02:10
  • Страница 51 из 51
  • «
  • 1
  • 2
  • 49
  • 50
  • 51
Модератор форума: Тень, Кэтрин_Беккет  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
Star Gate Commander: Земли без времени
шаман Дата: Воскресенье, 17 Июля 2022, 11:52 | Сообщение # 751
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 305
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Продолжение ОГОНЬ)))) Очень интересно посмотреть на их бой с Королевой...
Сообщение отредактировал шаман - Воскресенье, 17 Июля 2022, 11:52


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Воскресенье, 24 Июля 2022, 18:37 | Сообщение # 752
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 519
Репутация: 400
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=шаман;452246]Очень интересно посмотреть на их бой с Королевой...[/quote]

Бой с королевой будет в другой раз. А сейчас немного детективчика с не самой очевидной развязочкой).

18 августа 2011 года
01:15 ночи
Окрестности «Региона-13»

Пусть «улей» в сопровождении крейсера покинул орбиту планеты и уже лёг на курс к Земле, но странная пелена непознанных чувств не покидала ни меня, ни симбионта.

Я даже не сразу разобрал, что это такое. Вроде бы, и тревога, и нервозность, и непонимание, и хренова прорва схожих по симптоматике проявлений. В конце концов, пришлось констатировать, что это грёбанная тревога.

В процессе продвижения по коридорам и ходкам палубы «улья» меня не оставляли два тревожных чувства.

Первое – слишком легко всё идёт. Несколько оглушённых бойцов – вполне допустимые потери. Благо, что санитарные. Через некоторое время оклемаются, встанут в строй, и, возможно, даже головной болью мучиться не будут. Но интервенция далась слишком легко. Особенно на фоне вероятности быть сбитыми ещё на подлёте.

До сих пор не дан массированный отпор. На борту встречено несколько десятков рейфов: слишком мало для полнокровного экипажа. Даже, если учесть, что большая его часть в камерах для спячки. Почему до сих пор на нас не напали? Где команды зачистки? С хрена ли нам дают шароёжиться по чужому кораблю и невозбранно нагибать всех встречных-поперечных? Не понимаю.

Второе – меня не покидало ощущение, будто за нами кто-то следит. Такое впечатление, будто чья-то невидимая фигура составила нам компанию, и безмолвным свидетелем созерцает наши выкрутасы. Демиург? Возможно. Похоже на его почерк. Но он ещё ни разу не удостоил нас своим визитом в открытую, явственно давая понять, что находится рядом. Случай на «Юрии Долгоруком» – не в счёт. Там он прокололся на мелочи, и сильно сомневаюсь, что его «спалил» кто-то, кроме меня.

Продвижение в сторону покоев королевы «улья» происходило настолько рутинно, что едва ли стоит отдельного упоминания в повествовании. Я, по необходимости активируя щит наруча, двигался вперёд танкующим линкором. «Гюрза» с «Рокадой», равномерно отстоя от меня треугольником, шли на полшага сзади и при обнаружении целей перед нами накидывали очередями из-за моих плеч. Опасно, конечно, и рискованно. Но, как выяснилось, «Гюрза» уже успела навоеваться, а «Рокада» привыкла к боевухе. Автоматы контролировали отменно: опасаться шальной пули от «своих» нечего. Если же я видел, что целей слишком много или они чрезмерно живучие, то подключал в ход свой РПК: в три ствола раскидывали патрули на палубе, что слепых котят.

И это втройне мне казалось странным. Мы сталкивались с рейфами в ближнем бою не раз, не два и не десять. По себе знаем живучесть этих тварей: их целый магазин в торс не всегда мог остановить. Иногда спасала смена типов боеприпасов: пули-«полуоболочки» имеют меньшее пробивное, но большее останавливающее действие. Но сама суть от этого не меняется. Рейфы – чрезвычайно живучие тараканы. А тут «отлетают» буквально с полтычка. Среднестатистическому солдату-рейфу хватало десятка пуль, чтобы тот отправился остывать до температуры окружающей среды.

С одной стороны, странная на первый взгляд живучесть целей объяснялась пониженной регенерацией, которая напрямую зависит от давности и качества кормёжки. Если этот отряд недавно вышел из межгалактического перехода и оголодал, то тогда всё встаёт на свои места. Давно не ели, нечем лечиться, быстро дохнут. Но они напали на гарнизон «Региона-13». Был сбор. Если они питались, то почему настолько хлипкие? Не всех ещё поели? Или еды на всех не хватило? Вообще ничего не понимаю.

С другой стороны, даже голодный рейф остаётся рейфов. Он на несколько порядков жирнее среднестатистического «хомо сапиенса». Уверенно их клали только 7,62х120, и то за счёт конструкции пули: скорости там запредельные, прошивают только так. 7,62х39 ещё куда ни шло, но уже заметно слабее. Тут же девчонки с 5,45 их укладывают пачками, и не спрашивают, кто следующий. Крайне нездоровая херня.

Продвижению способствовали решительные действия отряда и качественная выучка бойцов. Подспудно помогал детектор Древних, заблаговременно оповещавший о наличии целей вне поля зрения. Построение группы, разбитое на ведущих, ядро ведомых и замыкающих, полностью перекрывающее все секторы обстрела, практически не оставляло шансов противнику напасть исподтишка.

Очень скоро мы добрались до королевских покоев. Настолько быстро, что по инерции не сбавили ход. Стоило нам появиться из-за поворота и узреть дежурную смену охранения перед дверями, как во мне будто сработал какой-то инерционных механизм. Не давая противнику опомниться и обстрелять нас, активировал наруч, и вместо поднятия щита послал в сторону целей мощный энергетический заряд. Уже проворачивая такой фортель в «Светлом», был уверен в исходе мероприятия, и не прогадал. Два дежурных офицера-рейфа, едва успев выхватить пистолеты-«глушители» из кобур, рухнули на пол, разодранные каждый на две равные семядоли.

Нергал напомнил о своём существовании и пожурил меня.

«Чрезмерное упоение своей мощью ведёт к горькому поражению», – мрачно напомнил симбионт. – «Тебя заносит на поворотах. Действуй дерзко, решительно, но не оголтело. Не подставляйся под удар. Ты даже не проверил, сколько их было, хотя под рукой детектор Древних».

Замечание Ток`Ра было уместным, как никогда. Всё, что он высказал мне, я понял и сам. Действительно, меня немного «занесло»: девчонки позади меня не успели даже выстрела сделать. Зато разобрались максимально оперативно и почти бесшумно.

«Постараюсь исправиться», – пообещал я.

И запоздало посмотрел на детектор.

– Прикольно, твою мать…

Экран прибора показывал наличие группы живых существ в объёме перед дверями. По количеству и расположению сигнатур выходило, что это были «Цикады» (а точнее, их ударно-штурмовое ядро). Отсек за дверями, обозначенный в планах корабля как покои королевы, был пуст. По крайней мере, живых существ в нём обнаружено не было.

Алина заглянула мне через плечо и посмотрела на прибор.

– Зря пёрлись, что ли? – спросила наёмница.

– Не очень. Отсутствие ожидаемого результата – тоже результат.

Я убрал прибор в подсумок и занял место напротив дверей. Тактически ошибочно в обычной жизни, но при наличии наруча, способного генерировать силовое поле, грех не воспользоваться самой эффективной тактикой.

«Раптория» подскочила к панели управления и замерла в готовности, ожидая команды.

«Гюрза» и «Рокада» встали с противоположной стороны: Кристина присела на колено, Алина встала во весь рост над ней. Обе девушки вложились в оружие, готовые, при необходимости, залить сектор двойной порцией омеднённой стали.

Я кивнул «Раптории». Та, кивнув в знак подтверждения, ввела команду в панель управления. Ожидаемо, двери не подчинились: то ли заперты импульсным кодом, то ли просто заблокировано. Перепроверять наёмница не стала. Молча достала из подсумка штык и с размаху вонзила его в область панели под натренированным выверенным углом.

Створки с необычайной скоростью и хлопком разразились в стороны: по мышцам, приводящим их в движение, прошёл сильнейший спазм. По ходу, некоторые из них даже травмировались.

Но того, что мы искали, в покоях королевы действительно не нашлось.

А искали мы живую королеву.

Нашли лишь мёртвую.

Тело королевы рейфов уже успело остыть: это говорило о том, что смерть наступила как минимум несколько часов назад. Труп, лежавший на троне, был белее мела. При жизни кожный покров этого вида и без того не отличался особым румянцем.

Под прикрытием ядра группы ведущая тройка зашла в отсек и максимально быстро его зачистила. Опасности нет, в радиусе ста метров мы единственные живые существа.

Трогать трупы – в принципе идея так себе. Особенно, если причина смерти достоверно неизвестна. Ладно, поле боя: погибший от огнестрельных ран или баротравмы мало чем может навредить. Но инопланетный вид с другой физиологией и биологией, способный быть носителем неизвестных науке микроорганизмов – вполне себе источник угрозы. Потому проверять пульс на артерии не стал. Если детектор не реагирует на холодный труп перед нами, значит, тело, однозначно, мертво.

«Или в глубокой спячке», – подумал Нергал.

Его мысли будто услышала «Раптория». Девушка подошла к трону и с размаху всадила штык в череп трупу. Оружие вошло в голову по самую гарду, пронзив толстым массивным клинком тонкий свод теменных частей. Какой регенерацией не обладали бы рейфы, но заживить поражение головного мозга они не могут: наукой таких прецедентов ещё не найдено.

– Одной проблемой меньше, – констатировал я.

– Ой ли? – Алина с сомнением покосилась на меня. – Мы ж её использовать хотели. Теперь натянешь её череп себе на руку и будешь чревовещать, как в кукольном театре?

– Есть идея получше, – хмыкнула «Раптория». – По законам рейфов, слабый недостоин возглавлять колонию. Плохая королева – мёртвая королева.

– Это справедливо для внутренних войн, – напомнила «Рокада». – От того, что человек убил королеву рейфов, они тебе подчиняться не начнут.

– Все несогласные могут выйти за борт, – пожала плечами девушка. – Их никто не будет уговаривать.

Я потянулся за радиостанцией в подсумке и зажал тангенту.

– Это «Шаман». Покои королевы зачищены. Но её уже кто-то убил. Труп холодный, ему несколько часов как минимум.

Эфир молчал недолго.

– Не скажу, что не рада этому, – р/с ответила голосом Лилит. – Это объясняет, почему нам не дали ощутимого отпора. Передавай команду репликаторам и уходим в гипер. С рейфами на борту по дороге разберёмся.

– Выполняю.

Подпространственный передатчик перекочевал из подсумка в руку:

– Управление полностью наше. Мы ведущие, вы ведомые. Уходим в гипер.

Ответ последовал незамедлительно:

– Прикрываем. Ключ на старт.

Мы уходили из покоев королевы и даже успели выйти, как вдруг «Раптория» поморщилась и на миг замешкалась.

– Ты чего? – спросила её «Гюрза».

– Да так, – отмахнулась девушка. – Нехорошие предчувствия. Подождите минуту.

Соратница вернулась, подобрала с тела дежурного офицера меч и скрылась в покоях. Через несколько мгновений из отсека послышался смачный чавкающий звук. Через полминуты девушка вернулась оттуда.

– От греха подальше, – пояснила она, выбрасывая ненужный больше клинок. – Мало ли. Чем рейф не шутит?

Алина показала подруге большой палец.

– Справедливо. Лучше перебздеть, чем недобздеть.

18 августа 2011 года
01:15 ночи
Окрестности «Региона-13»

В центральном посту нас встретил весь оставшийся отряд в полном составе. Оглушённые в бою бойцы ещё не приходили в себя, но остальные выглядели вполне себе живёхонько.

– Как сходили? – поинтересовалась «Гайка».

– Прошвырнулись рыбчиком, – поморщилась «Гюрза». – План задействовать королеву рейфов с треском провалился.

– Её убили? – осведомилась «Багира».

– Её завалили, – уточнила «Раптория». – Её кто-то прикончил.

Лилит, молча изучавшая содержимое терминала центрального поста, замерла, нахмурилась и посмотрела на нас.

– В смысле, «устранил»? – аккуратно уточнила «Литера».

– Нет, именно грохнул, – пояснил «Медвед». – Не «сместил», а именно завалил.

– Не поняла разницы…, – проронила «Андромеда».

– У рейфов постоянное состояние войны, – «Раптория», от греха подальше, проверила отсутствие за дверями центрального поста посторонних и запечатала проход в отсек. – Они вечно дерутся за главенство в колонии. Авторитет матриархата непререкаем, во главе всегда должна стоять королева. Но какая – не говорится.

– Если подчинённые недовольны её действиями, её могут и сместить, – добавила Кирсанова. – Но добродушие этим сосателям не свойственно. Чаще всего, врагов убивают.

– А какая разница в убийствах? – переспросила «Гайка». – Грохнули и грохнули. Не всё ли равно, как?

– На трупе не было видно следов от расправы, – пояснил «Медвед». – А, если правильно помню, у рейфов в ходу «холодняк». Они не сильно рассчитывают на иные способы, и стараются гарантированно прервать функционирование тела противника. Думаешь, зачем в век межгалактических перелётов они до сих пор имеют мечи на вооружении? Это для ближних и абордажных схваток. С себе подобными, в первую очередь. У них адовая живучесть и надеяться на то, что враг соизволит милостиво окочуриться, не приходится.

– А сама она не могла подохнуть? – невинно спросила «Багира». – Ну, там, от старости например, или ещё какого инсульта жопы…

Алина смерила подругу взглядом.

– Существо, живущее тысячелетия? Питающееся всем, в том числе своим экипажем? Сомневаюсь. Её кто-то завалил. Но по отсутствию видимых повреждений на трупе это мог быть только токсин. Или вирус.

– Или ещё какой инсульт жопы, – процедила Лилит. – Не суть важно, от чего она померла. Нам эта информация мало чем поможет.

– А что много чем поможет? – задала вопрос Шарапова. – Ты нашла, что искала?

Древняя кивнула.

– И не только.

Любимая посмотрела на меня.

– В операционной системе корабля нашла планы рейфов. Успела перевести немного, но что есть. Они не просто так оставили отряд у этой планеты. В назначенный час они должны были открыть портал на Землю и удерживать его, не давая нашим воспользоваться вратами. Это стандартная тактика атаки на более или менее развитые миры.

«Гюрза» грязно и непечатно выругалась в слух и уронила автомат, повисший на её ремне. Девушка закрыла лицо руками и тяжело вздохнула.

– Ты чего? – не поняла «Багира».

Наёмница помолчала несколько секунд. А когда убрала ладони от лица, на глазах соратницы обнаружилась влага.

– Я выпью за гарнизон этой базы, если вернусь живой, – горько проронила она. – Это не врата неисправны. Их вывели из строя преднамеренно, чтобы не дать рейфам воспользоваться ими.

– Врата накрылись ещё до прихода рейфов, – нахмурилась «Тень». – Я бы ещё поняла, если бы это случилось одновременно, но…

Военнопленная поспешила заткнуться под тяжестью взгляда «Гюрзы».

– Я от всего Особого Отдела передаю тебе пламенный привет, – жёстко припечатала Кирсанова. – Без обид, но никто из них не будет докладывать подстилке о планах противостояния рейфам. По-твоему, рейфы нагрянули внезапно? Их на радарах должны были видеть минимум дней за несколько.

До «Медведа» быстро дошло.

– Всё правильно, – боец помрачнел. – Даже самому отбитому додику хватит мозгов понять, что наземный полк с ударной группировкой не справится. А раз нельзя защитить, то необходимо уничтожить. Чтоб врагу не досталось.

Вывести из строя врата – задача непростая. По крайней мере, так, чтобы это не обнаружила Древняя или Ток`Ра. Значит, работал кто-то шарящий. Но, буде так, рейфы уже устранили бы проблему: они шарят похлеще нашего и наверняка допросили выживших, в том числе ментально. Что бы кто бы не сломал, он в любом случае…

…теперь помрачнел и «Полимер». До бойца тоже дошло. Воин посмотрел на меня.

– Базу надо переназвать, – пропечатал он, будто бы лично курирует этот вопрос, и не собирается спрашивать ничьё мнение. – «Имени Неизвестного Героя». Кто бы это ни сделал, он погиб при налёте на базу. Иначе рейфы уже знали б, кто что и куда дел, и как это исправить.

– Это единственное объяснение произошедшему, – «Гюрза» запрокинула голову и сглотнула ком в горле. – База не вышла на связь из-за отключённых врат, которые вывели из строя, чтобы не дать рейфам произвести атаку на Землю. А тот, кто это сделал, или покончил с собой, или погиб при обороне, чтобы не дать телепатам просканировать свой разум.

– Шерлок Холм из тебя так себе, – заметила «Тень». – Любая дозорная точка обязана сообщить о приближении врага. Если бы рейфы были видны заранее, Земля была бы предупреждена. Если не через врата, то посредством подпространственного передатчика. Я точно знаю, что он на базе есть.

Звучит логично, так-то. Кэп не знал о нападении рейфов. А он напрямую общается с верхами Генштаба. Если даже они не в курсе, то «Регион-13» точно не выходил на связь. По крайней мере, с информацией о рейфах.

Самое логичное, что можно предположить – среди личного состава инкогнито действовал особист. Предвидя бедствие, он преднамеренно вывел врата из строя тайно, чтобы выжившие соратники на допросах не выдали этого. И сам погиб в бою, возможно, умышленно, чтобы не проколоться. Рейфы – телепаты. Для них нет неизвестной информации. Всё, что знает допрашиваемый – знает и допрашивающий. И, понимая это, особист сделал всё от него зависящее, чтобы его действия выглядели максимально безобидной технической поломкой, как нельзя более удручающе совпавшей с атакой рейфов.

Причина, по которой эта информация не дошла до нас, мне не шибко интересна: не наш уровень. Это уже ведомство военной прокуратуры и особого отдела. Но факт есть факт.

– Это если радар дальнего действия был исправен, – возразил «Полимер». – И вообще. В этой картине десятки переменных, которые могут иметь сотни значений. И от их смены результат не поменяется. Гадать, что произошло, бесполезно.

– Не говоря уже о том, что мы всё равно никому не поможем, – процедила Лилит. – В журналах нет перечёта результатов сбора: я не вижу, чтобы на этот корабль выгружали собранную пищу.

– Люди остались на других кораблях? – «Андромеда» повернулась к Древней. – Или всех успели съесть?

– Едва ли нам это знание что-то даст, – флегматично пожал плечами «Медвед». – Даже, если первое – мы всё равно против нескольких боевых кораблей ничего не сделаем. Нас начнут разбирать на винтики сразу же, как только откроем огонь. И наличие на борту мёртвой королевы нам не поможет никак. Если второе – то подавно. Мёртвым уже всё равно.

Приходится констатировать правоту соратника. Увы, но мы не всесильны. Не всё всегда идёт так, как нам хочется.

– Есть и хорошие новости, – произнесла Древняя. – Я нашла процедуру вентиляции корабля. Она применяется при посадке «улья» на планету для обновления запасов пригодного для дыхания воздуха. Если запустить её в космосе…

– …продолжать не надо, – хмыкнул я. – Странно только, что её не защитили от дурака. Эдак же и весь корабль угробить можно! Я б запретил её запуск в вакууме на программном уровне.

– Так она и запрещена, – хмыкнула любимая. – Только когда меня это останавливало?

«Тень» с сомнением покосилась на девушку. Понемногу её взгляд всё больше пропитывался нескрываемым подозрением. Пчёлы начали что-то подозревать?

Лилит начала демонстрировать наличие опасных знаний. Даже, если не афишировать её принадлежность к древней расе, всё равно остаются поводы начать подозревать её в навыках и умениях, не свойственных земной девушке-наёмнице. Перевод текстов с языка рейфов? Управление техникой рейфов? «Тени» даже не обязательно видеть, что Лилит натворила на мостике в момент захвата. Девушка ходит по охеренно тонкому льду.

Я поспешил разрядить атмосферу единственным доступным мне способом: попытаться съехать в юмор, пусть даже не очень умелый.

Выкинул большой палец и ляпнул первое, что пришло на ум:

– Отлично. Удалим папку system32 и дело в шляпе. РУТ-доступ тоже пропишешь?

Древняя скрестила руки под грудью и качнула бёдрами.

– Я не поняла. Это был такой творческий идиотский стёб?

«Медвед» вернул разговор в рабочее русло:

– Какая часть корабля может быть затронута процедурой? – спросил он.

– Любая, – Лилит вернулась к работе и с головой погрузилась в программную часть терминала. – Обычно, это производят со всем кораблём без исключения, но функционалы позволяют запускать операции последовательно по палубам. Удобно, если стоянка корабля в силу неких причин оказывается затоплена: нижние палубы можно не разгерметизировать. Могу запустить везде, кроме нашей.

– Приступай, – кивнул я. – Только не открывай все объёмы разом и резко: нас разорвёт декомпрессией.

Любимая смерила меня взглядом.

– Ты за кого меня принимаешь, а?

«Полимер» достал из подсумка КПК и посмотрел на экран.

– Сколько времени займёт эта хрень?

– Около часа на подготовку, – Древняя вернулась к терминалу. – Я не хочу лишить нас воздуха из-за забытой форточки на кухне. И час-полтора на всё-про-всё. Весь корабль лишится атмосферы, так что остальные палубы будут недоступны, пока не сядем на планету.

– Ангар, если что, сохраним? – спросил я. – Ну, так, на всякий случай.

– Можно, – «Раптория» прикинула расклад. – Объём ангара зачищен. Даже, если там кто-то зашкерился, общими усилиями добьём. Но ты прав, взлётку надо оставить.

– Сделаю, – кивнула Лилит. – Я предлагаю через час начать выдвигаться и зачищать эту палубу «улья». Нам до Земли лететь небыстро, и не хотелось бы, чтоб нам испортили поездку.

– Сделаем, – согласился «Медвед». – Всем, общая команда. Рюкзаки снять, разгрузки и броню скинуть. Ложимся, отдыхаем. Девчонки, что прикрывали мостик без нас: подежурьте, подержите дверь на прицеле. Мы пока после броска по «улью» дух переведём да берцы перешнуруем.

Звучит как план. Да и попить чего-нибудь не мешало бы… Например, фирменного «Медведова» энергетика. А то 16 часов на ногах и нервах – не совсем то, что надо после хорошего и качественного отдыха. В работу желательно втягиваться постепенно, а не как в холодную прорубь с маковкой нырять.

18 августа 2011 года
09:15 МСК
Млечный Путь, рукав Стрельца, перегон между Минбаром и Солнцем
Борт трофейного «улья» рейфов

Более муторного занятия придумать трудно.

До недавнего времени я наивно предполагал, что самое нудное – проводка хат`така по гиперпространственному тоннелю. Вроде бы как, и автопилот уже давно изобрели, а всё равно до сих пор надёжней самому вести корабль.

Какое-то время небезосновательно считал, что скучнее просиживания штанов на школьной скамье нет ничего. Краем глаза понимаешь, что знания тебе рано или поздно пригодятся (пусть даже и не все), но заставить себя внимать им получается далеко не всегда.

Но зачистка… зачистка умудрилась побить все рекорды монотонности и однородности.

Что? Что говорите? Не слышу. «Зачистка – комплекс мероприятий, направленный… состоящий… предназначенный…» и далее по тексту? Зачистка – неоднородное мероприятие и до хрена всего требует? А вот хрен вам военно-морской. Во-о-от таких габаритов. Примерно размером с «улей».

Зачистка – действительно, комплекс мер, направленный на установление полного и безоговорочного контроля над местностью или объектом. Комплекс мер по зачистке состоит из разведывательных, досмотровых, штурмовых и оборонительных операций, наличие и процентное соотношение которых строго индивидуально в каждом конкретном случае. Во многом, благодаря именно этому невозможно составить карту действий и карточку огня. Всё сугубо неповторимо. Комплекс мер по зачистке предназначен для закрепления подразделения на местности или объекте с последующим его удержанием или развитием дальнейших действий с использованием местности или объекта в качестве опорного пункта.

Если сейчас начать перечислять всех задействованных в зачистке персонажей с распределением ролей, описанием задач и поставленных целей, выйдет если не талмуд или апокриф, то, по меньшей мере, гримуар. А на обложке и форзаце размашистым почерком будет написано «О влиянии лунного света на загробную жизнь мандавошек». Труд, достойный увековечивания в анналах истории и архивах мировых библиотек. Если они, конечно, уцелеют.

Но на практике выяснилось, что, применительно к «улью», зачистка – самая нуднейшая нудятина, которую только можно себе представить. Хрен ли толку, что для нас она уже не первая (и, хочется верить, не последняя)? Вы знаете, сколько помещений на «улье»? Нет, не так.

Вы знаете, СКОЛЬКО помещений на «улье»?

Это сраный, мать его за ногу раз так, лабиринт! Минотавр и создатели Критского лабиринта поубивали бы друг друга от зависти, если б оказались тут сейчас. Ни одной ровной или прямой линии. Ни одного однотипного отсека. Не единого ходка, который был бы хоть как-то похож на другой даже на одной и той же палубе.

И их сотни! Сотни отсеков в десятках ходков, разбросанные по всей многокилометровой палубе «улья»! И это надо не просто бегло прошвырнуться и посмотреть, а местами учинить тотальное искоренение всего сущего! Вы хоть представляете, сколько это занимает времени и сил?!

Всю ночь! Всю, сука, млять, на хер, ночь мы только и делали, что шлялись по всей палубе и добивали тех, кто поимел дурость (или несчастье) встретиться нам на пути. Всю ночь мы нарезали кренделя по палубе, потому что нет на ней, адский блюхер-нахер, прямых коридоров! Как ни пойди – а рано или поздно всё равно вернёшься по кругу!

Ох, едрить твои пистоны пружины эжектора внутри индуктивной обмотки электровафельницы… Та щоб я, та ещё раз, та пешим драпом по этапу, та подписался на зачистку «улья»… Та гори оно синем пламенем, щоб его подкинуло и разорвало поперёк себя шире!

Стоит ли говорить, что по возвращению в условно родную часть, коей был выбран центральный пост живучести, я невозбранно отключился без задних ног? Сколь долго ни помогал бы мне симбионт Ток`Ра, но даже так силы отнюдь не бесконечны. А если вспомнить, что кел`но`рином я промышлял ещё в Ёкаимуре, то дела становятся совсем швах.

Попадание моей бренной тушки в помещение боевого мостика – последнее более или менее трезвое воспоминание за те сутки. Дальнейшая череда стоп-кадров в памяти перемешалась до консистенции однородной массы трансмиссионной смазки, отчего стало решительно невозможно понять, где мухи, где котлеты, а где… прочие субстанции, дипломатично не указанные в составе этого дерьма.

Проснулся я, традиционно для себя, в пограничном состоянии нестояния. И приблизительно минуту пытался вспомнить, где, вообще, нахожусь, и, что, собственно говоря, происходит.

Замес на базе СпецСтроя «Региона-13» помню.

Дерзкий гоп-стоп с автоотжимом помню.

Инфильтрацию помню.

Зачистку помню.

Больше не помню.

Равно как и не сразу вспомнил, почему валяюсь на полу неопознанного отсека «улья», подмяв под себя рейдовый спальный мешок.

Равно как и не сразу вспомнил, почему валяюсь не один, а в обнимку с Сабриной, которая нежно, но навязчиво зарылась в мои объятия, и блаженно посапывает в две дырочки.

Равно как и не сразу вспомнил, почему одежда отсутствует, как физическая величина, на обоих, делящих сонный одр. Что моя форма ВКО, что её традиционное одеяние, обнаружились рядом с нами, сложенные абы как.

Ну, ладно. Хорошо. Сваленные. Сваленные абы как.

Сознание возвращалось медленно, но уверенно. А вместе с ним из руин памяти начали возникать образы минувшей ночи.

Отсек за отсеком, кластер за кластером, сегмент за сегментом, была зачищена вся палуба, отсечённая Лилит от всего остального объёма «улья». Гранаты кончились буквально в первые полчаса: работая по учебнику, сначала открывали двери помещения, закатывали туда «грену», а после смачного хлопка (оборонительная Ф1 в замкнутом пространстве творит фантасмагорическую мясорубку) заходили «крестом»* и добивали выживших.

*Крест – условное наименование схемы проникновения в помещение, когда заведомо неизвестно количество противника в нём и его размещение. Бойцы занимают исходные позиции справа и слева от дверного проёма, и в условленный момент времени проникают в объём помещения, чередуясь друг с другом. Те, кто находился справа от двери, после вторжения занимают левый объём, а те, кто слева – правый. Один из самых тяжёлых в исполнении приёмов, требующий чрезвычайно высокой слаженности боевой группы.

Когда кончились гранаты, её роль начал брать на себя я. По отработанной ещё в «Светлом» схеме, первым заходил в отсек, отправлял обнаруженным супостатам пламенный привет при помощи наруча гоа`улдов и после первых двух-трёх залпов поднимал щит вне зависимости от количества противников. Рейфы, пусть и додики фестивальные, но не имбецилы. Стоять по стойке «смирно», когда их рвут на мелкие ошмётки, не согласные. Максимум троих: именно столько я успевал поделить на ноль, если в помещении обнаруживалось сборище. Дальше под покровом щита «Цикады» учиняли Варфоломеевскую ночь, Волынскую резню, Верден и Сталинград в одном флаконе, а мы с Нергалом присутствовали, в основном, для мебели.

После зачистки, искоренив всё живое в последнем доступном нам отсеке, двинули в обратную путь-дорогу до кормовой части «улья», где остались наши. По пути заскочили в ангар и пополнили боекомплект из запасов, что предусмотрительно погрузили в трофейный литак рейфов.

По возвращению исполнил командирский долг и раскидал бойцов по дозорам. К тому времени уже очухались оглушённые в бою за ангар «Рентген» и «Штепсель», а ангажировавшая мою «медицину» гоа`улдов «Гюрза», покорпев над парнями, авторитетно заявила, что к обеду будут, как огурчики.

Помню, как оставив все дела на замкомвзвода, взял Сабрину и убыл с ней в изолированный отсек для исполнения кел`но`рина. Наруч, сволочь такая, выжирает силы пользователя, как грёбаный троглодит. Того и гляди, помрёшь от истощения. Нергал во мне на самочувствие не жаловался, но за проведённое за сожительством время я успел научиться распознавать, когда симбионту нехорошо. Хотя бы, потому, что если нехорошо ему, то и мне становится не сладко.

В полной тишине и полумраке, избавившись от боевого облачения и амуниции, мы предались ритуалу, а потом… вот «потом» стоит описывать куда аккуратнее, тщательно подбирая слова. Потому что «потом» всё скатилось в неистовый акт бури и безумия, когда Сабрина дорвалась до желаемого. Изголодавшаяся носительница Иштар отключилась только под утро и теперь, видимо, нескоро очнётся.

А мне, коль раз уж проснулся, пришла пора вставать. Безусловно, предаваться праздному разложению в компании с очаровашкой, поглаживая её нагие формы и созерцая неземную красоту, чрезвычайно приятно. Но не стоит забывать, что я, вообще-то, состою на командной должности, и в моём подчинении полнокровный взвод бойцов, за который мне предстоит держать ответ перед руководством. Мало ли, что может произойти, пока я тут отдыхаю и зажигаю? Дежурных, конечно, определил, но на душе скребутся кошки.

Когда я покидал сонный одр, моя рука напоследок погладила спящую девушку, пройдясь от груди до бедра. Что самое примечательное, управлял конечностью в тот миг Нергал: именно от него исходило чувство неописуемого сожаления, когда мы оставляли Сабрину досыпать.

Память сожителя в части отношений с Иштар была закрыта для меня: взломать такой мощный ментальный блок не выходило, сколько б ни старался. Но уже одного того, как тяжело симбионт реагирует на соседство с Сабриной, наводило на некоторые мысли. И не все они были чрезмерно цветасты и радужны.

Встать, одеться, обуться, проверить оружие. Боекомплект на месте, «ствол» в адекватном состоянии. Почистить бы его, конечно… Всё равно до Земли за ночь не долетели б. Будет, чем время в пути убить.

На выходе из отсека меня встретила «Гюрза». Вроде как, на роли дежурного, патрулировавшего вверенную зону, но, почему-то, в некотором рассосе.

Рядом с гермодверью в наш отсек Кирсанова разместила транспортный мешок, что отжала в местной «каптёрке»: большой кожаный баул сыграл ей роль эдакого кресла без спинки. Алина приставила его вплотную к переборке и откинулась на неё спиной, отдыхая.

Берцы наёмница сняла: обувь стояла рядом. Избавилась девушка и от кителя, насквозь сырого после всей этой кутерьмы. Оставшись в шортах и топе, соратница, обхватив автомат, восседала на импровизированном посту и улыбалась мне в глаза.

– С добрым утром, командир! – «Гюрза» приветливо махнула рукой. – Как отдыхалось?

И, не скрывая тёплых ноток, подмигнула.

Уж не знаю, как долго наёмница ошивалась подле дверей, но последние качественной шумоизоляцией похвастаться не могут. Плотный гермоствор, хорошо держащий разницу атмосферного давления, тем не менее изумительно пропускает звуки, в особенности низкие и высокие частоты. Если эта террористка тусовалась тут с тех пор, как мы уединились с Сабриной и Иштар, то вопрос, по большей части, риторический.

– Изумительно, – я махнул рукой в ответ. – Хорошо, но мало.

– Тебе добавки дать? – Алина кокетливо состроила глазки. – Только скажи.

Что-то девчонка начинает путать сдвиг по фазе с фазовым переходом. Конечно, в своём праве, но не стоит забывать, что она, вообще-то, на посту. Ещё можно закрыть глаза на безобразие с формой одежды (на борту органического корабля реально жарко: всё вокруг живое и излучает в инфракрасном спектре), но заигрывания – уже перебор.

– Сначала с вахты снимись, – порекомендовал я. – Стоять на тумбочке дневального по стойке «Смирно» не заставляю, но не надо скатываться в армию анархии.

Кирсанова фиглярски козырнула к виску.

– Слушаюсь, владыка! – причём, на наречии Ток`Ра.

Ах, ты ж, каналья! Ещё и ты стебаться вздумала?! Ну, погоди у меня, шельма… Земля квадратная, в уголке встретимся. Я тебя научу, как Родину любить!

Алина поднялась со своего «кресла», тихо скользнула босиком по органическому полу и беззвучно подошла ко мне. Прильнула грудью и горячо прошептала на ухо:

– Дежурство скоро заканчивается, и я вся твоя…

По тому, с каким обжигающей интонацией это было произнесено, стало понятно, что отвертеться не выйдет, если только не прибегнуть к силе. «Гюрза» и впрямь пойдёт до конца, коль раз уж наметила себе рубежи.

Девушка отстранилась и выключила игривую кошечку, вернув себя в рамки окружения.

– Без происшествий, командир, – серьёзным тоном доложила наёмница. – Личный состав в наличии, дежурных скоро сменят. Корабль не в лучшем виде, но об этом твоя ненаглядная лучше разъяснит. Я в технологических опухолях сосателей не Копенгаген.

Уже хорошо, что не всё хорошо. Когда всё идёт без сучка и задоринки – вернейший признак затаившегося писца. И в какой момент времени дерьмо полетит в вентилятор – решительно не понятно. Наличие незначительных огрехов даже приветствуется: они не дают совсем скатиться в лежбище морских котиков и поддерживают подразделение в минимальном тонусе.

– Проникновения с изолированных палуб были? – спросил я.

Алина пожала голыми плечами.

– Обнаружено не было. Я склонна считать, что декомпрессия стерилизовала весь «улей» без остатка.

«Склонна считать» и «небезосновательно утверждаю» – большая разница. Наличными силами контролировать многокилометровую палубу «улья» невозможно. С гарантией можно констатировать только то, что творится в радиусе действия детектора Древних.

– Я тебя понял, – РПК занял своё место на плече, повиснув на ремне. – Сабрина вымоталась: не буди её, если не будет тревоги, пока сама не проснётся. И тем, кто придёт тебя сменить, тоже передай.

«Гюрза» кивнула.

– Когда раскидаешь свои командирские задачи, перетри с «Тенью». Мне эта кикимора категорически не нравится, но она о чём-то очень сильно хотела с тобой переговорить. Между прочим, тет-а-тет.

А вот это уже заявочка, между прочим. В самом факте обращения ко мне военнопленной нет абсолютно ничего предосудительного: может, нуждается в чём-то или хочет попросить. Та же медпомощь, например. «Тень», конечно, тварь и сука конченая, но живой человек. Даже осуждённые у нас наделены некоторыми правами, хоть и существенно ущемлены в свободах. Но то, что она желает переговоров с глазу на глаз, заставляет несколько напрячься. Тут одно из двух: или она желает мне презентовать что-то, что не хочет предавать огласке, или грядёт какой-то шухер.

Я узнавал.

– Добро. Сама тоже не затягивай с отдыхом: как сменишься – ложись спать. Прошедшие сутки вышли чрезмерно напряжёнными даже с поправкой на отпуск.
Сообщение отредактировал Комкор - Среда, 31 Августа 2022, 13:56


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
badis-dubio Дата: Понедельник, 25 Июля 2022, 03:47 | Сообщение # 753
Гражданское лицо
Группа: Пользователи
Сообщений: 4
Репутация: 0
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Блин, портить врата, тупо сливая весь гарнизон базы - как-то не комильфо. Если уж как-то заметили (а в случайность тут не верится) приближающихся рейфов, самым логичным было бы эвакуировать базу, а чтобы с ее врат не могли заблокировать земные, прислать в "подарок" "Вратобой" - в конце концов, американцы не облезут поделиться несколькими, если на Атлантис хоть один МНТ подогнать-таки, как было задумано. Конечно, чтобы похоронить врата под обломками базы хватит и сотни-другой тротила или еще какой взрывчатки, но рейфы упорные, раскопают. А тут это... "один "бух" - и ты потух". Можно было бы даже подгадать, чтобы хоть немного зацепило рейфов:вряд ли у них (не)хватило бы мозгов сажать крейсера или тем более ульи для того, чтобы врата забрать или взять базу под контроль, но мало ли (а зона поражения радиусом 250 миль это зона поражения радиусом 250 миль как-никак).
Награды: 0  
Desreny Дата: Понедельник, 25 Июля 2022, 17:06 | Сообщение # 754
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 428
Репутация: 4
Замечания: 0%
Статус: где-то там
А что за критика автор видит картину своими глазами
Награды: 0  
badis-dubio Дата: Вторник, 26 Июля 2022, 03:34 | Сообщение # 755
Гражданское лицо
Группа: Пользователи
Сообщений: 4
Репутация: 0
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=Desreny;452256]А что за критика[/quote]
Вообще-то критика помогает автору развиваться. А еще показывает моменты, которые разумно было бы впоследствии раскрыть-пояснить.
Сообщение отредактировал badis-dubio - Вторник, 26 Июля 2022, 03:34
Награды: 0  
Комкор Дата: Воскресенье, 23 Октября 2022, 20:59 | Сообщение # 756
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 519
Репутация: 400
Замечания: 0%
Статус: где-то там
18 августа 2011 года
09:30 МСК

На мостике было тихо. Да и что могло шуметь на органическом корабле-«улье»? Рейфы почти не используют механических приводов, способных издавать посторонние шумы. Биологические технологии функционируют практически беззвучно.

«Не буквоедствуй», – буркнуло моё Альтер-Эго. – «Тихо ему… Не нравится – включи тревогу!».

Нергал поддал надоедливому соседу мощным апперкотом и отправил того подальше в руины сознания.

Но в помещении центрального поста и впрямь было спокойно. Ни шума, ни гомона, ни гама. «Штепсель» с «Рентгеном» уже оклемались после оглушения: их не видно на том месте, где я последний раз помню их лежащими. Да и народу существенно поубавилось. За дверями мостика только «Штырь» с «Астория» дежурят, да Лилит с «Андромедой» за командными терминалами. Остальные отдыхают или патрулируют палубу.

При моём приближении «дежурные» подобрались, «Штырь» даже махнул рукой к виску, чтоб отдать воинское приветствие. С некоторой заторможенностью смекнул, что мы оба без головных уборов, потому жест окончился неопределённым финтом раскрытой ладонью. Типа, «Салют» и все дела.

– Отоспался? – спросил боец. – Знатно мы ночью дали жару. Давненько так не нагибали.

– И ещё столько же б не нагибать, – «Астория», откинувшись спиной на переборку, скрестила на груди руки. – Вы ж в атаке охренели. Все, кто с зачистки вернулся – мордой в пол полегли и дали храпака. Спали, как мёртвые. Из пушки не разбудишь!

– Сон полезен для здоровья, – назидательно изрёк «Штырь», и наставительно воздел указующий перст. – Не будешь спать – скоро скопытишься.

– Уснёшь тут, – буркнула молодая наёмница. – Когда что ни миг – то шухер. Спасибо, что хоть без потерь вернулись.

«Перегорает девчушка», – подумалось мне. – «Слишком нервная встряска. А у неё и без того психика неокрепшая. Жёстко её, конечно, потрепало…».

За «Асторией» никогда не замечалось большой тяги к излияниям слов. Девушка проявила себя не сказать, что «скромной», но тихой и практически незаметной. Сейчас же её не то, что «прорвало», но по тону и лексикону можно заключить о наличии некоторых признаков надвигающегося нервного срыва. Изменение поведения можно списать и на возраст, но, чуют мои лейтенантские седины, что дело далеко не в нём.

«Тонкое наблюдение», – мрачно констатировал Нергал. – «Твоя соратница демонстрирует склонность к истерике».

Невольно перед моим взором возник образ из памяти, когда «Астория», стоя на контрольной поверке, повисла у меня на руке и по-детски рыдала, уткнувшись в плечо. В ту ночь мы потеряли в бою «Лешего».

– Спасибо, – отозвался я. – Отдохнул. Да и кел`но`рин помог: Нергал помогает с рациональным расходованием сил.

– Слушай, командир, – «Астория» вдруг встрепенулась. – Всегда хотела спросить… а этот… кел`но`рин… На что он похож? А то про него иногда слышу, но толком ничего не знаю.

Нергал вежливо попросился к управлению телом.

– У этого термина нет достаточно точного перевода, молодая Тау`ри, – гортанно изрёк симбионт Ток`Ра. – Со стороны ритуал схож с медитацией, но это не совсем точное определение. Для нашего вида кел`но`рин – как для вашего сон. Увы, одно с другим не сочетается, поэтому для восстановления сил наши носители расходуют дополнительное время.

«Астория» исполнила некий жест рукой, который, очевидно, должен был визуализировать её неподобранные определения.

– Типа… как… не знаю. Транс? Изменённое состояние сознания? Астральный выход из тела?

«Бурная, однако, у девчонки фантазия», – хмыкнул я про себя.

Нергал же лишь улыбнулся моими губами.

– Трудно пояснить явление носителю иного языка, когда не ведаешь тождественных по значению слов. Если твой интерес неподделен, я могу показать тебе ритуал и научить ему. Едва ли он принесёт тебе практическую пользу, но сможет удовлетворить… твой академический интерес.

Наёмница кивнула в знак согласия.

– Хорошо. Я зайду как-нибудь. Когда снимусь с дежурства, например.

«Штырь» ткнул себе пальцем за спину в сторону помещения центрального поста.

– Пока вы двое не пропали для общества в своих ритуалах, заскочи к «Лилит». Она, вроде бы, что-то обнаружила в системах корабля.

– И совсем даже не «вроде бы»! – раздался громкий оклик любимой из приоткрытых дверей. – И совсем не «что-то»!

Нергал кивнул дежурным у дверей и зашёл в центральный пост.

«Андромеда» краем глаза окинула мою тушку беглым взором.

– Ты довольно долго отсутствовал. Все остальные давно на ногах. Тебя там гранатой не контузило, не?

– Елико возможно благодарю за теплосердечную заботу, – отозвался Ток`Ра. – Но не дождёшься. Сон и кел`но`рин невозможно исполнять единовременно. Отсюда и время, требующееся на отдых, увеличивается. Носитель не имеет травм или повреждений.

«Только если психики и головного мозга…», – буркнуло Альтер-Эго, тут же опрокинутое жёстким пендалем от Нергала.

Лилит сразу начала грузить, не терзая себя излишними приветственными речами:

– Я прогнала диагностику всего корабля, пока вы отдыхали, – проинформировала Древняя. – Этот борт не в лучшем состоянии. Долетим, но могут быть проблемы.

– Двигатели? – уточнил Нергал.

– Не только. С момента предыдущего выхода из гиперпространства прошло сравнительно мало времени, а в гипертоннеле «улей» провёл непозволительно долго. Корпус серьёзно пострадал от радиации, и есть поражения в некоторых внутренних отсеках. Движкам тоже досталось. Запас живучести ещё есть, но я бы рекомендовала выйти из гиперпространства.

Час от часу не легче.

– Можно выйти в космос и лечь в дрейф, – предложила «Андромеда». – Дадим «радио» в базу, попросим нас снять. По времени одно и то же получится: что дожидаться помощи, что самим добираться до дома. Но нам и впрямь надо остановиться.

У «ульев» крайне занимательная структура прочного корпуса. Снаружи корабль покрыт неким подобием рога: ещё не экзоскелет или панцирь, но уже крепкая на повреждения шкура, поразить которую ой как непросто. Это относится как к искусственным воздействиям, наподобие прицельного огня или бомбометания, так и к естественным (термические ожоги, радиационное поражение, пробоины и так далее).

Радиация гиперпространства – достаточно жёсткая штука. В космосе почти нет живых микроорганизмов, тем или иным образом приспособившихся для существования в подобной среде. Эта тварь стерилизует всё, докуда доберётся. Тяжёлые частицы прошибают практически любую преграду, и не очень-то интересуются её физическими свойствами к сопротивлению.

Если прочный корпус «улья» повреждён настолько, что есть угроза поражения внутренних отсеков – дело пахнет лигроином. Повреждения «биологии» корабля – это опухоли и метастазы, радиационные ожоги, и прочие «прелести» облучения. Не говоря уже о том, что, подчиняясь законам биологии, поражается не только внешняя ткань организма, но и его жидкости. Поражённая радиацией живая клетка органики в каком-то роде сама становится источником, отсюда и крайне тяжёлые формы течения поражений.

Теперь вспоминаем, что мы летим, по сути, на одной огромной опухоли. И если в случае с обычным кораблём мы бы отделались процедурой дезактивации или заменой элементов обшивки, то с «ульем» такой фортель не прокатит. Если органы (и, что самое поганое, главный мозг) корабля будут повреждён безвозвратно, есть не иллюзорный риск потерять корабль. Мы лишимся управления и разобьёмся.

– Выходим в обычный космос, – решил я. – Погони за нами нет, так что переждём немного. Сколько потребуется времени на регенерацию?

– Несколько суток, – процедила Лилит.

Мощно. Я бы даже сказал, категорически захватывающе. Несколько дней болтаться в космосе без щитов, подставляя борта под аэролиты. Эдак и под метеоритный дождь попасть недолго.

– Настолько серьёзные повреждения?

– Настолько старый корабль. Этому «улью» десять тысяч лет в обед стукнет. У него всё не слава Богу. Реакция на команды, скорость восстановления, мощность двигателей, точность наведения орудий… ему бы, по-хорошему, «отоспаться» лет сто или двести. Тогда с него ещё будет толк. Но сейчас это древнее корыто едва ли способно вывезти хотя бы встречный бой с одноклассником.

Остаётся только смириться. Стоит ли беспокоиться о том, что нельзя изменить?

– Выходите в космос, – выдохнул я и развернулся к выходу из центрального поста. – Как только осмотримся на месте, дадим «радио» в базу. А то Дегтярёв из-за Кошкиной себе места не найдёт.

– Кошкина давала повод для беспокойства? – полюбопытствовала «Андромеда».

На минуту задержался в проёме дверей и обернулся.

– Если бы твоя родня ввязалась в самую безвыходную самоубийственную авантюру всех времён и народов, уверен, ты едва ли сама была бы эталоном невозмутимости. Свяжитесь с репликаторами на крейсере: предупредите, что собираемся тормозить. Коль раз уж идём группой, то и отдыхать будем вместе. Заодно прикроют, если что.

18 августа 2011 года
10:05 МСК

«Тень» определили в местный аналог «обезьянника». Давать ей свободу перемещения по кораблю не стали. В конце концов, статус арестантки с неё никто не снимал. Спасательный отряд не добил её после обнаружения, но и индульгенции на неё не поступало. Правда, зверствовать не стали, и в полноценную «клетку» не посадили. Просто препроводили в один из отсеков, не занятый нами, оставили на руки некий запас питья и еды, да заперли от греха подальше. Не скажу, что решение неправильное.

Но вот чем пренебрегли напрасно – так это охранением у двери. Если уж решили заняться содержанием военнопленных, то, как минимум, необходимо обеспечить постоянное посменное дежурство для наблюдения и всевозможного пресечения. «Улей» – не колония особого режима. Выбраться из его отсеков можно с минимальным набором подручных средств. В теории, даже с вилкой.

Я не стал утруждать себя пустой игрой в тактичность и вежливость. Стучать в органическую дверь, спрашивая разрешения войти, бессмысленно: удары по ней не слышны от слова «нисколько». Да и не в том положении мой визави, чтобы я интересовался, что мне можно, а что нельзя. Молча ввёл команду в сенсорную панель сбоку от проёма. Створки воздухоплотной двери, скрипя суставами и шелестя роговым покрытием, отъехали в стороны.

Зайдя в отсек, от греха подальше закрыл за собой дверь.

Помещение, внештатно оборудованное под КПЗ, было обставлено космически минималистично. Не очень ровный геометрически, но довольно кондовый стол. Иже с ним, некое подобие кресла. Как и всё на борту, накрепко принайтованы к полу (возможно, даже органически прижито). Привычных нам традиционных кроватей рейфы не приветствовали: не нуждаясь в сне и отдыхе по невообразимо долгим периодам, для спячки они, как правило, помещались в камеры стазиса. Потому место для сна «Тень» оборудовала себе в уголке, расстелив чей-то спальный мешок.

Заключённая обнаружилась рядом с ним, стоящая, скрестив на груди руки, и молча созерцающая свой сонный одр. Какие мысли роились в её разуме – сказать трудно, но выглядела она чрезвычайно задумчивой. Даже на мой визит обернулась не сразу, будто додумывала что-то.

«Тень» повернулась ко мне в пол-оборота.

– Надо же…, – вымученно улыбнулась она. – Не ожидала, что ты придёшь… думала, забьёшь болт.

Собеседница, видимо, недавно проснулась: на это указывали не очень живой взгляд и не самая уложенная причёска. Да и форма одежды едва ли была полной: ботинки остались стоять возле лежака, а на теле девушки красовались лишь тропические шорты и рубашка, застёгнутая весьма небрежно.

– Был велик соблазн, – отшил я. – Но не каждый день задержанные просят меня о встрече тет-а-тет. Можешь считать, что удовлетворяю праздный интерес.

«Тень» горько хмыкнула.

– Праздный интерес у командира группы? У тебя остаётся время на такие бесполезности? Или у вас всё на мази в подразделении, или ты занимаешь должность спустя рукава. Но на халтурщика не похож.

Тут она права на все сто, двести и триста процентов. Должность командира подразделения от отделения и выше предполагает крайне высокую загруженность состоявшего. Порой времени не хватает даже на документооборот подразделения и его управление, не говоря уже о факультативной нагрузке. Если командир может позволить себе отвлекаться на что-то, кроме его людей, значит, у него появилось неучтённое лишнее время. Образоваться оно может только из-за отсутствия нагрузки как таковой или из-за пренебрежения этой самой нагрузкой в принципе. Дела группы я старался не сливать, занимаясь всем, чем должен. Был пущен по одному месту полный документооборот на ежедневной основе, но лишь потому, что с меня его никто и не требовал. Заполнялись рапорта, расходы-обоснования, больничные листы и маршрутные карты, да и то, по ситуации. Даже бумажную книгу вечерней поверки я в подобные рейды с собой не брал. Зачем? А, главное, на хрена? Ни одна разведгруппа их с собой на территорию противника не берёт. Дурость.

– Зато ты представляешь собой нездоровый интерес, – вернул монету я. – Так что, если есть, что сообщить – глаголь. Я весь внимание и жажду удовлетворения своего любопытства.

Задержанная кокетливо качнула бедром и стрельнула глазками.

– Про нездоровый интерес – это такой подкат? – подмигнула она.

– Ближе к телу, – потребовал я.

Девушка выдохнула.

– Почти два месяца прошло с тех пор, – проронила она. – А картина перед глазами до сих свежа, как вчерашняя. Признаться, много дерьма успела повидать, и пережила многое… но тебя, парень, я забуду нескоро. Таких кошмаров у меня давно не было.

Это она про диверсию на борту «Александра Невского»? Ну, да, ну, да. Сцепились мы тогда не на жизнь, а на смерть. Думал, убью паскуду. Но нет, выжила. И даже здоровёхонька. Подлечили её наши эскулапы. А стоило?

– И всё же, ночи не прошло, чтобы я не вспоминала… пыталась вспомнить хоть что-то, но… Единственное, что отложилось в памяти – твой рык и звериный взгляд. Поверь мне, парень. Я не раз дралась в ближнем контакте. Но такой противник, как ты, мне попался впервые. Так мстить за своих людей… почему ты не убил меня тогда? В твоём взгляде кроме жажды смерти ничего не было.

Очень тонкий момент. Отвечать на него правдой – означает начать раскрывать свою колоду карт. «Тень» знакома с контрразведкой и методами дознания. Умеет складывать картину из пазлов. Собрать информацию о человеке на основе его ответов – как не хрен на хрен. Я не такой дурак, чтобы раскрываться тому, кто даже не числится в составе моего подразделения. В особенности, если учесть прошлые «заслуги» конкретно этого персонажа.

– Таков был план, – ляпнул первое, что пришло на ум.

«В любой не понятной ситуации говори «таков был план». Мало ли, какой дебильный у тебя план?».

Я отчётливо помню, как сумел заставить себя остепениться, склонившись над поверженным врагом. «Тень», зажимая кровоточащую руку, валялась на полу, плача от боли. Вспоминая, с какой силой и в какие места бил, можно констатировать: то, что она не окочурилась тогда – чудо, и никак иначе.

Мотивы, по которым я решил сохранить «языка» для дальнейшего допроса, ей лучше не доводить. Путь думает, что хочет: вряд ли она сможет точно и досконально восстановить ход моих мыслей. Тем более, что прошло больше двух месяцев, а у неё гарантированное сотрясение мозга. Меня это устраивает.

«Тень» задумчиво пожевала язык.

– «Таков план», говоришь? Странное у тебя мышление. Дальновидное, но непостижимое.

Девушка прошлась по отсеку. Она старалась подбирать слова и зашла исподволь. Значит, сейчас что-то будет. И, кажется, я даже догадываюсь, что именно.

– Ты чуть не убил меня тогда, – произнесла она. – Даже военврач сказал, что ещё один удар в голову – и я труп. Ты себе не представляешь, как они плясали вокруг моего тела, чтобы я не осталась инвалидом. Проще было меня пристрелить.

Это она сейчас типа на жалость давит? Ну-ну.

– Я все два месяца засыпала, видя перед собой твой звериный оскал. Картина пострашней ухмылки рейфа, если честно. Уже и к «психам» обращалась, но тут даже медикаменты были бессильны. Но… веришь ты, или нет, только это и помогло мне… выжить.

Душещипательные истории – не совсем то, что я люблю. Рвотных позывов не испытываю, но и от катарсиса не упиваюсь. Если сейчас это туловище не перейдёт сразу к делу, я форсирую события. И не факт, что ей это понравится.

– Когда рейфы напали на базу… весь полк встал под ружьё. Бойня случилась похлеще Брестской. Полегли рейфы, полёг почти весь СпецСтрой. Но знаешь, что? До меня никому не было дела. Даже те, кто были приставлены надзирателями ко мне. Да, они дрались, как берсерки. Рейфов выносили просто пачками. Но на меня всем было плевать. Одна, без оружия, на целой базе, полной врага… ещё бы. Ведь я к ним приписана не как соратник. Как выразилась твоя подруга, «подстилка»…

Искусственное затягивание речи начинало меня вымораживать.

– С предысторией достаточно, – произнёс я. – Если можно, хотелось бы уже предметней.

– Я вспомнила тебя, парень, – «Тень» повернулась ко мне. – Твой взгляд, полный жажды убивать. То, как ты дрался за своих людей. То, как ты мстил за них. Это помогло мне дождаться вашей помощи. Я по роду деятельности – агент-одиночка. Не ходила в штыковые атаки, не штурмовала города в составе целых армий, не сидела в окопах неделями. Я ни разу не видела, как кто-то с таким остервенением может впрягаться за своих подчинённых.

Собеседница не очень уверенно приблизилась ко мне.

– Я понимаю, что ещё нескоро заслужу прощения… и, вероятно, после войны до меня ещё доберутся из Особого Отдела… но, мне кажется, что только так у меня получится дожить, если… я… примкну к вам.

Надо же, какой неожиданный поворот событий! Изумительно, какой невообразимый ход! Невероятно, как сногсшибательно повернулась история!

Нет.

Я помню, как «мазалась» к нам «Гюрза». Помню, как впрягся за «Рысь». Помню, как с Кристияном занимали «Изумрудное», укрывая его подопечных до момента эвакуации. Но чтоб вот так вот… Охренительное, блин, утро.

– Я понимаю, что ваши люди вряд ли встретят меня с распростёртыми объятиями… и, что ещё быстрее, прикончат меня тихой ночью. Но мне и так хана. Бойня в базе показала, что об арестантах не сильно пекутся. Сдохнут – и сдохнут. Нет человека – нет проблемы. С вами же мои шансы… несколько… выше.

Я по жизни вообще спокойный малый. Да и нагрузка, кратно превосходящая расчётную для моей возрастной категории, уже практически сделала из меня флегматика. Я крайне скупо реагирую на неуместные раздражители. Но вот сейчас мне захотелось не просто прикончить эту тварь. Я остро захотел отправить её в межмировое пространство, да так, чтобы в следующей жизни она помнила, как тепло её препроводили.

Подошёл к собеседнице вплотную и не сдерживаясь ткнул её пальцем в грудь. Попал аккурат меж рёбер: девушка поморщилась, но не дёрнулась.

– Как думаешь, что испытывает человек, когда его грудную клетку навылет прошивает пуля? Задевая кость, пронзая лёгкое… Ты знаешь, что чувствует человек, бледнея вдох за вдохом, нервно хватая ртом воздух, истекая пузырящейся кровью? А как на автомате отсчитывает доли секунды тот, кто накладывает раненому воздухоплотную повязку, стараясь успеть до коллапса из-за пневмоторакса?

«Тень» потупила взор, а я начал закипать.

Рука молниеносно сомкнулась на горле задержанной, зажав дыхательные пути. Не перекрыл полностью, но дышать ей однозначно стало труднее.

– А как ты думаешь, что испытывает человек, задыхающийся в задымлённом после взрыва отсеке корабля? Это не просто недостаток кислорода или переизбыток углекислоты. Это почти полное отсутствие кислорода, и ядовитый электролит из конденсаторов. Это гарь от проводки, оседающая в гортани и лёгких, и прожигающая их стенки нестерпимой острой болью.

«Тень» инстинктивно схватила меня за душившую её руку, но и только. Ни вырваться, ни сопротивляться не пыталась. Зато я чувствовал, как она пытается сглотнуть: держа её за горло, ощущал даже пульс на сонной артерии девушки, стремительно учащающийся.

Но вот морда лица собеседницы очень скоро начала синеть. Видать, перестарался с «дыхалкой»: воздуха стало откровенно не хватать.

Я отпустил её и дал продышаться. На коже девушки отчётливо отпечатались красным следы от моего захвата. Видать, и впрямь не рассчитал силы. Или это Нергал постарался?

«Я не у дел», – сообщил симбионт. – «За твои действия ответственен ты сам».

– «Гайка» правильно предложила, – процедил я. – «Око за око, зуб за зуб». По-хорошему, ты должна заплатить по счетам. И только тогда, возможно, мы подумаем о твоём искуплении.

– Пустите по кругу и скормите рейфам? – безучастно спросила она.

– Можешь откусить себе язык, – усмехнулся я. – Говорят, от кровопотери умираешь довольно быстро. Может, до рейфов и не доживёшь.

Единственная причина, по которой «Тень» до сих пор жива – её статус выжившей при прочёске базы. Спасательный отряд не посылают, чтобы он добивал уцелевших. Если мы её нашли живой – то живой и должны привезти на Землю.

Дальнейшее иначе, кроме как на сотрясение мозга «Тени», списать не получается. Потому что, не дождавшись опровержения по первому пункту, девушка расстегнула рубашку и сбросила её на пол, представ передо мной с голым торсом.

Даже при сравнительно скудном освещении на борту «улья», не идущим ни в какое сравнение с привычным мне уровнем, в глаза бросился заживший, но всё ещё хорошо заметный шрам на плече. Тот самый, от моего удара ножом.

Да и в принципе фигура «Тени» довольно здоровая. Ни гематом на половину живота, ни сломанных рёбер, ни чего-то ещё. Я ожидал увидеть, хотя бы, шрамы от операционного вмешательства, но, кажется, обошлось без него.

Вслед за рубашкой отправились и шорты от тропической формы девушки. Альтер-Эго знатно охренело от наблюдаемого стриптиза, зато Нергал и интересом наблюдал за поведением заключённой.

Та, стараясь не смотреть на меня, с потупленным в пол взором, потянулась к моему ремню и начала расстёгивать силовую пряжку.

«Тень» набивала себе цену:

– Я хороший штурмовик. Знаю любое земное стрелковое оружие и баллистику почти всех земных боеприпасов. Поверхностно знакома с артиллерией и миномётами. Очень хорошо летаю на «стрелах». Качественно знакома с технологиями Древних, рейфов, гоа`улдов. Чуть хуже – остальных рас, с которыми пересекались. В бою пригожусь на любом театре действий. Хоть снайпер, хоть штурмовик переднего края, хоть… приманка. А в спокойной обстановке…

Рука девушки скользнула к ниже, второй обняла меня за шею и попыталась поцеловать.

Разочарованию Нергала не было предела.

«Ничего интересного», – обречённо выдал симбионт. – «Обыкновенная стратегия. Жалость, признание главенства, и попытка сыграть на физиологических слабостях. Бесспорно, самка молода и привлекательна для вашего вида. Но мне трудно уважать такое. Как воин, она пользовалась бы моим уважением, если сразу предложила служить».

Я целиком и полностью разделял позицию Ток`Ра. Не люблю, когда люди юлят вокруг да около. Если тебе от меня что-то надо – то спроси это прямо. Не факт, что дам желаемое или окажу просимую услугу, но, хотя бы, рассчитаю, смогу ли это сделать, и, если окажется для меня необременительно, то исполню. Ненавижу лебезящих и им подобных.

В оправдание «Тени» можно сказать, что та плохо себя контролировала. Даже по речи ощущалось, что слова давались ей с трудом: она однозначно находилась не в своей тарелке. Не знала моей реакции, не была уверена в ответе. Ожидала, что прямо сейчас опять получит в морду. Или пулю в затылок. Её поведение диктовалось сомнениями, опасениями, нерешительностью.

Но, как обычно, золотая середина где-то между ними. Да и психолог из меня, на самом-то деле, так себе. Поэтому от окончательного диагноза воздержимся.

А ещё от неё тянуло едва уловимыми нотками этиленов. Бухать, может, и не бухала, но, очевидно, «для храбрости» чего-нибудь тяпнула.

Я схватил «Тень» за волосы и жёстко запрокинул её голову.

Девушка шумно выдохнула.

– У меня для тебя две новости, милая, – горячо прошептал ей на ухо. – Во-первых, если ты думаешь, что можно купить моё расположение, просто отдавшись мне, то глубоко заблуждаешься. Ценность этого метода чрезвычайно переоценена. Конкретно в моём случае секс доступен мне в разумно неограниченном количестве, и его курс не котируется до равноценности с индульгенцией. Во-вторых, ты себе даже не представляешь, во что пытаешься ввязаться. И если я кажусь тебе ангелом-хранителем, то рекомендую пообщаться с людьми. Для начала, из личного состава подразделения. Потом с Дегтярёвым. Если сочтут необходимым, тебе пояснят, что за дичь ты несёшь.

– Ты не ангел, – прошептала «Тень», глядя в потолок (трудно смотреть куда-то ещё, когда тебе заломили назад шею). – Ты демон. Может, и не знаешь, что о вас в войсках легенды ходят. И, поверь, не хвалебные песни слагают. Но если служба в твоём подразделении – мой единственный шанс выжить, то я согласна на любую цену. Любая просьба имеет свою цену. Не бывает альтруистов. Все хотят чего-то взамен. Но сейчас мне нечего тебе предложить. Моя жизнь и моё тело – всё, чем я сейчас владею. А как ты ими распорядишься и овладеешь…

– Ты будешь пахать, как проклятая, – заверил я. – Ни минуты покоя, ни часа отдыха. Сказал «рядом» – и ты рядом. Сказал «фас» – и ты в атаку. И упаси тебя Господь Бог Саваоф провалить задачу или не выполнить приказ. Или предстаёшь пред мои ясны очи с докладом об успешном выполнении – или лучше тебе костьми полечь на поле боя.

– Любой приказ…, – одними губами проронила девушка. – Всё, что скажешь… только возьми меня… или убей сразу. Мне всё равно хана.

Вот каналья! Я ей тут ультиматумы ставлю, расписываю её далеко не безоблачное завтра, а она всё равно ручкой балуется! Даже в таком положении обниматься лезет!

Я отпустил собеседницу. Вот сколь бы я не любил фразу «наши взгляды пересеклись», но они, млять, реально пересеклись! Я смотрел в её глаза, она смотрела в мои.

– Я не решаю вопросы такого уровня. Всё, что могу сделать – доложить Дегтярёву. Если он даст делу ход – будешь ему проставляться. Не моей компетенции запрос.

– Я знаю…, – прошептала она и робко потянулась ко мне, стремясь прильнуть плотнее.

Нергал осторожно попросился к управлению телом. Мы уже достаточно сожительствуем с симбионтом, чтобы научиться друг друга чувствовал. Я понял: Ток`Ра задумал так любимую им театральщину.

Едва только симбионт перехватил управление, а наши глаза вспыхнули характерным проблеском, как «Тень» преобразилась. Только что чуть ли не всю себя отдающую девушка вздрогнула, замерла солевым столпом. Буквально в следующий миг её глаза широко раскрылись от непомерного изумления, а после в них появился не наигранный животный страх, сковавший тело ещё сильнее.

Кажется, у собеседницы слегка перебило дыхание.

– Это ещё не всё, молодая Тау`ри, – гортанно прорычал Нергал.

Если кому-то понадобится рисовать с натуры картину «Жена Лота обратилась в соляной столп, Содом, Ветхий Завет», то обращайтесь. Мы с Нергалом преуспели в сотворении этих самых натур. Состояние оной жены «Тень» исполнила с таким театральным артистизмом, что на секунду самому уверовалось в сиюминутную погибель Содома и Гоморры.

В лучших традициях шоковой терапии Ток`Ра не дал времени собеседнице оклематься.

– Ратная служба воинов всех рас трудна и опасна, – изрёк симбионт. – Ваши же враги преумножают все угрозы, тяготы и лишения, что предписаны каждому из вас. Нет ни малейших гарантий, что хоть кто-то доживёт до завтрашнего дня. Вся Тау`ри на острие копья, и с каждым днём оно вонзается всё глубже. Рассекая плоть, увеча судьбы, разрушая цивилизацию. Тебе уготована участь наблюдать кончину рода из первых рядов строя. Покажи мне, чего ты стоишь, молодая воительница. Докажи, что мой носитель может доверить тебе выполнение боевого приказания. Я вижу в тебе все задатки, дабы мог облечь тебя в чин первого прайма. И только в твоих силах убедить меня, ошибочны ли мои суждения.

За что мне нравится сожитель – так это за его умение задвигать базу. От такой бронебойной речи подавилось матом даже моё Альтер-Эго.

«Тень» – да в чин первого воина? А Нергал не мелочится. Чего же сразу её в системные владыки не выдвинуть? Наделить уделом, дать какую-нибудь посудину, да пяток джаффа в подчинение… для начала.

Что-то меня понесло.

18 августа 2011 года
12:00 МСК

– …примерно так всё и было, – закончил доклад я. – Корабль захвачен, потери минимальны, идём курсом на Землю, вынуждены сделать экстренную остановку для космического пит-стопа. Как только движки и корпус подлатаем – выдвинемся дальше. Расчётного времени прибытия дать не могу, корабли рейфов мы ещё не угоняли.

На всякий случай, передали на Землю короткий доклад о произошедшем. Благо, что дальняя космическая связь подарила нам возможность телекоммуникации, и не обязательно представать пред нашим воеводой, дабы глаголить в его адрес. Ныне оный воевода расплывался бесформенным маревом на голографическом экране передо мной и с донельзя бездумным военным взором созерцал моё говорящее хлебало на своём терминале связи.

– Я только одного понять не могу, – произнёс товарищ гвардии полковник Дегтярёв. – Вы или гениальные пираты, или полностью отбитые безумцы. Отжать два корабля у орбитального АУГа* и нагнуть раком полнокровный экипаж?! Млять, парниша, без обид: оставайтесь лучше там. Чую, вы нам на Земле такое учудите, что дешевле атомную бомбу взорвать и на пустыре всё заново отстроить.

*АУГ – авианосная ударная группировка, прим.

Сочту за комплимент.

– Припасов не хватит, – полушутя, отозвался я. – С воздухом проблем нет, но еды и воды хватит до Земли. Дольше оставаться не сможем. Буду признателен, если дадите район парковки для этих посудин. Сомневаюсь, что трофейный «улей» и крейсер будут лишними при обороне планеты.

– Боюсь, что лишние, – буркнул полковник. – Их не было в плане обороны.

Небольшой косячок.

Ну, в принципе, логично. Два взявшихся из ниоткуда корабля – хорошая огневая мощь. Но её надо чем-то запитать. Для её применения необходим экипаж, который надо где-то взять. А учитывая полное отсутствие времени, едва ли возможно за десять дней подготовить достаточно умелый призыв, который в состоянии сладить с неизвестной инопланетной техникой, управляемой системами на неизвестном инопланетном языке.

Только, если ещё репликаторов наплодить.

– Тогда паркуюсь, где найду, – согласился я. – Выйдем из гиперпространства заранее. Просьба не нашинковать нас: мы салюты не заказываем.

– Передадим ВКО, – кивнул Кэп. – Есть ещё, что сказать?

– Никак нет. Личный состав в наличии, жив и здоров. Материально-техническая часть условно исправна и практически в строю. Расход боекомплекта в пределах ожидаемого и едва ли понадобится в полёте.

Личный состав упомянут первым не спроста. Не надо быть семи пядей во лбу, чтоб понять: дядя переживает за свою племяшку. И такой устоявшейся армейской формулировкой ему дали понять, что тревоги напрасны.

Дегтярёв на экране молча кивнул каким-то своим мыслям.

– Добро. Будь готов принять входящую передачу: есть вероятность, что вы нам понадобитесь.

– Есть.

***

С припасами у нас, к слову, действительно туго. Учитывая наличие полнокровного взвода с одним приданным военнопленным и одним мной (а я ввиду ускоренного метаболизма из-за подселения симбионта могу жрать в три горла), наличных пайков надолго не хватит. Но это же не повод не есть? Нам на Земле быть не позже, чем через три дня. Ужо до этого-то времени с голоду не сдохнем.

Надеюсь.

Потому не нашёл ничего зазорного в том, чтобы подкрепиться. Компанию мне составила Лилит: её я встретил по дороге до ангара, где припарковали трофейный разведчик.

Почему по дороге до ангара? Потому что помещение, штатно использующееся на «улье» в качестве трапезной, нашему биологическому виду не подходит по умолчанию. Хотя бы, потому что наш биологический вид сам проходил по этому помещению в качестве трапезы.

Засим, приём пищи решили учинять в ангаре: места необъяснимо много, можно разложиться, расстелиться, а при отсутствии входящих задач и развалиться. В том числе морально и физически.

Да и зачем тягать тяжеленные баулы и канистры с водой туда-сюда, если в любой момент может понадобиться эвакуация с трофейного же «улья»? А так сел на велосипед – и делай ноги вензелями.

По дороге до ангара Лилит и примкнула, составив компанию: с ней мы пересеклись примерно на полпути. Как раз заметил краем глаза, как она материализовалась из ходка слева.

– Тоже подкрепиться решил? – подмигнула девушка и скользнула под руку.

Мои пальцы тут же обхватили ладошку напарницы. На её безымянном пальце вслепую нащупал то самое кольцо, которое преподнёс ей ещё на борту «Гипербореи». При мне его она ещё ни разу не снимала.

– Голод – не тётка, – отозвался я. – Да и пока в дрейфе лежим, хочу заняться документацией подразделения. Отчёт с расходом-обоснованием, доклад, рапорт, представления… На голодный желудок ещё можно работать физически, но вот думать умственно уже проблемно.

– А ты ещё и носитель симбионта, вдобавок, – Лилит задумалась. – Тебе бы рацион подкорректировать. Добавить в свой паёк что-нибудь энергетически ценное.

– Таблетку урана, например? – хмыкнул в ответ. – Говорят, в одном грамме около двадцати миллиардов калорий.

Древняя усмехнулась.

– Боюсь, ещё рано переводить тебя на энергию распада ядер. Но с учётом твоей нагрузки я бы и впрямь пересмотрела то, чем ты питаешься.

Внутри обозначил себя Нергал.

«Твоя избранница права», – произнёс Ток`Ра. «При текущем темпе утилизации полезных веществ в твоём организме дефицита в них не предвидится. Но стоит получить серьёзную травму, как на восстановление и регенерацию понадобится энергия. Её необходимо где-то брать».

Лилит скользнула по мне краем взгляда.

– У тебя глаза чуть светились, – сообщила она, косясь на меня. – Нергал что-то подкинул?

– Да. Согласился с тобой.

– Вот видишь, – Древняя ткнула меня второй рукой под рёбра. – Когда два инопланетянина говорят тебе одно и то же, это, как минимум, повод задуматься.

– Осталось Сабрину с Иштар приобщить к симпозиуму, – фыркнул я. – Чтобы четыре инопланетянина сказали это.

– Звучит как план.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Понедельник, 24 Октября 2022, 20:14 | Сообщение # 757
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 305
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=Комкор;452272]Когда два инопланетянина говорят тебе одно и то же, это, как минимум, повод задуматься.[/quote]
Истина во плоти))))))))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Понедельник, 21 Ноября 2022, 18:31 | Сообщение # 758
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 519
Репутация: 400
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=шаман;452273]Истина во плоти))))))))
[/quote]

- В чём истина, брат? Истина во плоти (с).

***

После обеда Лилит, не терпя возражений, взяла меня за руку и молча завела в грузовой отсек трофейного разведчика. Решительно заперла за нами грузовую аппарель и только тогда позволила себе начать вещать.

– Дела плохи, – сразу начала она. – У нас осталось всего две недели, а флот Земли не готов. Я постараюсь помочь всем, чем смогу, но мои силы на исходе. В одночасье сбить всю армаду не выйдет.

– Нам обещался помочь Демиург, – я откинулся на стенку десантного отсека. – При любом раскладе, нам не вывезти встречный бой. Ни при каких раскладах.

– Есть один способ, – Древняя дёрнула щекой. – Это аварийный вариант на самый поганый случай. Любой пилотируемый носитель, способный принять полезную нагрузку, снабжается генератором маскирующего поля и оснащается наквадах-фугасом. Проникает на борт вражеского корабля и производит подрыв. В этот временной повтор получилось завладеть и широко освоить технологию репликации: недостатка в пилотах не будет. Но это сработает только если будет действовать связь между центрами принятия решений и исполнительными подразделениями штабов. Рейфы не первую тысячу лет воюют, так что…

– …связь научились вывозить из строя первой.

– И это без учёта других тактик, типа блокирования звёздных врат на поверхности атакуемой планеты.

– Шансы?

– Никаких. Если Демиург нам не поможет, эта временная петля дополнит ту бесконечную кипу повторов.

– Первый раз в армии? – пожал плечами я. – Начнёшь сначала, найдёшь меня, объяснишь ему всё, и с чистого листа…

– Не пытайся казаться тупее, чем ты есть, – жёстко припечатала Лилит. – Этот раз разительно отличается от всех. На этот раз я беременна, если ты не заметил.

Велик был соблазн ответить какой-нибудь острой колкой репликой, но тут уже начал действовать здравый смысл. Если Древняя перешла к разговору тет-а-тет, значит, дело серьёзное. Да и тон любимой не позволяет предположить, будто та решила постебаться.

– Эта временная петля должна разорваться немедленно, – произнесла девушка. – Тут и сейчас. Сию же минуту. Даже, если уйду на очередной круг, в моём состоянии много не навоюю.

– Мы делаем всё от нас зависящее, – буднично доложил я. – У меня нет возможности повлиять на действия Демиурга. Но я лягу костьми, если потребуется, и сделаю всё, чтобы победить.

Древняя полоснула по мне ледяным взглядом.

– Опять помереть собрался, значит? – процедила она.

С резко, со всей девичьей дури, зарядила мне кулаком в плечо.

«Вообще-то, это было очень даже больно!», – возмутилось Альтер-Эго.

Лилит схватила меня за китель.

– А ребёнка я одна растить буду?! – зарычала она. – Запомни. Ты должен выжить. Любой ценой. Победить и выжить. Понял меня? Это и тебя касается, Нергал.

Ток`Ра занял управление телом.

– Избранница моего носителя чрезмерно озадачена, – констатировал симбионт. – Но требование противоречиво. Воин должен ежечасно быть готовым отдать свою жизнь и…

– Оставь свои нравоучения для молодых джаффа, Ток`Ра, – мне показалось, или в голосе Древней прозвучали нотки надменности и презрения?! – Мне они не нужны. Каждый раз, когда твой носитель погибал в последней битве, всё шло под откос. Всё, что мы старались и возводили, моментально летело в тартар. И если в этот раз он опять додумается пожертвовать собой и сдохнуть, клянусь своим происхождением, я верну его к жизни и убью собственноручно.

Мы с Нергалом помрачнели. Такой Лилит я не видел, пожалуй, до сих пор ни разу. По крайней мере, в наш с симбионтом адрес точно.

– Ход боя невозможно предугадать, – назидательно произнёс сожитель. – Шальной снаряд не спрашивает разрешения на поражение.

– Тогда сделайте так, чтобы все без исключения спрашивали у вас разрешения, – процедила девушка. – Бейте так, чтоб в ответку шмалять было некому. Командуйте так, чтоб у противника не осталось ни секунды на размышления. Это будет последний бой. Мы играем ва-банк. Любые козыри, любые схемы. Самые грязные и подлые трюки. Самые изощрённые тактики и решения. Но запомните оба: умрёте – убью. Без шансов на перерождение.

Я вернулся в своё тело и притянул Лилит к себе.

Как бы она ни казалась выглядеть грозной и строгой, но любимая – всё та же напарница, которую я знаю и люблю. Пусть она трижды инопланетянка, а я – ни на что не годный в стратегическом плане тактик-наёмник. Разве это что-то меняет? Я хочу, чтобы она была счастлива. Только и всего. Не хочу видеть её грустной или разбитой. Ей это не идёт. Боевая ярость – да, к лицу, и ещё как. Но такой… ей это не идёт.

Я обнял Древнюю и прижал к себе.

– Не забудь, – прошептал ей на ухо. – Наша свадьба – первого сентября, на могилах рейфов. Отказ не принимается, попытка слива будет пресечена на месте. Мы вернёмся домой. Со щитом или на щите. Я не командир, если не добуду нам победу в бою любой ценой.

Девушка обхватила меня так крепко, что хрустнул позвоночник.

– Ты дал слово, – горячо прошептала она. – Только попробуй его нарушить, и ты узнаешь, каково иметь дело с Древними.

Глаза Древней занялись переливающимся тёмными оттенками пламенем. Я узнал этот взор. Уже видел его неоднократно. И, кажется, это означало, что моя инопланетянка сбросила все маски.

В следующий миг Лилит напомнила, что «горячо» умеет не только шептать.

18 августа 2011 года
13:00 МСК

«Улей» лежал в дрейфе, блаженно разлагаясь под потоками заряженных частиц близлежащих квазаров. Крейсер расположился в нашей верхней полусфере: репликаторы прикрывали уставший борт. Им-то хорошо, они машины. Почто им усталость, голод, радиация? А мы? А мы – это мы. И этим всё сказано.

Нечасто нам выдаётся такая минута, чтоб прям вообще никакой нагрузки не было. Вот куда ни кинь – всюду сплошная блажь да тишь. Редко такое случается. Засим, решил воспользоваться столь щедро предоставленным судьбой шансом и подбить документацию подразделения, для чего засел в кабине трофейного разведчика. Уж на что эта «котлета» – продукт чуждых для нас технологий, но, едрить твои шептала и перехватыватели, какой же он удобный…

Так и развалился в кресле пилота. На «приборке» передо мной – кипа писчей бумаги, на коленях – планшет, в руке – ручка, и писать, писать, писать…

Расход боекомплекта. Расход провианта. Расход воды. Расход медикаментов. К счастью, обошлось без расхода топлива: убывали мы без машин.

Расход личного состава… к счастью, без невозвратных потерь.

Боевые потери материально-технической части.

С боекомплектом всё просто: можно смело списывать в боевой расход весь носимый БК, что взяли с собой с Земли. Просто потому, что в горячке боя никто не вспоминал, сколько патронов оставалось в каждом конкретном магазине в момент перезарядки. Кто-то стрелял «до железки», если позволяла боевая обстановка. Кто-то менял магазин, когда на донышке ещё оставалось несколько боеприпасов. У полнокровного взвода магазинов при себе было от восьми штук на брата и сестру. Тут уже высшая математика начинается, чтоб понять, кто сколько отстрелял. Тем паче, что БК мы подобрали на базе «Региона-13», восполнив его сверх меры, и взяв с излишним запасом. Потому смело докладываем текстом о встрече сопротивления противника, затяжном стрелковом бое и расходе боекомплекта в пределах табельного. На всякий противопожарный случай, доклад об обретении излишков боеприпасов на базе «тринашки» написал на отдельном листе, чтоб, при случае, его можно было без палева уничтожить. Мало ли, что? Едва ли в этом возникнет хоть сколь бы то ни было весомая необходимость, но простая мера подстраховки.

Расход провианта в пределах табельного: с Земли мы убыли, имея на себе каждый по упаковке сухого пайка. Стандартный набор для стандартных мероприятий. Кое-что подобрали на «тринашке», когда готовили захват «улья». Опять же, доклад текстом о планомерном и установленном расходе провизии для поддержания сил личного состава подразделения в запасе, необходимом для решения поставленных задач. Доклад об обретении излишков запасов, также, на отдельном листе.

С водой решил не заморачиваться. У каждого бойца в рюкзаке – питьевая система на 3 литра. Норма расхода установлена на сутки. То, что мы уже вторые сутки в действии, никого не колышет. И нас в том числе. Сутки прошли? Положенная норма израсходована на поддержание водного баланса в организме? Доклад. Доклад об обретении… ну, вы поняли.

Медикаменты, к счастью, не трогали. Серьёзных травм ни у кого не было. Парней оглушило и парализовало на несколько часов, но там уже сами оклемались. Им даже инъекции стимуляторов не делали. Незачем перегружать и без того угнетённую нервную систему. Если кто-то употреблял свои личные запасы, не из укладки взводной аптечки, то это к делу не относится. Рапорты о расходах пишутся на довольствие, выданное на руки. Если что-то родил самостоятельно – молодец, это лично твои половые трудности.

С неописуемым облегчением писались строевые записки о расходе и наличии личного состава. В строке «300» числились два позывных, строка «200», традиционно, светилась «прочерком», как и «БВП*».

*без вести пропавшие, прим.

С материально-технической частью придётся повозиться подольше. Мало ли, кто что потерял, или что-то где-то уничтожено? С некоторой заторможенностью подумал, а правильно ли вешать уход и состояние оружия на бойца, за которым закреплено оное? С одной стороны, да, ибо так велось испокон веков. С другой стороны, оружие многократно модернизировалось и совершенствовалось, конструкция приобретала всё больше технологические особенности, о которых может не быть осведомлён боец. Тем паче, что в этот рейд мы брали не наши родные «сто двадцатки», а «сотки» и «семьдесят четвёрки», которыми никогда не оперировали. В каком состоянии оружие – хрен его знает. Этим надо озаботиться. Как раз, пока лежим в дрейфе, есть время: можно разобрать, почистить и осмотреть каждую единицу.

***

Рапорты, отчёты, доклады, строевые записки, представления… вся эта бумажная волокита заняла у меня три часа чистейшего времени. И не потому, что требовалось заполнить какую-то прорву документов. А потому, что писалось от руки и сочинялось на ходу. На полную страницу А4 уходит приблизительно минут пятнадцать, если не очень усердствовать над почерком. Лист, соответственно, за полчаса. К счастью, форма многих документов этого не требовала. «Шапка», «заголовок», «тело» текста, число-подпись. Это существенно упрощало задачу.

Из кабины я вылез, когда часы отстучали 16:00 по Москве. Раз разобрался с текстами, то теперь можно перейти к следующей части марлезонского балета. А именно, заняться вооружением и его состоянием. Боекомплекта у нас осталось с гулькин нос, но вот техническая часть наших автоматов меня волновала не на пустом месте.

Невовремя вспомнилась та злополучная осечка, которую выдал мой АК-120 на Новой Швабии. Вроде бы, механика оружия отработала штатно, и косяк был признан за боеприпасом, но облегчать тёмным механическим силам жизнь и упрощать выход механизмов из строя не горел желанием. Лучше перебздеть, чем недобздеть. Значит, достаём полевой набор для чистки оружия, и начинаем методично всё расчищать. И начну я, пожалуй, со своего…

***

Несколько дней спустя
Ходовой мостик «улья»

Хоть дома и были предупреждены о внеплановом визите в Солнечную систему «улья» в сопровождении крейсера, но, зная извечное интернациональное раздолбайство, я готовился к худшему. Всё-таки, нас ждут во всеоружии. Какому-нибудь излишне нервному дежурному покажется что-то нехорошее, палец на гашетке стукнет, и распылят нас на атомы.

Умом я понимал, что команда на открытие огня сию секунду не выдаётся. Процесс передачи сигнала всем бортам слегка растянут во времени. Но всё равно не мог оставаться достаточно хладнокровным. Мы ведём двойку трофейных кораблей рейфов и находимся на мушке у всей орбитальной группировки Земли.

«Тебе от природы присуще хладнокровие», – назидательно рёк Нергал. «Твоё самообладание и выдержка не раз спасали и тебя, и твоих воинов. Негоже смущаться и трястись на пороге дома. Вас встречают не враги».

«Присуще от природы»? Симбионт задвинул мощно. Вспомнить, хотя бы, как меня накрывало по первому времени, особенно в экстремальной обстановке. Ни о какой выдержке и спокойствии речи быть не могло.

Но Ток`Ра прав в одном. Если я оставался в здравом уме и относительно трезвой памяти в боях, то, стоя на крыльце родного дома, подавно стоит унять тревогу и неуместное волнение.

Хотя, всё равно опасаюсь дружественного огня, м-да.

Орбита Луны осталась позади нас: мы прошли её среднее значение и на досветовой скорости сближались с Землёй, передавая на всех доступных нам диапазонах свои опознавательные сигналы. Что-что, а вот получить пробоину в борту от своих нам ну совсем не улыбалось. Честно. Нисколечки.

А все «нам» собрались на мостике. Даже «Тень» выдернули из КПЗ. Заключённая заключённой, но даже ей дозволено обрадоваться родной планете после той бойни, в которой она побывала: я рассудил так.

И пусть кто-нибудь посмеет упрекнуть меня в недостаточном человеколюбии! Лично вылюблю во всех противоестественных позах…!

«Улей» в сопровождении крейсера летел к Земле, оповещая все присутствующие в планетной системе корабли о наличии на борту «Цикад». Что происходило на мостике крейсера – не видел. Но на нашем Лилит приняла оперативное управление кораблём, «Раптория» подхватывала общекорабельные системы, Сабрина с Иштар заняли управление боевыми системами. Мы не собирались давать бой, да и приказа я такого не давал, но так нам всем спокойнее, что ли?

Весь личный состав «Цикад» собрался на мостике. «Раптория» вывела на большой голографический экран изображение с оптических сенсоров забортного обзора: эдаких «глаз» «улья».

Земля. Маленький сине-бело-зелёный шарик, покрытый местными пятнами коричневой и серой копоти. Вроде, не одна неделя минула с атаки передовых отрядов рейфов, а до сих пор ещё видны следы пожарищ и разрушений. А то ли ещё будет в ночь на первое сентября…

Тишину мостика нарушил голос «Святогор».

– Никогда не думал, что буду так счастлив видеть этот гребучий шарик, – проронил он. – Планета как планета, одна и единственная, родная. Была и была, есть и есть. Ан, нет: теперь хлебом не корми, дай полюбоваться на неё хоть так.

– Планет в округе сотни, – согласился «Док». – Но нам только эту подавай. Костьми ляжем, но отстоим. Не посрамим Родину-мать.

– Эка задвинул, – хмыкнул «Рентген». – Аж заплачусь.

– Щито поделать, – усмехнулся «Штырь». – Наёмники сентиментальны.

«Тень» держалась позади группы и старательно делала вид, что она мебель. Вся поза военнопленной говорила о том, что ей нехорошо. Забитость была видна невооружённым глазом. Руками девушка обнимала себя, будто пыталась успокоиться. Но морда лица выдавала в ней бойца старой закалки: по физиономии и не скажешь, что она нервничает. По глазам спокойна, как удав.

С терминала общекорабельных систем поступил доклад «Раптории».

– Входящее сообщение, – сообщила девушка. – Текст. Подписано Дегтярёвым.

– Напугай меня, – выдохнул я.

Уже смирился с приметами. Выход комбрига на связь редко когда заканчивается мирно и без происшествий. Если он что-то вещает – жди или беды, или эпического абандона.

– «Подыграйте нам».

Ну, вот. Я же говорил.

Секундой позже голографический экран вывел изображение, сменившее собой панораму забортного околоземного пространства. На нас смотрел тот, кого и следовало было ожидать после фразы «подыграйте».

Гвардии полковник Александр Сергеевич Дегтярёв.

При виде дяди «Рокада» аж подобралась.

– Говорит гвардии полковник Дегтярёв, Воздушно-Космическая оборона. Передаём на частотах нашего противника. Вы пересекли границу звёздной системы и приближаетесь к нашей планете. Приказываю назваться и застопорить ход. При невыполнении требований будет открыт огонь на поражение. Вы под прицелом.

И всё это было сообщено в эфир спокойным, умиротворённым, твёрдым и непоколебимым голосом, как и положено офицеру. Чётко, уверенно, без неуместных эмоций.

Да едрить-копать-совокуплять твои просветы на погонах и лампасы на трусах! Ты прикалываешься, дядя Саша?! Какое ещё, к писюнам собачьим, «под прицелом»?! Мы десять раз на всю Ивановскую заявляли, что идём домой, к родным пенатам, и сейчас активно голосим на всех частотах! Или вы там опять овса вточили со своими Отделом по связям с общественностью?! Опять красивого кина им захотелось?!

Я начал закипать.

– Говорит гвардии младший лейтенант «Шаман», командир взвода «Цикады», Воздушно-Космическая оборона. Передаём всем частотам подряд. Мы учинили межгалактический гоп-стоп и отжали у рейфов «улей» с крейсером, выкинув в открытый космос оба полнокровных экипажа. Как думаете, нас остановит ваш прицел?

Только в этот момент времени по изрядно вытянувшемуся мордалитету офицера стало понятно, что я слегка перегнул палку. Доклад продолжил уже в привычном канцелярском стиле.

– Группа вернулась с боевого задания в полном составе и без потерь. Расход боекомплекта не превысил табельного. Готовы застопорить ход и лечь в дрейф для принятия на борт досмотровой группы. Прошу дать целеуказания и коридор для выхода на орбиту.

Кэп попытался сохранить морду кирпичом, но по характерным мимическим признакам было очевидно, что я ляпнул что-то не по сценарию. Видимо, этого в программе не было.

– Обоим кораблям – стоп. Ожидайте прибытия досмотровых групп на оба борта. После поступят указания к занятию безопасной орбиты. С возвращением, ребята!

***

Земля, подземное расположение объекта «Город»
Кабинет гвардии полковника Дегтярёва А.С.

Офицер захлопнул стоявший на столе ноутбук и с нескрываемым веселием в глазах обозрел нашу кодлу, собравшуюся в его кабинете.

Я ещё был готов стерпеть, что «кино» вышло без нас: мы не знали, что наши переговоры с Землёй транслировались в прямом эфире на всех передающих узлах и станциях.

Ещё был готов переварить, что нашу группу, погрузившуюся для посадки на Землю в трофейный разведчик, встречали салютами, фанфарами и с сопровождением истребителей, в полёте на сверхмалой высоте расчерчивающих небо дымовыми сигналами цвета флага.

Был готов смириться с цирковым представлением, когда подразделение, снаряжённое для участия в БД на широтах заведомых тропиков, едва успевшее привести себя в порядок, разыграло целый спектакль по докладу на имя вышестоящего командования о положении дел. Причём, с поистине театральным размахом, на перроне литерного аэродрома, стоя строем, по ранжиру, и с обязательным строевым не то смотром, не то пересмотром. Вроде, и не Семёновский полк, но и не заштатная шайка-лейка бандитского отребья. Стоять по ранжиру и жиру умеем.

Готов перетерпеть уже ставшую фирменной фишку Отдела, когда из толпы гражданских, оцепивших место представления, ринулась специально обученная девушка женского пола с цветами наперевес и с разбегу бросилась мне на шею. На роль жертвы кровожадному мне была избрана не кто-нибудь, а товарищ Сакамото Ёко, без малейшей тени сомнения или смятения воспользовавшаяся моментом невозбранно потискать меня и быть потисканной мной.

Но сюжет по федеральным телеканалам о группе отпетых бойцов-головорезов, оказавшихся в отрыве на чужой планете и вернувшихся домой через космический гоп-стоп… это было на пределе моей толерантности.

– Ну, и? – процедил я, перестукивая пальцами по столу. – И чья это, без всякого сомнения, в высшей степени дебильная идея?

– Отдела по связям с общественность, – усмехнулся полковник. – Только не говори, что тебя эта клоунада не развеселила.

«Не развеселила»? Я до последнего момента пытался держать морду кирпичом, чтобы не порушить этот цирк с конями.

Дегтярёв откинулся на спинку кресла.

– Поначалу хотел втащить тебе «лося» с «вертушки» в грудную клетку, – признался офицер. – Тебя же просили русским языком, чёрным по белому и без мата: «подыграй нам». Но ты себе даже не представляешь, как ты своей отсебятиной подыграл. Представители Отдела кипятком уписались прямо на трансляции.

– Фу, – скривилась «Гюрза». – Надеюсь, это в кадр не попало?

– Ты бы видела, что творилось по ту сторону экрана! – хохотнул Кэп. – Вы же сами себя представили такими чикатилами, что за вами все мальчики и девочки ломанулись автографы брать. Причём, без разбору половой ориентации.

– Фу, – скривилась «Литера». – Гомосятина.

Гвардии полковник воздел к небесам указующий перст.

– Всего одно вовремя брошенное предложение.

И оным перстом ткнул в мою сторону.

– И вот он, готов: Герой всея Млечного Пути, походя вырывающий рейфам гланды через жопу и отжимающий у них корабли. Слушай, а, абсолютно случайно… у вас видеозаписей с зачистки «улья» не сохранилось, не? Отдел за них готов отдельно доплатить…

– А на «бис» им, случайно, не повторить? – съязвил я.

– А можете?! – встрепенулся Дегтярёв. – Всем – внеочередное звание и боевых сверху насыпем!

Смех – смехом, но писец, как известно, кверху мехом. Рано или поздно задорно-стебательный порыв командования кончается. И начинается рутинная работа.

***

Личный состав «Цикад» был отпущен с миром по личным делам. Дегтярёву осталась надобиться только «Тень», как единственная уцелевшая на базе «Региона-13», и я, как не добивший её прямо на месте обнаружения. Но, когда мы кого слушали? Пользуясь своим статусом Древней, Лилит осталась со мной за компанию (ей дозволительно игнорировать даже прямое замечание и прощались многие прегрешения: одна только история с самовольным оставлением лазарета это показало). А Сабрине один хрен по базе шастать одной не пристало: Ток`Ра благоразумно решила меня не покидать.

Наш дальнейший разговор перетёк не куда-нибудь, а непосредственно в зону, где расположилась гауптвахта гарнизона. М-да… прям аж воспоминания нахлынули.

Моя реакция не укрылась от Кэпа.

– Что? – поинтересовался он. – Соскучился по этому месту? Могу ещё пятнадцать суток организовать.

– Да хоть тридцать, – отмахнулся я. – Срок на гауптвахте и в дисбате, насколько помню, в срок службы не засчитывается. Один ляд вы от меня не отмажетесь с такой лёгкостью.

Беседа о дальнейшей судьбе «Тени» (а именно её касалось дело) перетекло в допросную, где однозначно никто не мог помешать нашим душещипательным тёркам. Два автоматчика на входе, готовые нашпиговать беглянку свинцом при первейшей попытке к бегству, прозрачно намекнули на бесполезность сопротивления. Да «Тень», судя по подавленному состоянию, и не собиралась. На морде лица заключённой отчётливо читались обречённость и смеренная готовность принять неизбежное.

Для продолжения разговора и развития следующей темы был приглашён специально обученный человек, которого специально обучили для продолжения разговора и развития темы. И кто бы, вы думали, это был?

По косяку приоткрытой двери допросной постучались.

– Разрешите? – раздался знакомый голос.

Ля, какие люди… капитан Косоруков собственной персоной!

Дегтярёв махнул рукой.

– Заваливай.

Походка офицера заметно укрепилась: он даже почти не шаркал протезами. Пусть ему поставили такую же бионику, как «Рыси», но любое протезирование требует времени на привыкание к новым органам или конечностям. Если бы заведомо не знал, что военнослужащий без обеих ног, даже не заподозрил бы в нём калеку.

Капитан прикрыл за собой дверь и занял место за столом.

Вокруг стола и собралась вся наша шайка-лейка. Дегтярёв, как ведущий дознание. Косоруков, как… хрен пойми кто. Представитель кого-то или чего-то. Я, как один из участников инцидента. «Тень», как, непосредственно, инцидент. И Лилит с Сабриной для галочки.

Полковник некоторое время молча созерцал наш тактическую гоп-бригаду, перебрасывая тяжёлый взгляд то на меня, то на девушек. На «Тени» взор офицера заметно мрачнел, но членовредительством пока не пахло.

Кэп вернул взгляд на меня.

– Докладывай, чудовище. Ещё раз, с самого начала и под стенограмму.
Насчёт стенограммы дядя Саша загнул. Может, в кабинете и велась запись разговора техническими средствами, но печатным стенографированием ни один из присутствовавших себя не удосужил.

– Вот это туловище, – я ткнул большим пальцем в «Тень». – Сподобилось проситься к нам на «передок». Имеет бешеное и неудержимое желание сформировать при нашем взводе штрафбат, единолично его возглавить и кровью-потом искупить свою вину перед Родиной. Продаёт себя… довольно аппетитно. И тебе любая стрелковка, и лёгкая авиация, и военно-учётные специальности от снайпера-штурмовика до кухарки-телогрейки. Взамен просит не кончать её у стенки. По крайней мере, сразу и сию минуту.

Взгляды обоих присутствовавших офицеров скрестились на обсуждаемой осуждённой. Та потупила взор.

– А надо ли? – задумчиво произнёс Дегтярёв.

– Кончать у стенки? – уточнил я.

– Это само собой разумеется, – отмахнулся он. – Я про всё остальное. Так-то, косяки за ней числятся… ещё те. Да и военное время, сам понимаешь. По-хорошему, такое спускать с рук нельзя. В расход – и дело с концом.

– А чего тогда до сих пор не израсходовали? – осведомился я. – Мы её уже месяц как оприходовали. До сих пор процессуальное решение не вынесено? Или не хотите разбазаривать ценного кадра? Если надо ускорить процесс – отдайте её мне. Через час сама попросит, чтоб быстрей прикончили.
Взгляд «Тени» ощутимо потяжелел.

– Ну, допустим, ходатайство удовлетворим, – подумал вслух Косоруков. – Запишем в штрафбат, отправим на передний край и пусть себе смывает грехи кровью. Но где гарантия, что не преумножатся старые?

– Их нет, – подала голос осуждённая. – Только моё слово.

Дегтярёв тихо перестукивал по столешнице карандашом.

– А чего оно стоит, это твоё слово? – сухо спросил офицер. – С чего вдруг тебе вообще верить? Я не могу помнить грехи всех осужденных по всему гарнизону, но поправьте меня, если ошибаюсь. Разве не за этим персонажем числится измена Родине? Пособничество врагу. Передача совершенно секретных сведений. Диверсия, повлекшая за собой гибель сотен человек личного состава, находящихся при исполнении. Ты нарушила присягу, данную своей стране, её народу, армии и знамени. Ты предала свой народ, планету и стяг. Твоё слово обесценено до абсолютного ничего. Почему сейчас мы должны пойти тебе навстречу?

У меня самого к этой твари свои счёты, до сих пор не сведённые. Но события на «Регионе-13» показали, что не всегда надо вешать ярмо на шею и клеймить позором пожизненно. Офицер обязан мыслить действительными категориями, а не шаблонами.

– Я пригрозил расстрелять её на месте, если увижу с оружием в руках, – сообщил я. – Велел держаться возле меня и сообщил, что любой шаг в сторону будет засчитан как побег. Запретил брать в руки что бы то ни было. Это не остановило её, чтоб под атакой рейфов сделать ноги и вернуться через несколько минут с парой гранат. Я не прошу подписать ей индульгенцию сию секунду. Но она, зная, что с ней могут сделать, всё равно взялась за оружие. По мне, так это дорогого стоит.

Косоруков пожал плечами.

– Цеплялась за жизнь. Объяснимо. Не хотелось кончить в зубах у рейфов, вот и полезла в 3,14здорез. Смертников в героях всегда хватало.

– Так мы все смертники? – осведомился я.

Офицер поморщился.

– Не буквоедствуй. Ты прекрасно понял, что я хотел сказал.

– Так и сказал бы.

Дегтярёв не был бы гвардии полковником, если бы дал серьёзному разговору скатиться в простую перепалку. Александр Сергеевич удержал его в узде и вернул в рабочее русло.

– Почему мы должны её освободить из-под стражи? – сухо спросил он. – Ты и сам знаешь, что за решётку угодила не просто так. Какая гипотетическая польза перевесит уже причинённый ущерб?

Вопрос не просто с подвохом.

«Подвох» – это маленькая незначительная деталь, которая заставляет скорректировать план, ответ или нечто схожее по смыслу.

«Подводный камень» – это существенная препона, заставляющая эти самые планы или ответы перекраивать. Зачастую – целиком и полностью.

Тут же не вопрос с подвохом. А грёбанный клин. Который, куда ни кинь, всюду. И этот туз крыть мне, лично, нечем.

– Вообще не должны, – честно признался я. – Ни разу. Если есть желание – можно прям на месте кончить. Благо, есть за что. Но не сегодня-завтра нам настанет большой, пушистый и северный зверь по прозвищу Число Пифагора. Содержащимся на гауптвахте вообще по барабану, они помрут и не почешутся. Нам же… придётся сначала попотеть. Но если есть хоть малейший шанс не только разменять пиррову победу, но и дать уцелеть мало-мальски значимой части цивилизации, глупо этим не воспользоваться.

Кэп покачал в ответ.

– Рискованно. Ты и сам понимаешь. Предавший однажды – предаст опять. Не важно, кого, как и когда. Но предаст. Подпускать изменника к обороне планеты?

– Тогда зачем хлеб свой ест? – поинтересовался я. – Расстреляли бы и дело с концом.

«Тень» мрачнела всё больше.

– Я так понимаю, – произнесла она. – Просить оставить меня одну с пистолетом бессмысленно?

– Все вопросы к этому чикатило, – комбриг ткнул в меня пальцем. – Можешь ему пожелания высказать, как хочешь помереть. Может и муки обеспечить, и кончину мирную, безболезненную. Но не факт, что станет.

– Млять, – выругался я. – Кэп, какое плохое зло я тебе сделал? Вот за что ты меня так демонизируешь? Тебя послушать – так я каждый набор личного состава децимирую, а выживших добиваю валенком под жопу.

Но вынесение решения затянулось. Надо бы форсировать процесс.

Нергал занял управление телом и включился в разговор. Мы поднялись из-за стола.

– Вы оба – выдающиеся воеводы своего воинства, – прорычал он гортанно.

«Тень» резко вздрогнула при первых звуках голоса симбионта Ток`Ра и вскинулась, глядя на нас снизу вверх.

– Вам прекрасно известна цена подготовки первых по силе воинов. На обучение одного ратника подобного уровня затраты больше, чем на простой пеший отряд. И чем выше навыки бойца, тем ценнее его место в строю.

Дегтярёв поморщился.

– Избавь нас от школьных лекций. Это прописная истина, которую знает даже твой носитель.

– Тогда вам должна быть очевидна мотивация сохранить жизнь этой отступнице, – произнёс симбионт. – Лишь двое в этом отряде могут соперничать с ней в силе и навыках и будут сопоставимы с ней по ценности.

– И одному из них она сдалась в бою, – напомнил Косоруков. – Незаменимых не бывает.

– Была бы возможность – заменили, – наставительно рёк Ток`Ра. – Грядёт большая сеча. Предстоящему бою не было равных в истории вашей цивилизации. Вам уготована участь пойти на корм. Выживших будут культивировать для размножения и продолжения рода, и уже ваше потомство будет употреблено в пищу. Вам ли сейчас перебирать кадры?

– Этот кадр может ускорить конец света или возглавит его, – буркнул Кэп. – Слишком опасно выпускать на волю предателя. К тому же, она слишком много знает. Ты бы казнил на месте своего первого воина, который предал тебя в бою с другим системным владыкой. Так почему мы должны поступать иначе?

– Я держал ответ за жизни сотен миллиардов подчинённых, – сообщил Ток`Ра. – Так или иначе, в той или иной степени или форме, под тем или другим тезисом, но они были под моей опекой. Вы же отвечаете за жизни нескольких миллиардов, из которых хорошо, если несколько миллионов смогут принять участие в битве. Моего первого воина можно было заменить кем угодно. У вас же все фигуры на доске.

Дегтярёв покачал головой.

– Этот разговор ни к чему не приведёт. Мы не можем доверять этой личности. Ей нечего предложить нам в обмен на свою свободу. Её кредит доверия исчерпан.

– Так дело только в этом?

«Видит Бог, я не хотел к этому прибегать», – вздохнул я.

Нергал скинул с наших плеч рейдовый плащ и скинул его на стол, демонстрируя всем присутствующим наруч гоа`улдов. Дегтярёв и Косоруков поморщились, а «Тень» побледнела белее снега.

– Если претензии к этой самке кончаются на вашем доверии, это легко превзойти, – прорычал симбионт. – Незамедлительно я могу даровать вам самого преданного воина и облечь её в чин прайма. Или казнить тут и сейчас.

– В наших административных аппаратах нет такой процедуры, как промывка мозгов, – мрачно констатировал полковник. – Она не имеет юридической силы. К ней нельзя будет апеллировать при подаче ходатайства. Это нарушение положений об обращении с военнопленными и заключёнными.

– Но записи в допросной не ведутся, – заметил Косоруков.

Жребий был брошен.

«Тень» даже не успела ничего осознать. Последнее, что отпечаталось в её памяти – нацеленный ей в лоб наруч гоа`улдов и занимающееся зарево в центральном кристалле. По моей руке пробежала волна тепла, а через несколько секунд "Тень" затопила отсек допросной громким пронзительным криком нестерпимой боли.


Леший 19.08.1995 - 24.09.2014
Kitten 17.10.1970-24.05.2019
Со святыми упокой, Христе, души раб Твоих, идеже несть болезнь, ни печаль, ни воздыхание, но жизнь бесконечная.
Во блаженном успении вечный покой.
Награды: 7  
шаман Дата: Понедельник, 21 Ноября 2022, 19:18 | Сообщение # 759
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 305
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
С возвращением!
[quote=Комкор;452278]Мы учинили межгалактический гоп-стоп и отжали у рейфов «улей» с крейсером, выкинув в открытый космос оба полнокровных экипажа. Как думаете, нас остановит ваш прицел?[/quote]
Улыбнуло знатно)))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Форум » Творчество » Фан-фикшн » Star Gate Commander: Земли без времени (Вольная разработка тем альтернативы)
  • Страница 51 из 51
  • «
  • 1
  • 2
  • 49
  • 50
  • 51
Поиск:
Форма входа

МИНИ-ЧАТ:)