04:24
  • Страница 45 из 45
  • «
  • 1
  • 2
  • 43
  • 44
  • 45
Модератор форума: Тень, Кэтрин_Беккет  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
Star Gate Commander: Земли без времени
шаман Дата: Понедельник, 17 Августа 2020, 18:17 | Сообщение # 661
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Что-то не пришло оповещение, решил заглянуть и такой сюрприз)
Интересно, кто стрелял по ребятам?


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Вторник, 18 Августа 2020, 21:44 | Сообщение # 662
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Интересно, кто стрелял по ребятам?


Старые знакомые, однако.

Добавлено (22 Августа 2020, 17:30)
---------------------------------------------
11 августа 2011 года
Подземное расположение объекта «Город»
Кабинет гв. п-к Дегтярёва А.С.
21:49

Полковник Дегтярёв устал. Устал настолько, что не засыпал исключительно благодаря набившей оскомину методе: поставить себе будильник и после каждого срабатывания откладывать следующий звонок на короткий промежуток времени.

Уже не помогали умывания холодной водой. Почти перестал действовать кофе, вместо заряда энергетичности и работоспособности привнося бодрую тахикардию. Дошло до того, что боевой офицер, последние три месяца выполнявший, по большей части, офисную работу, тайком прикладывался к стимуляторам, выдаваемым бойцам особых подразделений в полевых выходах. Александр Сергеевич прекрасно понимал все негативные последствия, но нормально выспаться ему не доводилось уже давно. Другого выхода нет.

Кое-как расправившись с очередной кипой штабной документации, полковник решил по привычке выпить кофе в перерыв, но минутное просветление на фоне действия недавно принятых стимуляторов дало понять: лучше этого не делать. Сердце офицера и без того перегружено, а самому военнослужащему далеко не восемнадцать лет. Лучше поберечь себя.

«Обойдусь чаем», – решил для себя Дегтярёв. В конце концов, не кофе единым, как говорится.

Встать, потянуться, выйти из-за стола, выполнить короткий комплекс не силовых упражнений для разминки. Работа за столом накладывает на здоровье свой отпечаток: тело человека не предназначено для затяжной статики.

Взгляд офицера скользнул по дивану, стоявшему в кабинете, на котором хозяин пенатов коротал нечастые часы отдыха. По части (да и вообще, по округу) с минуты на минуту будет объявлен отбой. Технически говоря, рабочий день закончился ещё в 18:00, но на то оно и война: она не знает ни графиков, ни табелей, ни расписаний. Работы столько, что последние месяцы Дегтярёв жил на объекте, забив на возвращение домой. Вот и сейчас в планах полковника было испить чая, да прилечь отдохнуть хоть ненадолго. Разлёживаться до шести утра, до общего подъёма, для него сейчас непозволительная роскошь.

«Так и скопытиться недолго», – пронеслось в мозгу военнослужащего.

Хозяин отсека скинул китель на спинку кресла, избавился от форменной рубашки, оставшись в майке. Время десять вечера: визитёров в это время не ожидалось. Да и что кому может понадобиться от полковника в столь поздний час, да ещё и лично? Надо будет – по радиосвязи вызовут.

Налить воды в электрочайник. Попутно поразившись, как преобразился изнутри прибор: куда-то подевалась почти вся накипь, будто бы изделие выдали с каптёрки. Очевидно, кто-то промыл утварь… и, кажется, Дегтярёв догадывался, кто. Угадывалась хозяйственная рука его племянницы. Но когда успела?

Вскипятить воду. Понять, что перегрелся, очнувшись от громкого щелчка предохранителя: офицер чуть не уснул стоя, пока ждал закипания.

Достать из «секретной» тумбочки сахар, чай, печенье.

Внезапно тяжёлая гермодверь едва слышно качнулась на петлях. Дегтярёв подобрался.

Войти в кабинет офицера, да ещё и, по сути своей, ночью, без стука не могло ни одно разумно мыслящее существо. Если бы и нашлось такое, поверившее в бессмертие, то ему незамедлительно выписали бы бессрочную увольнительную в далёкие дали, возможно, даже через морг.

Но здравый смысл полковника подсказывал: этим манёвром могли воспользоваться или от вопиющей безмозглости, или от лютейшей необходимости. И умудрённый горьким опытом офицер решил сначала выяснить, что, вообще, за ёрш твою меть происходит, и только потом рубить с размаху.

Если бы Александр Сергеевич не был так утомлён, то он не преминул бы возможностью удивиться позднему визитёру.

А вот визитёрша не была так утомлена, а потому удивилась, после чего усмехнулась внешнему виду полковника.

– Товарищ полковник, я не замужем, но приличная женщина, – усмехнулась Вика. – Давайте, хотя бы, дверь закроем изнутри.

Шутка старшего санитарного инструктора полка понравилась полковнику, но не было сил даже отреагировать на неё.

Хотя, шутка ли?

– А что? – переспросил он. – Боишься, что кто-то может присоединиться?

В противовес полковнику, представшему перед гостьей в майке, форменных брюках и офицерских туфлях, Светлова явилась в полной форменной одежде (юбка, блузка, китель) и в накинутом поверх неё медицинском халате.

Вместо ответа старший санинструктор прикрыла за собой дверь, тем самым давая понять, что разговор будет не для лишних ушей.

Впрочем, боевой офицер и так это понял, ориентируясь по времени визита. Зачем ещё молодая военнослужащая из медсанчасти может явиться после отбоя в кабинет комбрига?

– Чаю будешь? – предложил тот. – Только-только собрался испить, ещё даже не закончил кипеть.

Светлова молча кивнула.

Минуты три понадобилось Дегтярёву, чтобы угостить припозднившуюся сослуживицу чаем. Полковник гостеприимно выставил на стол тарелку с печеньем и первым преломил хлебы.

– Ты ведь не за служебным романом ко мне в ночь пришла? – спокойно и без юмора поинтересовался он. – Что-то случилось?

Вика отхлебнула чая из кружки.

– Можно и так сказать, – дёрнула щекой она. – Вы кого мне в лазарет положили? Инопланетян?

Инерция сыграла злую шутку с Александром Сергеевичем. Офицер провёл параллель в ассоциациях: с «инопланетянами» котировались только рейфы и гоа`улды. Но, ни тех, ни других, военнослужащий на излечение (или опыты) в медсанчасть не определял. Или определял, но не помнил об этом. Теперь он пытался вспомнить, отдавал ли подобный приказ или нет.

Разумеется, получалось хреново.

– Не должен был, – признался он. – А что?

– «Лилит», – коротко бросила Светлова. – Что она за кадр?

Строго говоря, ни звания, ни уровня допуска у старшего лейтенанта не хватало, чтобы владеть информацией о личностях каждого на объекте. А личный состав «Цикад» вообще проходил по отдельным спискам и ведомостям, их личности были засекречены по самые гланды. Даже не все сослуживцы знали, кто они и откуда, вообще, взялись.

– Она тот ещё кадр, – согласился полковник. – Что с ней? Ну, кроме того, что в самоволку смылась.

– Вы где её, вообще, выкопали? – нахмурилась Вика.

– Ещё вопрос, кто кого выкопал, – вздохнул Дегтярёв, отставляя чай. – Ты уже скажешь, что происходит, или мне тебя допрашивать надо?

– Почему мне не сказали, что она Древняя?

Разряд шока, поразивший Дегтярёва, был настолько бронебойным, что разум офицера разом очистился от всех мыслей, продуктивных и не очень. Военнослужащий ошалел настолько, что даже забыл удивиться: как замер солевым столпом, так безэмоционально и глядел в никуда уставшими сонными глазами.

Термин «Древние» для полковника не был далёк. За свою армейскую службу он чего только не повидал, а о Древних знает больше всех на этом объекте. Вероятно, где-то на других базах есть и более информированные личности, но архив знаний, покоящийся в памяти Дегтярёва, заставил бы службы внешних разведок всех стран мира подавиться галстуками от жажды их.

А потому провести сравнительный анализ семнадцатилетней девушки с представительницей самой древней из известных человечеству рас не составило труда. Результат на выхлопе получился настолько ошеломительным, что Дегтярёв натурально подавился печенькой.

– Шобля? – только и выдавил он из себя.

– «Лилит» – Древняя! – повторила Вика. – Почему мне не сказали об этом?!

Сказать, что заявление на миллион – означает ничего не сказать. Даже новость о беременности вышеназванной подчинённой не так шокировала полковника, как это изречение. А по-настоящему выбить Дегтярёва из колеи – задача не из простых.

– Ты не похожа на юмористку, – констатировал он. – Чем постулировано столь... небезосновательное, я полагаю, обвинение?

Вместо ответа Вика запустила руку под блузку, достала карту памяти и передала её собеседнику.

Причём, как не мог не заметить Дегтярёв, достала оттуда, где ни при какой проверке или обыске не стали бы искать, если бы не знали, что ищут.

Как не первый год пребывающий в войсках, полковник знал многое о конспирации. Поэтому прежде, чем вставить накопитель в свой рабочий компьютер, офицер залез в настройки операционной системы и отключил автозапуск внешних устройств, подключение к сети и службы мониторинга, нелепо замаскированные под второй (!) антивирус.

– Откройте первый снимок, – попросила Вика.

На накопителе лежало лишь несколько файлов. Первый из них, открытый офицером, представлял из себя снимок исследуемого материала через объектив электронного микроскопа. Дегтярёв не был бакалавром биологии, но даже для него было очевидно: перед ним Х-хромосома. Размытая, не в фокусе, но отчётливо угадывающаяся.

– Это Х-хромосома, – старший лейтенант Светлова примерила на себя роль капитана Очевидности. – Взята из тканей нормальной здоровой девушки семнадцати лет. Вашей племянницы, если быть точнее.

«Насчёт «нормальной» я бы поспорил», – меланхолично подумал полковник.

– А теперь следующий снимок.

Щелчок клавиши на клавиатуре – и тут офицеру резко сделалось дурно. Как бы далёк от медицины и биологии он ни был, но ему хватило секунды, чтобы понять масштаб постигшей его проблемы.

На снимке точно такого же разрешения и масштаба, очевидно, сделанного с помощью того же самого электронного микроскопа, виднелась Х-хромосома, а вот её язык уже не поворачивался назвать «такой же».

Изрядно гипертрофированная, больше нормальной в четыре раза. Длиннее, объёмнее, мощнее. Даже не одарённому институтскими познаниями человеку, поверхностно знакомого с темой, этого хватит, чтобы понять: в такой носитель информации, как этот, можно записать не в пример больше генетических данных.

Реакция офицера не укрылась от Светловой, но та решила добить его фактами.

– Вы же знаете, почему Древние жили под тысячу земных лет и почти не болели? Дело в их ДНК. В неё записано столько данных, что на расшифровку уйдут десятилетия. Но очевидно главное: именно длина хромосомы позволяет им это. Точнее, не только она.

Дегтярёв листнул следующий снимок. Это были две хромосомы в метрическом сравнении, где на каждой из них компьютерной пост-обработкой были помечены теломеры.

– Теломер нормального землянина короток, – проинформировала полковника Вика. – Он имеет свойство изнашиваться во время деления наших клеток. Как только теломер израсходует свою длину, клетки перестанут делиться, и мы начнём стареть. Это – если коротко, и очень упрощённо. Но у Древних длина теломера доходит до трёх четвертей длины Х-хромосомы. Этим и обуславливается их долголетие: чтобы исчерпать его ресурс, клетки должны поделиться несчётное число раз. Ещё бы чуть-чуть, и они реально стали бы бессмертными.

Уже предвидя ответ на свой вопрос, офицер спросил подчинённую:

– У кого взят образец этой хромосомы?

– У «Лилит», – Вика была безжалостна. – А теперь следующий снимок, будьте так добры.

На этом кадре оказался снимок нескольких хромосом чрезвычайно гипертрофированного размера. Полковнику неинтересны метрики, но на глаз они похожи с предыдущим материалом.

– Это – материал из тела Древнего, который нам передали в рамках сотрудничества по проекту «Атлантиды», – заключила Светлова. – Так сказать, «оригинальный исходник». У вас есть ещё вопросы, полковник Дегтярёв?

Резкость и возбуждённость Вики понять можно. Буквально только что раскрыли представителя расы, считавшейся вымершей больше десяти тысяч лет назад. А тут – на тебе, одна из Древних рука об руку предстаёт пред твои ясы очи каждый Божий день, а ты об этом даже не подозреваешь.

– Кто ещё об этом знает? – привыкший думать о последствиях в первую очередь Дегтярёв спросил первоочередное.

– Пока только вы, товарищ полковник, – уже спокойней ответила Вика. – Материалы исследования я опечатала, а жёсткий диск из компьютера вытащила.

– Как ты это узнала?

Спокойствию офицера мог бы позавидовать и буддистский монах в медитации, но спокойствие это было лишь видимым. На деле же, лишь отсутствие сил и удерживало военнослужащего от выражения чрезвычайно буйных эмоций.

– Я обследовала её ещё на «Гиперборее», – Вика пододвинула стул и подсела к полковнику. – Ещё тогда я удивилась её лошадиному здоровью: девушка этого возраста, прошедшая такую кутерьму, не может быть настолько хороша по медицинским показаниям. Физически она развита на уровне семнадцатилетней землянки, плюс-минус запас на акселерацию. Но физические показатели меня не напрягли. А вот здоровье… кровь – эталон. Токсины – практически на ноле. Гормоны – повышены, но даже ниже допустимого, и это на фоне беременности! Лёгкие, сердце, функции органов… я не нашла ни единой патологии! А детородное… если бы я заведомо не знала её возраст, то сочла бы, что по женской части передо мной полностью сформировавшаяся роженица. Это в принципе невозможно для земной девушки-подростка!

Перевозбуждённая Вика залпом допила остатки чая.

– На Земле я проверила всё ещё раз. Результаты те же самые. Необъяснимо превосходные показатели по всему. ЭКГ, МРТ, общий биохимический анализ, заборы мазков. Из всех патологий – только отсутствие патологий! В любой другой ситуации я бы только порадовалась за свою пациентку, но…

– Но, – подтолкнул собеседницу полковник.

Светлова посмотрела на офицера.

– Вы когда-нибудь сталкивались с абсолютной регенерацией?

Разумеется, сталкивался. На своём веку чего только не повидал боевой офицер, командовавший самыми разными подразделениями до полка включительно.

– Её не может быть у землян, товарищ полковник. Я подняла медицинскую карту «Лилит» и последовательно проверила все записи. Она имела ряд повреждений, когда поступила к нам в часть. Допускаю, что она избавилась от гематом. Допускаю, что затянулись рассечения на спине. Согласна на возможность заживления растяжений и защемлений за это время. Но огнестрельное ранение косых мышц живота и сотрясение мозга не проходят за три месяца абсолютно бесследно! Это невозможно для человека, где бы он ни лечился!

Дегтярёв слушал это исповедь молча.

– И та девочка… Юля… вы приказали прогнать её по военно-врачебной комиссии… фамильное сходство сразу бросилось в глаза: у неё многие черты лица от «Лилит» и «Шамана». Я провела и её ДНК-тест, когда проверяла парня на отцовство. Теломеры хромосом Юли короче, чем у матери, но всё равно ненормально длинны. Не в пример длиннее, чем у нас. Я просто потеряла сон, когда это поняла…

«М-да…», – только и подумалось офицеру. – «Повезло парню… даже не поймёшь сразу, в каком смысле слова».

Если эта информация всплывёт, жизням обоих ребят Александр Сергеевич позавидовать не сможет. Может, их и не препарируют живьём, но спокойно жить они точно не будут. Парню достанется поменьше: в конце концов, он с Земли. А вот с «Лилит» будут драть семь шкур: ещё бы, такой агнец! Это даже хлеще, чем Эльдорадо, Святой Грааль и Земля Обетованная в одном флаконе!

– Это ещё не всё, – нервно сглотнула Вика. – Я, конечно, знала, что личинка гоа`улда при вселении в тело носителя способна перестраивать его ДНК, замещая отдельные участки в свежеобразованных клетках во время деления. Но и подумать не могла, что это так скажется на потомстве… Юля – химера, товарищ полковник. Гибрид Древней, землянина и гоа`улда. Хоть при зачатии решающую роль играло семя носителя, но ДНК симбионта отпечаталась так сильно, что теперь обоих можно считать полноценными отцами. Я просто не знаю, как теперь быть…

Возбуждение Светловой перетекло в волнение, а теперь из-за него стали проглядывать нотки натурального испуга.

Военнослужащий прекрасно понимал подчинённую. Только что она на духу выдала врачебную тайну: армия армией, но врачебная тайна на то и тайна. Как правило, она всегда остаётся между пациентом и лечащим врачом. Это – врачебная этика.

Но эта информация – достояние даже не отдельно взятой ячейки общества, каковой должна стать семья, и даже не федерального уровня, достойная стать государственной тайной. Это, мать его, достояние всего человечества! Только вдумайтесь: живая Древняя, да ещё плодоносящая от землянина! О том, что произойдёт, просочись эта информация в общественность, лучше сейчас не думать: Дегтярёву поплохело от одной только мысли.

Тем не менее, тупицей Александр Сергеевич никогда не слыл, и умел принимать взвешенные решения даже в критические моменты.

Офицер приобнял подчинённую и успокоил её:

– Давай не будем ломать жизнь парню, – предложил он. – Ему и так несладко. У нас всех мало шансов дожить хотя бы до сентября: так зачем устраивать конец света своими руками? Мы понаблюдаем за «Лилит». Если она и впрямь Древняя, то и мы будем действовать. Тем более, что она сейчас не на Земле. Хоть и скоро прибудет сюда, м-да.

– Я беспокоюсь за них, – пожаловалась Вика. – Ладно, «Лилит»: она оказалась тёмной лошадкой. Но парень совсем ещё юнец: он и жизни-то толком не знает.

«Это вряд ли», – подумал с горечью полковник.

А у самого перед глазами кадр, как перед ним стоит двойка «Шамана» и «Лилит», которых он, командиром будучи, песочит за беременность последней. Не от собственной сучьей натуры, а потому что это армия. Тут положено песочить за любой косяк. Тем более – за космический залёт.

И не мог не заметить офицер, как «Лилит» украдкой касалась пальчиками ладони парня. И не мог не заметить, как на безымянном пальчике девушки красовалось небольшое аккуратное кольцо. В инкрустации и камнях Дегтярёв не силён, но было похоже на не огранённый алмаз. «Не знает жизни»? Это вряд ли. Парень не испугался содеянного, и даже не устыдился. Командирский разнос выслушал в позе сытого удава, не дёрнув даже веком. Ещё и взял на себя ответственность, и, судя по кольцу, сделал то, что должен был.

– За этих двоих не переживай, – Александр Сергеевич потрепал подчинённую по плечу. – Я позабочусь о всём. Твоя задача – если не забыть об этом, то, хотя бы, постараться никому не трепаться. Материалы исследований удали: они не настолько уникальны, чтоб их нельзя было воспроизвести. И будь готова принять их опять: со дня на день они должны вернуться на Землю. Я загоню этих разведенцев-селекционеров к тебе, и на этот раз в наручниках.

– Я не люблю наручники, – вымученно улыбнулась Вика. – Только если меховые и розовые.

– Да хоть конвойные и кованые, – усмехнулся Дегтярёв.

Рука военнослужащего скользнула к клавиатуре. Несколько минут работы – и носитель Светловой очищен, отформатирован и надёжно затёрт несколькими глубинными проходами. Теперь восстановить с него информацию сможет разве что бог информатики.

Хозяин кабинета тяжело вздохнул и передал накопитель подчинённой: ему он больше не был нужен.

– Молодец, что доложила, – выдохнул он. – Можешь идти. Утром я позабочусь об этих гавриках. Передай в медсанчасть, чтобы приготовили отдельный блок для них. В этот раз они у меня хрен куда сбегут.

– Приставите к ним автоматчиков? – усмехнулась Светлова.

– А это уж, как вести себя будут.

Вика встала, вернула стул на место и одёрнула на себе форму с халатом. Выходить после отбоя из кабинета офицера в неряшливом виде – означает скомпрометировать обоих в глазах гипотетических свидетелей. Не то, чтобы старший лейтенант Светлова была против служебных романов, но ей хватает и своей работы. Нет необходимости плодить слухи на ровном месте.

– Спасибо за чай, товарищ полковник, – Вика чуть задержалась в дверях. – Пожалуйста, когда будете вязать их кроликов, не прессуйте их слишком сильно. Это может испортить клиническую картину.

Дегтярёв неприкрыто усмехнулся в голос.

– Девчонка – Древняя, а пацан вернулся из перехода по изнанке Мира. Как думаешь, их можно запрессовать ещё сильнее?
Сообщение отредактировал Комкор - Суббота, 22 Августа 2020, 21:33


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Воскресенье, 30 Августа 2020, 19:38 | Сообщение # 663
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Вот это поворот...…. Даже поворотище… теперь не терпится узнать, что же дальше)


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 19 Сентября 2020, 19:50 | Сообщение # 664
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
11 августа 2011 года
Земля
Гарнизон
09:15 утра
Хаттак

Дом… милый дом… наконец-то мы вернулись.

Я никогда бы не подумал, что перелёт в каких-то двенадцать световых лет может так вымотать. И это мы ещё менялись. А если бы летел один? Сдох бы, несмотря на все старания симбионта.

Расстояние до точки выхода из гиперпространства измерялись уже даже не световыми часами, а минутами. Ещё немного, ещё чуть-чуть – и хат`так выпадет из зоны перехода неподалёку от орбиты Луны с тем, чтобы начать торможение и лечь на геосинхронную орбиту Земли. С нами небольшой ордер, который мы должны были привести к планете: его тоже надо раскидать.

Дом. Милый дом…

Никогда бы не пришло на ум, что я буду так скучать по этому маленькому синему шарику, бездумно катящемуся по своей орбите вокруг светила. И не сказать, что расположение на рукаве галактики какое-то презентабельное. Так… отшиб. Околица, если можно подобным выразиться. И не сказать, что планета представляет собой что-то чрезвычайно интересное. Три четверти поверхности под непригодной для питья водой, полезные ресурсы на грани истощения, на носу маячит перенаселённость.

И всё же… такой родной, и такой милый дом…

Оказывается, не я один так думаю.

Отдыхая в кресле прямо на ходовом мостике, периодически проваливался в неглубокий сон. За штурвалом стояла Сабрина, а потому я мог предаться праздному разложению (чем, в принципе, и занимался, морально и физически). В те недолгие моменты бодрствования, что проходили для меня мимолётом, я контролировал показания на оперативном экране, готовый при необходимости прийти на помощь Ток`Ра.

В один из таких недолгих мигов просветления сознания себя обозначил Нергал:

«Ты чрезвычайно печёшься о родном мире», – констатировал симбионт. – «Не совершай ошибок, что приводили к гибели множество цивилизаций. Безусловно, планета важна для вас: но не настолько, чтобы забывать об остальном. Чрезмерная опека о том, что вы защищаете, может негативно сказаться на обороноспособности».

Тут Ток`Ра прав, как никто другой, и я его прекрасно понимаю. Когда дело касается чрезвычайно ответственного мероприятия, негоже отвлекаться на то, какое оно ответственное: это задействует лишние ресурсы. Гораздо эффективнее будет отстранить эти помыслы на второй план, забыв о них на время, и всецело сосредоточиться на выполнении задачи. В нашем случае – надавать рейфам по щам санными тряпками, и погнать их поганой метлой так, чтоб забыли, как их зовут.

«Тут я солидарен с тобой», – выдохнул я. – «Какая разница, насколько наш мир родной и прекрасный, если мы не сможем отстоять его? Но, извините мои подсумки, на то он и родной мир. Дай насладиться этим чувством. Я так не скучал даже после того, как выбрались с линкора».

«Ты – воевода», – напомнил Нергал. – «На тебя возложено бремя военачальника. Ты можешь предаться объятиям с возлюбленной, но иные мечтания пока для тебя не рекомендованы. Тебе должно сосредоточиться на своих обязанностях».

«У нас подготовлены запасные миры на случай провала обороны», – буркнул я. – «Наши люди учли и просчитали всё, что было доступно нашей фантазии. Не я же один веду войну: дай помечтать, а?».

Хотя сам прекрасно видел открытую память симбионта, где отчётливо читались воспоминания о канувших в лету расах, решивших, что нет ничего ценнее родной планеты.

Сознание было спутано бессонницей. Двухнедельный переход не прошёл для меня бесследно. Мысли прыгали, не успевая закрепиться, абсолютно случайно. Только что я предавался ностальгии, теперь я одёргиваю себя, чтоб не раскисал, а сейчас буду просчитывать, каким курсом лучше подойти к Земле, чтоб не навредить орбитальной группировке.

– Пересекли границу звёздной системы, – сообщила Сабрина. – Сбрасываю скорость, готовлюсь к выходу из гиперпространства.

Значит, пересекли границу гелиопаузы. Стало быть, у нас минуты три, не больше.

Хочешь – не хочешь, а надо вставать. Сабрина и Иштар хоть и опытней меня, но они не знают окрестностей Земли. По радарам, быть может, и смогут нас вывести, но, например, разбрасывать корабли по заданным координатам лучше мне с Нергалом.

– Принял, – отозвался я, прогоняя сонливость.

Вставать за штурвал полусонным – означает подписать приговор себе, соседним бортам и всем, кто окажется у тебя на пути.

«Сделай благо дело», – попросил я симбионта. – «Подстегни меня. Надпочечники, адреналин, мелатонин… что считаешь необходимым – действуй. Мы с тобой должны сделать последний шаг».

Нергал коротко рыкнул в знак согласия и активно принялся за работу.

Адреналин действует крайне быстро, но также и быстро распадается. К счастью, мне надо продержаться каких-то десять-пятнадцать минут. Нам же не стыковку всех семи бортов с орбитальной станцией проводить, а тупо разбросать корабли по заданным точкам геостационарной орбиты. С двумя опытными Ток`Ра на борту это дело быстрое.

Сравнительно.

И вот, значит, встал я с кресла, подошёл к Сабрине и положил руку на её плечо.

– Принимаю управление, – сообщил ей. – Дозволяю покинуть пост.

Девушка убедилась, что курс ордера более или менее стабилен, заблокировала виртуальный штурвал головного устройства, развернулась, и, исполнив преисполненный искреннего почтения поклон, отошла от своего места.

Мы с Нергалом заступили на пост, разблокировали устройство и бегло пробежались глазами по оперативному экрану. Тяга двигателей, курс, скорость. Генератор гиперполя работает на последнем издыхании, следующего включения может и не пережить. Но, к счастью, мы на пороге дома. Ещё немного, ещё чуть-чуть, и…

Нергал завладел телом полностью. Я уступил ему управление и со спокойной душой отстранился в глубины своего сознания, вместе с Альтер-Эго заняв выжидательную позицию. Учитывая все манипуляции до схода на Землю, у меня есть минут тридцать свободного балдежа. Можно не рыпаться и не шелестеть особо.

«Иштар и Сабрина способные пилоты», – я поделился наблюдением с Нергалом. – «Они смогли удержать ордер от распада и привести все борта к цели. Если мы переживём эту битву, у них большое будущее. Я поговорю с Дегтярёвым, чтобы их зачислили к нам: они получат кров и пособие, смогут держаться рядом с нами. Возможно, удастся приписать их к отряду.

Нергал постарался сохранить максимально спокойное состояние, но эта мысль его всколыхнула. Едва заметно, но всколыхнула.

«Признаться, я разделяю сию затею», – честно рёк он. – «В случае успеха Иштар действительно сможет принести пользу: я ручаюсь за неё также, как и за свою бывшую носительницу».

«Значит, решено», – резюмировал в ответ. – «Разберёмся с делами – и к Кэпу».

Ордер прошёл орбиту Плутона, Нептуна, Урана, Сатурна, Юпитера, и уже миновал Марс, когда Ток`Ра решил: пора.

Рука легла на пульт и отдала команду бортовому компьютеру. Генератор гиперполя запустил формирование зоны перехода. Пока то да сё, пока суть да дело (операция ни разу не односекундная), мы уже прошли орбиту Луны и стремительно приближались к Земле.

Наконец, окно сформировалось. Вот только радоваться тут было решительно нечему. Потому, что вместо космической пустоты или, на худой конец, силуэта Земли, за окном виднелся, мать его, корпус «улья» рейфов. А раз он виднелся за окном зоны перехода, то расстояние между нами катастрофически мало. Настолько, что в мыслях прозвучало только одно слово:

– Е8ать…

Причём, что характерно, удивлённый возглас принадлежал далеко не мне, и не Альтер-Эго.

***

Ввиду скоростей времени не было абсолютно. Тот единственный кадр, длиной чуть больше одной пятидесятой доли секунды, отпечатавшийся в мозгу не понятно каким образом, запустил какие-то скрытые резервы организма, о которых я даже не подозревал.

Головной хат`так ещё не успел выпасть в обычное пространство, а уже из зоны перехода огрызнулся главным калибром. Всё-таки, подселение симбионта дало свои преимущества: скорость реакции просто запредельная. Отдать команду огневым батареям, взять цель на прицел и залить огнём: всё это меньше, чем за секунду. Вышедший из гипера ордер сразу распался веером, а головное судно осыпало «улей» залпами главного калибра.

Признаться, в тот миг меня меньше всего интересовало, как именно и почему вражеский борт оказался на орбите Земли. В мозгу сработал рубильник: «враг – значит, уничтожить».

С чем, признаться, мы справлялись на ура. Нергал, не будь дураком, да прицелься в первое, что попалось на мушку: этим «первым» оказались досветовые двигатели. И без того монструозная котлета свыше двух тысяч метров в поперечнике, требовавшая длительного старта и разгона, теперь и вовсе оказалась лишена хода: серия метких попаданий взорвала правую группу двигателей.

Причём, что характерно, опытный пилот Ток`Ра умудрился выполнить это одновременно с заложенным манёвром уклонения: поливая судно противника огнём, мы отклонились от неминуемого прямого столкновения, разойдясь с «ульем» буквально в считанных сантиметрах. Честно говоря, на секунду мне показалось, что мы, всё-таки, столкнёмся.

Сабрине и Иштар хватило полсекунды, чтобы среагировать на угрозу. Девушка пулей метнулась за второй пульт и громко, чётко оповестила:

– Приняла батареи, веду цель!

Если я правильно перевёл в горячке запала, фраза означала что-то вроде «управление огнём на мне».

Управление ордером сразу было заброшено: всем резко стало не до сопровождаемых кораблей. А потому один из хат`таков без торможения сразу после выхода из гиперпространства со всей своей космической честностью взял, да и протаранил «улей», разнеся ему всю правую бочину. Последовавший за столкновением взрыв вышел не таким уж и фееричным: просто объёмным. Даже засветки на радарах не появилось. Зато мы на практике узнали, что таран «улья» хат`таком не бесполезен: повреждения не фатальные (для рейфов), но далеко с ними они не улетят.

Заход на второй круг – и огонь с нашего борта был уже более прицельным. Используя тот же тип орудий, что и рейфы – плазменные генераторы – гоа`улды строили их более компактными. Отсюда меньшая пробивная сила ввиду калибра, но и большая скорострельность. Сразу несколько затяжных очередей подожгли левый борт «улья», но нас откровенно понесло.

Всё-таки, каким бы опытным ни был пилот, но хат`так есть хат`так. Полукилометровая пирамидка весом под несколько миллионов тонн просто не может развернуться быстро и на месте: мы же не истребитель. А понесло нас знатно: Нергал начал выписывать двигателями такие пируэты и па, что башка закружилась бы даже у рейфов. Ток`Ра для гашения инерции при развороте использовал все оси координатной пространственной сетки, пытаясь удержать противника в поле обстрела, но при этом и самому не подставляться под его орудия (а они, как мы помним, у рейфов имеют крайне ограниченный угол доворота).

Мы бы ушли и на третий заход, если бы на оперативном экране не вспыхнуло окно видеосвязи. На нём Дегтярёв с глазами орущего покемона в приступе неописуемой оперативности орал на нас трёхэтажным шестнадцатидюймовым матом, приравненном на войне к главному калибру:

– А ну, отставить, обмороки гребучие! – разорался офицер. – Вам кто давал команду на открытие огня, улитки дизельные?! Перестаньте дырявить всё подряд, ниндзя тоскливые! Табань, бл9ть, суши вёсла, дятлы кукурузные!!!

Инерция – вещь, которой не стоит пренебрегать. Только что ты, ведя по коридору конвой, влетаешь сходу в бой, и тут тебе начинают орать, что ты гиена сутулая и слизняк помидорный, и вообще тебя надо в поликлинику сдать, для опытов, потому что никто не давал команду атаковать врага.

Разумеется, ни Сабрина (что очевидно), ни Нергал (что ожидаемо), ни я (что вообще ни хрена не удивительно) не поняли первопричину командирского гнева. Однако, команда, поданная больше трёх раз подряд, автоматически признаётся неоспоримой и надлежит к исполнению в первостепенном порядке. Потому мы прекратили огонь, хоть и не оставили попыток стабилизировать свой корабль.

– Тормози, попугаи-камикадзе!

Легко тебе сказать, «тормози»… Попробуй-как быстро останови такую дуру, на которой выделывали кренделя для лёгкого эсминца-сторожевика.

– Лечь в дрейф и ждать меня, демоны!

***

Товарищ гвардии полковник Дегтярёв соблаговолил явиться к нам на пел`так довольно скоро. Не прошло и пяти минут, как офицер был телепортирован к нам: транспортная система Асгарда, работая на пределе эффективной дистанции, в одночасье перекинула к нам военнослужащего, не потеряв ни единой пуговицы на его погонах. Правда, к тому моменту я всё равно устал его ждать, и прибытие вышестоящего по званию и должности встречал, развалившись в кресле на мостике. Предложил Сабрине составить мне компанию, но та, отчего-то, почтительно отказала.

Командир заявился на борт, будучи в изрядно подпорченном настроении. Судя по его реакции, мы только что, как минимум, в развлекательных целях захватили пару соседних планет.

– Вы чего творите, соколики мои ясные? – процедил сквозь зубы офицер, окинув собравшихся взором.

Собравшиеся окинули взором полковника.

«Собравшиеся» – это я и Сабрина. И, пользуясь случаем, Нергал и Иштар.

– Очевидно, бесовщину, – резюмировал я.

Дегтярёв посмотрел на меня, перевёл взгляд на Сабрину, и вернулся взором ко мне.

– Тебе лицензию коллекционера выдать, пылесос межзвёздный? Чего ж ты всех подряд себе в отряд тащишь? Тебе людей в подчинении мало?

– Стволов много не бывает, – назидательно рёк я. – Чем больше людей – тем крепче отряд.
– «Чем больше в армии дубов – тем крепче наша оборона», – пробормотал полковник, и ещё раз посмотрел на Сабрину. Теперь уже профессиональным, командирским взглядом.

Девушка с почтением поклонилась ему, держа сцепленные перед собой руки максимально близко к себе.

Кэп перешёл на язык гоа`улдов, с которым, как оказывается, знаком.

– Ты из Ток`Ра, – утвердил он. – Ищешь союза?

– Я служу владыке Нергалу, – степенно отозвалась та. – Иных союзов мне не требуется.

По всей видимости, Дегтярёв сказал не то, что думал. С языком-то он знаком, вот только диалект не учёл.

Я перевёл его мысль детальней:

– Командир спрашивает, желаешь ли ты присоединиться к нашему воинству. Это подразумевалось под «союзом».

– Да, – подтвердила девушка. – Я ищу пристанище.

– Мажется к нам на хату, – перевёл для Дегтярёва на тот случай, если он опять запутается в наречии.

– Это я и так понял, – процедил полковник. – Сам-то что думаешь?

Мне оставалось лишь безучастно пожать плечами.

– А чего я могу думать? У нас на носу бойня. Ты думаешь, мне не хватит мозгов не отказаться от помощи опытного пилота?

– Я вообще сомневаюсь в их наличии, – буркнул командир. – Но тут ты прав. Ладно, хрен с тобой. Особый Отдел с ней пообщается – и она твоя.

При упоминании ОО Нергала во мне передёрнуло. Он ещё не забыл, как его с «Рапторией» допрашивали особисты, а потому ни разу не желал оной участи для своей возлюбленной.

Реакция симбионта была настолько резкой, что это заметил даже Кэп.

– Угомонитесь, кто бы из вас двоих это ни был, – проронил офицер. – Можно подумать, её там по кругу пускать будут… поговорят, пообщаются, и отпустят с миром по миру.

Нергал вклинился в управление телом:

– Я бы хотел разделить твой оптимизм, воевода Таури, – гортанно порычал он. – Однако мне ведомы методы дознания ваших интендантов. Допрос будет происходить при мне, и я не потерплю возражений.

Полковник закатил глаза.

– Не допрос, Нергал. А беседа. В нашем языке это разные понятия: ты же владеешь памятью носителя. Допрос применяется к подозреваемым в нарушении или обвиняемым. По этой категории вы с «Рапторией» и проходили. Сабрина и Иштар не нарушали наших законов: нам нет нужды их допрашивать. Но Особый Отдел должен знать о целях и задачах всех внешних контактов с нами. Кто такие, зачем хотят присоединиться, какие цели преследуют и так далее. Конечно, на карандаше стоять будут, но не более того.

– Допрос будет происходить при мне, – повторил Нергал.

– Как хочешь, – пожал плечами офицер. – Чем больше носителей языка будет присутствовать, тем меньше шансов ошибиться при переводе. Да, кстати.

Дегтярёв посмотрел на наручные часы.

– «Шаман». Там наши операторы на ваш борт телепортировали твой трофейный штурмовик. Бери его и помоги своим ребятам на поверхности: координаты дадут по радио. Времени в обрез, так что поторопитесь: у них там попахивает чем-то недобрым.

Нергал растворился во мне, а я поднялся с кресла.

– Об остальном поговорим в «Городе», – заверил полковника. – Сабрина, ты со мной.

– Слушаюсь, владыка, – кротко отозвалась та.

11 августа 2011 года
Земля
Гарнизон
09:15 утра
«Цикады»

Ещё на подходе к развалинам завода парням почудилось что-то неладное. Они не первый день в армии, и прекрасно знают, как должна выглядеть подготовка подразделений к зачистке занятых территорий.

На подступах к объекту их встретило оцепление: в этом факте нет ничего противоестественного. Напротив, было бы до жути странно, если перед адресной зачисткой внезапно исчезнет блокирование района действий.

Но всех парней, от «Полимера» до «Святогора», насторожило то, что отдельная группа военнослужащих стоит возле поставленного на колени человека, чьи руки были скованы за спиной наручниками. Даже, если допустить, что оцепление задержало нарушителя периметра, то что-то не сходится.

Если бы задержали гражданского, прорвавшегося в район действий, его завернули бы обратно. Буде это враг – его бы положили ещё метров за триста. Налицо же явное пленение. Вот только кого? Супостата? Или же «…до выяснения…»?

Командовал на месте майор Соколов, непостижимым для ребят образом оказавшийся на месте разрушенного комбината раньше «Цикад». Завидев приближающееся отделение штурмовиков, офицер призывно замахал рукой, зовя парней к своей страже.

– Цель выполнена, задача уничтожена*, – коротко доложил «Медвед».

(*профессиональный юмор военных. В оригинале рапорт звучит «задача выполнена, цель уничтожена»: доклад производится по результату поражения означенной мишени. Аналогично, нарочно путают местами слова в рапорте «цель понял, задачу вижу»: в оригинале доклад производится по результатам получения команды и звучит «цель вижу, задачу понял»)

Майор отмахнулся.

– Вижу, не слепой. С остальным придётся подождать.

Это и так очевидно. Раз уж один из самых старших по званию и должности, завязанных на этой операции, занимается каким-то нарушителем периметра, то всё прочее явно идёт своей дорогой.

– Дегтярёв говорил мне, вы уже связывались с этими додиками? – прямо спросил Соколов, и ткнул пальцев в сторону сидящего на коленях пленника.

«Медвед» окинул того беглым взглядом. Само собой разумеется, этого кадра он видел впервые. На дворе не девятнадцатый век, и градообразующее предприятие тут далеко не аббатство, так что расхаживать в балахоне, отдалённо напоминающее рясу, сегодня не в ходу. А пленник сидел именно в балахоне. Отчётливо было видно, как грубо сшита накидка: кое-какие швы, косые накладки, нитки торчат, в некоторых местах прошито по одному раз вместо положенных трёх… типичная кустарщина.

Пленнику на вид было лет тридцать или сорок: точнее сказать не представлялось возможным без поднятия паспортных данных задержанного. Которых, разумеется, предоставлено не было.

Мужчине не было чрезвычайно много лет, но виски его уже подёрнулись сединой. На горле, выглядывающем из-под низкого ворота балахона, виднелись следы от нечеловечески сильных захватов: будто его пытались душить. А уставшие, впалые глаза выражали практически полное безучастие к происходящему вокруг, будто бы задержанного это всё не касалось.

Но «Медвед» не первый день командир отделения, и здравым смыслом обделён не был. Сложить два раза по два и вспомнить, как не так давно его друг «Шаман» уходил на одиночное задание, нетрудно. И ещё легче провести параллель между этим и упоминанием вскользь о знакомстве «Цикад» с этими «додиками».

– Не мы, – покачал головой парень. – Наш старшой. Он без нас занимался этим вопросом.

Теперь майор Соколов в неподдельном изумлении вылупил глаза.

– Чего, млять? – вытаращился военнослужащий. – Ты хочешь сказать, что он в одно грызло упокоил две сотни сатанистов?!

Деталей той операции «Медвед», по понятным причинам, не знал: о результатах ему не докладывали. Сам же парень следовал догме «меньше знаешь – крепче спишь». Ему и с «Литерой» было, чем заняться. Почто ему вникать в дела, его не касающиеся? Засим, молодой командир безучастно развёл руками, оставляя выводы на усмотрение логических способностей майора.

Тому этого хватило с лихвой. Ошарашенный Соколов, будучи в курсе творящегося недавно на территории «Светлого», в неподдельном шоке проронил себе под нос забористую малоцензурную тираду.

Новость о том, что какой-то боец в одного разгромил базу сатанистов и умертвил около двух сотен супостатов, задела даже пленника: задержанный настороженно вслушивался в разговор, пытаясь понять, во что же он влип.

Спойлер: ему даже не снилось, как сильно он влип.

Всё же, Соколов выпускник далеко не института благородных девиц, а потому чрезвычайно удивляться матом ему не пристало. Отпустив для ровного счёта ещё парочку не самых печатных выражений, военный вернулся к делу.

– Займитесь тогда этим кадром, – перепоручил «Медведу» он. – С планом мы, так или иначе, разобрались, но мне до жути хочется знать, какого дьявола этот полудурок припёрся с территории завода. Да ещё и не с пустыми руками.

– Самодельную бомбу пронёс? – поинтересовался «Полимер».

Майор скривился, будто от ящика лимонов.

– Да лучше бы фугас протащил! – выдавил он. – Капустин! Где хабар этого ушлёпка?!

– У особиста в штабной машине, – доложил Капустин, чьих погон не было видно под бронежилетом. – Как вещдоки.

– А что он там притаранил? – спросил «Штырь».

– Чью-то голову, – буркнул Соколов. – И молчит, каналья. Не говорит ни чья, ни откуда.

Вмешался «Док»:

– Так, если особисты тут, чего они не займутся этим вопросом? – спросил парень. – Их тут больше, чем в сыре дырок.

По выражению лица собеседника парни поняли, что наступили на больное.

– Им и без этого дел хватает, – сдавленно проронил майор. – Вызвали следственную группу, но неизвестно, когда смогут приехать. Сами знаете, что сейчас в округе творится. Поэтому будьте ласками, обработайте его, как сумеете. Нам кровь из носу нужна информация.

Расположение заброшенных казарм старой в/ч
Немногим позже

Пленника, так и не проронившего ни слова за всё время конвоирования, привели к точке, что заняло и удерживало второе отделение. В обычных условиях ни «Медвед», ни «Полимер» не стали бы им заморачиваться, но в этом случае чуйка обоих бойцов просто верещала о необходимости быть настороже. Задержанного вели конвойной группой, а допрос решили осуществлять в помещении бывшей комнаты хранения оружия, откуда ещё не срезали решётки и тяжёлую железную дверь.

Дело оказалось настолько нерядовым, что на допрос спустились все: и девчонки, и Рената, и раненый «Штырь».

За последним из вошедших в КХО закрылась дверь, замок заперли изнутри. Пленника уронили на пол в угол, так и не удосужившись расковать ему наручники. Между делом говоря, «Полимер» подумал, что неплохо было бы его ещё и к радиатору отопления пристегнуть, от греха подальше. Но разум возобладал над паранойей, и парень решил, что всем отделением они с одним диверсантом справятся.

В это хотелось, по меньшей мере, верить.

– Так…, – озабоченно проронила Рената. – Я немного не догнала. – Этого молитвенника на руинах комплекса нашли?

– Не мы, – коротко поведал «Полимер». – Когда пришли, там уже «пихота» под командованием майора заправляла. Они и повязали.

– Не суть важно, кто кого повязал, – вмешался «Штырь». – Давайте быстрее закончим и домой поедем. Мне, так-то, ещё руку зашивать надо.

«Багира» с жалостью посмотрела на парня. Как имеющая начальную медпоготовку, молодая наёмница понимала, что сквозные пулевые раны надлежит зашивать тем лучше, чем быстрее. А в обратку ехать не меньше трёх часов, даже, если выдвинуться немедленно. Жгут наложили своевременно, но крови боец потерял изрядно: всё же, пуля вместе с мягкими тканями задела и артерию.

«Медвед» решил не тянуть хвоста за кот, а сразу перейти к делу.

Пленные являются важнейшим источником получения сведений о противнике (особенно офицерский состав). Через них можно установить численность, состав группировки и вооружение противника, номера его частей, характер укреплений, политико-моральное состояние войск и другие сведения. Краткий допрос производится (если позволяет обстановка) командирами РДГ по вопросам, непосредственно их интересующим и необходимым для выполнения поставленной им задачи. Если по условиям обстановки пленного невозможно доставить в расположение своей части, командиры производят полный допрос на месте (добиваясь сведений, представляющих интерес для старшего начальника).

Строго говоря, при пленении военнослужащий может сообщить стороне противника только минимум информации: своё звание, имя, номер части. Не больше. Всё, что будет выложено свыше, считается пособничеством врагу и карается по законам военного времени.

Не менее строго говоря, пленённый не был военнослужащим: это очевидно даже для самых младших в подразделении «Цикад». Как следствие, у парней развязаны руки: получить от него можно любую информацию, какую сочтут необходимой.

И ещё более не менее строго говоря, пленник подходил под ранг задержанного и подозреваемого в убийстве: демонстрировать своим девушкам находку парней Соколова «Цикады» не стали, но уже сам факт обнаружения таковой развязывал руки не только «Цикадам», но и особым уполномоченным соответствующих органов.

Для первичного допроса военнопленного бойцы групп особого или специального назначения нарушают все мыслимые и немыслимые конвенции. Допрос осуществляется в максимально сжатые сроки с применением страшнейшего мордобоя, угроз, пыток. Это обусловлено спецификой их работы. Потом военнопленный уничтожается. Если он оказывается ценным источником, то переправляется в место постоянной дислокации. Там его уже допрашивают более детально. Если соблюдать правила Женевской конвенции, то кроме имени, воинского звания и номера части, военнопленный ничего не скажет и «нужной информации» от него не получить. Для получения информации приходится прибегнуть к пыткам, и весьма изощрённым.

«Медвед» был предельно короток.

– Фамилия. Имя. Род занятий.

В ответ тишина.

– Фамилия. Имя.

Пленник безучастно смотрел в никуда, не делая попыток завязать разговор, юлить или же как-то ещё воспрепятствовать дознанию. Он просто молчал.

Времени в обрез. Задача выполнена, но это не означает, что на очереди выполнения нет других. А потому играть в молчанку нет никакого желания.

Само время работало против ребят, и его надо было сберечь.

«А как бы поступил в таком случае командир?», – понуро подумала «Гайка».

К несчастью, она знала, как поступил бы в таком случае командир. Знала это и «Гюрза». Потому последняя решила форсировать допрос.

Подошла к сидящему на полу пленнику и со всей одури врезала ему в скулу прикладом винтовки. Размах хоть и вышел забористым, но был молниеносным: никто не успел ничего ни понять, ни заметить. В том числе и пленник.

– Говорить будем, или как? – будничным тоном поинтересовалась девушка.

Будто бы спрашивала, который час.

Ошеломлённый, арестант в шоке сплюнул на пол пару зубов, обильно смоченных кровавой слюной. К достоинству задержанного стоит сказать, что после удара он остался сидеть: лишь голова дёрнулась от удара. К достоинству молодой наёмницы стоит сказать, что «Гюрза» и не била насмерть: целилась в скулу, а не в висок.

Щелчок предохранителя – и в пол рядом с задержанным ударилась пуля. Выстрелом обдало его пороховым облаком, грохотом и осколками бетона.

– Следующая пуля пойдёт в колено, – безучастно проинформировала Алина. – Потом в пах. До трёх считать не буду, не услышу вопроса – выстрелю.

У «Гайки» озабоченно вытянулась мордашка, а парни инстинктивно поморщились при упоминании вслух намерений соратницы.

– Может, с ушей лучше начать? – невзначай поинтересовалась «Рокада». – Их у него двое.

– Яиц тоже должно быть два, – хмыкнула Кирсанова. – Хотя, я не проверяла.

– А зубов вообще больше двух десятков, – задумчиво проронила вслух «Багира». – Может, с них и начнём?

По мере продолжения диспута парни всё больше офонаревали с девчонок, пока «Гюрза», наконец, не решила, что они развлеклись достаточно.

– Парни, – позвала она ребят. – Пассатижи и штык сюда.

– Решила с ногтей начать? – поинтересовалась «Астория».

– В машине паяльник есть! – оживился «Штырь».

– Я за термофеном! – подорвался «Святогор».

«Док» начал хлопать себя по карманам комбинезона:

– Блин, не могу вспомнить, куда надфили дел… сейчас зубки на живаго подравняем…

– У вас минута, – безэмоциональным тоном проинформировала ребят Алина. – Если ничего не найдёте – буду стрелять. И не факт, что прицельно.

«Гюрза» развернулась к пленнику. Тот уже понял, что невзирая на молодой возраст наёмников перед ним, отвертеться ему не удастся.

– Имя, – ледяным тоном произнесла Кирсанова.

Задержанный сглотнул, пытаясь унять начавший тревожить его тремор, и отозвался.

– Брат Евстафий.

– Не брат ты мне, гнида черножопая… (с), – едва слышно буркнул откуда-то сзади «Штырь».

– Из какого сброда? – «Гюрза» не давала пленному даже секунды.

Следующий вопрос сыпался, едва только прозвучал ответ на предыдущий.

– «Братство Смерти».

– Охрененно, млять! – с чувством припечатала «Литера». – Только сектантов нам тут не хватало.

«Медвед» жестом остановил начавшую расходиться руганью девушку.

– Численность. Дислокация.

Тону «Гюрзы» позавидовал бы любой особист. Если бы парни не знали, что Алина примкнула к «Цикадам» после ДОСААФа, то решили бы, что она – курсантка Академии ФСБ.

– Больше тысячи. Постоянных лагерей нет.

Не успел арестант умолкнуть, как в скулу врезался второй удар: ничуть не слабее первого. Не то, чтобы Кирсанова была садисткой по жизни (хотя, есть немного, если честно), но допрашиваемому надо дать понять, что церемониться с ним не будут. Больно будет в любом случае, и лишь от желания сотрудничать зависит, насколько сильно, и каких конечностей он не досчитается по окончанию допроса.

– Организационная структура, – потребовала «Гюрза». – Иерархия подчинения. Вооружение.

Всё-таки, переборщила с применением силы. Сотрясение мозга пленнику явно нанесла.

Алина уже собралась исполнить обещание и выстрелить по колену допрашиваемому, как из-за спины протянулась рука с инструментами.

Девушка обернулась. Сзади, как всегда, тихо и бесшумно, нарисовался «Штырь», одной здоровой рукой протягивая складной мультиинструмент и свой штык-нож.

Молодая наёмница презентовала парню воздушный поцелуй и забрала инструментарий.

– Организационная структура, – повторила она прежде, чем перейти к активной фазе допроса.

– Сводные подразделения, – арестант схаркнул кровью. – Старшие – полевые командиры.

«Медвед» и Рената переглянулись. Оба поняли, во что ввязались.

Перед ними никакие не фанатики, а самые настоящие боевики. Возможно, под личиной сектантов. Но сектанты не берутся за оружие (в большинстве своём), и не формируют армии на основе сводных группировок. Терминология, которой отвечал пленник, даёт понять даже самым отбитым на голову: арестант знает за армейскую структуру и шарит по военке. Значит, «Цикады» имеют дело с вооружённым бандформированием, и не так уж важно, какого толка: религиозного, политического, оппозиционного или апокалиптичного.

Очередной замах – и очередной удар. На этот раз «Гюрза» не церемонилась вовсе, и врезала прицельно аккурат в теменную долю черепа. Проломить его она не боялась: в конце концов, у молодой девушки нет столько сил. А вот сладко допрашиваемому точно не стало.

– Не убей его ненароком, – посоветовала боевой подруге Рената. – Он у тебя сейчас дар речи потеряет.

– Что делали на территории завода? – спросил «Медвед», пока «Гюрза» не слишком увлеклась допросом.

Как и следовало ожидать, энтузиазм Алины вышел чрезмерным: словив три удара прикладом в башню, даже самый крепкий на травмы человек станет соображать не самым трезвым образом.

– …идущие на смерть…, – только и расслышал молодой командир неразборчивое бормотание. – …преподносящие себя…

Очередной замах «Гюрзы» остановил «Штырь»: парень одной рукой приобнял наёмницу и прижал к себе. На большее сил раненого бойца не хватило бы.

– Прибереги его мозги, – попросил он. – Неохота их с пола подбирать. Ты ему череп размозжишь сейчас.

– Боль отрезвляет, – хищно усмехнулась девушка.

– Отрезвляй его в другом месте, – скривилась Соколова. – Только не по голове. Пацан прав, ты из него сейчас овоща сделаешь. Кого допрашивать потом?

«Медвед» не разменивался на лирику и не очень сильно пнул задержанного в живот. Несильно, но прицельно: мыском берца аккурат в солнечное сплетение. Дыхание пленника перебило, тот скривился в три погибели.

Боец схватил задыхающееся тело за шкирку и рывком откинул на спину.

– Что делали на территории завода? – повторил он.

В ответ слышалось лишь неразборчивое бормотание фанатика:

– …и будет дарована вечная жизнь… и неверящие устыдятся, и себя преподнесут вслед нам…

«Гюрзе» надоел этот бред умалишённого. Алина молча приставила винтовку стволом к колену задержанного и нажала на спуск.

Помещение КХО огласил громкий выстрел и ещё более громкий крик. Что, в принципе, ожидаемо, когда простреливают ногу.

Рената поморщилась и поковырялась в ухе мизинцем.

– А предупредить не судьба была? – спросила снайпер. – Так и без ушей остаться можно.

– А не хрен было «защиту» снимать, – хмыкнула Кирсанова.

Замечание едва ли уместное, но справедливое. Активных наушников выдали на всё подразделение, однако Рената стянула свои и сейчас носила их на шее.

– Слышь, орун! – Алина несильно пнула допрашиваемого. – Хорош орать. Я предупреждала. Что на заводе делали, обморок?

По всей видимости, в молодой девушке сыграл девичий максимализм. Наёмница не учла, что с прострелянным коленом люди, обычно, не склонны к переговорам. Ей пришлось констатировать это с немалой долей изумления, ибо перед глазами стоял пример «Штыря», который с прострелянной рукой продолжал вести себя сравнительно вменяемо, и даже сохранял здравый рассудок.

Хотя, уточнения ради стоит напомнить, что «Штырю» вонзили боевых обезболивающих, которым нет аналогов в гражданской медицине.

Алина выхватила из подсумка штык и обратным хватом воткнула его в плечо пленнику. Новых порций воплей это не добавило (по сравнению с пулевым ранением колото-резаное – царапина), но кровопотеря усилилась.

– Я перебила тебе минимум две артерии, – холодно сообщила ему «Гюрза». – У тебя не больше минуты, чтобы начать говорить, иначе сдохнешь от кровопотери. Тридцать секунд уже прошло. Чувствуешь озноб по телу? Твои секунды на исходе. Хочешь жить – отвечай. Что делали на заводе?!

Но в ответ получила лишь истерику забитого до смерти фанатика:

– …и тьмы слуги, и тьма слуга, и всё сущее пожирая…!

Хоть «Гюрза» и девушка с ограниченным запасом сил, но сломать нос для неё – как два байта переслать. Что, собственно, она и не замедлила сделать: быстрым и точным ударом оглушила пленника, прервав его бессвязный поток слов.

– Хватит, – вздохнула «Рокада». – Достаточно. Мы узнали всё, что хотели.
Сообщение отредактировал Комкор - Суббота, 19 Сентября 2020, 19:55


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Воскресенье, 20 Сентября 2020, 20:07 | Сообщение # 665
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Отличное продолжение. Я думал, Шаман отправится к своим... но посмотрим что будет дальше
Сообщение отредактировал шаман - Воскресенье, 20 Сентября 2020, 20:07


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Воскресенье, 20 Сентября 2020, 20:18 | Сообщение # 666
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Я думал, Шаман отправится к своим...

А у него выбора нет). Куда он денется с подводной лодки в степях Беларуси? 1tooth

– Как скажешь, – согласился «Медвед». – Алина. Он твой.

– С удовольствием, – расплылась в хищной улыбке та.

Короткая очередь разорвала воздух в КХО. Рената, поняв, что «Гюрза» собралась избавиться от пленника, поспешила надеть наушники. Успела, буквально, в последний миг.

Не успело бездыханное тело допрашиваемого рухнуть на пол, «Святогор» протянул руку:

– Эм… ребят. Я один ничего не понял?

– Не ты один, – проронила «Астория».

– Но кое-что очевидно даже мне, – озабоченно произнесла «Гайка». – Мне же не показалось, что они записались в услужители к рейфам?

– Не показалось, – Кристина отошла к окну и вдохнула свежего воздуха с улицы.

От запаха крови, пусть и свежей, девушке начало делаться нехорошо.

– Он прямым текстом сказал, что кто-то пообещал им бесконечную жизнь в обмен на самоподношение… мальчики, кто из вас не из брезгливых? Гляньте, пожалуйста, нет ли у него следов кормления на груди.

«Штырь» забрал у «Гюрзы» свой инструмент, присел рядом с трупом и одним движением вспорол балахон на нём, игнорируя пуговицы. Что, в принципе, гораздо проще, когда работаешь одной рукой.

– Ты права, – констатировал он. – Следов больше, чем дырок от пуль. К нему присасывались не раз и не два.

– Поясни, – нахмурилась Соколова.

– Мне дядя как-то рассказал, – «Рокада» прикрыла глаза. – Рейфы не только высасывать жизнь умеют, но и передавать её. Правда, не шибко-то и пользуются этой возможностью, по объективным причинам. Но могут. Я читала пару рапортов о таких группировках: они с момента объявления рейфов записали их в свои сатанинские божества и выслуживают им целые мессы.

– «Шаман» не так давно накрыл одну такую базу, – сообщил «Медвед». – Подробностей не знаю, но, говорят, там штыков двести полегло.

– Больше, – поморщилась Кристина. – Командир тот ещё мясник. Он только одного человека в живых оставил, и то, чую, лишь потому, что нужен был «язык».

До Ренаты быстро дошло. Она слышала в новостях о том, как кто-то вынес целый укрепрайон, занятый сатанистами, и при этом не оставил следов: ни гильз, ни пуль, ни гранат. Самое удивительно, что никто не слышал звуков боя, а по утру МВД обнаружила полностью зачищенную территорию, будто бы фанатики сами согнали себя в одно здание и коллективно искоренили всех собратьев. Но эксперты опровергли эту версию: орудий не нашли, но все в один голос утверждали, что массовую казнь учинил кто-то другой.

– Стоять…! – удивлённо выпалила снайпер. – Так это он, что ли, «Светлое» утопил в крови?!

«Медвед» безучастно пожал плечами.

– Больше некому. По датам и времени под описание подходит только он…

Договорить парень не успел.

Потому что замер от удивления, а потом врубился в происходящее, когда «Полимер», уставшим взглядом смотревший вместе с «Рокадой» в окно, резко шагнул к соратнице, и рывком дёрнул её за шкирку, уронив на пол. Дёрнуть-то дёрнул, и девушка, вскрикнув от неожиданности, рухнула вниз, но сам парень не успел: какой-то долей секунды позже ему в бок прилетел залп от «глушителя» рейфов. Существенно ослабленный расстоянием и попав не в грудь или голову, выстрел бойца не оглушил, но равновесие тот потерял. Отказавшая рука и нога с правой стороны повисли безвольными плетьми, а сам спаситель уподобился своей спасённой, упав на пол и проронив крепкое словцо.

Удивление прошло быстро. В работу включились все.

– К оружию! – рявкнула на всё здание Рената, и с винтовкой припала к окну.

Ненадолго, впрочем. Патронов у неё оставалось с гулькин нос.

«Рокада» подорвалась с пола сразу же, как только поняла, что произошло. Вид упавшего вслед за ней «Полимера», сквозь зубы цедящего нелитературную тираду вполголоса, дал понять: боец не прикорнуть на дне окопа прилёг, и ему явно не снится кровать. Хотя, он (да и не только он) услышал вполне отчётливый голос, пусть и не старшины:

– Ё8 твою мать…!

Девушка схватила своего спасителя за ручку разгрузки и несколькими рывками оттащила подальше из-под окна: там сейчас засела Рената, ей лишние помехи под ногами ни к чему.

Соколова выпустила по обнаружившим себя целям полный магазин СВД: десять выстрелов ушли по назначению. Снайпер скрылась за окладом окна, и выпалила, покуда перезаряжалась:

– Это те же ушлёпки. Видимо, не всех накрыли. Откуда их там столько?! Рота, не меньше!

– Экономь патроны, – приказал «Медвед». – Ищи командиров, гаси только их. Остальных оставь на нас.

– Всем! – до «Литеры» тоже дошло, что замаячило на горизонте. – Рассредоточиться! Выбор позиций и целей свободный!

Полнокровный взвод растворился в глубине здания, каждый бросился к одному окну, ориентированному в сторону наступающих.

Кажется, сейчас роли поменялись местами…

«Гайка» подцепила радиоволну и без претензий поинтересовалась в р/с:

– «Архангелы»… Я думала, мы с вами загасили этих покемонов.

– Не ты одна, – коротко отозвался Кирсанов-старший. – Продержитесь немного. Сейчас дозарядимся и фугасами подсобим. В этот раз уже никто не уйдёт.

Что такое артиллерийская батарея, бьющая фугасными снарядами, ни для «Медведа», ни для «Полимера», ни для Ренаты не было тайной за семью печатями. Последствия огня по наступающей пехоте они понимали лучше всех присутствовавших, хотя и для них осталось непонятно, как самоходные гаубицы смогут вести огонь на столь малом для себя расстоянии.

«Видимо, подтянут что-то издалека».

Тем временем из-за разрушенного прямым обстрелом здания терминала показалась живая сила супостата.

Наступающая волна пехоты начала затапливать собой куцый клочок земли между территориями старой в/ч и разрушенного завода. Артиллерия Кирсанова исправно выкашивала солдат противника фугасами, но тех, будто бы, становилось только больше. Дистанция сократилась до таких неприличных значений, что можно понять даже без оптики: это были не рейфы, а люди.

Одеты врозь: кто-то в камуфляже (причём, элементы обмундирования могли быть самых разных цветов и оттенков), кто-то в «гражданке». Но глаза «Цикад» зацепила отдельная группа людей, не спешивших идти в первых рядах на убой, но умело использующая естественные укрытия в рельефе, в том числе воронки от артиллерийских снарядов. Их облачение точь-в-точь совпадало с только что допрошенным и умерщвлённым пленником.

«Дожили, блин», – меланхолично подумала «Гайка», одиночным огнём поддерживающая работавших в автоматическом режиме парней. «Ещё рейфов не отбили, теперь с сатанистами какими-то схлестнулись…».

Изосимова не одинока в своём мнении. Того же ключа придерживался и «Медвед», разве что позволил себе высказаться в более резкой форме, и в полголоса. Разводить длительные тирады не позволяла оперативная обстановка, но отпустить пару-тройку крепких фраз время было.

Рената расстреляла весь оставшийся боезапас к своей СВД.

– Я пустая! – крикнула она «Медведу».

Простой и своевременный доклад бойца на имя исполняющего обязанности командира соединения об израсходовании боекомплекта.

Вот только, даже «Полимеру» сквозь стрёкот канонады и грохоты разрывов было слышно, что крик преисполнен отчаяния.

«Пустой» снайпер – не боец. А лишнего автомата у «Цикад», увы, не завалялось.

– Убирайся отсюда! – отозвался ей «Медвед». – Отходи, мы прикроем!

«Недолго, правда», – пронеслось в уме парня.

У «Цикад» и самих патронов оставалось с гулькин нос. Они же брали боезапаса только для имитации штурма наскоком, а вместо этого отражают уже вторую волну в довесок к первой атаке. Как бы экономно бойцы не расходовали БК, но даже у самых бережливых он имеет неприятное свойство заканчиваться.

– Я принесу патронов! – пообещала девушка.

И, закинув винтовку за спину, стремглав бросилась к выходу, глотая на ходу навернувшиеся слёзы и ком в горле.

«Как же…», – обречённо подумал боец. – «Принесёшь… Ты этот калибр найди сначала…».

Вот и сказался главный просчёт в экипировке. Да, АК-120 обладал феноменальными характеристиками для своего времени. Роликовая система затвора, сменные стволы, умопомрачительная скорострельность вкупе со всепробивающим действием патрона. Но патрон выпускался не очень массовыми партиями, и шёл на снабжение отдельных подразделений. Его по определению не было много. Безусловно, ещё один «цинк» катался в «Шишиге» в качестве резервного, но его доставить уже не успеют.

А) О нём знают только «Цикады»;
Б) «Шишига» стоит в километре от места действия;
В) Противник наступают, а патроны тают.

«Рокада», оттащившая «Полимера» из-под окна, короткими сериями одиночных выстрелов пыталась достать до самых наглых налётчиков. Стоит отметить, ей это удавалось: что-что, а к своей работе бойцы подразделения подходили ответственно, и стрелять умели.

Правда, стоит отметить, что ещё чуть-чуть, и налётчики достанут и саму девушку.

Противник предпринимал простейшую средневековую тактику: завалить пушечным мясом. Мало ли, что «Цикад» полнокровный взвод? Враг выставил до батальона пехоты. Да, больше половины из них уже перемололи в муку артиллеристы. Да, враг не был дебилом, и бегом в полный рост не бежал, используя в качестве укрытия естественные и не очень неровности местности. Но противник превосходил численно.

Незаметно для самих бойцов помогали снайперы подполковника Быкова. Поле боя уже застилал едкий запах пороховой гари, кое-где начала заниматься трава и возгорались сухостои. Но боевиков это не останавливало. Они шли вперёд, будто не замечая потерь, одновременно ведя беглый огонь по зданию, где засели наши.

К счастью, огонь вёлся на ходу, и по большей части не отличался большой точностью. Пара раз рядом с ребятами и девчатами пролетала шальная пуля, а случайный выстрел со стороны врага едва не попал в винтовку «Литеры»: пуля ударилась в кирпич подоконника, но даже не пробила его.

В этот момент девушка поняла, что есть шанс.

Патроны, использующиеся в боевом, армейском оружии, снабжены пулей со стальным сердечником. При попадании в преграду мягкая томпаковая оболочка разрушается, а сердечник (зачастую – термоупрочнённый) проникает дальше, обеспечивая пробитие преграды и поражение цели за ней. Гражданские же боеприпасы для охотничьего оружия гораздо менее эффективны против защищённых целей. Мало того, что пуля использует свинцовый сердечник (тяжелее, но мягче), так и марка с количеством пороха нередко обеспечивают куда менее впечатляющие баллистические характеристики патрона. С этим в связи пробитие на гражданском оружии с гражданскими патронами получить проблематичнее.

Опытной девушке, перенявшей от своего парня многое, хватило одного лишь этого факта, чтобы понять, чем вооружены боевики.

А, раз так, то шанс есть. Призрачный, но есть.

«Гюрза» вклинилась в эфир сквозь какофонию боя:

– «Яблоня», я «Гюрза»! Бомбить бесполезно, они прут, как дурные! Перенесите огонь на сто метров дальше!

В плане молодой наёмнице было отсечь наступающих от передовой линии соприкосновения, а с остальными «Цикады» и снайперы Быкова справятся сами. Как-нибудь.

– Цель понял, задачу вижу, – бросил в ответ Кирсанов-старший. – Продержитесь, сколько сумеете. К вам на всех парах летят два БТРа.

Р/с исправно передавала соседям всё, что принимала по каналу, а потому переговоры Кирсановых слышали все.

«Лишь бы гранатомётчики не объявились», – грустно подумалось «Штырю».

Парень со своим автоматом, упирая его цевьём на подоконник, одиночным огнём вычленял похожих на командиров, и, уподобившись снайперу, бил в первую очередь по ним. Получалось хреново (с одной-то рукой), но получалось.

А Изосимова с горечью подумала, что два БТР – это, конечно, хорошо. Но им бы сейчас, вообще-то, поддержка с воздуха не помешала. Два-три штурмовых вертолёта, или, хотя бы, один истребитель-штурмовик. Сойдёт и фронтовой бомбардировщик, но его тут вообще не ожидают увидеть.

Первым расстрелял боезапас «Медвед». Автомат парня сухо щёлкнул курком по бойку, а по спине бойца пробежал холодный пот. «Последний», – промелькнуло в уме.

– Я пустой! – рявкнул он вглубь строения, чтобы крик не могли расслышать наступающие.

В себя пришёл «Полимер»: в конце концов, бойца лишь обездвижило на какое-то время, выстрел задел его на излёте. Худо-бедно, но конечности слушались его. Роняя сквозь зубы забористые тирады, он подтянул к себе автомат и подтянулся к окну, из-за оклада которого одиночными била по противнику «Рокада». Оглушение оглушением, но когда у твоих соратников кончается боезапас, надо восстать из мёртвых, но занять своё место в бою.

Кристина отскочила от окна для очередной перезарядки, и, пользуясь несколькими секундами заминки, бросила занимающему позицию «Полимеру»:

– Спасибо тебе, – девушка примкнула снаряжённый магазин и дослала патрон в патронник. – Реакция у тебя, конечно, запредельная.

Боец кивнул в ответ.

– Обращайся. Для своих работаем без выходных.

– А то я, блин, не знаю, – хмыкнула «Рокада».

А у самой перед глазами пример дяди, уже который месяц пропадающий на службе.

Расстрелял последний магазин «Док». Кончились патроны и у «Рентгена». «Штепсель», с пугающим самого себя равнодушием загоняющий в приёмник предпоследний магазин, подумал, что было бы неплохо хотя бы уполовинить численность бойцов противника.

Насчёт «уполовинить» ещё надо посмотреть, но, когда из-за территории старой в/ч, тараном снося бетонную секцию забора, на поле перед заводом вломились один за другим два БТР-82А, с ходу полосуя по осадившей здание с оборонявшимися толпе, где-то в глубине души каждого затеплился едва ощутимый огонёк надежды.

Хотя, два БТР, даже оснащённые 30-миллиметровым основным автоматическим башенным орудием (на деле, авиационная 30-миллиметровая автоматическая пушка) и управляемым 7,62х54-миллиметровым пулемётом, едва ли смогут переломить ход боестолкновения. Если, конечно, не подвезли с собой боеприпасы.

(спойлер: подвезли)

Р/с «Цикад» исправно приняли входящую передачу:

– «Яблоня» – «Гончим», – рёк в эфир Кирсанов-старший. – Раскатайте этих ушлёпков под маленький горшочек. Если кто шмаляет в ответ – давить так, чтоб шмалять было некому. Разделите там всё на ноль!

Ожидаемо, противник не был дауном. Увидев на поле два бронетранспортёра, передние ряды наступавших спешно остановились и принялись организованно занимать оборону, с тем, чтобы последовательно перейти к отступлению.

Грамотные действия никак не вязались с ростовой атакой, в которую только что шли боевики. То действуют, как немцы в сорок первом, то умело занимают глухую оборону и организованно отступают. С чем это было связано – на текущий момент времени абсолютно непонятно.

Впрочем, механиков-водителей и башенных стрелков бронетранспортёров это решительно не интересовало. Поступила команда ликвидировать угрозу со стороны целей. Что надо сделать? Правильно. Ликвидировать угрозу. Вместе с целями. Что, в принципе, и было предпринято.

Первым делом башенные стрелки расходовали ленты 7,62-мм пулемётов. Зачем тратить дорогущие авиационные снаряды на кожаных ублюдков, если с ними можно справиться куда более бюджетными пулемётными выстрелами?

Отступление отступлением, но враг умело применял тактику противодействия бронированным единицам техники. Огонь автоматов, не способный пробить броню, был сконцентрирован на «коробочках» с расчётом разбить триплексы или повредить приводы управляемых пулемётов. В лучшем случае – привести в негодность основное башенное орудие. Но суть ведения огня по БТРам рейфовскими «глушителями» решительно не была понята никем на этом театре действий.

Несколько затяжных очередей попадали в нижнюю половину силуэтов бронемашин: видимо, с расчётом пробить колёса и лишить БТРы хода. Вот только какой в этом смысл, если «резина» на катках стоит пулестойкая, повышенных норм слойности и несущей способности?

Один из БТРов, развернувшись к противнику лобовой проекцией, на первой передаче начал неумолимое движение вперёд. Башня машины водила орудием из стороны в сторону, методично срубая имевших дурость высунуться из-за укрытия или укрыться в редких кустах.

Вторая единица, глядя башней в сторону начавших отступать боевиков, изредка огрызаясь по ним из ПКТ, развернулась в сторону обороняющих здание «Цикад» и на малом ходу двинулась в их сторону.

«Литера» бросила в эфир:

– Всем «Цикадам». У кого ещё остался БК: поднажали! Помогаем «броне»!

В принципе, это было излишне. Противник, завидев качественное превосходство подкрепления, перестал бездумно тратить живую силу и принялся скоротечно ретироваться (получалось так себе: ПКТ в паре с 30-мм орудием не оставляют шансов небронированной пехоте). Однако и уйти нельзя дать: конечно, огонь артиллерии уже перенесён на 100-200 метров вглубь фронта, и бегущий враг заперт в огневом мешке, но где гарантия, что одной только артиллерией и «бронёй» удастся уничтожить оставшуюся в живых роту боевиков?

Ответ: в Караганде.

Увы, но вклад «Цикад» в дело разгрома бегущих от смерти был скромен. Патронов оставалось с гулькин нос, и только у девчонок. Всё-таки, бившие в снайперском режиме девушки в принципе не могли так быстро израсходовать свой боезапас, как пулемётившие в остервенении парни.

Совсем уж неожиданно для самих «Цикад» прозвучал выкрик убежавшей четверть часа назад Ренаты:

– Ребята! – звонко закричала она. – Не дохнуть! Я патроны привезла!

Ни «Медвед», расстрелявший последние боеприпасы, ни «Полимер», дожигавший свои вместе с «Рокадой», ни отстреливающийся с одной руки «Штырь» не стали задавать себе или вслух идиотские вопросы, как так быстро получилось добраться до места стоянки «Шишиги» и вернуться с «цинком». Для всех, кто слышал сигнал, очевидно: наличие патронов на позиции ещё не означает возможность ими воспользоваться. Необходимо прежде набить ими магазины оружия.

«Гайка» и «Рысь» оказались первыми на пути Соколовой: снайпер, вся взмокшая от бега, вломилась в занятый девушками объём помещения и кинула им несколько пачек патронов.

– Мы на крышу! – бросила первая, хватая с пола подарки. – Передай парням, мы навесом поработаем!

Рената молча кивнула в знак получения вводной и побежала разносить БК по позициям.

«Рысь» выдала из окна затяжную серию одиночных выстрелов и отступила вслед за подругой. Девушка всё ещё не на сто процентов обращалась со своими бионическими протезами, а потому бежать вперёд батьки в пекло не стала: уж лучше она прикроет перемещение второго снайпера из двойки.

Вот только ни ей, ни её боевой подруге не суждено было больше принять участие в этом бою.

Перемещаясь как можно быстрее, «Рысь» старалась догнать быстро убежавшую наверх «Гайку». Пусть той понадобится время на снаряжение магазинов, но ползти до Второго Пришествия не гоже. В конце концов, сейчас идёт бой, и очевидных плюсов в пользу «Цикад», кроме двух подоспевших на подмогу БТРов и подвезённого боекомплекта, нет.

Поднимаясь по лестнице на крышу, девушка старалась смотреть себе под ноги. Протезы протезами, но ступени есть ступени. К тому же, на «Рыси» далеко не пляжное облачение, а полноценная боевая амуниция, изрядно добавляющая веса. А потому она не сразу заметила (а, заметив, не сразу поняла), что прямо посреди крыши, рассыпав пачки патронов, лежала на боку «Гайка», держась за живот обеими руками. Лицо молодой наёмницы перекосило от боли. Винтовка девушки валялась чуть поодаль.

– Полина! – Быкова враз забыла и про оперативные позывные, и про оперативную же обстановку, и позвала Изосимову по имени.

Забывать о творящемся вокруг нельзя никому и ни при каких обстоятельствах. И Надя тут же пожалела об этом.

Она стремглав ломанулась к лежавшей на крыше подруге, но сама не поняла, как что-то резко уронило её ниц. «Рысь» с удивлением увидела стремительно приближающийся к её лицу рубероид и инстинктивно выкинула вперёд руки, но всё равно больно приложилась всем телом.

Этим «чем-то» оказался нечеловечески мощный пинок по левой ноге, пришедшийся в область голени. Нормальному человеку такой силы удар сломал бы голенную кость с открытым переломом, но «Рысь» его даже не сразу почувствовала. Понять, что левый протез теперь едва функционирует, она сможет лишь через несколько минут.

Девушку рывком дёрнули за плечо и перевернули на спину. Излишне любвеобильным объятиям Надя не обрадовалась, когда после секундного головокружения опознала в своём визави не кого-нибудь, а офицера-рейфа.

«Твою ж, блин…», – только и сумела подумать она.

Рейф расплылся в блаженной улыбке, не обнаружив на теле своей жертвы бронежилета или, хотя бы, разгрузки. Амуниция девушки размещалась в ремённо-плечевой системе, а та представляла из себя пояс с перекинутыми через плечи лямками. Такой конфигурации экипировка оставляла полностью открытыми спину, грудь и живот пользователя.

Есть даже такой анекдот про рейфа.
Сидит, как-то, рейф в засаде, и видит, что к нему идут бойцы тяжёлого штурмового подразделения, по самое не могу закованные в бронежилет с шейными, плечевыми и паховыми секциями.
«Ну, вот, опять консервы», – грустно подумал рейф.

Не желая закусывать тканью одежды жертвы, рейф, пользуясь секундным ступором молодой наёмницы, ухватил когтистой лапой за её ворот и одним рывком до паха разорвал китель и майку на груди «Рыси». Той уже было не привыкать: одним злоключением больше, одним злоключением меньше. «Отбегалась», – подумала она.

Утвердил её уверенность в этом силуэт чрезмерно длинного и непропорционально узкого летательного аппарата, почти беззвучно нарисовавшегося из-за лесного массива за территорией в/ч. В нём безрадостно был опознан крупный истребитель рейфов.

Палач-гуманоид проследил за взглядом жертвы, и, узрев «свой» борт, ещё более возликовал.

«Хана», – подумала Надя, понимая, что в этот раз уже ничего не может противопоставить врагу. «Недолго прожила, м-да…».

Девушка закрыла глаза. Рейф, хищно облизывая взглядом жертву, уже занёс руку с кормовыми присосками над грудью девушки и приготовился к пиршеству. По ушам Быковой дало сильной пси-волной, но ожидаемой обжигающей боли в груди, отчего-то, не последовало. Вместо этого Надя услышала, как рядом что-то грузно рухнуло навзничь.

– Вот тебе и боевик с элементами эротики, – до слуха «Рыси» донёсся чей-то утробный рык (ибо назвать это голосом у неё не повернулся язык).

Не понимая, что происходит, наёмница открыла глаза и в неподдельном изумлении обомлела.

Перед ней, попирая ногой поверженного гуманоида, стоял не кто-то там другой, а командир взвода «Цикад», гвардии младший лейтенант «Шаман».

Сомнений быть не могло даже в зародыше. Чёрная, как смоль, изрядно подпалённая боевыми действиями форма «Цикад». Чёрный плащ до колен, расстёгнутый на всю длину. Коротко стриженная, почти уставная причёска виднелась из-под наспех натянутой форменной кепки. Довершали картину давно не чищенные берцы, которыми их носитель с не наигранным пренебрежением пнул труп рейфа в сторону от спасённой (между прочим, уже в который раз!) «Рыси».

Вот только личность, составлявшая компанию командиру, повергла наёмницу в ещё большее недоумение. Вместо «Лилит» (или «Раптории», или ещё кого-то из ближайшего окружения), что ожидаемо было лицезреть в двойке «Шамана», на крыше одновременно с ним нарисовалась молодая женщина, на вид ровесница Ренаты.

Её длинные тёмные волосы двумя пышными, но в меру объёмными хвостами ниспадали на голые плечи, на которых виднелись небольшие, но заметные гематомы.

Фигура спутницы командира была облачена в классическую женскую тогу чуть выше середины бедра из какого-то чрезвычайно лёгкого материала светлого тона, по краю ткани окаймлённую позолоченной полосой. Из обуви присутствовали крепкого вида жёсткие ботинки явно не земного образца.

На правых ладонях обоих виднелись незнакомые «Рыси» устройства, отдалённо похожие на ювелирные украшения: выполненные в сегментированном стиле металлические перчатки золотого цвета. И если большая часть устройства скрывалась у «Шамана» под рукавом плаща, то голая рука его спутницы позволила оценить, как наруч охватывает конечность носителя почти до локтя.

– Благодарю за столь любезно предоставленное зрелище, – гортанно прорычал командир нечеловеческим голосом. – Зрелище достойно отдельной похвалы. Ввиду неуместного и неурочного часа дозволяю прикрыться.

Если голос «Шамана» и смутил кого-то, то только не пребывавшую в шоке «Рысь». Больше всех поразилась едва живая «Гайка», которой рейф зарядил удар в солнечное сплетение, потому что вспомнила: именно этим голосом её командир разговаривал на линкоре, когда обнаружил за его башней главного калибра раненую.

«Рысь» инстинктивно подчинилась велению и запахнула борта кителя, разом недосчитавшегося всех пуговиц разом.

На глазах девушки навернулись слёзы. Она не могла поверить в то, что видит перед собой соратника и командира. А уж кто там рядом с ним – потом разберутся.

Рука «Шамана» потянулась за подсумком и выхватила из него рацию.

– «Лилит», – прорычал он в эфир. – Поддержи наших и «броню». Мы с Сабриной займёмся ранеными.

– Есть, – коротко отозвалась рация голосом соратницы.

Одновременно с этим, виражирующий над полем брани истребитель-штурмовик рейфов заложил крутую фигуру и в пике обрушил на позиции отступающих град плазменных залпов.
Сообщение отредактировал Комкор - Воскресенье, 20 Сентября 2020, 20:19


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Понедельник, 21 Сентября 2020, 06:40 | Сообщение # 667
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
А у него выбора нет). Куда он денется с подводной лодки в степях Беларуси?

Это да 1tooth


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 26 Сентября 2020, 12:03 | Сообщение # 668
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
11 августа 2011 года
Гарнизон
«Цикады»


Общий сбор объявили на той же крыше, где наши снайперы организовали себе позицию, и куда меня с Сабриной материализовала «Лилит». Материализовала, и «ушла» искать пятачок для посадки. Сажать тяжёлую машину на крышу старой казармы не стала: очевидно же, что здание не выдержит и сложится, как карточный домик под весом техники. Уж не знаю, где она так наловчилась заходу на цель истребителем-штурмовиком рейфов, но у неё получилось десантировать нашу двойку максимально точно и почти не снижая скорости. Прикольная вещь, кстати, этот их материализатор. Как средство доставки десанта просто незаменим. И как мы до сих пор без него обходились?

Если сказать, что по прибытии на Землю я был приятно обрадован встречей с соратниками, то это будет серьёзным прегрешением против истины.

Нет, безусловно, я рад встрече: не подумайте неправильно. Рад, что все живы. Рад, что нет невозвратных потерь. Но…

…чуть не сожранная второй раз подряд «Рысь» предстала предо мной, стыдливо закрываясь повреждённым кителем: пытается скрыть разорванную под ним майку. В довесок – один из протезов молодой наёмницы серьёзно повреждён и требует ремонта.

…«Гайка» тяжело дышит даже сейчас, хотя со времени моего прибытия прошёл почти час. С ней, стянув «сбрую», хлопочет «Рокада», в сторонке от парней проверяя, не открылась ли старая рана на груди.

…«Штырь» с прострелянной рукой и затуманенным обезболивающими взглядом приветливо машет мне здоровой лапой, хотя и сам понимает своё состояние. По себе знаю, огнестрельные ранения не сахар.

…«Полимер», подволакивая за собой ногу, упрямо держится стоя, хотя налицо явные признаки потери отклика конечностей и общая контузия после «глушителя» рейфов. Достали, всё-таки, бойца.

А вот и старые знакомые. Рената Соколова, едрить её первую фокальную плоскость. Стоит, уронив челюсть на пол, и смотрит на меня, как на воскресшего Лазаря. Интересно мне узнать, с чего бы вдруг такая реакция? Чай, не помер. Пока что ещё.

«Гюрза» шагнула ко мне, со всей своей наёмнической честностью от души обняла, и крепко прижалась.

– С возвращением, командир… а мы тут без тебя опять обхезались…

Это я и так вижу. «Лилит» успела выбросить нас буквально в последний момент. Материализуй она нас минутой позже – и я бы застал «Рысь» иссушённой мумией. Быть может, ей компанию составила б и «Гайка».

Мои руки приобняли соратницу в ответ. Я так и не понял, кто это сделал: Нергал или моё сознание. Мы ещё не отошли от зачистки территории, и управляли телом практически одновременно. Во всяком случае, речью заведовал сейчас он.

– Ваши отвага и стойкость достойны небывалых похвал, – прорычал он моим горлом. – Столь малыми силами противостоять подавляюще превосходящему числом врагу стоит немалых навыков и умений. Я выражаю своё восхищение вашим воинским духом и крепостью братства.

Вот сейчас мы упускаем из виду, что не все в подразделении шарят за симбионта… А Нергал ведёт себя, будто бы ни в чём не бывало.

На этом фоне неудивительно, что та ли «Литера», к примеру, осторожно подняла руку и поинтересовалась:

– М… Командир? Что у тебя с голосом?

– Побочные явления, – понимающе хмыкнул «Полимер».

Видимо, он таки-прознал за Ток`Ра.

«Медвед» понял, что мы не собираемся скрываться дальше, и подтолкнул развитие событий.

– Позвольте вам представить, – рёк он. – Нергал, из Ток`Ра. Симбионт в теле носителя. Ещё один, с позволения сказать, пришелец.

Алина чуть отслонилась от меня, но объятий не разомкнула.

– И пришелец отменный. Галантный джентльмен, между прочим, каких поискать.

«Рокада» улыбнулась.

– Подтверждаю. Парень, что надо. Жаль, что зависит от чужого тела: ему бы человеком уродиться.

Из-за спин ребят раздался голос «Лилит»:

– А ещё падок до театральных эффектов.

Девушка посадила истребитель-штурмовик на свободном пространстве и спустя несколько минут смогла присоединиться к нам: только что она поднялась на крышу и примкнула к беседе.

А сейчас без зазрения совести залезла в подсумок на разгрузке «Медведа» и экспроприировала у него флягу с водой.

– Вы наделяете мою личность не приставшими мне качествами, – вымученно улыбнулся моими губами симбионт. – Я лишь тот, кто я есть.

«Гюрза» ткнула моё тело локтем в бок.

– Не прибедняйся, дружище. А то мы, блин, не знаем, что ты за фрукт.

«Не знаем»? Едва ли кто-то знает больше, чем доступно мне и «Раптории». Сильно сомневаюсь, что последняя доводила сведения об инопланетянине каждому встречному-поперечному. Нет, конечно, Особый Отдел осведомлён неслабо, но едва ли объёмнее, чем носители.

«Медвед» решил форсировать события:

– Не представишь свою спутницу, Нергал? По всей видимости, она не знает нашего языка?

Интерес, с которым Сабрина и Иштар вслушивались в русскую речь, был неподдельным.

Симбионт согласился.

– Дозвольте и мне представить вам. Это Иштар из Ток`Ра. Моя возлюбленная. И её носитель, Сабрина.

Девушка, услышав свои с симбионтом имена, поклонилась, хотя и с менее выраженным почтением, нежели по отношению к Нергалу. Ведь наши для неё – соратники, но не господа.

«Рокада» выдала откровенную пробуксовку мордашкой без подачи ответа.

– «Возлюбленная»? – переспросила она, нахмурившись. – «Шаман» же с «Лилит»… того-этого…

И жестом красноречиво показала, что именно она подразумевала под «тем-этим».

«Лилит» последним глотком допила остатки воды и вернула флягу «Медведу».

– Всё правильно, – устало выдохнула она. – «Шаман»… сделал мне… предложение…

«Гюрза» выдала радостный выкрик, похожий на боевой клич индейцев, шаманское заклятье изгнание нечисти и победный вопль боевого носорога одновременно.

– …Нергал же помолвлен с Иштар.

Кристина немного не догоняла расклад.

– И… как же это связано с тем, что… ты… «Шаман»… Нергал… Сабрина… Иштар…?

Логические процессы девушки заняли весь объём оперативной памяти и откровенно подтормаживали.

«Лилит» любезно пояснила:

– Я помолвлена с «Шаманом». Нергал – с Иштар. «Шаман» – носитель Нергала, Сабрина – носительница Иштар. Я – «Шаман», Нергал – Иштар. Так понятнее?

– Вот вообще ни разу, – честно призналась Кошкина. – Я ещё понимаю тебя с «Шаманом». Догнала связь Нергала и Иштар… А «Шаман» и Сабрина?

Нергал не до конца понял суть вопроса.

– Тебя смущает принадлежность носительницы Иштар, молодая воительница Таури? Сабрина – носительница моей подчинённой и моей возлюбленной.

– Это я поняла, – Кристина озадаченно почесала затылок. – То есть, Сабрина тоже твоя любовь? Они же два существа в одном теле, как и вы с «Шаманом»? Выходит, «Шаман» и Сабрина – как вы с Иштар и как «Шаман» с «Лилит»? Я совсем запуталась!

На заднем плане парни тщетно пытались сдержать рвущийся наружу гомерический хохот. Уж что-что, а поржать после боя, когда угроза жизни отведена, это святое.

Кошкина повернулась к «Лилит».

– И тебя всё устраивает? – спросила она подругу.

Та тепло улыбнулась ей.

– В Галактике есть много непривычного нам, знаешь ли. Например, взаимоотношения рас. По сути своей, я помолвлена с «Шаманом», а не с Нергалом. Он старается не лезть в наши отношения. Нергал помолвлен с Иштар, и мы не мешаем им. Поскольку они оба не могут существовать без носителей, то наш вид предоставляет им тела. А Сабрина… У её народа не запрещена полигамия. Не поощряется, но не запрещена. Да и вообще: имеет ли смысл философский спор об отношениях, если мы можем не пережить войну? Выживем – тогда и рассудим, кто прав, а кто лев.

Вот что-что, а за напарницей всегда замечалась бронебойная тяга к конструктивизму. Всё лишнее и неуместное она умело отсекала как несущественное, если были более насущные вопросы.

Парни пытались сдержать душивших их смех, а вот девчонки пытались понять, о чём мы, вообще, в принципе говорим.

Тяжелее всех приходилось Ренате: за весь разговор она только сейчас нашла в себе силы проронить хоть слово.

– Эм… «Шаман»? Это ты?

Нергал, наконец, вспомнил, что кроме него в этом теле обитает ещё кто-то, и любезно уступил управление.

Я вернул себе рычаги и рапортовал уже нормальным голосом:

– Исключительно так точно, собственной персоной и в стопроцентной комплектации. Я смотрю, у тебя тоже всё «зашибись»? Как поживаешь?

«Гюрза», видя ступор снайпера, пояснила:

– Ты не смотри на голос. Сейчас говорит носитель. Когда управление телом берёт симбионт, иногда случается непроизвольная нагрузка на речевой аппарат: тогда голос может меняться. Как правило, это побеждают, но довольно нескоро. Так что, да: это «Шаман». Ответственно заявляю.

– А ты шаришь за эту тему, – похвалила подругу «Лилит».

– Так ДОСААФ же, – напомнила та. – Мы ж проходили симбиозы на примере гоа… Ток`Ра, – поспешила поправиться девушка, поёжившись.

Видимо, ожидала, что Нергал опять вознамерится её убить.

Рената продолжала пребывать в состоянии неверующего Фомы.

– «Шаман»? – уточнила она. – Живой?

– И не разу не бездыханный! – подтвердил я. – Можешь проверить, если хочешь.

Дальнейшие разбирательства касательно наших душ были прерваны радиостанцией «Литеры», что приняла входящую передачу.

– «Яблоня» «Ангелам»… и вообще «Цикадам», – по голосу я признал полковника Кирсанова. – Рады, что у вас все живы. Собирайте манатки и встречаемся в офицерской столовой.

«Литера» отозвалась в ответ:

– Приняли. Передайте «Архангелам» нашу благодарность.

– Вот сами и передадите, – соскочил «Яблоня». – Они там тоже будут. Война войной, а обед по расписанию. Ни вы, ни мы ещё не завтракали.

И отключился.

При упоминании приёма пищи отряд заметно повеселел.

– Общая команда, обмороки! – радостно скомандовал «Медвед». – Гуськом, строевым шагом, за калориями и изжогой, бегом – марш!

Гарнизон
«Цикады»
Офицерская столовая в/ч
12:00


Пока суть да дело, я успел взять штурмовик и слетать на орбиту. Там с хат`така забрал оставшихся девчонок и Косорукова.

Капитан, буквально только ступив на грешную землю, отключился: его хватило доползти до медсанчасти, где офицер вырубился на лазаретной койке.

Хотел бы я сказать, что мы собрались в полном составе, но нет: Юли с нами не было. Как тишком мне поведала «Раптория», девочка под шумок воспользовалась установкой и скользнула обратно в своё время.

– Она сказала, что ей пора, – прошептала соратница, передавая мне какой-то кристалл. – Мол, свою задачу выполнила, не любит слезливых прощаний и вообще всё такое. А у самой глаза на мокром месте были.

В расположение столовой наш взвод заходил чинным строем по одному. Чай, не объект штурмуем, негоже вламываться, бросая вперёд гранаты.

Да и, глядя на ждавших нас людей, не думаю, что гранаты помогли бы.

Нас встречала целая толпа.

Полковник Кирсанов мне уже знаком: общались лично, хоть и пару раз.

С ним офицер с пышными (в рамках устава) усами, чью семейную принадлежность выдавали черты лица: Рената была похожа на него как две капли воды, разве что без усов.

«А усы и подделать можно!» (с).

Несколько человек в масках, включая одного офицера. Все при оружии (и каком! «Выхлопы»!), и держатся справно: не чета нам, раздолбаям. Аж с порога чувствуется, что перед тобой машины для уничтожения всего видимого.

А вот подполковник в такой же чёрной, как у нас, форме без опознавательных знаков не дал времени предположить, кто он такой. Его с потрохами выдала родная доня.

«Рысь», забыв про повреждённый протез, бросилась отцу на шею:

– Папа!

В семейное воссоединение я вмешиваться не стал, но офицер, крепко обняв дочь, смерил меня профессиональным взглядом.

На правах младшего по званию по отношению к старшему подошёл к военнослужащему и рекомендовался:

– Командир Первой отдельной досмотрово-штурмовой бригады, гвардии младший лейтенант «Шаман».

Собеседник стянул с лица маску, и прижимая левой рукой дочь (будто боялся, что украду), протянул мне правую.

– Подполковник Быков, Павел Михайлович. Для тебя и твоих ребят – просто дядя Паша.

Мы обменялись рукопожатиями.

– Спасибо тебе за Надьку, – если бы не симбионт, чую, подполковник раздавил бы мою кисть на мелкие ошмётки, настолько крепким был его жим. – В особенности за болота, и что впрягся за неё. Не бросил человека в беде: поступок настоящего офицера.

Уж не знаю, каким критериям должен соответствовать офицер, но спасть терпящих бедствие – обязанность каждого здравомыслящего человека.

– У меня не было другого выхода, – коротко резюмировал я. – Просто сделал, что должен.

– И сделал это отлично, – поддакнула из-за спины «Раптория». – Но поступил, как идиот. Тебя же расстрелять могли!

– И почти расстреляли, – усмехнулась «Литера».

– «Почти» не считается, – хмыкнула «Гюрза». – Зато Рысёнка нашего из болот на себе вытащил. Ещё и от комендатуры отмазал.

Пришлось прервать разошедшихся соратниц:

– Мы тут собрались трапезничать, или мне дифирамбы воспевать?

По ряду снайперов в масках пробежала волна смешков.

– Товарищ полковник, разрешите обратиться к товарищу гвардии младшему лейтенанту, – хмыкнул вслух кто-то из них.

А у моего Альтер-Эго в изумлении полезли на лоб глаза. Вообще-то, это правило – первейшее при обращении к нижестоящему по званию в присутствии вышестоящего. Но чтоб его соблюсти, и при этом не скрывать в голосе откровенного стёба, и этим сохранить субординацию – это, конечно, надо уметь.

– Гарцуй, – хмыкнул подполковник Быков.

– Учись принимать благодарности, парень, – посоветовал мне неизвестный снайпер уже нормальным голосом, без юмора. – Если правда хоть половина о том, что про вас рассказывают, вам «Героев…*» дадут ещё при жизни.

*Золотая Звезда Героя: высший отличительный знак, которым может быть награждён гражданин и/или военнослужащий за проявленные доблесть, героизм, самоотверженность, профессионализм при выполнении гражданского долга или служебных обязанностей с выдающимся результатом и/или с угрозой для собственной жизни.

– Мне теперь лавровый венок надевать? – спросил я, не имея целью поддеть собеседника.

– Хотя бы, учись держать лицо, когда тебя благодарят. Злые языки завсегда на нас с тобой сплетни наплетут. А вот добро и тепло не каждый встречный подарит. Тем более, что ты их получаешь не за просто так.

Снайпер поводил взглядом по нашим и задержался на «Лилит».

– Это же ты его охмурила? Можешь не отвечать, кольца вижу, не слепой. Цени его, девчушка. Таких сейчас немного. И вообще, всем вам, ребята, совет: держитесь друг друга, и ровняйтесь на своего командира. Если не дадите слабину – уже через год нас догоните и перегоните.

– Уже догнали, – Быков без грамма стеснения любя шлёпнул Надю, заставив ту покраснеть. – Хорошо сработали, «Ангелы»! Сразу видно, не балду пинали.

Внезапно идиллию прервал мой желудок, громогласно оповестив всех присутствовавших, что, вообще-то, жрать охота.

– Что поделать, ускоренный метаболизм, – вздохнул я. – Товарищи офицеры, разрешите упасть за стол?

***
Никто не стал заморачиваться с разделением на сержантский и офицерский составы, на бойцов и командиров. Все расселись за общим длинным столом сообразно наличию свободных мест. Просто так сложилось, что «Цикады» оказались по одну сторону стола в полном составе, а офицеры и снайперы Быкова по другую.

Строго говоря, в столовой при приёме пищи надлежит сохранять полнейшую тишину и есть молча. Здравое зерно в этом есть: при болтовне неровен час и в не то горло еду направить. Но мы же тут не ясельная группа детского сада за полдником, чтоб нас с ложечки кормить? Можем и поболтать чутка, тем паче, что есть, о чём.

– А почему «Ангелы»? – поинтересовался я, уплетая свою похлёбку. – Мы же позывные не меняли.

«Гюрза» хмыкнула в ответ.

– Не меняли. Просто пошутили удачно.

«Полимер» почесал черенком ложки переносицу.

– Ну, кто пошутил, а кто и нет. Сама посуди. Ведь точнее и не скажешь.

– Мы штурм с наскока имитировали, – коротко рассказал «Медвед». – Разбились на два отделения, штурмовики и снайперы. Девчонки прикрывали нас огнём с дистанции, и выбивали противника издалека. А мы им под нос – и давай дискотеку накоротке устраивать. Ну, и кто девчонки после этого, если не Ангелы-Хранители?

– И сохранили на «зашибись»! – безапелляционно заявил «Штырь». – Ни одного раненого, не то, что убитого!

Взгляды всех офицеров без исключения оказались сосредоточены на перебинтованной и до сих пор пережгутованной руке бойца.

– Так это уже после боя было! – воскликнул он. – Никто ж не ожидал, что эти пипидастры из всех щелей полезут, как черви после дождя.

– Но девушки и впрямь хорошо сработали, – без грамма иронии рёк Быков. – В связке с корректировщиком действовали грамотно, без спешки и разнобоя, прослеживалось умелое планирование и руководство операцией.

В мозгу проскочила мысль о том, что «Литера» хотела передать благодарность.

– А вы, стало быть, «Архангелы», – подытожил я.

– Мы, вообще-то, никто, – хмыкнул подполковник. – Нас нигде нет и нас никто не видит. И вы про нас забудьте, к слову. Но ваши девушки в эфире назвались «Ангелами», а как только поняли, что мы им со спины помогаем, вышли на связь и прозвали нас, прости Господи, «Архангелами».

А ведь это тебе не шашки перекладывать. Увидеть работу снайпера – это уже достижение, особенно, если после этого остался в живых. А понять, что кроме тебя на поле боя кто-то ещё – это вообще притча во языцех! Ни хрена ж себе, однако, у меня соратники! Да с такими все круги ада пройти можно!

Ну, межмировое пространство, по крайней мере, уже прошёл, кстати.

Шарапова ела молча, но под конец, прикончив свою тарелку похлёбки, вставила пять копеек.

– Признаюсь, «Шаман», я была иного мнения о вашем подразделении. Беру назад всё, о чём думала с момента нашей первой встречи. За чьим авторством план операции, если «Шаман» был со мной в походе?

Одной рукой хлебая суп, вторую «Медвед» положил на плечо «Гайке», чем заставил её вздрогнуть.

– А я-то тут с какого боку-припёку?! – ошалела она.

Боец неподдельно удивился.

– В смысле «с какого»? А кто припёрся ночью в кабинет полуголой и одним взглядом сонная подняла мне карту? Я, что ли, технику Кравченко для снайперов предложил использовать?!

Лера удивлённо вытаращилась на Изосимову, а по лицам снайперов Быкова промелькнула отеческая ухмылка.

– Недурно, – прицокнул один из них. – Где ж вас, стесняюсь спросить, учили таким премудростям?

Полина, стараясь скрыть улыбкой смущение, скосилась на меня.

Ох, едрить твою конскую скотобазу! Неужели она запомнила?!

Шарапова в недоумении повела бровью.

– Командир? – переспросила она. – Так это ты её науськивал?

Я чуть замялся с ответом.

– Ну, «науськивал» – не совсем то слово…

Никак не ожидал, что девчонка запомнил пару брошенных вскользь фраз. Год назад, когда наша колонна водовозов и спецтехники вышла к охваченной огнём деревне (в которой и жила Полина «Гайка» Изосимова), нам после боя с огнём выдались сутки отсыпных. Бойцы отдыхали, зализывали раны, восстанавливали технику и пополняли запасы воды. Мы с Изосимовой, будучи почти погодками, быстро нашли себе беседы по интересам после знакомства. Одной и тем оказалась стрельба из пневматического оружия: уж не помню, если честно, каким образом разговор зашёл за применение оптических прицелов, но в тот день я обмолвился за технику Кравченко с приведением реальных исторических примеров.

– Скорее, просветил наивное неведение, – тепло улыбнулась «Гайка». – Но тот урок я запомнила надолго.

Кирсанов-старший ухмыльнулся.

– На сонную голову не каждый профи такое вспомнит.

– Так мы и не профи, – любезно пояснил «Медвед». – Мы любители.

Помещение столовой наполнила волна смеха.

Краем глаза заметил, что «Лилит» периодически перебрасывается парой слов с Сабриной: видимо, коротко переводит содержание нашей беседы.

– Хрен с ними, с любителями, – вмешалась Рената. – Меня больше наши супостаты беспокоят.

Быков чёрно хмыкнул.

– Мёртвые уже никого не беспокоят.

Незнакомый офицер отложил ложку в пустую тарелку и задумчиво уткнулся взором в стол.

– «Беспокоят» – не то слово.

Методом исключения нетрудно догадаться, что это за персонаж. Тем паче, что фамильное сходство выдаёт миловидная мордашка Ренаты.

Я обратился к военнослужащему с усами.

– Майор… Соколов, я так понимаю?

– Точно, – не стал отрицать тот.

– Можете пояснить, во что мы влипли?

Офицер пожал плечами.

– Да, как обычно, парень. Из огня да в полымя. Это же ты в «Светлом» орудовал, так ведь?

«Ещё никогда Штирлиц не был так близок к провалу», – пронеслось в уме. С другой стороны, если уж посторонние осведомлены об этом, то дело явно не под «грифом».

– Было дело, – не стал отрицать уже я.

– Так те хлопцы опять объявились. Как ты можешь догадаться, ни разу не гарные.

– Мы допросили одного бобра, – сообщил «Медвед». – Судя по всему, есть некая неорганизованная организация на голову ушибленьких фанатиков, уверовавших во Второе Пришествие. Якобы, рейфы посланы для истребления рода человеческого. А поскольку сами они интеллектом не отличаются от деревянных счёт с костяшками, то решили переобуться в полёте и подписались к этим типам в перебежчики. Ты бы видел этот сброд, чесслово… люди с рейфами по одну сторону баррикад, воюют против людей.

Что-то подобное мы с Нергалом подозревали, когда Дегтярёв нарезал нам задачу.

– Какая-то секта? – предположил «Док».

– Очень похоже, – «Рентген» отставил пустой стакан из-под чая. – Но в военном деле не очень искусны, к слову. В атаку пёрли, как фашисты в сорок первом: чуть ли не во весь рост с закатанными рукавами.

– Может, обдолбаны чем-то? – предположил «Штепсель». – Если секта – могли и веществами баловаться.

– Для обдолбанных слишком точно стреляют, – заметил «Штырь. – Если они даже под веществами в руку попали, то от здравомыслящих в голову не хотел бы получить.

– Нас с «Полимером» вообще из «глушителя» с дистанции накрыли, – вмешалась «Рокада». – Обдолбышу с таким оружием не справиться.

– Как будто ты с него до хрена стреляла, и знаешь, – скосилась «Андромеда».

– Стреляла, – не стала спорить Кристина. – Ствол крайне неудобен, а предел эффективной дистанции не сильно-то и больше, чем у двенадцатого калибра пулей. К слову, точность примерно такая же.

«Растёт девушка, однако», – пронеслось в уме.

Ещё месяц назад она слыхом не слыхивала о ТТХ двенадцатых калибров, а теперь на серьёзных щах сравнивает инопланетный образец вооружения с эффективной дистанцией пулевым выстрелом.

– Этим мы Дегтярёва озадачим, – подытожила «Лилит». – Эти фанатики, конечно, бельмо на глазу, но сильно картину нам подпортить не сумеют. Артиллерия перемолола в труху большую часть их живой силы. Те, кто бежали, очень скоро приведут нас к своим логовищам.

«Андромеда» резко повернулась к девушке:

– Предлагаешь повторить ночной кошмар в «Светлом»? Ещё пару-тройку сатанинских капищ утопить в крови?

«Лилит» флегматично пожала плечами.

– Не наша задача. Но если такую нам нарежут – вынесем всех. Первый раз в армии, что ли?

«Штырь» махнул рукой.

– Без меня, ребята. Я сейчас такой из себя боец. Смогу только с пистолетом на врага бежать с воплем «Ура!».

– Тоже тактика, – хмыкнул «Штепсель».

11 августа 2011 года
Гарнизон
«Цикады»
13:00


После обеда (фактически, для наших – завтрака) выдвинулись в обратную дорогу. Ребята-девчата собрали рюкзаки, я свой подобрал ещё при выгрузке, общим гуртом погрузились в «шестьдесят шестой». «Медвед» забрался в кабину за руль, грузовик минут пять потарахтел двигателем, прогревая и разгоняя масло по системе смазки, и мы тронулись. Возможно, даже умом.

Выехали всем составом: «Цикады» плюс Рената минус «Лилит». Соколову майор отправил с нами, вручив ей какой-то запаянный пакет для передачи. Что и кому она должна была передать – вызнавать не стал. Если это дело доверили ей, а не нам, значит, на то были свои причины. А любимая вызвалась перебросить трофейный истребитель-штурмовик рейфов на аэродром над «Городом».

В дороге мы общались, насколько это позволял не изолированный в акустическом плане КУНГ грузовика и рёв двигателя с воем раздаточной коробки.

Кристина переговаривалась с Лерой:

– А ты не выглядела озабоченной, когда Нергал заговорил.

Шарапова хмыкнула в ответ:

– Озабочен тут только носитель. Чего тут озабочиваться?

А у меня самого перед глазами картина «явление чудес народу», когда «Андромеда» впервые вступила в диалог с моим симбионтом. Вот уж с кого поистине можно было лепить статую «Уверование Фомы».

Но «палить» бывшую одноклассницу перед соратниками не стал.

– А сама-то? – скосилась на Кошкину та. – Так говоришь, будто уже зналась с ним.

«Рокада» стремительно покраснела.

– Ну, как, «зналась»… – потупила взор она. – Нас с «Шаманом» землетрясением в штольнях под Сиракавой завалило. Нергал помог нам выбраться.

М-да. Отменная тогда выдалась ночка. А вот краснеть сейчас не надо, народ лишние слухи наплодит!

Хотя, судя по хитрым ухмылкам парней, те уже всё поняли без слов, и тактично сделали вид, что это их не касается.

С подозрением на меня воззрилась Шарапова.

– В смысле «помог»? – поинтересовалась она тоном генерального прокурора.

Я ткнул пальцем куда-то в сторону покидаемого гарнизона:

– Трофейный корабль видела? Его мы нашли на нижнем горизонте системы. За каким-то хреном рейфы выращивали его в эллинге, что развернули в гроте. Но выхода из него мы так и не нашли. По крайней мере, для такой монструозной дуры. Поскольку корабль оборудован приводом гипердвигателя, приняли решение уходить через червоточину: приближались вторичные толчки. И, как ты сама понимаешь, столь оперативный расчёт параметров прыжка – не мой конёк. Пусть идея и принадлежала мне, но с осуществлением помог Нергал. Да и травму «Рокады» залечил тоже он.

Симбионт беспардонно подвинул меня в глубины сознания и завладел телом.

– Не слушай этого балабола, – рыкнул он. – Параметры прыжка вводил я, но доврачебная помощь раненой – целиком и полностью заслуга моего носителя. Мне лишь довелось контролировать его действия, дабы предотвратить коллапс.

Кристина улыбнулась сквозь краску смущения:

– Я вам обоим благодарна, Нергал. Одна бы я так и осталась на том горизонте.

«Штепсель» участливо поинтересовался:

– Хреново было?

– Голеностоп растянула, – призналась Кошкина. – И твари эти потом повалили ордой. Я уж думала, нас там на мелкие пикумки растерзают… одним магазином меньше – и…

Продолжать не требовалось. Мы все прошли одно горнило и все понимаем, что это такое.

«Андромеда» была далеко не дурой. Блондинкой, крашеной, но не дурой.

– Я так понимаю, как минимум Дегтярёв в курсе про Нергала, – задумчиво проронила она, препарируя меня взглядом. – Почти наверняка знают и в генералитете. А из наших кто в курсе?

– Теперь уже все, – хмыкнул «Полимер».

«Астория» вставила свои пять копеек:

– Мы его увидели «в деле» ещё на Новой Швабии, когда обследовали линкор. Раненую тогда прямо с того света выдрал.

Рукой махнула «Гюрза»:

– И я сразу после поступления на борт «Гипербореи» приглядывала за тушкой отключившегося. Буквально тогда же и познакомились.

А у самой такой мечтательный взгляд, будто знакомство состоялось, как минимум, при свечах в усеянной розами комнате.

– Стоп! – до «Гайки» только что дошло. – А как давно Нергал с нами?

Я выкинул кулак и показал девчонке большой палец.

– Молодца! Хвалю за сообразительность.

«Раптория» улыбнулась:

– Ровно с момента моего появления. Нергал со мной пришёл.

Соколова вытаращилась во все глаза.

– Ты тоже носитель?! – изумилась снайпер.

– Бывший, – поправила её девушка. – Нергал из меня переселился.

Шарапова нахмурилась.

– Могу поинтересоваться, за каким хреном понадобилась эта многоходовочка?

Кирсанова с готовностью пояснила:

– Это связано с биохимией нашего вида. Если симбионт слишком долго пребывает в теле носителя, иммунная система последнего отказывает. Её целиком и полностью замещает гоа… симбионт. В этом случае он всё так же может покинуть тело, но хозяин уже не выживет. Без иммунитета его убьёт любая болячка.

– Я не имела ничего против сожительства с Ток`Ра, – добавила «Раптория». – Но у Нергала свой взгляд на вещи. Он не хотел, чтобы я целиком и полностью зависела от его способности поддерживать иммунитет.

Как я уже сказал, «Андромеда» дурой не была.

– То есть, – подытожила она, косясь на меня. – Зная, что уже не сможет избавиться от симбионта без вреда для своего здоровья, ты забрал Нергала у «Раптории»?

Я пожал плечами.

– Пути развития наших полов чуть отличаются. При вступлении в репродуктивный возраст такие противопоказания встречаются только у девушек. Я ещё смогу пережить исход симбионта, хотя, определённо, сладко мне не будет. Да и Нергалу не очень нравилась роль будущей домоседки: ему, как он сам признался, больше по душе путь воина.

11 августа 2011 года
Подземное расположение проекта «Город»
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
15:00


Явление нашему воеводе сводного сброда военнопленных касперов-приведений высокочинный перенёс стойко. Хотя вид потрёпанного боем подразделения, чья форма откровенно отдавала пороховыми нотками, и заставил офицера потянуться за кружкой с кофе.

Не отрывая от нас командирского взгляда, Александр Сергеевич изволил испить напитка, отставил кружку на стол и откинулся на спинку кресла, мрачно созерцая наше подразделение.

– Докладываю на усмотрение в части касающейся, – начал я, пытаясь не дать молчанию затянуться. – Личный состав Первой Отдельной досмотрово-штурмовой бригады в полном составе вернулся с задания. Материальная и техническая части в строю, личный состав налицо, раненых, убитых, незаконно отсутствующих нет.

Называться, как это полагается, в конце доклада не стал: на хрен эту клоунаду, Кэп и так знает, кто совершил доклад.

«Раненых нет» – потому, что

а). «Рысь» потеряла дееспособность протеза, а не ноги, его заменят в штатном порядке (пусть и через оперативное вмешательство, ибо протез бионический);

б). «Полимера» оглушили, а не расстреляли, и потому за время пути парень отошёл от контузии. Координация чуть нарушена, с мелкой моторикой ему помогает «Астория», но в общих задачах боец дееспособен чуть менее, чем полностью;

в). Рукой «Штыря» я занялся в дороге. Тряска, конечно, вносила свои коррективы, но медицина гоаулдов и наставления Ток`Ра сделали своё дело: до конца суток я настоятельно не рекомендовал бойцу заниматься тяжёлой работой и точными операциями (разум всё ещё затуманен сильнодействующим обезболивающим), однако, обращения к медикам состояние парня не требовало.

А Косоруков так и остался в гарнизоне отсыпаться. Его ближайшие сутки из пушки не добудишься. Так что, пусть отдыхает после такой нагрузки: за ним местные эскулапы присмотреть обещались.

Кэп окинул взором наш кагал. Отдельно задержался на моей тушке, полоснул взглядом по Кристине («Рокада» поспешила скрыться за моей спиной), мимолётом задержался на Шараповой, перекинул свои ясны очи на «Лилит», и под конец остановился на Сабрине.

– «Шаман», – монотонно рёк командир. – Я бесконечно уважаю твоё стремление к искоренению всего сущего во вселенной, и даже, в какой-то степени, разделяю его. Но какого, прошу пардона за мой французский, мужского полового органа ты расхерачил крейсер на орбите? Тебе кто команду давал?

Вот тут я натурально выдал пробуксовку с подгрузкой данных из оперативной памяти в кэш процессора.

– Противник, – не моргнув глазом, отозвался я.

– Какой ещё противник? – процедил Дегтярёв. – Ты где его увидел, млять?

– На орбите. «Улей» рейфов.

– И что с того? Ты понимаешь, окунь косоглазый, что чуть не заруинил нам план обороны планеты? Куда мы потом обломки девали бы?

Я пожал плечами.

– Мы с Нергалом люди простые. Видим корабль противника – открываем огонь из главного калибра.

– А то, что корабль притащили чуть ли не за верёвочку за тридевять земель для плана обороны – вообще по барабану?

– Предупреждать надо было, – вклинилась «Лилит». – Из-за этого крейсера мы один хат`так потеряли.

Дегтярёв мрачно помолчал и полез на сейф, где покоился ненужный ему в данный момент ноутбук.

Достал компьютер, открыл крышку, разбудил спящее устройство. Несколько секунд копался в файлах, после чего запустил видео-файл и развернул ноут монитором к нам. Сам же скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла.

На экране воспроизводилась вырезка из новостного выпуска. Судя по всему, оперативного, потому что смонтировано было крайне небрежно для федерального телеканала. Бессменная дикторша на фоне чуть покорёженной пожаром и местными обрушениями студии держала речь, а ассистировала ей нарезка видео-фрагментов над её плечом.

– Сегодня в девять часов тридцать минут по московскому времени военные сил воздушно-космической обороны произвели оперативные манёвры по ликвидации вражеского корабля на околоземной орбите. Целью был избран трофейный инопланетный корабль, имитировавший передовой дозор противника. Ему противостояли два унитарных корабля класса «хат`так», сопровождавшие ордер своих одноклассников. Соединение прибыло к Земле после межзвёздного перехода.

А на нарезке – видео не то с МКС, не то с орбитального спутника: крейсер висит на орбите, и в опасной близости от его корпуса формируется окно зоны перехода.

– Учитывая невероятную живучесть вражеского судна и способность его органического корпуса к регенерации, манёвры предполагали выход конвоя из гиперпространства в непосредственной близости от цели и атаку из походного положения. Согласно действующим предписаниям, ордер распался на одиночные цели и разорвал дистанцию между бортами, затрудняя противнику наведение и атаку кораблей. Борта сопровождения незамедлительно взяли цель на сопровождение и стремительно пошли на сближение.

Ну, да. Всё правильно. Вот они наши хат`таки, которые мы распустили веером, а вот они наши два: этот на экране, ведущий огонь – мой, а второй, по сути своей, не успел уклониться.

– Класс «хат`так» проигрывает кораблям этого типа по огневой мощи и живучести в бою, поэтому дерзким командиром соединение было принято решение предпринять брандер: таран вражеского судна кораблём из своего соединения, лишённым экипажа.

Ну, ни хрена ж себе, они обыграли это! Пять! Пять звёзд этому сценаристу и режиссёру! Моя челюсть с лязгом упала на пол.

– Успешный брандер разворотил вражескому кораблю борт, чем лишил палубных орудий главного калибра. Этим воспользовался головной корабль конвоя и обездвижил цель, уничтожив досветовые двигатели противника. Учения были признаны предельно успешными, участники межзвёздного похода поощрены внеочередным увольнением из расположения своей части и выходным. Командование обещало рассекретить личности участников операции, но не раньше, чем тем удастся отдохнуть.

Дальнейший бред сивой кобылы Дегтярёв прервал, захлопнув крышку ноутбука, и обвёл нас преисполненным недобрыми намерениями взглядом.

– Всё поняли, покемоны? Не приведи Господь услышу от кого-то что-то иное. Вопросы есть?

Вопросов, традиционно, не оказалось.

– Брысь отсюда, – скомандовал офицер. – Кроме… «Шамана», «Лилит» и… Сабрины.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 10 Октября 2020, 13:40 | Сообщение # 669
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
Вот тут я натурально выдал пробуксовку с подгрузкой данных из оперативной памяти в кэш процессора.

Надо запомнить, для "важных" переговоров))))))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 10 Октября 2020, 14:56 | Сообщение # 670
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Надо запомнить, для "важных" переговоров))))))

Всегда пожалуйста, однако).

11 августа 2011 года
Подземное расположение объекта «Город»
Медсанчасть
16:00


Если Дегтярёв освободил весь личный состав без нарезания ему задач, но задержал нашу троицу, то дело, однозначно, пахнет лигроином. Просто так комбриг не оставляет своего рабочего места, не запирает свой кабинет на ключ и не уводит нашу кодлу в неизвестном направлении.

Правда, справедливости ради стоит сказать, что направление станет известным несколькими минутами позднее: лазарет. А вот что конкретно мы там забыли – вопрос.

Я-то понимаю, что «Лилит» намылила лыжи из изолятора, и, по сути своей, её сейчас просто водворяют на место. С другой стороны, ведь беременных не кладут в «больничку» буквально сразу после того, как начал расти живот? Значит, дело явно не в беременности. Да, живот девушки едва заметно начал округляться: это особенно заметно, когда та снимает китель, и ещё более чётко видно, когда снимает футболку. Но не более того. Не то, что бы я был большим докой в акушерстве, но предпосылок класть девушку в госпиталь откровенно не наблюдается.

Или я чего-то не знаю?

Сам же в медицинской помощи не нуждаюсь от слова «совсем». Даже в психологической: её мы с «Лилит» оказывали друг другу практически каждую ночь, которую нам удавалось провести вместе. Соответственно, самому мне нет необходимости сдаваться медикам. Если только на фоне начавшей ехать кукухи, но с этим, вроде бы, симбионт справляется.

Молча шагавшая с нами Сабрина также не выказывала жалоб на здоровье. А даже и если, то о ней позаботится Иштар. Все те травмы, что имелись в наличии к моменту нашей встречи, симбионт Ток`Ра излечил в полном объёме за время межзвёздного перехода. Стало быть, её если и отправлять в медблок, то только на профилактический осмотр. Но для этого присутствие командира бригады, как правило, не требуется.

Так какого хрена происходит, господа?! И дамы, пользуясь случаем.

Наш конвой вызывал нездоровый интерес у встречных. Если офицеры, в большинстве своём, здоровались с полковником (в основном, за руку), и молча провожали нас взглядом, то солдатский и сержантский составы роняли наземь челюсти и выворачивали шеи вслед до характерных хрустов шейных позвонков. Рискну предположить, что виной тому наш видок. Даже не столько наш, сколько Сабрины: Ток`Ра очевидно выделялась на нашем фоне своим облачением. Согласитесь, когда по коридору подземного заглублённого командного объекта идёт офицер в форме цвета хаки, сопровождающий двоих в иссиня-чёрной «полёвке» и одну в (почти) белоснежной тоге, окаймлённой золотым шитьём, возникает ряд закономерных вопросов. А если учесть, что Сабрина выделялась не только облачением, но и фигурой, то реакция бойцов становилась более чем объяснимой.

Некоторые просветы во мраке грядущего бытия стали озарять наш путь, когда ближе к медсанчасти начали появляться посты охранения. Да, я понимаю, что в изоляторе за медблоком держат пленных рейфов, но в коридоре возле обстройки системной зоны постам точно не место: их тут раньше не было. Значит, эти ребзя по нашу душу.

Долго плутать нам не пришлось. Дегтярёв привёл нас к одному из кабинетов, дверь которого была любезно открыта, и жестом душеприказчика указал нам на помещение. Мол, «забредайте».

Сия юдоль являлась обителью для медперсонала, представленного весьма и весьма знакомыми лицами.

Одним лицом, если точнее.

Личиком, если быть ещё более точным.

В меня ткнули обличающим перстом и рекли:

– Вот он. Явился, не запылился.

«Вика», – пронеслось в уме.

Старший лейтенант Светлова ничуть не поменялась с момента нашей встречи на «Гиперборее». Даже форму не сменила: медицинский халат поверх офицерского кителя и юбки. К счастью, эта часть «больнички» была терапевтическим блоком общего назначения, а не хирургией, потому прятать причёску под санитарный колпак или рассекать в маске нужды не было.

– Я тоже рад встрече, – ляпнул в ответ, чтоб хоть как-то завязать разговор.

– Раньше радоваться надо было, – буркнула Вика. – Теперь уже не до веселия.

Сказано было без каких-то чёрных ноток в голосе, но я уже понял, что нас привели не на дружеское чаепитие.

Обстановка кабинета соответствовала обычной приёмной. В любую амбулаторию зайди – то же самое увидишь. Шкаф с медицинской литературой, парожаровой шкаф для температурной обработки и дезинфекции изделий, процедурный шкаф с препаратами не особого класса, письменный стол, пара стульев, кушетка.

– Располагайтесь, – Вика поднялась из-за стола. – Разговор будет небыстрым.

Дегтярёв зашёл за нами последним и закрыл дверь, начисто пресекая всяческую попытку побега. Впрочем, если бы он в самом деле хотел воспротивиться нашему отступлению, то озаботился бы изъятием у нас с Сабриной наручей. Сейчас же, по сути, мы двое были вооружены лучше, чем весь личный состав на этом уровне базы: с поправкой на огневую мощь этих устройств.

«Лилит», не церемонясь, расселась на кушетку и откинулась спиной к стене, возле которой стояла мебель. Сабрина последовала её примеру и заняла стул, Кэп остался на ногах. Я же завис на минуту, и составил компанию возлюбленной, присев рядом с ней.

Вика обошла свой стол и присела на край его столешницы, давая понять, что разговор будет проходить в неформальной обстановке.

– Сразу к делу, – начала она. – Много «воды» лить не буду и спрошу по факту. Как самочувствие беременной?

Как бы буднично ни был задан вопрос, но в голосе Светловой чувствовалась едва-едва прикрытая фальшь. Было очевидно, что врать молодая женщина не умеет или не любит, пытается зайти издалека, прикрываясь своими профессиональными обязанностями, но от фальши в её речах даже симбионту сделалось противно.

Видимо, это поняла и «Лилит», потому что, хоть и едва заметно дёрнула щекой, но внешне осталась спокойной.

– Жалоб не имею, – совсем по-медицински ответила она. – Самочувствие хорошее.

– Ещё бы были б жалобы на здоровье у…, – пробормотал себе под нос Кэп, но Вика резко остановила его жестом.

Вот тут-то во мне и щёлкнул какой-то тумблер. Я всем естеством почувствовал что-то грядущее. Прорываться с боем явно не требовалось, но что-то сейчас будет.

– Как перенесли переход? – спросила Светлова. – Недомогания, помутнения сознания, болевые ощущения, расстройства сна были? Как спала на борту хат`така?

Эти вопросы звучали менее фальшивыми. Да, всё такими же игрушечными, но в них, всё же, чувствовался медицинский интерес, а не праздное любопытство или попытка заболтать оппонента для притупления внимания.

«Лилит», не отрываясь, глядела в пол.

– Спали плохо, – отозвалась она. – Хат`так достался нам не в лучшем виде: корабль требовал постоянного присмотра. Немногие на борту, включая нас, могли управлять им. Пришлось поднапрячься.

Заметно. В отсеке приёмной со светом было хорошо, а потому под глазами девушки отчётливо просматривались синяки: первейший признак бессонных ночей.

Вика переключилась на меня.

– Я надеюсь, не ты причина её бессонницы?

– Совсем уж за кретина не держи, – попросил я. – Мы стояли вахту и отдыхали по мере возможности.

– «Шаман»… не беспокоил меня во время отдыха… чрезмерно, – технично отозвалась любимая. – Я же, в свою очередь, давала ему… отоспаться. Насколько позволяла оперативная обстановка на борту.

– Косоруков почти скопытился, – поведал я Дегтярёву. – Сошёл на землю первым же челноком. Как только оказался на грунте, так почти сразу и отрубился. Его раскачало в космосе, за две недели почти не спал.

Кэп молча кивнул в знак того, что информацию к сведению принял и к материалам дела приобщил.

– Очень хорошо, – вздохнула Вика. – Рада, что вы двое понимали положение друг друга. Столько времени без нормального отдыха нехорошо сказалось бы даже на здоровье Древнего.

Если сказать, что я почувствовал абсолютный и неоспоримый натяг фразы за уши, то описание будет не совсем точным. Я буквально увидел, зачем нас собрали в лазарете подальше от чужих ушей.

Упоминание представителя этой расы абсолютно не укладывалось в контекст беседы. Причём тут, казалось бы, Древние? Да, было утомительно. Да, вымотались. Да, недосыпали. Но сравнение абсолютно неуместно. Гораздо уместней было бы сказать, что такой недосып, например, кого угодно вывел бы из колеи. Или, к примеру, от него устали, как ломовые лошади. Или собаки. Сутулые. Не суть. Согласно контексту беседы, Древних могли упомянуть только в случае, когда идёт или речь, или прямое сравнение.

Это – если руководствоваться здравым смыслом.

«Поднимите руки, кто из вас Древние?».

Точно не я. Это могу постулировать со всей ответственностью, на которую только способен.

Сабрина? Вряд ли. Инопланетянка, конечно, носитель симбионта, но, чует моя печёнка, что вряд ли. Да даже и если, то всё равно вряд ли.

А вот «Лилит» подходит под описание как нельзя лучше. Особенно, с оглядкой на поведение Дегтярёва и Светловой.

«Лилит» – Древняя? С одной стороны, конечно, бред. Память Нергала открыта предо мной в этой части, и о расе я могу сказать много чего. Как можно причислить землянина к расе, считавшейся вымершей больше десяти тысяч лет назад, и, при том, даже не в этой галактике? С другой стороны, а почему бы, собственно говоря, и да? Я же ношу симбионта: а о существовании этого вида до этого лета вообще даже не подозревал. В принципе, не противоречит.

Ведь, кто были Древние? Биологически – люди. Физиологически чуть отличались от нас, но, биологически, были людьми. Homo vetustus, так сказать. Так что мешает той же «Лилит» или «Раптории» быть представителями этой расы?

По всей видимости, любимая поняла, что её раскрыли. Взгляд девушки померк, а рука, лежавшая на кушетке, безвольно расслабилась.

Реакция «Лилит» не осталась незамеченной Дегтярёвым.

– Даже не будешь отпираться? – спросил он. – И в несознанку не уйдёшь?

Уходить явно было некуда. Вряд ли столь бронебойное изречение было бы брошено на ветер, не имея за собой железобетонных аргументов. Ведь, как известно, слово – не воробей.

Ничто не воробей, кроме воробья.

– Не бойся нас, – как можно нежнее произнесла Вика. – Мы тут не пытать тебя собрались.

Ещё бы ты её пытать начала… Я бы тебя первую же на опыты и пустил, в твоём же кабинете…

– Когда ты собиралась рассказать нам, кто ты такая? – спросил Дегтярёв. – Не вечно же бегать собиралась?

Абсолютно безэмоциональным голосом любимая поинтересовалась в пустоту:

– А это что-то изменило б?

Кэп пожал плечами.

– Ну, как минимум, мы бы не рисковали тобой без надобности.

– Заперли б в подвале, как хрустальную вазу? Сдували б пылинки и в душ водили б под конвоем?

Вика поморщилась.

– Не утрируй, пожалуйста. Ты, безусловно, наиценнейший кадр, но на витрину тебя водружать, по меньшей мере, не по статусу. Но тебе следовало сразу сказать нам, что ты Древняя. За это никто бить не стал.

– А теперь, значит, будете бить за то, что не сказала?

Светлова перевела взгляд на меня.

– А ты чрезвычайно спокоен для того, кому только что сообщили, что его будущая жена – инопланетянка. Или тебе по барабану, кого трахать?

Только моя усталость после перехода и спасла офицера: в любой другой ситуации я бы заставил её фильтровать базар.

– Выбирай выражения, будь так любезна, – попросил я. – Если б мне было по барабану, то и тебя бы натянул. За мной не заржавеет.

Демонстративно обнял «Лилит» и прижал её к себе, но та вздрогнула от неожиданности.

– Мне плевать, кто она, – признался я. – Человек, Древняя… да хоть дух Зоны Отчуждения в человеческом обличии. Я полюбил напарницу. Соратницу, наёмницу с оперативным позывным «Лилит». Это – всё, что для меня имеет значение. Всё остальное или меня не касается, или не имеет большого значения.

Хотя, чего греха таить, на долю секунды задумался, а так ли это на самом деле? Ведь, согласитесь, ситуация нерядовая. Одно дело, если бы мне сказали, что моя жена, допустим, преступница. Стал бы я держаться за неё? Зависит от тяжести преступлений. И ещё надо разобраться, а было ли вообще преступление. А вы задумывались о том, что делали б, если бы вам сообщили, что ваша жена не просто с чужим гражданством, но и вовсе не принадлежит к вашему биологическому виду? Я на секунду запнулся, но не более того: всё для себя решил в тот же миг.

Вика сощурилась на нас двоих.

– «Полюбил»? Ты уверен, что это именно любовь, а не гормоны? Не пойми превратно, я не осуждаю тебя. Спрашиваю, как медик: ты уверен, что испытываешь к этой… Древней чувства, а не просто хочешь кому-то вдуть? Можешь злиться на меня, сколько хочешь, но для твоего возраста это нормальное явление.

– Сейчас тебе вдую, – пообещал я. – И буду прав. Думай, что говоришь, будь так добра. Да, мать твою, уверен. Уверен настолько, что вне зависимости от других факторов женюсь на ней. Если выживу, м-да…

С утверждением я, безусловно, погорячился. Нет, не поймите неправильно: предложение сделал, намерения материально и документально зафиксировал (это я про кольцо, если что), но шансов дожить до победы у меня немного. Противник превосходит не только количественно, но и качественно. Может, мы и победим, но Земля нескоро оправится от ран. Это точно. А вот если выживем оба, то тогда и заживём. Как ты там сказал, Нергал? «На объёмную намотку», да?

– Выживешь, – буркнул Дегтярёв. – Если за ум возьмёшься.

Светлова перевела взгляд на нашу спутницу и, внезапно, перешла на язык гоа`улдов.

– А ты Сабрина? – спросила она. – Я понимаю, из Ток`Ра?

Та кивнула.

– Я служу владыке Нергалу, – кротко добавила та.

Из памяти симбионта всплыл обрывок информации об их обычаях. Если кто-то из собеседников желал обратиться к подчинённому своего визави, то должен был спросить у того разрешения, как будто собирался воспользоваться его собственностью. Исключения дозволялись лишь высшим чинам и сословиям, но такая манера поведения не приветствовалась. В свою очередь, подчинённый не мог не ответить ни своему хозяину, ни его собеседнику.

Вика изумлённо повела бровью в знак неподдельного удивления и скосилась на меня.

– Нергалу, – повторил я, акцентируя внимание. – Нергалу. Не мне.

Дегтярёв вклинился в разговор и внёс пару уточнений.

– У них крайне занятная организационно-правовая структура в обществе, – пояснил полковник. – И крайне любопытный строй. Не поощряющий прямое рабовладение, но подчинение отличается от нашего, армейского. Не удивляйся. Мы не лезем в чужой монастырь со своим уставом. Пусть отношаются по своим отношениям, пока это не вредит делу. Потом культурные особенности выясним.

Вика ещё немного поудивлялась для галочки, но быстро вернулась в рабочее русло.

– Я врачеватель этого воинства. Ты имеешь жалобы на своё здоровье?

Сабрина отрицательно покачала в ответ.

– Владыка Нергал позаботился обо мне. Всё, что не мог исцелить он, излечила Иштар.

– Иштар – твой симбионт? – уточнила Вика.

– Симбионты способны исцелить многие ранения носителей, – сообщил я. – Но и их силы не безграничны.

– Я знаю, – кивнула Светлова.

И перешла на русский.

– Собственно, зачем я вас тут всех собрала… Я хочу прояснить некоторые моменты для… молодых. Традиционно, поздравить молодую мать с грядущим первенцем, навешать звездюлей по шее молодому отцу за раздолбайство, и дать пару жизненных уроков на ближайшее обозримое будущее.

– Я бы начал с уроков, – процедил Кэп.

– С них и начнём, – согласилась медик.

Молодая женщина вернулась за стол и села на стул по-человечески, что автоматически вернуло русло диалога в строгие рамки разговора.

– Во-первых, – врач откинулась на спинке. – Первое, что вы двое должны знать. Несмотря на то, что я вам это уже говорила, повторю ещё раз. Вы двое – форменные раздолбаи и безрассудные сорви-головы. Прекрасно понимаю, что в вашем возрасте вы часто забываете обо всём, особенно, когда в мозг прямой наводкой бьют гормоны, но вы – те ещё залётчики. Я бы ни словом не обмолвилась, если бы вы втихую совокуплялись друг с другом. По крайней мере, до тех пор, пока предохраняетесь… Но для молодой матери ранняя беременность может стать серьёзной нагрузкой на организм. Это – первое, за что тебе, парень, стоит выписать командирского «леща» с вертухи в душу.

Тут я с Викой согласен. Пусть «залетела» «Лилит», но больший залётчик тут я. Надо было думать о последствиях. Быть может, война всё спишет, но мне башка дана не только для ношения форменной кепки и каски.

Иногда я в неё ем.

– Во-вторых. Если бы вы оба были простыми солдатами, я бы ограничилась матерной тирадой, осмотрела бы мать по женской линии, поставила на учёт и выгнала бы вас с глаз моих долой нести службу с ограничениями по категории годности. К сожалению (или к счастью?), но вы, два кролика, не простые солдаты. Один – носитель инопланетного симбионта, другая – Древняя. Как будто бы этого было мало, так вы подкинули нам ещё сюрприз. В ДНК плода наглухо примешалась ДНК симбионта. Так что, с отцовством можно поздравить не только «Шамана», но и Нергала.

Тут Ток`Ра прошёлся по лезвию ножа.

Браки между особями его вида допускались. От них рождалось потомство.

Браки между носителями допускались. Их потомство было крайне нежелательно, и оно преследовалось.

Браки между носителем и простым человеком дозволялись, но на это закрывали глаза.

Дело в генетической памяти симбионтов. Ребёнок, зачатый от двух носителей, с рождения обладал памятью обоих родителей. Пусть и не в полном объёме (потери никто не отменял), но обладал. Чего нельзя сказать об участии в рождении человеческого дитя одного симбионта в чреве одного носителя. Такое не поощрялось в обществе Ток`Ра, но и гонениям не подвергалось.

– В-третьих. Если опустить морально-этическую и физиологическую составляющие инцидента, то вы двое (трое, если считать Нергала) влипли по уши. Уже не удаётся скрывать существование рейфов. Биологический вид гоа`улдов придётся раскрыть на днях или раньше. Про Древних мы знаем только из архивов «Атлантиды» и археологических раскопок, но, если информация о тебе, «Лилит», просочится в общественность, контрразведки всего мира начнут за тобой охоту. Да хрен с ней, с расой! Древняя, беременная от землянина, носителя инопланетного организма! За вами не только военные, но и учёные всего мира будут гоняться, с зондами, скальпелями и сыворотками правды! Вы себе даже не представляете, во что влипли, не сказав сразу природу «Лилит»!

– Я знаю, – коротко отозвалась любимая. – За мной всегда охотились. И до сих пор удавалось отбиваться. Вы – единственные, кто никогда не пытался продать меня, как накопитель с данными. Поэтому я и сотрудничала с вами.

Кэп обречённо покачал головой.

– Едва ли это можно назвать сотрудничеством, – произнёс он. – То «Рапторию» с Нергалом пришлось выводить на чистую воду, то ты… это ты, значит, так нам доверяла?

– «Хочешь обмануть врага – обмани сначала друга», – процитировала «Лилит». – Вам может не нравиться это сколько угодно, но не вы абсолютно одни во всей галактике, так что…

Я взял ладонь девушки и прервал её.

– Ты не одна. Как минимум, я рядом, а в тебе наше дитя. Вряд ли это можно назвать одиночеством.

Милая нерешительно взяла мою ладонь своими пальчиками, будто бы боялась, что я отдёрну руку.

– В-четвёртых, – нахмурилась Вика. – Пусть ты, «Лилит», и Древняя, но ты – моя пациентка, и нарушила режим медсанчасти. Ты сбежала из-под моей ответственности, чем подставила своего парня, меня, и полковника Дегтярёва. И да будет тебе известно, что домашний арест распространяется на всех больных без исключения, в том числе и на беременных. Только из надежды на дальнейшее плодотворное сотрудничество наших рас я закрою на это глаза сегодня, и не буду сажать тебя под стражу, но если такое повторится ещё раз, то буду вынуждена приковать тебя к постели. И конвоировать тебя будут уже не только до душа, но и до всех прочих мест, включая процедурный кабинет. Я надеюсь, этот вопрос мы разрешили?

«Лилит» молчала, и лишь поглаживала мою руку.

– В-пятых, – Соколова поняла, что этим девушку не пронять. – Мы прилагаем все возможные и зависящие от нас меры, чтобы скрыть от общественности вашу природу. Безусловно, если мы переживём последний бой, то ваши личности будут раскрыты. На растерзание толпе вас не отдадим, преподнесём всё в свете какой-нибудь союзной помощи от соседей по галактике или что-то в этом роде. Но пока никто, я подчёркиваю, никто не должен знать, что «Лилит» – Древняя. Личность Нергала уже раскрыта среди «Цикад», и пусть так оно и останется. А вот про «Лилит» – язык за зубами. Этим вы серьёзно облегчите нам работу.

– В-шестых, – Дегтярёв вклинился в разговор. – Теперь, парень, ты получаешь новый приказ. Ввиду открывшихся обстоятельств, официально вступаешь в должность телохранителя. Теперь твоя наипервейшая обязанность на ряду с командованием «Цикадами» – обеспечение безопасности нашей инопланетной гостьи. Если надо – то ценой своей жизни…

– Отставить.

О, как. То взгляд потупила в пол и дышать не дышала, а то вдруг командный голос прорезался. Такого я от «Лилит» не ожидал.

– Отставить «ценой жизни», – повторила она, и посмотрела в глаза командиру. – Запомните все. Если с отцом моего ребёнка что-то случится, в тот же миг я уйду из жизни. И сотрудничать вы будете с моим холодным трупом.

Я поморщился, но возразить не успел: Дегтярёв не стал спорить.

– Хорошо, – согласился он. – Ценой жизни не надо. Но разрешаю использовать абсолютно любые подручные средства и запрашивать любые специальные для обеспечения безопасности. Хоть танк проси: служебную записку на стол – и получай запрошенное. Также, в помощь берёшь себе Сабрину и Иштар. Твоя задача – в максимально сжатые сроки обучить их приёмам телохранителей и нести постоянное посменное дежурство. И присматривай за ней заодно тоже, кстати.

От этой новости встрепенулся уже Нергал. Мы ещё даже не подняли вопрос о приписке Сабрины и Иштар, а их уже прикомандировали к нам в фактическое подчинение. О большем симбионт и мечтать не мог.

– Что ж, – подытожила Вика. – Коль скоро мы разрешили все самые острые вопросы, то я попрошу полковника Дегтярёва покинуть приёмный кабинет. Дальше мы займёмся медицинскими вопросами.

Офицер не дёрнулся с места.

– Товарищ полковник, – повторила Светлова. – Вы не медицинский сотрудник базы. Пожалуйста, покиньте кабинет. Мы закончили общие вопросы. Теперь вступает в силу врачебная тайна.

Только это обстоятельство и позволило сдвинуть комбрига с места. Командир отслонился от стены и направился к выходу.

– Я подожду в коридоре, – сообщил он, закрывая за собой дверь.

***

– Итак, – вздохнула Вика. – Что жалоб на здоровье нет, это, конечно, хорошо. Но я должна вам довести ряд вопросов, о которых вы двое должны знать.

Молодой врач встала из-за стола и прошлась по отсеку, явно собираясь с мыслями.

– Вам знакомы такие понятия, как хромосомы? – спросила она.

«Мы на уроке биологии, что ли?», – подумалось мне.

– Носители дезоксирибонуклеиновой кислоты? – переспросил я.

– Уже легче, – Светлова потёрла виски. – Быть может, и понятие теломера известно?

Что-то знакомое, но деталей не помню. Я вообще школьный курс плохо усвоил, если честно.

– Какие-то защитные колпачки, – перевёл своими словами. – Что-то связано с хромосомами, если правильно помню.

– Близко, – кивнула врач. – В хромосому записывается информация о наших клетках. По сути, это конструкторская документация, включающая в себя технические условия, отраслевые стандарты и тактико-технические характеристики. По ним организм понимает, с какими параметрами необходимо сформировать новые клетки при делении, которые замещают отмершие старые. Обновление организма, благодаря которому мы можем какое-то время сохранять молодость. Это – если совсем простыми словами. При делении клеток расходуется часть теломера, из-за этого он изнашивается. Хромосома без теломера уже не способна нормально поделиться, и формирование клеток происходит с нарушением или не происходит вовсе. Из-за этого мы стареем.

– Не слишком ли издалека начали? – поинтересовался я.

– Заткнись, пожалуйста, – попросила Вика. – Хромосомы людей и Древних похожи. Даже кровь у нас заменяемая, как выяснилось. Но хромосомы Древних несравнимо крупнее, в них записывается на несколько порядков больше генетической информации. К тому же, теломеры Древних в несколько раз длинней, чем у людей: отсюда и долголетие. По известным нам данным, Древние доживали до тысячи трёхсот земных лет, в то самое время как средний землянин не проживёт и ста пятидесяти.

– Короче, я сдохну первым, – тяжело удержаться от сарказма.

– Не ты один, – выдохнула Вика. – Точнее, ты сможешь прожить дольше среднестатистического человека благодаря наличию симбионта: не берусь сказать, сколько точно тебе отмеряно, но явно не сотня лет. Но до Древних тебе всё равно далеко. Ваш ребёнок тоже будет отличаться долголетием, но по земным меркам. Намешав кровь Древней, землянина и симбионта Ток`Ра, вы получили такой винегрет, что нашим генетикам лет десять теперь расхлёбывать. За что вам, кстати, отдельная благодарность: наша наука обеспечена работой по самые гланды. Но долголетием чистокровной Древней ваша дочь обладать не будет. Факт. Не знаю, сколько она проживёт. Может, сто лет. Может, пятьсот. Но не тысячу: это однозначно.

– Я подозревала это, – выдохнула «Лилит». – Но, увы: ещё одного Древнего, как вы нас называете, мне уже не отыскать. Я последняя из своего вида.

– Не всё так плохо, – обнадёжила её Вика. – Мы плохо знаем последствие вмешательства ДНК симбионтов в генофонд нашей расы. Возможно, гены Ток`Ра и дадут ребёнку преимущество. Ещё раз говорю: ваш генетический салат мы ещё нескоро расшифруем. Но что ваша дочь химера – под этим я готова подписаться хоть сейчас. Она будет достоянием всей Земли: второго такого ребёнка мы не найдём. Если только вы ещё одного не родите, м-да.

– А что? – пожал я плечами. – Мы можем.

– Только попробуй, – сверкнула глазами Вика. – Не раньше, чем мать оправится от родов. Не дай Бог я узнаю, что она забеременеет второй раз быстрее, чем через год: вам обоим достанется.

Пришлось отвлечь врача от распекательного характера беседы и вернуть в конструктивное русло.

– Так понимаю, это не всё?

– Не всё, – согласилась Вика. – Даже не берусь предположить, к каким порокам развития может привести такая мешанина кровей. Я осматривала Юлю, пока она была на базе, но надо понимать, что её тело находилось в пубертатном периоде. Жалоб на здоровье она не выказывала, со слов, земные болезни переносила в штатном порядке, прививки и профилактику от инопланетных проходила своевременно. Но никуда не девается взросление организма на фоне генетического фарша. Каким будет её здоровье в двадцать, в тридцать, в сорок лет, не знает никто. Поэтому вам не рекомендация, а приказ: вы трое обязаны наблюдаться в медицинской части этого объекта. Нравится вам это, или нет, но отныне и до века. Вы теперь – лабораторные мышки, и с вас необходимо снять столько научно-исследовательской информации, сколько вообще возможно. Живьём вас препарировать не станем, но если я сказала «обследование» – то форма одежды номер один и ложитесь под сканеры без разговоров. Сказала «терапия» – форма одежды номер один и ложитесь без разговоров. Это понятно?

«Лилит» безучастно пожала плечами.

– Делайте, что хотите.

Светлова посмотрела на часы.

– Я сейчас пойду готовить процедурную: надо осмотреть «Лилит». И Сабрину, коль раз уж у нас ещё один инопланетянин в полку. Такой шанс упускать преступно. Александр Сергеевич проводит вас в покои больных, я подготовила вам отсек. Отдохните после перелёта, отоспитесь. Как только будете вменяемы и способны к здравому мышлению, проведём диспансеризацию и будете свободны. На какое-то время. Вопросы есть?

Вопросов, традиционно, не оказалось.

– Свободны.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 10 Октября 2020, 15:24 | Сообщение # 671
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Хороший экскурс в биологию) Посмотрим что будет дальше и как будут "открывать" всё общественности.


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 10 Октября 2020, 16:17 | Сообщение # 672
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
Хороший экскурс в биологию)

Да я и сам офонарел).

Цитата шаман ()
Посмотрим что будет дальше и как будут "открывать" всё общественности.

Планы наполеоновские. Осталось воплотить всё это в текст.

***
11 августа 2011 года
Подземное расположение объекта «Город»
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
21:00


Вика и Александр Сергеевич посчитали, что достаточно потрудились, чтобы выкроить себе несколько часов отдыха после тяжёлого рабочего дня.

На правах хозяина пенатов полковник шустро настругал бутербродов, достал из загашника коробку конфет, запас которых, очевидно, удастся восполнить зело нескоро. Та же проблема касается и печенья, что составило компанию конфетам рядом на блюдечке. Большим специалистом в сервировке столов офицер не слыл, хотя, определённо, знал толк в подаче. Ссыпать всё съестное в одно ведро – в духе, например, его подчинённого, но не его самого.

Ожидая гостью, офицер сподобился приодеться, и уже не рассекал по отсеку в майке и форменных брюках, но облачился во вполне себе цивильного вида гражданскую одежду. Строго говоря, всё неуставное (одежда, обувь, экипировка) на объекте не допускалось, но кого это [цензура]?

Того же мнения придерживалась и Светлова, в преддверии визита к комбригу избавившаяся от офицерской формы, и посчитавшая дозволительным ближе к ночи одеться по-штатски. Ныне на офицере медицинской службы красовалось в меру открытое и ни разу не вызывающее лёгкое летнее платье до середины бедра. Его при всём своём желании нельзя назвать форменной одеждой, однако комендатура ночью по подземной базе не рассекает: делать замечание военврачу решительно некому, кроме её собеседника, но тот и сам горазд.

В ожидании приглашения к столу старший лейтенант Светлова расположилась на диване, и, слегка развалившись на его подлокотнике, думала свои думы.

Думы думаться не хотели, ибо час зело неурочный, однако и ситуация нерядовая. Если не сказать, аховая.

В медсанчасти отдыхают четыре инопланетянина и один на голову отшибленный младший лейтенант, по которому плачет Особый Отдел. При этом у Вики чешутся руки раздеть их всех догола, приковать к медсканеру и выжать все медицинские и биологические сведения, которые только можно, не прибегая к препарированию живьём. Однако здравомыслящая часть сознания военврача понимала, что пациенты вымотаны бессонным межзвёздным переходом на дюжину световых лет, и при всём своём желании не смогут дать вменяемую обратную связь. Осматривать полусонных пациентов, в полубреде не отличающих сон от реальности, нерационально.

Размышления молодой женщины прервал голос комбрига:

– О чём закручинилась?

Офицер протянул гостье кружку кофе и присел рядом с ней на диван.

Вика поблагодарила хозяина отсека, принимая угощение.

– О ваших зверёнышах, Александр Сергеевич.

Дегтярёв фыркнул и прихлебнул напитка.

– Нечего о них так печься. На тебя посмотришь – будто все проблемы мира пытаешься решить.

– А разве нет? – Вика посмотрела на собеседника. – У меня в лазарете четверо инопланетян. Два гуманоида и два… рептилоида (?!). И один ушибленький на всю кукушку младлей. С парня вряд ли что-то поимеем, но один только контакт с инопланетной расой уже сулит бессонные месяцы научному отделу…

– …как будто тебе информации от Ток`Ра мало, – усмехнулся полковник. – У тебя доступ к базам данных по «Атлантиде» и гоа`улдам.

– Но не к живой Древней! – чуть не подскочила на диване Светлова.

– Никуда теперь эта Древняя от тебя не денется.

Молодая женщина пригубила кофе и откинулась на спинку дивана.

Сама того не заметив, как присела ближе к комбригу.

– Я уже настроила всё оборудование под диагностику, – сообщила она. – Уже готова была выдирать их по одному с вещами на выход, но как к ним в покои вошла – так всё желание сразу пропало.

– С чего бы вдруг? – поинтересовался Кэп.

– Жалко мне их стало, – посетовала Вика. – Они ж вымотанные все, как бобики. «Лилит» эта, даром, что Древняя, вырубилась без задних ног: даже признаков жизни не подавала. Пришлось пульс проверять, чтоб убедиться, что она ещё с нами. И Сабрина ничуть не лучше: в такой глубокий кел`но`рин впала, что от мёртвой не отличишь. «Шаман» этот вообще заделался трубадуром. Своим храпом такие фуги Баха заводил, будто танковый двигатель на форсаже работает. Их сейчас из пушки не разбудишь. А без сознания на сканер класть – ну, такое себе, если честно…

– Вот и оставим их до утра, – резюмировал Александр Сергеевич. – Будет день – будет пища. Утро вечера мудрёнее, знаешь ли.

– Знаю, – вымученно улыбнулась военврач. – Знаете, дядь Саш, а вы с «Шаманом» похожи.

Кэп знатно охренел от такого, с позволения сказать, «комплимента», и, поперхнувшись кофе, зашёлся удушающим кашлем.

Понимая, что её манёвр абсолютно ни к чему не приведёт, Вика от души саданула полковника по хребтине. Якобы, оказала первую доврачебную помощь.

Правда, если бы Вика хотела выбить из офицера душу, то избрала для этого не слишком удачный способ.

Дужкой от кровати было б эффективней.

Дегтярёв, отошедший от шока, скосился на гостью.

– Я, млять, стесняюсь спросить, с хрена ли? – прохрипел он.

– Вы мыслите одинаково, – тепло улыбнулась Светлова. – У вас разные характеры, но один склад. Сразу видно единую школу.

Полковник от греха подальше поднялся с дивана и отставил пустую кружку на стол.

– Ну, на хрен, – встрепенулся он. – Не шути так больше, пожалуйста. Мне делается нехорошо, когда меня сравнивают с этим чикатило.

Военврач рассмеялась.

– Не сгущайте краски, дядь Саш. Для его возраста нормально быть максималистом.

Физиономию офицера перекосило от искреннего непонимания.

– «Максималистом»? – переспросил он. – То есть, для его возраста нормально взорвать три космических корабля, умертвить до полубатальона живой силы противника, и обрюхатить напарниц? Не пойми меня неправильно, я бесконечно уважаю этого мелкого проныру, как поросёнка, но не надо кабанеть! Вчера он отхерачил ссанными тряпками орду рейфов, а завтра? Завтра он водрузит российский штандарт на развалинах империи этих сосунов? Воистину, пошли дурака в разведку, он и Берлин возьмёт…

Вика утёрла выступившую от смеха слезу.

– Он ещё молод, товарищ полковник. И не всё понимает до конца. Многое додумывает, и додумывает с размахом. Отсюда и апокалиптичные последствия его… поступков.

Полковник провёл рукой по подбородку.

– Вот они где у меня все, его апокалиптичные последствия. Не суди предвзято, парень, он, может, и ничего, но вот солдат из него – как из страуса бомбардировщик.

– Он же наёмник, – улыбнулась старший лейтенант. – Чего вы от него хотите?

– Спокойной пенсии на старости лет, – буркнул офицер.

Кэп повторил кофе себе, и вернулся к дивану уже с коробкой конфет.

Вика не терзала себя идиотскими диетами, потому не стала ломать комедию и с радостью принялась за вкусняшки (держась, впрочем, в разумных пределах).

– Я решила утром прогнать их по сканерам, – сообщила военврач. – Как раз отдохнут, сил наберутся. Вряд ли задержу их надолго: несколько сканирований, анамнез, пара-тройка заборов биоматериалов на анализ, и пусть катятся на все триста шестьдесят сторон. Они вам сильно нужны?

– Да, – отмахнулся Кэп. – Есть одно дельце… для «Шамана», по большей части. Точнее, для Нергала. Но, коль раз уж само провидение ещё одну Ток`Ра к нам прислало, то почему бы и её не припахать?

Вика прицокнула язычком.

– Справедливо, блин. Но, как понимаю, куда дым – туда и ветер. С парнем обязательно «Лилит» увяжется.

– Конечно, увяжется.

Полковник угостился конфеткой.

– Как завтра закончите – отправляй их сразу ко мне. Если будут сильно невыспавшиеся – разрешаю дать отсыпной по медицинским соображениям. Если пиксель от пендаля отличат – пусть берут сами себя в руки и несутся ко мне. Я им задачу нарежу.

12 августа 2011 года
Подземное расположение объекта «Город»
Медсанчасть
12:00


Пришлось прервать партию: мы с Морфеем рубились в шахматы на валюту (в роли оной выступали его же музы), с перманентным выигрышем то одного, то другого.

Проснулся я от негромкого, но отчётливого разговора Лилит и Сабрины. Спросонья соображал достаточно инертно, а потому диалог на языке гоа`улдов сразу не разобрал.

Лилит первой обратила внимание на подаваемые мною признаки жизни.

– Очнулся? – спросила она. – Ты как? Выспался?

Что характерно, обе девушки были на ногах. Мало того, одеты по полной форме, каждая согласно своему комплекту. Эту картину и наблюдал, продрав глаза ото сна.

– Хрен его знает, – честно признался я. – Во всяком случае, отдохнул.

Не сказать, что организм был преисполнен жизненных сил и готов к новым свершениям, но куда мы денемся с подводной лодки в лесах Беларуси? Скажут «Надо» – мы ответим «Есть».

Встать, умыться, одеться, прислушаться к ощущениям в теле. Что утренние рефлексы на месте – хорошо, признак добротного отдыха. Ещё бы мозг раскочегарить, чтоб соображал чуть шустрее калькулятора…

– У вас как? – спросил я у обеих соратниц. – Отдохнули, набрались сил?

Сабрина исполнила фирменный поклон и кротко отозвалась:

– Готова услужить Владыке.

Лилит откровенно забавляло отношение Ток`Ра. Она прекрасно понимала, что первоочерёдно обращение направлено в адрес Нергала, а я удостаиваюсь оного за компанию лишь постольку, поскольку: как носитель симбионта. Но не улыбнуться даже в этой ситуации любимая не могла.

– Готова к труду и обороне, – шутливо доложила напарница.

– Лучшая оборона – это нападение, – наставительно рёк я, воздев перст к небесам.

В данном случае – к потолку.

На экране КПК минул полдень. Нормально мы так вырубились, на двенадцать-то часов. Что, впрочем, неудивительно после такого затяжного перехода.

– Вика заходила, – сообщила Лилит. – Просила, как очнёшься, собраться всем троим и предстать пред её ясны очи в процедурном кабинете.

Я протёр ладонями морду лица, прогоняя остатки сонливости.

– А у нас есть выбор? Надо – значит, предстанем.

Только перед уходом застлать койки, на которых отдыхали. Лазарет лазаретом, но это, мать вашу, армия. Не дай Бог, чья-то кровать не будет заправлена, или заправлена неровно, и стоять не по ниточке. Вою будет, шо паршивую овцу стричь. Шерсти ноль, а визгу на весь хутор.

***
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.
13:00


Медосмотр не затянулся надолго. Гораздо дольше Светлова возилась с Лилит: мало того, что инопланетная сущность, так ещё и в положении. А так закончили быстро: минут по пятнадцать провалялись под каким-то дюже высокотехнологичным сканером, назначение которого я затруднялся назвать (какой-то гибрид земных, древних и гоа`улдовских технологий), сдали кровь на химию, проверили классические условные и безусловные рефлексы, и стали свободны, как радикалы.

Ну, почти. Потому как, со слов Вики, сразу после медосмотра нас жаждал лицезреть Кэп.

Собственно, к нему в кабинет мы и заявились чинной ордой о трёх персон (пяти, если считать наших симбионтов).

Я обозначил нашу бандгруппу, вваливаясь в отсек командира.

– Разрешите вломиться.

Офицер коротал время в компании – вот уж, ни за что бы не подумал! – товарища Сакамото.

Ёко предстала перед нами, сидя за столом в своей форменной одежде с нашивками Сил Самообороны. Что характерно, ни разу не в полевой. Тупоносые туфельки, юбка без складок, китель, блузка. Берет девушки покоился на столе.

Что японка забыла в наших степях – вопрос, на первый взгляд не имевший односложного ответа, однако комбриг быстро развеял это недопонимание.

– Глаголь, залётчик всея Млечного Пути, – усмехнулся Кэп. – Что там у вас.

Я пожал плечами.

– Без происшествий, – а что тут ещё можно ответить? – Без новых, во всяком случае. Осмотрели, противопоказаний к несению службы не выявили. Готовы приступить к обязанностям. С незначительными ограничениями, – уточнил, скосившись на Лилит.

Сегодня напарница китель надела, как обычно, но, застегнув, оставила его навыпуск, не заправленным в брюки. Всё же, при её комплекции срок давал о себе знать. От живота никуда не денешься.

– Слышала, вы вернулись из перелёта? – поинтересовалась Ёко.

Тут наличествовал тонкий момент, заключавшийся в том, что чужой, по сути своей, человек (а именно – представитель Сил Самообороны Японии) влез в разговор однополчан, один из которых несоизмеримо старше по рангу. При этом Дегтярёв никак не отреагировал на выходку (например, не урезонил зарвавшегося визави). Что автоматически возводило статус нашего собрания в неформальный, или, как минимум, с пониженной планкой дисциплинарной и субординационной ответственности. Второй, не менее тонкий момент, говорил о том, что Ёко в курсе наших межзвёздных похождений. Это означало, что, как минимум, допуск для этих сведений у неё есть. Стало быть, строить разговор можно, исходя из этих вводных.

– Исключительно так тошно, – кивнул я. – Несколько хат`таков с собой привели. Один, правда, потеряли…

– Спасибо, что не МКС протаранил, – хмыкнул Кэп. – Тебя не учили загодя из гиперпространства выходить?

– Не хрен было «улей» парковать, где не надо, – отбрехалась Лилит. – Хотя бы, предупредили, что на орбите крупный корабль.

Дегтярёв примирительно поднял руки, сидя в кресле.

– Успокойся, я не под трибунал вас тащу. Согласен, есть и наш косяк в этом. Но в следующий раз начинайте табанить заранее, хорошо?

Сабрина держалась тишком на почтительном расстоянии (за моей спиной) и осторожно молчала, пока её не спросят.

Что не замедлило случиться: Ёко заприметила скромность нашей спутницы.

– Необычное одеяние, – заметила она. – Во всяком случае, для вашей местности. Парень, не представишь свою подружку?

Я посмотрел на Дегтярёва. Если Сакамото знает о наших внутренних задачах и вхожа на наш объект, то ещё далеко не факт, что ей дозволено знать многое. Например, состояние инопланетян на нашей службе.

Кэп едва заметно кивнул.

– Её имя Сабрина, – представил я. – Имя происходит из ассирийской лексики. На русском языке означает «Надежда».

– О-о! – глазки японки заблестели. – И откуда же она?

– Из Ток`Ра.

С этими языковыми коллизиями меня скоро в дурку увезут.

«Ток`Ра», в общем-то, не народность и не раса. Это организация. Узко ограниченный казачий круг лиц, выступивший против самозванца Ра. Собственно, наименование так и расшифровывается: «Против Ра». Сопротивление, иными словами. Партизаны, если угодно.

Но, судя по всему, Сакамото знает о них. Ибо ни удивления, ни шока в её глазах мы не увидели.

– Даже так? – улыбнулась она, и, абсолютно неожиданно, приветствовала Сабрину на их языке: – Добро пожаловать на Землю. Мы рады вам.

Настала пора удивиться мне. Нет, я, конечно, знал, что Ёко связана с проектом «Звёздных Врат» с японской стороны, но чтоб настолько (то есть, знать инопланетный язык) – это стало для меня открытием.

Сабрина чинно поклонилась:

– Благодарю за гостеприимство, – рекла она. – Мы служим Владыке Нергалу.

По всей видимости, под «мы» она подразумевала себя и Иштар.

Но японка, похоже, не досконально знала язык (или посчитала эту часть недостаточно весомой), потому идиотских вопросов про служение удалось избежать.

– Тебе новая задача, парень, – сообщил Дегтярёв. – Точнее, для Нергала. Дел вам сейчас всё равно нет, так что метнёшься рыбчиком на орбиту.

Хотел было спросить «Какого хрена я там забыл?», но тут же вспомнил, что приказ есть приказ. Какая, в сущности, разница, куда меня отправляют? Дальше расстрельного рва всё равно не пошлют.

– Надо оказать помощь в настройке бортовых систем корабля, – пояснил Кэп. – Японцы по нашим чертежам сотворили плод сумрачного восточного гения, но что-то пошло не по плану. С механикой, пневматикой, гидравликой и энергетикой проблем нет, а вот с программной частью какие-то нелады.

– Мы позаимствовали операционные системы гоа`улдов, – добавила Ёко. – Их, конечно, перевели, разобрали на пунктики и сшили воедино, но мы не всё понимаем в инопланетных технологиях. Я слышала, ты уже успел проявить себя в них?

«Громко сказано», – подумалось мне.

Вслух же сказал другое, и пожал плечами.

– Цель понял, задачу вижу. Надо – поможем, не надо – всё равно поможем.

Полковник перевёл взгляд на Лилит.

– Тебя, вообще-то, хотел на Земле оставить. Но разве ж тебя удержишь? Ты ж за своим ненаглядным и в чёрную дыру полезешь.

– Будь уверен, – улыбнулась та. – Рада, что ты это понимаешь.

– Поэтому в этот раз разрешаю валить с ним, – согласился Кэп. – И Сабрину с собой берите: может, чем-то подсобит.

– Когда убываем? – спросил я.

Ёко расплылась в улыбке.

– Сейчас.

Ещё не успел осознать смысл сказанного, как глаза застлала вспышка света от работы транспортной системы Асгарда. Секундой позже отсек комбрига растворился.

Борт тяжёлого бронепалубного корабля «Ямато»
Геостационарная орбита


Нет, безусловно, от японцев я ожидал чего-то в этом роде. Потому не сильно удивился, когда обнаружил наш отряд материализованным после телепортации на боевом мостике корабля, по всей видимости, однотипного по проекту с «Александром Невским».

И нет, совсем нет, не удивился, когда, обернувшись, увидел на задней переборке отсека тяжёлую литую плиту с барельефом, где красовался корпус корабля этого же проекта. По верхней полусфере плиты была пущена надпись 宇宙自衛隊,а на нижней виднелась宇宙戦艦ヤマト.

Соответственно, первая гласила «Космические силы самообороны Японии», а вторая «Космический линкор «Ямато»».

Имя корабля меня не удивило нисколько.

«Ямато» – исконное, первое официально задокументированное наименование страны, которую сегодня знают под именем «Япония». Японцы вообще щепетильны в отношении своей истории и самобытности, а патриотизм и император для них практически то же самое, что для нас вера в Бога, Царя и Отечество. Я вот нисколько не удивлюсь, если на носовой оконечности корабля увижу императорскую хризантему. Вот нисколько, едрить твою орбитальную группировку.

– Uchuu senkan «Yamato», – пропел я нарочито низким, хоровым, оригинальным голосом исполнителя.

Ёко дружески ударила меня кулаком в плечо.

– И ты, Брут, – улыбнулась она. – Но я рада, что ты интересуешься нашей культурой. Сегодня нечасто встретишь это у гайдзин.

* Гайдзи́н (яп. 外人) — сокращение японского слова гайкокудзин (яп. 外国人), переводящееся как «иностранец», либо как «человек извне». Иероглифы, составляющие слово гайкокудзин (外国人), означают 外 «вне», 国 «страна» и 人 «человек». Таким образом, буквально слово означает «человек из внешней страны».

– А ещё я несу возмездие, – безапелляционно заявил я. – Во имя, мать её, Луны!

Сакамото исполнила международный фейс-палм и чрезвычайно покраснела.

– Только в девочку-волшебницу не переодевайся, – пробормотала она. – Тебе это не идёт.

Смех смехом, но нельзя забывать, зачем нас сюда отправили.

– Японский корабль, – констатировала Лилит. – Однотипный с «Александром Невским». Это упрощает задачу.

– Несильно, на самом деле, – призналась Ёко. – Мы взяли проект русского корабля, но начинка почти полностью японская. Этот борт – продукт нашей оборонной промышленности, из чужого на нём операционные системы гибридных агрегатов и вспомогательные мелочи. Тут без знания нашего языка придётся туго.

– Разберёмся, – отозвалась любимая.

– Корабль на днях вернулся из испытательного похода, – сообщила Сакамото. – Экипажем ещё не укомплектован, приёмо-сдаточные испытания проходили под эгидой опытно-конструкторского бюро. Сейчас люди занимаются проектными изысканиями и устраняют выявленные недостатки в конструкторской документации. Я же попросила вашего командира оказать нам помощь в настройке систем. Щиты, орудия, навигация. Системы проходят стресс-тесты, но на практике выдают ряд ошибок.

Я почесал затылок.

– Так. С экипажем разобрались. Его попросту нет. Тогда другой вопрос, с хрена ли я?

– А кто ещё? – тепло улыбнулась японка. – Лучше никто не знает системы и язык гоа`улдов. К тому же, знаешь наш язык.

«Не весь», – подумалось мне.

– Нужны ходовые испытания, – попытался отбрехаться в последний раз. – Необходимо отойти хотя бы до пояса Койпера, чтоб удостовериться в конечном результате.

– Так в чём проблема? Отходи. Разрешение на выход получено, корабль в твоём полном распоряжении. Как и я, – кокетливо добавила девушка.

«Отбрехаться не вышло», – констатировал я.

Да и, если честно, не настолько уж и надо было. С двумя Ток`Ра на борту сейчас быстренько всё раскидаем и спать пойдём. Ведь так?

«Не спеши с выводами», – наставительно рёк Нергал. – «Ещё неизвестен объём работ. Возможно, нечего настраивать: проще написать всё с ноля».

– Я за щитами, – проинформировала Лилит, и направилась к коридору обстройки мостика. – Посмотрю, что за ошибки они выдают, подправлю параметры и протестируем. Рядом пояс астероидов за Марсом: идеальный полигон для испытаний.

Во мне содрогнулся симбионт. Он как никто другой знает, что такое метеоритная бомбардировка с заведомо неисправными щитами.

– Покажи Сабрине, где огневой мостик, – попросил я. – Пусть посмотрит систему вооружения. Возможно, внесёт пару рацпредложений. А я займусь навигацией.

***

Ёко провела меня в отсек инженерного контроля. Он располагался в том же самом месте, что и на «Александре Невском», а потому присутствие Сакамото можно было считать номинальным: якобы, компанию составить. Я не имел ничего против присутствия старой знакомой, напротив, её соседство мне приятно, но до инженерного мог дойти и сам.

Дойти, но не войти. Как и все люки, ходки и проходы, герметичная дверь в отсек была закрыта на магнитный замок. Ключ-карта имелась лишь у сопровождающей. Та не замедлила ею воспользоваться.

Внутри отсек не отличался по планировке от такового же на своём корабле-собрате. А вот начинка полностью иная.

Вместо привычной нам, пользователям из рядов ВС РФ, аппаратуры, много чужих технологий. Половина постов управлялась сенсорным дисплеем, вторая половина выводила данные на голографические мониторы. К чести и достоинству прошаренных инженеров стоит сказать, что не забыли возможность подключения старой-доброй механической клавиатуры. Всё-таки, сенсорное управление – это, конечно, хорошо, но и оно имеет нехорошее свойство глючить.

На некоторых постах виднелись подключённые через старый-добрый USB клавиатуры с земной, человеческой раскладкой, рядом лежали ещё по одной, с символами на языке гоа`улдов. Причём, что приятно удивило, японцы не гнались за самым сверхтехнологичным, и вместе с универсальной последовательной шиной догадались распаять не менее старые-добрые PS/2 со штырьковыми разъёмами. Плюсик в копилочку тому, кто до этого додумался. Дублирование – залог надёжности.

Ёко зашла в отсек и заперла за собой герметичную дверь.

– Это инженерный отсек, – сообщила девушка. – Все системы в твоём полном распоряжении. Ты можешь делать, что хочешь.

Сакамото прошла вглубь до первого попавшегося поста и скинула свой китель на спинку операторского кресла.

– Кстати, – подмигнула она. – Системы безопасности не работают, если что.

Игривое настроение молодой японки, безусловно, радует, но если Нергал прав, и объём работ значителен, то у нас может просто не остаться времени на что-то иное.

– Какие жалобы на навигацию?

Не то, чтобы я абсолютно не понимал намёков, но делу время – а потехе час.

Ёко приземлилась за рабочий пост и несколькими отточенными движениями по сенсорному экрану вывела перечень неисправностей из контрольного листа приёмо-сдаточных испытаний.

– Больше всего досаждала ошибка распознания созвездий, – сообщила она. – Мы загрузили базу данных с кораблей, которые совершали переходы из Млечного Пути в галактику Пегас, и на основе собранных наблюдений скормили искусственному интеллекту несколько терабайт рисунков. В лабораторных условиях система исправно опознавала созвездия и на их базе строила координатные сетки, однако в недавнем походе случился сбой. Нашим помог вернуться старый и проверенный оптический телескоп.

– Система навигации базируется на технологиях гоа`улдов?

– Точно.

Нергал внутри меня отпустил пару ласковых. Ему не хотелось заниматься такой рутиной во второй раз: не так давно мы уже перелопачивали подобный массив на трофейном хат`таке. Но работа есть работа.

Симбионт занял управление телом и обратился к собеседнице:

– Нам необходим доступ к навигационному модулю системы вашего корабля, – гортанно прорычал он. – Субъективно, отказ кроется в ошибке самообучения вашего искусственного интеллекта, или в систематических сбоях ядра программы.

Девушка откинулась на спинку кресла и потянулась.

Блузка на её груди аппетитно расправилась.

– А ты, видимо, Нергал? – поинтересовалась Ёко. – Наслышана о тебе много, Ток`Ра. Вся аппаратная база в твоём распоряжении. Под нужды систем навигации отвели вот этот инженерный пост.

Сакамото указала на соседний с занятым ею.

– Система проста, – подсказала японка. – Но, если что-то покажется неочевидным – спрашивай. Даже твой носитель не знает наш язык досконально.

Что ж. Видимо, она и впрямь наслышана о нас много. Ни удивлённой, ни напуганной девушка не выглядела. А, раз так, то и времени терять не будем.

Нергал кивнул в знак согласия и принялся за работу.

Терминалы инженерного поста кем-то уже включены, доступ к ресурсам предоставлен заранее. Авторизация нас, как пользователя, не требовалась. То ли нам так безоговорочно доверяли, то ли посчитали эту систему безопасности излишней, и не активировали в принципе.

Операционная система и впрямь базировалась на существенно переработанной версии ОС гоа`улдов. Многие надписи переведены с их иероглифов на иероглифы японского языка. Некоторые моменты, допускающие двоякое толкование, описаны катаканой, исключающей неправильное прочтение иероглифической письменности. Кое-что я мог прочитать без перевода, но Ёко права: мне может потребоваться её помощь.

Первым делом Нергал залез в терминал и прогнал сканирование системы навигации на предмет отказов. Логи нашлись быстро: и от предыдущих запусков, и от только что осуществлённого. Удобно, что сохранялись старые копии: можно сравнить с текущим и выявить отклонение.

Хотя Ток`Ра печёнкой чуял, что дело в чём угодно, но только не в случайных сбоях. Он ожидал увидеть практически идентичную картину, и не ошибся.

Судя по логам, предыдущий поход «Ямато» происходил от Земли до Тау Кита и обратно. Если бортовое время настроено точно, то корабль отправился из Солнечной системы практически одновременно с нашим убытием к Эпсилону Эридана. Ему пришлось затратить чуть больше времени, чем нам, и это обуславливалось проблемой с навигацией.

Если верить записям бортовых самописцев, то пределы Солнечной системы «Ямато» покинул без происшествий. Первая проблема началась после прохождения границ гелиопаузы: навигационные компьютеры допустили сбой в интерполировании координат по одной из осей пространственной сетки. Проблему обнаружили при плановой диагностике навигационной системы, исправили в ручном режиме и продолжили поход.

Дальше беда за бедой, как по нотам.

Очередной скачок на десять световых часов – и после выхода из гиперпространства бортовые компьютеры не смогли определить рисунки созвездий. Казалось бы, что такое десять световых часов по сравнению с пятью световыми годами до ближайшей соседней звезды? Но и этого хватит, чтобы сдвинуть звёзды по всем осям и исказить рисунки.

Экипаж инженеров и тут не растерялся. Проверили калибровку, перекалибровались, оттарировали астрокомпас и с внесёнными поправками скакнули ещё на световые сутки.

Очередной сбой выглядел абсолютно точно также, как и предыдущий, с той только разницей, что ему не было очевидных предпосылок. Для солнечного ветра было уже далеко, гелиосфера осталась сильно позади. Никаких мощных вспышек близлежащих звёзд не было зафиксировано: квазары так же щадили «Ямато» своими гамма-всплесками.

Делать нечего, своими силами откалибровали систему опять и прыгнули ещё на пару световых дней.

Дальнейший поход происходил по системе «подорожник». Кланялись каждой неисправности и лепили подручные костыли.

Навигационная система упрямо не хотела понимать, почему рисунок созвездия отличается от её стандарта и почему не выходит рассчитать координаты. При этом выяснилось, что с помощью оптической бортовой обсерватории рассчитать положение корабля в космосе так же точно, как это может сделать компьютер, нельзя. Погрешности уводили корабль всё дальше от генерального курса. Опять же, не без сюрпризов: пришлось в очередной раз калибровать систему навигации.

Испытания на «f Tay Ceti» показали капризность щитов. Генерация силового поля осуществлялась попеременно двумя группами генераторов, работавшими независимо друг от друга. Теплоёмкость их компенсаторов оказалась чересчур мизерной по сравнению с требуемой, а спроектировать достаточно эффективную систему охлаждения не смогли. В итоге, две группы страховали друг друга от перегрева, давая соседним блокам отдохнуть и остыть.

Казалось бы, в чём проблема? Возьми генераторы гоа`улдов и не парься. Но проблема в том, что хат`так гораздо больше кораблей проекта «Ямато» и «Александр Невский»: там просто негде разместить столько аппаратуры, ещё и двигатели поставили мощней необходимого. Они съели часть полезной энерговооружённости.

Оттого, что щиты нельзя выключать в гиперпространстве и не желательно обходиться без них в открытом космосе (из расчёта на шальные аэролиты и астероидную угрозу), генераторы быстро перегревались. В результате опытный обстрел «Ямато» орудиями орбитальной станции гоа`улдов на орбите f Tay Ceti привёл к преждевременному выходу из строя одного из них, а пропущенный выстрел, пусть и существенно ослабленный силовым полем, подпалил носовую оконечность корабля.

С орудиями тоже не всё гладко: инженеры спроектировали лучевые батареи на основе данных от Асгарда, и оптимизировали для работы не только в условиях разряженной среды, но и в атмосфере. То есть, занизили выходную мощность, чтоб взорвавшийся от расширения воздух не уничтожил орудия. На бумаге всё работало гладко, но на практических испытаниях батареям не хватило огневой мощи даже для борьбы с без пяти минут утилизированным хат`таком, в принципе не способном оказать сопротивление.

И вот с таким набором детских болезней «Ямато» вернулся к Земле. Потребовалась помощь Ток`Ра, чтобы вправить мозги его электронике и операционным системам.

«Я вижу следы саботажа», – поделился наблюдением Нергал. – «Преднамеренного, или же нет, покажет расследование. Пока же мне наблюдается картина срыва боеготовности корабля».

«Почему не программная ошибка?», – переспросил я. – «Криво написанную программную часть не рассматриваешь? Земля использовала дважды чужую базу: тут где угодно можно ошибиться».

«Боевые звездолёты – это не то, что строят методом проб и ошибок», – возразил Ток`Ра. – «Это очень накладно и дорого даже для технологически развитых рас. Постройке предшествует долгосрочная и кропотливая конструкторская работа, где ошибки выискивают по несколько раз. Шанс, что ошибка не обнаружена до этапа испытательного похода, ничтожен».

Пока я с упоением вчитывался в экран, где мелькали строки логов предыдущего похода, умудрился упустить из виду, что нахожусь в отсеке не один.

Сакамото прильнула грудью к моей спине и обняла сзади. В её заигрываниях не чувствовалось какой-то раскованной расхлябанности, просто девушке хотелось немного внимания. Его, конечно, нетрудно дать, но отвлекаться от чтения инопланетных символов чревато пропуском ошибок.

А японский язык для меня практически инопланетный. Известный в определённом объёме, но инопланетный.

По крайней мере, язык гоа`улдов не отличается от него по уровню.

Почти.

– Я тоже просматривала логи, – сообщила японка между делом. – И ведущие инженеры проверяли. В них не нашли аномалий.

– Аномалия есть, – рыкнул Нергал. – Мне знакомы следы диверсий различных степеней вмешательства. Я вижу симптомы преднамеренного увода корабля с курса.

Сакамото нахмурилась.

– Едва ли это возможно. За прокладку курса в испытательном походе отвечал наш лучший астронавигатор. Крайне трудно заблудиться между двух звёзд, когда на пути не лежит иных препятствий.

– Возможно, – не согласился Ток`Ра. – Мне и не такое доводилось наблюдать.

– Доказать можно?

Симбионт бегло пробежался моими глазами по логам диагностики системы навигации, что мы запустили полчаса назад. Ожидаемо, картина схожа: в базе всё работает на «отлично».

«Вмешательство в течении похода», – резюмировал сожитель. – «Диверсанта стоит искать в числе вхожих на борт».

«Сомневаюсь, что служба безопасности просмотрела бы такого кадра», – подумалось мне.

Но определённая доля истины в словах Нергала есть. Если кто-то хотел запутать корабль и не дать ему добраться до цели, то самое разумное – замаскировать вмешательство под ошибку системы и увести борт в дуево-бубуево. А как это можно сделать, не привлекая внимания?

– Каким образом можно дезорганизовать систему навигации? – спросил Нергал.

Ёко, чьи ручки невинно скользили по моему телу, на секунду остановилась.

– Это экзамен? – с улыбкой спросила она, и задумалась. – Самое очевидное – уничтожить навигационный модуль. Это можно сделать аппаратно, физически, или программно. В обоих случаях есть дублирующая система, которая не позволит ослепнуть кораблю.

– Это слишком очевидно, – кивнул Нергал. – Подобные действия привели бы к боевой тревоге и обнаружению диверсанта.

Сакамото повисла на моих плечах, благо, при её росте это не составляло каких-то больших проблем.

– Ещё можно удалить часть файлов из системы, – японка задумалась всерьёз и даже забыла, что только что заигрывала с нами. – Опять же, системы гоа`улдов базируются на системах Древних, а в них изначально был заложен ресурс самовосстановления на случай краха. Сколько ни удаляй, а рано или поздно всё стёртое восстановится.

– Полумера, – согласился Ток`Ра. – Необходим более тонкий подход. Если самовосстановление массива информации не предотвратить, то необходимо воздействовать на сам процесс.

Ёко скосилась на меня.

– Ты же не имеешь ввиду вмешательство в исходный код? Едва ли это возможно. Он закрыт таким ключом шифрования, что на его вскрытие ушли бы годы. Ни один земной компьютер, заточенный под криптографию, не справится так быстро.

– Никто и не говорит про земной.

Нергал закрыл всё лишнее на экране, вызвал инженерный отладочный терминал, подтянул к себе клавиатуру с родными для себя символами и быстро вбил несколько строк кода.

Система отозвалась моментально, и в отдельном окне выкинула исходник движка программы навигации.
Сообщение отредактировал Комкор - Суббота, 10 Октября 2020, 17:51


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 10 Октября 2020, 17:38 | Сообщение # 673
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
воу, воу, воу! Сегодня прям праздник какой-то)))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 10 Октября 2020, 17:51 | Сообщение # 674
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 482
Репутация: 394
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата шаман ()
воу, воу, воу! Сегодня прям праздник какой-то)))

Так и было задумано).

Точнее будет сказать, что часть кода одного из ядер движка.

Блин… А Ёко горячая девчонка… Я сижу за инженерным постом в одной футболке, а на её теле – лишь только блузка. Спину жжёт жаром. Безусловно, такое соседство весьма приятно, но сейчас ровно половина вычислительной мощности моего мозга занята девушкой. Сосредоточиться на работе проблемно.

На помощь пришёл симбионт.

– Мой носитель находит твоё тело чрезвычайно привлекательным в физиологическом плане, – сообщил он.

– А то я не замечала, – ручки девушки заскользили по моему торсу. – Что ж он сам мне этого не сказал? Или только облизываться горазд?

Я поднял руку и погладил Ёко по личику.

– Объём работ предстоит весомый, – прорычал Нергал. – Избрано не лучшее время для увеселения. Рекомендую отложить… тесное общение на потом.

Сакамото прижалась плотнее и горячо прошептала в ухо:

– Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?

Очевидно, Нергал зашёл не с того фланга. Я взял управление телом на себя.

– Потому, что если я сейчас возьмусь за тебя, то быстро не отпущу, – пришлось пояснить мне. – Перелопатить ядро чужой программы на инопланетном языке в поисках багов – это не сказку на ночь прочитать. Мне приятно твоё общество, но я не могу сосредоточиться, когда… ко мне липнет… такая… красавица.

Ёко звонко рассмеялась на весь отсек. А мне подумалось, что вряд ли её заигрывания направлены в мой адрес. Она не вела себя так до того, как узнала, что я – носитель симбионта. Скорее всего, она с Нергалом играет.

– Хорошо! – девушка хлопнула меня по спине. – Отложим… на потом. Но не забудь!

Она разомкнула объятия и отслонилась. Спине вдруг стало так тоскливо и грустно без этого горячего чувства, зато к мозгу вернулись самосознание и свободные вычислительные мощности.

Которые тут же улетучились, когда японка вдруг нарисовалась с боку от меня и впилась губами в жадном поцелуе.

Не очень затяжном, правда.

– Не буду мешать работать, – подмигнула она, и отскочила прочь.

«Едрить твои средства дефрагментации дисковой подсистемы», – подумало моё Альтер-Эго. – «Это что ещё за грёбанный разгон по шине сейчас был?».

Но, всё, что не мешает работать, даёт работать продуктивнее. Осталось только помянуть Ёко ласковым словом, что сбила весь рабочий настрой, и под незлые смешки симбионта вернуться к изучению программной части.

А программная часть, собака эдакая, представляла собой модульные блоки.

Головная часть: ядро. То, что и называется модулем навигации. В него заложен набор логики, благодаря которому любой компьютер можно сделать навигационным (если в объёме его памяти поместится вся библиотека карт, а вычислительных мощностей и ресурсов хватит для удовлетворения нужд операций). Сама программа, база, просчитывающая положение заданной точки в пространстве, ориентируясь на перемещения, которые описываются уравнениями прямолинейного движения со смещением и поправками на вращение астрономических тел относительно какого-то центра (в данном случае – Вселенной). Крайне мозгодробительная хрен, без ста грамм туда не суйся.

Примерно такую же дурь люди Крузенштерна загрузили на «левый» комп на нашем хат`таке. Благодаря этому то устройство и стало навигационным.

Модульные блоки: защиты, восстановления, сопряжения, обращения, проверки, диагностики и тонны тонн всякого ещё.

Модуль защиты шифрует данные ключом во избежание случайного изменения значений.

Восстановление отвечает за самораспаковку резервного архива, если что-то, всё-таки, удалось стереть или повредить.

Сопряжение предназначено для инструктирования программы о том, к какому модулю стоит обращаться в той или иной ситуации, и каким средством это необходимо делать.

Обращение – пути обращения за конкретными данными, файлами, библиотеками адресов.

Проверка – это, по сути, отдельная программа, вписанная в блок навигационной. Проверяет каждое действие во избежание случайных или систематических ошибок.

Диагностика предназначена для сканирования массива программы на предмет сбоев.

И так далее, и тому подобное.

Самый лютый трэш: каждый блок – это сотни строк кода.

Тут без тактического перекуса не обойтись.

Видимо, об этом же подумала и Ёко. Не прошло и часа со времени начала работы, как она выудила откуда-то небьющуюся штампованную миску и поставила передо мной.

Я с превеликим изумлением увидел, что миска (половника на три, не меньше) забита шоколадными конфетами.

– У носителей повышенная скорость обмена веществ, – улыбнулась Сакамото. – А у тебя сейчас высокоинтеллектуальный труд. Угощайся, будь здоров.

Ну, что сказать… Итадакимас!

А сам краем глаза заприметил, что девушка успела скинуть блузку и надеть лёгкую тонкую майку. Даже неинтересно, где она её достала за те полчаса, что мы копались в логах. Я бы не сказал, что отсеке душно или жарко, а потому подобный жест можно интерпретировать только одним образом.

Особенно на фоне того, что угощение первой же конфетой обожгло язык и горло чрезмерно сильным, хоть и приятным, огоньком. Кондитерское оказалось с лютым коньяком. Да настолько лютым, что даже симбионт вздрогнул.

Вот же ж, хитрозадая лиса!

Сама «хитрозадая лиса» откинулась рядом на пульты, прислонилась ягодицами к корпусу поста и невзначай стрельнула из миски конфетку, игриво закинула её за щёчку. Ещё и подмигивает, краля черногривая! Нет, она у меня точно дождётся!

Мы с Нергалом постарались сделать вид, что всецело поглощены работой.

И, что характерно, мы действительно поглощены ей!

Однако, я не мог не отметить про себя, что вкус у Ёко, определённо, есть. При её фигуре форменная (для её формы одежды – в складку) юбка до середины бедра чёрная юбка и тёмная майка с едва видимыми человеческому глазу тонкими лямками ей шли. Она и в блузке выглядела сногсшибательно, а после переодевания и подавно.

***

Не зря говорят, что дело мастера боится.

Нергал, хоть и шарил за астрофизику и написание программ, но большим мастером в этом деле не слыл. Мы сошлись во мнении, что наши познания в программировании находятся примерно на одном уровне. Грубо говоря, я, сунувшись в конфигурационные файлы какой-нибудь игрушки на скриптовом движке, не заблужусь в простенькой структуре и иерархии, но спасую перед тем же командным терминалом линукса. Надо сидеть и изучать. Ток`Ра же хоть и обладал чуть большим объёмом знаний в этом направлении, но и он не признавал себя знатоком инженерного дела своей расы.

Но его навыков и моего интеллекта хватило, чтобы за пару часов найти то, что искали.

Следы вмешательства.

Сакамото изрядно заскучала к тому времени. Ёко периодически томно вздыхала, пытаясь привлечь моё (или Нергала?) внимание, стреляла в нас глазками, и всячески подавала вид, что не прочь заняться чем-то ещё, кроме диагностики навигационной системы.

А потому неслабо оживилась, когда мы, наконец, выполнив свою часть работы, закрыли редакторы и отправили наши труды на компиляцию.

А всего-то и надо было, что…

– Закончил?! – девушка подскочила со своего места и одним прыжком оказалась у меня за плечами.

Невозбранно пользуясь случаем, опять прильнув к моей спине грудью.

– Даже близко нет, – отрезал я, и потянулся.

Вот теперь можно играть, сколько душе угодно.

– Нергал нашёл, что искал, – сообщил японке. – Саботаж, грамотно замаскированный под раздолбайство. Если бы не он, то я бы, даже найдя, посчитал обычной ошибкой.

Игривость разом пропала с личика Ёко: собеседница резко выпрямилась.

– Диверсия? – холодным тоном спросила она.

Я пожал плечами.

– Это нельзя объяснить ничем другим. Смотри.

Не мешая компилятору, открыл один из файлов резервной копии, что мы сделали перед началом работ. Исходники, с которыми и копались.

Мне абсолютно неважно, какой это файл и за что отвечал. Важно показать косяк, найденный абсолютно везде.

Я ткнул пальцем в оконечность одной из строк с кодом, которую запирала комбинация из нескольких иероглифов гоа`улдов.

– Вот эту дурь видишь? Это оператор завершения. По-хорошему, он должен замыкать каждый блок программы, включая микрокоды. Чтоб программа понимала, что предложенный текст является конечным и ждать продолжения банкета не стоит. Грубо говоря, как точка для нас в предложении. Эти операторы стоят не везде, а там, где должны, имеют нарушенную последовательность символов. Не везде, но этого хватило, чтобы программа съехала с катушек.

– А самовосстановление? – процедила Сакамото.

– Догадайся с трёх раз, – хмыкнул я.

– Исходный код.

Льду в голосе девушки позавидовала бы Снежная Королева.

– Мало того. Нергал нашёл брешь в модуле защиты. Ваш код был защищён 4096-битным ключом, но его кто-то обошёл. Вместо модуля защиты сейчас стоит бесполезный набор иероглифов, который навигационная система даже не распознаёт. Она знает, что это защита, только потому, что кто-то жёстко зашил это в её наборе инструкций. Взаимодействовать с блоком защиты невозможно, потому что это не блок защиты. К тому же, подпрограмма проверки обращалась к заранее испорченному коду, поэтому и не находила ошибок. Она сравнивала и сверялась с ошибками, потому созвездия и не определялись. Косячен весь «мозг».

Из горла молодой японки донёсся сдавленный рык.

– Ищите саботажника. Сейчас мы перекомпилируем наш код, зальём его в навигационный компьютер, обновим прошивку, и надо будет отойти хотя бы до пояса Койпера, чтоб проверить, обратимы ли изменения. Мы не нашли вирус, но кто знает? Мы же его и не искали.

Ёко тяжело вздохнула и непроизвольно сжала мои плечи.

– Я в долгу перед тобой, парень. Ты себе даже не представляешь, как нам помог…

– Нергала благодари, – пожал плечами я. – Если бы искал без него, то, даже найдя, подумал бы, что это ошибка программиста. Кодить на чужом языке программирования, который дважды мигрировал между производителями и от исходного не имеющий ничего родного, крайне тяжело. Немудрено, что кто-то мог ошибиться. Напрягает только эпизодичность бага: строго после выхода из прыжка. Если бы это была ошибка, её бы пофиксили с первого или второго раза. Край – с третьего…

Договорить мне не дали. Ёко прижалась к моей спине и крепко обняла.

– Как мне… отблагодарить тебя? – спросила она. – Простым «спасибо» тут не отделаешься.

Моя рука дотянулась до повисшей на мне девушки и прошлась по её голому плечу.

– Давай не бежать вперёд паровоза. Ходовые испытания проведём – тогда и решишь, как отблагодарить.

Я нежно расцепил объятия Сакамото, поднялся с кресла, и, притянув её к себе, прошептал на ушко:

– Думаю, никто не отказался бы ещё от одного визита к Сиракаве, на отдых. У вас там природа красивая.

***

На обед мы собрались в камбузе «Ямато». Сакамото, как шарящая за снабжение корабля, сумела раздобыть немного полуфабрикатов, которые на скорую руку были разогреты и поданы к трапезе. Расход провианта педантичная японка тщательно записала в камбузный журнал.

Лилит первая высказала свои находки:

– Похоже, имеем дело с диверсантами, – сообщила она. – Я пересмотрела параметры щитов. При их конструкционных запасах перегрева генератора быть не должно.

– У меня тоже в навигации кто-то копался, – добавил я. – Сабрина. Есть следы вмешательства в орудийные системы?

Ток`Ра отрицательно покачала в ответ.

Система функционирует должным образом. Она не развивает полную мощность от своего номинала, но это указано в сопроводительной документации. Скрытого или явного саботажа нет.

– Значит, рылись только в наших системах, – подытожил я. – Или ещё где-то, где мы не смотрели.

– А у тебя что? – любимая посмотрела на меня.

– Вывод навигации из строя путём закоса под ошибку программиста. Незавершённый код не принимался к исполнению, ожидая продолжения.

Милая горько усмехнулась.

– Один в один, как у меня. Только ещё добавляются систематические перегревы генератора щита. Кто-то расставил неправильные значения времени: в пределах верхних границ полей допуска, но выше номинала. Существенно выше. Эти цифры работали бы где угодно, но только не в близи звёзд.

– Температура? – догадался я.

– Точно, – кивнула Лилит. – Возле звёзд температура гораздо выше, чем в глубоком космосе. Тут надо занижать время работы генератора и регулировать частоту переключения, если используется схема из двух параллельных групп. Цифры рабочие, корабль летать будет, но недолго. А если ещё и нагрузку на щиты дать, тогда вся защита на хрен ляжет.

– Ты успела исправить значения? – спросила Ёко.

Напарница пожала плечами.

– Исправила на глаз. Надо проверять стресс-тестом и, желательно, огневыми испытаниями. Иначе нагрузку на практике не проверить. Можно и в астероидное поле сунуться, но я бы не рисковала, не будучи уверенной на сто процентов.

Я обратился к Сабрине.

– У вас с Иштар что? Ничего необычного не выявили? Задержки, осечки, отказы?

Ток`Ра отринула всё перечисленное.

– Иштар не обнаружила никаких препон в работе. Но я бы проверила энергетический узел, прежде, чем восстанавливать номинальную мощность орудий. Если они лишены былого огневого могущества, на это должна быть веская причина.

– Проверим, – кивнул я. – Сейчас компилятор закончит сшивать наши записки сумасшедшего, мы прошьём систему заново и отойдём от Земли для проверки.

***
Мостик «Ямато»


С «сейчас» я немного перестарался. Ушло около трёх часов, чтобы закончить все свистопляски народов крайнего севера с ритуальными шаманскими бубнами.

Но радости нашей не было предела, когда предстартовая проверка завершилась вожделенной зелёной галочкой во весь диагностический экран.

– Пора, – выдохнул я, и потянулся за тангентой. – «Земля», на связь. Вызывает… «Ямато».

Немного непривычно называться в эфире древним именем.

Нам ответили на японском (что характерно):

– Центр Управления полётами принимает «Ямато».

Ну, раз пошла такая пьянка, то и мы подхватим ноту:

– Говорит "Ямато". По запросу провели поиск уязвимостей и отказов систем корабля. Считаю, что нашли первопричину. Отходим с орбиты Земли для ходовых испытаний. Подтвердите.

– Подтверждаем, «Ямато». Разрешение на выход действительно. Ваш маршрут?

«Земля – пояс Койпера – Земля». Надеюсь, обойдётся без эксцессов, – добавил в конце по-русски.

– Добро. Счастливого пути.

Задачи мостика распределили наобум. Сабрина села за штурвал, Ёко взяла на себя привод гипердвигателя, Лилит – субсветовые маршевый и разгонные, а я плюхнулся в кресло капитана.

– Все готовы? – спросил вслух. – Начинаем?

– Командуй, – кивнула Сакамото.

– А чего «командуй»? – переспросил я. – С кораблём знакома? Процедуру запуска знаешь? Тогда «поехали».

Японка улыбнулась.

– Зануда ты, парень.

Мне оставалось только вздохнуть.

– Прогрев разгонных двигателей. Термостатирование, запуск.

Девушка дёрнулась было за пульт, но руки её замерли на полпути. Личико нахмурилось в пытке понять сказанное.

– Н-не разобрала, – замялась она. – Не мог бы ты перевести последнее предложение? Всё-таки, я не настолько хорошо знаю русский…

– А я не настолько хорошо знаю японский, – хмыкнул я. – Поэтому заводись и поехали.

Безусловно, корабль того же проекта, что и «Александр Невский». Пусть аппаратная часть несколько иная, но кораблём он от этого быть не перестал. При помощи Лилит мы сейчас в два счёта исполним на этом борту всю азбуку высшего пилотажа, хоть и уйдёт на это много сил (всё же, это тяжёлый крейсер, а не истребитель).

Но командовать в бою с международным экипажем – это плохой план. Если бы дело касалось хат`така, то я бы посадил за рычаги Сабрину-Иштар, на вспомогательные посты Лилит и «Рапторию», а сам с Нергалом зажёг бы дирижированием. О, да: тогда бы мы вдарили б рок в этой дыре. Но не на земном корабле с международным экипажем.

Хотя, чести и достоинства ради стоит сказать отдельно, что мы и не экипаж вовсе. Так, технические советники. Не более.

– Даю прогрев разгонным твёрдотопливным двигателям, – комментировала свои действия Сакамото.

Руки девушки сноровисто скакали по пульту поста, выдавая преизрядный навык. Где только так наловчилась? На «Сонодзаки»? Корабль, вроде бы, того же проекта, к слову…

– Отваливаем с орбиты, – сообщила Лилит. – Оперативный курс проложен, траектория ухода свободна, посторонних бортов на пересечении курсов нет, на радарах коридор.

Сабрина почувствовала по тону реплик соратниц, что мы вышли на режим и со своего места коротко доложилась на своём языке:

– Управление принято. Жду сигналов господина.

Не уверен, что правильно перевёл. Последнее можно было расслышать как «жду сигналов», «ожидаю вводных», «внемлю приказам», и так далее. Многозначная конструкция на языке гоа`улдов.

– Разгонным самый полный ход, – скомандовал я. – Где мы сейчас?

– В точке Лагранжа, – это Лилит на радарах «светит» нам.

– Уходим за орбиту Луны. Прыгнем оттуда. Сабрина, курс…

Тут до меня дошло, что Ток`Ра не в курсе наших земных обозначений и координатных плоскостей. Пусть у поста рулевого есть терминал, выводящий все необходимые сведения, вряд ли она или Иштар умеют их читать.

– …курс за орбиту спутника Таури. Оперативный курс не даю, веди корабль на своё усмотрение. Заодно прочувствуй его.

– Слушаюсь, господин, – отозвалась Ток`Ра. – Держим курс к орбите спутника.

Ёко, понимающая (как выяснилось ранее) язык, чуть подалась ко мне и вполголоса спросила:

– Ты когда ихним лордом успел заделаться, чудовище?

Я подался к девушке и вполголоса ответил:

– Тоже хочешь ко мне? Места ещё есть.

Японка зашлась заливистым смехом на всю рубку.

Лилит оценила подколку: по губам любимой проскочила улыбка. Напарница подключилась к инструктажу:

– Сабрина, Иштар. У корабля гораздо хуже управляемость по сравнению с хат`таками. Учтите это, когда будете планировать манёвры. Начинайте исполнять их намного раньше, чем вы сделали б это на борту своего корабля. Мы плохо умеем гасить инерцию в космосе.

«Мы?», – подумалось мне. Как раз Древние научились управлять инерцией и гравитацией одними из первых. «Мы» в её понимании как нельзя лучше умели их гасить.

Хотя, если она упрямо продолжает считать «мы» землянами, то да. Даже с применением трофейных технологий, наши корабли как имели большую инерцию и выбег, так и имеют. Мгновенной остановки или поворота ждать не приходится.

– Поняла.

Сакамото сообщила с места:

– Разгонные двигатели дают полную тягу. Время развития полного хода – четыре минуты. Точка отсчёта Земля. Дальность пятьдесят тысяч километров, развиваем вторую космическую скорость.

Запоздало вспомнил, что управление маршевыми и разгонными двигателями у Ёко, но рулевыми заведует стоящая за штурвалом Ток`Ра.

– Сабрина. Маневровые двигатели у тебя. Как корабль? Слушается руля хорошо?

– Негатива нет, – отозвалась та. – Очень широкая дуга поворота, однако негатива нет.

И совсем уж некстати вспомнил, что мы абсолютно забыли про такую вещь, как предстартовая подготовка.

Какая, на хрен, разница, что корабль наполовину состоит из технологий Древних? Какая, в сущности, разница, что многие (если не сказать «почти все») процессы автоматизированы до уровня «нажми на кнопку и забудь»? Что нам с того, что даже разгон реактора автоматизирован до такой степени, что им может заняться даже школьник, потому что программа безопасности просто не допустит не только выполнения некорректных команд, но и даже их ввод?

Мысленно занёс себе епитимью в личное дело. Хоть командиром этого корабля меня никто не назначал, но хоть у кого-то должно хватить памяти вспомнить об этом.

Ну, раз мы движемся и ещё не развалились, значит, всё проходит относительно штатно. И, думаю, если какая-то оказия была бы обнаружена, корабль не висел бы пустым, без дела, а инженерная бригада занималась бы устранением.

А уже известные нам беды устранены нашими силами. Во всяком случае, хочется в это верить. Ведь, для проверки этого самого устранения и выходим в открытый космос.

Лилит постукивала пальчиком по обшивке терминала своего поста и нервно закусывала губки.

– Боишься? – спросил я.

– У меня нехорошие предчувствия, – призналась девушка. – Может, я, конечно, накручиваю себя, но что-то мне не нравится. Нехорошо мне.

– Нездоровится?

– Нет, именно опасаюсь… только не могу понять, чего.

Ну, если прошедшая несколько временных кругов Древняя говорит, что ей что-то не нравится, значит, нам всем это не понравится.

– Орудия готовы?

Лилит вывела на экран управление огневыми батареями.

– Лучевые орудия Асгарда. Готовы. Ракетное вооружение. Доступно, но полётное задание в головки ракет не введено. Считаем, что не готово. Крупнокалиберные пулемёты ПВО. Заряжены. Готовы. Торпедно-минное вооружение. Готово.

Последний пункт меня заинтересовал.

– А что с ТМВ? – переспросил я.

– Торпеды – самоловы, с тепловым наведением, запас хода… до тысячи километров на твёрдотопливном двигателе. Дальше, судя по всему, только по инерции, детонация по таймеру. А мины… кассетные, разделяемые, с осколочными блоками. Похоже, что заточены под мелкие цели, типа самолётов.

Изумительно. Вообще красота по красоте, как сказал бы Борисыч.

– Держи вооружение наготове, – попросил я. – Если сочтёшь необходимым – применяй, не жди сигнала.

Лилит молча кивнула.

***
То же время
Подземное расположение объекта «Город»
Кабинет гв. п-ка Дегтярёва А.С.


В последнее время офицер зачастил с приёмами. Если так пойдёт и дальше, ему придётся положить генералу Белову прошение о назначении ему штатного заместителя, и пары секретарш в довесок. Ибо с основными функциональными обязанностями военнослужащий почти перестал справляться: чудовищный объём работы успевает быть исполненным только при помощи особого умения, вырабатывающегося в армии с выслугой лет.

Конкретно сейчас Дегтярёва заставил отложить свои дела визит гостьи, прибытия которой полковник не ждал. Хотя бы потому, что в его планах не было этой встречи.

Впрочем, кого это останавливало?

Вид представшей перед ним гостью заставил больно ёкнуть сердце военного: чуйка полковника говорила, что скоро случится реальное гумно.

– Здравия желаю, – рекомая вскинула руку в воинском приветствии по российскому обычаю и рекомендовалась по случаю прибытия. – Майор Минамото, Силы Самообороны Японии.

«Я вижу, что не амазонка, предводительница папуасов», – безэмоционально подумалось офицеру.

Молодая (для своего звания) женщина, едва достававшая рослому богатырю до плеча, держала в левой руке электронный планшет, из универсального разъёма которого торчал внешний накопитель данных. Офицерская форма (китель и юбка) были однотипны с теми, в которых рассекала по местной базе её соратница, Сакамото. Одного поля ягоды? Вряд ли. Но форма та же, однозначно. А вот в глазах следы если не недельной усталости, то, по меньшей мере, желание хапнуть чего-нибудь бодрящего.

Этот взгляд военнослужащий узнает из тысячи. Он и сам встречает себя по утрам в зеркале ровно тем же взором.

Хозяин пенатов поднялся из-за стола и рекомендовался в ответ:

– Гвардии полковник Дегтярёв, Войска Космической Обороны. К вашим услугам.

И гостеприимно указал на стул перед своим столом.

– Благодарю за радушный приём, Арикасендеру-сан, – улыбнулась гостья. – Постараюсь не стеснять вас дольше необходимого.

Дегтярёв был в курсе особенностей произношения заимствованных имён на японском языке, и об отсутствии в нём некоторых сочетаний звуков тоже. Потому своё имя, недозволительное по уставу в отечественной интерпретации, но вполне уважительно звучащее из уст представителя страны восходящего солнца, оставил без замечаний.

– Пустое, – отмахнулся он, по возможности оперативно сервируя две кружки кофе. – Мне в любом случае следует отвлечься. Иначе мозги стекут в подсумок.

– По вам видно, – заметила Минамото. – Вы чрезвычайно загружены.

Офицер развёл руками.

– У нас работа такая…

–…Родину защищать, – добавила гостья.

В иной ситуации Александр Сергеевич удивился бы знанию японкой отечественного кинематографа, но не сегодня. Он слишком устал, чтобы удивляться.

– Вы воспитали достойных питомцев, Арикасендеру-сан, – японка осталась верна своим традициям и не могла не отпустить комплимент в адрес подчинённых Дегтярёва. – Я имела честь работать с вашими соотечественниками, и много слышала о вашей отдельной группе.

– «Воспитал» я одного, – поправил Кэп, наливая кофе гостье. – А он уже «воспитывает» всех, кто попадёт в поле его зрения.

Минамото с благодарностью приняла угощение.

– Если мы говорим об одном и том же бойце, то не он ли сейчас оказывает помощь на борту «Ямато»?

«По всей видимости», – выдохнул про себя полковник, но лишь молча кивнул в ответ.

– Только что они отошли с орбиты Земли, – доложила майор. – Наша сотрудница передала, что, судя по всему, ваш инженер нашёл причину сбоев.

Дегтярёв горько усмехнулся.

– Из него инженер, как из меня балерина, – хмыкнул полковник. – Но, раз дело дошло до ходовых испытаний, значит, и впрямь всё хорошо.

Кофе – кофе, но и о деле забывать негоже.

Японка отхлебнула бодрящего напитка, отставила кружку на стол и произвела со своим планшетом ряд манипуляций.

– Прошу вас, взгляните сюда.

Гостья протянула устройство собеседнику.

На экране планшета отображался текст документа на японском языке. Несколько действий – и текст переформатирован на русский. Всё же, Дегтярёв не полиглот: читать чужие языки может, но не любит.

Шапка документа была оформлена по всем правилам международного документооборота высокого уровня. Из неё было понятно, что обращались непосредственно к нему, гвардии полковнику Дегтярёву, и просили содействия по нижеследующему вопросу. А обращались не кто-то там с бухты-барахты, а представитель японской стороны, командующий Японскими силами Космической Обороны, генерал Курибаяси.

«Однофамилец, что ли?», – подумалось полковнику.

Память офицера всколыхнул генерал Тадамити Курибаяси, командовавший обороной гарнизона на острове Иводзима.

Фамильно-родственные отношения в меньшей степени интересовали Дегтярёва, потому военнослужащий пустился в чтение.

Документ просил оказания содействия в деле становления японского космического флота. По чертежам, переданным российской стороной в рамках помощи, были построены несколько опытных кораблей сравнительно ближнего радиуса действия. Ни о каких межгалактических перелётах речи не могло идти в помине: так, несколько звёздных систем в округе, плюс-минус. Но генерал Курибаяси, как один из немногих посвящённых, был в курсе наличия в рядах Вооружённых Сил России нескольких представителей инопланетной расы, хорошо знакомой с космосом вообще и полётами в частности. Прошение свидетельствовало о возможном обмене на равнозначных условиях: Курибаяси просил прикомандировать этих инопланетян для инженерной помощи опытно-конструкторским бюро в роли консультантов, сам же он изъявлял готовность предоставить любую запрошенную плату в ответ. Начиная от живой силы и заканчивая образцами технологий, разработанных на базе слияния земной и инопланетной техники.

С одной стороны, логично. Прошение о прикомандировании бойцов необходимо направлять тому, кто лично ведает подчинением этих самых бойцов.

С другой стороны, нелогично. Дегтярёв – полковник, пусть и гвардии, и всего лишь на всего командир бригады. Над ним ещё несколько этажей власть имущих, и просто так своих людей он раскидывать не может. На это необходима санкция, как минимум, генерала Белова. А то, может быть, и выше.

Не говоря уже о том, что за «Шаманом» гоняется Особый Отдел: просто так его кандидатуру никуда не пропихнёшь, а Нергал сожительствует с ним.

В том, что речь идёт именно о Нергале, сомневаться не приходится.

– Я не могу решать этот вопрос, – полковник передал планшет майору. – Это не входит в мои полномочия.

– Понимаю, – кивнула Минамото. – Я в любом случае уполномочена решить это с вашим командованием, но считаю, что вы должны знать прежде всех.

Про себя Дегтярёв отметил не только фирменную японскую вежливость, но фирменную же педантичность.

– Хорошо, что мы заговорили о моих подчинённых, – Александр Сергеевич откинулся на спинку кресла и залпом опорожнил кофе. – У меня просьба к вашей стороне. Сейчас потрёпанное боями подразделение нуждается в отводе от линии соприкосновения ввиду регулярной ротации личного состава, однако просто так списать этих злыдней я не могу. Они просто не умеют отдыхать, и обязательно во что-нибудь вляпаются. Не могли бы вы подкинуть им какую-нибудь задачу? Хочу их отправить куда-нибудь поюжнее, пусть отдохнут от боёв и операций. Им и так психику знатно подорвало.

Майор понимающе кивнула.

– Я замечала, Арикасендеру-сан. В наших сводках это подразделение наделено ореолом не самых светлых слухов. Соглашусь с вами, как куратор ваших соотечественников: молодым юношам и девушкам необходим отдых. Я передам ваше пожелание своим: думаю, у нас найдётся одна не очень тяжёлая работа, выполнение которой вполне сойдёт за отдых.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 10 Октября 2020, 18:18 | Сообщение # 675
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 271
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Цитата Комкор ()
Так и было задумано).

Вот значит как, ладно. Продолжаем чтение...


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
  • Страница 45 из 45
  • «
  • 1
  • 2
  • 43
  • 44
  • 45
Поиск:
Форма входа

МИНИ-ЧАТ:)