёстного.

Тот, прокашлявшись, с удивлением воззрился на племянницу.

– Это что ещё за адский блюхер-нахер сейчас был? – хриплым спросонья голосом спросил он. – Нормально нельзя было толкнуть? Ты бы ещё «Интернационал» в голос исполнила.

– Ты же знаешь, я не пою, – улыбнулась ему девушка. – Что-нибудь станцевать могу, но не спеть.

– Станцевать «Интернационал»? – инертно подумал вслух крёстный. – Это что-то новенькое…

И опустил взгляд на рабочий стол.

Который заметно преобразился после его последнего осознанного видения обстановки.

– Совокуплять мой не лысый череп, – пробормотал он с некоторой долей растерянности, уставившись «преображение обстановки». – Вот это, мать вашу, сервис… это ты сделала? – полковник посмотрел на племянницу.

– Нет, генерал Белов с Прохоровым к тебе заходили, – хмыкнула она. – Попросили сделать тебе кофе, как проснёшься.

Александр Сергеевич вытаращился на девушку и закашлялся ещё раз.

Кристина весело рассмеялась в голос.

– Да шучу я, шучу! – воскликнула она задорно, но эффект, как говорится, уже нанесён.

– Я тебя когда-нибудь точно в наряд отправлю, – пробормотал успокоившийся крёстный. – За такие шуточки… к твоему ненаглядному командиру в вечное подчинение. Будешь у него старпомом по жизни.

Теперь настала пора резко поперхнуться и вытаращиться племяннице.

Дегтярёв глубоко вздохнул, прогоняя остатки сонливости.

– Ты чего заходила? Что-то хотела?

Кристина прокашлялась, прогоняя прочь оторопь и смущение от последних фраз дяди, и выдавила:

– Ну, можно и так сказать… Меня генерал Белов поймал, велел зайти к тебе и передать лично в зубы: план «Шамана» с твоими правками одобрили целиком и полностью, в ваше распоряжение передают полнокровную эскадрилью «прыгунов» с борта «Гипербореи», тридцать четыре же атомные мины и крейсер «Курск». С него уже списали экипаж, сейчас ведутся погрузочно-разгрузочные работы. Снимают всё, что может пригодиться, чтобы не гробить вместе с кораблём, и загружают реквизированную животину для обмана сенсоров рейфов. Через сутки крейсер должен быть целиком и полностью подготовлен, «прыгуны» снаряжены «подарками». А ещё на «Гиперборее» получили приказ задействовать свои производственные мощности и наплодить штук тридцать пять репликаторов гуманоидного типа. Модели готовы, идёт программирование. Они должны будут управлять «Курском» и «прыгунами» при проведении операции: это позволит устранить потери личного состава за отсутствием личного состава.

– Замечательно… – полковник откинулся на спинку кресла и с облегчением вздохнул второй раз за последние несколько минут. – Лучше и придумать нельзя… Что-нибудь про командный спутник Белов сказал?

– Да, – подтвердила Кристина. – Вам передают ретранслятор серии «Иерихон», он с подпространственным каналом связи будет обеспечивать передачу данных в реальном времени между Землёй и окрестностями Минбара.

– «Иерихон»? – оживился офицер. – А чего это они на него расщедрились?

– Без понятия, – пожала плечами племянница. – Я в вашей материальной части не разбираюсь, только передала название серии. Спутник должен быть уже на борту «Курска», его запрограммировали и «прошили» ещё вчера.

– Вообще красота по красоте… – пробормотал военнослужащий.

Кристина подвинула кружку с кофе (или той бодягой, что получилась при добавлении «медведовой» «сивухи») ближе к своему дяде.

– Ты кофеко-то пей, пей, – елико возможно елейным голосом пропела девушка. – В конец себя измотал, живодёр… жук-самопил. Если так и дальше будешь себя пилить, то до генерального сражения не доживёшь.

Не чуя подвоха, полковник пригубил напиток, с приятным удивлением отметив изменившийся (ещё бы!) вкус. Осатаневший за эти три месяца кофе в масштабах производственных перегонных станций уже в глотку не лез, но тут Дегтярёв залпом опорожнил половину кружки и с удовольствием придержал на языке последний глоток, наслаждаясь новыми нотками и оттенками вкуса.

– Едрить мои полковничьи седины… – с чувством констатировал военнослужащий, отставляя посуду на стол. – Да за такой кофе не грех ещё раз дать рейфу собой покормиться…

– Ты дурак?

То, как резко переменилась в лице Кристина, и с каким льдом в голосе она спросила своего дядю, буквально выбило полковника из колеи. Дядя с некоторой оторопью посмотрел на свою крестницу.

А её взгляд… Таким же взглядом на него смотрел когда-то «Шаман», стоя под прицелом автоматов. То, что ожидаемо от молодого наёмника, третий месяц не вылезающего с передовой, пробрало до мозга костей офицера, узревшего это в насквозь гражданской девушке, надевшей погоны исключительно ради прикрытия.

– Думай, что говоришь, – насквозь ледяным, безэмоциональным голосом произнесла она, уничтожающе смотря на сидевшего в кресле дядю.

Дегтярёву резко сделалось не по себе. Боевой офицер внезапно увидел на месте «Рокады» «Шамана», настолько та вдруг стала похожа повадками на своего командира.

Александр Сергеевич осознал, что сморозил ересь.

– Извини, – произнёс он. – Сказал не подумав.

– «Извини»? – жёстко переспросила Кристина.

Девушка резко наклонилась к креслу и в упор впилась взором в своего крёстного.

– Ты видел раны от лапы рейфов на груди у «Шамана»? – тише, но от того более злобно спросила она. – А я видела. Ты знаешь, что я чувствовала, когда рейф одним ударом раздробил мне кости обеих рук? Так вот это просто щекотка. Кости – срастаются. Жизнь – не восстанавливается. Ты знаешь, сколько лет жизни забрал у «Шамана» этот сосатель?

Дегтярёв был примерно одного возраста со своей сестрой Натальей, и её дочку Кристину знал с самых первых дней. Можно даже сказать, что часто замещал её отца, принимая самое непосредственное участие в её воспитании. И никогда ещё не видел племянницу такой. Да, она злилась. Да, поддавалась эмоциям, как любая девушка в её возрасте. Да, бывало, что и срывалась. Но этот космический, пронизывающий каждый нерв взгляд, вымораживающий каждую клетку оппонента…

– Сколько людей, по-твоему, сожрали рейфы? – процедила злобно Кристина. – Думаешь, им от этого было хорошо? Так вот ни хрена подобного. Так что включай свой тумблер «мозги – трепло» в положение «думать», и думай впредь, что говоришь.

Спорить с молодой наёмницей офицер не решился. Любого другого визави он бы вмиг урезонил, уволив в землю и разделив на ноль, но внутренняя чуйка подсказала военнослужащему: лучше не спорить с племянницей, когда она в таком состоянии.

Полковник примирительно поднял руки.

– Прости, – повторил он. – Честно. Прости дурака. Сморозил хрень. Больше не буду.

– А больше и не надо. – жестоко припечатала «Рокада», сама того не заметив, как подпустила в голос рычащих ноток. – Ещё раз – и больше ни разу. Ты меня понял?

Последний вопрос, перенятый девушкой от окружающих её военнослужащих, был, по большей части, риторический. На него, как правило, не отвечают, если он задан в такой конструкции.

Кристина отстранилась, полоснув по офицеру злобным взглядом.

– Приятного аппетита, дядя. – произнесла она напоследок. – С добрым утром, бл%ть.

И, резко дёрнув дверь, покинула отсек, с лязгом захлопнув её за собой.

Ещё никогда полковник Дегтярёв не был так близок к провалу тому, чтобы бесповоротно рассориться с племянницей. Одно неловко вырвавшееся слово – и Кристина едва не перегрызла ему глотку. Офицер не мог сказать с уверенность, какой нечистый его за язык дёрнул, но одно он мог утверждать наверняка: ни семья девочки, ни он сам никогда не прилагал усилий, чтобы вырастить такую… такую…

Александр Сергеевич так и не смог подобрать подходящего эпитета.

«Шаман», – подумалось военнослужащему. – «Что же ты с ней сделал? В какого зверя её превратил?».

Подземное расположение объекта «Город»
Стрелковая галерея
Лера «Андромеда» Шарапова


Магазин в приёмник, затвор отвести и отпустить, оружие к плечу. Мушка, мишень, целик. Плавная поводка пальцем, обработка спуска, выстрел.

АК-120 ощутимо пнул в плечо. Пусть отдача и снижена за счёт удачного расположения центра массы оружия и энергоэффективного дульного тормоза-компенсатора, но никуда не исчезла в ноль. Как ни крути, а Лера – девушка, причём, не самой плотной конституции. Всё же, оружие создавалось под задачи, выполняемые мужчиной: в меру рослым, в меру крепким, в меру сильным. Удержать автомат на линии прицеливания даже при стрельбе одиночным огнём для девушки не такая простая задача, как может показаться со стороны. В особенности, если патрон настолько мощный, а сама девушка – вчерашняя школьница.

Правка вкладки. Оружие, задранное стволом чуть вверх после выстрела, возвращается на линию прицеливания. Перезарядка автоматическая, засим обработка спуска, выстрел.

«Андромеда» не на линии огня, а на огневом рубеже тира. Нет необходимости бегом менять позицию после выстрела, сгибаясь в три погибели под тяжестью до отказа забитой насыщением и боезапасом разгрузки. А потому очередная правка вкладки, поводка пальцем, обработка спуска, выстрел.

Шарапова не пыталась со ста метров положить весь магазин в «десятку». Для неё, как для сержантского состава, было вполне приемлемо, если на такой дистанции одиночным весь магазин (или большая часть пуль) ляжет в ростовую мишень, что и была закреплена на огневом рубеже. Естественно, при таком раскладе девушка не пыталась контролировать попадания. Сейчас она отрабатывала стойку и обработку спуска с рук без упора, методично гвоздя цель до тех пор, пока та не поменяет очертания. Ну, или пока не кончатся патроны в магазине.

Обработка спуска, выстрел. Обработка спуска, выстрел. Обработка спуска, выстрел.

А занималась она этим не от беспечной жизни. Курс психотропных препаратов Лере прокололи полностью, и сорванную в истерике крышу вернули на место, наглухо прибив бронебойными гвоздями: что давали пациентке, Шарапова не спрашивала, но эффект был поистине кумулятивным. Подобно термобарическому тандемному боеприпасу, связка препаратов ворвалась в подсознание молодой наёмницы, начисто выжгла и искоренила всё, что могло хоть сколь бы то ни было способствовать резкому изменению настроения. Нельзя сказать, что «Андромеда» стала киборгом. Но психика существенно укоренилась, стала прочнее, а сама девушка обратилась во флегматика.

Если не сказать «фаталиста».

Обработка спуска, выстрел. Обработка спуска, выстрел. Обработка спуска, выстрел.

Погружённая в машинальное уничтожение бумажной ростовой мишени в конце стрелковой галереи, Лера не заметила, как в помещение тира зашёл ещё один гость (да и тяжело услышать кого-то за твоей спиной, когда у тебя в руках грохочет в самозарядном режиме автомат калибра 7,62).

Дима (а гостем был именно номинальный старшой Шараповой) без видимой торопливости или спешки зашёл в отделённую от огневого рубежа сигнальной лентой на полу зону безопасности прислонился к стене, ожидая окончания огневого упражнения. Вмешиваться в этот процесс и влезать под руку, как минимум небезопасно, да и в свете последних изменений в поведении девушки парень как-то не горел желанием. Инстинкт самосохранения говорил ему, что лучше бы этого не делать.

Обработка спуска, выстрел. Обработка спуска, выстрел. Обработка спуска, выстрел.

«Штепсель» до сих пор не мог понять, что послужило причиной столь резкого изменения. Леру Васильев знал давно. Пусть он не был с ней так близок, как его командир «Шаман», но Шарапова для него не чужой человек. И причин столь разительных перемен молодой комэск не видел абсолютно. Быть может, ему удалось бы сложить полноценную картину, разбирайся он в психологии чуть лучше. Но сейчас он благоразумно предпочёл держать дистанцию он напарницы. В особенности сейчас, когда в её руках боевое оружие.

Обработка спуска, выстрел. Обработка спуска, выстрел. Обработка спуска, выстрел.

«Андромеда» на рубеже сочла, что достаточно унизила мишень. Палец девушки скакнул по переводчику огня, задав полностью автоматический режим, и зажал спуск.

Автомат заплясал у плеча Шараповой. Как бы жёстко Лера ни вжимала оружие прикладом, но отдача – есть отдача, а «Андромеда» – есть девушка, и ничем это не изменить. Многие пули цели не достигали, и ложились обидно близко к цели, но для своего возраста у неё получалось на загляденье прекрасно.

К слову, того же мнения придерживался и дежурный, лейтенант Прокопенко, ввиду своих должностных обязанностей сидевший в дежурке перед монитором, и дистанционно контролирующий действия молодой девушки через камеру видеонаблюдения. К счастью для него, камера в тире не писала звук: иначе бы к концу смены дежурный качественно оглох на оба уха от постоянной канонады. Как минимум она бы снилась ему до следующего наряда и слышалась вместо привычной человеческой речи.

Лера выпустила в мишень остаток магазина одной затяжной очередью и положила оружие с начавшим дымиться стволом на стол перед собой. Что ни говори, а руки у «Андромеды» не настолько сильны, чтобы удерживать перед собой тяжёлый автомат длительное время, да ещё и вести с него эффективный прицельный огонь. Да и крайне редко на её памяти возникает такая необходимость: гораздо чаще ей доводилось маневрировать, в процессе прижимая автомат ствольной коробкой к груди и давая мышцам рук кратковременный отдых.

Традиционно отомкнуть магазин, несколько раз передёрнуть затвор, убедиться в отсутствии патрона в патроннике, вхолостую спустить курок и поставить оружие на предохранитель. Шарапова дотянулась до кнопки пульта на столе и включила транспортёр: держатель с мишенью (тем, что от неё осталось) шустро поехал к огневому рубежу, услужливо позволяя сэкономить время на самостоятельных похождениях до мишенной обстановки для её замены.

Только сейчас Васильев счёл безопасным для себя подойти к Лере, да и то сделал это лишь после того, как Шарапова положила на стол полностью разряженное оружие.

– Не думал, что тебе так нравится стрельба, – произнёс он, подходя к «Андромеде» со спины.

Ну, так. На всякий случай. А то мало ли.

Девушка неспешно обернулась на голос друга и остановилась вполоборота, абсолютно без каких бы то ни было эмоций скосившись на «Штепселя».

– Ты какого хрена припёрся? – вроде бы, голосом спросила ровным, но всё равно прозвучало грубо.

Что не могло понравится Васильеву, хотя Шараповой абсолютно не показалось, что её вопрос мог кого-то задеть. Просто задала вопрос и хотела получить ответ.

Молодой комэск не за просто так носил погоны. Если его и задела формулировка, то Дима не подал виду.

– Раньше ты не посещала стрелковые объекты, – отозвался он. – Решил узнать, с чего вдруг такая резкая смена интересов.

Лера повернулась к рубежу, куда уже подъехал на тросах держатель с остатками мишени.

– Раньше и трава была вкуснее, и колбаса выше, и небо зеленее, – ровным тоном произнесла девушка, снимая лоскуты ростовой мишени. – А ещё говорят, раньше пони радугой блевали.

«Ну, хоть матом на хрен не посылает», – с облегчением подумал Дима. – «Уже спасибо».

А сам с интересом смотрел на остатки того, что ещё в недалёком прошлом гордо именовалось мишенной обстановкой. Её «Андромеда» изрешетила настолько, что вся середина ростовой фигуры превратилась в огромную зияющую брешь, а всё оставшееся поле усеяно пробоями и случайными отрывами.

Как бы грубо не ответила ему девушка, Васильев пропустил мимо и это.

– Если тебя это заинтересует, – как бы промеж делом озвучил он. – То я выяснил, где сейчас «Шаман». Их корабль должен подлетать к системе Тау Кита. Недавно был сеанс подпространственной связи: самое позднее к сегодняшнему полудню они должны войти в её пределы.

– Изумительно.

«Штепсель» без удовольствия отметил чёрствый тон напарницы. Он уже порывался задать ей вопрос на эту тему, но вовремя остановился: Лера уже повесила новую мишень, которая поехала к своему месту на дальний рубеж, а Шарапова пристегнула к автомату новый заряженный магазин.

Громкий лязг затвора огласил пустую стрелковую галерею, а вслед уезжающей мишени посыпались частые сдвоенные и строенные выстрелы. Как будто девушка стреляла в спину в панике отступающему противнику.

И всё это без единой эмоции на лице.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Пятница, 22 Ноября 2019, 06:50 | Сообщение # 625
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 249
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
на "Волге" со стёртыми тормозами чуть под зад фуре на трассе не влетел: ощущения примерно те же

Как это знакомо XDD Только на Иж ода


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Пятница, 22 Ноября 2019, 08:58 | Сообщение # 626
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 460
Репутация: 388
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Как это знакомо XDD Только на Иж ода

Мало что потерял. Я бы даже сказал, что у тебя ощущения поострее были))). Всё-таки, "Волга" - она хоть и братская могила пехоты, но это двухтонное зубило. Ноги-руки-рёбра переломает, но есть шанс выжить. "Ода" же... ну, как тот самый хат`так, догоняющий чужой борт в коридоре гиперпространства 1tooth


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
Desreny Дата: Пятница, 22 Ноября 2019, 12:05 | Сообщение # 627
По ту сторону врат
Группа: Пользователи
Сообщений: 413
Репутация: 3
Замечания: 0%
Статус: где-то там
А почему Волга а не другое название
Сообщение отредактировал Desreny - Пятница, 22 Ноября 2019, 12:05
Награды: 0  
Комкор Дата: Пятница, 22 Ноября 2019, 17:49 | Сообщение # 628
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 460
Репутация: 388
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Desreny ()
А почему Волга а не другое название

Вопросы к Горьковскому Авто Заводу и тем, кто разрабатывал этот автомобиль. Но название поэтичное, мне нравится. Как и сама машина. Была бы ещё полноприводная версия - цены б ей не было. Просто пушка, а не тачка.

9 августа 2011 года
Галактика Млечный Путь, рукав Стрельца.
Система Тау Кита.
Пел`так хат`така.


Тау Кита… Она же Tay Ceti… Звезда солнцеподобного типа, расположенная в созвездии, как не трудно догадаться, Кита, и видимая на небосводе южного полушария Земли. При видимой звёздной величине +3,5 является одной из ближайших к Солнцу звёзд. Всего-то каких-то двенадцать световых лет.

Двенадцать лет лететь со скоростью света. Со скоростью, которую не может развить ничто материальное. Мы можем лишь приблизиться к этим цифрам. Но не можем сравняться.

Даже движение в гиперпространстве, по сути своей, не является превышением скорости света. Ведь, относительно фотонов, мы не движемся быстрей. То, что мы покрываем расстояние от точки А до точки Б быстрее, чем может это сделать свет, не говорит о том, что мы движемся быстрее него. Тут уже идёт игра не со скоростями, а с пространством.

Как бы ни старался Нергал объяснить мне общие принципы гиперпространственных перемещений, но понял я далеко не всё. Из всего разжёванного мне стало понятно, что а) движение в гипере – это не движение быстрее света; б) скорость света всё так же остаётся пределом что для людей, то для гоа`улдов, что для рейфов. Правда, насколько Ток`Ра было известно, Древние, всё же, смогли превзойти её.

Тот факт, что Тау Кита – одна из ближайших солнцеподобных к Земле звёзд, не делает её абсолютно точной копией Солнца. Звезда легче и меньше Солнца: что-то около двадцати пяти или тридцати процентов, что по одному, что по другому параметру. Но светимость приблизительно сопоставима, а потому на небосводе своих планет видна даже внушительней, чем Солнце.

Всё дело в строении планетной системы. Вместо привычных для нас девяти планет у Тау Кита всего пять. В земной истории они известны не так давно, а потому имеют лишь каталожные наименования b, c, d, e и f. Зато среди гоа`улдов система использовалась довольно давно как перевалочный пункт, складская база и точка встреч для всяческого рода высокопоставленных царьков. Эдакая галактическая забегаловка для самопровозглашённых божков.

Сейчас нас интересовала планета, на картах гоа`улдов значившаяся как «место встреч для обменов словами». Так Нергал, скрипя извилинами, сумел перевести бесноватое нагромождение иероглифов, занявшее целую строку. В попытке озвучить символы на экране с помощью памяти симбионта я чуть не сломал себе язык. Ну, «эфка» – она и у Тау Кита «эфка».

Точнее, нас интересовала не столько сама планета, как её орбитальная группировка.

На саму планету садиться не предполагалось: f Tay Ceti имела массу почти в пять земных, и в два раза больший период обращения вокруг звезды, одновременно с тем, что находится на расстоянии в 35 процентов дальше от своей звезды, чем Земля от Солнца. Вкупе со всем вышеперечисленным, климат на ней трудно назвать приятным. Воздух прохладный (если не сказать – холодный), гравитация зашкаливает, погода стабильная, но зябкая. Откуда теплу-то взяться? Только из недр грунтов.

Но на орбите планеты, на высоте около пяти тысяч километров над её поверхностью, с приличной для такой дур-машины угловой скоростью, на геостационарной позиции вращалась – не много и не мало – целая межзвёздная станция за авторством гоа`улдов. Деталей я выяснить не успел, но сейчас, кажется, именно этим и будем заниматься.

По хорошему, конечно, надо было всех оповестить, что приближаемся к пункту назначения и о скором выходе из гипера, но кому оно, на хрен, надо? Чай, не в маршрутке, где об остановке надо сообщать громко, чётко и заранее.

Условная граница пройдена. Нергал запустил инициализацию зоны перехода и выбросил хат`так из гиперпространства на приличном удалении от цели. Ток`Ра придерживался довольно умеренного стиля полёта: ему, как и мне, лучше поддать газу и скорректировать курс, подведя корабль, чем в панике срывать тормоза и пытаться по аварийному уклониться от столкновения.

А за лобовым обзорным щитком уже нарисовалась Она: Тау Кита. Хоть и меньше Солнца, но всё равно похожа.

– Как будто и не улетала никуда, – раздался за спиной голос "Лилит".

Я даже не дёрнулся, хотя фраза была произнесена абсолютно неожиданно для меня: ведь кроме нас с Нергалом на мостине не было ни души. Уже привык, что напарница может оказаться абсолютно в любом месте и в любое время. Даже запечатанная гермодверь для неё не помеха.

– Так похоже на наше Солнце… если бы ещё и планеты были сходны с Землёй… можно было бы тут отпуск провести.

Я отстранил Нергала от управления телом и отозвался:

– Не проведёшь. Самая похожая на Землю планета в два раза её крупнее, и находится в три раза ближе к звезде, чем Земля к Солнцу. Там форменный ад. В рот чих-пых я такой отпуск, если честно.

Девушка беззвучно скользнула из-за моей спины, прильнула и нерешительно обняла меня.

– Я поговорю с Дегтярёвым, – прошептала она. – Если он разрешит, возьмём с тобой корабль, и улетим куда-нибудь далеко и надолго. Куда-нибудь, где нет даже звёздных врат. Проведём там с тобой отпуск. Только ты и я.

– Даже говорить с ним не буду, – хмыкнул в ответ я, кладя ладонь на ручку девушки. – Возьму любой из уцелевших кораблей и помашу ему задними спойлерами. Только ТЛГ перед отлётом оставлю, чтоб за дезертира не посчитал.

Двигатели выведены в тормозной режим, на экранах радаров оперативная забортная обстановка близка к радужной. Начинаем торможение, подходим к станции и начинаем сканировать объём вокруг нас. Где-то поблизости должны быть наши, земные корабли, и, следовательно, наши же группы из инженерно-технических войск.

Искать никого не пришлось: нас самих нашли.

Система видеосвязи приняла входящий сигнал. Нергал частично перехватил управление телом и моей рукой вывел изображение на оперативный экран.

На нём нарисовался молодой офицер в звании лейтенанта с петлицами военно-космической обороны на погонах. Мне он не знаком, но это и понятно: я же не обязан знать в морду лица каждого встречного поперечного.

– Дежурный по связи лейтенант Морозов, – представился он. – Видим вас на радарах и наблюдаем визуально. Назовитесь.

Логичное требование. Хоть война с гоа`улдами и закончилась, как мне известно, давным-давно, но одиночный хат`так с человеком-пилотом волей-неволей вызывает опасения. Хотя, чего можно опасаться, когда рядом с пилотом находится такая красавица, как "Лилит"? Не брандер же собрались использовать, тараня орбитальную станцию?

Симбионт полностью занял управления телом и гортанно отозвался в ответ:

– Нергал из Ток`Ра. Осуществляю управление трофейным хат`таком. Номинальное командование экипажем возложено на капитана Косорукова и младшего лейтенанта «Шамана». Прошу дать разрешение на стыковку со станцией.

Морозов едва заметно кивнул сам себе: подобные персонажи явно фигурировали в его вводных.

– Добро, Нергал. Можете стыковаться. Следуйте к… первому причальному створу. В полном объёме мы смогли восстановить только его функционал.

– Да будет так, – согласился симбионт. – Как продвигается подготовка кораблей? Есть ли суда, готовые к перелёту?

– Кое-что имеется, – подтвердил лейтенант. – Подробностей не знаю, этим другие люди занимаются. Вас встретят у причального створа, и всё разъяснят.

***
То же время.
Земля.
Подземное расположение объекта «Город».
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
Лера «Андромеда» Шарапова.


Если начальство сказало зайти в кабинет – заставлять ждать, как правило, не принято. Чревато выяснением отношений и неблагоприятными последствиями.

Подобные последствия Леру не волновали от слова «абсолютно». Получив приказ полковника Дегтярёва прибыть к нему в кабинет, девушка приняла его к исполнению с мыслями «А почему бы и да?».

Приказ застал «Андромеду» в тире, где девушка готовила к сдаче в арсенал оружие, с которым отрабатывала огневые упражнения. Уже вычищенный автомат собирался, а потому много времени не ушло. Шарапова сдала собранное оружие, отчиталась за израсходованные боеприпасы, и задержалась только для того, чтобы зайти в туалет и отмыть с мылом руки после оружейного масла.

Уже спустя несколько минут Лера подходила к чуть приоткрытой двери кабинета комбрига, на ходу одёргивая юбку и поправляя китель.

Без стука заходя в отсек (что она, дура, что ли, стучать по двухтонной гермодвери? Костяшки, чай, не казённые), Шарапова рекомендовалась командиру:

– Старший сержант «Андромеда» по вашему приказу прибыла, – коротко доложилась девушка, обойдясь без воинского приветствия.

Всё-таки, сама она была без головного убора, и им же не обременил себя сидевший за рабочим столом комбриг.

Полковник Дегтярёв, занимавшийся в это время извечной писаниной и бумагомарательством на только ему одному ведомую тему, поднял взгляд от стола на гостью.

– Заходи, – кратно отозвался он. – И дверь за собой прикрой.

С тихим шелестом в изобилии напрессованной в подшипники петель смазки качнулась гермодверь. С грохотом и лязгом тяжёлая створка ударила по окладу и закрыла проход.

Лера подошла к столу офицера в ожидании дальнейших распоряжений.

Полковник тем временем отложил в сторону свою писанину и откинулся в кресле.

– Присаживайся, – кивнул он на стул перед столом. – В ногах правды нет.

Просить себя дважды Шарапова не заставила и со спокойной душой заняла предложенное место.

Офицер почесал переносицу и спросил сам себя:

– Собственно, а за каким хреном я тебя вызывал?

В любой другой ситуации «Андромеда» удивилась бы раздолбайству командира, но не в этот раз. Во-первых, девушка прекрасно знала кухню военных изнутри: случаи, когда командир забывал, что хотел от подчинённых, для неё не новость. Да и какая разница, зачем она явилась в кабинет, по вызову или прогуляться? Ей заработную плату начисляют не за количество выполненных командирских поручений или число явок в его кабинет. Пусть хоть три раза вызывает, и забывает, зачем. Её это не волнует.

– Вспомнил.

Дегтярёв дотянулся до кружки с кофе и хлебнул бодрящего напитка, будто бы тот мог помочь ему сосредоточиться на работе.

– Есть новости от «Шамана», – рёк высокочинный, отставляя кружку на стол. – Он только что привёл один хат`так из системы Эпсилона Эридана к Тау Кита. Сейчас они должны начать разбираться с тем, что наши ребята из ВКО успели подготовить к их прибытию.

«Нашёлся», – злорадно хмыкнула сама себе Лера.

Полковник продолжил:

– В силу некоторых… обстоятельств… его экипаж вынужден… продолжить выполнение задания без одного члена. С этим в связи, у тебя будет два приказа. Первый – через звёздные врата отправишься на Тау Кита и примкнёшь к его команде, заменив этого самого члена экипажа. Второй – передай этому хитрохвостому волкодаву, что дома, на Земле, его ждёт красочный разбор полётов за очередной залёт.

Помня недавний разнос по форме в присутствии всего личного состава «Цикад», Лера по инерции провела параллель и спросила:

– От него ещё кто-то забеременела?

Офицер тяжелым взором посмотрел на девушку.

– Это было бы гораздо предпочтительней. Потому что в этом случае всё можно было бы хоть как-то обтяпать и отбрехаться, или списать на гормоны и переходный возраст. Но в этот раз… с ним увязалась "Раптория". И ладно, только эта шизанутая на всю кукушку… с ним увязалась и "Лилит". Чем она думала, уходя беременной на сроке в межзвёздный перелёт – одним только Древним и Господу Богу известно. Но этим самым они подставили своего командира, по факту, уйдя в самоволку. А одна вообще сбежала из медсанчасти.

Казалось бы, конец истории. Приказ получен – приказ надо выполнить. Но не всё так гладко.

Если бы за «Шаманом», как за командиром подразделения, числился косяк за недосмотр за личным составом, отправили бы далеко не Леру, а, как минимум, военную комендатуру. И задержали бы и парня, и подставивших его девчонок. Ибо самовольное оставление части в условиях военного времени карается далеко не передачей пламенного привета от командира, чем, по факту, и озаботил девушку Дегтярёв.

Если бы полковник хотел прикрыть парня и девчонок, то задним числом оформил бы приказ об их отправке в полном составе на задачу. Этим бы и себя обелил, и ребят отвёл от наказания. Но об этом не было сказано ни слова.

Значит, на «Андромеду» возложена задача иного порядка: предупредить «Шамана» о возможной эскападе в свой адрес, и задержать его до прибытия на Землю. Или пусть он возвращается, но не суётся к «своим», которые могут его задержать и препроводить к командирам для разбирательств. Это касается и его, и его спутниц.

Да и первый приказ, озвученный Лере: заменить убывающего из рядов экипажа бойца. Если бы стояла задача вернуть беглецов для наказания, приказ был бы радикально иным. И получила бы его далеко не девушка.

Как говорится, очевидное рядом.

Шарапова не подала вида, что поняла всё сказанное офицером между строк. Это и не требовалось. Достаточно того, что умная и сообразительная девушка догадалась о намерениях комбрига.

– И вот это ему передай.

На столе перед молодой наёмницей появился небольшой оцинкованный кофр, закрытый на символическую защёлку, но опечатанный и опломбированный согласно всем правилам транспортировки засекреченных материалов. Пломба, печать, подпись секретчика, номер пломбы для регистрации в секретной части штаба…

Спрашивать, что внутри, Лера не стала: её меньше всего интересовало содержимое посылки. Сказано – передать, значит, передать. А что внутри – всё равно. Хоть кошачий корм, хоть таблетка оружейного плутония.

10 августа 2011 года
Галактика Млечный Путь, рукав Стрельца.
Система Тау Кита.
Орбитальная станция гоа`улдов.


Пристыковать хат`так – это тебе не бильярдный шар в лузу закатить. Пусть Нергал и имел немалый опыт работы на кораблях подобного класса, но он счёл своим сознательным долгом предупредить всех, чтобы отвалили подальше от причального створа, и на всякий противопожарный случай загерметизировали все переборки на станции.

Тут я симбионта прекрасно понимал. Если столкновение автомобилей на парковке, как правило, не отличается большой фатальностью, то столкновение двух космических судов, в большинстве случаев, списывает в утиль оба борта. Всё-таки, несущие конструкции бортов рассчитываются исходя из самонесущей способности, а никак не тарана одноклассника.

Вопреки опасениям Ток`Ра, стыковка прошла почти идеально. Один раз Нергал зацепил нашей надстройкой выступающую антенную мачту на станции, но этим решили пренебречь. В конце концов, объект гоа`улдов заброшен, и вряд ли когда-нибудь будет использоваться по назначению. И вообще. Одна грёбаная антенная мачта? Скажите спасибо, что полукилометровый корабль не использовался как брандер. Что-то не нравится? Сами вставайте к штурвалу!

Уже на станции нас встретила делегация в лице – кого бы, вы думали? – ни за что не догадаетесь.

На выходе из пересадочного шлюза меня встретил майор Ослябя. Уж кого-кого, но его, приписанного, вообще-то, к «Гиперборее», я никак не ожидал увидеть.

– Борисыч?! Ты какого овса тут забыл?

Офицер пожал протянутую ему руку.

– Я тоже рад тебя видеть, – хмыкнул он вместо ответа. – Настолько, что аж блевать тянет. Как у вас дела?

– Да, в общем-то, пока не родила, – развёл я руками.

Фраза, в контексте беседы имевшая жанр юмористической, в моём случае была донельзя буквально.

– И не должна была, – усмехнулся майор. – Рановато ещё. Впрочем, учитывая, сколько ваша панибратия нахеровертила, я бы не удивился.

В любой другой момент я бы поддержал диалог и отпустил бы пару колких фраз в адрес офицера, но у нас, вообще-то, цейтнот.

– У вас как? – вернулся к теме. – Борта к переброске на Землю готовы?

– С этим интереснее, – кивнул собеседник. – Пошли, прогуляемся до одного места, заодно расскажу тебе, что почём. Хочу тебя… кое с кем свести.

Уже на этом месте у меня противно засосало под ложечкой, будто бы мне собрались предъявить преступления всего грешного человечества, на которые у меня нет ни защиты, ни алиби.

***
Борисыч привёл меня в помещения, использовавшиеся на корабле как гауптвахта. Во всяком случае, Нергал провёл такую параллель. Отсеки на палубе, куда отконвоировал меня майор, на памяти Ток`Ра применялись как изолятор временного содержания и пыточные камеры. Судя по тому, как почернел симбионт внутри меня, с этим местом у него связаны не самые радужные воспоминания.

Запах лютейшего безумия в воздухе начал витать, когда мы только подходили к тюремному сектору. Стали попадаться расставленные кем-то посты, причём, бойцы явно охраняли не заключённого от внешнего мира, а как раз внешний мир от заключённого. Каждый, кого мы встретили по пути, ориентирован был исключительно в сторону камер содержания, при необходимости готовый нашпиговать свинцом с томпаком того, кто решит покинуть те пределы.

И именно туда вёл меня Ослябя, проводя по коридорам и обходя посты.

Только раз майор остановился по дороге, когда остановился перед запечатанной гермодверью. Возле неё несли вахту трое качественно экипированных бойцов, чьи погоны скрывались под разгрузками. Но наличие на них бронежилетов явно не говорило о постановочном характере мероприятия для отвода глаз. Тут явно что-то намечалось.

Борисыч кивнул старшему из тройки. Боец кивком подтвердил, что сигнал принял, и ввёл на контрольной панели последовательность символов.

С громким, тяжёлым лязгом и грохотом в сторону отъехала гермодверь.

Свет внутри был отключён: очевидно, для затруднения бегства тому, кто заключён в камере. В принципе, логично.

Майор сунул руку в карман и достал оттуда компактный фонарь. Холодный сухой щелчок выключателя – и темноту за гермодверью вспорол удивительно мощный для карманного габарита луч света.

Я ожидал увидеть кого угодно. Пленного рейфа. Королеву рейфов. Беглого гоа`улда. Пользуясь памятью Нергала, припомнил пару-тройку других инопланетных форм жизни, которые могли быть сцапанные людьми и помещены под стражу.

Но когда в тюремном блоке зажгли общее освещение, а в камере открылись двери, Нергала во мне передёрнуло так, что содрогнулось даже моё тело.

– Иштар…

С превеликим удивлением пришлось констатировать, что голос прозвучал как не мой, а мои мысли будто бы спутались с мыслями симбионта.

– Что? – с малой толикой юмора в голосе спросил Борисыч. – Старые знакомые?

«Старая знакомая» предстала пред нами, закованная по самое не могу.

Несколько секунд мне понадобилось, чтобы угомонить взвинтившегося Нергала, и вычленить из клубка его мыслей требуемую мне информацию.

«Иштар» – вообще-то, насколько мне известно, имя из той же шумеро-аккадской пласты, что и «Нергал» – оказалась такой же Ток`Ра, как и мой симбионт. Имя её носительницы, как подсказывала память Нергала, Сабрина: происхождением из ассирийской лексики, и в дословном переводе на русский язык означало «Надежда».

Внешность Сабрины соответствовала хорошо сложенной и качественно развитой девушке лет восемнадцати-двадцати на вид. Однако, необходимо помнить, что внешний вид носителя редко совпадает с реальным возрастом. В конце концов, они издревле славятся своим долголетием. Сколько ей на самом деле, не угадать. Сидя на ящике из-под экспедиционного оборудования, который ей предоставили вместо стула, рост назвать затруднительно, но уже с моей позиции было видно, что статностью природа её не обделила. Возможно, даже повыше меня будет.

Длинные тёмные волосы двумя пышными, но в меру объёмными хвостами ниспадали на голые плечи, на которых виднелись небольшие, но заметные гематомы.

Сабрина была облачена в классическую женскую тогу из какого-то чрезвычайно лёгкого материала светлого тона, по краю ткани окаймлённую позолоченной полосой. Из обуви присутствовали крепкого вида жёсткие ботинки явно не земного образца: по крайней мере, подобный крой мне не известен ни у одного из знакомых мне производителей.

А вот что заслуживало отдельного внимания, так это «украшения», которыми от души снабдили носительницу Ток`Ра.

В лодыжках ноги были скованы крепкими кандалами, руки сведены за спину (подозреваю, не просто так, пусть от входа и не видно, что они связаны), а на шее Сабрины красовался тяжёлый ошейник из пыточного арсенала гоа`улдов, через цепь принайтованный к вмурованному в переборку кольцу. Ну, естественно, это же камера в тюремном блоке корабля гоа`улдов… Только, с чего бы вдруг так расщедрились наши, что весь арсенал задействовали? Пожалуй, единственное, без чего обошлись – не стали задействовать силовые ограничители: их излучатели ныне находились не у дел.

Услышав имя своего симбионта, Сабрина, доселе безучастно глядящая в пол, подняла опущенную голову и посмотрела на нас.

Разумеется, если Нергал знал Иштар, то и Иштар должна была знать Нергала. Но носительница меня не узнала, что ожидаемо, если симбионт менял хозяина.

На довольно старом диалекте, который даже Нергал вспомнил не сразу, Сабрина спросила языком гоа`улдов:

– Ты нас знаешь?

Язык я не знал, и даже не собирался учить, но память симбионта доступна мне. Что знает он – знаю и я, если только Нергал не закрыл от меня какую-то вредную для меня информацию.

На ходу сопоставляя слова и изучая произношение, я рёк на чужом для меня наречии:

– Назовём это знакомством через друга. Мой друг знает вас.

Кажется, первый блин получился далеко не комом. Незнакомый диалект дался на удивление легко (ещё бы, ведь мой симбионт на нём шпарит, как заведённая шарманка), и меня поняли. Может, не всё сказанное, но общий смысл был усвоен.

Сабрина окинула меня цепким взором.

– Облачение Таури. Но они не знают этот язык. Он не жив уже многие тысячи лет.

– Десятки тысяч, – уточнил я. – Я знаю этот язык от моего симбионта. Я носитель, как и ты.

Носитель? – переспросила девушка и сощурилась на мне. – Гоа`улд?

Нергал наконец совладал с собой и перехватил управление телом.

Ток`Ра, – рёк он. – Мы оба слишком хорошо знали друг друга, Иштар. Я Нергал.

В отсеке повисла не наигранная тишина. Сабрина, чей взор и без того не блистал радостным жизнелюбием, помрачнел ещё больше.

Борисыч, не зная языка, вслушивался в диалог, примерно понимая суть разговора по знакомым словам. Всё-таки, обозначения типа «тау`ри», «гоа`улд», «Нергал» – они не переводятся, и произносятся так же, как и в русском языке. Хотя, можно ли назвать их произношение русским, если в русском языке этих слов никогда не было?

А я пытался унять бешено колотящееся сердце, по необъяснимой на первый взгляд причине начавшее закручивать стрелку тахометра в красную зону. С чего вдруг на меня накатило такое волнение – непонятно, хотя предположение имеется.

Вероятнее всего, виной тому Нергал. А, точнее, его связь с той, кого он назвал Иштар…

Сабрина отключилась, уступив управление телом своему симбионту, и та, обозначив своё присутствие слабым светом глаз своей носительницы, рекла:

Ты не можешь быть Нергалом.

«Сильно заявление. Проверять его я не буду».

Я даже не успел поинтересоваться причиной столь твёрдой позиции. Собеседница сама ответила на этот не озвученный вслух вопрос.

Мой повелитель пал смертью воина у меня на глазах, – спокойно произнесла она. – Даже, если бы у него был шанс найти себе другого носителя и вселиться в него, он бы не смог выжить… в том аду…

«Вот и сказались различия между мирами», – подумалось мне, очень некстати вспомнив, что Нергал с "Рапторией", вообще-то, пришли к нам из параллельной реальности.

Ты права, – гортанно прорычал Нергал. – Я не твой владыка, которого ты знала, Иштар. И всё же, я – из Ток`Ра, а имя мне – Нергал.

Симбионт хотел сказать ещё что-то, но просто не смог больше проронить ни слова. Ведь Иштар, его возлюбленная из его реальности, погибла в бою с гоа`улдами. Я не знаю, есть ли у Ток`Ра душа, но то, что сейчас творилось у Нергала на душе нельзя описать словами. Симбионта буквально колотило, он не знал, куда себя деть. Только моё спокойствие, как носителя, позволило ему держать хорошую мину: пусть у меня беспардонно колотилось сердце, но внешне я был спокоен.

Я не знаю больше других Нергалов, – холодно отозвалась Иштар. – И невзирая на мои оковы… я приказываю тебе отречься от этого имени. Иначе, клянусь именем своего повелителя, я вырву тебя из твоего носителя и сожру живьём.

Это заявление, такое же сильное, как и предыдущее, проверять не хотелось от слова совсем.

Видя, что симбионт не совсем контролирует своё эмоциональное состояние и язык, я отодвинул Нергала вглубь сознания и подключился к телу сам.

Нельзя отречься от своего имени. Пусть он, в силу исторических причин, выбрал его себе сам, но под этим именем его знают многие. Так пусть же так оно и остаётся. Что касается твоих оков, их снимут сейчас же, как только ты пояснишь, как в них оказалась.

Иштар не робкого десятка: оно и понятно, в сопротивлении Ток`Ра других и не числилось. Но то, как она отреагировала на имя Нергала… кажется с ней надо быть поосторожней. Если я правильно понял контекст (а это может быть и не так, ведь язык в совершенстве я не знаю), то в этой реальности Нергал был властен над Иштар, но погиб в какой-то мясорубке, и Иштар об этом известно. Стало быть, будет тяжело объяснить ей, что он не воскресал… хотя, Ток`Ра – не тупые, и хорошо знакомый как с наукой вообще, так и с физикой в частности. Всё-таки, раса чрезвычайно древняя. Значит, как минимум, за параллельные вселенные должны быть в курсе. И если Сабрина с Иштар не дуры, то всё поймут.

Пока Иштар придумывала, как бы поизвращённей умертвить нас, полосуя меня острым взглядом, я обратился к Борисычу:

– Как она тут оказалась?

– Мы нашли её в одном из внутренних складских отсеков станции, – пояснил Ослябя. – Когда станцию оживили после гибернации, первым делом просканировали на предмет живых существ. Ты же и сам знаешь процедуру.

– Знаю.

– Никого не нашли, – продолжил майор. – Когда прочесали корабль пешкодралом – то обнаружили её, погружённую в глубокий кел`но`рин. Мы только успели принять доклад от досмотровой группы, а она уже пришла в сознание и принялась гасить наших направо и налево. К счастью, обошлись без потерь, хотя троим парням крепко досталось. Уложили её зет`н`келом, и от греха подальше поместили под арест. Она ни бельмеса по-русски, но кое-что, с пятого на десятое, иногда проскакивало знакомое. А пару раз она в особливо забористых тирадах упомянуло слово, донельзя похожее на имя «Нергал». Я и подумал, что она может быть с вами как-то связана.

Офицер посмотрел на часы.

– Я оставлю вас на полчаса. Поговорите с ней, выясните, что происходит. А я проверю, как дела в центральном посту. Если что – вызывайте, я на первом канале.

Борисыч похлопал себя по подсумку, откуда торчала р/с с антенной, и покинул отсек.

Охренительное веселие, мать вашу. Просто охренительное.

***

За майором едва успела закрыться дверь камеры, а Сабрина уже начала ковать железо, не отходя от кассы:

Не будут ли мои пленители столь любезны, чтобы расковать мои кандалы? Или ваши люди настолько боятся одну самку тау`ри, что замуровали камеру, а снаружи выставили войско охранения?

Мы с Нергалом тоже, знаете ли, остры на язык. Если получили плюху – так и вернём её. Иногда – в двойном объёме.

Мы боимся не самку тау`ри. – ответил я, подходя к пленнице. – И, кстати, для такой, как ты, у нас есть более благозвучное слово. В любой другой, более дружественной обстановке, я бы назвал тебя «девушка»… впрочем, ничто не мешает мне называть тебя так и сейчас.

– «Девушка»? – переспросила Сабрина.

– «Девушка», – подтвердил я. – Означает молодую женщину.

– «Женщину»?

– «Женщину». Особь пола, способную к вынашиванию потомства.

По глазам Сабрины было видно, как она на четверть секунды отвлеклась на собственные мысли, видимо, ставя себе в памяти какую-то зарубочку. По всей видимости, она запоминала новые для себя слова.

Что касается вопроса про кандалы… я сниму их незамедлительно, как только выслушаю тебя. И мне, и моему симбионту, до смерти хочется узнать, что ты делаешь в этом месте.

Какие мои доводы доверять тебе? – поинтересовалась Сабрина.

Я только что сошёл с мостика хат`така, где управлял кораблём, а потому наруч гоа`улдов ещё не снимал. Рукав моего плаща задрался, обнажая устройство на правой руке.

Пленница содрогнулась и моментально побледнела, увидев прибор. Очевидно, у неё не самые добрые и светлые воспоминания от знакомства с ним.

У Нергала, впрочем, тоже.

Вижу, знакомо, – резюмировал я. – У меня не так много времени, и я бы сократил его расход, применив к тебе наруч. Но, как видишь, мы с симбионтом предпочитаем поговорить с тобой миром. Оковы же… они необходимы, потому как пока МЫ не можем доверять тебе. Наши люди не знают языка, а потому не могли допросить вас. Мы же с Нергалом можем вам помочь.

Сабрина перевела взгляд с наруча на меня.

Может, ты и впрямь носитель… я чувствую в тебе присутствие симбионта. Но он не может зваться Нергалом. Наш владыка… погиб, принеся себя в жертву. После тарана корабля не выживают.

Последнее предложение вырвалось из горла девушки, чуть было не сорвавшись на крик.

Я вздохнул.

К счастью ли, или к сожалению, но моего симбионта действительно зовут Нергалом. Ты права, он не может быть вашим повелителем. Но это его имя. Если вкратце, то Ток`Ра, зовущий себя Нергалом, появился на моей планете, придя со своей носительницей из параллельного мира. Этим и объясняется всё. Как я понял, в этой вселенной Ток`Ра по имени Нергал погиб? Что произошло – того не исправить. Но нравится вам это, или нет, но перед вами – носитель того, чьё имя Нергал. И он знает и тебя, Сабрина, и твоего симбионта Иштар.

Ещё бы он не знал. Не ведаю в душе, как разворачивались события в этой вселенной, но в мире, откуда пришёл Ток`Ра, Нергал и Иштар зажигали похлеще, чем мы с "Лилит". Помнится, симбионт упоминал про разделение интересов и влечений носителя и сожителя. Теперь мне стало понятно, почему меня так заколотило, когда я увидел Сабрину: ведь, что она, что Иштар – обе были во вкусе Нергала.

Ток`Ра посчитал, что в состоянии вернуться к диалогу, и, скрепя сердце, подключился к управлению телом.

Мне так же больно видеть тебя, Иштар, – прорычал он. – Ведь известная мне Иштар пала от лап гоа`улдов. Мой носитель говорит правду: я не из этого мира. Потому у тебя есть полное право не принимать меня таковым. Но я – Ток`Ра, я – Нергал, и этого ничто не изменит,…

Симбионт чуть не ляпнул в довесок «…любовь моя», но в последний момент заткнул себя сам, усомнившись, имеет ли он моральное право называть так ту, с кем он существовал, по сути, в различных мирах, и кого впервые увидел пять минут назад.

Я представил себя на месте Нергала. Как бы себя чувствовал, потеряй кого-то из своих людей, а потом окажись в параллельном мире, где встретил бы их всех живыми? В этот момент мне аж поплохело.

Я клянусь своим именем, – сумел заставить себя симбионт. – Клянусь именем Нергала и честью Ток`Ра. Если вы и взаправду Ток`Ра Иштар и её носительница Сабрина, вам не причинят более вреда. Поведайте нам о своих деяниях на этой станции, и я добьюсь вашего освобождения.

Сабрина отключилась, а её место вновь заняла Иштар.

Симбионт, сверкнув глазами, вызывающе посмотрела на нас.

Прежде, ответь мне на два вопроса, называющий себя Нергалом. Какие имена ты даровал своим отпрыскам?

Ну, ни хрена ж себе, мой симбионт зажигает! Так у него и дети есть?! Та-а-ак, а с какого перепугу я узнаю об этом только сейчас?! И почему эта часть информации находится в закрытой части памяти Нергала?!

Меня прошиб чёрный пот, когда мой сожитель будто бы похолодел. Изнутри меня будто бы образовалась сосулька, вымораживающая все мои внутренности.

Сынов своих я нарёк Раман и Ияр, дочерь же нарёк Лилит…

Вот тут у меня натурально оборвалась внутри струна. Теперь понятно, почему информацию симбионт от меня закрыл. В родной реальности он потерял детей. Как – даже знать не хочу. Сочтёт нужным – сам расскажет. Но также стало понятно, почему он так тепло отнёсся к "Лилит", которая его чуть не пришибла. Он подсознательно относился к ней, как к своей дочери…

Тогда ответствуй мне, – уже менее холодно спросила Иштар. – Каким именем ты хотел наречь дитя, что возжелал от меня?

Чувство собственного достоинства и самообладание – единственное, что заставляло Нергала держаться. В любой другой бы ситуации он бы дал волю эмоциям и чувствам, но сейчас симбионт не видел за собой морального права на это.

Холодным льдом отозвались его слова из моего горла.

Мне не ведом ход истории в этом мире… но в моём… я хотел дать имя Яфа…

Холодная ярость во взгляде Иштар сменилась неподдельным изумлением, а на глазах Сабрины навернулись слёзы.

Только моя твёрдая рука псионики, сдавившая разум симбионта, не дала ему уподобиться девушке, тут же разрыдавшейся на весь отсек. Иштар, поражённая, отключилась и спряталась где-то в сознании своей носительницы, а последняя заревела в голос, глотая слёзы, и причитала неразборчиво, периодически пропуская какие-то слова, отдалённо похожие на «владыку», «повелителя», «хозяина» и что-то ещё.
Сообщение отредактировал Комкор - Вторник, 10 Декабря 2019, 08:42
Награды: 7  
шаман Дата: Вторник, 10 Декабря 2019, 07:26 | Сообщение # 629
Участник экспедиции
Группа: Свои
Сообщений: 249
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Что-то давненько я не заходил, а тут свежее повествование появилось)) Но оборвалось, как говорится "на самом интересном месте".


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Вторник, 10 Декабря 2019, 21:28 | Сообщение # 630
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 460
Репутация: 388
Замечания: 0%
Статус: где-то там
шаман, так ведь классика жанра). А если серьёзно, то дописывал уже в жесточайшем цейтноте, потому на большее не хватило времени. На днях ожидаются хорошие выходные: разгружу мозги да подтяну кусочек поинтересней.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
Поиск:
Форма входа

МИНИ-ЧАТ:)