23:54
Модератор форума: Тень, Кэтрин_Беккет  
Star Gate Commander: Земли без времени
шаман Дата: Воскресенье, 17 Июля 2022, 11:52 | Сообщение # 751
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 310
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Продолжение ОГОНЬ)))) Очень интересно посмотреть на их бой с Королевой...
Сообщение отредактировал шаман - Воскресенье, 17 Июля 2022, 11:52


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Воскресенье, 24 Июля 2022, 18:37 | Сообщение # 752
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 526
Репутация: 402
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=шаман;452246]Очень интересно посмотреть на их бой с Королевой...[/quote]

Бой с королевой будет в другой раз. А сейчас немного детективчика с не самой очевидной развязочкой).

18 августа 2011 года
01:15 ночи
Окрестности «Региона-13»

Пусть «улей» в сопровождении крейсера покинул орбиту планеты и уже лёг на курс к Земле, но странная пелена непознанных чувств не покидала ни меня, ни симбионта.

Я даже не сразу разобрал, что это такое. Вроде бы, и тревога, и нервозность, и непонимание, и хренова прорва схожих по симптоматике проявлений. В конце концов, пришлось констатировать, что это грёбанная тревога.

В процессе продвижения по коридорам и ходкам палубы «улья» меня не оставляли два тревожных чувства.

Первое – слишком легко всё идёт. Несколько оглушённых бойцов – вполне допустимые потери. Благо, что санитарные. Через некоторое время оклемаются, встанут в строй, и, возможно, даже головной болью мучиться не будут. Но интервенция далась слишком легко. Особенно на фоне вероятности быть сбитыми ещё на подлёте.

До сих пор не дан массированный отпор. На борту встречено несколько десятков рейфов: слишком мало для полнокровного экипажа. Даже, если учесть, что большая его часть в камерах для спячки. Почему до сих пор на нас не напали? Где команды зачистки? С хрена ли нам дают шароёжиться по чужому кораблю и невозбранно нагибать всех встречных-поперечных? Не понимаю.

Второе – меня не покидало ощущение, будто за нами кто-то следит. Такое впечатление, будто чья-то невидимая фигура составила нам компанию, и безмолвным свидетелем созерцает наши выкрутасы. Демиург? Возможно. Похоже на его почерк. Но он ещё ни разу не удостоил нас своим визитом в открытую, явственно давая понять, что находится рядом. Случай на «Юрии Долгоруком» – не в счёт. Там он прокололся на мелочи, и сильно сомневаюсь, что его «спалил» кто-то, кроме меня.

Продвижение в сторону покоев королевы «улья» происходило настолько рутинно, что едва ли стоит отдельного упоминания в повествовании. Я, по необходимости активируя щит наруча, двигался вперёд танкующим линкором. «Гюрза» с «Рокадой», равномерно отстоя от меня треугольником, шли на полшага сзади и при обнаружении целей перед нами накидывали очередями из-за моих плеч. Опасно, конечно, и рискованно. Но, как выяснилось, «Гюрза» уже успела навоеваться, а «Рокада» привыкла к боевухе. Автоматы контролировали отменно: опасаться шальной пули от «своих» нечего. Если же я видел, что целей слишком много или они чрезмерно живучие, то подключал в ход свой РПК: в три ствола раскидывали патрули на палубе, что слепых котят.

И это втройне мне казалось странным. Мы сталкивались с рейфами в ближнем бою не раз, не два и не десять. По себе знаем живучесть этих тварей: их целый магазин в торс не всегда мог остановить. Иногда спасала смена типов боеприпасов: пули-«полуоболочки» имеют меньшее пробивное, но большее останавливающее действие. Но сама суть от этого не меняется. Рейфы – чрезвычайно живучие тараканы. А тут «отлетают» буквально с полтычка. Среднестатистическому солдату-рейфу хватало десятка пуль, чтобы тот отправился остывать до температуры окружающей среды.

С одной стороны, странная на первый взгляд живучесть целей объяснялась пониженной регенерацией, которая напрямую зависит от давности и качества кормёжки. Если этот отряд недавно вышел из межгалактического перехода и оголодал, то тогда всё встаёт на свои места. Давно не ели, нечем лечиться, быстро дохнут. Но они напали на гарнизон «Региона-13». Был сбор. Если они питались, то почему настолько хлипкие? Не всех ещё поели? Или еды на всех не хватило? Вообще ничего не понимаю.

С другой стороны, даже голодный рейф остаётся рейфов. Он на несколько порядков жирнее среднестатистического «хомо сапиенса». Уверенно их клали только 7,62х120, и то за счёт конструкции пули: скорости там запредельные, прошивают только так. 7,62х39 ещё куда ни шло, но уже заметно слабее. Тут же девчонки с 5,45 их укладывают пачками, и не спрашивают, кто следующий. Крайне нездоровая херня.

Продвижению способствовали решительные действия отряда и качественная выучка бойцов. Подспудно помогал детектор Древних, заблаговременно оповещавший о наличии целей вне поля зрения. Построение группы, разбитое на ведущих, ядро ведомых и замыкающих, полностью перекрывающее все секторы обстрела, практически не оставляло шансов противнику напасть исподтишка.

Очень скоро мы добрались до королевских покоев. Настолько быстро, что по инерции не сбавили ход. Стоило нам появиться из-за поворота и узреть дежурную смену охранения перед дверями, как во мне будто сработал какой-то инерционных механизм. Не давая противнику опомниться и обстрелять нас, активировал наруч, и вместо поднятия щита послал в сторону целей мощный энергетический заряд. Уже проворачивая такой фортель в «Светлом», был уверен в исходе мероприятия, и не прогадал. Два дежурных офицера-рейфа, едва успев выхватить пистолеты-«глушители» из кобур, рухнули на пол, разодранные каждый на две равные семядоли.

Нергал напомнил о своём существовании и пожурил меня.

«Чрезмерное упоение своей мощью ведёт к горькому поражению», – мрачно напомнил симбионт. – «Тебя заносит на поворотах. Действуй дерзко, решительно, но не оголтело. Не подставляйся под удар. Ты даже не проверил, сколько их было, хотя под рукой детектор Древних».

Замечание Ток`Ра было уместным, как никогда. Всё, что он высказал мне, я понял и сам. Действительно, меня немного «занесло»: девчонки позади меня не успели даже выстрела сделать. Зато разобрались максимально оперативно и почти бесшумно.

«Постараюсь исправиться», – пообещал я.

И запоздало посмотрел на детектор.

– Прикольно, твою мать…

Экран прибора показывал наличие группы живых существ в объёме перед дверями. По количеству и расположению сигнатур выходило, что это были «Цикады» (а точнее, их ударно-штурмовое ядро). Отсек за дверями, обозначенный в планах корабля как покои королевы, был пуст. По крайней мере, живых существ в нём обнаружено не было.

Алина заглянула мне через плечо и посмотрела на прибор.

– Зря пёрлись, что ли? – спросила наёмница.

– Не очень. Отсутствие ожидаемого результата – тоже результат.

Я убрал прибор в подсумок и занял место напротив дверей. Тактически ошибочно в обычной жизни, но при наличии наруча, способного генерировать силовое поле, грех не воспользоваться самой эффективной тактикой.

«Раптория» подскочила к панели управления и замерла в готовности, ожидая команды.

«Гюрза» и «Рокада» встали с противоположной стороны: Кристина присела на колено, Алина встала во весь рост над ней. Обе девушки вложились в оружие, готовые, при необходимости, залить сектор двойной порцией омеднённой стали.

Я кивнул «Раптории». Та, кивнув в знак подтверждения, ввела команду в панель управления. Ожидаемо, двери не подчинились: то ли заперты импульсным кодом, то ли просто заблокировано. Перепроверять наёмница не стала. Молча достала из подсумка штык и с размаху вонзила его в область панели под натренированным выверенным углом.

Створки с необычайной скоростью и хлопком разразились в стороны: по мышцам, приводящим их в движение, прошёл сильнейший спазм. По ходу, некоторые из них даже травмировались.

Но того, что мы искали, в покоях королевы действительно не нашлось.

А искали мы живую королеву.

Нашли лишь мёртвую.

Тело королевы рейфов уже успело остыть: это говорило о том, что смерть наступила как минимум несколько часов назад. Труп, лежавший на троне, был белее мела. При жизни кожный покров этого вида и без того не отличался особым румянцем.

Под прикрытием ядра группы ведущая тройка зашла в отсек и максимально быстро его зачистила. Опасности нет, в радиусе ста метров мы единственные живые существа.

Трогать трупы – в принципе идея так себе. Особенно, если причина смерти достоверно неизвестна. Ладно, поле боя: погибший от огнестрельных ран или баротравмы мало чем может навредить. Но инопланетный вид с другой физиологией и биологией, способный быть носителем неизвестных науке микроорганизмов – вполне себе источник угрозы. Потому проверять пульс на артерии не стал. Если детектор не реагирует на холодный труп перед нами, значит, тело, однозначно, мертво.

«Или в глубокой спячке», – подумал Нергал.

Его мысли будто услышала «Раптория». Девушка подошла к трону и с размаху всадила штык в череп трупу. Оружие вошло в голову по самую гарду, пронзив толстым массивным клинком тонкий свод теменных частей. Какой регенерацией не обладали бы рейфы, но заживить поражение головного мозга они не могут: наукой таких прецедентов ещё не найдено.

– Одной проблемой меньше, – констатировал я.

– Ой ли? – Алина с сомнением покосилась на меня. – Мы ж её использовать хотели. Теперь натянешь её череп себе на руку и будешь чревовещать, как в кукольном театре?

– Есть идея получше, – хмыкнула «Раптория». – По законам рейфов, слабый недостоин возглавлять колонию. Плохая королева – мёртвая королева.

– Это справедливо для внутренних войн, – напомнила «Рокада». – От того, что человек убил королеву рейфов, они тебе подчиняться не начнут.

– Все несогласные могут выйти за борт, – пожала плечами девушка. – Их никто не будет уговаривать.

Я потянулся за радиостанцией в подсумке и зажал тангенту.

– Это «Шаман». Покои королевы зачищены. Но её уже кто-то убил. Труп холодный, ему несколько часов как минимум.

Эфир молчал недолго.

– Не скажу, что не рада этому, – р/с ответила голосом Лилит. – Это объясняет, почему нам не дали ощутимого отпора. Передавай команду репликаторам и уходим в гипер. С рейфами на борту по дороге разберёмся.

– Выполняю.

Подпространственный передатчик перекочевал из подсумка в руку:

– Управление полностью наше. Мы ведущие, вы ведомые. Уходим в гипер.

Ответ последовал незамедлительно:

– Прикрываем. Ключ на старт.

Мы уходили из покоев королевы и даже успели выйти, как вдруг «Раптория» поморщилась и на миг замешкалась.

– Ты чего? – спросила её «Гюрза».

– Да так, – отмахнулась девушка. – Нехорошие предчувствия. Подождите минуту.

Соратница вернулась, подобрала с тела дежурного офицера меч и скрылась в покоях. Через несколько мгновений из отсека послышался смачный чавкающий звук. Через полминуты девушка вернулась оттуда.

– От греха подальше, – пояснила она, выбрасывая ненужный больше клинок. – Мало ли. Чем рейф не шутит?

Алина показала подруге большой палец.

– Справедливо. Лучше перебздеть, чем недобздеть.

18 августа 2011 года
01:15 ночи
Окрестности «Региона-13»

В центральном посту нас встретил весь оставшийся отряд в полном составе. Оглушённые в бою бойцы ещё не приходили в себя, но остальные выглядели вполне себе живёхонько.

– Как сходили? – поинтересовалась «Гайка».

– Прошвырнулись рыбчиком, – поморщилась «Гюрза». – План задействовать королеву рейфов с треском провалился.

– Её убили? – осведомилась «Багира».

– Её завалили, – уточнила «Раптория». – Её кто-то прикончил.

Лилит, молча изучавшая содержимое терминала центрального поста, замерла, нахмурилась и посмотрела на нас.

– В смысле, «устранил»? – аккуратно уточнила «Литера».

– Нет, именно грохнул, – пояснил «Медвед». – Не «сместил», а именно завалил.

– Не поняла разницы…, – проронила «Андромеда».

– У рейфов постоянное состояние войны, – «Раптория», от греха подальше, проверила отсутствие за дверями центрального поста посторонних и запечатала проход в отсек. – Они вечно дерутся за главенство в колонии. Авторитет матриархата непререкаем, во главе всегда должна стоять королева. Но какая – не говорится.

– Если подчинённые недовольны её действиями, её могут и сместить, – добавила Кирсанова. – Но добродушие этим сосателям не свойственно. Чаще всего, врагов убивают.

– А какая разница в убийствах? – переспросила «Гайка». – Грохнули и грохнули. Не всё ли равно, как?

– На трупе не было видно следов от расправы, – пояснил «Медвед». – А, если правильно помню, у рейфов в ходу «холодняк». Они не сильно рассчитывают на иные способы, и стараются гарантированно прервать функционирование тела противника. Думаешь, зачем в век межгалактических перелётов они до сих пор имеют мечи на вооружении? Это для ближних и абордажных схваток. С себе подобными, в первую очередь. У них адовая живучесть и надеяться на то, что враг соизволит милостиво окочуриться, не приходится.

– А сама она не могла подохнуть? – невинно спросила «Багира». – Ну, там, от старости например, или ещё какого инсульта жопы…

Алина смерила подругу взглядом.

– Существо, живущее тысячелетия? Питающееся всем, в том числе своим экипажем? Сомневаюсь. Её кто-то завалил. Но по отсутствию видимых повреждений на трупе это мог быть только токсин. Или вирус.

– Или ещё какой инсульт жопы, – процедила Лилит. – Не суть важно, от чего она померла. Нам эта информация мало чем поможет.

– А что много чем поможет? – задала вопрос Шарапова. – Ты нашла, что искала?

Древняя кивнула.

– И не только.

Любимая посмотрела на меня.

– В операционной системе корабля нашла планы рейфов. Успела перевести немного, но что есть. Они не просто так оставили отряд у этой планеты. В назначенный час они должны были открыть портал на Землю и удерживать его, не давая нашим воспользоваться вратами. Это стандартная тактика атаки на более или менее развитые миры.

«Гюрза» грязно и непечатно выругалась в слух и уронила автомат, повисший на её ремне. Девушка закрыла лицо руками и тяжело вздохнула.

– Ты чего? – не поняла «Багира».

Наёмница помолчала несколько секунд. А когда убрала ладони от лица, на глазах соратницы обнаружилась влага.

– Я выпью за гарнизон этой базы, если вернусь живой, – горько проронила она. – Это не врата неисправны. Их вывели из строя преднамеренно, чтобы не дать рейфам воспользоваться ими.

– Врата накрылись ещё до прихода рейфов, – нахмурилась «Тень». – Я бы ещё поняла, если бы это случилось одновременно, но…

Военнопленная поспешила заткнуться под тяжестью взгляда «Гюрзы».

– Я от всего Особого Отдела передаю тебе пламенный привет, – жёстко припечатала Кирсанова. – Без обид, но никто из них не будет докладывать подстилке о планах противостояния рейфам. По-твоему, рейфы нагрянули внезапно? Их на радарах должны были видеть минимум дней за несколько.

До «Медведа» быстро дошло.

– Всё правильно, – боец помрачнел. – Даже самому отбитому додику хватит мозгов понять, что наземный полк с ударной группировкой не справится. А раз нельзя защитить, то необходимо уничтожить. Чтоб врагу не досталось.

Вывести из строя врата – задача непростая. По крайней мере, так, чтобы это не обнаружила Древняя или Ток`Ра. Значит, работал кто-то шарящий. Но, буде так, рейфы уже устранили бы проблему: они шарят похлеще нашего и наверняка допросили выживших, в том числе ментально. Что бы кто бы не сломал, он в любом случае…

…теперь помрачнел и «Полимер». До бойца тоже дошло. Воин посмотрел на меня.

– Базу надо переназвать, – пропечатал он, будто бы лично курирует этот вопрос, и не собирается спрашивать ничьё мнение. – «Имени Неизвестного Героя». Кто бы это ни сделал, он погиб при налёте на базу. Иначе рейфы уже знали б, кто что и куда дел, и как это исправить.

– Это единственное объяснение произошедшему, – «Гюрза» запрокинула голову и сглотнула ком в горле. – База не вышла на связь из-за отключённых врат, которые вывели из строя, чтобы не дать рейфам произвести атаку на Землю. А тот, кто это сделал, или покончил с собой, или погиб при обороне, чтобы не дать телепатам просканировать свой разум.

– Шерлок Холм из тебя так себе, – заметила «Тень». – Любая дозорная точка обязана сообщить о приближении врага. Если бы рейфы были видны заранее, Земля была бы предупреждена. Если не через врата, то посредством подпространственного передатчика. Я точно знаю, что он на базе есть.

Звучит логично, так-то. Кэп не знал о нападении рейфов. А он напрямую общается с верхами Генштаба. Если даже они не в курсе, то «Регион-13» точно не выходил на связь. По крайней мере, с информацией о рейфах.

Самое логичное, что можно предположить – среди личного состава инкогнито действовал особист. Предвидя бедствие, он преднамеренно вывел врата из строя тайно, чтобы выжившие соратники на допросах не выдали этого. И сам погиб в бою, возможно, умышленно, чтобы не проколоться. Рейфы – телепаты. Для них нет неизвестной информации. Всё, что знает допрашиваемый – знает и допрашивающий. И, понимая это, особист сделал всё от него зависящее, чтобы его действия выглядели максимально безобидной технической поломкой, как нельзя более удручающе совпавшей с атакой рейфов.

Причина, по которой эта информация не дошла до нас, мне не шибко интересна: не наш уровень. Это уже ведомство военной прокуратуры и особого отдела. Но факт есть факт.

– Это если радар дальнего действия был исправен, – возразил «Полимер». – И вообще. В этой картине десятки переменных, которые могут иметь сотни значений. И от их смены результат не поменяется. Гадать, что произошло, бесполезно.

– Не говоря уже о том, что мы всё равно никому не поможем, – процедила Лилит. – В журналах нет перечёта результатов сбора: я не вижу, чтобы на этот корабль выгружали собранную пищу.

– Люди остались на других кораблях? – «Андромеда» повернулась к Древней. – Или всех успели съесть?

– Едва ли нам это знание что-то даст, – флегматично пожал плечами «Медвед». – Даже, если первое – мы всё равно против нескольких боевых кораблей ничего не сделаем. Нас начнут разбирать на винтики сразу же, как только откроем огонь. И наличие на борту мёртвой королевы нам не поможет никак. Если второе – то подавно. Мёртвым уже всё равно.

Приходится констатировать правоту соратника. Увы, но мы не всесильны. Не всё всегда идёт так, как нам хочется.

– Есть и хорошие новости, – произнесла Древняя. – Я нашла процедуру вентиляции корабля. Она применяется при посадке «улья» на планету для обновления запасов пригодного для дыхания воздуха. Если запустить её в космосе…

– …продолжать не надо, – хмыкнул я. – Странно только, что её не защитили от дурака. Эдак же и весь корабль угробить можно! Я б запретил её запуск в вакууме на программном уровне.

– Так она и запрещена, – хмыкнула любимая. – Только когда меня это останавливало?

«Тень» с сомнением покосилась на девушку. Понемногу её взгляд всё больше пропитывался нескрываемым подозрением. Пчёлы начали что-то подозревать?

Лилит начала демонстрировать наличие опасных знаний. Даже, если не афишировать её принадлежность к древней расе, всё равно остаются поводы начать подозревать её в навыках и умениях, не свойственных земной девушке-наёмнице. Перевод текстов с языка рейфов? Управление техникой рейфов? «Тени» даже не обязательно видеть, что Лилит натворила на мостике в момент захвата. Девушка ходит по охеренно тонкому льду.

Я поспешил разрядить атмосферу единственным доступным мне способом: попытаться съехать в юмор, пусть даже не очень умелый.

Выкинул большой палец и ляпнул первое, что пришло на ум:

– Отлично. Удалим папку system32 и дело в шляпе. РУТ-доступ тоже пропишешь?

Древняя скрестила руки под грудью и качнула бёдрами.

– Я не поняла. Это был такой творческий идиотский стёб?

«Медвед» вернул разговор в рабочее русло:

– Какая часть корабля может быть затронута процедурой? – спросил он.

– Любая, – Лилит вернулась к работе и с головой погрузилась в программную часть терминала. – Обычно, это производят со всем кораблём без исключения, но функционалы позволяют запускать операции последовательно по палубам. Удобно, если стоянка корабля в силу неких причин оказывается затоплена: нижние палубы можно не разгерметизировать. Могу запустить везде, кроме нашей.

– Приступай, – кивнул я. – Только не открывай все объёмы разом и резко: нас разорвёт декомпрессией.

Любимая смерила меня взглядом.

– Ты за кого меня принимаешь, а?

«Полимер» достал из подсумка КПК и посмотрел на экран.

– Сколько времени займёт эта хрень?

– Около часа на подготовку, – Древняя вернулась к терминалу. – Я не хочу лишить нас воздуха из-за забытой форточки на кухне. И час-полтора на всё-про-всё. Весь корабль лишится атмосферы, так что остальные палубы будут недоступны, пока не сядем на планету.

– Ангар, если что, сохраним? – спросил я. – Ну, так, на всякий случай.

– Можно, – «Раптория» прикинула расклад. – Объём ангара зачищен. Даже, если там кто-то зашкерился, общими усилиями добьём. Но ты прав, взлётку надо оставить.

– Сделаю, – кивнула Лилит. – Я предлагаю через час начать выдвигаться и зачищать эту палубу «улья». Нам до Земли лететь небыстро, и не хотелось бы, чтоб нам испортили поездку.

– Сделаем, – согласился «Медвед». – Всем, общая команда. Рюкзаки снять, разгрузки и броню скинуть. Ложимся, отдыхаем. Девчонки, что прикрывали мостик без нас: подежурьте, подержите дверь на прицеле. Мы пока после броска по «улью» дух переведём да берцы перешнуруем.

Звучит как план. Да и попить чего-нибудь не мешало бы… Например, фирменного «Медведова» энергетика. А то 16 часов на ногах и нервах – не совсем то, что надо после хорошего и качественного отдыха. В работу желательно втягиваться постепенно, а не как в холодную прорубь с маковкой нырять.

18 августа 2011 года
09:15 МСК
Млечный Путь, рукав Стрельца, перегон между Минбаром и Солнцем
Борт трофейного «улья» рейфов

Более муторного занятия придумать трудно.

До недавнего времени я наивно предполагал, что самое нудное – проводка хат`така по гиперпространственному тоннелю. Вроде бы как, и автопилот уже давно изобрели, а всё равно до сих пор надёжней самому вести корабль.

Какое-то время небезосновательно считал, что скучнее просиживания штанов на школьной скамье нет ничего. Краем глаза понимаешь, что знания тебе рано или поздно пригодятся (пусть даже и не все), но заставить себя внимать им получается далеко не всегда.

Но зачистка… зачистка умудрилась побить все рекорды монотонности и однородности.

Что? Что говорите? Не слышу. «Зачистка – комплекс мероприятий, направленный… состоящий… предназначенный…» и далее по тексту? Зачистка – неоднородное мероприятие и до хрена всего требует? А вот хрен вам военно-морской. Во-о-от таких габаритов. Примерно размером с «улей».

Зачистка – действительно, комплекс мер, направленный на установление полного и безоговорочного контроля над местностью или объектом. Комплекс мер по зачистке состоит из разведывательных, досмотровых, штурмовых и оборонительных операций, наличие и процентное соотношение которых строго индивидуально в каждом конкретном случае. Во многом, благодаря именно этому невозможно составить карту действий и карточку огня. Всё сугубо неповторимо. Комплекс мер по зачистке предназначен для закрепления подразделения на местности или объекте с последующим его удержанием или развитием дальнейших действий с использованием местности или объекта в качестве опорного пункта.

Если сейчас начать перечислять всех задействованных в зачистке персонажей с распределением ролей, описанием задач и поставленных целей, выйдет если не талмуд или апокриф, то, по меньшей мере, гримуар. А на обложке и форзаце размашистым почерком будет написано «О влиянии лунного света на загробную жизнь мандавошек». Труд, достойный увековечивания в анналах истории и архивах мировых библиотек. Если они, конечно, уцелеют.

Но на практике выяснилось, что, применительно к «улью», зачистка – самая нуднейшая нудятина, которую только можно себе представить. Хрен ли толку, что для нас она уже не первая (и, хочется верить, не последняя)? Вы знаете, сколько помещений на «улье»? Нет, не так.

Вы знаете, СКОЛЬКО помещений на «улье»?

Это сраный, мать его за ногу раз так, лабиринт! Минотавр и создатели Критского лабиринта поубивали бы друг друга от зависти, если б оказались тут сейчас. Ни одной ровной или прямой линии. Ни одного однотипного отсека. Не единого ходка, который был бы хоть как-то похож на другой даже на одной и той же палубе.

И их сотни! Сотни отсеков в десятках ходков, разбросанные по всей многокилометровой палубе «улья»! И это надо не просто бегло прошвырнуться и посмотреть, а местами учинить тотальное искоренение всего сущего! Вы хоть представляете, сколько это занимает времени и сил?!

Всю ночь! Всю, сука, млять, на хер, ночь мы только и делали, что шлялись по всей палубе и добивали тех, кто поимел дурость (или несчастье) встретиться нам на пути. Всю ночь мы нарезали кренделя по палубе, потому что нет на ней, адский блюхер-нахер, прямых коридоров! Как ни пойди – а рано или поздно всё равно вернёшься по кругу!

Ох, едрить твои пистоны пружины эжектора внутри индуктивной обмотки электровафельницы… Та щоб я, та ещё раз, та пешим драпом по этапу, та подписался на зачистку «улья»… Та гори оно синем пламенем, щоб его подкинуло и разорвало поперёк себя шире!

Стоит ли говорить, что по возвращению в условно родную часть, коей был выбран центральный пост живучести, я невозбранно отключился без задних ног? Сколь долго ни помогал бы мне симбионт Ток`Ра, но даже так силы отнюдь не бесконечны. А если вспомнить, что кел`но`рином я промышлял ещё в Ёкаимуре, то дела становятся совсем швах.

Попадание моей бренной тушки в помещение боевого мостика – последнее более или менее трезвое воспоминание за те сутки. Дальнейшая череда стоп-кадров в памяти перемешалась до консистенции однородной массы трансмиссионной смазки, отчего стало решительно невозможно понять, где мухи, где котлеты, а где… прочие субстанции, дипломатично не указанные в составе этого дерьма.

Проснулся я, традиционно для себя, в пограничном состоянии нестояния. И приблизительно минуту пытался вспомнить, где, вообще, нахожусь, и, что, собственно говоря, происходит.

Замес на базе СпецСтроя «Региона-13» помню.

Дерзкий гоп-стоп с автоотжимом помню.

Инфильтрацию помню.

Зачистку помню.

Больше не помню.

Равно как и не сразу вспомнил, почему валяюсь на полу неопознанного отсека «улья», подмяв под себя рейдовый спальный мешок.

Равно как и не сразу вспомнил, почему валяюсь не один, а в обнимку с Сабриной, которая нежно, но навязчиво зарылась в мои объятия, и блаженно посапывает в две дырочки.

Равно как и не сразу вспомнил, почему одежда отсутствует, как физическая величина, на обоих, делящих сонный одр. Что моя форма ВКО, что её традиционное одеяние, обнаружились рядом с нами, сложенные абы как.

Ну, ладно. Хорошо. Сваленные. Сваленные абы как.

Сознание возвращалось медленно, но уверенно. А вместе с ним из руин памяти начали возникать образы минувшей ночи.

Отсек за отсеком, кластер за кластером, сегмент за сегментом, была зачищена вся палуба, отсечённая Лилит от всего остального объёма «улья». Гранаты кончились буквально в первые полчаса: работая по учебнику, сначала открывали двери помещения, закатывали туда «грену», а после смачного хлопка (оборонительная Ф1 в замкнутом пространстве творит фантасмагорическую мясорубку) заходили «крестом»* и добивали выживших.

*Крест – условное наименование схемы проникновения в помещение, когда заведомо неизвестно количество противника в нём и его размещение. Бойцы занимают исходные позиции справа и слева от дверного проёма, и в условленный момент времени проникают в объём помещения, чередуясь друг с другом. Те, кто находился справа от двери, после вторжения занимают левый объём, а те, кто слева – правый. Один из самых тяжёлых в исполнении приёмов, требующий чрезвычайно высокой слаженности боевой группы.

Когда кончились гранаты, её роль начал брать на себя я. По отработанной ещё в «Светлом» схеме, первым заходил в отсек, отправлял обнаруженным супостатам пламенный привет при помощи наруча гоа`улдов и после первых двух-трёх залпов поднимал щит вне зависимости от количества противников. Рейфы, пусть и додики фестивальные, но не имбецилы. Стоять по стойке «смирно», когда их рвут на мелкие ошмётки, не согласные. Максимум троих: именно столько я успевал поделить на ноль, если в помещении обнаруживалось сборище. Дальше под покровом щита «Цикады» учиняли Варфоломеевскую ночь, Волынскую резню, Верден и Сталинград в одном флаконе, а мы с Нергалом присутствовали, в основном, для мебели.

После зачистки, искоренив всё живое в последнем доступном нам отсеке, двинули в обратную путь-дорогу до кормовой части «улья», где остались наши. По пути заскочили в ангар и пополнили боекомплект из запасов, что предусмотрительно погрузили в трофейный литак рейфов.

По возвращению исполнил командирский долг и раскидал бойцов по дозорам. К тому времени уже очухались оглушённые в бою за ангар «Рентген» и «Штепсель», а ангажировавшая мою «медицину» гоа`улдов «Гюрза», покорпев над парнями, авторитетно заявила, что к обеду будут, как огурчики.

Помню, как оставив все дела на замкомвзвода, взял Сабрину и убыл с ней в изолированный отсек для исполнения кел`но`рина. Наруч, сволочь такая, выжирает силы пользователя, как грёбаный троглодит. Того и гляди, помрёшь от истощения. Нергал во мне на самочувствие не жаловался, но за проведённое за сожительством время я успел научиться распознавать, когда симбионту нехорошо. Хотя бы, потому, что если нехорошо ему, то и мне становится не сладко.

В полной тишине и полумраке, избавившись от боевого облачения и амуниции, мы предались ритуалу, а потом… вот «потом» стоит описывать куда аккуратнее, тщательно подбирая слова. Потому что «потом» всё скатилось в неистовый акт бури и безумия, когда Сабрина дорвалась до желаемого. Изголодавшаяся носительница Иштар отключилась только под утро и теперь, видимо, нескоро очнётся.

А мне, коль раз уж проснулся, пришла пора вставать. Безусловно, предаваться праздному разложению в компании с очаровашкой, поглаживая её нагие формы и созерцая неземную красоту, чрезвычайно приятно. Но не стоит забывать, что я, вообще-то, состою на командной должности, и в моём подчинении полнокровный взвод бойцов, за который мне предстоит держать ответ перед руководством. Мало ли, что может произойти, пока я тут отдыхаю и зажигаю? Дежурных, конечно, определил, но на душе скребутся кошки.

Когда я покидал сонный одр, моя рука напоследок погладила спящую девушку, пройдясь от груди до бедра. Что самое примечательное, управлял конечностью в тот миг Нергал: именно от него исходило чувство неописуемого сожаления, когда мы оставляли Сабрину досыпать.

Память сожителя в части отношений с Иштар была закрыта для меня: взломать такой мощный ментальный блок не выходило, сколько б ни старался. Но уже одного того, как тяжело симбионт реагирует на соседство с Сабриной, наводило на некоторые мысли. И не все они были чрезмерно цветасты и радужны.

Встать, одеться, обуться, проверить оружие. Боекомплект на месте, «ствол» в адекватном состоянии. Почистить бы его, конечно… Всё равно до Земли за ночь не долетели б. Будет, чем время в пути убить.

На выходе из отсека меня встретила «Гюрза». Вроде как, на роли дежурного, патрулировавшего вверенную зону, но, почему-то, в некотором рассосе.

Рядом с гермодверью в наш отсек Кирсанова разместила транспортный мешок, что отжала в местной «каптёрке»: большой кожаный баул сыграл ей роль эдакого кресла без спинки. Алина приставила его вплотную к переборке и откинулась на неё спиной, отдыхая.

Берцы наёмница сняла: обувь стояла рядом. Избавилась девушка и от кителя, насквозь сырого после всей этой кутерьмы. Оставшись в шортах и топе, соратница, обхватив автомат, восседала на импровизированном посту и улыбалась мне в глаза.

– С добрым утром, командир! – «Гюрза» приветливо махнула рукой. – Как отдыхалось?

И, не скрывая тёплых ноток, подмигнула.

Уж не знаю, как долго наёмница ошивалась подле дверей, но последние качественной шумоизоляцией похвастаться не могут. Плотный гермоствор, хорошо держащий разницу атмосферного давления, тем не менее изумительно пропускает звуки, в особенности низкие и высокие частоты. Если эта террористка тусовалась тут с тех пор, как мы уединились с Сабриной и Иштар, то вопрос, по большей части, риторический.

– Изумительно, – я махнул рукой в ответ. – Хорошо, но мало.

– Тебе добавки дать? – Алина кокетливо состроила глазки. – Только скажи.

Что-то девчонка начинает путать сдвиг по фазе с фазовым переходом. Конечно, в своём праве, но не стоит забывать, что она, вообще-то, на посту. Ещё можно закрыть глаза на безобразие с формой одежды (на борту органического корабля реально жарко: всё вокруг живое и излучает в инфракрасном спектре), но заигрывания – уже перебор.

– Сначала с вахты снимись, – порекомендовал я. – Стоять на тумбочке дневального по стойке «Смирно» не заставляю, но не надо скатываться в армию анархии.

Кирсанова фиглярски козырнула к виску.

– Слушаюсь, владыка! – причём, на наречии Ток`Ра.

Ах, ты ж, каналья! Ещё и ты стебаться вздумала?! Ну, погоди у меня, шельма… Земля квадратная, в уголке встретимся. Я тебя научу, как Родину любить!

Алина поднялась со своего «кресла», тихо скользнула босиком по органическому полу и беззвучно подошла ко мне. Прильнула грудью и горячо прошептала на ухо:

– Дежурство скоро заканчивается, и я вся твоя…

По тому, с каким обжигающей интонацией это было произнесено, стало понятно, что отвертеться не выйдет, если только не прибегнуть к силе. «Гюрза» и впрямь пойдёт до конца, коль раз уж наметила себе рубежи.

Девушка отстранилась и выключила игривую кошечку, вернув себя в рамки окружения.

– Без происшествий, командир, – серьёзным тоном доложила наёмница. – Личный состав в наличии, дежурных скоро сменят. Корабль не в лучшем виде, но об этом твоя ненаглядная лучше разъяснит. Я в технологических опухолях сосателей не Копенгаген.

Уже хорошо, что не всё хорошо. Когда всё идёт без сучка и задоринки – вернейший признак затаившегося писца. И в какой момент времени дерьмо полетит в вентилятор – решительно не понятно. Наличие незначительных огрехов даже приветствуется: они не дают совсем скатиться в лежбище морских котиков и поддерживают подразделение в минимальном тонусе.

– Проникновения с изолированных палуб были? – спросил я.

Алина пожала голыми плечами.

– Обнаружено не было. Я склонна считать, что декомпрессия стерилизовала весь «улей» без остатка.

«Склонна считать» и «небезосновательно утверждаю» – большая разница. Наличными силами контролировать многокилометровую палубу «улья» невозможно. С гарантией можно констатировать только то, что творится в радиусе действия детектора Древних.

– Я тебя понял, – РПК занял своё место на плече, повиснув на ремне. – Сабрина вымоталась: не буди её, если не будет тревоги, пока сама не проснётся. И тем, кто придёт тебя сменить, тоже передай.

«Гюрза» кивнула.

– Когда раскидаешь свои командирские задачи, перетри с «Тенью». Мне эта кикимора категорически не нравится, но она о чём-то очень сильно хотела с тобой переговорить. Между прочим, тет-а-тет.

А вот это уже заявочка, между прочим. В самом факте обращения ко мне военнопленной нет абсолютно ничего предосудительного: может, нуждается в чём-то или хочет попросить. Та же медпомощь, например. «Тень», конечно, тварь и сука конченая, но живой человек. Даже осуждённые у нас наделены некоторыми правами, хоть и существенно ущемлены в свободах. Но то, что она желает переговоров с глазу на глаз, заставляет несколько напрячься. Тут одно из двух: или она желает мне презентовать что-то, что не хочет предавать огласке, или грядёт какой-то шухер.

Я узнавал.

– Добро. Сама тоже не затягивай с отдыхом: как сменишься – ложись спать. Прошедшие сутки вышли чрезмерно напряжёнными даже с поправкой на отпуск.
Сообщение отредактировал Комкор - Среда, 31 Августа 2022, 13:56


Леший 19.08.95-24.09.14
Kitten 17.10.70-24.05.19
Попов Александр Николаевич 01.01.49-22.08.23
Награды: 7  
badis-dubio Дата: Понедельник, 25 Июля 2022, 03:47 | Сообщение # 753
Гражданское лицо
Группа: Пользователи
Сообщений: 5
Репутация: 0
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Блин, портить врата, тупо сливая весь гарнизон базы - как-то не комильфо. Если уж как-то заметили (а в случайность тут не верится) приближающихся рейфов, самым логичным было бы эвакуировать базу, а чтобы с ее врат не могли заблокировать земные, прислать в "подарок" "Вратобой" - в конце концов, американцы не облезут поделиться несколькими, если на Атлантис хоть один МНТ подогнать-таки, как было задумано. Конечно, чтобы похоронить врата под обломками базы хватит и сотни-другой тротила или еще какой взрывчатки, но рейфы упорные, раскопают. А тут это... "один "бух" - и ты потух". Можно было бы даже подгадать, чтобы хоть немного зацепило рейфов:вряд ли у них (не)хватило бы мозгов сажать крейсера или тем более ульи для того, чтобы врата забрать или взять базу под контроль, но мало ли (а зона поражения радиусом 250 миль это зона поражения радиусом 250 миль как-никак).
Награды: 0  
Desreny Дата: Понедельник, 25 Июля 2022, 17:06 | Сообщение # 754
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 438
Репутация: 4
Замечания: 0%
Статус: где-то там
А что за критика автор видит картину своими глазами
Награды: 0  
badis-dubio Дата: Вторник, 26 Июля 2022, 03:34 | Сообщение # 755
Гражданское лицо
Группа: Пользователи
Сообщений: 5
Репутация: 0
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=Desreny;452256]А что за критика[/quote]
Вообще-то критика помогает автору развиваться. А еще показывает моменты, которые разумно было бы впоследствии раскрыть-пояснить.
Сообщение отредактировал badis-dubio - Вторник, 26 Июля 2022, 03:34
Награды: 0  
Комкор Дата: Воскресенье, 23 Октября 2022, 20:59 | Сообщение # 756
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 526
Репутация: 402
Замечания: 0%
Статус: где-то там
18 августа 2011 года
09:30 МСК

На мостике было тихо. Да и что могло шуметь на органическом корабле-«улье»? Рейфы почти не используют механических приводов, способных издавать посторонние шумы. Биологические технологии функционируют практически беззвучно.

«Не буквоедствуй», – буркнуло моё Альтер-Эго. – «Тихо ему… Не нравится – включи тревогу!».

Нергал поддал надоедливому соседу мощным апперкотом и отправил того подальше в руины сознания.

Но в помещении центрального поста и впрямь было спокойно. Ни шума, ни гомона, ни гама. «Штепсель» с «Рентгеном» уже оклемались после оглушения: их не видно на том месте, где я последний раз помню их лежащими. Да и народу существенно поубавилось. За дверями мостика только «Штырь» с «Астория» дежурят, да Лилит с «Андромедой» за командными терминалами. Остальные отдыхают или патрулируют палубу.

При моём приближении «дежурные» подобрались, «Штырь» даже махнул рукой к виску, чтоб отдать воинское приветствие. С некоторой заторможенностью смекнул, что мы оба без головных уборов, потому жест окончился неопределённым финтом раскрытой ладонью. Типа, «Салют» и все дела.

– Отоспался? – спросил боец. – Знатно мы ночью дали жару. Давненько так не нагибали.

– И ещё столько же б не нагибать, – «Астория», откинувшись спиной на переборку, скрестила на груди руки. – Вы ж в атаке охренели. Все, кто с зачистки вернулся – мордой в пол полегли и дали храпака. Спали, как мёртвые. Из пушки не разбудишь!

– Сон полезен для здоровья, – назидательно изрёк «Штырь», и наставительно воздел указующий перст. – Не будешь спать – скоро скопытишься.

– Уснёшь тут, – буркнула молодая наёмница. – Когда что ни миг – то шухер. Спасибо, что хоть без потерь вернулись.

«Перегорает девчушка», – подумалось мне. – «Слишком нервная встряска. А у неё и без того психика неокрепшая. Жёстко её, конечно, потрепало…».

За «Асторией» никогда не замечалось большой тяги к излияниям слов. Девушка проявила себя не сказать, что «скромной», но тихой и практически незаметной. Сейчас же её не то, что «прорвало», но по тону и лексикону можно заключить о наличии некоторых признаков надвигающегося нервного срыва. Изменение поведения можно списать и на возраст, но, чуют мои лейтенантские седины, что дело далеко не в нём.

«Тонкое наблюдение», – мрачно констатировал Нергал. – «Твоя соратница демонстрирует склонность к истерике».

Невольно перед моим взором возник образ из памяти, когда «Астория», стоя на контрольной поверке, повисла у меня на руке и по-детски рыдала, уткнувшись в плечо. В ту ночь мы потеряли в бою «Лешего».

– Спасибо, – отозвался я. – Отдохнул. Да и кел`но`рин помог: Нергал помогает с рациональным расходованием сил.

– Слушай, командир, – «Астория» вдруг встрепенулась. – Всегда хотела спросить… а этот… кел`но`рин… На что он похож? А то про него иногда слышу, но толком ничего не знаю.

Нергал вежливо попросился к управлению телом.

– У этого термина нет достаточно точного перевода, молодая Тау`ри, – гортанно изрёк симбионт Ток`Ра. – Со стороны ритуал схож с медитацией, но это не совсем точное определение. Для нашего вида кел`но`рин – как для вашего сон. Увы, одно с другим не сочетается, поэтому для восстановления сил наши носители расходуют дополнительное время.

«Астория» исполнила некий жест рукой, который, очевидно, должен был визуализировать её неподобранные определения.

– Типа… как… не знаю. Транс? Изменённое состояние сознания? Астральный выход из тела?

«Бурная, однако, у девчонки фантазия», – хмыкнул я про себя.

Нергал же лишь улыбнулся моими губами.

– Трудно пояснить явление носителю иного языка, когда не ведаешь тождественных по значению слов. Если твой интерес неподделен, я могу показать тебе ритуал и научить ему. Едва ли он принесёт тебе практическую пользу, но сможет удовлетворить… твой академический интерес.

Наёмница кивнула в знак согласия.

– Хорошо. Я зайду как-нибудь. Когда снимусь с дежурства, например.

«Штырь» ткнул себе пальцем за спину в сторону помещения центрального поста.

– Пока вы двое не пропали для общества в своих ритуалах, заскочи к «Лилит». Она, вроде бы, что-то обнаружила в системах корабля.

– И совсем даже не «вроде бы»! – раздался громкий оклик любимой из приоткрытых дверей. – И совсем не «что-то»!

Нергал кивнул дежурным у дверей и зашёл в центральный пост.

«Андромеда» краем глаза окинула мою тушку беглым взором.

– Ты довольно долго отсутствовал. Все остальные давно на ногах. Тебя там гранатой не контузило, не?

– Елико возможно благодарю за теплосердечную заботу, – отозвался Ток`Ра. – Но не дождёшься. Сон и кел`но`рин невозможно исполнять единовременно. Отсюда и время, требующееся на отдых, увеличивается. Носитель не имеет травм или повреждений.

«Только если психики и головного мозга…», – буркнуло Альтер-Эго, тут же опрокинутое жёстким пендалем от Нергала.

Лилит сразу начала грузить, не терзая себя излишними приветственными речами:

– Я прогнала диагностику всего корабля, пока вы отдыхали, – проинформировала Древняя. – Этот борт не в лучшем состоянии. Долетим, но могут быть проблемы.

– Двигатели? – уточнил Нергал.

– Не только. С момента предыдущего выхода из гиперпространства прошло сравнительно мало времени, а в гипертоннеле «улей» провёл непозволительно долго. Корпус серьёзно пострадал от радиации, и есть поражения в некоторых внутренних отсеках. Движкам тоже досталось. Запас живучести ещё есть, но я бы рекомендовала выйти из гиперпространства.

Час от часу не легче.

– Можно выйти в космос и лечь в дрейф, – предложила «Андромеда». – Дадим «радио» в базу, попросим нас снять. По времени одно и то же получится: что дожидаться помощи, что самим добираться до дома. Но нам и впрямь надо остановиться.

У «ульев» крайне занимательная структура прочного корпуса. Снаружи корабль покрыт неким подобием рога: ещё не экзоскелет или панцирь, но уже крепкая на повреждения шкура, поразить которую ой как непросто. Это относится как к искусственным воздействиям, наподобие прицельного огня или бомбометания, так и к естественным (термические ожоги, радиационное поражение, пробоины и так далее).

Радиация гиперпространства – достаточно жёсткая штука. В космосе почти нет живых микроорганизмов, тем или иным образом приспособившихся для существования в подобной среде. Эта тварь стерилизует всё, докуда доберётся. Тяжёлые частицы прошибают практически любую преграду, и не очень-то интересуются её физическими свойствами к сопротивлению.

Если прочный корпус «улья» повреждён настолько, что есть угроза поражения внутренних отсеков – дело пахнет лигроином. Повреждения «биологии» корабля – это опухоли и метастазы, радиационные ожоги, и прочие «прелести» облучения. Не говоря уже о том, что, подчиняясь законам биологии, поражается не только внешняя ткань организма, но и его жидкости. Поражённая радиацией живая клетка органики в каком-то роде сама становится источником, отсюда и крайне тяжёлые формы течения поражений.

Теперь вспоминаем, что мы летим, по сути, на одной огромной опухоли. И если в случае с обычным кораблём мы бы отделались процедурой дезактивации или заменой элементов обшивки, то с «ульем» такой фортель не прокатит. Если органы (и, что самое поганое, главный мозг) корабля будут повреждён безвозвратно, есть не иллюзорный риск потерять корабль. Мы лишимся управления и разобьёмся.

– Выходим в обычный космос, – решил я. – Погони за нами нет, так что переждём немного. Сколько потребуется времени на регенерацию?

– Несколько суток, – процедила Лилит.

Мощно. Я бы даже сказал, категорически захватывающе. Несколько дней болтаться в космосе без щитов, подставляя борта под аэролиты. Эдак и под метеоритный дождь попасть недолго.

– Настолько серьёзные повреждения?

– Настолько старый корабль. Этому «улью» десять тысяч лет в обед стукнет. У него всё не слава Богу. Реакция на команды, скорость восстановления, мощность двигателей, точность наведения орудий… ему бы, по-хорошему, «отоспаться» лет сто или двести. Тогда с него ещё будет толк. Но сейчас это древнее корыто едва ли способно вывезти хотя бы встречный бой с одноклассником.

Остаётся только смириться. Стоит ли беспокоиться о том, что нельзя изменить?

– Выходите в космос, – выдохнул я и развернулся к выходу из центрального поста. – Как только осмотримся на месте, дадим «радио» в базу. А то Дегтярёв из-за Кошкиной себе места не найдёт.

– Кошкина давала повод для беспокойства? – полюбопытствовала «Андромеда».

На минуту задержался в проёме дверей и обернулся.

– Если бы твоя родня ввязалась в самую безвыходную самоубийственную авантюру всех времён и народов, уверен, ты едва ли сама была бы эталоном невозмутимости. Свяжитесь с репликаторами на крейсере: предупредите, что собираемся тормозить. Коль раз уж идём группой, то и отдыхать будем вместе. Заодно прикроют, если что.

18 августа 2011 года
10:05 МСК

«Тень» определили в местный аналог «обезьянника». Давать ей свободу перемещения по кораблю не стали. В конце концов, статус арестантки с неё никто не снимал. Спасательный отряд не добил её после обнаружения, но и индульгенции на неё не поступало. Правда, зверствовать не стали, и в полноценную «клетку» не посадили. Просто препроводили в один из отсеков, не занятый нами, оставили на руки некий запас питья и еды, да заперли от греха подальше. Не скажу, что решение неправильное.

Но вот чем пренебрегли напрасно – так это охранением у двери. Если уж решили заняться содержанием военнопленных, то, как минимум, необходимо обеспечить постоянное посменное дежурство для наблюдения и всевозможного пресечения. «Улей» – не колония особого режима. Выбраться из его отсеков можно с минимальным набором подручных средств. В теории, даже с вилкой.

Я не стал утруждать себя пустой игрой в тактичность и вежливость. Стучать в органическую дверь, спрашивая разрешения войти, бессмысленно: удары по ней не слышны от слова «нисколько». Да и не в том положении мой визави, чтобы я интересовался, что мне можно, а что нельзя. Молча ввёл команду в сенсорную панель сбоку от проёма. Створки воздухоплотной двери, скрипя суставами и шелестя роговым покрытием, отъехали в стороны.

Зайдя в отсек, от греха подальше закрыл за собой дверь.

Помещение, внештатно оборудованное под КПЗ, было обставлено космически минималистично. Не очень ровный геометрически, но довольно кондовый стол. Иже с ним, некое подобие кресла. Как и всё на борту, накрепко принайтованы к полу (возможно, даже органически прижито). Привычных нам традиционных кроватей рейфы не приветствовали: не нуждаясь в сне и отдыхе по невообразимо долгим периодам, для спячки они, как правило, помещались в камеры стазиса. Потому место для сна «Тень» оборудовала себе в уголке, расстелив чей-то спальный мешок.

Заключённая обнаружилась рядом с ним, стоящая, скрестив на груди руки, и молча созерцающая свой сонный одр. Какие мысли роились в её разуме – сказать трудно, но выглядела она чрезвычайно задумчивой. Даже на мой визит обернулась не сразу, будто додумывала что-то.

«Тень» повернулась ко мне в пол-оборота.

– Надо же…, – вымученно улыбнулась она. – Не ожидала, что ты придёшь… думала, забьёшь болт.

Собеседница, видимо, недавно проснулась: на это указывали не очень живой взгляд и не самая уложенная причёска. Да и форма одежды едва ли была полной: ботинки остались стоять возле лежака, а на теле девушки красовались лишь тропические шорты и рубашка, застёгнутая весьма небрежно.

– Был велик соблазн, – отшил я. – Но не каждый день задержанные просят меня о встрече тет-а-тет. Можешь считать, что удовлетворяю праздный интерес.

«Тень» горько хмыкнула.

– Праздный интерес у командира группы? У тебя остаётся время на такие бесполезности? Или у вас всё на мази в подразделении, или ты занимаешь должность спустя рукава. Но на халтурщика не похож.

Тут она права на все сто, двести и триста процентов. Должность командира подразделения от отделения и выше предполагает крайне высокую загруженность состоявшего. Порой времени не хватает даже на документооборот подразделения и его управление, не говоря уже о факультативной нагрузке. Если командир может позволить себе отвлекаться на что-то, кроме его людей, значит, у него появилось неучтённое лишнее время. Образоваться оно может только из-за отсутствия нагрузки как таковой или из-за пренебрежения этой самой нагрузкой в принципе. Дела группы я старался не сливать, занимаясь всем, чем должен. Был пущен по одному месту полный документооборот на ежедневной основе, но лишь потому, что с меня его никто и не требовал. Заполнялись рапорта, расходы-обоснования, больничные листы и маршрутные карты, да и то, по ситуации. Даже бумажную книгу вечерней поверки я в подобные рейды с собой не брал. Зачем? А, главное, на хрена? Ни одна разведгруппа их с собой на территорию противника не берёт. Дурость.

– Зато ты представляешь собой нездоровый интерес, – вернул монету я. – Так что, если есть, что сообщить – глаголь. Я весь внимание и жажду удовлетворения своего любопытства.

Задержанная кокетливо качнула бедром и стрельнула глазками.

– Про нездоровый интерес – это такой подкат? – подмигнула она.

– Ближе к телу, – потребовал я.

Девушка выдохнула.

– Почти два месяца прошло с тех пор, – проронила она. – А картина перед глазами до сих свежа, как вчерашняя. Признаться, много дерьма успела повидать, и пережила многое… но тебя, парень, я забуду нескоро. Таких кошмаров у меня давно не было.

Это она про диверсию на борту «Александра Невского»? Ну, да, ну, да. Сцепились мы тогда не на жизнь, а на смерть. Думал, убью паскуду. Но нет, выжила. И даже здоровёхонька. Подлечили её наши эскулапы. А стоило?

– И всё же, ночи не прошло, чтобы я не вспоминала… пыталась вспомнить хоть что-то, но… Единственное, что отложилось в памяти – твой рык и звериный взгляд. Поверь мне, парень. Я не раз дралась в ближнем контакте. Но такой противник, как ты, мне попался впервые. Так мстить за своих людей… почему ты не убил меня тогда? В твоём взгляде кроме жажды смерти ничего не было.

Очень тонкий момент. Отвечать на него правдой – означает начать раскрывать свою колоду карт. «Тень» знакома с контрразведкой и методами дознания. Умеет складывать картину из пазлов. Собрать информацию о человеке на основе его ответов – как не хрен на хрен. Я не такой дурак, чтобы раскрываться тому, кто даже не числится в составе моего подразделения. В особенности, если учесть прошлые «заслуги» конкретно этого персонажа.

– Таков был план, – ляпнул первое, что пришло на ум.

«В любой не понятной ситуации говори «таков был план». Мало ли, какой дебильный у тебя план?».

Я отчётливо помню, как сумел заставить себя остепениться, склонившись над поверженным врагом. «Тень», зажимая кровоточащую руку, валялась на полу, плача от боли. Вспоминая, с какой силой и в какие места бил, можно констатировать: то, что она не окочурилась тогда – чудо, и никак иначе.

Мотивы, по которым я решил сохранить «языка» для дальнейшего допроса, ей лучше не доводить. Путь думает, что хочет: вряд ли она сможет точно и досконально восстановить ход моих мыслей. Тем более, что прошло больше двух месяцев, а у неё гарантированное сотрясение мозга. Меня это устраивает.

«Тень» задумчиво пожевала язык.

– «Таков план», говоришь? Странное у тебя мышление. Дальновидное, но непостижимое.

Девушка прошлась по отсеку. Она старалась подбирать слова и зашла исподволь. Значит, сейчас что-то будет. И, кажется, я даже догадываюсь, что именно.

– Ты чуть не убил меня тогда, – произнесла она. – Даже военврач сказал, что ещё один удар в голову – и я труп. Ты себе не представляешь, как они плясали вокруг моего тела, чтобы я не осталась инвалидом. Проще было меня пристрелить.

Это она сейчас типа на жалость давит? Ну-ну.

– Я все два месяца засыпала, видя перед собой твой звериный оскал. Картина пострашней ухмылки рейфа, если честно. Уже и к «психам» обращалась, но тут даже медикаменты были бессильны. Но… веришь ты, или нет, только это и помогло мне… выжить.

Душещипательные истории – не совсем то, что я люблю. Рвотных позывов не испытываю, но и от катарсиса не упиваюсь. Если сейчас это туловище не перейдёт сразу к делу, я форсирую события. И не факт, что ей это понравится.

– Когда рейфы напали на базу… весь полк встал под ружьё. Бойня случилась похлеще Брестской. Полегли рейфы, полёг почти весь СпецСтрой. Но знаешь, что? До меня никому не было дела. Даже те, кто были приставлены надзирателями ко мне. Да, они дрались, как берсерки. Рейфов выносили просто пачками. Но на меня всем было плевать. Одна, без оружия, на целой базе, полной врага… ещё бы. Ведь я к ним приписана не как соратник. Как выразилась твоя подруга, «подстилка»…

Искусственное затягивание речи начинало меня вымораживать.

– С предысторией достаточно, – произнёс я. – Если можно, хотелось бы уже предметней.

– Я вспомнила тебя, парень, – «Тень» повернулась ко мне. – Твой взгляд, полный жажды убивать. То, как ты дрался за своих людей. То, как ты мстил за них. Это помогло мне дождаться вашей помощи. Я по роду деятельности – агент-одиночка. Не ходила в штыковые атаки, не штурмовала города в составе целых армий, не сидела в окопах неделями. Я ни разу не видела, как кто-то с таким остервенением может впрягаться за своих подчинённых.

Собеседница не очень уверенно приблизилась ко мне.

– Я понимаю, что ещё нескоро заслужу прощения… и, вероятно, после войны до меня ещё доберутся из Особого Отдела… но, мне кажется, что только так у меня получится дожить, если… я… примкну к вам.

Надо же, какой неожиданный поворот событий! Изумительно, какой невообразимый ход! Невероятно, как сногсшибательно повернулась история!

Нет.

Я помню, как «мазалась» к нам «Гюрза». Помню, как впрягся за «Рысь». Помню, как с Кристияном занимали «Изумрудное», укрывая его подопечных до момента эвакуации. Но чтоб вот так вот… Охренительное, блин, утро.

– Я понимаю, что ваши люди вряд ли встретят меня с распростёртыми объятиями… и, что ещё быстрее, прикончат меня тихой ночью. Но мне и так хана. Бойня в базе показала, что об арестантах не сильно пекутся. Сдохнут – и сдохнут. Нет человека – нет проблемы. С вами же мои шансы… несколько… выше.

Я по жизни вообще спокойный малый. Да и нагрузка, кратно превосходящая расчётную для моей возрастной категории, уже практически сделала из меня флегматика. Я крайне скупо реагирую на неуместные раздражители. Но вот сейчас мне захотелось не просто прикончить эту тварь. Я остро захотел отправить её в межмировое пространство, да так, чтобы в следующей жизни она помнила, как тепло её препроводили.

Подошёл к собеседнице вплотную и не сдерживаясь ткнул её пальцем в грудь. Попал аккурат меж рёбер: девушка поморщилась, но не дёрнулась.

– Как думаешь, что испытывает человек, когда его грудную клетку навылет прошивает пуля? Задевая кость, пронзая лёгкое… Ты знаешь, что чувствует человек, бледнея вдох за вдохом, нервно хватая ртом воздух, истекая пузырящейся кровью? А как на автомате отсчитывает доли секунды тот, кто накладывает раненому воздухоплотную повязку, стараясь успеть до коллапса из-за пневмоторакса?

«Тень» потупила взор, а я начал закипать.

Рука молниеносно сомкнулась на горле задержанной, зажав дыхательные пути. Не перекрыл полностью, но дышать ей однозначно стало труднее.

– А как ты думаешь, что испытывает человек, задыхающийся в задымлённом после взрыва отсеке корабля? Это не просто недостаток кислорода или переизбыток углекислоты. Это почти полное отсутствие кислорода, и ядовитый электролит из конденсаторов. Это гарь от проводки, оседающая в гортани и лёгких, и прожигающая их стенки нестерпимой острой болью.

«Тень» инстинктивно схватила меня за душившую её руку, но и только. Ни вырваться, ни сопротивляться не пыталась. Зато я чувствовал, как она пытается сглотнуть: держа её за горло, ощущал даже пульс на сонной артерии девушки, стремительно учащающийся.

Но вот морда лица собеседницы очень скоро начала синеть. Видать, перестарался с «дыхалкой»: воздуха стало откровенно не хватать.

Я отпустил её и дал продышаться. На коже девушки отчётливо отпечатались красным следы от моего захвата. Видать, и впрямь не рассчитал силы. Или это Нергал постарался?

«Я не у дел», – сообщил симбионт. – «За твои действия ответственен ты сам».

– «Гайка» правильно предложила, – процедил я. – «Око за око, зуб за зуб». По-хорошему, ты должна заплатить по счетам. И только тогда, возможно, мы подумаем о твоём искуплении.

– Пустите по кругу и скормите рейфам? – безучастно спросила она.

– Можешь откусить себе язык, – усмехнулся я. – Говорят, от кровопотери умираешь довольно быстро. Может, до рейфов и не доживёшь.

Единственная причина, по которой «Тень» до сих пор жива – её статус выжившей при прочёске базы. Спасательный отряд не посылают, чтобы он добивал уцелевших. Если мы её нашли живой – то живой и должны привезти на Землю.

Дальнейшее иначе, кроме как на сотрясение мозга «Тени», списать не получается. Потому что, не дождавшись опровержения по первому пункту, девушка расстегнула рубашку и сбросила её на пол, представ передо мной с голым торсом.

Даже при сравнительно скудном освещении на борту «улья», не идущим ни в какое сравнение с привычным мне уровнем, в глаза бросился заживший, но всё ещё хорошо заметный шрам на плече. Тот самый, от моего удара ножом.

Да и в принципе фигура «Тени» довольно здоровая. Ни гематом на половину живота, ни сломанных рёбер, ни чего-то ещё. Я ожидал увидеть, хотя бы, шрамы от операционного вмешательства, но, кажется, обошлось без него.

Вслед за рубашкой отправились и шорты от тропической формы девушки. Альтер-Эго знатно охренело от наблюдаемого стриптиза, зато Нергал и интересом наблюдал за поведением заключённой.

Та, стараясь не смотреть на меня, с потупленным в пол взором, потянулась к моему ремню и начала расстёгивать силовую пряжку.

«Тень» набивала себе цену:

– Я хороший штурмовик. Знаю любое земное стрелковое оружие и баллистику почти всех земных боеприпасов. Поверхностно знакома с артиллерией и миномётами. Очень хорошо летаю на «стрелах». Качественно знакома с технологиями Древних, рейфов, гоа`улдов. Чуть хуже – остальных рас, с которыми пересекались. В бою пригожусь на любом театре действий. Хоть снайпер, хоть штурмовик переднего края, хоть… приманка. А в спокойной обстановке…

Рука девушки скользнула к ниже, второй обняла меня за шею и попыталась поцеловать.

Разочарованию Нергала не было предела.

«Ничего интересного», – обречённо выдал симбионт. – «Обыкновенная стратегия. Жалость, признание главенства, и попытка сыграть на физиологических слабостях. Бесспорно, самка молода и привлекательна для вашего вида. Но мне трудно уважать такое. Как воин, она пользовалась бы моим уважением, если сразу предложила служить».

Я целиком и полностью разделял позицию Ток`Ра. Не люблю, когда люди юлят вокруг да около. Если тебе от меня что-то надо – то спроси это прямо. Не факт, что дам желаемое или окажу просимую услугу, но, хотя бы, рассчитаю, смогу ли это сделать, и, если окажется для меня необременительно, то исполню. Ненавижу лебезящих и им подобных.

В оправдание «Тени» можно сказать, что та плохо себя контролировала. Даже по речи ощущалось, что слова давались ей с трудом: она однозначно находилась не в своей тарелке. Не знала моей реакции, не была уверена в ответе. Ожидала, что прямо сейчас опять получит в морду. Или пулю в затылок. Её поведение диктовалось сомнениями, опасениями, нерешительностью.

Но, как обычно, золотая середина где-то между ними. Да и психолог из меня, на самом-то деле, так себе. Поэтому от окончательного диагноза воздержимся.

А ещё от неё тянуло едва уловимыми нотками этиленов. Бухать, может, и не бухала, но, очевидно, «для храбрости» чего-нибудь тяпнула.

Я схватил «Тень» за волосы и жёстко запрокинул её голову.

Девушка шумно выдохнула.

– У меня для тебя две новости, милая, – горячо прошептал ей на ухо. – Во-первых, если ты думаешь, что можно купить моё расположение, просто отдавшись мне, то глубоко заблуждаешься. Ценность этого метода чрезвычайно переоценена. Конкретно в моём случае секс доступен мне в разумно неограниченном количестве, и его курс не котируется до равноценности с индульгенцией. Во-вторых, ты себе даже не представляешь, во что пытаешься ввязаться. И если я кажусь тебе ангелом-хранителем, то рекомендую пообщаться с людьми. Для начала, из личного состава подразделения. Потом с Дегтярёвым. Если сочтут необходимым, тебе пояснят, что за дичь ты несёшь.

– Ты не ангел, – прошептала «Тень», глядя в потолок (трудно смотреть куда-то ещё, когда тебе заломили назад шею). – Ты демон. Может, и не знаешь, что о вас в войсках легенды ходят. И, поверь, не хвалебные песни слагают. Но если служба в твоём подразделении – мой единственный шанс выжить, то я согласна на любую цену. Любая просьба имеет свою цену. Не бывает альтруистов. Все хотят чего-то взамен. Но сейчас мне нечего тебе предложить. Моя жизнь и моё тело – всё, чем я сейчас владею. А как ты ими распорядишься и овладеешь…

– Ты будешь пахать, как проклятая, – заверил я. – Ни минуты покоя, ни часа отдыха. Сказал «рядом» – и ты рядом. Сказал «фас» – и ты в атаку. И упаси тебя Господь Бог Саваоф провалить задачу или не выполнить приказ. Или предстаёшь пред мои ясны очи с докладом об успешном выполнении – или лучше тебе костьми полечь на поле боя.

– Любой приказ…, – одними губами проронила девушка. – Всё, что скажешь… только возьми меня… или убей сразу. Мне всё равно хана.

Вот каналья! Я ей тут ультиматумы ставлю, расписываю её далеко не безоблачное завтра, а она всё равно ручкой балуется! Даже в таком положении обниматься лезет!

Я отпустил собеседницу. Вот сколь бы я не любил фразу «наши взгляды пересеклись», но они, млять, реально пересеклись! Я смотрел в её глаза, она смотрела в мои.

– Я не решаю вопросы такого уровня. Всё, что могу сделать – доложить Дегтярёву. Если он даст делу ход – будешь ему проставляться. Не моей компетенции запрос.

– Я знаю…, – прошептала она и робко потянулась ко мне, стремясь прильнуть плотнее.

Нергал осторожно попросился к управлению телом. Мы уже достаточно сожительствуем с симбионтом, чтобы научиться друг друга чувствовал. Я понял: Ток`Ра задумал так любимую им театральщину.

Едва только симбионт перехватил управление, а наши глаза вспыхнули характерным проблеском, как «Тень» преобразилась. Только что чуть ли не всю себя отдающую девушка вздрогнула, замерла солевым столпом. Буквально в следующий миг её глаза широко раскрылись от непомерного изумления, а после в них появился не наигранный животный страх, сковавший тело ещё сильнее.

Кажется, у собеседницы слегка перебило дыхание.

– Это ещё не всё, молодая Тау`ри, – гортанно прорычал Нергал.

Если кому-то понадобится рисовать с натуры картину «Жена Лота обратилась в соляной столп, Содом, Ветхий Завет», то обращайтесь. Мы с Нергалом преуспели в сотворении этих самых натур. Состояние оной жены «Тень» исполнила с таким театральным артистизмом, что на секунду самому уверовалось в сиюминутную погибель Содома и Гоморры.

В лучших традициях шоковой терапии Ток`Ра не дал времени собеседнице оклематься.

– Ратная служба воинов всех рас трудна и опасна, – изрёк симбионт. – Ваши же враги преумножают все угрозы, тяготы и лишения, что предписаны каждому из вас. Нет ни малейших гарантий, что хоть кто-то доживёт до завтрашнего дня. Вся Тау`ри на острие копья, и с каждым днём оно вонзается всё глубже. Рассекая плоть, увеча судьбы, разрушая цивилизацию. Тебе уготована участь наблюдать кончину рода из первых рядов строя. Покажи мне, чего ты стоишь, молодая воительница. Докажи, что мой носитель может доверить тебе выполнение боевого приказания. Я вижу в тебе все задатки, дабы мог облечь тебя в чин первого прайма. И только в твоих силах убедить меня, ошибочны ли мои суждения.

За что мне нравится сожитель – так это за его умение задвигать базу. От такой бронебойной речи подавилось матом даже моё Альтер-Эго.

«Тень» – да в чин первого воина? А Нергал не мелочится. Чего же сразу её в системные владыки не выдвинуть? Наделить уделом, дать какую-нибудь посудину, да пяток джаффа в подчинение… для начала.

Что-то меня понесло.

18 августа 2011 года
12:00 МСК

– …примерно так всё и было, – закончил доклад я. – Корабль захвачен, потери минимальны, идём курсом на Землю, вынуждены сделать экстренную остановку для космического пит-стопа. Как только движки и корпус подлатаем – выдвинемся дальше. Расчётного времени прибытия дать не могу, корабли рейфов мы ещё не угоняли.

На всякий случай, передали на Землю короткий доклад о произошедшем. Благо, что дальняя космическая связь подарила нам возможность телекоммуникации, и не обязательно представать пред нашим воеводой, дабы глаголить в его адрес. Ныне оный воевода расплывался бесформенным маревом на голографическом экране передо мной и с донельзя бездумным военным взором созерцал моё говорящее хлебало на своём терминале связи.

– Я только одного понять не могу, – произнёс товарищ гвардии полковник Дегтярёв. – Вы или гениальные пираты, или полностью отбитые безумцы. Отжать два корабля у орбитального АУГа* и нагнуть раком полнокровный экипаж?! Млять, парниша, без обид: оставайтесь лучше там. Чую, вы нам на Земле такое учудите, что дешевле атомную бомбу взорвать и на пустыре всё заново отстроить.

*АУГ – авианосная ударная группировка, прим.

Сочту за комплимент.

– Припасов не хватит, – полушутя, отозвался я. – С воздухом проблем нет, но еды и воды хватит до Земли. Дольше оставаться не сможем. Буду признателен, если дадите район парковки для этих посудин. Сомневаюсь, что трофейный «улей» и крейсер будут лишними при обороне планеты.

– Боюсь, что лишние, – буркнул полковник. – Их не было в плане обороны.

Небольшой косячок.

Ну, в принципе, логично. Два взявшихся из ниоткуда корабля – хорошая огневая мощь. Но её надо чем-то запитать. Для её применения необходим экипаж, который надо где-то взять. А учитывая полное отсутствие времени, едва ли возможно за десять дней подготовить достаточно умелый призыв, который в состоянии сладить с неизвестной инопланетной техникой, управляемой системами на неизвестном инопланетном языке.

Только, если ещё репликаторов наплодить.

– Тогда паркуюсь, где найду, – согласился я. – Выйдем из гиперпространства заранее. Просьба не нашинковать нас: мы салюты не заказываем.

– Передадим ВКО, – кивнул Кэп. – Есть ещё, что сказать?

– Никак нет. Личный состав в наличии, жив и здоров. Материально-техническая часть условно исправна и практически в строю. Расход боекомплекта в пределах ожидаемого и едва ли понадобится в полёте.

Личный состав упомянут первым не спроста. Не надо быть семи пядей во лбу, чтоб понять: дядя переживает за свою племяшку. И такой устоявшейся армейской формулировкой ему дали понять, что тревоги напрасны.

Дегтярёв на экране молча кивнул каким-то своим мыслям.

– Добро. Будь готов принять входящую передачу: есть вероятность, что вы нам понадобитесь.

– Есть.

***

С припасами у нас, к слову, действительно туго. Учитывая наличие полнокровного взвода с одним приданным военнопленным и одним мной (а я ввиду ускоренного метаболизма из-за подселения симбионта могу жрать в три горла), наличных пайков надолго не хватит. Но это же не повод не есть? Нам на Земле быть не позже, чем через три дня. Ужо до этого-то времени с голоду не сдохнем.

Надеюсь.

Потому не нашёл ничего зазорного в том, чтобы подкрепиться. Компанию мне составила Лилит: её я встретил по дороге до ангара, где припарковали трофейный разведчик.

Почему по дороге до ангара? Потому что помещение, штатно использующееся на «улье» в качестве трапезной, нашему биологическому виду не подходит по умолчанию. Хотя бы, потому что наш биологический вид сам проходил по этому помещению в качестве трапезы.

Засим, приём пищи решили учинять в ангаре: места необъяснимо много, можно разложиться, расстелиться, а при отсутствии входящих задач и развалиться. В том числе морально и физически.

Да и зачем тягать тяжеленные баулы и канистры с водой туда-сюда, если в любой момент может понадобиться эвакуация с трофейного же «улья»? А так сел на велосипед – и делай ноги вензелями.

По дороге до ангара Лилит и примкнула, составив компанию: с ней мы пересеклись примерно на полпути. Как раз заметил краем глаза, как она материализовалась из ходка слева.

– Тоже подкрепиться решил? – подмигнула девушка и скользнула под руку.

Мои пальцы тут же обхватили ладошку напарницы. На её безымянном пальце вслепую нащупал то самое кольцо, которое преподнёс ей ещё на борту «Гипербореи». При мне его она ещё ни разу не снимала.

– Голод – не тётка, – отозвался я. – Да и пока в дрейфе лежим, хочу заняться документацией подразделения. Отчёт с расходом-обоснованием, доклад, рапорт, представления… На голодный желудок ещё можно работать физически, но вот думать умственно уже проблемно.

– А ты ещё и носитель симбионта, вдобавок, – Лилит задумалась. – Тебе бы рацион подкорректировать. Добавить в свой паёк что-нибудь энергетически ценное.

– Таблетку урана, например? – хмыкнул в ответ. – Говорят, в одном грамме около двадцати миллиардов калорий.

Древняя усмехнулась.

– Боюсь, ещё рано переводить тебя на энергию распада ядер. Но с учётом твоей нагрузки я бы и впрямь пересмотрела то, чем ты питаешься.

Внутри обозначил себя Нергал.

«Твоя избранница права», – произнёс Ток`Ра. «При текущем темпе утилизации полезных веществ в твоём организме дефицита в них не предвидится. Но стоит получить серьёзную травму, как на восстановление и регенерацию понадобится энергия. Её необходимо где-то брать».

Лилит скользнула по мне краем взгляда.

– У тебя глаза чуть светились, – сообщила она, косясь на меня. – Нергал что-то подкинул?

– Да. Согласился с тобой.

– Вот видишь, – Древняя ткнула меня второй рукой под рёбра. – Когда два инопланетянина говорят тебе одно и то же, это, как минимум, повод задуматься.

– Осталось Сабрину с Иштар приобщить к симпозиуму, – фыркнул я. – Чтобы четыре инопланетянина сказали это.

– Звучит как план.


Леший 19.08.95-24.09.14
Kitten 17.10.70-24.05.19
Попов Александр Николаевич 01.01.49-22.08.23
Награды: 7  
шаман Дата: Понедельник, 24 Октября 2022, 20:14 | Сообщение # 757
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 310
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=Комкор;452272]Когда два инопланетянина говорят тебе одно и то же, это, как минимум, повод задуматься.[/quote]
Истина во плоти))))))))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Понедельник, 21 Ноября 2022, 18:31 | Сообщение # 758
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 526
Репутация: 402
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=шаман;452273]Истина во плоти))))))))
[/quote]

- В чём истина, брат? Истина во плоти (с).

***

После обеда Лилит, не терпя возражений, взяла меня за руку и молча завела в грузовой отсек трофейного разведчика. Решительно заперла за нами грузовую аппарель и только тогда позволила себе начать вещать.

– Дела плохи, – сразу начала она. – У нас осталось всего две недели, а флот Земли не готов. Я постараюсь помочь всем, чем смогу, но мои силы на исходе. В одночасье сбить всю армаду не выйдет.

– Нам обещался помочь Демиург, – я откинулся на стенку десантного отсека. – При любом раскладе, нам не вывезти встречный бой. Ни при каких раскладах.

– Есть один способ, – Древняя дёрнула щекой. – Это аварийный вариант на самый поганый случай. Любой пилотируемый носитель, способный принять полезную нагрузку, снабжается генератором маскирующего поля и оснащается наквадах-фугасом. Проникает на борт вражеского корабля и производит подрыв. В этот временной повтор получилось завладеть и широко освоить технологию репликации: недостатка в пилотах не будет. Но это сработает только если будет действовать связь между центрами принятия решений и исполнительными подразделениями штабов. Рейфы не первую тысячу лет воюют, так что…

– …связь научились вывозить из строя первой.

– И это без учёта других тактик, типа блокирования звёздных врат на поверхности атакуемой планеты.

– Шансы?

– Никаких. Если Демиург нам не поможет, эта временная петля дополнит ту бесконечную кипу повторов.

– Первый раз в армии? – пожал плечами я. – Начнёшь сначала, найдёшь меня, объяснишь ему всё, и с чистого листа…

– Не пытайся казаться тупее, чем ты есть, – жёстко припечатала Лилит. – Этот раз разительно отличается от всех. На этот раз я беременна, если ты не заметил.

Велик был соблазн ответить какой-нибудь острой колкой репликой, но тут уже начал действовать здравый смысл. Если Древняя перешла к разговору тет-а-тет, значит, дело серьёзное. Да и тон любимой не позволяет предположить, будто та решила постебаться.

– Эта временная петля должна разорваться немедленно, – произнесла девушка. – Тут и сейчас. Сию же минуту. Даже, если уйду на очередной круг, в моём состоянии много не навоюю.

– Мы делаем всё от нас зависящее, – буднично доложил я. – У меня нет возможности повлиять на действия Демиурга. Но я лягу костьми, если потребуется, и сделаю всё, чтобы победить.

Древняя полоснула по мне ледяным взглядом.

– Опять помереть собрался, значит? – процедила она.

С резко, со всей девичьей дури, зарядила мне кулаком в плечо.

«Вообще-то, это было очень даже больно!», – возмутилось Альтер-Эго.

Лилит схватила меня за китель.

– А ребёнка я одна растить буду?! – зарычала она. – Запомни. Ты должен выжить. Любой ценой. Победить и выжить. Понял меня? Это и тебя касается, Нергал.

Ток`Ра занял управление телом.

– Избранница моего носителя чрезмерно озадачена, – констатировал симбионт. – Но требование противоречиво. Воин должен ежечасно быть готовым отдать свою жизнь и…

– Оставь свои нравоучения для молодых джаффа, Ток`Ра, – мне показалось, или в голосе Древней прозвучали нотки надменности и презрения?! – Мне они не нужны. Каждый раз, когда твой носитель погибал в последней битве, всё шло под откос. Всё, что мы старались и возводили, моментально летело в тартар. И если в этот раз он опять додумается пожертвовать собой и сдохнуть, клянусь своим происхождением, я верну его к жизни и убью собственноручно.

Мы с Нергалом помрачнели. Такой Лилит я не видел, пожалуй, до сих пор ни разу. По крайней мере, в наш с симбионтом адрес точно.

– Ход боя невозможно предугадать, – назидательно произнёс сожитель. – Шальной снаряд не спрашивает разрешения на поражение.

– Тогда сделайте так, чтобы все без исключения спрашивали у вас разрешения, – процедила девушка. – Бейте так, чтоб в ответку шмалять было некому. Командуйте так, чтоб у противника не осталось ни секунды на размышления. Это будет последний бой. Мы играем ва-банк. Любые козыри, любые схемы. Самые грязные и подлые трюки. Самые изощрённые тактики и решения. Но запомните оба: умрёте – убью. Без шансов на перерождение.

Я вернулся в своё тело и притянул Лилит к себе.

Как бы она ни казалась выглядеть грозной и строгой, но любимая – всё та же напарница, которую я знаю и люблю. Пусть она трижды инопланетянка, а я – ни на что не годный в стратегическом плане тактик-наёмник. Разве это что-то меняет? Я хочу, чтобы она была счастлива. Только и всего. Не хочу видеть её грустной или разбитой. Ей это не идёт. Боевая ярость – да, к лицу, и ещё как. Но такой… ей это не идёт.

Я обнял Древнюю и прижал к себе.

– Не забудь, – прошептал ей на ухо. – Наша свадьба – первого сентября, на могилах рейфов. Отказ не принимается, попытка слива будет пресечена на месте. Мы вернёмся домой. Со щитом или на щите. Я не командир, если не добуду нам победу в бою любой ценой.

Девушка обхватила меня так крепко, что хрустнул позвоночник.

– Ты дал слово, – горячо прошептала она. – Только попробуй его нарушить, и ты узнаешь, каково иметь дело с Древними.

Глаза Древней занялись переливающимся тёмными оттенками пламенем. Я узнал этот взор. Уже видел его неоднократно. И, кажется, это означало, что моя инопланетянка сбросила все маски.

В следующий миг Лилит напомнила, что «горячо» умеет не только шептать.

18 августа 2011 года
13:00 МСК

«Улей» лежал в дрейфе, блаженно разлагаясь под потоками заряженных частиц близлежащих квазаров. Крейсер расположился в нашей верхней полусфере: репликаторы прикрывали уставший борт. Им-то хорошо, они машины. Почто им усталость, голод, радиация? А мы? А мы – это мы. И этим всё сказано.

Нечасто нам выдаётся такая минута, чтоб прям вообще никакой нагрузки не было. Вот куда ни кинь – всюду сплошная блажь да тишь. Редко такое случается. Засим, решил воспользоваться столь щедро предоставленным судьбой шансом и подбить документацию подразделения, для чего засел в кабине трофейного разведчика. Уж на что эта «котлета» – продукт чуждых для нас технологий, но, едрить твои шептала и перехватыватели, какой же он удобный…

Так и развалился в кресле пилота. На «приборке» передо мной – кипа писчей бумаги, на коленях – планшет, в руке – ручка, и писать, писать, писать…

Расход боекомплекта. Расход провианта. Расход воды. Расход медикаментов. К счастью, обошлось без расхода топлива: убывали мы без машин.

Расход личного состава… к счастью, без невозвратных потерь.

Боевые потери материально-технической части.

С боекомплектом всё просто: можно смело списывать в боевой расход весь носимый БК, что взяли с собой с Земли. Просто потому, что в горячке боя никто не вспоминал, сколько патронов оставалось в каждом конкретном магазине в момент перезарядки. Кто-то стрелял «до железки», если позволяла боевая обстановка. Кто-то менял магазин, когда на донышке ещё оставалось несколько боеприпасов. У полнокровного взвода магазинов при себе было от восьми штук на брата и сестру. Тут уже высшая математика начинается, чтоб понять, кто сколько отстрелял. Тем паче, что БК мы подобрали на базе «Региона-13», восполнив его сверх меры, и взяв с излишним запасом. Потому смело докладываем текстом о встрече сопротивления противника, затяжном стрелковом бое и расходе боекомплекта в пределах табельного. На всякий противопожарный случай, доклад об обретении излишков боеприпасов на базе «тринашки» написал на отдельном листе, чтоб, при случае, его можно было без палева уничтожить. Мало ли, что? Едва ли в этом возникнет хоть сколь бы то ни было весомая необходимость, но простая мера подстраховки.

Расход провианта в пределах табельного: с Земли мы убыли, имея на себе каждый по упаковке сухого пайка. Стандартный набор для стандартных мероприятий. Кое-что подобрали на «тринашке», когда готовили захват «улья». Опять же, доклад текстом о планомерном и установленном расходе провизии для поддержания сил личного состава подразделения в запасе, необходимом для решения поставленных задач. Доклад об обретении излишков запасов, также, на отдельном листе.

С водой решил не заморачиваться. У каждого бойца в рюкзаке – питьевая система на 3 литра. Норма расхода установлена на сутки. То, что мы уже вторые сутки в действии, никого не колышет. И нас в том числе. Сутки прошли? Положенная норма израсходована на поддержание водного баланса в организме? Доклад. Доклад об обретении… ну, вы поняли.

Медикаменты, к счастью, не трогали. Серьёзных травм ни у кого не было. Парней оглушило и парализовало на несколько часов, но там уже сами оклемались. Им даже инъекции стимуляторов не делали. Незачем перегружать и без того угнетённую нервную систему. Если кто-то употреблял свои личные запасы, не из укладки взводной аптечки, то это к делу не относится. Рапорты о расходах пишутся на довольствие, выданное на руки. Если что-то родил самостоятельно – молодец, это лично твои половые трудности.

С неописуемым облегчением писались строевые записки о расходе и наличии личного состава. В строке «300» числились два позывных, строка «200», традиционно, светилась «прочерком», как и «БВП*».

*без вести пропавшие, прим.

С материально-технической частью придётся повозиться подольше. Мало ли, кто что потерял, или что-то где-то уничтожено? С некоторой заторможенностью подумал, а правильно ли вешать уход и состояние оружия на бойца, за которым закреплено оное? С одной стороны, да, ибо так велось испокон веков. С другой стороны, оружие многократно модернизировалось и совершенствовалось, конструкция приобретала всё больше технологические особенности, о которых может не быть осведомлён боец. Тем паче, что в этот рейд мы брали не наши родные «сто двадцатки», а «сотки» и «семьдесят четвёрки», которыми никогда не оперировали. В каком состоянии оружие – хрен его знает. Этим надо озаботиться. Как раз, пока лежим в дрейфе, есть время: можно разобрать, почистить и осмотреть каждую единицу.

***

Рапорты, отчёты, доклады, строевые записки, представления… вся эта бумажная волокита заняла у меня три часа чистейшего времени. И не потому, что требовалось заполнить какую-то прорву документов. А потому, что писалось от руки и сочинялось на ходу. На полную страницу А4 уходит приблизительно минут пятнадцать, если не очень усердствовать над почерком. Лист, соответственно, за полчаса. К счастью, форма многих документов этого не требовала. «Шапка», «заголовок», «тело» текста, число-подпись. Это существенно упрощало задачу.

Из кабины я вылез, когда часы отстучали 16:00 по Москве. Раз разобрался с текстами, то теперь можно перейти к следующей части марлезонского балета. А именно, заняться вооружением и его состоянием. Боекомплекта у нас осталось с гулькин нос, но вот техническая часть наших автоматов меня волновала не на пустом месте.

Невовремя вспомнилась та злополучная осечка, которую выдал мой АК-120 на Новой Швабии. Вроде бы, механика оружия отработала штатно, и косяк был признан за боеприпасом, но облегчать тёмным механическим силам жизнь и упрощать выход механизмов из строя не горел желанием. Лучше перебздеть, чем недобздеть. Значит, достаём полевой набор для чистки оружия, и начинаем методично всё расчищать. И начну я, пожалуй, со своего…

***

Несколько дней спустя
Ходовой мостик «улья»

Хоть дома и были предупреждены о внеплановом визите в Солнечную систему «улья» в сопровождении крейсера, но, зная извечное интернациональное раздолбайство, я готовился к худшему. Всё-таки, нас ждут во всеоружии. Какому-нибудь излишне нервному дежурному покажется что-то нехорошее, палец на гашетке стукнет, и распылят нас на атомы.

Умом я понимал, что команда на открытие огня сию секунду не выдаётся. Процесс передачи сигнала всем бортам слегка растянут во времени. Но всё равно не мог оставаться достаточно хладнокровным. Мы ведём двойку трофейных кораблей рейфов и находимся на мушке у всей орбитальной группировки Земли.

«Тебе от природы присуще хладнокровие», – назидательно рёк Нергал. «Твоё самообладание и выдержка не раз спасали и тебя, и твоих воинов. Негоже смущаться и трястись на пороге дома. Вас встречают не враги».

«Присуще от природы»? Симбионт задвинул мощно. Вспомнить, хотя бы, как меня накрывало по первому времени, особенно в экстремальной обстановке. Ни о какой выдержке и спокойствии речи быть не могло.

Но Ток`Ра прав в одном. Если я оставался в здравом уме и относительно трезвой памяти в боях, то, стоя на крыльце родного дома, подавно стоит унять тревогу и неуместное волнение.

Хотя, всё равно опасаюсь дружественного огня, м-да.

Орбита Луны осталась позади нас: мы прошли её среднее значение и на досветовой скорости сближались с Землёй, передавая на всех доступных нам диапазонах свои опознавательные сигналы. Что-что, а вот получить пробоину в борту от своих нам ну совсем не улыбалось. Честно. Нисколечки.

А все «нам» собрались на мостике. Даже «Тень» выдернули из КПЗ. Заключённая заключённой, но даже ей дозволено обрадоваться родной планете после той бойни, в которой она побывала: я рассудил так.

И пусть кто-нибудь посмеет упрекнуть меня в недостаточном человеколюбии! Лично вылюблю во всех противоестественных позах…!

«Улей» в сопровождении крейсера летел к Земле, оповещая все присутствующие в планетной системе корабли о наличии на борту «Цикад». Что происходило на мостике крейсера – не видел. Но на нашем Лилит приняла оперативное управление кораблём, «Раптория» подхватывала общекорабельные системы, Сабрина с Иштар заняли управление боевыми системами. Мы не собирались давать бой, да и приказа я такого не давал, но так нам всем спокойнее, что ли?

Весь личный состав «Цикад» собрался на мостике. «Раптория» вывела на большой голографический экран изображение с оптических сенсоров забортного обзора: эдаких «глаз» «улья».

Земля. Маленький сине-бело-зелёный шарик, покрытый местными пятнами коричневой и серой копоти. Вроде, не одна неделя минула с атаки передовых отрядов рейфов, а до сих пор ещё видны следы пожарищ и разрушений. А то ли ещё будет в ночь на первое сентября…

Тишину мостика нарушил голос «Святогор».

– Никогда не думал, что буду так счастлив видеть этот гребучий шарик, – проронил он. – Планета как планета, одна и единственная, родная. Была и была, есть и есть. Ан, нет: теперь хлебом не корми, дай полюбоваться на неё хоть так.

– Планет в округе сотни, – согласился «Док». – Но нам только эту подавай. Костьми ляжем, но отстоим. Не посрамим Родину-мать.

– Эка задвинул, – хмыкнул «Рентген». – Аж заплачусь.

– Щито поделать, – усмехнулся «Штырь». – Наёмники сентиментальны.

«Тень» держалась позади группы и старательно делала вид, что она мебель. Вся поза военнопленной говорила о том, что ей нехорошо. Забитость была видна невооружённым глазом. Руками девушка обнимала себя, будто пыталась успокоиться. Но морда лица выдавала в ней бойца старой закалки: по физиономии и не скажешь, что она нервничает. По глазам спокойна, как удав.

С терминала общекорабельных систем поступил доклад «Раптории».

– Входящее сообщение, – сообщила девушка. – Текст. Подписано Дегтярёвым.

– Напугай меня, – выдохнул я.

Уже смирился с приметами. Выход комбрига на связь редко когда заканчивается мирно и без происшествий. Если он что-то вещает – жди или беды, или эпического абандона.

– «Подыграйте нам».

Ну, вот. Я же говорил.

Секундой позже голографический экран вывел изображение, сменившее собой панораму забортного околоземного пространства. На нас смотрел тот, кого и следовало было ожидать после фразы «подыграйте».

Гвардии полковник Александр Сергеевич Дегтярёв.

При виде дяди «Рокада» аж подобралась.

– Говорит гвардии полковник Дегтярёв, Воздушно-Космическая оборона. Передаём на частотах нашего противника. Вы пересекли границу звёздной системы и приближаетесь к нашей планете. Приказываю назваться и застопорить ход. При невыполнении требований будет открыт огонь на поражение. Вы под прицелом.

И всё это было сообщено в эфир спокойным, умиротворённым, твёрдым и непоколебимым голосом, как и положено офицеру. Чётко, уверенно, без неуместных эмоций.

Да едрить-копать-совокуплять твои просветы на погонах и лампасы на трусах! Ты прикалываешься, дядя Саша?! Какое ещё, к писюнам собачьим, «под прицелом»?! Мы десять раз на всю Ивановскую заявляли, что идём домой, к родным пенатам, и сейчас активно голосим на всех частотах! Или вы там опять овса вточили со своими Отделом по связям с общественностью?! Опять красивого кина им захотелось?!

Я начал закипать.

– Говорит гвардии младший лейтенант «Шаман», командир взвода «Цикады», Воздушно-Космическая оборона. Передаём всем частотам подряд. Мы учинили межгалактический гоп-стоп и отжали у рейфов «улей» с крейсером, выкинув в открытый космос оба полнокровных экипажа. Как думаете, нас остановит ваш прицел?

Только в этот момент времени по изрядно вытянувшемуся мордалитету офицера стало понятно, что я слегка перегнул палку. Доклад продолжил уже в привычном канцелярском стиле.

– Группа вернулась с боевого задания в полном составе и без потерь. Расход боекомплекта не превысил табельного. Готовы застопорить ход и лечь в дрейф для принятия на борт досмотровой группы. Прошу дать целеуказания и коридор для выхода на орбиту.

Кэп попытался сохранить морду кирпичом, но по характерным мимическим признакам было очевидно, что я ляпнул что-то не по сценарию. Видимо, этого в программе не было.

– Обоим кораблям – стоп. Ожидайте прибытия досмотровых групп на оба борта. После поступят указания к занятию безопасной орбиты. С возвращением, ребята!

***

Земля, подземное расположение объекта «Город»
Кабинет гвардии полковника Дегтярёва А.С.

Офицер захлопнул стоявший на столе ноутбук и с нескрываемым веселием в глазах обозрел нашу кодлу, собравшуюся в его кабинете.

Я ещё был готов стерпеть, что «кино» вышло без нас: мы не знали, что наши переговоры с Землёй транслировались в прямом эфире на всех передающих узлах и станциях.

Ещё был готов переварить, что нашу группу, погрузившуюся для посадки на Землю в трофейный разведчик, встречали салютами, фанфарами и с сопровождением истребителей, в полёте на сверхмалой высоте расчерчивающих небо дымовыми сигналами цвета флага.

Был готов смириться с цирковым представлением, когда подразделение, снаряжённое для участия в БД на широтах заведомых тропиков, едва успевшее привести себя в порядок, разыграло целый спектакль по докладу на имя вышестоящего командования о положении дел. Причём, с поистине театральным размахом, на перроне литерного аэродрома, стоя строем, по ранжиру, и с обязательным строевым не то смотром, не то пересмотром. Вроде, и не Семёновский полк, но и не заштатная шайка-лейка бандитского отребья. Стоять по ранжиру и жиру умеем.

Готов перетерпеть уже ставшую фирменной фишку Отдела, когда из толпы гражданских, оцепивших место представления, ринулась специально обученная девушка женского пола с цветами наперевес и с разбегу бросилась мне на шею. На роль жертвы кровожадному мне была избрана не кто-нибудь, а товарищ Сакамото Ёко, без малейшей тени сомнения или смятения воспользовавшаяся моментом невозбранно потискать меня и быть потисканной мной.

Но сюжет по федеральным телеканалам о группе отпетых бойцов-головорезов, оказавшихся в отрыве на чужой планете и вернувшихся домой через космический гоп-стоп… это было на пределе моей толерантности.

– Ну, и? – процедил я, перестукивая пальцами по столу. – И чья это, без всякого сомнения, в высшей степени дебильная идея?

– Отдела по связям с общественность, – усмехнулся полковник. – Только не говори, что тебя эта клоунада не развеселила.

«Не развеселила»? Я до последнего момента пытался держать морду кирпичом, чтобы не порушить этот цирк с конями.

Дегтярёв откинулся на спинку кресла.

– Поначалу хотел втащить тебе «лося» с «вертушки» в грудную клетку, – признался офицер. – Тебя же просили русским языком, чёрным по белому и без мата: «подыграй нам». Но ты себе даже не представляешь, как ты своей отсебятиной подыграл. Представители Отдела кипятком уписались прямо на трансляции.

– Фу, – скривилась «Гюрза». – Надеюсь, это в кадр не попало?

– Ты бы видела, что творилось по ту сторону экрана! – хохотнул Кэп. – Вы же сами себя представили такими чикатилами, что за вами все мальчики и девочки ломанулись автографы брать. Причём, без разбору половой ориентации.

– Фу, – скривилась «Литера». – Гомосятина.

Гвардии полковник воздел к небесам указующий перст.

– Всего одно вовремя брошенное предложение.

И оным перстом ткнул в мою сторону.

– И вот он, готов: Герой всея Млечного Пути, походя вырывающий рейфам гланды через жопу и отжимающий у них корабли. Слушай, а, абсолютно случайно… у вас видеозаписей с зачистки «улья» не сохранилось, не? Отдел за них готов отдельно доплатить…

– А на «бис» им, случайно, не повторить? – съязвил я.

– А можете?! – встрепенулся Дегтярёв. – Всем – внеочередное звание и боевых сверху насыпем!

Смех – смехом, но писец, как известно, кверху мехом. Рано или поздно задорно-стебательный порыв командования кончается. И начинается рутинная работа.

***

Личный состав «Цикад» был отпущен с миром по личным делам. Дегтярёву осталась надобиться только «Тень», как единственная уцелевшая на базе «Региона-13», и я, как не добивший её прямо на месте обнаружения. Но, когда мы кого слушали? Пользуясь своим статусом Древней, Лилит осталась со мной за компанию (ей дозволительно игнорировать даже прямое замечание и прощались многие прегрешения: одна только история с самовольным оставлением лазарета это показало). А Сабрине один хрен по базе шастать одной не пристало: Ток`Ра благоразумно решила меня не покидать.

Наш дальнейший разговор перетёк не куда-нибудь, а непосредственно в зону, где расположилась гауптвахта гарнизона. М-да… прям аж воспоминания нахлынули.

Моя реакция не укрылась от Кэпа.

– Что? – поинтересовался он. – Соскучился по этому месту? Могу ещё пятнадцать суток организовать.

– Да хоть тридцать, – отмахнулся я. – Срок на гауптвахте и в дисбате, насколько помню, в срок службы не засчитывается. Один ляд вы от меня не отмажетесь с такой лёгкостью.

Беседа о дальнейшей судьбе «Тени» (а именно её касалось дело) перетекло в допросную, где однозначно никто не мог помешать нашим душещипательным тёркам. Два автоматчика на входе, готовые нашпиговать беглянку свинцом при первейшей попытке к бегству, прозрачно намекнули на бесполезность сопротивления. Да «Тень», судя по подавленному состоянию, и не собиралась. На морде лица заключённой отчётливо читались обречённость и смеренная готовность принять неизбежное.

Для продолжения разговора и развития следующей темы был приглашён специально обученный человек, которого специально обучили для продолжения разговора и развития темы. И кто бы, вы думали, это был?

По косяку приоткрытой двери допросной постучались.

– Разрешите? – раздался знакомый голос.

Ля, какие люди… капитан Косоруков собственной персоной!

Дегтярёв махнул рукой.

– Заваливай.

Походка офицера заметно укрепилась: он даже почти не шаркал протезами. Пусть ему поставили такую же бионику, как «Рыси», но любое протезирование требует времени на привыкание к новым органам или конечностям. Если бы заведомо не знал, что военнослужащий без обеих ног, даже не заподозрил бы в нём калеку.

Капитан прикрыл за собой дверь и занял место за столом.

Вокруг стола и собралась вся наша шайка-лейка. Дегтярёв, как ведущий дознание. Косоруков, как… хрен пойми кто. Представитель кого-то или чего-то. Я, как один из участников инцидента. «Тень», как, непосредственно, инцидент. И Лилит с Сабриной для галочки.

Полковник некоторое время молча созерцал наш тактическую гоп-бригаду, перебрасывая тяжёлый взгляд то на меня, то на девушек. На «Тени» взор офицера заметно мрачнел, но членовредительством пока не пахло.

Кэп вернул взгляд на меня.

– Докладывай, чудовище. Ещё раз, с самого начала и под стенограмму.
Насчёт стенограммы дядя Саша загнул. Может, в кабинете и велась запись разговора техническими средствами, но печатным стенографированием ни один из присутствовавших себя не удосужил.

– Вот это туловище, – я ткнул большим пальцем в «Тень». – Сподобилось проситься к нам на «передок». Имеет бешеное и неудержимое желание сформировать при нашем взводе штрафбат, единолично его возглавить и кровью-потом искупить свою вину перед Родиной. Продаёт себя… довольно аппетитно. И тебе любая стрелковка, и лёгкая авиация, и военно-учётные специальности от снайпера-штурмовика до кухарки-телогрейки. Взамен просит не кончать её у стенки. По крайней мере, сразу и сию минуту.

Взгляды обоих присутствовавших офицеров скрестились на обсуждаемой осуждённой. Та потупила взор.

– А надо ли? – задумчиво произнёс Дегтярёв.

– Кончать у стенки? – уточнил я.

– Это само собой разумеется, – отмахнулся он. – Я про всё остальное. Так-то, косяки за ней числятся… ещё те. Да и военное время, сам понимаешь. По-хорошему, такое спускать с рук нельзя. В расход – и дело с концом.

– А чего тогда до сих пор не израсходовали? – осведомился я. – Мы её уже месяц как оприходовали. До сих пор процессуальное решение не вынесено? Или не хотите разбазаривать ценного кадра? Если надо ускорить процесс – отдайте её мне. Через час сама попросит, чтоб быстрей прикончили.
Взгляд «Тени» ощутимо потяжелел.

– Ну, допустим, ходатайство удовлетворим, – подумал вслух Косоруков. – Запишем в штрафбат, отправим на передний край и пусть себе смывает грехи кровью. Но где гарантия, что не преумножатся старые?

– Их нет, – подала голос осуждённая. – Только моё слово.

Дегтярёв тихо перестукивал по столешнице карандашом.

– А чего оно стоит, это твоё слово? – сухо спросил офицер. – С чего вдруг тебе вообще верить? Я не могу помнить грехи всех осужденных по всему гарнизону, но поправьте меня, если ошибаюсь. Разве не за этим персонажем числится измена Родине? Пособничество врагу. Передача совершенно секретных сведений. Диверсия, повлекшая за собой гибель сотен человек личного состава, находящихся при исполнении. Ты нарушила присягу, данную своей стране, её народу, армии и знамени. Ты предала свой народ, планету и стяг. Твоё слово обесценено до абсолютного ничего. Почему сейчас мы должны пойти тебе навстречу?

У меня самого к этой твари свои счёты, до сих пор не сведённые. Но события на «Регионе-13» показали, что не всегда надо вешать ярмо на шею и клеймить позором пожизненно. Офицер обязан мыслить действительными категориями, а не шаблонами.

– Я пригрозил расстрелять её на месте, если увижу с оружием в руках, – сообщил я. – Велел держаться возле меня и сообщил, что любой шаг в сторону будет засчитан как побег. Запретил брать в руки что бы то ни было. Это не остановило её, чтоб под атакой рейфов сделать ноги и вернуться через несколько минут с парой гранат. Я не прошу подписать ей индульгенцию сию секунду. Но она, зная, что с ней могут сделать, всё равно взялась за оружие. По мне, так это дорогого стоит.

Косоруков пожал плечами.

– Цеплялась за жизнь. Объяснимо. Не хотелось кончить в зубах у рейфов, вот и полезла в 3,14здорез. Смертников в героях всегда хватало.

– Так мы все смертники? – осведомился я.

Офицер поморщился.

– Не буквоедствуй. Ты прекрасно понял, что я хотел сказал.

– Так и сказал бы.

Дегтярёв не был бы гвардии полковником, если бы дал серьёзному разговору скатиться в простую перепалку. Александр Сергеевич удержал его в узде и вернул в рабочее русло.

– Почему мы должны её освободить из-под стражи? – сухо спросил он. – Ты и сам знаешь, что за решётку угодила не просто так. Какая гипотетическая польза перевесит уже причинённый ущерб?

Вопрос не просто с подвохом.

«Подвох» – это маленькая незначительная деталь, которая заставляет скорректировать план, ответ или нечто схожее по смыслу.

«Подводный камень» – это существенная препона, заставляющая эти самые планы или ответы перекраивать. Зачастую – целиком и полностью.

Тут же не вопрос с подвохом. А грёбанный клин. Который, куда ни кинь, всюду. И этот туз крыть мне, лично, нечем.

– Вообще не должны, – честно признался я. – Ни разу. Если есть желание – можно прям на месте кончить. Благо, есть за что. Но не сегодня-завтра нам настанет большой, пушистый и северный зверь по прозвищу Число Пифагора. Содержащимся на гауптвахте вообще по барабану, они помрут и не почешутся. Нам же… придётся сначала попотеть. Но если есть хоть малейший шанс не только разменять пиррову победу, но и дать уцелеть мало-мальски значимой части цивилизации, глупо этим не воспользоваться.

Кэп покачал в ответ.

– Рискованно. Ты и сам понимаешь. Предавший однажды – предаст опять. Не важно, кого, как и когда. Но предаст. Подпускать изменника к обороне планеты?

– Тогда зачем хлеб свой ест? – поинтересовался я. – Расстреляли бы и дело с концом.

«Тень» мрачнела всё больше.

– Я так понимаю, – произнесла она. – Просить оставить меня одну с пистолетом бессмысленно?

– Все вопросы к этому чикатило, – комбриг ткнул в меня пальцем. – Можешь ему пожелания высказать, как хочешь помереть. Может и муки обеспечить, и кончину мирную, безболезненную. Но не факт, что станет.

– Млять, – выругался я. – Кэп, какое плохое зло я тебе сделал? Вот за что ты меня так демонизируешь? Тебя послушать – так я каждый набор личного состава децимирую, а выживших добиваю валенком под жопу.

Но вынесение решения затянулось. Надо бы форсировать процесс.

Нергал занял управление телом и включился в разговор. Мы поднялись из-за стола.

– Вы оба – выдающиеся воеводы своего воинства, – прорычал он гортанно.

«Тень» резко вздрогнула при первых звуках голоса симбионта Ток`Ра и вскинулась, глядя на нас снизу вверх.

– Вам прекрасно известна цена подготовки первых по силе воинов. На обучение одного ратника подобного уровня затраты больше, чем на простой пеший отряд. И чем выше навыки бойца, тем ценнее его место в строю.

Дегтярёв поморщился.

– Избавь нас от школьных лекций. Это прописная истина, которую знает даже твой носитель.

– Тогда вам должна быть очевидна мотивация сохранить жизнь этой отступнице, – произнёс симбионт. – Лишь двое в этом отряде могут соперничать с ней в силе и навыках и будут сопоставимы с ней по ценности.

– И одному из них она сдалась в бою, – напомнил Косоруков. – Незаменимых не бывает.

– Была бы возможность – заменили, – наставительно рёк Ток`Ра. – Грядёт большая сеча. Предстоящему бою не было равных в истории вашей цивилизации. Вам уготована участь пойти на корм. Выживших будут культивировать для размножения и продолжения рода, и уже ваше потомство будет употреблено в пищу. Вам ли сейчас перебирать кадры?

– Этот кадр может ускорить конец света или возглавит его, – буркнул Кэп. – Слишком опасно выпускать на волю предателя. К тому же, она слишком много знает. Ты бы казнил на месте своего первого воина, который предал тебя в бою с другим системным владыкой. Так почему мы должны поступать иначе?

– Я держал ответ за жизни сотен миллиардов подчинённых, – сообщил Ток`Ра. – Так или иначе, в той или иной степени или форме, под тем или другим тезисом, но они были под моей опекой. Вы же отвечаете за жизни нескольких миллиардов, из которых хорошо, если несколько миллионов смогут принять участие в битве. Моего первого воина можно было заменить кем угодно. У вас же все фигуры на доске.

Дегтярёв покачал головой.

– Этот разговор ни к чему не приведёт. Мы не можем доверять этой личности. Ей нечего предложить нам в обмен на свою свободу. Её кредит доверия исчерпан.

– Так дело только в этом?

«Видит Бог, я не хотел к этому прибегать», – вздохнул я.

Нергал скинул с наших плеч рейдовый плащ и скинул его на стол, демонстрируя всем присутствующим наруч гоа`улдов. Дегтярёв и Косоруков поморщились, а «Тень» побледнела белее снега.

– Если претензии к этой самке кончаются на вашем доверии, это легко превзойти, – прорычал симбионт. – Незамедлительно я могу даровать вам самого преданного воина и облечь её в чин прайма. Или казнить тут и сейчас.

– В наших административных аппаратах нет такой процедуры, как промывка мозгов, – мрачно констатировал полковник. – Она не имеет юридической силы. К ней нельзя будет апеллировать при подаче ходатайства. Это нарушение положений об обращении с военнопленными и заключёнными.

– Но записи в допросной не ведутся, – заметил Косоруков.

Жребий был брошен.

«Тень» даже не успела ничего осознать. Последнее, что отпечаталось в её памяти – нацеленный ей в лоб наруч гоа`улдов и занимающееся зарево в центральном кристалле. По моей руке пробежала волна тепла, а через несколько секунд "Тень" затопила отсек допросной громким пронзительным криком нестерпимой боли.


Леший 19.08.95-24.09.14
Kitten 17.10.70-24.05.19
Попов Александр Николаевич 01.01.49-22.08.23
Награды: 7  
шаман Дата: Понедельник, 21 Ноября 2022, 19:18 | Сообщение # 759
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 310
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
С возвращением!
[quote=Комкор;452278]Мы учинили межгалактический гоп-стоп и отжали у рейфов «улей» с крейсером, выкинув в открытый космос оба полнокровных экипажа. Как думаете, нас остановит ваш прицел?[/quote]
Улыбнуло знатно)))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Понедельник, 19 Декабря 2022, 21:09 | Сообщение # 760
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 526
Репутация: 402
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=шаман;452279]Улыбнуло знатно)))[/quote]

Так и было задумано).

22 августа 2011 года
Земля
Подземное расположение объекта «Город»
09:00

За что надо отдать должное технике гоа`улдов – ею можно воздействовать так, что не останется следов. «Тень», потерявшую сознание, уволокли в лазарет при гауптвахте как просто упавшую в обморок от нервного перенапряжения. И, что характерно, даже опытный терапевт, который будет осматривать заключённую и делать выводы относительно её текущего диагноза, увидит ровно эти же самые симптомы: «нервное перенапряжение». По сути, следствием воздействия наруча именно оно и является.

Причём, не только для цели, но и для пользователя.

– Поваляется без чувств недельку или две, – произнёс Кэп, когда за последним из санитаров и конвоиров закрылась дверь допросной. – Глядишь, даст нам полмесяца передохнуть и не будет мешаться под ногами.

– Это вряд ли, – покачал Косоруков. – Уже завтра будет как огурчик.

– Зелёная и в пупырышках? – хмыкнул Дегтярёв.

– И на 80 процентов состоящая из жидкости.

– Из тормозной?

Смех смехом, но пора и к делу возвращаться.

– Задачи для нас имеются? – спросил я. – Личный состав в строю. Пополнить боекомплект, починить снаряжение – и готовы нагибать.

Полковник посмотрел на меня исподлобья.

– Слышь. Нагибатор, – буркнул он. – Тебе минувших приключений не хватило? Вот скажи мне, тебя можно ну хоть куда-нибудь отправить, чтобы не было происшествий?!

– Ты и так знаешь ответ. Только на хрен. Но это неточно.

Косоруков посмотрел на Дегтярёва.

– Восемь дней осталось. Чем они нам помогут? Их бы через врата – и на «запаску».

– На утряску, – фыркнула Древняя. – На усушку и утруску. Я не для того пахала, как проклятая, пытаясь из раза в раз спасти эту планету, чтоб под конец умывать руки. Победим – тогда хоть на запаску, хоть на колбаску.

Так-то, выражение как нельзя более меткое. Из раза в раз, из повтора в повтор, делать всё возможное и невозможное ради спасения планеты от жатвы, чтобы в бессилии наблюдать её пожирание. Что это, если не проклятье? Можно сколько угодно долго прикрываться законами Вознёсшихся Древних и называть это наказанием за их нарушение, но назвать вещи своими именами никогда не поздно. Это и есть проклятье.

– Даже не могу понять, рад я или не рад, что ты официально мне не подчиняешься, – пробормотал Дегтярёв. – Вылюбить бы тебя за такие нарушения порядков, уставов и субординации…

– Этим «Шаман» с успехом занимается, – усмехнулась Лилит. – Но планету не покину. Даже не пытайтесь.

– Не будем, – вздохнул полковник.

Методов осадить Древнюю у него уже не осталось. Весь использованный арсенал ожидаемых результатов не принёс.

– По вам отдельная вводная, – офицер посмотрел на меня. – До времени Ч остаётся неделя. Весь ваш личный состав переводится на «Гиперборею» и закрепляется на ней до победного конца. Точные цели, задачи и перечень команд получишь прямиком у Борисыча.

– Он на Земле? – вот это новость!

Я ж его с самого Тау Кита не видел! Интересно, как он там?

– На «Гиперборее», – кивнул комбриг. – Заправляет местными делами как самый сведущий в этом плане. И ты, коль раз уж уже изучил корабль, тоже к нему приписывается.

– Перевод? – поинтересовалась Древняя. – В смысле, смена места прохождения службы?

– Прикомандированный, – поправил её Кэп. – Формально, вы всё ещё Отдельный Корпус, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Просто ваши специфические знания нужны в другом месте. У нас не так много свободных специалистов по технологиям Древних.

Лилит ехидно ухмыльнулась, скрестив руки на груди.

– И так уж сложилось, что абсолютно случайно одна чистокровная Древняя завалялась у вас в загашнике… Удобно.

Командир посмотрел на меня преисполненным состраданием взором.

– «Шаман». Тебе отдельная вводная. От меня лично. Научи эту… гостью из будущего… субординации. Даю весь карт-бланш.

Косоруков поспешил вернуть начавшую уходить ветвь разговора.

– «Гиперборею» не трогали. Как уронили в Чёрном море, так там и оставили. Заступаете на борт и поступаете в распоряжение Борисыча: формально, он там главный. Но будь готов, что он попытается свалить на тебя обязанности командира корабля под тем или иным соусом.

Я усмехнулся.

– Борисыч меня от Особого Отдела прикрыл. Я ему по гроб жизнь обязан. Если подежурить за него недельку в Центральном – то это чуть ли не меньшее, что я могу для него сделать.

Дегтярёв моментально переменился в морде лица. И без того повседневно-рабочее выражение окаменело, стало титанически безликим, а в глазах промелькнула какая-то ошалевшая мысль. Комбриг и Косоруков медленно переглянулись.

– Особый Отдел…, – выдавил из себя последний.

– Калинин, – подтвердил комбриг.

– А… Чем тогда дело кончилось? – вкрадчиво поинтересовалась Лилит.

Офицеры посмотрели на Древнюю.

– Да ничем, в общем-то. Он уже пятнадцать суток у Борисыча на «губе»* сидит.

* «губа» – жаргонное название гауптвахты, прим.

Помещение допросной взорвалось неудержимой волной гомерического хохота. Сабрина не понимала русский язык дословно, но и её тронула улыбка. Видимо, что-то, с пятого на десятое, но уловила.

А я ржал как имбецил. Интересно, Борисыч специально забыл про особиста в клетке, или нарочно его там оставил? Скоро узнаем.

***
12:00

Кто думает, что переброска – это просто (типа, взял рюкзак и пошёл), тот ровным счётом ничего не знает об организационной стороне вопроса.

Любое перемещение личного состава в пределах своей войсковой части регламентируется распорядком дня и командами старших офицеров, а за её пределами – приказами и распоряжениями. Причём, эшелон, откуда поступает оное, может разниться от командира части до командования округом.

«Отдельные» подразделения подчиняются напрямую Генеральному Штабу и больше никому другому прочему, поэтому нам все вводные спускают с самого верха. Их мало получить: помимо всего прочего, необходимо их исполнить. По возможности, максимально точно. А это надо уметь.

Если в тексте приказа упоминается «убыть для дальнейшего прохождения службы в полном составе и с приданным имуществом», то эта самая формулировка способна на сутки поразить работоспособность всей каптёрки целиком. Просто полностью.

«Приданное имущество» – это всё, что числится за подразделением. Начиная от нательного белья, комплекта формы, обуви, снаряжения и вооружения и заканчивая техникой, комплектующими к ней, расходными частями для текущего ремонта и хреновой прорвы всего. Из всего того, что может понадобиться в быту, бою и рейде, за нами не числится разве что продуктов и медикаментов: ими снабжают непосредственно столовая и медсанчасть соответственно. Что называется, «по требованию».

И чтобы «убыть» в полном составе и этим самым «приданным имуществом», мало взять рюкзак и уехать. Приказ, к счастью, писать уже не надо: он подписан в Генштабе и выдан нам через Дегтярёва. Но необходимо описать, инвентаризировать, проинспектировать и погрузить весь скарб, за нами числящийся. А это, как оказалось, немало.

То, что можно было оставить в базе на время выполнения отдельного задания, теперь пришлось поднимать из недр нашей каптёрки и грузить в тягачи, ожидавшие в автопарке.

Учитывалось всё. От комплектов форменного обмундирования, находившегося на бойцах, до подменного фонда одежды, использовавшегося для ремонтных и грязных работ. Тот факт, что мы в грязных работах практически никогда не были задействованы, не отменяет того факта, что этот самый подменный фонд обязан быть погружен.

К слову, нет худа без добра: я таки-добрался до Сабрины и сумел выписать ей форменную одежду земного образца. Безусловно, Ток`Ра и в своей одежде смотрелась весьма привлекательно, но уж чрезвычайно привлекала внимание. А так – безобразно, но однообразно. Все одинаковые, как жабы. Разве что не квакаем.

Пока Сабрина разбиралась с устройством и правилами ношения нашей формы, я собирал прочую опись. Оружие, боеприпасы, средства связи, навигация – эта аксиома прочно засела в подкорке головного мозга и не может быть забыта даже несмотря на контузию. Инструменты, хозинвентарь, ремкомплекты, запчасти – это уже по шпаргалке. А топливо, ГСМ и прочая масло- и бензо- жидкая подлива уже больше по логике и здравому смыслу. Ведь питать грузовики чем-то необходимо.

По итогу, сказать «Есть» оказалось намного быстрее, чем это самое «Есть» исполнить. Мы оказались готовы к перемещению только к обеду. А когда солдат отказывался от пищи? Решили схитрить и разгуляться на полную катушку: воспользовались тем, что из расхода дежурных сил гарнизона нас ещё не выписали, и качественно оттрапезничали всем составом в столовой «Города».

А потом ещё раз оттрапезничали. В столовой «Гипербореи».

«Нажрались, как свиньи» – самое литературное описание нашего кишкоблудства. Ещё никогда личный состав «Цикад» не был сыт настолько, как в день 22 августа 2011 года. Это был наш праздник живота.

22 августа 2011 года
15:00 МСК
Борт «Гипербореи»

Транспортная система Асгарда – великая вещь. Даже завидую гражданским, которые в широком доступе смогут испытать её ещё в очень далёком необозримом будущем. На вооружении наших сил она стоит уже штатно, а вот мирное население пока вынуждено добираться из пункта А в пункт Б более привычными и консервативными способами.

Переброска полнокровного отделения, трёх грузовиков, одного «прыгуна» и одного трофейного разведчика рейфов не заняла и минуты. Подготовка к телепорту потребовала куда больше времени. Но ещё больше времени потребовало размещение техники и личного состава по факту прибытия на «Гиперборею».

Поиметь просто так появившиеся из ниоткуда тяжёлые полноприводные тягачи и самолёты не получится: размещение колёсной и авиационной техники требует перемещений как самой техники, так и документации. В частности, о приёме на баланс, определении машино-места, назначения дежурных и ответственных за сохранность, справки о периодичности технического обслуживания и последнего проводимого ТО, и херову тонну других бумаг, способных быть измаранными с куда большим коэффициентом полезного действия.

А ещё случилась накладка, не предвещавшая беды.

Традиционно, после прибытия на борт боевого корабля (коим, по факту, числилась «Гиперборея», несмотря на закладку в качестве экспедиционного) надобно доложиться местному интенданту и уведомить его о наличии цельного взвода неучтённых ранее рыл, дабы у интенданта потом сошёлся дебет с кредитом и не вылез нехват материально-технических ценностей (что ещё ладно) с запасом провизии (что вообще караул).

Интендатура (и, по совместительству, отдел кадров) был обнаружен сравнительно легко, путём допроса местного населения. Экипаж довольно подробно объяснил, как найти искомое, потому проблем не возникло.

Юдоль материально-технического изобилия обнаружилась в одном из ангаров «прыгунов», оный переоборудовали под склад эпических размеров, и там же разместили всю учётную бухгалтерию.

Молодой паренёк с погонами ефрейтора, споро набивавший на компьютере накладные с упаковочными листами, заметил наше приближение уже по факту, краем глаза.

Боец окинул наш сброд, явившийся пред его ясны очи во всеоружии, и монотонным будничным голосом поинтересовался:

– А вам какого хера?

В принципе, имел на это полнейшее право, ибо предстали мы в своей «рабочей» «черноте» без знаков различия, лишь с опознавательными шевронами на рукавах кителей. Кто такие, зачем пожаловали, на хрена припёрлись? Вопросов ефрейтор имел больше, чем ответов.

– Младший лейтенант «Шаман», командир взвода «Цикады». Отдельный корпус специального назначения.

Боец пару-тройку секунд посидел за столом ровно, с занесёнными над клавиатурой руками, и немигающим взором смотрел на меня. Тяжело вздохнул, закатил глаза, встал из-за стола, натянул на череп форменную фуражку, и, вскинув руку к виску в воинском приветствии, сдавленно проронил:

– Ефрейтор Цыганков, рота материально-технического обеспечения. Каптернамус его подполковничьего борисычества.

Будто бы не было в Вооружённых Силах Российской Федерации статьи Устава за нарушение субординации. Будто только что ефрейтор не послал на хер офицера. Ну, просто. Как ни в чём не бывало.

От задвинутой речи воина на какую-то долю времени меня торкнул тормозок.

Ефрейтор из роты МТО – ещё ладно.

Каптернамус – ещё можно притянуть за уши, как сову на глобус, на роль каптёрщика. Ладно, ещё по хрен.

Что ещё за подполковничье борисычество?

– А по-простому не прояснишь? – поинтересовался я.

Ефр махнул рукой.

– Да это у нас тут так заведено. Борисыч… в смысле, подполковник Ослябя, у нас тут за командира корабля, как бы. Дико не любит, когда его чинами окрыляют, потому издал указ вне строя именовать его как угодно, но лишь бы не по уставу.

О, как. Так Борисычество – это Борисыч, стало быть. Ослябя. Когда ему успели «подпола» пришить? Недавно ещё майором был…

Цыганков окинул взором наш кагал.

– А вы не при погонах. Секретка или как?

– За звёздными вратами в наших просветах на погонах всё равно не разбираются, – пожал плечами я.

Боец вытянулся в лице, смотря на взвод уже с преизрядной долей уважения.

– А вы из этих, что ли…? – спросил он. – С передка и дальних рубежей?

– Смотря, что считать дальними рубежами, – хмыкнул я. – Эпсилон Эридана с Тау Кита подойдут?

Под бок ткнула локтём «Раптория».

– Ты ещё про систему Тисса вспомни, – буркнула соратница. – Можно потом поболтать, командир? Давайте к делу.

– Мы на довольствие встать, – я протянул ефрейтору нашу папку, что перед убытием всучил мне Дегтярёв. – И хотелось бы успеть до расхода дежурных сил. Это возможно?

– Вряд ли, – ефрейтор почесал в затылке, но папку принял. – До обеда минут тридцать осталось. В общий расход вас точно никто не включит, но подходите ближе к четырём-пяти часам. Обязательно останется какой-нибудь излишек, хотя бы минимальный. Сегодня только так.

– Добро. Ослябю где найти? В Центральном?

– Уже были тут? – догадался воин.

Лилит фыркнула.

– Так мы это корыто сюда и пригнали.

Сказать, что вытянувшийся в изумлении ефрейтор стал похож на Фому Неверующего, означает ничего не сказать. Для него Лилит стала похожа на богиню: не иначе. Добивать неокрепшую психику бойца информацией о принадлежности любимой к расе Древних благоразумно не стал. А) информация под грифом «совершенно секретно»; Б) это точно доконало бы беднягу.

По губам «Раптории» пробежалась ухмылка. Ситуация явно веселила девушку.

– Тогда объяснять не буду, – сглотнул боец. – У себя в кабинете возле Центрального найдёте. А документы я передам, кому надо.

– Спасибо.

Борт «Гипербореи»
Центральный пост
15:30 МСК

Встреча «Цикад» с Борисычем вышла довольно тёплой. Даже не скажешь, что младший лейтенант привёл своё подразделение на доклад к подполковнику. Да и Ослябя как-то… подобрался, что ли? Он куда меньше походил на старшего офицера экспедиционного корпуса разведки. Теперь в нём отчётливо угадывались черты, присущие командиру корабля первого ранга. Перевели в плавсостав космофлота? Или временно закрепили его корпус за «Гипербореей», коль раз уж лучше него никто не знает этот корабль?

Борисыч сменил техническую форму с погонами майора на космический строгий китель ВКО. Что странно, но на плечах офицера красовались наземные погоны подполковника, но не капитана второго ранга. Китель от плавсостава, но погоны «земные». Тем не менее, ошибиться трудно: нашивки на рукавах однозначно выдавали в носителе принадлежность к проекту «Звёздных Врат». Значит, всё-таки, Дальний Космос или Оборон Земли, но больше никак не экспедиционный корпус.

Ослябю мы нашли в кабинете, помещение которого я и Лилит использовали для ночёвок во время осмотра обнаруженной «Гипербореи» на верфи. Отсек практически не претерпел изменений с тех пор. Да и чего там менять? Рабочие стол и кресло, кресла для визитёров да дежурная шконка, на которой можно прилечь и отдохнуть, перезагрузить мозг. Ну, ещё несколько компьютеров, сервер, хранилище данных и рабочее место помощника.

Старого знакомого мы застали за беседой с молодой девушкой. Та в форме ВКО без знаков различия что-то бурно обсуждала с офицером, активно жестикулируя и пытаясь, размахивая руками, донести до военнослужащего свою точку зрения. Умудрённый жизненным опытом Борисыч на чрезвычайно бурный напор молодого поколения реагировал со стойкостью скалы и делал вид, что происходящее заботит его не сильнее прибоя. Какая-то чуйка внутри меня подсказала, что надо если не спасать Ослябю, то, как минимум, прервать сцену.

Я постучал костяшками пальцев по косяку входной двери.

– Разрешите вломиться.

Оба участника диалога посмотрели в нашу сторону. Ослябя сдержанно кивнул в знак приветствия, а вот девушка расплылась в хищной улыбке.

– Вот, он, явился. Герой всея Млечного Пути и спаситель рода человеческого.

От такой эпитафии в адрес своей донельзя скромной персоны я подобрался сам. Таким приветствием знакомство не начинают (а с этой дамочкой мы точно не знакомы). Значит, грядёт какой-то адский блюхер-нахер. Чуют мои лейтенантские седины, подкрался очередной северный пушистый зверь.

– А это, часом, не встреча антиподов? – поинтересовался я. – Ну, там, спаситель человечества и вестница апокалипсиса… Не?

Девушка сощурилась на мне.

– Ну, слухи и впрямь не врали, – она качнула бедром. – Чувством юмора не обделён. Довольно дебильным, но всё же.

Я пожал плечами.

– Какое нашлось. В моей каптёрке выбор невелик. Что нашёл – то и моё. А… собственно… кого имею честь?

Собеседница скрестила руки на груди.

– И этот монстр ещё имеет наглость спрашивать! Я – та, чью работу ты, чудовище, планомерно пытаешься сливать и задвигать на десятый план! Ну, ничего… я тебе это ещё припомню!

– А предметней можно?

Борисыч рёк:

– Знакомься. София Владимировна, гражданский специалист. Занимается тем, что мешает нам работать. Возможно, ты уже сталкивался с её «трудами», исполняя различные… гм… рекомендации и… предписания… Отдела по связям с общественностью.

Вот тут-то во мне и щёлкнул тумблер. Так это существо ответственно за весь тот цирк с конями, который мы отплясывали вместо выполнения боевых задач?

Я пожевал язык.

– Соня, значит…

– Соня Владимировна, если уж на то пошло! – возмутилась Соня Владимировна. – И ты… да-да, ты, демон, что регулярно топит все мои труды… У меня к тебе серьёзный разговор!

– Да хоть два разговора, – отмахнулся я. – У меня к тебе тоже вопросов порядком накопилось. Но сначала – работа.

От изумления пополам с возмущением у собеседницы перехватило дыхание.

– А я тут чем занимаюсь?! – вякнула она.

– Точно не ею…, – пробормотал Ослябя. – Зачем пожаловал? С докладом?

– Прибыли для дальнейшего прохождения службы, – доложился я. – Личный состав в наличии и в строю, незаконно отсутствующих нет. Оружие, техника и имущество в полной комплектации.

– Принял, – кивнул подполковник. – Ваши отсеки никто не занимал: распределяйтесь, как жили тут до этого. Сегодня окапываетесь и занимаетесь по своим внутренним задачам. Вечером перед отбоем встречаемся тут. Будет совещание.

– Есть. В таком случае, пойдём размещаться.

– Я позже тебя найду, – заверила Соня.

– Не угрожай мне, – хмыкнул я.

Борт «Гипербореи»
Жилые отсеки
18:00 МСК

После второго позднего обеда (когда солдат отказывался от халявной пищи?) личный состав «Цикад» разбрёлся по своим отсекам. Мы с Лилит сразу заняли свой, да и остальные помнили местные порядки со времени перелёта к системе Тисса. Как и сказал Борисыч, наши места никто не занимал. Как мы оставили их, будучи вызванными Дегтярёвым на Землю, так и вернулись. Разве что, вещи пришлось по второму разу раскладывать.

Единственное изменение – в прошлый раз с нами не было Сабрины и Иштар. Пришлось подумать над их размещением, но ничего, кроме как поселить их в нашем отсеке, на ум не пришло. Оставлять инопланетян одних на нашем корабле – задумка в принципе хреновая. Тем паче, что русский они ещё не освоили. Подселять их к кому-то – тоже не лучший выход, для этого «кто-то» должен знать их наречие. Остаётся один вариант, и он же отвечает последнему отданному в отношении Ток`Ра приказу: они обеспечивают безопасность Лилит, а я, в свою очередь, присматриваю за ними.

Я только и успел, что скинуть вещи, оружие, и принять душ. Хотел было заняться документацией подразделения и подготовить своё рабочее место для будущей писанины, но у Лилит были иные планы в отношении меня: даже не вытащил из планшета письменные принадлежности.

Уже никого не боясь, не опасаясь и не скрываясь, Древняя разошлась на полную катушку.

– Это может подождать, – промурлыкала она, когда я копался в канцелярских залежах.

Телекинез, в чистейшем виде, как он есть, на моей осознанной памяти был применён ко мне впервые. Возможно, в иных ипостасях он и воздействовал на мою тушку раньше, но вот так, отдавая себе отчёт в происходящем и охреневая от оного, я первый раз в своей жизни воспарил над полом, чтоб спустя несколько секунд осторожно урониться на койку. Падать с высоты полуметра на мягкое в условиях земной гравитации не больно. Но сугубо непривычно.

Подобные мысли проносились в моём мозгу, когда Лилит забиралась на меня, как заправская наездница. Что любимая иногда любит включать ведущую – это я знаю, и потому особо не возражаю. Но вот чтобы так, без шухера и в открытую применять свои навыки, супротив которых не поможет ни один из моих контраргументов – это что-то новенькое.

Тот же телекинез, что уронил меня в постель, отправил в неконтролируемый полёт полотенце, что я повязал на пояс после душа. Вслед за ним улетело аналогичное, прикрывавшее тело Лилит. По тому, как хищно облизнулась любимая и заиграли отблесками тёмного пламени её глаза, стало понятно, что быстро от меня не отстанут.

Подтверждением этой догадке стала Сабрина, беззвучно проследовавшая до входной двери нашего отсека и заперевшая её замок изнутри. Мы отрезаны от реального мира и преданы сами себе.

Я не знаю, чем руководствовался юрист, предлагавший формулировку «обстоятельства непреодолимой силы». Чушь и дичь собачья. Любые обстоятельства можно преодолеть. Природные катастрофы, техногенные аварии, войны, кризисы, аномалии, волнения… А вот дорвавшаяся до желаемого Древняя – действительно обстоятельство непреодолимой силы. Даже несмотря на то, что Нергал, тактично оставлявший нас с любимой наедине, подключился на сто процентов и недурно так добавил мне сил, соперничать с Лилит оказалось ой, как непросто. По итогу, она таки-оказалась на лопатках, но лишь ко второму заходу. И то, чую, лишь потому, что сама того позволила.

Мы с Лилит получили свою разрядку. А что же до Нергала и Иштар? Нам дали лишь несколько минут, чтобы перевести дух. Следующей уже Сабрина настойчивыми действиями показала, что желает получить своё. Лилит пыталась отдышаться, лёжа без сил на кровати, когда мы с симбионтом вплотную занялись его возлюбленной. Та лишь в самом начале позволила себе быть наглой: как только оказалась в наших объятиях, тут же включила заднюю и оказалось робкой, послушной и покорной. Что, впрочем, не уберегло её от участи Лилит: по итогу, обе девушки без сил отключились, заимев желаемое.

Связь с Землёй они потеряли капитально: даже звуковой сигнал, возвестивший о визитёре за дверью, не разбудил их. Зато вернул меня на грешную землю: я, развалившись в кресле, пытался изобразить некое подобие медитации.

«Однако», – подумалось мне после взгляда на часы. Кого-то нелёгкая принесла в девятом часу вечера.

Развернул одеяло, накрыл до плеч своих напарниц, проверил каждую из них: спят, как сурки, сопя в две дырочки. Что довольно странно, учитывая их выносливость. Что Лилит, как Древней, что Сабрины, как носительницы симбионта.

Подобрал своё полотенце, повязал себе на бёдра, и шагнул к двери. Движение рукой перед сенсорами – и створки с едва слышным шелестом раздвинулись в стороны, являя мне позднего гостя.

Точнее, гостью, м-да.

– Предупредить не могла? – спросил я.

Стоявшая на пороге Соня уже успела сменить форменную одежду на гражданский «прикид». В разумных пределах короткая юбка, также вразумительно короткий топик без бретелек и сандалии-босоножки. Вот и весь её наряд, если не довершать перечень крупной, но аккуратной заколкой, державшей волосы в ухоженном тонком хвосте. Всё соответствует широтам, времени года, времени суток, но без какого-то вопиющего срама или неуместного выпендрёжа. Просто летний, почти пляжный, прикид.

Гражданская скрестила руки на груди, кокетливо качнула бедром и стрельнула глазками:

– И что это изменило бы? Пригласил бы пораньше?

Ля, ты краля черногривая…

После качественной разрядки, потребовавшей от меня некоторое количество сил, соображал довольно спокойно, если не сказать «заторможенно». За эти несколько секунд успел рассмотреть Соню получше, чем в прошлый раз: во время нашей первой встречи она интересовала меня исключительно как назойливый докучливый объект, но сейчас, без формы, выяснилось, что она ещё и девушка (да ладно, бл9ть?!).

Невысокого роста (между прочим, в прямом смысле этого слова, она была ниже меня на полторы головы!), ладно скроенная, спортивного телосложения молодая женщина. Тёмные волосы и глаза, аккуратный носик и подтянутое личико. Точёные, будто из-под фрезы скульптора, шея, плечи и живот. Практически полное отсутствие развития вторичных женских половых признаков дело поправимое: обычно, активный налив молока и рост молочных желёз идёт во время беременности, так что какие её годы. Успеет ещё. Если войну переживёт, м-да. Крутые бёдра, на которых юбка держалась исключительно за счёт широкой резинки в поясе. Стройные ноги. Теперь я понимаю, почему её поставили на роль в Отделе по связям с общественностью. Даже без макияжа стройняшка выглядит неплохо. А если ещё и визажисты поработают перед съёмками, на камеру будет смотреться так, что зритель начисто забудет о теме вещания: всё его внимание будет приковано внешностью молодой женщины. Действительно, такую в рядах вооружённых сил найти надо ещё умудриться. А тут гражданский специалист.

Что, к слову, объясняет её внешний вид. В 6 часов вечера рабочий день закончился, и она со спокойной душой и чистой совестью сменила китель на топик. Удобно, что.

– Заходи, раз пришла, – тихо произнёс я и отошёл с дороги, чтоб не держать гостью на пороге.

Соня уверенно шагнула в проход, но буквально тут же встала столбом, заметив двух спящих девушек у меня в постели. Уже секунду спустя я поймал на себе преисполненный предвкушающий взгляд, не сулящий мне ничего хорошего.

Жестом указал визитёрше на открытую дверь балкона, откуда тянуло забортным морским бризом. Откуда зачем бы и по какой причине не пришла бы сюда она, но разговаривать в помещении, в котором спят люди, некрасиво. Если б меня разбудил чей-то трёп, я бы просто прострелил кому-нибудь колени.

А на балконе вообще ничего не поменялось. Ну, от слова абсолютно. Не добавилось и не убавилось ни на йоту. Вон, даже шезлонг, на котором загорала под лучами звезды системы Тисса «Гюрза», и тот остался стоять на своём месте. Только кружка, с которой наслаждалась чем-то прохладительным Алина, куда-то делать. Видимо, заняла своё место в штатной укладке рюкзака Кирсановой.

Я закрыл за нами дверь, чтобы разговором не разбудить девушек.

– А ты неплохо устроился, парень, – хмыкнула Соня. – Наш пострел везде поспел. Удивлена, что у вас ещё не весь женский состав поголовно залетел.

– Мы работаем над этим, – пошутил я. – В перерывах между боями и задачами. Ты о демографии пришла поговорить или как?

Соня подошла к балюстраде балкона, повернулась ко мне лицом и облокотилась на нагретые черноморским солнцем перила, откинувшись на них спиной. Взгляд девушки изменился с игривого и подкалывающего на дежурный и спокойный.

– И о ней в том числе, парень. Какое плохое зло я тебе сделала, что ты меня топишь без конца?

Весомое предъявление. Даже аргументировать в ответ нечего. Всё равно, что спросить у возчика, за что он так не любит пассажиров, раз везёт по разбитым дорогам.

Я уже понял, что разговор будет как об стенку горохом, и, вероятнее всего, затянется. Присесть вдвоём на балконе не на что, да и я не светоч рыцарских манер, потому без зазрения совести (за отсутствием таковой) приземлился на шезлонг и разлёгся, созерцая ждущую от меня ответа Соню.

– Начнём с того, что мы сегодня впервые увиделись, – попытался достучаться я. – Закончим тем, что знакомы не были даже заочно. Где я умудрился перейти тебе дорогу, скажи пожалуйста?

Гражданская чуть наклонила головку.

– Тебе и вправду память отшибло? Или это дежурная отписка в медкарте, чтоб неудобные вопросы не задавали?

– Это отписка Шрёдингера. Одновременно, и дежурно запамятовал, и неудобная медкарта. Начни с самого начала, пожалуйста. Будет проще понять, чего от меня хотят. Ты, вообще, что такое и с чем тебя едят?

– Я сама кого хочешь съем, – заверила Соня. – Если поставят задачу – с потрохами. Собственно, это моя работа: связь ваших вооружённых сил с общественностью. Донесение текущей информации, информационное прикрытие ваших провалов и оправдание успехов, обратная связь от населения и вообще всё возможное, чтоб вы не выглядели в глазах людей дебилами. Иногда у меня это даже получается.

В памяти всплыли некоторые моменты, связанные с этим перечнем. Возвращение с «Региона-13», с Тау Кита и таран корабля-улья, эвакуация гражданских на бронепоезде, и вообще вот это вот всё.

– Так это твоих рук дело? – спросил я. – Вся эта клоунада с телекамерами, сюжеты в новостях и прочие порно-ролики в интернете.

– Неплохо получилось, да? – хмыкнула Соня. – Кстати, спасибо, что подкинул идею.

– О сюжетах в новостях? – насторожился я.

– Нет, о порно-роликах.

– Изумительно, – вздохнул я. – Только этого мне ещё не хватало для полноты счастья. Ну, что ж. Поступит команда – я с ней к тебе приду. Будешь с нами играть по эту сторону экрана.

Гражданская снисходительно улыбнулась мне.

– Парень, мне двадцать три года. Я успела позаниматься всяческим непотребством, и смутить меня такими детскими подколками не выйдет.

– А кто сказал, что я подкалываю?

«Подавилась снисходительностью» – самая точная формулировка, которая подойдёт к обратившейся в солевой столп Соне. Взгляд мгновенно остекленел, улыбка застыла фарфоровой маской, а за застывшими глазами прочитался смешанный фонтан чувств из ступора, изумления, недопонимания, творческого угара и задумчивости.

– Сценарий потом напишешь, – предложил я. – Мне уже понятно, что это ты нас клоунами выставляла. Убедительная просьба в следующий раз согласовывать свои идеи со знающими людьми. Ты хоть понимаешь, какой спектакль учинила, когда мы на бронепоезде в медалях и беретах возвращались? Ну, бред же, бред! Кто в здравом уме «железо» «иконостаса» на боевые выходы берёт? А этот заезженный штамп с девушкой и цветами? Ладно, один раз. Ну, второй. И то уже отдаёт отсутствием здравых идей. А третий? Что, больше шаблонов нету?

Соня, которой двадцать три года и которую невозможно смутить после занятий всяческими непотребствами, попыталась спрятать смущение за дежурным тоном:

– Вот мне ещё вчерашний школьник советы не давал, как мне мою работу делать, – фыркнула она, стараясь не смотреть мне в глаза.

– Не давал, – подтвердил я. – И не буду. Но и позорить себя и моих людей больше не дам. Если ты хотела учинить красивую картинку с бронепоездом, то там люди должны были быть в полевой форме и кепках. Или в бронежилетах со шлемами. На худой конец, если награждённые – то с планками, а не с орденами и медалями. И строем экипаж бронепоезда, чеканя шаг, по перрону не ходит. Он не на параде. Строем – да, в колонну по двое, по трое. Но не строевым шагом. И ты бы знала, как мы извращались в казематах, пытаясь на ходу отбить береты… Хоть бы заранее предупредили, что ли?!

Молодая женщина отвела взгляд на горизонт.

– Я не военная, чтоб досконально знать такие мелочи. Мне дали команду сделать кино – и я его сделала. Не нравится – делай сам.

– И сделали, – подтвердил я. – Это ты твоих рук дело, когда отлёт «Гипербореи» с Земли в Центральном посту снимали? Заметь, вышло очень даже органично. Без излишеств, помпезности, неуместного цыганства, но крайне по делу и в рабочем ключе. Получилось довольно смотрибельно, на мой взгляд.

Соня замялась.

– Ну, признаю. Смотрелся в кадре ты неплохо. Не доставало металла в голосе, но при твоём звании это объяснимо логикой.

Я встал с шезлонга и подошёл к гражданской. Руки машинально обняли девушку за голую талию, от чего собеседница вздрогнула и с недоумением посмотрела мне в глаза.

– Я не враг тебе. И ни разу в мыслях не было слить твою работу или умалить твой профессионализм. Наша работа – на поле боя. Твоя – на информационном поле. Но иногда твои идеи радикально мешают работать.

Соня с непониманием окинула взглядом себя, зажатую между мной и поручнем балюстрады и начала алеть щёчками.

– Если захочешь красивого кино – спроси об этом нас. Потому что ваши сногсшибательные и умопомрачительные режиссёрские идеи воплотимы далеко не всегда, а реализуемые – выставляют нас в непрофессиональном свете.

– Так тебя тут только страдающее самолюбие угнетает? – ехидно подшутила гражданская.

– Пока тут угнетаю только я тебя, – пригрозил я и прижал к себе девушку.

– Эй, парень, полегче тычь в меня своим стволом, – ухмыльнулась она. – Я же ещё сценарий не написала.

Только сейчас до меня дошла вся двойственность ситуации. Я в полотенце на поясе, прижимаю в безвыходном положении по-летнему одетую девушку, которая, к тому же, далеко не уродина.

«Лучший бой это тот – которого не было!», – задекларировало стратагему против более сильного противника Альтер-Эго, за что тут же получило «лося» «с вертухи» в «душу» одновременно от меня и симбионта.

Убегать сейчас точно не поможет сохранить лицо. Да и не в том состоянии уже моя психика, чтоб её можно было пошатнуть настолько лёгкими шутками. Мы и сами кого хочешь пошатнём.

Что, к слову, и произошло: я прижал Соню к поручням всем телом.

– Рекомендую сесть за него. Потому что в следующий раз после такого выкидыша следующей звездой шоу станешь ты. Только с пометкой «восемнадцать плюс».

– Тебе ещё нет восемнадцати, – бросила собеседница, чтоб хоть как-то спасти своё положение.

– Это не останавливает меня от выпиливания орд инопланетных пожирателей, – хмыкнул я. – Последний экипаж «улья», попавшийся мне на пути, оказался выкинут в открытый космос.

Соня с недоверием посмотрела на меня.

– Так это была не шутка? – переспросила девушка. – Не для красного словца в эфире?

– Процентов на шестьдесят или восемьдесят, – признался я. – Остальную часть мы наполовину перестреляли, наполовину прикончили прямо в камерах для спячки, отключив им питание.

– Ты, бл9ть, кто, вообще, такой? – внезапно окрепшим голосом спросила она. – Мне говорили, что вы тут монстры, но чтоб настолько… ты человек или кто?
Сообщение отредактировал Комкор - Понедельник, 19 Декабря 2022, 21:10


Леший 19.08.95-24.09.14
Kitten 17.10.70-24.05.19
Попов Александр Николаевич 01.01.49-22.08.23
Награды: 7  
шаман Дата: Суббота, 31 Декабря 2022, 05:06 | Сообщение # 761
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 310
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
И опять - на самом интересном месте))))


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Воскресенье, 22 Января 2023, 21:44 | Сообщение # 762
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 526
Репутация: 402
Замечания: 0%
Статус: где-то там
[quote=шаман;452301]И опять - на самом интересном месте))))
[/quote]
Ну, мы не виноваты, что настройки сайта не позволяют выкладывать куски большего формата.

***

– У тебя какой допуск к теме «Цикад»? Только честно. Узнаю, что обманула – выкину в космосе.

– Четвёртая категория, – призналась гражданская. – Знаю обо всех ваших косяках, нарушениях и залётах, включая буквальные, но личные дела некоторых твоих людей для меня закрыты.

– А моё? – поинтересовался я.

– В полном доступе, – подтвердила Соня. – Только ещё не всё изучила. Оно объёмное и постоянно обновляется.

– Тогда, я – носитель.

– Ракета-носитель? – улыбнулась собеседница.

– Практически. Человек-носитель.

Мы с Нергалом уже давно научились понимать намерения друг друга с полуслова и без слов. Мне стоило лишь на секунду отключить управление телом и отслониться от рычагов, как за штурвал встал симбионт.

Ток`Ра явился в своём излюбленном стиле: ослепительно сверкнув глазами, и надменно-снисходительно взирая на своего визави.

– Вселенная безмерно велика, – гортанно прорычал он. – И мне стоит отблагодарить провидение за возможность нашего знакомства, молодая самка Таури.

Увы. Ожидаемого шока и трепета не случилось. Ну, хоть что-то для разнообразия.

– А ты, стало быть, самец Ток`Ра, – хмыкнула наша собеседница. – Что ж. Весьма приятно… познакомиться лично.

Сказать, что я, находящийся вне доступа к управлению телом и полностью передавший контроль за ним симбионту, был изумлён до глубины души, означает ничего не сказать. Наблюдая за происходящим из своего сознания, тщетно пытался остановить стремительно падающую челюсть, и было отчего. Соня, мать её за ногу раз так, на последних словах довольно активно, если не сказать «твёрдо» и «уверенно» обняла наше тело. «Прижалась» – не совсем корректное определение. Она и так уже была прижата. Но её реакция, определённо, говорила о том, что приятно ей не только познакомиться.

– У меня нет претензий к твоей персоне, как и у моего носителя, – произнёс Нергал. – Но, как и у него, я имею к тебе вопросы. Мы полностью солидарны в них. Ты можешь не принимать советы юнца, но прислушаешься ли ты к мудрости воина, что прожил сотни лет и прошёл тысячи битв?

– Только, если мудрый воин выиграет ещё одну, – прошептала Соня и опустила руки к моему полотенцу.

«Да ты прикалываешься, что ли, млять?!», – теперь уже и Альтер-Эго изумилось со мной за компанию.

Мы уже встречали такое поведение. Ёко – тому простой пример. Адекватно общающаяся со мной Сакамото внезапно резко переменилась в характере и стала клеиться, как только прознала, что во мне живёт симбионт Ток`Ра. Возникает закономерный вопрос: как это, блин, работает?

Нергал склонился к девушке. Наши губы сомкнулись в поцелуе.

«Я проверю, что ей надо», – коротко бросил мне Нергал. – «Если будет весомая разница в отношениях к тебе и мне, то ей нужна наша память. Знания. Информация».

«Или она просто хочет экстрима», – хмыкнул я.

По ходу, всё же, оказался прав не сожитель.

«Вот тебе и сценарий для порно-ролика», – пробормотало Альтер-Эго.

«Это будет многосезонный сериал».

– Битву можно считать выигранной? – невинно поинтересовался я, вернув контроль над телом.

– Ты грёбанный ублюдок парень, – простонала Соня. – Нельзя же так… Это нечестно!

Мои руки опустились на бёдра девушки.

– Так что? Сражение окончено или мне из позиционной борьбы перейти в активное наступление?

В глазах партнёрши промелькнула тень смущения.

– Я… пожалуй… возьму время для раздумий… перед капитуляцией.

22 августа 2011 года
22:00 МСК
Борт «Гипербореи»

Чёрное море уже погрузилось в непроглядный мрак ночи. Откуда-то из-за горизонта, с севера, доносились отголоски лёгкого, едва уловимого зарева, что отбрасывали в небо прибрежные города. Не было видно ни берега, ни приморских населённых пунктов, свет последних, нет-нет, да и мерцал из-за линии кривизны планеты, рассеиваясь призрачной дымкой в атмосфере. Видимо, не так уж далеко «Гиперборея» от берега.

На море относительно спокойно. Средней силы ветер колышет волны на воде, но шпилям-башням корабля-города Древних не причиняет ни малейшего вреда. Масса «Гипербореи» позволяет ей покоиться на поверхности морей даже в сильные штормы: будет сносить течением, но качка на борту не ощущается.

Памятуя команды Борисыча, весь личный состав «Цикад» собрался в его кабинете после отбоя. Корабль уже перешёл на ночное дежурное освещение, вахтенные сменились, подвахтенные от мест отошли, а мы засели за, как выразился Ослябя, «заседание».

«Мы» – это, как ни странно, «Цикады» в полном наличном составе, Борисыч, и, едрить её жаренные бёдрышки, Соня Владимировна.

Ослябя, как истинный офицер на рабочем месте, форменной одеждой не пренебрёг. Китель, правда, повесил на спинку кресла, да фуражка лежала на столе. В остальном же – военный военным. И рубашка от «офисной» формы на месте, и погоны.

«Цикады» не грешили супротив предписаний по ношению полевой формы: даже «Гюрза», извечно забивающая болт на дисциплину одежды, и та не спешила разоблачаться в гражданское. Все при форме, при погонах. Разве что, не выглажены в стрелочку да не подшиты с иголочки.

Соня же демонстрировала абсолютное «по хрену» в отношении внешнего вида как такового. Рабочее время гражданской закончилось четыре часа назад: ровно с того самого момента она имела полнейшее право одеваться, как ей самой заблагорассудится. Наличие её на борту военного корабля в расчёт не бралось: она – гражданский специалист, а не кадровая военнослужащая. Так что, право имела.

Вырядилась, к слову, ровно в то же самое, в чём нанесла свой визит к нашим пенатам. Особо не поменялось.

Ослябя глаголил речь.

– Размениваться на пустые тирады не буду, – начал полковник. – Но для начала поблагодарю экспедиционную группу, что провела корабли гоа`улдов к Земле. В особенности, Нергала, Сабрину и Иштар. Без вашей помощи осуществить задуманные этапы плана обороны было бы… чрезвычайно затруднительно.

Сабрина и Иштар русский понимали с пятого на десятое. Изъясняться на их наречии Ослябя не умел или делал вид, что не умел. Согласно тону межвидовой дипломатии ответные алаверды изрёк Нергал.

– Как выразился бы мой носитель, – гортанно прорычал он. – Мы все гребём в одной лодке, и одним веслом огребаем. Помочь вам в наших же интересах. Единожды наблюдав кончину цивилизации с амфитеатра войны, лицезреть подобное вновь не горю желанием. Пусть наши видовые различия не бросают тени на наши же деяния. Плечом к плечу в едином строю мы с вами до победы… или поражения.

– До победы, Нергал, – железным тоном отрезала Лилит. – Только до победы. Никаких разговоров о поражении. Мы победим. И точка.

Сказано это было таким не терпящим возражений голосом, будто любимая не для себя так решила, а уже предопределила исход генерального сражения и войны.

Соня, сидевшая в самом дальнем конце стола напротив Борисыча, мрачно водила по нам взглядом и монотонно крутила пальцами шариковую ручку. После слов Лилит она задержалась взором на Древней с непонятным смешанным чувством в глазах.

– Довожу до вашего сведения, – Ослябя откинулся на спинку кресла. – Ваш отряд прикомандировали к «Гиперборее», как уже имевший опыт обращения с технологиями этого корабля. А кое-кто…, – полковник, не глядя, ткнул в меня пальцем. – Успел даже изучить обязанности командира корабля и управлял этой посудиной в перелёте через всю галактику и обратно.

– Мне стоит уточнять, что командовал я лишь на взлёте, посадке и при обороне? – поинтересовался я.

– Уточни, – разрешил Борисыч. – Но нам на твоё уточнение по барабану. Управлял – значит, управлял.

Соня задержалась на мне взглядом, слегка подняв от удивления бровь.

– Ваша задача, – полковник вернулся к теме. – За оставшуюся неделю по максимуму натренироваться для своих ролей. Их тексты выдам завтра, чуть позднее. В час Ч вы должны будете находиться на борту, готовые к любым ситуациям. Начиная от занятия своих мест за рычагами «прыгунов» для отражения авианалёта или ударных вылетов и заканчивая незамедлительным убытием через врата на запасную планету. Последнее, кстати, ваша задача на завтрашнее утро. Убываете на «запаску» и тренируетесь в эвакуации. Заодно разведаете обстановку на месте и доложите о готовности базы к принятию людей.

– Разрешите уточнить, – поднял руку с места «Медвед». – Не совсем понятна формулировка «тренируетесь в эвакуации».

– Ваша группа одна из самых результативных в перечне задач по инопланетным переходам, – отозвался офицер. – До спецназа вам всё равно ещё, как до Пегаса раком, но вы нахеровертили с только, что с вас охреневают даже в Генштабе, не говоря уже про войска. Ваше присутствие на «Гиперборее» отвечает сценариям сразу нескольких планов. Два из них могу огласить сейчас. Первый – занимаетесь кораблём на месте и принимаете бой на местах, согласно штатному боевому расписанию. В случае успеха… всё хорошо. Второй – принимаете бой в случае крайне неблагоприятного развития событий убываете через имеющиеся на борту звёздные врата на запасную планету, откуда, в свою очередь, перемещаетесь на «Вторую Землю», где поможете в развёртывании новой цивилизации.

Бровь «Медведа» в неподдельном изумлении полезла на лоб.

– Стратеги просчитали сотни вариантов развития, – добавил Ослябя. – Если вы выживете в сражении, но Земля будет потеряна, ваш отряд – один из немногих, кто принесёт реальную пользу новой цивилизации, а не просто будет потреблять ресурсы в эвакуации. Если этот этап понятен, остальные подробности по нему будут завтра.

«Медвед» с «Литерой» молча переглянулись. Встретились глазами и я с Лилит. Понятно, что с «возрождением цивилизации» без молодого поколения не справиться. Но прежде, чем её возрождать, необходимо наладить базу и быт. Работы предстоит до такой-то фени, если не больше.

Наш ведущий листнул свою рабочую тетрадь, почерпнул оттуда следующий пункт собрания и зачитал вслух.

– Учиться будем тому же, как и в прошлый раз, – произнёс офицер. – «Шаман» – командир корабля. «Рокада» – его старший помощник. Необходимо назначить второго и в ускоренном темпе отстажировать хотя бы на общекорабельные системы.

– Я пойду, – подняла руку Лилит. – Я уже знакома с системами управления кораблём. Оперативные команды тоже не должны стать проблемой.

– Я тоже могу, – сообщила «Раптория». – Уже имела дело… с подобным.

Соня заинтересованно смотрела на девушек, а Борисыч спешно черкал пометки себе в тетради.

– Услышал. Тогда прибываете сюда все трое. Буду докладывать, как надо Родину любить.

– Разрешите? – поднял руку «Полимер». – Боевое расписание составлено для всего личного состава? Даже, кто в этой технике ни бельмеса?

– В бою любая помощь пригодится, – кивнул в знак подтверждения Ослябя. – Не справишься с техникой Древних – так с нашей подружишься. Применение найдётся всем. По следующему пункту. Завтра утром всем пройти ВВК*.

*ВВК – военно-врачебная комиссия, полная диспансеризация с исследованием состояния здоровья (прим).

– И в этот раз попрошу без сюрпризов. Болит зуб – так и скажите. Слышите голоса в голове – так и скажите. Забеременели – так и скажите. Я не для того гоняю вас в медсанчасть, чтоб потом чихвостить за каждый новый неучтённый залёт в подразделении. Вы уже не маленькие мальчики и девочки, сами разберётесь, кто с кем спит. Только без гомосятины, пожалуйста. Нам нужна последняя и самая актуальная информация по вашему самочувствию. Если придётся строить цивилизацию на «Второй Земле», наша медицина должна быть готова к нагрузке. Поэтому о всяких простудах, болях, усталостях и прочих развитиях жизни внутри вас умалчивать категорически запрещаю. Не подставляйте нас, пожалуйста.

К наставлению отнеслись с пониманием. Действительно. Представьте себе: заходит та же условная «Раптория» к медику на новой планете, и сообщает об утренней тошноте или других шевелениях с намерением стать матерью, а медик беспомощно хлопает глазками, потому что весь акушерско-гинекологический состав и без того не спит ночами, неделями и месяцами, принимая роды нон-стопом. Перегруженный стационарный санитарный аппарат не в состоянии справиться с потоком пациентов и рожайте, как хотите, хоть в ванной. Если они вообще будут предусмотрены, м-да.

– А теперь попрошу внематочно и очень бздительно, – и без того рабочий тон офицера стал максимально серьёзным. – Отнеситесь к этому крайне и крайне без шуток, поблажек и списаний. Спрашиваю вслух и один раз. К нам приближается противник, равного которому история этой планеты ещё не знала. Огневая мощь способна сокрушить все города, страны и материки, оставив лишь выжженную землю. Тот факт, что им невыгодна наша гибель и нужен остаток популяции для восстановления нашей численности, лишь отягчает нашу участь: процент потерь будет зависеть от того, насколько яростно будем сопротивляться. Враг не понимает наших сигналов, не придерживается наших норм ведения войны. Никто не будет останавливать обстрел корабля, если он перестал стрелять в ответ. Будут утюжить и утюжить, уничтожая всех, кто встал на пути. Есть ли среди присутствующих те, кто не уверен в своих силах? Кто думает, что в ответственный момент струсит, смалодушничает? Для кого неизвестен предел собственных сил и запас стойкости? Приказываю сказать об этом сейчас, пока ещё можно. На вас ложится самая большая ответственность в вашей жизни. Большего груза на ваши плечи не ляжет уже никогда. Если подведёте экипаж в самый важный и острый момент – под угрозой окажется не только этот корабль. Надеюсь, вы это понимаете. «Шаман»?

– Да я уже лет сто, как шаман, – выдохнул я. – Что тут скажешь? Мы выпиливали рейфов в ближнем бою, шинковали их истребители, сбивали крейсеры и «ульи», нагибали в космосе и на поверхности. Они не бессмертны. Их можно убить. И мы будем это делать. Тем паче…

Мы с Лилит пересеклись взглядами. Любимая чуть потупила взор и едва заметно смущённо улыбнулась.

– У нас назначена свадьба на первое сентября. На могилах рейфов. А если погибну – меня пообещали выдернуть с того света и убить собственноручно. Так что… да. Последний бой – он трудный самый. Но если мы ни разу не сдавали назад тогда, то не должны сдавать и сейчас. Поправьте, если я неправ.

– Лилит? – Ослябя перевёл взгляд на Древнюю.

– Мне тут и добавить нечего, – спрятав смущение, ответила любимая. – Этой планете уже досталось, и легче ей не будет. Отстроить заново будет стоить невероятно долгих лет. Но если отступим, сдадим… отстраивать будет нечего и некому. Я согласна с «Шаманом», надо стоять. Как бы ни было страшно, как бы ни было больно. Уйду только вперёд ногами и под белым саваном.

– «Медвед»?

Командир отделения уже видел, куда клонит офицер. Всё же, в управлении личным составом боец шарил получше многих кадровых военнослужащих. Когда спрашивают в лоб, на что ты способен, от тебя ожидают не «многого», а «до хрена». И это реальный повод напрячься. Воин помрачнел.

– Лучший бой – это тот, которого не было, – произнёс он. – В некоторых случаях лучше отступить, если понимаешь, что выиграть не получится. Проблема в том, что, выиграв одно сражение, можно проиграть войну. А этого нам ой как нельзя делать. Хоть вынь оленя да положь, но эту войну надо закончить. Хоть на пороге дома. Но закончить.

Парень переглянулся с «Литерой».

– Дату свадьбы мы ещё не оговаривали, – хмыкнул он. – Преждевременно, на мой непрофессиональный взгляд. Но и у меня есть свои причины сыграть её в ближайшем будущем. Оживлять и убивать меня повторно не собирались, но проверять на себе не хочется. Я в деле.

– «Литера»?

– То же самое, – улыбнулась девушка. – Я уже достаточно повидала, чтобы понимать, к чему всё идёт, и чем всё может кончиться. Толпой пинать веселее. Раз с автоматом против «улья» я бессильна, то за пультом управления кое-что смогу, если научите. Готова и всегда готова.

– «Раптория»?

– Надо кончать эту богадельню, – припечатала путешественница во времени. – Меня не надо наставлять или науськивать. Я всё это уже проходила. Мне ещё детей рожать. И хочу, чтоб они жили благополучно если не в процветающем раю, то, хотя бы, не на выселках в пустошах. Не говорю, что прогоню этих шавок одной левой, но если от меня чего-то ждут – то спросите, и дождётесь. Я в строю.

– «Рысь»?

Девушка сидела за столом, скрестив на груди руки.

– Я даже не знаю, перед кем у меня больше ответственности, – фыркнула Надя. – Перед человечеством, которому грозит неминуемая гибель, или перед «Шаманом», уже трижды меня с того света вытащившим? Мне в любом случае сливаться нельзя. Если бы не он – я бы до сих пор на деревяшках с костылями ползала… а не летала бы в небе с бионическими протезами. Ткните пальцем, в кого лететь и куда стрелять. Всё остальное за мной.

– «Андромеда»? Ты самая новенькая тут, не считая Сабрины.

– Спасибо, что не «старенькая», – хмыкнула Шарапова. – Мне повезло узнать этого чикатило…, – девушка ткнула пальцем в меня. – Ещё задолго до всех вас вместе взятых. Лучше меня никто не знает, какой армагеддец он способен учинить. Если кто и чает безоговорочную победу, пусть даже пиррову, то крепче меня в неё никто не верит. С этим монстром на борту мы, так или иначе, но справимся. Может, не без потерь, но линять сейчас точно не лучший выход.

– Не говоря уже о том, что в решающем бою на счету будет каждый штык, – пробормотал «Полимер». – Корабль силён не бронёй и орудиями, а слаженностью и выучкой экипажа. Нам проще, мы друг друга знаем. Нужна только матчасть. Но даже если заменить кого-то выбывшего чужаком – лучше от этого всё равно не будет.

– «Гюрза»?

– А я что, рыжая, что ли? – возмутилась Алина. – Чего «Гюрза»-то сразу? Как я – так и все! Мы огребли на блокпосту, зачистили базу, выкинули в открытый космос экипаж целого «улья»… у кого-то ещё есть сомнения?! У меня кроме отца не осталось никого. Эти упыри сожрали всех, кого я знала и любила. Этот отряд – моя вторая семья, а его командир…

Кирсанова бросила на меня самый тяжёлый взгляд, который я только от неё получал.

– …для меня друг, старший брат, муж и крёстный отец в одном флаконе.

Моя челюсть с лязгом рухнула на стол. Кажется, под ней даже треснула столешница и пошёл сейсмическими волнами кофе в кружках. Ни хрена себе заявочка на победу! Нет, я, конечно, всё понимаю, но вот этого я ни хрена не понимаю! И как прикажете на это реагировать?!

– Я от него ни на шаг не отойду! – заявила «Гюрза». – Если он в пекло – то и я за ним. Будет командовать – я на подхвате. Будет в соло нагибать – я огнём прикрою. Будет цивилизацию возрождать… значит, там моё место. Кто-нибудь ещё дебильные вопросы задавать будет?

Ослябя удовлетворённо кивнул каким-то своим мыслям, а Соня в неподдельном изумлении во все глаза пялилась на Алину.

– «Рокада»?

Кристина посмотрела на меня и тепло улыбнулась.

– Друг…? Старший брат…? Муж…? Да, это он. Точнее и не скажешь. Таков уж командир.

Слышу, как с тяжёлым грохочущим ударом падает челюсть Сони.

– Вытащил из лап рейфов… дважды. Чуть ли не на себе вытащил из обрушенной штольни. По сути, сам научил держать оружие и убивать кого-то, кроме случайных целей. Забота о личном составе для него важнее своей жизни. Как такого оставишь?

Кошкина перевела взор на Ослябю.

– Нам ни к чему все эти проверки. Мы почти три месяца вместе. Каждый день одно и то же, каждый день и ночь. Мы лучше всех знаем, насколько силён враг. Но и мы же знаем, что его можно бить. Этим и занимаемся. Да и… я уже и так его старший помощник. Зачем менять традиции? Готова приступить к обязанностям.

– Часть семьи – часть отряда, – тихо произнёс со своего места «Штырь».

– Часть семьи – часть отряда, – эхом повторил за другом «Док».

– Часть семьи – часть отряда, – вторил из-за другого конца стола «Рентген».

– Часть семьи – часть отряда, – шёпотом проронила «Гайка».

Борисыч кивнул и с нескрываемым удовлетворением окинул взвод взглядом.

– Изумительно. В таком случае, разрешаю отдыхать. Весь личный состав подразделения завтра к восьми утра собирается в медсанчасти на ВВК. На сегодня свободны все, кроме «Шамана», Лилит, «Раптории», «Рокады» и Софии Владимировны. Вы все задержитесь.

Команда не касалась Сабрины, но она бы её и не поняла. Носительница Иштар осталась вместе с нами.

Остальные поднялись со своих мест.

***

– Недурно, парень, недурно, – Соня неприкрыто хмыкнула в голос. – Однако… Удивил так удивил.

– «Удивил» – это слабо сказано, – Борисыч отхлебнул кофе с кружки. – «Гюрза», конечно, та ещё оторва, но вот чтобы так, да при всех… Она всегда такая?

Последнее он добавил, адресовав уже мне лично.

– Большую часть времени, – кивнул я. – За это и нравится. Ей плевать, кто перед ней: рейф или соратник. Всегда говорит, что думает и не пытается играть в окольные изгороди. Если что-то надо – спрашивает. Если хочет – говорит. Люблю таких людей, знаете ли.

– Люди, по ходу, от тебя тоже без ума, – фыркнула гражданская.

Кошкина покраснела.

– Ладно, – Ослябя хлопнул по тетради. – Про личностные и половые отношения позже подискутируем, после войны. Сейчас у нас с вами задача поважнее. Завтра, после диспансеризации, убываете к «Региону-9». Это одна из запасных планет. Оттуда уже будет переброска на «Регион-0», он же «Вторая Земля». Названия рабочие, к ним особо не придирайтесь. Более благозвучные потом придумаем.

– Эвакуация построена на сборных пунктах, – «Раптория» откинулась на спинку.

– Точно, – подтвердил Борисыч. – Есть одна целевая планета и звёздные врата на ней с довольно-таки, как вы знаете, невысокой пропускной способностью. И есть сотни тысяч людей, миллионы тюков и миллиарды ящиков, которые необходимо переместить. Поэтому, в целях разгрузки канала, эвакуация построена на основе схемы сборных пунктов. Одна планета принимает входящие гипертоннели с нескольких других, соединения разнесены во времени, и никто друг другу не мешает. Врата на Земле и без того работают, не выключаясь. Количество потребителей электроэнергии сейчас сокращено из-за обстрелов и разрушений с орбиты, но установка гипертоннеля и его поддержание всё равно требуют запредельный объём питания.

– С Земли долгое время шла интенсивная подготовка к развёртыванию на других планетах, – сообщила Соня. – На каждый потенциально пригодный «Регион» были переброшены силы и ресурсы, способные установить базовый фундамент для строительства нового поселения. Никто не знает, какие уцелеют, а какие нет. «Регион-13» тому подтверждение. Поэтому с планет, которых минуют рейфы по пути на Землю, ресурсы будут переброшены на «Регион-0». Так они не захламляют складские площади и находятся в транспортном состоянии, удобные для перемещения.

– Один из таких перевалочных пунктов – «Регион-9», – доложил Ослябя. – Мы регулярно проверяем готовность таких баз к полномасштабному развёртыванию или переброске техники с личным составом. По предписанию, именно через «девятку» вы будете убывать на «Вторую Землю» в случае необходимости. Указан маршрут, и в предполагаемый временной тоннель никто не будет туда «звонить», чтобы не сорвать переход. Вам задача: прибыть на «девятку», проинспектировать готовность, сообщить её на Землю (то бишь, нам) и через неё убыть на «Вторую Землю». Это необходимо, чтобы в критической ситуации у вас был не только план действий на руках, но и сами действия. Чтобы не тупили, как первоклассницы с паяльниками, а действовали молниеносно и без промедлений. После этой «тренировки» возвращаетесь со «Второй Земли» и мы приступаем к жёсткому дрочеву. Будем в максимально сжатые сроки вливать вас тонны информации, без которой вы бесполезны полностью.

– Я буду вас сопровождать, – сообщила Соня. – Отдел послал меня в качестве… репортёра. Мне необходимо подготовить ряд фотоснимков и, по возможности, заснять некоторые видеозарисовки.

Гражданская посмотрела на меня.

– И в этот раз мне будет нужна помощь. Сегодня Отделу нужна не фоновая картинка для заставки, а красочный и достоверно правильный материал на подачу, за который не будет стыдно.

Ох-ох-ох… это её так сегодняшний разговор переколбасил? Неужто за ум взялась, или ей кто-то смысловое и правильное ТЗ нарезал?

– Он пойдёт как основа для документальных фильмов по истории для новых поколений, – добавила она. – Как вы понимаете, качество материала должно разительно превосходить то, что можно скормить безликой массе сейчас и сию минуту.

Вот оно что. Переживает за возможные ляпы, проколы и репутацию производства. Ну, что сказать. Спасибо, что предупредили заранее. Надо будет накрахмалить воротничок.

Сарказм, так-то.

В ответ лишь кивнул и задал вопрос Борисычу:

– Так понимаю, задание в стиле «метнуться рыбчиком»? Огневых контактов не предполагается?

Ослябя отрицательно покачал головой.

– Планеты специально подбирались с учётом отсутствия высокоразвитых или высокоорганизованных форм жизни. Какие-то проблемы может причинить местная фауна, но ею вплотную занимаются отряды охранения и обеспечения. Автоматы с собой всё равно берите, но едва ли они вам пригодятся. Можете сразу за спину их повесить.

Уже плюс. Не так уж много на нашем веку было операций, где не требовалось выжигать боекомплект вёдрами и выпиливать супостата пачками. Теперь на одну такую операцию станет больше.

Или нет.

Посмотрим.

– Временные затраты не выглядят большими, – подумала вслух «Раптория». – Если не ошибаюсь, все «Регионы» возводились в непосредственной близости от врат. Даже с учётом административной неразберихи и извечного всегалактического раздолбайства, не должно быть трудно найти необходимых людей и быстро вернуться домой.

– Вас жду завтра к вечеру, – подтвердил Ослябя. – Плюс-минус километр с поправкой на астрономические расстояния, красные смещения и прочие фокусы гипертоннелей. Если всё пойдёт по плану, отдых – и послезавтра за изучение матчасти. Враг у порога.

«Рокада» робко подняла руку.

– А… может… тогда сразу? Ну, за изучение матчасти.

Кошкина посмотрела на меня.

– «Шамана» взаперти держали, скармливали ему том за томом. Он из кабинета в прошлый раз выполз постаревшим лет на десять. А я, когда на старпома встала, едва отличала наборное устройство врат от калькулятора Древних. На должности номинально стояла.

– Успеется, – кивнул полковник. – Вы двое неплохо спелись во время прошлого перелёта. Работать в команде умеете. А что до матчасти… Вы всё равно не успеете выучить всё, что от вас потребуют. Так что лишние десять-двенадцать часов большой погоды не сделают.

– Есть один способ, – упомянула, как бы невзначай, Лилит.

Борисыч поморщился.

– Прошу тебя, избавь меня от лотереи суицидника. Я получше некоторых знаю этот «способ».

«Раптория» скосилась на Древнюю.

– Хранилище?

– Хранилище, – согласилась любимая. – Раз ва… нам с вами так или иначе хана, то я бы рискнула.

В памяти закопошилась переворачиваемая вилами кипа информации, дозированными порциями выдаваемая симбионтом.

Нергал помнил (а, вместе с ним, знал и я) о довольно редких артефактах, именуемых на русском языке хранилищами знаний Древних. Представляли собой стационарного размещения габаритные устройства с автономным питанием, предназначенные для обмена знаниями между носителями. «Заливались» данные в хранилища программно-аппаратным обеспечением, через компьютер. А вот в мозг пользователя загружались методом подсознательного вещания. Своеобразное «обучение во сне», если так можно выразиться. Всё работало бы, как в рекламе, будь мы физиологически тождественны Древним. Но, биологически, мы с ними разного вида, а хранилища настроены на их особенности. Обычный современный гуманоид, попытавшись всосать в себя за раз такую прорву данных, там хранящихся, рискует или обратиться в овощ от перегрузки или вовсе помереть от инсульта жопы. Риск похлеще, чем в русской рулетке.

– Не всё ли равно? – с фатальным покер-фейсом переспросила «Раптория». – У нас неделя осталась. Если так или иначе можем не пережить бойни, то лучше рискнуть.

– Вертел я этот риск на своём резьбонарезном станке, – скривился Ослябя. – Вероятность «пятьдесят на пятьдесят», что сдохнуть можно.

– И примерно столько же, чтобы одержать победу, – напомнила девушка. – Можем победить, а можем нет. Можем сдохнуть, а можем нет. Кругом сплошная неопределённость. Я бы крутанула барабан.

– Нет.

Внезапно голос полковника окреп, лишился разом всех своих разговорных ноток и приобрёл исключительно офицерский окрас военнослужащего, носящего погоны с двумя просветами. «Настоящий полковник»: если выражение может обрести физическую форму, то таковое сейчас сидело во главе стола.

– Никаких хранилищ, – отрезал полковник. – Тем более, что мы не умеем вычленять их потока данных необходимые тома. Информации столько, что сам носитель будет неделю или две искать то, что усвоил. Мы всё равно не успеем.

«Раптория» пожала плечами.

– Было бы предложено.

– Касательно матчасти…, – «Рокада» попыталась вернуться к своим вопросам. – Что будем изучать? Схемотехнику и построение компьютеров Древних? Основы принципов квантовой связи? Дихотомию добра и зла?

– Влияние лунного света на загробную жизнь мандавошек, – фыркнул Ослябя. – Делать нам больше нечего, кроме как пропускную способность кристаллов изучать. Команды, управление кораблём в бою, обязанности, штатное и должностное расписание, тактико-технические характеристики основных узлов, агрегатов. Ходовая часть, связь, вооружение, радары, врата и вообще всё, что поможет уцелеть. Всё остальное – факультативно, если захотите. После войны, если выживем. По существу озвученного вопросы есть?

Вопросов не оказалось.

– Тогда свободны, – махнул рукой Борисыч. – Завтра в 9 утра лазарет ждёт вас. После проверки и диспансеризации – на «ту сторону». Отдыхайте.

***

Уже собирались отбиваться и ложиться отдыхать. Задержавшаяся группа рассосалась по палубам сообразно ареалам своих обитаний. К нашему ночлегу наша троица (я, Лилит и Сабрина, если считать гуманоидов) подходила в довольно утомлённом состоянии, а потому не утруждала себя пустыми и бессодержательными беседами. Девушки устали и хотели спать.
Приблизительно на полпути до нашего отсека мой КПК оповестил характерными трелями о входящих сообщениях.

«От кого: Астория
Тема: кел`но`рин
Текст сообщения: Я понимаю, что у тебя работы много и всё такое, но всё же хочу поговорить. Если найдёшь время – я у себя. Зайди, пожалуйста. Буду ждать. Ты обещал мне рассказать о кел`но`рине!»

Лилит обернулась на звук оповещения:

– Всё нормально? – спросила она. – Не очередная тревога?

По тону соратницы стало понятно, что и такой расклад событий исключать нельзя. Как будто в предыдущие повторы где-то в этих числах августа действительно случалась нештатная ситуация.

– «Астория», – пояснил я, убирая КПК в подсумок. – Мы договорились, что я проведу ей ликбез о кел`но`рине. Ей это стало интересно ещё на улье.

Древняя улыбнулась.

– Теперь у людей это так называется, да? Нет, чтобы сразу сказать, что она на тебя запала.

Мне оставалось лишь пожать плечами. В излияниях сердечных чувств в отношении моей персоны «Астория» замечена не была. Ни мной, ни кем-то из отряда. Однозначно утверждать, что её просьба продиктована лишь личными мотивами, нельзя. Может, и впрямь академический интерес проснулся?

– Посмотрим. Нергалу, к слову, тоже кел`но`рин исполнить надобно. Сабрина, – я обратился к Ток`Ра. – Не желаешь присоединиться к ритуалу?

Носительница Иштар чуть сбавила шаг и на ходу умудрилась исполнить поклон. Не слишком низкий, чтоб не споткнуться, но достаточно учтивый, чтобы выказать своё почитание Негралу.

– Владыка учтив к требам своих служителей, – степенно изрекла она. – Смиренно благодарю за заботу. Наше с Иштар самочувствие не требует незамедлительного исполнения ритуала.

«Можно было просто сказать «Нет»…», – подумалось моему Альтер-Эго.

Лилит откровенно зевнула на ходу, прикрыв ладошкой рот.

– Тогда мы спать, – протянула Древняя. – А ты позанимайся с «Асторией». Ей… чего-то не хватает.

«Теперь у Древних это так называется, да?», – язвительно спародировало Альтер-Эго.

***
Борт «Гипербореи»
23 августа 2011 года
00:00 МСК

К отсеку, занятому «Асторией», я подошёл, когда уже была полночь по корабельному времени. О том, что мне придётся потом разбираться с военной комендатурой (или, для начала, с дежурным по кораблю) о нарушении распорядка дня, я тогда не думал. Да и, если честно, не хотелось.

Знаете такое чувство, когда тебе море по колено? Ты водишь знакомство с инопланетянами, даже сделал одной из них предложение, она беременна от тебя, ты воевал на Земле и в космосе, сам являешься носителем инопланетной формы жизни, носишь китель с орденами и медалями… и тут тебе на глаза попадается распорядок дня военнослужащего, составленный, подписанный и доведённый до сведения, в части касающейся, ещё в незапамятные времена, когда и ты не думал помышлять о службе в армии? Вот как после всего пережитого серьёзно относиться к таким тленным мелочам?

Вот прям отчётливо увидел, как сейчас за поворотом коридора встречаюсь нос к носу с помощником дежурного и выслушиваю претензию, а потом верчу её на одном валу с околорелятивисткими скоростями. На меня это, вообще-то, не похоже.

С другой стороны, к нам в отсек дежурный зайти не должен. На «Гиперборее» десятки зданий с десятками этажей и сотни отсеков в каждом. Замудохаешься с вечерней проверкой обходить их все.

Приблизительно в таком ключе и размышлял, когда подошёл к двери отсека и по привычке постучал по металлу обшивки.

«Дебил», – фыркнуло Альтер-Эго.

Всё равно, что по бронеплите постучать. Эффекта ноль целых и хрен десятых. Даже, если меня ждут, не услышат: звук едва-едва уловим.

Осознав оплошность, провожу рукой перед сенсором сдвижной двери. Если последняя заперта на электронный замок, обитатели юдоли должны услышать звуковое оповещение. Что-то типа нашего земного звонка.

Ключевое слово – «если».

Вместо этого дверь гостеприимно распахнулась с глухим пневматическим плевком: «заходи, не бойся – выходи, не плачь».

Выходит, «Астория» не заперла дверь. Ну, что ж. Она же написала, что будет ждать.

Вот только наличествовал тонкий момент, заключавшийся в том, что рекомой «Астории» в отсеке не обнаружилось. Помещение открыто, свет внутри горит, но в сравнительно небольшом кубрике 5х5 метров девушки не видно. А спрятаться тут, особо, негде. Даже с учётом небольших габаритов наёмницы.

Я не великий знаток людских традиций, правил приличия и прочих условностей. Моя персона – человек простой. Получил приглашение/приказ явиться – прибыл предстать пред ясны очи. Потому без зазрения совести зашёл в отсек, прикрыв за собою дверь. Тем паче, что де-факто являюсь командиром данной подчинённой, запросившей встречу. Командир, вообще-то, разрешения войти, обычно, не спрашивает.

«Астории» внутри действительно не оказалось. Ни на кровати, ни под ней, ни даже на балконе. Из мест, где можно окопаться и остаться незаметным для входящего – санитарный узел, чья дверь малозаметным элементом интерьера запряталась в углу помещения. Вот что-что, а в душ я вламываться не стал. Не та ситуация: нет необходимости. Если девушка действительно там, то я не сильно пострадаю, если подожду её.

К тому же, если прислушаться, то из-за относительно тонкостенной переборки действительно доносится плеск воды. Значит, дело наполовину раскрыто.
Сообщение отредактировал Комкор - Воскресенье, 22 Января 2023, 21:45


Леший 19.08.95-24.09.14
Kitten 17.10.70-24.05.19
Попов Александр Николаевич 01.01.49-22.08.23
Награды: 7  
badis-dubio Дата: Воскресенье, 22 Января 2023, 23:20 | Сообщение # 763
Гражданское лицо
Группа: Пользователи
Сообщений: 5
Репутация: 0
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Охрененно логичный вопрос - если имеется древняя (кстати, полковник-то об этом знает или куда?) и хранилище, то почему бы действительно не задействовать эту хреновину? Скорректировать с помощью Лилит объем передаваемой информации до вменяемого - в итоге и мозги не перегрузит, и усвоиться как раз успеет. Головная боль на пару дней пожалуй стоит того, чтобы избавиться от длительного "головняка", на который еще и время-то не очень есть. Главная проблема этих хранилищ ведь в том, что люди не понимают, как ими управлять (а это с гарантией возможно - ментальное управление это для технологий древних норма), потому и получают всё, что есть "оптом", а объемы там не под те мозги рассчитаны.
Награды: 0  
шаман Дата: Четверг, 23 Февраля 2023, 17:53 | Сообщение # 764
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 310
Репутация: 30
Замечания: 0%
Статус: где-то там
Кажется, я знаю, КТО макнет голову в хранилище и ЧЕМ это обернётся... Но посмотрим.
Сообщение отредактировал шаман - Четверг, 23 Февраля 2023, 17:53


"Лишь две вещи бесконечны - Вселенная, и человеческая глупость, но насчёт первой я не уверен." - Эйнштейн
Награды: 2  
Комкор Дата: Суббота, 11 Марта 2023, 20:40 | Сообщение # 765
По ту сторону врат
Группа: Свои
Сообщений: 526
Репутация: 402
Замечания: 0%
Статус: где-то там
badis-dubio, вопрос хороший. Надо будет его обкашлять на досуге. Возможно, что-нибудь взлетит.

***

В ожидании соратницы присел на кровать и осмотрел помещение. Кубрик однотипен с нашим: Древние видели большой потенциал в унификации и не растрачивали ресурсы впустую там, где можно было сэкономить. Такие же объём помещения, выход на балкон, интерьер. Из бросающегося в глаза – только земные, отечественные, ведомственные постельные принадлежности со штампом «ВС РФ» и номером войсковой части, на балансе которой числятся. Рюкзак «Астории» с её формой притулились возле входа, да автомат стоит в углу. Взгляд машинально зацепился за положение предохранителя: тот включён, оружие безопасно.

Это на суше можно пренебречь подобным нюансом. Подумаешь, оружие упало. Поднял – и дальше пошёл. И то, бывало, случались непроизвольные выстрелы из-за срыва курка с боевого взвода. А на корабле такое бывало сплошь и рядом. Удары, перегрузки, падения и смещения тут случаются чаще, чем хотелось бы.

Освещение в отсеке работало в ночном режиме: было включено лишь настолько, чтобы различать очертания крупных предметов и мебели. Читать мелкий текст уже не получится (да и не требуется), но понимание происходящего обеспечивает.

При этом свете обнаружил на столе объёмную связку свечей. Они нам и пригодятся для ритуала. Безусловно, его можно исполнить и в чистом поле. Но издревле наличие открытого огня предполагалось ещё создателями сего мероприятия. На худой конец, можно найти замену отсутствующим свечам. Вот только вряд ли итендатура и дежурный по кораблю обрадуются, если мы будем разводить тут костёр.

Дальнейшие раздумья прервал характерный звук срабатывания привода двери: из душа, запахиваясь на ходу в полотенце, вышла «Астория».

«Неловкий момент, да?», – язвительно подумалось моему Альтер-Эго.

Нергал, как заправский вышибала, прописал ему отменную «вертушку» и отправил бессрочно отдыхать в глубины сознания.

– Доброй ночи, – поздоровался я.

Хотя и так виделись буквально пару-тройку часов назад.

Девушка замерла, буквально зависнув. Она, очевидно, не была готова к такому развитию событий и просто потерялась.

Ей потребовалась минута (если не больше), чтобы совладать с собой.

Потуже затянув полотенце, прикрывшее её от груди до бёдер, «Астория» нашла в себе силы улыбнуться.

– Командир… ты же понимаешь, что выглядишь двусмысленно? Молодая девушка выходит из душа голой, а ты ждёшь её на постели…

– Надо было не дожидаться и зайти в душ? – переспросил я.

Наёмница стремительно ударилась в краску.

– Блин… ну, зачем так резко?

«Астория» прошла к выключателю и провела рукой перед сенсором. Ночное освещение потухло, оставив лишь едва-едва уловимый проблеск дежурного. Теперь рассмотреть хоть что-то стало проблематично даже в отношении крупногабаритных силуэтов. Доставшаяся мне при подселении Нергала никталопия ещё помогала, но не уверен, что у «Астории» всё столько же хорошо с сумеречным зрением.

Дать ей время одеться, что ли?

– Мне выйти? – спросил я. – Подожду в коридоре, пока оденешься.

– Зачем?

Наёмница тихо скользнула босиком по полу и за пару шагов оказалась возле меня. На плечи опустились ладони соратницы.

– Мы же о кел`но`рине собирались говорить? – уточнил я.

Впрочем, даже контуженому стало очевидно, что это лишь отмазка. Быть может, он действительно академически интересен собеседнице, но им одним она довольствоваться не собирается.

– Это подождёт…

Девушка с ногами забралась на кровать и села мне на колени.

– Твой ствол сейчас в меня упирается, – сообщила она.

«Астория» как раз села так, что внутренней стороной бедра прижалась к оружию на моём поясе. Я молча вытащил из кобуры пистолет и отложил в сторону.

– Не этот, – уточнила девушка.

– Извини, – ухмыльнулся я. – Эта модель вооружения без съёмного ствола.

Нергал с любопытством наблюдал за происходящим моими глазами. Симбионт находил событие интересным и не спешил оставить нас наедине, как делал это, когда нечто подобное начиналось с Лилит. Повидавший многое на своём веку сожитель видел что-то необычное, чего пока не замечал я.

– Это крупнокалиберная система, – прошептала наёмница. – А её выстрелы отличаются высокими… проникающими свойствами.

Мне стало казаться, что я слышу нехарактерные для интимной обстановки нотки в голосе соратницы. Что-то… чего не должно быть в такие моменты. Это ли предчувствовал Нергал?

Мои руки скользнули под полотенце девушки и обхватили её тело.

– Ты уверена в этом?

Спросил максимально твёрдым тоном, чтобы исключить малейшее недопонимание происходящего. Настолько разительно отличающимся от предыдущих реплик, чтоб даже тени намёка не осталось, будто вопрос относится к последнему утверждению «Астории». Я спрашивал её именно о происходящем. Уверена ли она в том, что делает.

Внятного членораздельного ответа так и не дождался. Девушка прильнула ко мне и молча впилась губами в жадном поцелуе, от которого у меня на языке появился едва уловимый, но ни с чем не сравнимый вкус этиленов. Девушка приняла для храбрости.

Мы с симбионтом ощущали неправильность творящегося. Не в том плане, что почувствовали, будто опять находимся за гранью, или вокруг нас – пространственно-физическая аномалия. Нет. Мы ощущали неправильное от партнёрши.

Неумелые действия и чрезмерный напор в отсутствие прочих слагаемых объективно списывались на её минимальный опыт. Но сквозь них пробивались отчётливые нотки смятения, тревоги и страха.

На какое-то время Нергал перехватил управление телом и занял «Асторию», отвечая ей на ласки. Это дало мне время подумать.

Девушка числилась в активной двойке с «Полимером». Так же, как и я с Лилит, и «Медвед» с «Литерой», и «Штырь» с «Багирой», и много кто ещё с кем. Было ли у них что-то, кроме служебных отношений? Свечку не держал, с допросами не лез. Внешне похоже, что нет. Да и, при наличии возможности, «Астория» заселилась самостоятельно, без второго номера. Поссорились? Проблема в коллективе? Точно нет. Иначе бы я об этом знал. «Медвед» и «Полимер» – опытные командиры отделений. Что такое личный разлад внутри подразделений знают отлично. Тогда что?

Девушка не была замечена за чрезмерным интересом к моей персоне вообще и с любовными претензиями ко мне в частности. Что на неё нашло? Тоже поехала крышей? Едва ли. Ни предварительных, ни симптоматических сигналов она не подавала.

«Астория» ли это? Абсолютно точно можно сказать лишь то, что передо мной живой человек и происходящее никоим образом не похоже на то, что случилось у заброшенного храма в Ёкаимуре. Я склонен считать, что с самой девушкой всё нормально.

А вот с тем, что она творит… Пьяна? Нет. Слишком слабый запах и уверенное поведение. «Приняла для храбрости» – да. «Пьяная» – нет.

Наёмница нехотя отслонилась и разорвала затяжной поцелуй.

– Я не ждала тебя так рано, – прошептала она. – Мог бы предупредить, что зайдёшь.

– Сама же позвала, – я погладил соратницу по бедру. – Могла бы и дверь закрыть.

Вместо ответа «Астория» молча навалилась на меня всем весом и заставила откинуться на кровать.

У меня не было стойкой уверенности в том, что задумала соратница. Перебирать возможные варианты методом последовательного исключения – не совсем подходящая тактика для этой ситуации.

Когда полотенце наёмницы спало с точёной фигурки соратницы, та нисколько не поменялась в поведении. Ни сбавила напор, ни нарастала. Просто вела себя, как ни в чём не бывало. Будто так и надо. Когда избавился от формы я, девушка заметно притормозила коней. И только когда до самого сладкого оставался всего один шаг, «Астория» будто выключилась. Она полностью прекратила все заигрывания и ласки. Лишь прижалась ко мне и крепко обняла.

Мы с Нергалом уверенно констатировали срыв. В лёгкой форме, не требующий незамедлительного психиатрического вмешательства или применения тяжёлых препаратов, но случилось то, что и должно было случиться. Молодая наёмница практически перегорела.

В этот момент она находилась в моей единоличной власти. Сейчас с ней можно было делать абсолютно всё, что угодно. Уверен, что бы ни случилось, она это пережила бы. Воспользоваться ситуацией – большого ума не надо. Тут хватило бы интеллекта хлебушка. А вот вовремя увидеть неладное и исправить – задача со звёздочкой, для которой часто не хватает мозгов. Или реакции.

К счастью, после сегодняшнего я соображал достаточно инертно. Безусловно, рефлексы есть рефлексы: когда на тебе горячо зажигает обнажённая девушка, тело реагирует само по себе. Но в этот раз в мозг не бьют прямой наводкой гормоны, отключая логику и здравый смысл. Сейчас могу соображать сравнительно трезво.

Я уложил соратницу в постель, лёг рядом и приобнял. Девушка уткнулась в меня.

Сквозь обжигающий жар её тела пробивалось сильное, ничем не сдерживаемое сердцебиение. Пульс партнёрши ощущался везде, где бы я её ни коснулся. Ещё чуть-чуть, и будет похоже на тахикардию.

– Всё в порядке, – прошептал я, поглаживая её по голому плечу. – Не нервничай.

В том, что это были нервы, больше нет никаких сомнений. Поведение девушки не укладывается ни в одну канву. Тут не надо иметь степень магистра по психологии. Даже для Нергала, далёкого от психотипов человека, очевидно: у девушки проблемы. И она ищет, как бы от ни устраниться.

– Хера с два всё в порядке…, – необъяснимо жёстко для себя ответила «Астория». – Через две недели мы или поляжем, или будем рожать новую цивилизацию. В каком месте это, бл9ть, нормально?!

Спросила тихо, без истерики, но нотки нездорового самочувствия отчётливо слышны. Это ещё не истерика. Но уже предпосылки.

– Ладно, если сдохнем… а как мы будем строить жизнь? Людей останется несколько пачек. Я всю жизнь проживу, работая родильным аппаратом? Я хочу жить, иметь семью, растить детей! А не рожать каждые девять месяцев неизвестно от кого!

С этим «Астория» явно перегнула палку. Безусловно, с точки зрения эффективности и скорости получения результата, нашим женщинам необходимо будет вставать на учёт по беременности буквально сразу после выписки с перинатального отделения. Но минимально подкованный в биологии и гинекологии сразу скажет, что это – самый быстрый путь потерять всё взрослое женское население, способное к деторождению. Слишком высокая нагрузка на организм женщины даже при учёте современной медицины. Да и сомневаюсь, что наших девушек в первый же день спишут с боевой части и направят на ферму, работать инкубаторами.

– Не сгущай краски, – я прижал к себе наёмницу. – Будущее не предопределено. Мы сами пишем его своими кистями, насколько хватает фантазии и ресурсов. Мы ещё не проиграли.

– Пусть об этом расскажет твоя Лилит, – всхлипнула «Астория». – Сколько раз она начинала всё с начала? Сто? Тысячу? Миллион?!

«Не удивлюсь, если больше…», – подумалось мне.

– На этот раз много… нового, – осторожно сообщил я, думая, что говорю.

Всех карт раскрывать не надо. Но кое-что обнадёживающее сказать стоит.

– Я не сильно прегрешу против истины, если понадеюсь, что битва у Земли станет если не последней, то переломной. У меня небезосновательные возможности утверждать такое.

«Астория» подняла на меня взгляд. Он потерялся в темноте, и едва ли девушка видела хоть что-то кроме моего силуэта. Но она смотрела на меня.

– А мне что делать? – спросила она. – Сейчас, сегодня и завтра? Я не знаю, что будет! Я не понимаю, чего хочу! Я…

– Делай то, что хочется, – прошептал я. – Мы…

Хотел было рассказать ей, как мало времени осталось. Как тяжело вершить судьбу и переписывать историю. Как много надо сделать, чтобы всё пошло по твоему плану. И как много надо изменить, чтобы получилось задуманное.

Я хотел рассказать ей, как много мы уже сделали, и как много надо сделать ещё. Как сделанное преумножило наши возможности. Как мы идём к цели, покоряя новые вехи шаг за шагом. И что никто не осудит того, кто кладёт свою жизнь на алтарь будущего.

В мыслях пронёсся предполагаемый сценарий того, как развернулся бы этот разговор. Какие темы мне пришлось бы затронуть. Как подбодрить человека. Как указать ей, что её вклад в общее было значит ничуть не меньше, чем работа других. Что без неё если не сложится карточный домик, то уж точно будет тяжелее воевать.

Но мне не дали даже рта раскрыть. Я не успел закончить фразу, как «Астория» набросилась на меня жёстче голодной кошки. В эту ночь я узнал обо всём, что хочет наёмница. Прям по списку. От и до.

Я не Демиург. Не всесилен. Не могу исполнить все желания по щелчку пальцев. Но всё, что я мог дать соратнице сегодня, она получила сполна. Столько, сколько смогла взять сама.

Стоит ли говорить, что кел`но`рин мы с Нергалом исполняли сами, когда отключившаяся от нервов и усталости «Астория» безвольно развалилась в постели? Девушка вырубилась, когда за бортом только-только начал брезжить рассвет. А мне вдруг со всей отчётливостью стало понятно, как мало мы друг о друге знаем. Вроде, вся группа спелась под огнём за эти три месяца, но ведь буквально несколько дней прошло с момента последнего отпуска. Да и отдыхали мы от боёв не сказать, что преступно мало.

Надо срочно пилить план реабилитации для наших. Иначе без постороннего контроля половина сопьётся, а половина пустит себе пулю в висок. Ни того, ни другого, мне даром не надо.

23 августа 2011 года
Борт «Гипербореи»
12:00 МСК

Медосмотр не затянулся надолго: никто из личного состава «Цикад» не имел существенных повреждений, требовавших незамедлительного созыва консилиума. Поверхностное обследование со сдачей биоматериалов для дальнейших исследований в лаборатории дело буквально одного часа при наличии нескольких профильных специалистов и хорошей организации прохождения диспансеризации.

Затруднения возникли лишь с Сабриной и Иштар. Ток`Ра не знали русский язык: лишь некоторые слова успели выучить настолько, чтобы грамотно применять их в контексте. Вместе с тем, медицинских терминов на их языке не знали наши медики. Пришлось нам с Нергалом поработать переводчиками. Медики задавали вопросы по упрощённой схеме, без применения высокопарного латинского слога, мы же искали ближайшие аналоги в смежном языке и адресовали их подопечным. Получилось дольше, но получилось.

А после прохождения диспансеризации, как и сказал Ослябя, «Цикады» в полном составе собрались в зале врат Центрального поста «Гипебореи»: нам предстояло убыть к «Региону-9».

Борисыч, видя, что вся наша шайка-лейка собралась возле врат, перегнулся с балкона второго этажа Центрального и довёл нам:

– Ждём временного окна для базы «Региона-9». Далеко не разбегайтесь, с минуты на минуту откроем гипертоннель.

Я махнул ему рукой в знак того, что информацию принял.

Последние проверки перед выходом. Принимать участие в жёсткой боевухе на линии соприкосновения с противником мы не собирались, но, традиционно, отправка с полным оснащением. Автоматы, пистолеты, разгрузки, рюкзаки. Девушки, не менее традиционно, с ременно-плечевыми системами вместо жилетов. Но оружие у всех одно и то же: горький опыт показал, что брать с собой АК-120 везде и всюду рано. Довольно редкий патрон пусть и обеспечивает непревзойдённую эффективность поражения по цели вроде рейфа, но его ещё надо добыть. Потому «сто двадцатки» оставили в базе и укомплектовались аналогично предыдущему выходу: 5,45х39 у девушек и 7,62х39 у парней. Всё же, на сегодняшний день эти боеприпасы не в пример доступнее.

Пока суть да дело, в мозгу промелькнула мысль, развившаяся из вчерашнего разговора с Ослябей. А почему бы, собственно говоря, не попросить Лилит помочь с хранилищем Древних? Древняя – она и в Африке Древняя. Если она шарит за их устройства, то, быть может, получится вычленить из необъятного массива необходимые данные? Ведь хранилища настроены на физиологические особенности альтеран, а они имеют некие различия с видом homo sapiens. То есть, нами.

Но ответ пришёл сам собой.

Если я шарю за разницу в принципах работы АК и СВД, могу отличить свободный затвор от запирания канала ствола перекосом затвора, и вижу разницу между кинематическими схемами винтовок со скользящим затвором и автоматами, то это не значит, что я смогу на коленке создать чертёж орудия, способного выдать заданную кучность с поперечником рассеивания на указанной дистанции. Мне для этого не хватит профессиональных знаний. Тоже самое касается атомной отрасли: если я знаю общий принцип работы атомного реактора, это не означает, что у меня получится оттарабанить смену на блочном щите управления и при необходимости вывести реактор из йодной ямы. Слишком поверхностны знания в этой области.

Но для очистки совести спросил Древнюю:

– Если бы имелся доступ к хранилищу, ты смогла бы вычленить оттуда данные по «Гиперборее»?

Лилит задумчиво пожевала язычок.

– Едва ли, – тихо ответила девушка. – Мало влезть в него. Из него необходимо суметь вылезти. Ты себе даже не представляешь, какой объём массивов туда можно загрузить. Поиски займут непредсказуемо много времени даже в том случае, если знаешь, что ищешь. И опять же… ну, достала я эти данные. Ну, усвоила, чем отличается пиксель от пендаля. Ну, смогу раздавать команды в Центральном посту во время боя. А вы? Эти данные мало извлечь. Ими ещё надо поделиться.

– Необходимо второе устройство, – выдохнул я. – Пустое. Чтобы в него можно было залить твою память и почерпнуть информацию оттуда. Не опасаясь перегрузки непомерным объёмом данных.

– Точно, – согласилась напарница. – Риск – дело благородное.

– Кто не рискует – того не соскребают со стен.

Позади осторожно кашлянули.

Обернувшись, увидел Соню: та, приодевшись для полевого выхода (берцы, брюки, китель, кепка) и с пистолетом на поясе, держалась на почтительном от меня расстоянии. Только после того, как убедилась, что я не представляю для неё угрозы, позволила себе сократить дистанцию и подойти ближе.

– Уж не обессудь, – хмыкнула она. – Наслышана о твоих… гм… «рефлексах». Неохота со сломанными рёбрами слечь.

– Я понял, – усмехнулся я. – Пожёстче не любишь, любишь понежнее. Так и запишем.

Соня Владимировна фыркнула в голос.

Достала из подсумка на поясе видеокамеру и принялась прогонять проверку техники.

– Я собираюсь снимать откуда-нибудь сзади и постараюсь не лезть под руку. Но если поймаю удачный кадр – не обессудь. Спрашивать разрешения не буду.

– Только под огонь не лезь, – предупредил я. – А то ценой красивого кадра будут некрасивые похороны.

– Заботливый какой, – хмыкнула сопровождающая. – Ещё ценные указания будут?

– По ходу пьесы разберёмся.

Про себя отметил, что не перестаю удивляться, как форма меняет девушек и женщин. Ту же Соню видел и в «гражданке», и при полёвке, и это будто два абсолютно разных человека.

– Это первая операция, где мы будем действовать плечо к плечу, – проинформировала она, констатируя очевидное. – Ты всегда был в поле моего зрения, но сегодня я увижу тебя настоящего, а не нарисованного фотоаппаратом. Бубнеть под руку не хочу, но не кидайся на меня с матом, если буду спрашивать дурость. Я не потомственная военная в десятом колене. Всех тонкостей вашей полевой кухни не знаю. И буду признательна, если укажешь на наиболее… «удачную»… с твоей точки зрения экспозицию.

Не обещаю. Но если кошке с мышкой по пути, отчего ж тогда не подвести?

23 августа 2011 года
«Регион-9»

Никто и не ожидал, что к нашему прибытию на базе «Региона-9» будет выстроена рота почётного караула, воздух разорвут залпы салютов, а в небе случится парад планет. Мы даже на «проверку», как таковую, тянули не больше, чем натянутая на глобус сова. Мы, можно сказать, всего лишь на всего имитация проверки. Так сказать, «репетиция».

Но всё равно пришлось поднапрячь извилины, чтобы выполнить предписания Осляби.

Хотя бы, потому что к означенному времени нас никто не встретил.

Звёздные врата базы «Региона-9» находились в стенах быстровозводимого ангара, что удобно для приёма техники и крупногабаритных грузов. Часть зоны прибытия заблаговременно держали свободной на всю длину ангара, а вот уже по бокам в изобилии понаставили транспортной тары. Никакой стандартизацией не пахло: тут были и обыкновенные морские контейнеры, и железнодорожные капсулы, и деревянные ящики всевозможных размеров и параметров, полимерные кейсы оных же разносортных пропорций. Такое ощущение, что грузили по принципу «лишь бы было», не обращая внимания на коэффициент полезного действия и рациональное использование погрузочного объёма.

Да, персонала базы сновало в ангаре с преизбытком. Людей, навскидку, человек сто: кто-то что-то куда-то зачем-то почему-то носил, таскал или вёз на тележке. Под сводами ангара ездили погрузочные тельферы, упрощая процедуру погрузки-разгрузки. Но на этом, собственно говоря, всё.

Все люди одинаковы: половина сновала в гражданской форме одежды, другие при военной «подменке». Но все явно рядовой персонал: не видно ни одного человека при должности повыше. Ни начальника склада, ни его заместителя, ни хоть какого-то координатора. Складывалось ощущение, будто работники склада предоставлены сами себе и выполняют задачи по своему усмотрению.

Потому никто особо не напрягся, когда из горизонта событий гипертоннеля врат вышел полнокровный взвод и собрался в некое аморфное образование, именуемое у несведущих «сборищем».

– Даже в гарнизоне было проще, – озабоченно проронила «Гюрза». – Там нас, хотя бы, Соколов встретил. А тут кому докладываться?

– На любой базе должен быть оперативный дежурный, – пожал плечами «Медвед». – Прочешем тут всё вверх дном и найдём его. Как будто первый раз замужем.

– Не первый, – согласилась Алина. – Но всё это крайне странно.

– Не страннее вот этого, – подала голос «Раптория» и указала на приближающуюся с дальней стороны ангара фигуру.

Довольно знакомую, надо сказать. Настолько, что я даже собрался удивиться матом, но мне ли этим заниматься? Особенно на фоне пережитого за последние три месяца.

Мозг сам отреагировал, выправив тело по стойке, когда к нам, неумело чеканя шаг на последних метрах дистанции, подошла девчонка с до боли знакомыми чертами лица, и лихо козырнула к виску (пусть и была без головного убора).

– Здрава желимо, – звонко рекомендовалась Яна, даже не пытаясь скрыть лучезарную улыбку радости. – Яко доступали? Цео век ниjе видемо. Рада до свидамо!

Взгляд невольно прошёлся по силуэту собеседницы, успевшей набрать мышечную массу за прошедшее время. Если в последний раз я видел её в каких-то лохмотьях, подходивших под описание «роба», то теперь на ней красовался качественный рабочий комбинезон серого цвета. Где-то его уже успели загваздать грязью, техническими жидкостями и, кажется, кровью, но, в целом, выглядело намного лучше, чем на Новой Швабии. На левом нагрудном кармане в прозрачном полиэтиленовом окошке виднелась форма пропуска с уровнем допуска.

Губы «Раптории» тронула лёгкая сестринская улыбка.

– Здраво, Яна, – тепло улыбнулась девушка. – Како се осећате?

Девчонка выкинула большой палец:

– Одлично!

Не удержалась, сорвалась с места широким шагом и крепко врезалась в меня, обнимая.

«Нездоровая реакция…», – подумалось мне. «Неужто и впрямь тогда на Новой Швабии стокгольмским синдромом долбануло по башке?».

«Отнюдь», – коротко рыкнул Нергал. «Её посылы преисполнены искренней благодарности. Вы подали им руку помощи и не оставили умирать голодной смертью».

Я погладил Яну по волосам.

Девчушка отстранилась и посмотрела мне в глаза.

– Дякую велико, боеви. Я чаяла свидану.

– Я тоже. Рад, что с тобой всё в порядке. Хорошо устроилась?

Репатриированная отступила на шаг, нехотя размыкая объятия.

– Да, дякую. Укрыва, питатели, допомога… Мне боле и не треба. А ви?

От взгляда пережившей некоторое дерьмо Яны не укрылось, что планету навестил полнокровный взвод при оружии. В прошлый раз на её памяти это закончилось знатной эвакуацией, подобную которой она ещё не знала.

– Все добре? – осторожно поинтересовалась Яна.

– Да, – кивнула Лилит. – Нас прислали… с поверкой. Ничего страшного. Переживать не надо.

С непередаваемым облегчением девчушка выдохнула.

– Ох, етимо… Ладно. Ви до коммандера? До мне! Я соступаю!

Эт что получается, и коммандер Громов тут? Ох, едрить твои межзвёздные метеоритные протоки!

***

Я был прав.

Яна сопроводила нас до отдельно стоявшей группы быстровозводимых построек, чью принадлежность к административному органу выдавали ряд антенных установок, развёрнутых неподалёку от них прямо на базе самоходных машин. «КамАЗы», «Уралы», «ГАЗы» развернули целый узел связи. На безопасном удалении от них (видимо, чтоб не перебивали помехи), тарахтел дизельный генератор на базе АПА-5Д. Сколько ж солярки жрала эта посудина…

В одном из модулей построек мы нашли его: коммандера, мать его, Громова.

– Дядя Саша! – беспардонно вламываясь в модуль, воскликнула сопровождавшая нас Яна. – Цивилна одбрана до вас!

Ожидаемо, к гостям «дядя Саша» готов не был. Наше появление застало его над рабочим столом, где он корпел над каким-то документом.

Громов поднял взор на девчушку и рявкнул беззлобно:

– Брысь, мелкая! Когда я тебя научу манерам?! Выйди в окно и зайти по-человечески!

Шутку про окно Яна распознала, потому исполнять в точности не спешила.

Зато я поспешил отвлечь внимание убелённого сединами собеседника на себя.

– Здравствуйте. Давно не виделись, коммандер. Или вам присвоили российское звание?

Громова мы застали «по гражданке». Ни на нём, ни на спинке его кресла никакой форменной одежды видно не было. Зато за спиной, на стене, висел на ремне АК: примета, что не всё ладно в датском королевстве.

– Присвоили, – Громов поднялся из-за стола и вышел к нам в знак приветствия. – Я сейчас, вроде как, собираюсь старшего прапорщика получать. Документы ещё на подписании. Здравствуйте, ребята.

Ну, звучит логично. Громов, пусть и имеет определённый набор навыков и знаний, но давать ему офицерское звание не с руки: он ни один офицерский минимум не сдаст. Для сержанта староват, на рядового тем паче не потянет. Ни возраст не тот, ни подготовка. Не уверен, что он даже школу прапорщиков успел пройти за время, пока мы не виделись, но это всяко лучше, чем очевидное несоответствие набора знаний требованиям современных реалий.

– Страшный прапорщик…! – наигранно ужаснулась Яна. – Ужас да пужало…!

Громов отечески щёлкнул девчушку по ушку.

– Кончай паясничать. Не маленькая уже. И вообще! – возмутился бывший коммандер. – У тебя работа кончилась?! Бегом на пост! А не то сечь буду!

Яну как ветром сдуло. Не прошло и секунды, как она оказалась за дверью.

Александр тяжело вздохнул и закрыл рукой лицо.

– Тяжело вам приходится? – участливо поинтересовалась Алина.

– Лучше, чем на Новой Швабии, – выдохнул Громов. – Что-то вас многовато по мою душу явилось. Давайте прогуляемся. А то мне вас тут даже разместить негде.

***

– Прохлаждаться не приходится, – констатировала «Раптория», на ходу окидывая взором базу. – Не бункер на Новой Швабии, конечно, но всё же…

– Дел и впрямь невпроворот, – согласился Громов. – Спасает их однообразие и монотонность: не приходится резко переключаться между задачами и вклинивать в очередь абсолютно несовместимые друг с другом. В основном, приём строительных материалов, возведение сооружений, приём грузов для других баз, складирование, учёт, хранение. Изредка приходится брать в руки оружие и вспоминать, с какой стороны оно стреляет.

– Регулярные учения? – спросила Алина.

Коммандер дёрнул щекой.

– Можно и так сказать. Местная фауна заглядывает на огонёк. Не чета известным нам видам: людей не боятся, запах техники и химии не чураются, но любопытные и жадные, что донельзя.

– На что похожи? – поинтересовался «Медвед».

– Под два метра в холке, – пожал плечами собеседник. – Длинномордые плотоядные четырёхлапые, вместо чешуи какие-то иглошипы. Да мы их, собственно, так и прозвали меж собой: «иглошип». Они у них заместо природной брони. Ножом драть бесполезно, пистолетные пули лишь щекочут, а для отстрела необходим минимум промежуточный патрон. Желательно, бронебойный: крайне крепкие на рану звери.

– О-оу, – Кирсанова плотоядно облизнулась и обернулась на меня. – Командир! Разреши небольшое сафари организовать! А мясо у них вкусное?!

– Не советую, – хмыкнул Громов. – Наши биологи в них какие-то соединения обнаружили, непригодные для употребления в пищу. Если охота попробовать экзотики – рекомендую дождаться обеда. У нас тут в рамках эксперимента «подножный корм» употребляется: угощу кое-чем.

Что ж. Во времени мы не сильно ограничены. Так что, можно, думаю. Заодно, со старыми знакомыми повидаемся, пообщаемся.

– И я просил бы вас не отказывать нам, – чуть тише добавил Громов, не обращаясь ни к кому конкретно. – Сотни людей обязаны вам жизнью и хотят отплатить той же монетой. Вы приютили и накормили нас, не предав голодной смерти. Многие желают видеть вас за одним столом с нами. С вашего визита на Новую Швабию ни у кого из нас не было возможности ни связаться с вами, ни отблагодарить.

Внутри обозначил себя Нергал:

«Дипломатически это крайне значимое предложение», – рыкнул симбионт. – «Не рекомендую пренебрегать. Очень часто отказ в подобных случаях способен нанести обиду. Поступай, как сам разумеешь. Но мой опыт советует тебе прислушаться к словам твоего сородича».

– Мы с нескрываемым удовольствием разделим с вами трапезу, – заверил я. – Точно также, как спасённый хочет воздать своему спасителю, самим благодетелям порой важно знать, что с подопечными всё в порядке. Яна, к слову, меня приятно удивила. Откормилась, подросла. Хотя времени прошло всего-ничего.

– Девочка крайне привязалась к вам, – ухмыльнулся коммандер. – Не думаю, что успеем сегодня провести экскурсию по всей базе. Но, если заглянем в жилую часть базы, удивитесь. У неё все вертикальные поверхности в кубрике завешаны сводками, фотографиями и вырезками с вашим подразделением. Не один раз от неё слышали желание присоединиться к вам.

«Едрить», – подумалось мне. – «Мы такими темпами скоро по численности в полнокровную роту развернёмся».

– Удивлена, – фыркнула «Раптория». – Особенно, если учесть обстоятельства первой встречи.

Я закатил глаза.

– Ты ещё долго будешь мне это припоминать? Я даже извинился за это! По-моему…

– Да ты хоть на колени встань! – возмутилась моя близняшка. – Встретил на чужой планете незнакомого человека, младше себя! И вместо «здрасьте, забор покрасьте!» заковал в наручники и притащил, как военнопленного! Да тебя к первым контактам цивилизаций нельзя на световой год подпускать!

Коммандер улыбнулся.

– Военнослужащие всех стран и миров порой допускают перегибы и максимализм. Невозможно дважды произвести первое впечатление, но я всегда судил людей по их деяниям, а не словам. И этому же учил молодых. Яна увидела, что вы за люди. Пусть первый блин вышел комом, но вы сделали для нас больше, чем мы смели даже мечтать. Такое нельзя игнорировать.

***

Коммандер Громов привёл нас к смотровой площадке, что была воздвигнута на границе поселения. Кроме того, что возвышалась на добрые полсотни метров высоты своей конструкции, она была выстроена на естественном уступе, что высился над базой «Региона-9».

Отсюда открывался недурный вид на всю площадку. Вон там – ангар со звёздными вратами и пункт приёма входящих грузов. Первичная сортировка. Чуть дальше – административно-хозяйственный комбинат, где Яна помогла нам отыскать Александра. Вон там мы проходили пешим маршрутом мимо стройплощадки, жилого сектора и большого плаца, на котором в данный момент времени шли занятия: судя по всему, молодых людей и девушек учили приёмам обращения с земным оружием.

Чуть поодаль виднелась стоянка техники: легковые автомобили (преимущественно, военного класса, полноприводные), грузовики, строительная и специальная техника.

В самой дали, на огороженной территории, стояли под брезентовыми чехлами гусеничные платформы. Я уже отсюда видел, что это были самоходные гаубицы, миномёты, реактивные системы залпового огня и пусковые ракетные установки «земля-воздух» и «земля-земля».

Рядом, «через забор», стояла, раскинув лопасти, вертолётная авиация.

Всё, что по ширине и высоте проходило в габарит звёздных врат, было представлено в наличии. Видимо, готовилось для переброски или ожидало иных решений.

– Сравнивать это место с нашей родиной пока бессмысленно, – рёк Громов. – Это место только начали отстраивать. По плану тут должен будет развернуться научно-исследовательский форпост при поддержке полнокровной укомплектованной армии, но пока у нас нет даже батальона.

– В ближайшее время даже его ждать не стоит, – сообщила Лилит. – Эта планета находится далеко за пределами коридора, по которому к Земле движутся рейфы. Обороняться тут можно разве что от местной живности. Вам поэтому даже средств ПВО пока не дали.

– Должна была быть отгрузка переносных зенитно-ракетных комплексов, – напрягла память «Рокада». – Если мне не изменяет память, должны были передать… десять единиц пусковых установок и сотню ракет, включая учебные.

– Их мы получили, – подтвердил коммандер. – Но вы правы. В обозримой перспективе их не на ком применять. Дежурные с ними заступают, конечно, но больше для галочки.

На территории стройплощадки раздался вой ревуна. Несколько раз сирена завывала, предупреждая людей в округе об опасности. Через минуту прогремела череда мощных взрывов, подняв на несколько десятков метров пылевое облако. Похоже, заложили несколько углублений и связали всё шнуром в одну электрическую цепь: подорвали одновременно.

– Для работы используем самые быстрые технические решения, – доложил коммандер. – Там, где это возможно, породу взрываем. Это намного удобнее, чем долбить её ломами, кирками и даже самоходными отбойными молотками. Конкретно сейчас должны были взорвать несколько закладок, предназначенных для возведения фундаментов под сооружение зданий научно-исследовательского комплекса.

– Взрывчатка должна расходоваться тоннами, – почесал затылок «Медвед». – Не простаиваете из-за несвоевременных поставок?

– У нас своё производство, – пожал плечами собеседник. – Разведка нашла несколько залежей минералов, удобных для добычи. Среди них оказались довольно энергоёмкие компоненты, из которых мы и делаем заряды. С Земли нам поставляют только детонаторы, шнуры, запалы и прочие расходники.
Сообщение отредактировал Комкор - Суббота, 11 Марта 2023, 20:41


Леший 19.08.95-24.09.14
Kitten 17.10.70-24.05.19
Попов Александр Николаевич 01.01.49-22.08.23
Награды: 7  
Поиск:
Форма входа

МИНИ-ЧАТ:)