Elenna
|
Дата: Понедельник, 03 Августа 2015, 22:48 | Сообщение # 1
|
Друг асуранского народа
Группа:
Свои
Сообщений: 1443
Статус: где-то там
|
Название: "Свидетельства об Эриане" Автор: Elenna Рейтинг: РG Жанр: AU, дневник Действующие лица: оригинальные персонажи, упоминается Ниам Диклеймер: что не моё, то принадлежит своим авторам. Размер: midi Аннотация: непосредственное продолжение фанфика "Новые времена" (http://atlantis-tv.ru/forum/35-4331-1) - свидетельство очевидца о высокоразвитой расе Пегаса, не представленной в оригинале)
Интересно,сколько сейчас времени на Земле?
…Это было первое, о чем я подумала, проснувшись сегодня утром. Последние два дня были сущим кошмаром, но сегодня госпожа Деаленнигг (здешний доктор) сказала,что угрозы выкидыша больше нет и сердце у меня работает вполне сносно, но еще некоторое время придется провести в больнице. Сколько именно – она не сказала (впрочем, от врачей этого никогда не добьешься).
Думаю,лучшее, что я могу сделать сейчас – это начать вести дневник, в конце концов, я же на другой планете. О своем решении я немедленно сообщила Арелгианнигг (сиделке, которая ухаживает за мной), и она принесла мне бумагу… это я по привычке так говорю – бумага, на самом деле это нечто вроде египетского папируса, только более гибкий – и орудие, напоминающее перьевую ручку со встроенной емкостью для чернил, которую я видела в детстве у бабушки (Арелгианниг утверждает, что на сегодня мне чернил должно хватить, а завтра она обещала мне принести еще). Я спросила ее, из такого ли материала делают на Эриане книги. Оказалось, бумажных книг здесь нет уже давно – всю литературу, равно как и новости, эрианцы берут из единой сети (подобия нашего Интернета), но для записей «на скорую руку» по-прежнему используют этот материал и чернильные ручки. Любовные записки здесь тоже не принято посылать по электронной почте – письма, написанные от руки воспринимаются как нечто романтическое, поэтому детей в школах учат и введению текстов в цифровые носители, и письму от руки.
Во временных экспедициях мне чем только не доводилось писать, но с этой ручкой я совладала не сразу – перо у нее довольно широкое, видимо, приспособленной к иной письменности, отличающейся от нашей. Испортив три листа, я все же научилась обращаться с нею довольно сносно, и теперь могу приступить к изложению моих первых впечатлений об Эриане.
Первое,что я почувствовала, как только обрела способность ясно ощущать – это то, что я оказалась в благословенной земле. Это сопоставимо с состоянием тех краев, где живут или прежде жили эльфы – при Посвящении сестра Мария Тар-Сильмариэнь знакомила меня с этим чувством, и сейчас я не могла ошибиться.Впрочем,пока что возможности моего исследования ограничены больничной палатой, и потому я решила разобраться с тем богатством, которой вживил мне в голову Ниам. Я никогда прежде не изучала язык таким способом, и это кажется довольно странным, хотя и напоминает то, как при Посвящении в меня «входили» древние языки Средиземья. Я целенаправленно настраиваюсь на русские слова, а эрианские их аналоги всплывают сами собой. Некоторые понятия вызывают не слова, а какие-то замысловатые конструкции – так обычно бывает, когда представители какого-то народа подбирают определение для некого явления, с которым сталкиваются в чужой культуре, но их собственному бытию и образу мысли оно не свойственно (нечто вроде филиппинского «ящика с зубами» для обозначения фортепиано). Так у меня получилось со словами «отчаяние», «ненависть», «бедность», «богатство», «деньги», «развод», «сирота», «тюрьма», «армия»… однако же, слово «война» в этом языке есть – видимо, эрианцы знакомы с этим понятием не понаслышке. Но первым делом, конечно же, я проверила, есть ли в эрианском языке слово «оркестр». Оказалось, что оно существует – и это заставляет думать, что если мне придется задержаться здесь после излечения, то пребывание мое здесь скучным не будет. Слово «Бог» тоже есть, причем именно с таким семантическим оттенком – Единый Безначальный Сотворитель всего сущего. Я пыталась прозондировать второе значение, в котором говорят о языческих богах, но всплывали слова, соответствующие нашему «ангел» и обозначениям ангельских чинов.Помимо языка моему наблюдению доступен сейчас вид из окна, ограниченный фигурной металлической оградой больничного двора. Я вижу розовое покрытие – более гладкое, чем наш асфальт, клумбы с фиолетовыми цветами, несколько напоминающими наши тюльпаны, но с более длинными и заостренными лепестками, газоны, деревья с длинными узкими листьями, напоминающими ленты. Листья у деревьев, трава на газонах и стебли у цветов синие (листья скорее голубые) – кажется, так должно быть на планетах, получающих больше солнечной энергии, чем Земля… так ли это, судить не берусь – вероятно, в палате есть что-то вроде кондиционера, а Ниамушка наверняка предупредил врачей, с какой я планеты и какая температура воздуха подходит для меня… вопрос, что будет, когда я из больницы выйду… или мне выйти не дадут? Впрочем, у меня еще будет время с этим разобраться
.*** Еще вчера меня – помимо языка и синей растительности – занимали две вещи. Во-первых, здешнее солнце – белое с голубоватым отливом. Во-вторых – часы на стене: это не циферблат со стрелками, и не табло с цифрами. Это квадрат, разделенный косой линией (с угла на угол) на два треугольника. В «верхнем» треугольнике расположены деления, нижний – табло, которое начинает светиться снизу вверх, достигая деления за делением, а затем в обратном порядке гаснет (мне остается только догадываться, как у них прежде выглядели механические часы). Я попросила сиделку принести мне мои наручные часы и провела ночь без сна (хорошо, что Арелгианниг этого не заметила!). Теперь я знаю, что сутки здесь – примерно 28,5 наших часов, но сами эрианцы делят это время на 30 частей.
Сложнее дело обстоит с измерением температуры. Термометр на стене тут тоже есть, да и температуру мне измеряют, но земного градусника у меня нет. Впрочем, по моим ощущениям, в палате поддерживают температуру примерно в 23-25 градусов, а моя температура – по словам доктора – соответствует той норме, которую назвал им Ниам, так что некоторое представление о соотношении температурных шкал мне удалось составить (хотя и более отдаленное, чем о времени).
Продолжаю разбираться с языком. Говорят, что язык содержит в себе душу народа, и если это так, то душа народа Эрианы – разнообразие… кстати, само слово Эриана – не женского рода, как может показаться русскому уху, атрибут женского рода – окончание «-игг», а окончание «-а» здесь имеют существительные среднего рода – точнее, одного из средних родов. Да, средних родов здесь несколько – впрочем, это я их для себя называю средними, имея в виду «не мужской и не женский»), а здесь это, вероятно, самостоятельные грамматические категории. К одному из здешних «средних» родов – с окончанием «-а» – принадлежат существительные, обозначающие неживые природные объекты, в том числе и планеты, к другому - объекты рукотворные (исключение составляют имена собственные, данные некоторым объектам - природным или рукотворным - в честь конкретных людей – они имеют мужской или женский род), к третьему – названия растений и бесполых организмов (скажем, бактерий), к четвертому – абстрактные понятия («любовь», «жизнь», «гравитация», сюда же относятся названия величин и измерений, музыкальных форм), к пятому – названия видов животных без указания пола конкретной особи, слова «человек», «ребенок» и обобщенные обозначения людей, когда пол не имеет значения (скажем, у нас есть слова «учитель» и «учительница», причем первое обозначает и конкретного учителя-мужчину, и «учителя вообще», в эрианском же языке для «учителя вообще» существует слово вот этого рода).
Подобное же разнообразие я наблюдаю и во многих других категориях. Скажем, у них нет слов «юго-восток», «северо-запад» – у них для каждой из сторон света есть отдельное название. Многие цвета, которые мы называем как смешанные («желто-зеленый») или оттенки («темно-красный»), здесь имеют свои наименования. Как показывают мои «лингвистические изыскания», эрианцы выделяют 37 основных цветов, а не семь, как мы.
А ведь я еще не разбиралась с их письменностью! Я даже не знаю, загружал мне ее Ниам или нет. Вероятно, чтобы привести в действие эти знания (если они у меня есть), надо попробовать почитать что-нибудь по-эриански. Сегодня же попрошу у Арелгианниг электронную книгу (или как это тут называется). Пожалуй, начать надо будет с некоторых научных данных – очень уж меня занимает здешнее солнышко.
*** Сегодня я решилась попросить у Арелгианигг книгу… точнее, электронное устройство для подключения к всеобщей базе данных. Оказалось, что письменность у меня тоже «загружена», и теперь я понимаю, почему у ручки такое широкое перо. К счастью, эрианская письменность оказалась фонетической, у них 40 букв и пишут они справа налево, так что читать было нелегко, но я более или менее приспособилась. Арелгианигг показала мне, как обращаться с устройством и пользоваться базой данных – это оказалось не сложнее, чем с наши Интернетом, и мне довольно легко удалось найти то, что я хотела.Найти-то было легко, а вот разобраться – не очень. Я от души пожалела, что сюда не попал вместо меня кто-то более сведущий в естественных науках – брат Руслан, к примеру. Однако же, попытаюсь изложить то, что мне удалось понять.
Здешнее солнце (Кэарна) эрианская наукаотносит к типу «лазурных звезд» (я толком не поняла, голубые это или бело-голубые, а может, их классификация не вполне совпадает с нашей). В своей категории она считается маленькой, каков ее размер, не знаю, эрианские меры длины мне пока ничего не говорят – но даже «маленькая» звезда такого типа должна быть больше и горячее нашего Солнца. Видимо, так оно и есть – жизнь смогла появиться только на седьмой планете этой системы, каковой является Эриана. Возможно, могла бы появиться и на восьмой, если бы ее не исхлестали кометы. Превосходя по размерам Эриану, та планета стала для нее чем-то вроде гравитационного щита, «отвлекающего» их на себя.
Следует заметить, что название Кэарна было дано звезде уже в эпоху довольно развитой науки. Оно может быть переведено как «непокорное» или «противоречащее». Имя родилось из удивления, которое внушает эта звезда-парадокс. Такие звезды не живут долго, по всем законам ей положено было исчерпать себя и вспыхнуть раньше, чем жизнь успела развиться до разумной, тем не менее, она светит миллиарды лет и вспыхивать не собирается. Над этой загадкой здешние ученые бьются веками, но и по сей день она далека от разрешения. Пожалуй, было бы неплохо пригласить сюда Родни МакКея – ему этой загадки хватило бы до конца дней!То,что я могу сказать о соотношении эрианского счета времени и нашего, следует воспринимать как приблизительные и усредненные показатели – и не только потому, что идеального соответствия между их и нашим счетом быть не может, вторая причина станет ясна в дальнейшем.
Год как таковой – т.е. оборот планеты вокруг звезды – примерно равен нашим 600 годам, и такой период, конечно, не мог стать основной счетной единицей. Точнее, он тоже является таковой (это называется «мэлнэ»), такой период тоже учитывают в хронологии, но только на больших исторических периодах – как майя учитывали свои бактуны, а мы – тысячелетия, но мэлнэ не подходит для счета в масштабах людской жизни, и эрианцы нашли другие ориентиры. Мэлнэ они делят на восемь частей – даэрмэ. В каждом даэрмэ господствует одна из восьми звезд, видимых из Южного полушария, которые называют Танцующими. Такое имя они получили за то же, за что наша звезда Барнарда удостоилась прозвания Летящей – из-за скорости углового перемещения по небесной сфере. Сочетание этого перемещения с движением самой планеты по орбите дает интересный эффект: периодически ось планеты оказывается направленной на звезду, вот в это время эрианцы и считают началом года – кэлдэ.
Длительность кэлдэ в среднем равна трем нашим годам – я говорю « в среднем»,потому что Танцующие звезды, естественно, никто специально друг под друга не подстраивал, идеального соответствия быть не может. Землянину такая система показалась бы неудобной, но эрианцев она вполне устраивает, и унифицировать календарь они не собираются. Они знают, что, например, в Инигг-даэрмэ люди становятся совершеннолетними в семь кэлдэ, а в Агэлна-даэрмэ – в восемь, смещаются даты праздников – но, видимо,здесь это никого не смущает (в конце концов, не смущает же нас «блуждающая» относительно солнечного календаря дата Пасхи).
Сейчас идет Инигг-даэрмэ (с известной долей условности это можно перевести как «век Инигг»). Кстати, эта звезда – одно из тех самых исключений: светило, носящее название женского рода: какой-то древний царь назвал эту звезду в честь своей дочери. Насколько мне известно, дочь нынешнего царя – ту самую, которую асуране вытащили из улья – тоже зовут Инигг. Не берусь говорить, назвали ли ее в честь той древней царевны или в честь звезды.Добавлено (03 Августа 2015, 22:48) --------------------------------------------- Сегодня я занялась эрианской географией, которую тоже пришлось рассмотреть с высоты птичьего полета. Из единой сети я успела выяснить, что на планете два материка – по одному в каждом полушарии, оба охватывают полюса и приполярные области и простираются через умеренные широты до начала тропических. В тропиках в обоих полушариях расположено множество островов – больших, сопоставимых с нашей Исландией и даже Гренландией, и совсем маленьких. В экваториальном поясе суши нет.
Не могу сказать, какой у этой планеты угол наклона оси (с системой измерения углов мне разобраться не удалось – у меня ведь нет с собой земного транспортира), но он определенно отличается от земного. Полярной ночи и полярного дня в земном понимании здесь нет, аналог полярной ночи представляет собой чередование ночи и сумерек, а полярный день – дня и сумерек, в которых можно видеть самые яркие звезды (например, Танцующие).
Климат Эрианы может показаться однообразным нам, землянам, привыкшим, что в одной только России Норильск совсем не похож на Адлер. Климатические различия здесь все-таки есть, но они так разительны, как на Земле: климат лесной зоны отличается от климата степей, климат горных районов от равнин, а вот упоминаний о пустынях я не встретила (возможно, народ этой планеты более рационально использует землю, ведь у нас та же Сахара – творение рук человеческих). И, разумеется, здесь есть различия между широтами. Не вдаваясь подробности, температурные условия можно охарактеризовать так: полярные и приполярные области – это лето в средней полосе России, умеренные пояса – лето на Кубани или в Болгарии, тропики – это наш экватор. Экваториальную зону эрианцы называют «горячим поясом», там даже местные жители не могут находиться без специальных скафандров, и не во всяком летательном аппарате можно его пересечь.
Как лето бывает более жарким или менее, с большим или меньшим количество дождей – так здесь различаются зима и лето, которые длятся на Эриане около 300 земных лет, и потому жизненные циклы растений и животных не связаны с сезонами. Они лишь приспосабливаются с помощью эпигенетических механизмов к эпохе, в которую родились (подобно земной тропической бабочке, которая меняет цвет в зависимости от того, выходит ли она из кокона в сухой сезон или в сезон дождей). Например, полярные растений с наступлением зимы начинают вырабатывать вещества, которые стимулируют усилинное размножение симбиотических хемосинтезирующих бактерий, и их хемосинтез компенсирует недостаток фотосинтеза.
Ниамушка говорил мне, что эта больница находится в столице Эрианы (у них единое государство на всей планете). Я нашла ее на карте – она в северном полушарии, у моря – примерно на границе умеренного и тропического поясов. В северном полушарии сейчас «зимняя эпоха»… можно считать, что мне повезло – могло бы быть и жарче, а я не очень-то люблю, когда жарко…
Все же я здорово устаю от чтения здешней письменности... или от чего-то другого (помнится, с Марьюшкой я тоже от всего уставала). Мне уже позволяют вставать с постели – и так гораздо удобнее смотреть в окно. Я разглядываю больных, которые выходят на прогулку во двор и пытаюсь составить какое-то более или менее общее представление об этом народе. Я успели заметить, что здешние жители отличаются друг от друга по внешним признакам – я вижу людей с темной кожей и относительно светлой (как у наших южан), с широкими глазами и узкими, с уплощенными лицами (как у наших монголоидов) и с более выраженной профилировкой, с разными оттенками синих, голубых и зеленых волос, но признаки эти попадаются во множестве разных сочетаний. Такое впечатление, что разные расы у них были, но они уже давно скрещиваются.
Наблюдая за гуляющими пациентами, замечаю одну странную деталь: ни среди больных, ни среди тех, кто к ним приходит, я не вижу ни одного пожилого человека. Уж если стариков нет в больнице, значит, их нет нигде. Не соблюдает ли этот народ, который я сочла благословенным, какой-нибудь варварский обычай – наподобие наших первобытных людей или современных голландцев?
Сообщение отредактировал Elenna - Воскресенье, 12 Июля 2015, 18:40
|
|
|
|
Elenna
|
Дата: Воскресенье, 01 Марта 2020, 19:05 | Сообщение # 3
|
Друг асуранского народа
Группа:
Свои
Сообщений: 1443
Статус: где-то там
|
Цитата Тунеядец_2018 ( ![Ссылка на цитируемый текст](/img/ForumButtons/lastpost.gif) ) Какой такой варварский обычай соблюдают современные голландцы? Речь идет об эвтаназии, которую голландцы легализовали первыми.Добавлено (18 Мая 2020, 19:33) --------------------------------------------- Сегодня доктор Деаленнигг позволила мне прогуляться во дворе, только недолго. Она дала мне какую-то мазь и велела натереть ею все тело (и делать так всегда перед выходом на улицу, пока я буду на Эриане), а еще посоветовала держаться в тени. Во дворе больницы мне было несколько не по себе от множества взглядов, которые я сразу же почувствовала на себе. Поначалу я подумала, что дело в моей инопланетной внешности – вероятно, я с моими русыми волосами выгляжу здесь еще более экзотично, чем выглядел бы зеленоволосый эрианец на Земле (у нас-то зеленоволосых при желании найти можно, а здесь я пока не вижу никого с неестественным для этой планеты цветом волос), но когда несколько человек заговорили со мной, я поняла, что они знают, кто я. Что ж, должна признать, что журналисты здесь работают не хуже, чем у нас! В конце концов, и на Земле, если бы президент-союзник привез свою мать на лечение в Москву, об этом знала бы вся Россия… видимо, у здешнего царя нет секретов от своего народа – во всяком случае, засекретить историю о «подвигах» мистера Кэрри он не пожелал. Люди обращались ко мне со словами сочувствия и утешения, заверяя, что здесь со мной ничего не случится. Однако же, воспользовавшись случаем, я пообщалась с моими «товарищами по несчастью». Все, с кем я говорила, не страдают никакими серьезными болезнями – здесь либо жертвы мелких несчастных случаев (оступился на лестнице, поскользнулся в ванной и т.п.), либо пострадавшие в космических экспедициях. Меня удивила их манера представляться: «такой-то из такого-то рода». Побеседовав с несколькими людьми, я убедилась, что это не просто способ назвать фамилию – род для этих людей действительно ценность, и родословную свою они знают так, как на Земле сейчас помнят разве что аристократы. Я заметила также, что здесь, приветствуя, не протягивают руку для пожатия, а прикладывают ладонь сначала ко лбу, потом к груди – видимо, «открывая» собеседнику разум и сердце. Можно ли считать отсутствие такого жеста свидетельством того, что здесь никогда не было в обычае ходить с оружием – или я снова тороплюсь с выводами? Относительно отсутствия стариков я определенно с выводами поторопилась… даже странно, что я об этом подумала – в конце концов, могла бы вспомнить мир слайдеров с их молодильными технологиями – но здесь все несколько иначе. Я разговорилась с девушкой по имени Меаленигг – она попала в больницу с тяжелыми ожогами, которые получила, исследуя какую-то планету, но сейчас по ее лицу уже нельзя сказать, что оно было обожжено. Посетительницу, которая сидела с нею рядом на скамейке, я поначалу приняла за ее старшую сестру, но оказалось, что это мать девушки, и что она младшая в семье. Мать даже не поняла моего удивления, но Меаленигг, видимо, бывала на планетах, похожих на Землю. Она была так любезна, что разъяснила мне, как протекает жизнь здешней расы. В начале жизни ритм физиологических изменений здесь сходен с нашим – и так где-то до двенадцати кэлдэ (т.е. до 36 земных лет). Достигнув зрелости, эрианцы не увядают, как мы, а остаются здоровыми, красивыми и полными сил на много лет. Нет, они не бессмертны, но смерти не предшествуют болезни, дряхлость, ослабление памяти и заострение характера, а сама смерть не сопровождается страданием – человек однажды засыпает и не просыпается, подобно тому, как это было у людей древнего Нуменора времен его расцвета. Здесь существует лишь одно возрастное изменение – ослабление влечения между мужчиной и женщиной, и люди здесь не пытаются его вернуть, находя другие радости в браке. Живут эрианцы 25-27 кэлдэ (75-81 год по нашему счету). Крайне редко кто-то живет дольше – это вызывает удивление, но не зависть. Способов искусственного продления жизни здесь не ищут. Смерть не пугает этих людей, и естественная смерть в почтенном возрасте не считается трагедией – трагически воспринимают лишь безвременную смерть (такое здесь бывает нечасто – благодаря успехам медицины – но в космосе случается всякое). Женский цикл здесь длиннее, чем у земных женщин, поэтому зачатие менее вероятно, и никто не задумывается о том, чтобы защититься от рождения ребенка. До того, как ослабеет телесное влечение между супругами, в эрианской семье обычно успевает родиться двое-трое детей, крайне редко – четверо, потому-то численность этого народа увеличивается медленно, но все же она растет, и эрианцы понимают, что рано или поздно настанет момент, когда планета не будет в состоянии прокормить всех – потому-то они занимаются разведкой планет и терраформированием (как Меаленигг). Я была очень благодарна матери Меаленниг, что смогла попробовать что-то кроме больничной еды… не могу сказать, что здешняя больничная еда мне не нравится (то, что подают в земных больницах, не идет с нею ни в какое сравнение), но все же было очень интересно попробовать здешний пирог с ягодами. Добрая женщина долго объясняла мне, как важно правильно делать начинку для такого пирога – но я поняла только то, что ягоды надо сутки вымачивать в сыворотке из-под молока двух каких-то животных, смешав их в какой-то пропорции. Она была настолько добра, что пригласила меня погостить у них на ферме, когда я выйду из больницы, но дочь ее быстро «окоротила»: – Мама, Елена же из холодного мира, ей будет плохо на нашем острове! Похоже, эта дама никогда не покидала родную планету. Она приехала в столицу, чтобы забрать Меаленниг – ее выписывают послезавтра… когда же выпишут меня? *** Сегодня монотонность моего больничного существования была нарушена визитом особы из царствующего дома – да-да, меня посетила сама царевна Инигг! Впрочем, я бы никогда не приняла ее за царевну, если бы мне об этом не сообщили – держится ее высочество чрезвычайно просто и даже явилась без сопровождающих (видимо, телохранители здесь не нужны). Инигг выразила сожаление, что не могла посетить меня сразу – работала в отдаленных экспериментальных садах, где в эти дни появились первые плоды. Об опыте ее знакомства с асуранами мне известно, так что я не стала затрагивать эту тему – тем более, что общаться с ней оказалось легко. С разрешения врача она разрешила мне прогуляться по ближайшим окрестностям. Видимо, это было согласовано заранее, поскольку Инигг позаботилась об одежде для меня – все же в той, в которой я прибыла сюда, слишком тепло для здешнего климата. Мне было предложено просторное платье с длинными рукавами и нежным узором и голубая накидка с капюшоном – во всем этом не было жарко, но от солнечного света большая часть моей кожи оказалась закрыта (что меня порадовала – мне никогда особенно не нравилось загорать, тем более – под незнакомыми звездами). Итак, я, наконец, вышла за ворота больницы и получила возможность пройтись по улицам эрианской столицы. Многие из тех, кого мы встречали, приветствовали Инигг – видимо, царскую дочь в народе любят. Мы шли по улицам, вдоль которых росли деревья с синими листьями причудливой формы, некоторые из них цвели, на других зрели плоды. Еще до того, как мы дошли до угла, я убедилась, что все мои попытки составить какое-то определенное представление о здешней моде обречены на провал. Я видела людей в одежде, напоминающей индийское сари и японское кимоно, древнегреческие хитоны и сарафаны, женщин в длинных и коротких юбках, мужчин в узких и широких штанах, жилетах, накидках, в одежде с вышивкой и ажурными вставками – словом, такое разнообразие на Земле сложно вообразить даже на каком-нибудь фестивале. Я спросила Инигг, существует ли у них на планете высокая мода – но она, кажется, даже не поняла, о чем речь. На соседней улице довелось увидеть здешний аналог нашего делового костюма – навстречу нам попались двое мужчин и женщина, оживленно беседующие друг с другом. Они были одеты в камзолы, подобные тем, которые носили у нас в XVIII веке, но со складками (линия складок проходит сзади прямо по талии, а спереди линии спускаются, соединяясь внизу живота треугольником). Камзол дополнялся штанами до колен и чулками у мужчин и юбкой чуть ниже колен у женщины, рубашками с пышными манжетами и большим воротником (у женщины – вышитым) и шейной повязкой, украшенной небольшой брошью. Инигг объяснила мне, что это учителя идут на торжество по случаю окончания занятий в школе – потому-то они «при параде». Встретился нам и человек в повседневном варианте такого костюма – укороченный камзол (с линией складок на уровне подмышек) без рукавов, рубашка с рукавами до локтя без манжет и шейная повязка без броши. Наряду с разнообразием одежды меня удивило практически полное отсутствие транспорта. Большинство людей, которых мы встречали, шли пешком, трое или четверо проехали верхом на местных животных с изящными головами и мощными ногами, со стороны больницы проехала повозка, запряженная таким же животным – в ней сидели мужчина и женщина, просторное одеяние которой говорило о том, что она – как и я – готовится к материнству. Признаться, после того уровня медицины, который я здесь имела случай наблюдать, я ожидала увидеть здесь что-то вроде электромобилей или тех флаеров, которые я видела в мире слайдеров. Впрочем, один флаер я все же видела – он пролетел в сторону больницы. Я спросила об этом Инигг. Царевна объяснила мне, что летательные аппараты и прочие машины у них, конечно, есть, но используют их для передвижения между городами и континентами, а летать на флаерах в пределах города никто не считает нужным, предпочитая передвигаться пешком, а если заставляет время и расстояние – верхом. Тех, кто не в состоянии сесть в седло – человека, ослабевшего от болезни, беременную или недавно родившую женщину – перевозят в повозках. Флаерами же в пределах городов пользуются только службы, которым важна скорость – медики, спасатели. Право же, хоть подобная практика и не ассоциируется у нас с высокоразвитой цивилизацией, ей не откажешь в определенных достоинствах (может быть, поэтому людей здесь в такой отличной форме?). Мы вышли на площадь, окаймленную клумбами. Рассмотрев их вблизи, я увидела, что на самом деле это были миниатюрные бассейны с водяным цветами. Посреди площади возвышалась огромная статуя мужчины, державшего на поднятой руке предмет, в котором по очертаниям угадывалось уменьшенное подобие подводной лодки (подобно тому, как на наших иконах святые, прославившиеся сооружением храмов, держат в руках их миниатюрные подобия). Подойдя ближе, я разглядела письмена на постаменте – но не смогла их прочитать: это были не те эрианские буквы, которые мне помог узнать Ниам, они больше походили на иероглифы, и их я не знала. – Это Гэалн из рода Орегеллей, – сообщила мне Инигг. – Он был царем или великим полководцем? – спросила я. – Нет, он был изобретателем, – ответила царевна. – Но ему обязан своим рождением наш народ.
|
|
|
|